Глава 12 - Заповеди, связанные с Землей Израиля

Тора дана еврейскому народу для того, чтобы изучать ее и исполнять ее заповеди в Земле Израиля. Это привлечет свыше Божественное благословение на эту святую землю, а от нее – на весь мир. Ведь именно в Земле Израиля раскрываются Царство Всевышнего, Его Тора и Божественное благословение, и оттуда они распространяются по всему миру, тогда как за пределами Земли Израиля раскрыть их очень трудно. В Святой Земле становится ясно, что Всевышний – Сам Бог, а за пределами Святой Земли Он называется «Бог богов». Вот почему сказали наши мудрецы, благословенна их память, что еврей, живущий за пределами Земли Израиля, подобен идолопоклоннику, у которого нет Бога (см. Вавилонский Талмуд, трактат Ктубот, 110б). И еще сказали мудрецы от имени Всевышнего: «Все время, пока вы живете в Земле Израиля, Я – Бог вам; а если вы не живете в Земле Израиля, то Я словно и не Бог вам» (Тосефта к трактату Авода зара, 4, 5). Именно поэтому мудрецы говорят, что заповедь заселения Земли Израиля равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым (см. Мидраш Сифрей  к разд. Реэ, 80; комментарий Рамбана к Ваикра, 18:25).

А в Торе (Дварим, 11:31-12:1) сказано: «Ибо вы переходите Иордан, чтобы прийти и завладеть землею, которую Господь, Бог ваш, дает вам, и вы овладеете ею и поселитесь на ней. Соблюдайте же строго все уставы и законы, которые я предлагаю вам сегодня. Вот уставы и законы, которые вам бережно исполнять в земле, что дал Господь, Бог отцов твоих, тебе для владения ею во все дни, которые вы будете жить на той земле». Из этих слов следует, что мы обязаны исполнять заповеди Торы именно в Земле Израиля. Но с другой стороны сказано (там же, 11:16-18): «Берегитесь, чтобы не обольстилось сердце ваше, и вы не совратились и не стали служить богам иным, и не поклонялись им. И [тогда] возгорится гнев Господа на вас, и затворит Он небо, и не будет дождя, и земля не даст плодов своих; и вы скоро пропадете с этой доброй земли, которую Господь дает вам. Положите же эти слова Мои в сердце ваше и в душу вашу, и навяжите их в знак на руку свою, и да будут они начертанием между глазами вашими». Это значит, что за пределами Земли Израиля тоже существует обязанность исполнять заповеди Торы. Мудрецы объясняют: заповеди, связанные с Землей Израиля, то есть с ее почвой, нужно соблюдать только в этой земле; а заповеди, не связанные с Землей Израиля, необходимо соблюдать и за ее пределами, чтобы мы не забыли их, когда возвратимся в Святую Землю. Кроме того, исполнение этих заповедей пробудит наши сердца к покаянию, а оно, в свою очередь, приблизит Избавление (см. Иерусалимский Талмуд, трактаты Швиит, 6, 1, Кидушин, 1, 8; Вавилонский Талмуд, Кидушин, 37а; Мидраш Сифрей , разд. Экев, 43-44).

Назовем заповеди, связанные с Землей Израиля: отделение халы, орла, килаим посевов, килаим в винограднике, хадаш (запрет пожинать и есть новый урожай злаковых до принесения жертвы омера), лекет, шихеха, пеа, перет, олелот, бикурим, отделение трумот и маасрот, начало стрижки овец, швиит и йовель. А по мнению многих авторитетов, к этой категории относится и заповедь отдавать в дар коѓену плечо, челюсти и желудок каждого зарезанного животного (см. ниже, п. 15). И хотя мы обязаны соблюдать эти заповеди главным образом в Земле Израиля, в отношении многих из них обязанность распространяется в некоторой степени и за пределы этой земли (как объясняется в примечании). Кроме того, существует множество общественных заповедей, действующих только в Земле Израиля, – например, заповедь создания системы правосудия; а также множество заповедей, зависящих от построения и существования Храма. Но в данной главе мы не будем рассматривать эти заповеди^[1].

