Глава 06 - Некоторые законы, связанные с еврейским государством

Одним из основных ѓалахических принципов, относящихся к области гражданского права и имущественных отношений, является принцип: «Закон царства обязателен для исполнения». Это означает, что каждый человек обязан исполнять законы государства – законы о налогах и таможенных пошлинах, правила дорожного движения и тому подобное. По мнению большинства ѓалахических авторитетов, если человек уклоняется от уплаты налогов или таможенных пошлин, он нарушает запрет Торы.

У этого есть несколько объяснений. Первое из них заключается в том, что таким образом граждане принимают авторитет государственной власти, частично отказываясь от своих личных прав, и выражают согласие, чтобы государство устанавливало законы и управляло общественной жизнью. И хотя многие граждане часто жалуются на то, что налоги слишком высоки, и выражают недовольство многими другими государственными законами, все же, если они не выступают открыто против государственной власти, тем самым они признают, что предпочитают существующую государственную власть анархии, которая может начаться без нее. Таким образом, они наделяют государство правом устанавливать законы и взимать налоги.

Согласно второму объяснению, земля, на которой расположено государство, принадлежит ему согласно закону захвата территории. Государство охраняет свои границы с помощью армии и экономической силы, поэтому вся территория принадлежит ему, и граждане, живущие на ней, обязаны подчиняться владельцу этой территории, то есть государству. И хотя каждый отдельный дом или двор находятся в частном владении, оно опирается на государственное владение этой территорией. Ведь не будь государства, неизвестно, остались бы эти дома и дворы во владении нынешних хозяев.

Что же касается выбранного народом правительства, то совершенно очевидно, что оно имеет по крайней мере те же полномочия, что и царь. Власть такого правительства опирается на гораздо более широкую общественную поддержку, поскольку народ избрал правительство напрямую, тем самым заранее приняв его будущие решения. И даже меньшинство, не представленное в правительстве, выразило согласие принимать решения большинства. А если кто-то скажет, что он не согласен с демократическим стилем управления, на это можно ответить, что правительство, избранное демократическим путем, уж точно обладает не меньшей властью, чем цари, правившие народом с помощью силы, а ведь наши мудрецы, сказав: «Закон царства обязателен для исполнения», подразумевали и власть таких царей. Подведем итог вышесказанному: запрещено уклоняться от уплаты налогов и таможенных пошлин; всякий, кто так поступает, нарушает запрет Торы. И такое постановление выносит Шульхан арух (Хошен мишпат, 369, 6).

Крупнейшие законоучители раннего периода подчеркивали: обязателен для исполнения именно «закон царства», но не закон царя. Это означает, что если царь издаст указы, идущие вразрез с логикой и общепринятой моралью, то они не будут иметь никакой силы. Обязательную силу имеют только постановления и законы, которые могут быть приняты и в других царствах.

Для пояснения вышесказанного приведем цитату из комментария одного из ранних законоучителей, автора труда Нимукей Йосеф, к Вавилонскому Талмуду, трактату Бава батра, 54б: «Все ѓалахические авторитеты согласны, что изречение мудрецов: «Закон царства обязателен для исполнения» подразумевает именно законы царства, ведь в каждом царстве есть свои общеизвестные законы; а указы, выходящие из-под руки деспота, обязательными для исполнения не являются». Рамбан (там же) пишет, что в этом изречении мудрецы имели в виду законы, общепринятые во всех царствах. То же самое пишет и Ритва (в комментарии к Рифу, трактат Недарим, 28а): повеление того или иного правителя, будь то в отношении одного человека или всего народа, или вынесенный им новый указ, которого не было в прежние времена, – это не закон, а попросту разбой и грабеж.

Из вышесказанного можно заключить, что царю или правительству не следует издавать законы, которые не являются общепринятыми также в других государствах; кроме того, законы не должны дискриминировать или лишать прав какого-либо человека или группу людей. В истории не раз случалось, что в той или иной стране издавались законы, ущемлявшие в правах евреев, и величайшие раввины постановляли, что на эти законы не распространяется принцип: «Закон царства обязателен для исполнения». Ведь народ принимает на себя власть царя или правительства для того, чтобы они правили справедливо, как принято во всем мире, и власть предержащие не имеют права отклоняться от этого, а если это все-таки произошло, их постановления не имеют силы (см. Циц Элиэзер, 16, 49).

