Глава 06 - Некоторые законы, связанные с еврейским государством

Вопрос: является ли забастовка правильным способом разрешения трудовых споров согласно Ѓалахе?

Ответ: прежде всего следует сказать, что на практике, если в государстве принято, что работники бастуют, чтобы улучшить условия труда, то забастовки разрешены. По мнению большинства авторитетов, для этого нужно получить разрешение религиозного суда (бейт дина). Однако изначально (лехатхила) это не может считаться верным путем, поскольку все трудовые споры следует разрешать в бейт дине, уполномоченном на это с согласия ѓалахических авторитетов. Только так проблеме можно найти истинно верное решение. Во-первых, таким образом можно избежать финансового ущерба, который наносит забастовка, а также социальных конфликтов. А во-вторых, и это еще важнее, судебное постановление в таком случае будет сбалансированным и справедливым. Ведь на сегодняшний день положение дел таково, что работники некоторых компаний оказывают на государство очень сильное давление и таким образом добиваются огромных зарплат. Например, средняя зарплата работника Электрической компании достигает пятнадцати тысяч шекелей, потому что когда компания бастует, вся жизнь в государстве замирает, и государство не может противостоять бастующим. А социальные работники, чей труд не уступает в важности и сложности труду работников Электрической компании, получают почти в четыре раза меньше, потому что их забастовки не наносят ущерб должностным лицам, отвечающим за размеры заработной платы в государстве.

Передают, что именно таково было мнение рава Кука, благословенна память праведника: что любой трудовой спор следует разрешать в бейт дине, и только если работодатель отказывается обращаться в бейт дин, можно начать забастовку. А рав Бен-Цион Меир Хай Узиэль, благословенна память праведника, писал, что следует основать особый бейт дин, в состав которого войдут мудрецы Торы и эксперты в экономической и социальной областях, и этот бейт дин будет рассматривать все трудовые споры.

Благодаря этому народное хозяйство будет процветать, избавившись от забастовок и силовых методов, и заработная плата всех работников в государстве вырастет.

Если работник обязался трудиться в течение определенного периода, ему запрещено нарушать свое обязательство, а если он его все-таки нарушил, работодатель имеет право выразить недовольство, но не имеет права требовать от работника компенсации. Если же забастовка работника наносит финансовый ущерб предприятию, то в таком случае работодатель может требовать компенсации у работника, нарушившего данное обязательство. А если работник недоволен размером заработной платы, он может прекратить работу по истечении срока договора, но не раньше.

Таков общий ѓалахический принцип. Однако жители города или представители той или иной профессии могут установить для себя особые правила и порядки, в том числе и право на забастовку даже до истечения срока договора. Это возможно при условии, что указанные правила и порядки будут утверждены «городским советом», то есть бейт дином или выдающимся мудрецом Торы, разбирающимся в делах общины. Бейт дин или мудрец должны прежде убедиться, что в установленных порядках нет несправедливости.

Возникает вопрос: сегодня, когда раввины и раввинские суды не управляют общественными делами, разрешено ли жителям какого-либо города или представителям какой-либо профессии устанавливать для себя особые правила? По мнению некоторых авторитетов, там, где нет раввинов, влияющих на решение всех общественных вопросов, рабочим союзам разрешено организовывать забастовки на свое собственное усмотрение. Такое постановление выносит рав Моше Файнштейн (см. Игрот Моше, Хошен мишпат, 1, 58-59). В отличие от этого, многие авторитеты считают, что запрещено устраивать забастовки без разрешения бейт дина, и из слов рава Шломо-Залмана Ойербаха можно сделать вывод, что именно таково его мнение. По всей вероятности, такого же мнения придерживались рав Элиэзер Вальденберг (см. Циц Элиэзер, 2, 23) и рав Хаим-Давид Ѓа-Леви. Исходя из этого, всякий, кто желает принять участие в забастовке, должен спросить об этом раввина, уполномоченного выносить постановления в подобных случаях, и разрешение или запрет на участие в забастовке зависит от каждого конкретного случая.