Обязанность соблюдения заповедей, связанных с Землей Израиля, зависит также от состояния еврейского народа. Все они вступили в силу только после того, как евреи вошли в Землю Израиля, в ее основную часть – то есть на территорию, расположенную на западном берегу Иордана, где жили семь ханаанских народов. А обязанность соблюдения заповедей швиит и йовель (седьмого и пятидесятого лет) по Торе существует тогда, когда еврейский народ живет в Земле Израиля, и каждое колено занимает предназначенный ему надел (см. ниже, п. 14). Обязанность же соблюдения по Торе таких заповедей как отделение халы, трумот и маасрот вступает в силу тогда, когда большинство еврейского народа живет в Земле Израиля (см. ниже, п.п. 2, 10, 11).

С того момента как евреи вошли в Землю Израиля, на них стала распространяться обязанность исполнения частных заповедей, возлагаемых на каждого еврея: хадаш, орла, килаим посевов и килаим в винограднике. Эти заповеди относились к территории на западном берегу Иордана, которую было заповедано завоевать евреям, вышедшим из Египта. Об этом говорится в Торе, в недельном разделе Масэй (Бемидбар, гл. 34). И с того момента как евреи перешли Иордан, обязанность исполнения этих заповедей распространилась на всю эту территорию, хотя евреи еще не завоевали ее. А поскольку они еще раньше захватили восточный берег Иордана, обязанность распространилась и на него. Что же касается территорий вне района, который должны были завоевать сыны Израиля, вышедшие из Египта, – от реки Египетской до реки Прат, – то хотя они тоже входят в пределы Земли Израиля, эти заповеди не распространялись на них, пока евреи их не завоевали^[2].

Обязанность же исполнения заповедей, относящихся к обществу, а не к отдельным евреям: трумот и маасрот, отдаваемые владельцами полей коѓенам, левитам и беднякам; а также швиит и йовель, которые относятся ко всему народу в целом, – вступила в силу только после того, как евреи завершили завоевание Земли Израиля и поделили ее на наделы, предназначенные для каждого колена. Завоевание длилось семь лет, а разделение Земли Израиля, пока каждый еврей не получил свой надел, – еще семь лет. Таким образом, лишь на пятнадцатый год после того, как сыны Израиля вошли в Святую Землю, они начали отсчитывать годы для шмиты и йовеля, отделять трумот и маасрот и оставлять в поле дары для бедных. На двадцать первый год настал первый год шмиты, а на шестьдесят четвертый год – первый год йовеля (см. Мидраш Сифрей , разд. Экев, 41; «Жемчужины Ѓалахи», Законы швиит и йовель, гл. 5, п. 1)^[3].

Пока не был отстроен Иерусалимский Храм, плоды маасер шени и нета ревай съедали возле Скинии в Шило (см. Мишна, Звахим, 14, 4-8). Туда же приносили бикурим. Так было в течение всех 369 лет существования Скинии в Шило. После этого Скиния находилась 57 лет в Нове и в Гивоне, а потом евреи начали восходить в Иерусалим, в Храм, построенный царем Шломо. Этот Храм просуществовал 410 лет (см. Вавилонский Талмуд, трактат Звахим, 118б; Рамбам, Законы Дома избрания, 1, 2).

Царь Давид расширил завоеванную Моше и Йеѓошуа территорию Земли Израиля, на которой жили двенадцать израильских колен. Он завоевал Сирию – как территории, входящие в пределы Земли Израиля, такие как Арам и Дамаск, так и территории за ее пределами, такие как Арам Наѓараим (Междуречье), расположенный между реками Прат и Хидекель. Завоевания Давида были призваны покорить народы, которые могли в будущем восстать на Израиль. Предотвратив возникновение на этих территориях царств, враждебных Израилю, Давид поставил там своих наместников, которые взимали с местного населения дань для укрепления Израильского царства (см. Шмуэль 2, 8:3-13; 10:16-19). Сказали наши мудрецы, что завоевания Давида не происходили согласно подобающему по Торе порядку. Ведь заповедь требовала захватить сначала всю землю Кнаан в границах, указанных в разделе Масэй (Дварим, гл. 34), а Давид завоевал Сирию прежде Иерусалима, в котором правили йевусеи (см. Мидраш Сифрей , разд. Экев, 51). По всей вероятности, Давид изменил указанный в Торе порядок потому, что не намеревался заселить Сирию евреями. Ведь в те времена народ Израиля еще не заселил полностью все территории, завоеванные в дни Йеѓошуа бин Нуна. Давид полагал, что если он завоевал Сирию, чтобы покорить враждебные народы и взимать с них дань ради укрепления своего царства, это не считается изменением предписанного Торой порядка. Поэтому его завоевания называются «личными», так как они совершались ради укрепления его царства, а не ради исполнения заповеди заселения Земли Израиля.

