Глава 13 - Плодовые деревья и заповедь «Не порти» (Баль ташхит)

Человек может решить, что не хочет больше носить свою старую одежду, и купить себе новую, и это разрешено. Хотя старую одежду еще можно носить, это не является нарушением запрета «Не порти», так как никто не обязан носить свою одежду до тех пор, пока она полностью не износится. Если одежда перестает доставлять человеку удовольствие, ему разрешено купить вместо нее новую. Но если его старая одежда еще в хорошем состоянии, то ему заповедано приложить усилия, чтобы найти людей, которым она может понадобиться. А если он отдает ее бедным, то тем самым исполняет также заповедь цдаки. Тот же закон распространяется и на бывшую в употреблении посуду и мебель. Человек не обязан пользоваться ими до тех пор, пока они не придут в негодность. Когда они перестают доставлять ему удовольствие, ему разрешено купить себе новые взамен. Но если есть люди, которым эти вещи могут понадобиться, то на него возложена заповедь отдать их этим людям. Даже если он сам лично не знаком с бедными людьми, заповедь требует отдать эти вещи в благотворительные магазины или центры распределения для нуждающихся. Можно также дать рекламу в интернете, на веб-сайтах, предназначенных для продажи или раздачи предметов, бывших в употреблении.

Но если стоимость хлопот, связанных с поиском людей, которым эти вещи понадобятся, превышает ценность самих вещей, – такие хлопоты не являются заповедью, и человек может ими заняться, только если захочет проявить особую праведность (и см. предыдущий пункт и примечание).

Разрешено срезать с одежды старые нити цицит, чтобы привязать вместо них новые. Хотя старые нити можно было бы распутать и продолжать пользоваться ими, тем не менее, если это для этого нужно приложить усилия, то их можно обрезать, хотя это их портит (см. Хаей адам, 11, 32). Также разрешено удалить из свитка Торы страницу, написанную недостаточно красивым шрифтом, чтобы заменить ее страницей, написанной красивым шрифтом, хотя из-за этого первую страницу придется поместить в генизу^[14] (см. Сефер хасидим, 879). Аналогичным образом, разрешено отправлять в генизу старые книги Пятикнижия и вместо них покупать новые, более красивые.

Состоятельные люди могут менять у себя дома кухню, полы и мебель, когда старые еще находятся в хорошем состоянии. Ведь они делают это для того, чтобы доставить себе удовольствие, а не для того, чтобы испортить старые. Но при этом на них возложена заповедь постараться найти людей, которым может понадобиться их старая мебель. Однако, как представляется, если подавляющее большинство их друзей, находящихся на том же социальном и экономическом уровне, считают их действия чрезмерной расточительностью, это может в некоторой степени считаться нарушением запрета «Не порти». И только если найдутся люди, которые воспользуются их старой мебелью или другими предметами обихода, или если они таким образом предоставят работу людям, нуждающимся в заработке, – то хотя они и ведут себя излишне расточительно, это не будет нарушением запрета «Не порти».

Даже когда выбрасывание оставшейся пищи не является нарушением запрета «Не порти», нужно следить за тем, чтобы не относиться пренебрежительно к остаткам пищи, особенно хлеба. Поэтому, если после трапезы на столе остались большие крошки хлеба объемом в ке-зайт, то запрещено мыть или мочить стол, потому что из-за этого хлеб размокнет и испортится (см. Шульхан арух, Орах хаим, 180, 3). Остатки хлеба нужно во что-нибудь завернуть и аккуратно положить в мусорное ведро.

Если после трапезы остались мелкие крошки объемом менее ке-зайта, то хотя, по сути закона, их не запрещено выбрасывать, и это не считается пренебрежением к хлебу, – тем не менее, наши мудрецы говорят, что делать этого не стоит, потому что тот, кто выбрасывает хлеб, навлекает на себя бедность (см. Шульхан арух, 180, 4). У этого есть две причины. Во-первых, тот, кто кидает крошки хлеба на землю, тем самым как бы отвергает то благо, которое Всевышний ниспосылает в наш мир, и поскольку этот человек не испытывает благодарности за хлеб, данный ему, свыше ему перестанут посылать благо, и он обеднеет. Кроме того, наши мудрецы объясняют в Талмуде, что это – дурной знак. Дело в том, что ангела, который заботится о питании и благополучии людей, зовут Накид, что переводится как «чистота»; а ангела, который посылает в мир бедность, зовут Наваль, что переводится как «грязь». Поэтому в доме, где по полу разбросаны крошки хлеба, царит ангел бедности, а в доме, где чисто, царит ангел благополучия и богатства (см. трактат Псахим, 111б; трактат Хулин, 105б).