Как мы уже говорили, по сути закона Ѓалахи забастовки запрещены, поскольку работник обязался трудиться в течение определенного времени, и ему нельзя нарушать свои обязательства. Однако жители страны могут принять решение, разрешающее забастовки даже в период, пока еще действует данное работником обязательство. По мнению многих авторитетов, такое разрешение можно дать лишь с согласия уважаемого бейт дина или одного из крупнейших раввинов.

Все вышесказанное относится к обычным видам работы, в которых нет аспекта исполнения заповеди. Что же касается учителей, преподающих Тору, то им бастовать запрещено. Ведь если человек может преподавать Тору, то на него возложена заповедь делать это даже без всякого вознаграждения. А заработную плату учителям платят для того, чтобы им не пришлось искать себе другой источник заработка и они были свободны для преподавания Торы. Но если учитель не ищет другого источника средств к существованию, то он обязан продолжать учить детей. То же самое касается врачей и медсестер – поскольку существует заповедь лечить людей безвозмездно, им запрещено бастовать, даже если их заработная плата не соответствует прилагаемым усилиям. Разумеется, им разрешено искать другую работу, но пока они не приступили к работе на новом месте, они обязаны продолжать лечить больных безвозмездно, поскольку у них нет другой работы. Трудовые споры среди представителей этих профессий следует разрешать в бейт дине или у раввина, уполномоченного на это, а не путем забастовок.

И лишь в редких случаях, когда работодатель отказывается предстать перед бейт дином или раввином, уполномоченным проводить разбирательства такого рода, и представляется, что если не будет проведена забастовка, это нанесет ущерб системе образования или здравоохранения, можно посоветоваться с бейт дином, и только если он даст однозначное дозволение, разрешено начать забастовку. Это объясняется тем, что иногда необходимо приостановить изучение Торы, чтобы впоследствии его можно было продолжать без помех.

Таким образом, учителю, преподающему Тору, запрещено участвовать в забастовке, не получившей однозначного разрешения от уважаемого бейт дина или местного раввината. Даже если учительский профсоюз угрожает ему, что если в будущем ему понадобится помощь, профсоюз откажется ее предоставить, учителю все равно запрещено бастовать. Это подобно тому, как если бы еврею сказали: если ты не согласишься есть некошерное мясо, твои права будут ущемлены. В таком случае ему все равно запрещено есть это мясо. Точно так же, если преподавателю Торы будут грозить ущемлением прав, ему все равно запрещено участвовать в забастовке. Благодаря этой заслуге его можно будет назвать настоящим педагогом, для которого самое главное – духовные ценности. Такой педагог станет своим ученикам примером для подражания, и они последуют по его стопам во славу Торы, еврейского народа и Земли Израиля (см. Игрот Моше, Хошен мишпат, 1, 59).

Учительницам, обучающим Торе девочек, тоже запрещено бастовать. И нельзя утверждать, что поскольку женщинам не заповедано изучать Тору, учительницы могут принимать участие в забастовке, так как не считается, что при этом они уклоняются от исполнения заповеди. Ведь на самом деле заповедь изучения Торы возложена и на женщин – они должны изучать основы веры, а также заповеди, которые обязаны соблюдать. Значит, учительницы, которые обучают девочек Ѓалахе и основам веры, тоже исполняют заповедь. А если ученицы стремятся изучать и другие области Торы, это свидетельствует о том, что им это важно, чтобы углубить свою веру и причастность к Торе, поэтому такое обучение также получает статус заповеди, и его тоже запрещено отменять (как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва женщин, гл. 7, п. 2).

Некоторые авторитеты считают, что только преподавателям религиозных дисциплин запрещено бастовать. Что же касается светских предметов, то поскольку их изучение не является заповедью, на них распространяются те же законы, что и на все другие области деятельности. И если в государстве разрешены забастовки, то преподавателям светских дисциплин разрешено бастовать, при условии, что, как мы уже говорили, на забастовку было получено разрешение уважаемого раввина, согласно требованию большинства авторитетов.