И поскольку завоевания Давида не соответствовали предписанному порядку, в отношении их статуса возникло сомнение. По мнению рабби Меира, хотя Сирия была захвачена в результате «личных» завоеваний, существует обязанность согласно Торе соблюдать на ее территории все заповеди, связанные с Землей Израиля. Следовательно, в Сирии необходимо, согласно заповеди Торы, отделять трумот и маасрот, и запрещено продавать там дом нееврею. А по мнению рабби Йоси, поскольку Сирия была захвачена в результате «личных» завоеваний, в ней следует соблюдать заповеди, связанные с Землей Израиля (в том числе и заповедь отделения трумот и маасрот), лишь согласно постановлению мудрецов. И в случае необходимости разрешено продать нееврею дом, находящийся в Сирии. И таков практический закон (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Гитин, 8а-б; Авода зара, 21а; Рамбам, Законы, связанные с идолопоклонством, 10, 3). Но и согласно подходу рабби Йоси, поскольку все территории до реки Прат (Евфрат) входят в пределы Земли Израиля, существует заповедь заселять их и приобретать там дома, и еврею даже разрешено нарушить запрет мудрецов, связанный с субботним покоем (швут), чтобы купить дом на этой земле (см. Рамбам, Законы субботы, 6, 11)^[4].

С тех пор как колена Реувена и Гада и половина колена Менаше отправились в изгнание (в 3188 г. от Сотворения мира, примерно за сто пятьдесят лет до разрушения Первого Храма), – обязанность соблюдения заповедей швиит и йовель согласно Торе была отменена. Об этом сказано (Ваикра, 25:10): «И объявите свободу на земле всем жителям ее», и наши мудрецы объясняют (Вавилонский Талмуд, трактат Арахин, 32б; трактат Гитин, 36а): «Тогда, когда все евреи живут на этой земле, а не тогда, когда часть из них ушла в изгнание»; а если отменяется обязанность соблюдения пятидесятого года, то отменяется и обязанность соблюдения седьмого года (причина этого объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Законы седьмого и пятидесятого года, гл. 1, п. 9; гл. 5, 3).

Однако обязанность отделения трумот и маасрот согласно Торе по-прежнему существовала. И хотя швиит соблюдали с тех пор только согласно постановлению мудрецов или обычаю, – отсчет лет семилетнего цикла продолжался согласно Торе, а от этого отсчета зависела заповедь отделения маасрот (см. Рамбам, Законы шмиты и йовеля, 10, 5; Тосафот к трактату Арахин, 12б, со слов הנך שני).

Примерно восемнадцать лет спустя (в 3206 г. от Сотворения мира) была отменена обязанность отделения халы, трумот и маасрот согласно Торе, потому что большинство еврейского народа уже не проживало в Земле Израиля. А со времени разрушения Первого Храма отменилась святость, лежащая в основе всех общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких как отделение халы и трумот, отдаваемых коѓенам; отделение «первой десятины», отдаваемой левитам; отделение «второй десятины», которую весь народ должен есть в Иерусалиме; отделение «десятины бедных», отдаваемой беднякам; заповеди швиит и йовель, обязанность соблюдения которых действует тогда, когда все колена Израиля живут в своих наделах. Поскольку обязанность исполнения всех этих заповедей зависит от состояния еврейского народа, после разрушения Храма перестал существовать тот фундамент, на который они опирались. Именно об этом сказали наши мудрецы (трактат Хулин, 7а): «Изначальная святость существовала тогда, но не сохранилась на грядущие времена». Это значит, что с разрушением Первого Храма изначальная святость Земли Израиля утратила силу.

Что же касается личных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких, которые должен исполнять каждый еврей частным образом, например, орла или килаим, – то обязанность их исполнения сохраняется и тогда, когда Храм разрушен, а народ ушел в изгнание. Ведь поскольку эта обязанность вступила в силу, как только евреи вошли в Землю Израиля, еще до того как они завоевали ее и разделили на наделы, – разрушение Храма и изгнание не отменяет этих заповедей^[5].