Вот почему следует строго следить за тем, чтобы не бросать на землю хлебные крошки, и разумеется, не стряхивать их со стола на пол. Нужно аккуратно собрать их и выбросить в мусорное ведро или в воду. И хотя в воде они размокнут и испортятся, тем не менее, поскольку объем каждой крошки менее ке-зайта, их не запрещено выбрасывать или портить, запрещено только относиться к ним пренебрежительно, кидая на землю (см. Мишна брура, 180, 10).

Также следует заметить, что крошки можно разбросать по двору, чтобы их склевали птицы. Так разрешено поступить при условии, что крошек немного; если же после трапезы осталось много хлеба, и птицы не смогут склевать его весь за короткое время, то крошки, разбросанные по двору, будут выражать еще большее пренебрежение к хлебу, чем если бы их выбросили в мусор; к тому же, они могут помешать соседям. Поэтому, если после трапезы осталось слишком много крошек, то их лучше положить в полиэтиленовый пакет и выкинуть.

Если человек видит, что на земле валяется хлеб или другая пища, даже если они заплесневелые, и никто не захочет их съесть, их все равно нужно поднять с земли, чтобы проявить к ним уважение, и положить на более высокое место – например, на камень или на дерево (см. трактат Эрувин, 64б; Бейт Барух, 45, 31).

В целом, запрет «Не порти» относится к любым предметам, в которых есть какая-либо польза. Что же касается неплодовых деревьев, то раньше они не считались полезными, поэтому запрет на них не распространялся (см. Рамбам, Законы царства, 6, 9). Однако в наши дни, когда население мира значительно возросло, и большинство людей живут в тесных многоэтажках, они придают большое значение декоративным посадкам, которые радуют глаз и приносят пользу здоровью, и ради этого многие готовы тратить денежные средства. Поэтому сегодня любые деревья, кустарники и цветы, которые люди обычно выращивают, имеют денежную ценность, поэтому тот, кто их портит, нарушает запрет Торы. Кроме того, неплодовые деревья приносят пользу тем, что очищают воздух.

Праведный человек не будет понапрасну портить или причинять вред никакому растению или животному, даже если они не имеют денежной ценности. Ведь ничто в мире не было создано напрасно, каждое творение обладает своей уникальной ценностью и помогает раскрыть присутствие Творца. Вот что говорят об этом наши мудрецы (Мидраш Берешит раба, 10, 6): «Нет ни единой травинки, у которой не было бы своей звезды на небосводе, что ударяет по ней и говорит ей: расти!». А в книге Зоѓар (ч. 3, 86а) сказано, что у каждой травинки, даже самой тоненькой, есть наверху сила, которая поддерживает ее существование; и все, что происходит с этой травинкой в нашем мире, продиктовано ее высшей силой. И хотя мы еще не постигли мудрость, заложенную в деревьях и травах, и нам не слышна их песнь, которой они славят Всевышнего, – мы можем наслаждаться красотой Творения и величием Творца, Который его создал. Сказали наши мудрецы: когда земля покрылась травами, это было подобно великолепно накрытому столу, и все это предназначается для человека, чтобы он мог наилучшим образом выполнить миссию, возложенную на него в этом мире (см. Мидраш Ваикра раба, 11, 1). Вот что написано по этому поводу в Пискей Тосафот (к трактату Псахим, 132): тот, кто срубает неплодовое дерево, не видит в жизни благословения. И хотя закон Ѓалахи не запрещает срубать неплодовое дерево, в респонсах Киньян Тора (ч. 1, 39) говорится, что поскольку наши мудрецы сказали (трактат Ктубот, 112б): «В грядущем все неплодовые деревья в Земле Израиля станут приносить плоды», получается, что неплодовые деревья тоже содержат в себе часть силы, присущей плодовым деревьям.

Так нам становится ясно, что деятельность всевозможных обществ охраны природы обладает большой ценностью, потому что она предотвращает уничтожение различных видов растений и животных. Кроме того, очевидно, что мы обязаны строго соблюдать все государственные законы, связанные с охраной природы: во-первых, потому, что охрана природы как Божественного творения обладает самостоятельной ценностью; а во-вторых, потому, что законы, принятые представителями народа, обязан исполнять каждый гражданин – как с точки зрения законодательной силы, которой обладает общество, так и с точки зрения ѓалахического принципа, который гласит, что закон страны, в которой проживают евреи, обязателен для них. Но если возникает противоречие между потребностями человека и сохранением какого-либо вида животных или растений, то потребности человека преобладают – при условии, что человек не относится к охране окружающей среды халатно и пренебрежительно.

Следует добавить, что также существует заповедь беречь красоту природы и следить за чистотой окружающей среды. А в Израиле это еще и является частью заповеди заселения Земли Израиля (см. трактат Ктубот, 112а).