Однако мне, по моему скромному мнению, представляется, что в любом учебном заведении, где религиозные дисциплины рассматриваются как главные, а светские – как дополнительные, запрещено отменять из-за забастовки также и занятия светскими предметами. Дело в том, что если светские предметы изучаются как дополнение к религиозным, то и в них есть аспект исполнения заповеди. Ведь сказали наши мудрецы в трактате Шабат (75а): «О всяком, кто умеет вычислять времена и наблюдать за ходом звезд, но не делает этого, сказано (Йешаяѓу, 5:12): «…а на дела Господа не смотрят они и творений рук Его не видят»». Рамбам, Маѓараль и многие другие величайшие авторитеты объясняют: наши мудрецы имели здесь в виду не только астрономию. Они хотели сказать, что каждый, кто может с помощью изучения наук понять законы природы, созданные Господом в этом мире, но не делает этого, не обращает внимания на дела Господни, ведь Он раскрывается перед нами посредством Своего Творения. В Гемаре также говорится: изучая светские науки, евреи освящают Имя Господа перед другими народами. А Виленский Гаон говорил, что каждому, кто недостаточно разбирается в светских науках, недостает знаний Торы в стократном размере (как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Законы изучения Торы, гл. 14; а также в Ликутим, ч. 1, 1, 14).

Таким образом, светские дисциплины, изучаемые в рамках религиозной программы, считаются вспомогательными и необходимыми для воспитания учеников в духе Торы и еврейской веры. Поэтому их тоже нельзя отменять из-за забастовки. Иными словами, если все занятия в данном учебном заведении направлены на то, чтобы ученики и ученицы научились жить в этом мире согласно всем аспектам нашей веры, то вся учебная программа считается единым целым, и ни один урок нельзя отменять, потому что все они служат исполнению заповеди.

Но в тех учебных заведениях, где религиозные предметы не занимают центральное место – как с точки зрения количества часов в неделю, так и с точки зрения придаваемой им важности, – светские предметы рассматриваются как самостоятельная единица, и к преподавателям этих предметов применяются те же законы, что и к представителям всех других профессий, которым разрешается бастовать согласно практике, принятой в государстве.

В конце данной главы приведем ѓалахический закон, связанный с царством Израиля. В книге Берешит (49:10) сказано: «Не отойдет скипетр от Йеѓуды и законодатель из среды потомков его». Объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Санѓедрин, 5а): «»Не отойдет скипетр от Йеѓуды» – это главы изгнанников в Вавилоне, правящие народом с помощью скипетра; «и законодатель из среды потомков его» – это потомки Ѓилеля, обучающие народ Торе». Рамбан, комментируя слова Торы «не отойдет», объясняет, что только после того, как Давид (который принадлежал к колену Йеѓуды – пер.) взошел на престол, царем Израиля не может быть представитель другого колена, а до этого было разрешено выбирать царей из других колен. Поэтому первым царем Израиля стал Шауль, принадлежавший к колену Биньямина. Рамбан также пишет, что поскольку в те времена требование народа поставить над собой царя было неправомерным, ведь народом правил пророк Шмуэль согласно слову Господа, – поэтому Господь повелел Шмуэлю возвести на престол Шауля из колена Биньямина.

Далее Рамбан приводит практический закон: «По моему мнению, цари, правившие после Давида в Израильском (Северном) царстве, нарушали замысел своего отца (Яакова) и незаконно передавали надел». Царя из другого колена можно возвести на престол лишь временно, пока не появится царь из колена Йеѓуды, и потому наши мудрецы сказали, что если на престол восходит царь из другого колена, не совершают церемонию помазания, чтобы подчеркнуть, что его царство – временное.

Вот за что были наказаны цари династии Хасмонеев, правившие в эпоху Второго Храма. Хотя они были высшими праведниками, и если бы не они, народ Израиля забыл бы Тору и заповеди, они понесли суровое наказание: четверо сыновей старца Хасмонея, праведные цари, взошедшие на престол друг за другом, несмотря на свою праведность и мужество, погибли от вражеского меча, и в конце концов Ирод уничтожил всех их потомков (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава батра, 3б). Они были приговорены к столь страшной каре потому, что должны были стремиться к возведению на престол царя из колена Йеѓуды. И еще один грех совершили Хасмонеи: они были коѓенами, а коѓенам заповедано хранить свое священство, тогда как Хасмонеи были одновременно и царями, и первосвященниками. Несомненно, бразды правления, которые они держали в руках, служили помехой при исполнении ими храмового служения, и кто знает, не в этом ли кроется причина того, что Божественное присутствие (Шхина) не осенило собой Второй Храм, подобно Первому Храму. С другой стороны, храмовое служение мешало царям династии Хасмонеев полностью посвятить себя делам царства.