В конце эпохи Первого Храма, после изгнания Йеѓояхина, когда в Вавилоне стала образовываться еврейская община, пророки постановили, что от плодов, выросших в Шинаре (то есть Вавилоне), следует отделять трумот и маасрот, – потому что Вавилон расположен вблизи Земли Израиля, и многие евреи селились там еще до изгнания. Это постановление было призвано сохранить соблюдение этой заповеди в среде изгнанников, а также помочь бедным. Возможно, пророки также опасались, что некоторые евреи предпочтут переселиться в Вавилон, чтобы избежать обязанности отделения 20 процентов урожая для трумот и маасрот. Поэтому они постановили, что трумот и маасрот нужно отделять и в Вавилоне; а поскольку в Вавилоне нет заповеди швиит, пророки вынесли постановление, что и в седьмой год семилетнего цикла там следует отделять трумот и маасер шени (см. ниже, п. 13).

По всей вероятности, в Вавилоне продолжали отделять трумот и маасрот и после разрушения Первого Храма. Там также продолжался отсчет лет семилетнего цикла шмиты, так как он лежит в основе порядка отделения трумот и маасрот: в первый, второй, четвертый, пятый и седьмой годы в Вавилоне отделяли маасер шени («вторую десятину»), а в третий и шестой годы – маасер ани («десятину бедных»). И см. Рамбам, Законы шмиты и йовеля, 10, 5. Однако в Земле Израиля обязанность отделения трумот и маасрот была аннулирована. Скорее всего, некоторые евреи продолжали отделять их в соответствии с укоренившимся обычаем, но это не было обязанностью, пока в Землю Израиля не возвратились мужи Великого собрания и не освятили ее заново.

Но и после того как Земля Израиля была освящена во второй раз, постановление пророков продолжало оставаться в силе. Мудрецы, возглавившие народ Израиля после Эзры Книжника, вынесли дополнительное постановление, согласно которому трумот и маасрот нужно было отделять и в Египте, потому что там тоже существовала большая еврейская община. Однако согласно этому постановлению, в Египте в седьмой год нужно было отделять «десятину бедных», чтобы еврейские бедняки, жившие в Земле Израиля, могли воспользоваться ею в год шмиты. А позднее мудрецы постановили, что трумот и маасрот следует отделять также в Амоне и Моаве; при этом было решено, что в этих странах в седьмой год будут тоже отделять «десятину бедных» (см. Мишна, Ядаим, 4, 3)^[6].

Через пятьдесят два года после разрушения Первого Храма персидский царь Кореш (Кир II) даровал евреям Вавилона право возвратиться в Землю Израиля и отстроить Храм. Однако лишь 42 тыс. евреев воспользовались этой возможностью и приехали в Святую Землю. Они поселились в Иерусалиме и его окрестностях, возвели жертвенник и стали приносить на нем жертвы, а также намеревались построить Храм. Но клеветнические послания, направленные персидскому царю неевреями, живущими в Земле Израиля, привели к тому, что строительство Храма было остановлено на 18 лет. И только по прошествии этого времени царь Дарий II, сын Ахашвероша (Артаксеркса) и царицы Эстер, разрешил возобновить строительство (см. Вавилонский Талмуд, трактат Мегила, 11б-12а, и комментарий Раши, там же).

Однако состояние еврейского народа с национальной и духовной точек зрения было по-прежнему плачевным. Большинство народа предпочло остаться в изгнании, еврейское население Земли Израиля было скудным по численности и бедным духовно. Лишь немногие занимались изучением Торы, в соблюдении заповедей царило невежество, и даже среди коѓенов многие нарушали запрет Торы и женились на нееврейках. Вероятно, они считали, что в новой действительности, когда народ Израиля рассеян среди народов, больше нет обязанности исполнять заповеди. Лидеры поколения осознавали бесспорную необходимость разъяснить народу, как именно следует соблюдать Тору Израиля в изменившемся мире.