Все это относится только к вопиющей несправедливости, подрывающей самые основы государства, тогда как заурядные проявления коррупции или дискриминации, свойственные любой власти, не отменяют принципа: «Закон царства обязателен для исполнения». Ведь если он перестанет действовать из-за любых проявлений коррупции, его нельзя будет применить ни в одной стране мира.

Законоучители задают принципиальный вопрос: к какому именно царству относится принцип: «Закон царства обязателен для исполнения» – к любому царству в Земле Израиля или за ее пределами, еврейскому царству и царству инородцев, или же только к царствам за пределами Земли Израиля?

Крупнейшие законоучители раннего периода полемизируют по этому вопросу. По мнению Рана и Рашба (в комментариях к трактату Недарим, 28а), это правило относится лишь к царствам инородцев за пределами Земли Израиля. Ведь данная царству власть издавать законы основана на том, что территория царства принадлежит ему в силу закона о завоевании, так как государственная граница охраняется исключительно с помощью военной силы. Поэтому человек, желающий жить в этом царстве, обязан принять его законы. Если же он к этому не готов, ему следует найти себе другое место жительства. В этом нет никакой разницы между царем и правительством, поэтому евреи, живущие в демократических государствах, обязаны соблюдать государственные законы, на основании правила: «Закон царства обязателен для исполнения». Но вышесказанное относится только к странам за пределами Земли Израиля, ведь там земля действительно принадлежит царю или правительству, тогда как Землю Израиля дал еврейскому народу Всевышний, и никакое царство не имеет права изгнать еврея оттуда. Значит, на этой земле территория государства не принадлежит самому государству, и если еврей не принимает государственные законы, они не имеют для него силы.

Однако большинство ранних авторитетов, в том числе и Рамбам, не согласны с этим мнением. Они считают, что в этом отношении нет никакой разницы между Землей Израиля и странами за ее пределами, и везде, где есть царь или правительство, их законы обязательны для исполнения. Это объясняется тем, что соблюдение принципа: «Закон царства обязателен для исполнения» не зависит от того, кому принадлежит земля, на которой расположено государство. Оно основано на общественном признании власти царя или правительства, ведь сам факт, что народ не восстает против правительства и не свергает его, свидетельствует о том, что он принимает все его законы. А значит, между Землей Израиля и странами за ее пределами нет никакой разницы, и в Земле Израиля законы царства или правительства обязательны для исполнения, при условии, что они не противоречат явным образом законам Торы (Рашба в своих респонсах, ч. 2, 134, выносит такое же постановление, в отличие от сказанного им же в комментарии к трактату Недарим).

И действительно, практический закон, соответствующий мнению большинства авторитетов, гласит, что принцип: «Закон царства обязателен для исполнения» действует и в Земле Израиля. Так постановляет Шульхан арух (Хошен мишпат, 369, 6), и такое же постановление выносят авторитеты нашего времени.

А по мнению Хатам Софера (Хошен мишпат, 44), даже Ран и Рашба признали бы, что и в Земле Израиля необходимо платить налоги, на основании принципа: «Закон царства обязателен для исполнения». Вот что пишет Хатам Софер: авторитеты говорят, что в Земле Израиля нет обязанности платить налоги царю потому, что мы живем на этой земле не по воле царя, а по воле Создателя. Именно поэтому мы не обязаны платить царю налоги. Но это касается только тех налогов, которые идут на удовлетворение личных потребностей царя, а также на содержание его дворцов и двора. Если же собранные средства тратятся на благо граждан государства, то есть на нужды безопасности, образования, на благоустройство городов, то нет никакого сомнения в том, что все граждане обязаны платить налоги. А тот, кто от этого уклоняется, нарушает не только принцип: «Закон царства обязателен для исполнения», но и запрет незаконного присвоения (гезель) общественной собственности (см. Циц Элиэзер, 16, 49).