В эпоху Второго Храма, когда сельское хозяйство в Земле Израиля переживало расцвет, мудрецы заметили, что очень часто стада коз и овец, выпущенные на пастбище, наносили серьезный ущерб полям и плодовым деревьям. Поэтому мудрецы вынесли постановление, запрещающее разводить в Земле Израиля мелкий рогатый скот. Мелкий рогатый скот – это общее название для коз и овец. И действительно, основной ущерб наносили полям и плодовым деревьям именно козы и овцы, так как они передвигаются очень быстро и успевают за короткий срок обглодать множество деревьев. И хотя крупный рогатый скот, то есть быки и коровы, тоже может нанести ущерб плодовым деревьям, – в Ѓалахе существует основополагающее правило, что нельзя выносить постановления, которые большинство народа не в состоянии исполнить; и поскольку коровы необходимы людям ради молока и мяса, и невозможно приводить их из-за границы, так как они не пройдут такое больше расстояние, мудрецы разрешили выращивать их в Земле Израиля. При этом, разумеется, на людей, разводящих крупный рогатый скот, возлагается ответственность за то, чтобы следить за животными и не позволять им портить посадки, а если это все-таки произошло, то они должны выплатить компенсацию владельцу поля или плодового сада.

Что же касается мелкого рогатого скота, то его можно привести из-за границы, так как козы и овцы способны проходить большие расстояния. Поэтому мудрецы запретили разводить их в Земле Израиля поблизости от населенных пунктов. Но разрешено разводить мелкий рогатый скот в пустыне или в лесу, а также в областях, прилегающих к Земле Израиля. А если человек хочет купить коз или овец ради мяса в честь праздника, свадьбы или любого другого торжества, то ему разрешено держать их у себя до тридцати дней, при условии, что они не будут пастись на свободе, а им будут приносить корм в хлев. Аналогичным образом, мясникам разрешено привозить в Землю Израиля мелкий рогатый скот на продажу при условии, что его не будут держать на одном месте более тридцати дней и не дадут ему пастись в полях и садах (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава кама, 79б и 80а; Рамбам, Законы, связанные с причинением имущественного ущерба, гл. 5, 2; 7)^[15].

В годы изгнания, когда Земля Израиля пребывала в запустении, и на ней не было ни садов, ни полей, – поскольку козы и овцы не могли причинить никакого ущерба, запрет мудрецов разводить мелкий рогатый скот был отменен. Такое постановление вынес рабби Йосеф Каро, автор кодекса <em>Шульхан арух</em>, живший в Земле Израиля более четырехсот лет назад. Он постановил: поскольку в Земле Израиля нет полей, принадлежащих евреям, в ней разрешено выращивать мелкий рогатый скот (см. <em>Шульхан арух</em>, <em>Хошен мишпат</em>, 409, 1).

Однако в наше время, когда мы, великой милостью Божией, удостоились возвращения в землю наших праотцев и возродить ее, вновь встал вопрос, распространяется ли на нас древнее постановление мудрецов, запрещающее разводить в Земле Израиля мелкий рогатый скот; или же, поскольку в эпоху изгнания это постановление было отменено, оно утратило свою актуальность.

Авторитеты расходятся во мнениях по этому вопросу. Некоторые считают, что поскольку в основе этого постановления лежит стремление спасти поля и сады от ущерба, очевидно, что пока существует причина, постановление остается в силе. И так как в наши дни в Земле Израиля есть поля и сады, которые могут пострадать от мелкого рогатого скота, запрет мудрецов вновь актуален (см. <em>Ябиа омер</em>, <em>Хошен мишпат</em>, 3, 7; <em>Шевет ѓа-Леви</em>, 4, 227).

Однако по мнению рава Цви-Песаха Франка, ѓалахическое правило гласит: любое постановление мудрецов, которое когда-либо было отменено, не возвращается без особого на то указания. И поскольку в период изгнания запрет разводить в Земле Израиля мелкий рогатый скот отменили, он утратил силу, поэтому в наши дни этот запрет не действует (см. комментарии <em>Ѓар цви</em> к <em>Тур</em>, <em>Хошен мишпат</em>, 409). Такое же постановление выносит автор респонсов <em>Циц Элиэзер</em> (7, 24-25). Кроме того, он добавляет: с начала еврейского заселения Земли Израиля в ней было принято разводить стада коз и овец, следовательно, еврейские земледельцы занимались своим трудом на том условии, что пастухам разрешено пасти мелкий рогатый скот в дикой местности, но они обязаны следить за животными, чтобы они не портили полей и садов. А поскольку запрет мудрецов был вынесен на благо земледельцев, и те согласились, чтобы вокруг садов и полей, принадлежащих им, разводили мелкий рогатый скот, – невозможно восстановить этот запрет.

И поскольку сомнение в этом ѓалахическом вопросе связано с постановлением мудрецов, – согласно закону <em>Ѓалахи</em>, в наши дни разрешено разводить мелкий рогатый скот в Земле Израиля, на основании правила: при сомнении, связанном с постановлением мудрецов, следует придерживаться менее строгого толкования закона. Это особенно справедливо потому, что благодаря разведению коз и овец мы исполняем заповедь заселения Земли Израиля.