На шестой год после построения Храма в Землю Израиля прибыл из Вавилона Эзра Книжник, величайший духовный авторитет. Он стал призывать народ к изучению Торы и исполнению заповедей. Эзра был столь велик, что мудрецы сказали о нем (трактат Санѓедрин, 21б): «Эзра был достоин того, чтобы через него Тора была дарована народу Израиля, но его опередил Моше». И еще сказали мудрецы (трактат Сукка, 20а): «Когда Тора забылась в народе Израиля, Эзра прибыл из Вавилона и основал ее заново». Он был не только мудрецом, но и пророком. В качестве пророка он звался Малахи (см. трактат Мегила, 15а). Примерно через 13 лет после Эзры в Иерусалим приехал Нехемья, знатный вельможа персидского двора. Он стал наместником Иудеи и вместе с Эзрой укрепил еврейскую общину Земли Израиля как с национальной, так и с религиозной точек зрения.

Наши мудрецы сравнивают возвращение в Сион в дни Эзры Книжника с завоеванием Земли Израиля в дни Йеѓошуа бин Нуна: как в дни Йеѓошуа, так и в дни Эзры евреи вновь приняли на себя заповеди Торы. И подобно тому, как в дни Йеѓошуа сынам Израиля, вышедшим из Египта, было заповедано во время предстояния на горах Гризим и Эйваль возобновить союз, заключенный при даровании Торы на горе Синай, (см. Дварим, 11:29-32; 27:1-26), – в дни Эзры евреи также возобновили этот союз с Торой (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Швиит, 6, 1; Вавилонский Талмуд, трактат Арахин, 32б).

И действительно, в Писаниях (Ктувим) говорится, что в дни Эзры и Нехемьи евреи вновь приняли на себя заповеди Торы, при этом делая упор на заповеди, которые нуждались в то время в особом внимании. Об этом сказано (Нехемья, 1:40): «Но при всем этом мы заключаем союз и записываем его, а подписывает знать наша, левиты наши, коѓены наши. И подписывают (далее перечисляются главы семейств коѓенов и левитов и главы народа)… и пришли с клятвой и присягой следовать Торе Божьей, которая была дана через Моше, раба Господня; соблюдать и исполнять все заповеди Господа, Бога нашего, и законы Его, и уставы. И не отдавать нам дочерей наших (другим) народам земли, а их дочерей не брать за сыновей своих. И у народов (других) стран, которые привезут товары и всякие продукты в день субботний на продажу, не покупать у них в субботу и в святые дни; и в седьмой год оставить (землю) и взыскание долгов… И приносить первые плоды земли нашей и первые плоды всякого дерева из года в год в дом Господний. А первенцев из сынов наших и из скота нашего (выкупать), как написано в Торе, а первородное от крупного и мелкого скота нашего приносить в Храм Бога нашего для священников, что служат в Доме Бога нашего. И первую долю от теста нашего, и приношения наши, и плоды всех деревьев, вино молодое и свежее оливковое масло будем мы приносить в комнаты священников, в Дом Бога нашего, а десятину с земли нашей – левитам; а они, левиты, брать будут десятину во всех городах, где мы трудимся…».

Для того чтобы укрепить соблюдение Торы в народе Израиля, Эзра Книжник основал самый большой и уважаемый бейт дин в истории народа: Великое собрание. В него входили сто двадцать мудрецов, среди которых были последние пророки. Этот бейт дин проанализировал духовное состояние еврейского народа и вынес постановления, призванные помочь народу соблюдать заповеди Торы в условиях рассеяния, когда меньшинство евреев живет в Земле Израиля, а большинство – за ее пределами. Кроме прочего, мужи Великого собрания составили тексты молитв и благословений, установили дни публичного чтения Торы в синагогах, а также дни и часы, когда суды мудрецов будут рассматривать имущественные и другие тяжбы между евреями. Постановления мужей Великого собрания способствовали укреплению статуса Торы в народе Израиля и заложили основы для сохранения и дальнейшего развития Устной Торы. Мужи Великого собрания оставили после себя множество учеников и проложили путь мудрецам будущих поколений, которые будут продолжать выносить постановления и устанавливать законы в соответствии с потребностями каждого поколения^[7].