Однако Рашба (см. Респонсы, 4, 187) считает, что в вышеприведенном стихе из книги Берешит содержится не запрет возводить на престол царя из другого колена, а обещание, что скипетр царства навеки останется у колена Йеѓуды. А Ран пишет в своих проповедях, что цари династии Хасмонеев были ни в чем не виноваты, поскольку наш праотец Яаков сказал перед смертью, что скипетр власти перейдет к колену Йеѓуды только после того, как народ Израиля удостоится независимого царства, тогда как Хасмонеи правили с дозволения сначала греческим, а затем римских властей. Поэтому они не нарушили никакого запрета. Тем не менее, многие авторитеты приняли мнение Рамбана – что Хасмонеям следовало прилагать больше усилий к тому, чтобы возвести на престол царя из колена Йеѓуды и отделить царство от первосвященства. Они должны были брать пример с жителей Земли Израиля в эпоху танаев^[3] и амораев^[4]. Те всегда старались назначить князя (наси)^[5] из потомков колена Йеѓуды, и если не было наследников по мужской линии, то назначались наследники по женской линии (см. также Циц Элиэзер, 19, 26).

Здесь не место вдаваться в подробности, но следует отметить, что уже в Торе приводится идея разделения полномочий. Согласно Торе, существуют четыре института власти: 1) царство; 2) судьи – все фундаментальные решения принимались в Большом Санѓедрине, заседавшем в Иерусалиме, а решения частного порядка – в Малых Санѓедринах, расположенных на местах; 3) священство, центром служения которого был Иерусалимский Храм, и которое распространялось во всем народе Израиля, по всем городам, принадлежащим коѓенам; 4) пророчество, определявшее высшую духовную идею; пророки предостерегали народ от греха, упрекали в содеянных грехах и выносили временные постановления.

В Торе (Дварим, 17:15) сказано: «Поставь над собою царя». Объясняют наши мудрецы (Мидраш Сифрей, там же): «Царя, а не царицу». Рамбам (Законы царства, 1, 5) расширяет этот закон Ѓалахи и распространяет его на любую позицию власти в народе Израиля. Он пишет: «Не следует назначать женщину на какую-либо должность в царстве, ведь сказано: «Поставь над собою царя», а не царицу. Подобно тому, на любое место власти в народе Израиля назначают только мужчин». Некоторые раввины (например, рав Тукочинский), основываясь на этих словах Рамбама, говорят, что не следует назначать женщину депутатом Кнессета.

С другой стороны, некоторые ранние законоучители писали, что указание Торы подразумевает именно царский престол. Что же касается других позиций власти, то если общество принимает власть женщины, в этом нет никакого запрета. А в  Писании мы находим, что народ принял авторитет и руководство пророчицы Дворы, которая судила Израиль (см. комментарий Рашба и Рана к трактату Швуот, 30а). Кроме того, рав Бен-Цион Меир Хай Узиэль и рав Ицхак Герцог писали, что, по их мнению, вышеприведенные слова Рамбама не были приняты в качестве практического закона.

Есть также мнение, что выборные должностные лица при демократическом строе не считаются занимающими позицию власти. Следовательно, даже согласно подходу Рамбама, сегодня разрешено выбирать женщину депутатом Кнессета, министром и даже премьер-министром (так считает, например, рав Шауль Исраэли).

Таким образом, хотя и не все авторитеты с этим согласны, мнение большинства гласит, что, если общественность в этом заинтересована, она может выбрать женщину депутатом Кнессета или министром.

Однако здесь возникает еще один вопрос: соответствует ли это законам скромности. Там, где не принято, чтобы женщина занимала общественные руководящие должности, это считается нескромным. Но все-таки это не является полностью запрещенным, поэтому в случае острой необходимости допустимо и даже желательно, чтобы женщина, подходящая для этого, заняла руководящую должность, даже если в ее кругах это не принято. Если же это принято везде, как в наши дни, то нет опасения, что это не соответствует законам скромности^[6].