После того как мудрецы запретили нееврейские хлеб и вино, а также пищу, приготовленную неевреями, амораи[13] прибавили к этому дополнительное «ограждение», призванное предотвратить ассимиляцию. Они постановили, что еврею запрещено пить спиртные напитки в доме нееврея, в его магазине, ресторане или в любом другом месте, которое ему принадлежит (см. трактат Авода зара, 31б). Этот запрет относится ко всем видам спиртных напитков: виски, водка, ликер, пиво и т.п. Он действует, даже если еврей пьет такой напиток в одиночестве, а не в обществе нееврея, потому что спиртные напитки раскрепощают людей и могут разрушить ту «ограду», которая должна отделять евреев от других народов. В эпоху танаев[14] в Земле Израиля в таком постановлении не было необходимости, потому что в те времена люди пили в основном вино, а в отношении вина мудрецы установили строгие запреты. Но в Вавилоне, где были в обиходе и другие спиртные напитки, нужно было распространить запрет и на них (см. Арух ѓа-шульхан, 114, 6).
Существует различие между запретом на хлеб неевреев и пищу, ими приготовленную, и запретом пить спиртные напитки в доме или ресторане нееврея. Первый запрет касается хлеба и пищи, приготовленных неевреями, и их запрещено есть даже в доме еврея. Что же касается спиртных напитков, то они запрещены не сами по себе, а только если еврей пьет их у нееврея. Поэтому, даже если еврей сам приготовил спиртной напиток и принес его в дом нееврея, ему запрещено пить его там, даже в полном одиночестве. Но в другом месте еврею разрешено пить спиртные напитки, изготовленные неевреями из кошерных продуктов (см. Шульхан арух, 114, 1). И на такие напитки не распространяется запрет, относящийся к пище, приготовленной неевреем, потому что основным ингредиентом напитков является вода (см. выше, гл. 28, п. 7). Иными словами, запрет распития спиртных напитков в доме или ресторане нееврея призван предотвратить душевную близость, которая может возникнуть во время этого[15].
Тем не менее это разрешено непостоянным образом, в случае острой необходимости. Например, если еврею нужно выпить стаканчик спиртного, чтобы взбодриться или избавиться от головной боли, ему разрешается зайти в бар, принадлежащий нееврею, купить один стакан напитка, выпить его и уйти. Аналогичным образом, если еврей пришел в дом к нееврею по делам, и ему предложили стакан спиртного, и он чувствует, что ему это необходимо, – он может выпить один стакан, при условии, что не будет сидеть и пить вместе с неевреем (см. Шульхан арух, 114, 1). А если он уже выпил спиртное в баре или дома у нееврея, то ему не следует делать это в третий раз, даже если он почувствует такую необходимость. Ведь тогда этот поступок станет не временным, а постоянным, и возникает опасение, что это приведет в душевной близости между ним и неевреем. Так пишут Кнесет ѓа-гдола, При хадаш (4), Каф ѓа-хаим (6).
Если еврей во время поездки был вынужден остановиться на ночлег в доме нееврея – неважно, бесплатно или за деньги, – он может взять с собой спиртной напиток и распить его в доме нееврея, так как в это время дом нееврея считается его домом. Но ему не следует покупать напиток у нееврея и распивать его там. А если хозяин дома предлагает ему выпить стаканчик спиртного, – то еврею разрешено принять его предложение, чтобы между ними не возникла вражда (см. Тосафот к трактату Авода зара, 31б, со слова ותרווייהו; Шульхан арух, 114, 1; Сифтей коѓен, 2). Это разрешение, призванное предотвратить вражду, распространяется только на спиртной напиток, и только если это не происходит постоянно. Но даже ради предотвращения вражды запрещено есть хлеб или пищу, приготовленные неевреем (см. Турей заѓав, 152, 1).
Что касается чая или кофе, то в этом отношении законоучители расходятся во мнениях. Одни считают, что поскольку, когда люди пьют вместе чай или кофе, это тоже способствует возникновению между ними душевной близости, – запрещено пить эти напитки в доме нееврея. Так пишут Радбаз, Аризаль, Хохмат адам (66, 14). Согласно другому мнению, нет запрета пить эти напитки в доме у нееврея, так как запрет распространяется только на спиртное. Но это верно при условии, что такое чаепитие не происходит в атмосфере легкомыслия. Так пишут При хадаш (114, 6), Хатам софер (в комментарии к трактату Авода зара, 31б), Бен иш хай (шана шния, разд. Хукат, 16). На практике, если речь идет о дружеском чаепитии, то в этом вопросе будет правильным придерживаться более строгого подхода, а если чаепитие выражает уважение к хозяину дома, – то можно последовать менее строгому подходу.
[14]. Танай – титул законоучителей в Земле Израиля в 1-2 в.в. н.э., начиная с периода деятельности Ѓилеля и до конца составления Мишны (прим. пер.).