Одним из наиболее тяжелых проявлений кризиса, охватившего народ Израиля после разрушения Первого Храма, стала отмена обязанности исполнения общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких как шмита и йовель, отделение трумот и маасрот, дары бедным (лекет, шихеха, пеа, перет и олелот). Ведь именно эти заповеди выражают Божественные ценности, заключенные в практических сферах общественной жизни; и именно через них раскрывается уникальный характер еврейского народа. Правда, и после разрушения Первого Храма отдельные евреи продолжали частично исполнять эти заповеди, но для них это было соблюдением обычая отцов, а не обязанностью. Главным достижением Эзры Книжника стало возобновление этой обязанности. На седьмой год после построения Второго Храма Эзра и мужи Великого собрания вновь освятили Землю Израиля для исполнения этих заповедей и начали отсчитывать годы шмиты и йовеля. И тогда к народу Израиля вернулись обязанности отделения трумот и маасрот и халы, а также обязанности оставлять в поле дары бедным и соблюдать шмиту.

Наши мудрецы говорят, что первое освящение Земли Израиля в дни Йеѓошуа в отношении общественных заповедей было аннулировано после разрушения Первого Храма. Что же касается второго освящения в дни Эзры, то оно навеки остается в силе. Ведь в Торе сказано, что после того как мы согрешим и понесем наказание в виде изгнания, Всевышний возвратит нас в Землю Израиля: «Тогда возвратит Господь, Бог твой, изгнанных твоих и смилосердится над тобою, и опять соберет тебя из всех народов, среди которых рассеял тебя Г-сподь, Б-г твой… И приведет тебя Господь, Бог твой, в землю, которою унаследовали отцы твои, и будешь ты наследовать ее» (Дварим, 30:3-5). Объясняют мудрецы: «унаследовали» – это первый приход в Землю Израиля в дни Йеѓошуа; «и будешь ты наследовать» – это второй приход в дни Эзры. И поскольку в Торе не сказано, что будет третье наследование, мы приходим к выводу, что в силу второго освящения Земля Израиля навеки останется святой, и эта святость не будет отменена даже после разрушения Второго Храма (см. трактат Йевамот, 82б). Первое освящение утратило силу, так как оно произошло в результате завоевания евреями Земли Израиля, поэтому, когда мы лишились этой земли, освящение стало недействительным. Второе же освящение было результатом заселения евреями Земли Израиля, когда они всеми силами удерживали эту землю, несмотря на многочисленные трудности. И поскольку во второй раз Земля Израиля была освящена посредством заселения, хотя у еврейского народа не было полновластного владения ею, – в основе второго освящения лежит исконное право евреев на эту землю, а это право основано на Божественном обетовании и потому сохраняется навеки. Поэтому даже разрушение Храма и изгнание не отменили святость Земли Израиля в отношении общественных заповедей, связанных с этой землей (согласно сказанному у Рамбама, Законы приношений, 1, 5; Законы Дома избрания, 6, 16). И представляется, что первое освящение стало основой второго. Это объясняется тем, что святость Земли Израиля в отношении заповедей, с ней связанных, входит в полную силу благодаря исполнению заповеди заселения Земли Израиля, то есть благодаря завоеванию и заселению этой земли. Об этом сказано (Дварим, 11:31): «И вы овладеете ею и поселитесь на ней». И поскольку народ Израиля унаследовал эту землю, исполнив обе части заповеди (завоевание и заселение), ее святость сохраняется навеки.

И хотя некоторые ранние законоучители не согласны с этим мнением и считают, что вторая святость тоже была отменена после разрушения Храма (так пишут Рашба, Ритва и Ран), – тем не менее, в Ѓалахе принято мнение, что вторая святость сохраняется навсегда^[8].

Поскольку второе освящение стало результатом заселения Земли Израиля, оно распространилось на все места, заселенные евреями в эпоху Второго Храма. С расширением границ заселения в дни Эзры расширялась и территория святости. Эта территория называется «границей восхождения из Вавилона». Сначала евреи поселились в Иудее и Биньямине, а со временем, благодаря основанию царства династии Хасмонеев, продолжению алии и естественному приросту, еврейское заселение распространилось на Самарию, Нижнюю и Верхнюю Галилею, морское побережье от Ашкелона до Акко, Голанские высоты и восточный берег Иордана.