Самым существенным ограничением принципа: «Закон царства обязателен для исполнения» является то, что всякий закон, идущий вразрез с законами Торы, не имеет обязательной силы. Ведь еще Йеѓошуа бин Нуну было сказано свыше, что он уполномочен выносить постановления как глава сынов Израиля, и каждый, кто восстанет против него, будет предан смерти, но далее в Писании полномочия Йеѓошуа ограничиваются фразой: «Только будь тверд и мужествен». Вот что там сказано (Йеѓошуа, 1:16-18): «И отвечали они Йеѓошуа, сказав: все, что ты повелел нам, сделаем мы, и куда ни пошлешь нас, пойдем. Во всем, как слушали мы Моше, так будем слушать и тебя: лишь бы был Г-сподь, Б-г твой, с тобой, как был Он с Моше. Всякий, кто воспротивится повелению твоему и не послушает слов твоих во всем, что ты ни повелишь ему, предан будет смерти. Только будь тверд и мужествен». Это значит, что постановления Йеѓошуа будут иметь силу лишь при условии, что он будет исполнять сказанное выше, в стихе 7: «Только тверд будь и очень мужествен, чтобы бережно соблюдать Тору всю, которую завещал тебе Моше, раб Мой; не уклоняйся от нее ни вправо, ни влево, дабы преуспевал ты везде, куда ни пойдешь». Если же его постановления будут противоречить Торе, они не будут иметь никакой силы, и евреям будет запрещено их исполнять (см. Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 49а). Рамбам также постановляет (в «Законах царств», 3, 9), что если царь приказывает нарушить какую-либо заповедь Торы, ему нельзя повиноваться. Это объясняется тем, что слова Святого, благословен Он, важнее слов царя, поскольку и земной царь является рабом Царя царей.

И если таков закон в отношении Йеѓошуа бин Нуна, которого назначил царем наш учитель Моше, величайший из пророков Израиля, и признали члены Санѓедрина и весь еврейский народ, то любому другому царю или правительству тем более запрещено выносить постановления, идущие вразрез с заповедями Торы. Например, если какое-либо правительство издаст закон, обязывающий нарушать субботу или есть запрещенную пищу (например, свинину), либо требующий изгнать евреев со своей земли, тем самым нарушив заповедь заселения Земли Израиля, – то, согласно Торе, подобный закон не будет иметь никакой силы, и весь народ Израиля будет обязан препятствовать его исполнению.

До сих пор мы обсуждали ѓалахический принцип: «Закон царства обязателен для исполнения», согласно которому закон об уплате налогов и таможенных пошлин любого государства имеет ѓалахическую силу. Теперь добавим, что в Государстве Израиль эти законы имеют еще большую обязательную силу. Это объясняется тем, что израильское правительство избирается большинством жителей государства, а значит, помимо полномочий царства оно обладает еще и полномочиями «городского совета». «Городской совет» – это орган власти, избиравшийся жителями города или членами общины; люди, входившие в городской совет, назывались «старейшинами города» или «старейшинами общины». Рош в своих респонсах (правило 6, п. 19) пишет: само собой разумеется, что любое постановление, вынесенное «старейшинами города» как в отношении отдельных жителей, так и в отношении всей общины, имеет обязательную силу писаного закона без необходимости формального закрепления его процедурой приобретения. И еще он пишет (там же, п. 27), что жители города имеют право накладывать взыскания и штрафы на того, кто нарушает постановления «старейшин города».

Этому закону Ѓалахи дается несколько объяснений. Из респонсов Ѓа-мабита (3, 228) следует, что ѓалахическую силу постановлениям глав общины придает обычай, который гласит: поскольку община управляет своими делами путем избрания специальных представителей, которые выносят постановления и назначают налоги и взыскания, отдельный человек не может нарушить этот обычай и обязан исполнять общинные постановления. Законоучители приводят и другое объяснение: во всем, что касается общественных дел, члены общины считаются «компаньонами», ведь если они не объединятся, чтобы управлять делами общины, каждый из них понесет ущерб. Поэтому получается, что все жители города и все граждане государства, независимо от их желания, являются «компаньонами» и отвечают друг за друга (так считает рав Моше Шик). Кроме того, община испокон веков обладает правом, называемым хазака, которое позволяет ей в некоторой мере вмешиваться в жизнь ее членов, взимая с них налоги и таможенные пошлины ради общинных нужд. И, как известно, если община обладает правом хазака в каком-либо вопросе, отдельный человек не может его отменить. Например, если дорожка, расположенная в частном дворе, долгое время находится во всеобщем пользовании, то в ее отношении установлена хазака, и владелец двора уже не может запретить людям ходить по ней. То же самое можно сказать и в отношении налогов: установлена хазака, что община взимает налоги с каждого своего члена.