[15]. После того как мудрецы запретили нееврейские хлеб и вино, а также пищу, приготовленную неевреями, амораи прибавили к этому запрет распивать спиртные напитки в доме у нееврея или в любом другом месте, принадлежащем нееврею. Этот запрет был призван служить дополнительным «ограждением» против ассимиляции, как объясняется в трактате Авода зара, 31б. По мнению Рамбама, Тосафот и Роша, этот запрет имел силу обязательного постановления, а по мнению Рашба и Меири, он имел статус обычая, который со временем распространился в еврейском народе и стал обязательным. В указанном месте Талмуда рассказывается, что рав Папа покупал спиртной напиток в лавке нееврея, а затем выходил на улицу и пил его там, а рав Ахай соблюдал этот запрет еще более строгим образом, поэтому он шел к себе домой и пил напиток там. Некоторые законоучители (например, Сефер мицвот гадоль и рабейну Йерухам) придерживались в этом вопросе менее строгого подхода и говорили, что практический закон соответствует мнению рава Папы. Однако Рамбам (Законы, связанные с запрещенной пищей, 17, 10), Радбаз и Шульхан арух (114, 1) следовали более строгому подходу, соответствующему мнению рава Ахая. Тем не менее в тексте я не указал, что еврей обязательно должен пойти к себе домой и выпить напиток там, – поскольку, как представляется, даже те законоучители, которые следуют в этом вопросе более строгому подходу, согласятся, что если еврей пошел в другое место (например, в сад, расположенный неподалеку, или в дом товарища), то он уже отдалился от дома нееврея, поэтому ему разрешено распить напиток. И так пишут Шульхан гавоѓа (114, 6) и Каф ѓа-хаим (5).
Запрет на нееврейский хлеб и пищу, приготовленную неевреем, более строг: мудрецы запретили есть их даже в доме еврея, потому что они необходимы человеку для жизни, и поэтому возникает опасение, что они приведут к более глубокой и тесной душевной близости с неевреями (такое объяснение приводит Рош). К тому же хлеб и другую пищу часто готовят женщины, поэтому опасение ассимиляции в этом случае сильнее (так пишет Ран). Кроме того, запрет пить спиртные напитки у нееврея был установлен в эпоху амораев, и его не хотели приравнивать по степени строгости к постановлению танаев (это объяснение приводят Рааван и Рамбан).
В трактате Авода зара, 31б, этот запрет упоминается в отношении финиковой браги. Однако поскольку в его основе лежит опасение ассимиляции, а не какая-то проблема, связанная именно с финиковой брагой, – он распространяется на любые спиртные напитки. И такое постановление выносят Шульхан арух (на основании сказанного в Тосафот, 31б, со слова תרווייהו), Трума, Сефер мицвот гадоль, Агуда. И так пишут При хадаш, Виленский Гаон и многие другие поздние законоучители. Однако есть законоучители, которые считают, что запрет распространяется только на финиковую брагу (к примеру, так пишет Мордехай). Рама (114, 1) указывает, что на это мнение полагались ашкеназские авторитеты, разрешая пить медовуху – легкий алкогольный напиток, приготовленный из зерна и меда (и содержащий до 5% алкоголя, как пиво). А на основании слов некоторых авторитетов можно прийти к выводу, что они распространяют это разрешение и на более крепкие напитки. По всей вероятности, многие ашкеназские евреи привыкли выпивать ежедневно какой-либо спиртной напиток и нуждались в этом, так как это помогало им согреться в холодную погоду, и такое ежедневное употребление спиртного напитка не воспринималось ими как нечто вызывающее радость и душевную близость. Вот почему в Арух ѓа-шульхан (114, 11) указывается, что в отношении простых спиртных напитков можно следовать менее строгому толкованию закона. Однако на основании сказанного в Даркей Моше (1) представляется, что даже слабый спиртной напиток можно разрешить с трудом, однако таков общепринятый обычай. А Байт хадаш и Хохмат адам (66, 14) пишут, что хотя не следует осуждать тех, кто придерживается в этом вопросе менее строгого толкования закона, тем не менее подобает соблюдать более строгий подход. И поскольку и по мнению ашкеназских авторитетов разрешить это можно с трудом, и такое разрешение предназначено только для людей, который привыкли к этому и нуждаются в этом, и даже среди тех авторитетов, которые следуют в этом вопросе менее строгому подходу, многие считают, что это относится только к напитком с очень низким содержанием алкоголя, – я не привел в тексте это мнение, так как сегодня в Израиле люди обычно в этом не нуждаются. К тому же трудно разграничить более и менее значимые спиртные напитки, а также трудно установить, начиная со скольких процентов алкоголя на напиток начинает распространяться запрет. Поэтому будет правильным следовать мнению большинства авторитетов, считающих, что запрет распространяется на любой спиртной напиток. И хотя Рамбам (Законы, связанные с запрещенной пищей, 17, 11) и Шульхан арух (114, 3) отмечают, что запрет не распространяется на яблочное и гранатовое вино, потому что эти виды вина очень редки, – тем не менее в наши дни принято изготавливать спиртные напитки из любых фруктов, поэтому считается, что виды напитков являются распространенными, и запрет относится к любому из них. И нечто подобное пишет Шевет ѓа-Леви, 2, 43.