Когда территории, заселенные евреями, были освящены, святость возобновилась и в тех районах на обоих берегах Иордана, которые захватили евреи, вышедшие из Египта, и распространилась даже на Сирию. Однако мужи Великого собрания постановили, что в «границе восхождения из Вавилона» освящение будет действовать согласно Торе, а в «границе восхождения из Египта» и в Сирии – согласно постановлению мудрецов. Великое собрание могло бы решить, что святость распространится в полной мере также на территории в «границе восхождения из Египта» и в Сирии, но они предпочли, чтобы в районах, не до конца заселенных евреями, обязанность исполнения общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, была менее строгой. Это решение было призвано немного облегчить жизнь бедняков. С другой стороны, мужи Великого собрания могли бы постановить, что святость совсем не распространится на «границу восхождения из Египта» и Сирию, но они не хотели принимать такое решение, чтобы и в этих районах бедные могли получать трумот и маасрот, а также бесхозные плоды седьмого года. Что же касается территорий в «границе восхождения из Вавилона», то на них существовали нееврейские города (например, Бейт-Шеан и Ашкелон), и мужи Великого собрания решили, что в этих городах обязанность исполнения общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, будет менее строгой, нежели в других районах в «границе восхождения из Вавилона» (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хагига, 3б; трактат Хулин, 7а). В те времена всем было известно, каков закон в отношении «границы восхождения из Египта» и нееврейских городов в «границе восхождения из Вавилона», однако позднее это постановление было забыто, и по данному вопросу возникла полемика законоучителей, как объясняется ниже (в п. 12).

Так или иначе, после того как мужи Великого собрания освятили Землю Израиля для исполнения общественных заповедей, связанных с этой землей, – места, заселенные евреями в эпоху Второго Храма, больше не нуждались в дополнительном освящении, так как святость распространилась вместе с заселением. Но и после разрушения Второго Храма святость сохранилась на всех территориях в «границе восхождения из Вавилона», потому что второе освящение сохраняется навеки. Ведь, как мы говорили (в п. 7), мудрецы объясняют: после того как мужи Великого собрания освятили во второй раз Землю Израиля, ей больше никогда не потребуется дополнительное освящение. Таким образом, когда мы написали, что в «границе восхождения из Египта» обязанность исполнения общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, – это постановление мудрецов, имелись в виду те места, где не было упорядоченного еврейского заселения в эпоху Второго Храма^[9].

В эпоху Второго Храма мудрецы постановили, что все территории «земли инородцев» обладают ритуальной нечистотой. Под выражением «земля инородцев» подразумеваются области вне «границы восхождения из Вавилона», которые не были заселены евреями. Одна из причин этого постановления заключалась в том, что инородцы, жившие там, закапывали своих умерших в землю без могил, и кости умерших нередко смешивались с почвой так, что их было очень трудно заметить. А закон Ѓалахи гласит, что кости умершего, будь то еврея или нееврея, даже величиной с ячменное зерно, передают ритуальную нечистоту тому, кто их касается. Поэтому мудрецы постановили, что всякий, кто коснется почвы в «земле инородцев», будет ритуально нечист, поскольку считается, что он коснулся мертвого.

У этого постановления была и другая причина. Мудрецы хотели, чтобы евреи не выезжали за пределы районов еврейского заселения, потому что именно в этих пределах существует основная обязанность исполнения заповеди заселения Земли Израиля. При этом мудрецы стремились, чтобы вторая святость распространялась постепенно вместе с еврейским заселением, и не хотели, чтобы евреи селились среди неевреев, не завладев землей, на которой они живут. История показывает, что постановление мудрецов достигло цели, и благодаря ему евреи не выезжали за пределы районов еврейского заселения даже на короткий срок. Более того, евреи называли эти территории «заграницей» и «землей инородцев», хотя на самом деле они принадлежат к Земле Израиля (см. трактат Гитин, 76б)^[10].

Поскольку коѓенам запрещено оскверняться нечистотой мертвого тела, – после того как мудрецы вынесли постановление о ритуальной нечистоте «земли инородцев», коѓенам запрещалось выезжать за пределы «границы восхождения из Вавилона». И только в случае крайней необходимости – например, если им было нужно предотвратить крупный убыток, либо ради сватовства или изучения Торы, – коѓенам разрешалось выезжать за эти пределы (см. трактат Авода зара, 13а). В наши дни, когда мы не соблюдаем законы ритуальной чистоты в полном объеме, коѓенам разрешено выезжать за пределы «границы восхождения из Вавилона». В силе остался только общий запрет выезжать за пределы Земли Израиля, касающийся любого еврея^[11].