Подведем итог вышесказанному: на практике совершенно очевидно, что каждый гражданин обязан платить налоги в полном соответствии с законом, – как с точки зрения принципа: «Закон царства обязателен для исполнения», так и согласно общинным постановлениям (см. Циц Элиэзер, 16, 50). По мнению большинства авторитетов, обязанность уплаты налогов – это заповедь Торы, и тот, кто ее не выполняет, нарушает запрет гезель (незаконное присвоение чужой собственности).

В предыдущих пунктах мы упомянули мнения различных авторитетов относительно уплаты налогов и пришли к выводу, что, по мнению большинства авторитетов, эта обязанность считается подобной условию неписаного договора о «компаньонстве», заключенного членами общины, обязательность исполнения которого следует из Торы.

Таким образом, каждый человек обязан платить налоги. И желательно видеть в этом приятную обязанность, ведь благодаря этому мы участвуем в абсорбции новых репатриантов, в укреплении государственной безопасности и в развитии Государства Израиль. И хотя нельзя закрывать глаза на многочисленные недостатки, свойственные депутатам Кнессета и членам правительства, все же, поскольку народ выбрал их, и они обладают полномочиями царства и «старейшин общины», на каждого человека возложена заповедь платить налоги.

Уплата налогов может быть нелегким испытанием, поскольку нередко стремление к наживе лишает человека разума. Например, бывает, что покупатель приходит в магазин и интересуется, сколько стоит тот или иной товар, и продавец отвечает: «Без налоговой квитанции – пятьсот шекелей, с квитанцией – шестьсот». Это непростое испытание как для покупателя, так и для продавца – покупателю нелегко заплатить лишние сто шекелей, а продавец хочет продать товар как можно дешевле, чтобы привлечь покупателей. Но Ѓалаха постановляет, что запрещено утаивать налог, поэтому покупатель обязан сказать продавцу, что хочет сделать покупку с налоговой квитанцией. И только в особых случаях разрешается совершать покупку без квитанции – например, если человек покупает что-либо у своего брата или очень близкого друга. В таком случае можно считать, что продавец хочет подарить этот товар своему брату или другу, однако тот предпочитает дать ему компенсацию за затраченные средства и усилия.

Часто возникает еще один вопрос: обязан ли покупатель требовать налоговую квитанцию, чтобы убедиться, что продавец заплатит налог за сделанную у него покупку, или же это – личная обязанность продавца, и покупатель не обязан следить за этим, выступая в роли полицейского или работника налоговой службы?

На практике покупатель не обязан требовать квитанцию, и если он делает покупку, не получая квитанцию, он не нарушает запрет. Ему запрещено только говорить продавцу, что он хочет купить товар дешевле без квитанции. Однако если покупатель не требует квитанции, он тем самым, возможно, в некоторой степени способствует нарушению запрета. Кроме того, заповедь: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего» (Ваикра, 19:16) включает в себя и обязанность спасти ближнего от материального ущерба. Так пишет Рамбам (Сефер ѓа-мицвот, 297). А все общество не уступает в важности одному человеку, поэтому при совершении покупки желательно требовать квитанцию, чтобы убедиться, что за этот товар будет уплачен налог. Однако это не является обязанностью, поскольку покупатель все равно не может знать наверняка, утаивает ли продавец налог. Ведь может быть, что продавец отчитывается налоговому управлению и о тех сделках, на которые не была выписана квитанция, или что он по каким-то причинам освобожден от налога.

Тора заповедала нам (Шмот, 21:1): «И вот законы, которые ты представишь перед ними», и объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Гитин, 88б): «Перед ними» – перед судьями-евреями, а не инородцами. И даже если то или иное постановление нееврейских судей случайно совпадет с законом Торы, все равно запрещено судиться у них, поскольку сказано (Дварим, 1:17): «Ибо суд – Божий он», из чего следует, что еврейские судьи, цепь рукоположения которых восходит к нашему учителю Моше, уполномочены выносить ѓалахические постановления Самим Всевышним.