Заповедь отделения халы действует в Земле Израиля, когда там проживает большинство еврейского народа. Об этом сказано (Бемидбар, 15:18-19): «Говори сынам Израиля и скажи им: когда вы войдете в землю, в которую Я веду вас, то, когда будете есть хлеб той земли, возносите возношение Господу». Объясняют наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Ктубот, 25а): «»Вы войдете» – имеется в виду: вы все войдете, а не только немногие из вас». Поэтому при возвращении евреев из Вавилона в дни Эзры не было обязанности исполнять эту заповедь, ведь в Землю Израиля вернулось совсем небольшое число евреев. Однако мужи Великого собрания во главе с Эзрой Книжником постановили, что даже когда большинство народа не живет в Земле Израиля, все равно следует исполнять заповедь отделения халы (см. Рамбам, Законы бикурим, 5, 5).

Более того, мудрецы также постановили, что халу нужно отделять во всем мире, а не только в Земле Израиля, чтобы эта заповедь не забылась в народе (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бехорот, 27а; Рамбам, там же, 5, 7). Это постановление касалось только халы, но не трумот и маасрот, так как заповедь отделения халы подобна заповедям, связанным с активным действием, а не с почвой Земли Израиля, – ведь обязанность отделения халы вступает в силу во время замеса теста (см. Тосафот к трактату Кидушин, 36б). К тому же, заповедь отделения халы относится ко всем евреям, а заповедь отделения трумот и маасрот – только к земледельцам (так пишет рабби Йосеф Коркос, Законы бикурим, 5, 7).

После того как мудрецы вынесли постановление о ритуальной нечистоте «земли инородцев», которое распространялось на все территории вне «границы восхождения из Вавилона», во всех нечистых местах уже нельзя было съедать отделенную от теста халу. Ведь хала обладает святостью, и ее нужно есть в условиях ритуальной чистоты. Поэтому мудрецы постановили, что в Земле Израиля, в «границе восхождения из Египта», следует отделять две халы. Первая из них должна соответствовать количеству, установленному мудрецами: одна сорок восьмая от теста, и ее нужно сжигать, поскольку она ритуально нечиста; так евреи будут помнить, что хала наделена святостью, и ее запрещено есть в нечистоте. Вторую халу владелец теста может отделить в любом количестве, какое пожелает, даже самом незначительном, и ее следует отдать коѓену. Так евреи будут помнить, что хала предназначена для того, чтобы ее съедали коѓены. Коѓенам, а также их близким, разрешено съедать халу в ритуальной нечистоте, при условии, что они не осквернены нечистотой, исходящей от выделений тела (например, от выделения семени или менструальной крови). Если же коѓены или их близкие осквернены такой нечистотой, то им разрешено есть халу после того, как они окунутся в микве.

В Сирии и во всех других странах мира, где обязанность отделения халы является менее строгой, в отношении этой заповеди действует другой закон. Если там есть коѓен, не оскверненный нечистотой, исходящей от выделений тела (например, ребенок, который еще никогда не осквернялся подобной нечистотой, или взрослый, окунувшийся в микве), то следует отделить от теста только одну халу, и этот коѓен ее съест. Если же там не коѓена, не оскверненного такой нечистотой, то следует отделить две халы. Одну из них нужно сжечь, чтобы помнить, что халу запрещено есть в нечистоте, и эта хала может быть любой величины, даже самой незначительной. А вторую халу может съесть даже коѓен, оскверненный нечистотой, исходящей от выделений тела, и она должна составлять одну сорок восьмую от теста (см. Мишна, Хала, 4, 8; Бехорот, 27а; Рамбам, Законы бикурим, 5, 7-11)^[12].

С тех пор как народ Израиля перестал соблюдать все законы ритуальной чистоты, коѓены не могут есть халу в Земле Израиля. Поэтому в Земле Израиля отделяют одну халу, которая может быть любого объема, и сжигают ее. Есть мнение, что так нужно поступать и за пределами Земли Израиля. Ведь постановление, согласно которому за ее пределами следует отделять две халы, призвано напоминать о том, что в Земле Израиля халу съедают коѓены. А когда в Земле Израиля халу не едят, то за ее пределами тоже не нужно отделять дополнительную халу и съедать ее. Достаточно одной халы, которую сжигают, как в Земле Израиля. И таков общепринятый обычай (см. выше, гл. 11, п. 4, прим. 2).