Тем не менее, примерно через триста лет после разрушения Второго Храма цепь рукоположения в народе Израиля прервалась, – ведь рукоположение возможно только в Земле Израиля (и см. выше, гл. 1, п. 4), – и статус еврейских судей изменился. До тех пор мудрецы Израиля, рукоположенные своими наставниками, имели самостоятельные полномочия на то, чтобы судить народ, а после того как прервалась цепь рукоположения, они лишились освященного традицией авторитета самостоятельно выносить религиозно-законодательные решения. Но все равно только еврейские мудрецы должны вершить суд, так как они считаются посланниками судей, рукоположенных в прошлом, и в качестве посланников они выносят ѓалахические постановления по всем распространенным судебным вопросам, связанным с предотвращением ущерба.

Следует признать, что государственные светские суды в Израиле считаются с точки зрения Ѓалахи «нееврейским судом», поскольку правовая система, на которой они основаны, не соответствует законам Торы. И к ним тоже относятся слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится у нееврейских судей или в нееврейских судах, даже если их законы совпадают с законами Израиля, – грешник, и считается, будто он проклинал, и поносил, и поднял руку на Тору учителя нашего Моше». И хотя «закон царства обязателен для исполнения», то есть общепризнанная власть имеет право принимать собственные законы, и раввинские суды, вынося постановления согласно Ѓалахе, обязаны считаться с государственными законами, – тем не менее, очевидно, что никакая власть не вправе упразднить заповедь судиться у еврейских судей согласно законам Торы. Поэтому любое судебное разбирательство должны проводить судьи, вершащие суд согласно Торе.

Даже когда ответчик отказывается судиться в религиозном суде, запрет обращаться в светский суд все равно остается в силе, пока истец не предстанет перед раввинским судом или раввином, уполномоченными выносить постановления в области имущественного права, и они не дадут ему разрешения обратиться в светский суд, чтобы спасти свое имущество. Только после этого истец может передать дело в светский суд, поскольку таким образом он не нарушает заповедь Торы судиться у еврейских судей, ведь он обратился в светский суд с их разрешения (см. Рамбам, там же).

Многие раввины даже считают, что к нерелигиозным судам в Израиле относятся суровые слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится в судах неевреев, подобен тому, кто поднял руку на Тору Моше, учителя нашего». И хотя некоторые раввины и юристы выражали сомнение в строгости этого запрета и серьезности его последствий, утверждая, что любое решение общественности правомерно, в том числе и решение обращаться к юридическим методам, доказавшим свою эффективность в современном мире, – однако представляется, что спустя годы тяжесть греха и масштаб наказания отчетливо видны. Ведь сегодня суд является той инстанцией, которая наносит наибольший ущерб еврейской идентичности в Государстве Израиль, а также безопасности государства и его способности заселить Землю Израиля.

Необходимо отметить: даже после того, как мы удостоимся создать систему правосудия согласно Торе Израиля, нам нужно будет установить промежуточный период, во время которого все контракты, соглашения и уголовные дела будут рассматриваться согласно действующей правовой системе, чтобы не разрушить общественные и экономические структуры, основанные на ней. Переход к суду по закону Торы должен быть постепенным, чтобы изменения никому не навредили^[1].

Теперешняя ситуация, когда судебная система Израиля опирается на нееврейские законы, представляет собой ужасное осквернение Божественного Имени. Поэтому на людей, глубоко изучающих Тору, возлагается важнейшая обязанность: подготовить юридическую инфраструктуру, способную заменить нынешнюю систему судопроизводства. Пока этого не происходит, люди, обладающие глубокими знаниями Торы, тоже являются соучастниками этого осквернения Святого Имени. И поскольку на сегодняшний день еще нет такой инфраструктуры, основанной на законах Торы, можно оправдать израильских юристов, которые не по своей воле отдалились от еврейского суда. Поскольку они считали, что не смогут поддерживать современное общество и экономику в соответствии с законом Торы, они обратились к закону, который уже был превалирующим в Израиле, закону, сформированному на основе турецкого и главным образом английским права. Поэтому к ним не относятся приведенные выше слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится в судах неевреев, подобен тому, кто поднял руку на Тору Моше, учителя нашего».

Что же касается вопроса о назначении религиозных судей, то некоторые раввины считают, что человеку, живущему по Торе и соблюдающему ее заповеди, запрещено быть судьей в нерелигиозном суде в Израиле; но есть и раввины, придерживающиеся другого мнения: поскольку общество приняло судебную систему, существующую в Израиле, религиозному человеку разрешено быть судьей, ведь не он виновен в том, что на сегодняшний день в нашей стране действует нерелигиозный суд. Мое скромное мнение по этому вопросу таково: как представляется, все зависит от позиции судьи. Если он сожалеет о том, что судебная система в Израиле не основана на законах Торы, и пытается изменить существующее положение, насколько это в его силах, то есть ценность в том, что он был назначен судьей. Разумеется, он не имеет возможности выносить свои постановления на основании законов Торы, однако в тех случаях, когда закон может быть истолкован по-разному, на него возложена заповедь истолковать его как можно ближе к позиции Торы. Если же он прекрасно вписывается в существующую систему и не испытывает никакого дискомфорта от того, насколько она далека от системы судопроизводства согласно Торе, – то даже если он время от времени украшает свои слова цитатами из Писания и Талмуда, он все равно является соучастником осквернения Божественного Имени (к такому выводу мы приходим но основании слов рава Мордехая Элияѓу, благословенна память праведника).

Тора заповедала нам назначить судей и надсмотрщиков в каждом городе, чтобы они вершили справедливый суд. Об этом сказано (Дварим, 16:18): «Судей и надсмотрщиков поставь себе во всех вратах твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе, по коленам твоим, чтобы судили они народ судом праведным». Имеется в виду, что в каждом городе следует назначить малый Санѓедрин, состоящий из двадцати трех судей, чтобы он судил жителей города во всех областях еврейского закона: диней нефашот (судопроизводство, связанное с тяжкими преступлениями, наказуемыми смертной казнью) и диней мамонот (имущественное право). Вопросы, связанные с диней нефашот, рассматриваются в присутствии двадцати трех судей, а вопросы, связанные с диней мамонот, – в присутствии трех судей (см. трактат Санѓедрин, 2а). Но если в городе нет двух мудрецов: «один – достойный обучать и указывать закон во всей Торе, и один – умеющий понять и знающий, как спросить и ответить», а также двадцати одного благочестивого и мудрого человека, достойного судить народ, то в таком городе не назначают Санѓедрин, но назначают суд, состоящий по крайней мере из трех судей, способных выносить решения по имущественным вопросам (см. Рамбам, Законы Санѓедрина, 1, 4-5).

Однако, как мы говорили в предыдущем пункте, мудрецы имеют право судить народ во всех областях Торы, только если они уполномочены на это по цепи рукоположения, восходящей к нашему учителю Моше. Но с тех пор как цепь рукоположения прервалась, примерно через триста лет после разрушения Второго Храма, мудрецы Израиля лишились самостоятельных полномочий на то, чтобы судить народ. Теперь они могут выступать лишь в роли посланников тех мудрецов, которые были рукоположены в прошлом, причем их миссия касается только сфер, необходимых для поддержания еврейской жизни, – таких как имущественное право и тому подобное, например, процесс прохождения гиюра. Что же касается областей судопроизводства, не являющихся необходимыми, то в них мудрецы не уполномочены судить народ после того, как цепь рукоположения прервалась. Поэтому в наши дни раввинские суды не могут выносить постановления в таких областях как диней нефашот (уголовное право) и диней кнасот (административное право). Они вправе подвергать наказанию или налагать штрафы только в качестве временного предписания, необходимого в данный момент (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Гитин, 88б, и Бава кама, 84б; Шульхан арух, Хошен мишпат, 1, 1 и 2, 1).

И поскольку в наше время члены раввинских судов не уполномочены выносить постановления во всех областях Торы, естественным образом была упразднена заповедь Торы назначить Санѓедрин в каждом городе (см. комментарий Рамбана к Дварим, 16:18); Тур, Хошен мишпат, 1). Но существует заповедь назначить в каждом городе религиозный суд по вопросам имущественного права, чтобы вершить суд согласно закону Торы.

Крайне важно завершать любое судебное разбирательство в кратчайшие сроки. Наши мудрецы сказали в связи с этим (в трактате Санѓедрин, 7а), что распри между людьми подобны трещине в плотине: в самом начале трещину очень легко заделать, но если не выполнить это сразу же, то со временем она будет становиться все шире, пока через нее не хлынет вода, и тогда починить плотину будет уже невозможно, и вся она рухнет под напором водного потока. Так и ссора: если разрешить ее в самом начале, это примирит конфликтующие стороны и между ними вновь воцарятся дружеские отношения. Но если ссора длится слишком долго, в сердцах людей поселяется ненависть, и избавиться от нее очень трудно. Поэтому мудрецы предостерегают нас не задерживать вынесение судебных постановлений (см. Мишна, трактат Авот, 5, 8).

Кроме того, Тора заповедала нам назначить судей в каждом городе. Об этом сказано (Дварим, 16:18): «Судей и надсмотрщиков поставь себе во всех вратах твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе, по коленам твоим, чтобы судили они народ судом праведным». Судьи заседали у городских ворот, где проходят все жители города и его окрестностей, чтобы каждый человек мог к ним обратиться. Так любую тяжбу можно было рассмотреть прямо на месте. Постановления тоже выносились очень быстро, а если один из тяжущихся отказывался исполнить постановление суда, надсмотрщики, подчинявшиеся судьям, тотчас же вынуждали его к этому.

Сначала судебные заседания проводились в каждый из будних дней, с утра до полудня (см. Рамбам, Законы Санѓедрина, 3, 1). Однако Эзра-книжник заметил, что во многих местах нет нужды в том, чтобы суд собирался ежедневно, и вынес постановление, согласно которому суды должны заседать только по понедельникам и четвергам. Были выбраны именно эти дни, потому что в них сельские жители приезжали в город, и благодаря этому они тоже имели возможность обратиться в суд.

Доля того чтобы понять, насколько важно не задерживать вынесение судебных постановлений, можно привести отрицательный пример из практики современных гражданских судов в Израиле. Помимо того, что с ѓалахической точки зрения они считаются нееврейскими судебными инстанциями (как объяснялось в п. 7), они также непомерно затягивают судебные разбирательства. С момента подачи иска до начала судебного рассмотрения проходит очень много времени, а после этого стороны еще долго ждут постановления суда. За это время конфликты обостряются, и когда наконец суд выносит постановление, уже слишком поздно для того, чтобы восстановить мир между тяжущимися сторонами. Кроме того, когда суд затягивается, это дает большое преимущество людям состоятельным по сравнению с теми, кто стеснен в денежных средствах, потому что человек состоятельный знает, что если у него будет тяжба с человеком, чьи средства ограниченны, он подаст на того в суд, и пока суд вынесет постановление, у небогатого ответчика закончатся все деньги. Поэтому практически всегда небогатые люди соглашаются на компромисс, получая меньше, чем им положено по праву, потому что у них нет средств на то, чтобы тянуть суд еще многие месяцы или даже годы.

А когда на человека подают в суд за уголовное преступление, его имя остается запятнанным в течение долгого времени, и даже если в конце концов его оправдают, долгий период, в течение которого длится суд, наносит ему непоправимый ущерб и может оставить у него в душе неизлечимые раны до последнего дня его жизни.

К величайшему сожалению, раввинские суды, в которых судопроизводство основано на законах Ѓалахи, тоже работают недостаточно быстро, – главным образом потому, что они слишком скудно финансируются. Но и сегодня, когда религиозные суды не признаются с точки зрения закона полноправными государственными судами, следует стремиться к тому, чтобы при каждой ешиве и при каждом колеле^[2] были созданы суды, состоящие из трех судей и рассматривающие имущественные тяжбы. Такие суды должны заседать в любой день, когда это необходимо. А при отсутствии тяжб судьи будут изучать Тору в ешиве или колеле. Благодаря этому мы удостоимся умножить справедливость и мир и приблизить Избавление, и так исполнится пророчество Йешаяѓу (1:26-27): «И опять поставлю судей твоих, как прежде, и советников твоих, как вначале; после этого будешь ты назван городом праведности, городом верным. Сион искупится правосудием, а раскаявшиеся его – праведностью».