Тора запретила есть гадов, но не плоды, в которых они могут находиться. И если во время еды человек почувствует вкус червя или насекомого, то он должен выплюнуть все, что у него во рту. Однако из слов мудрецов следует: если существует обоснованное опасение, что в плодах могут оказаться черви или насекомые, то эти плоды запрещено есть без проверки (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 58а). Законоучители объясняют, что в связи с этим бывают три ситуации:
1) Если в пище обычно водятся черви или насекомые (например, если ее держат в загрязненном месте), то считается, что они в ней присутствуют, и существует обязанность ее проверять. Пока эту пищу не проверили и не очистили от гадов, есть ее запрещено.
2) Если в пище в большинстве случаев не встречаются черви или насекомые, но они постоянно встречаются в меньшинстве случаев (миут ѓа-мацуй, «постоянно встречающееся меньшинство»), то существует обязанность проверять эту пищу. Однако постфактум (бедиавад), если нет возможности ее проверить, то можно положиться на большинство случаев и есть ее без проверки.
3) Если в пище, как правило, нет червей или насекомых, то ее разрешено есть без проверки, даже если иногда они могут в ней встретиться. Эта ситуация относится к большинству видов пищи, овощей и фруктов, которыми мы обычно питаемся. Только в мизерной ее части (миут ше-эйно мацуй) можно найти червей или насекомых. Но если в такой пище видны признаки гниения, паутина или червоточины, то она переходит в статус пищи, в которой обычно есть гады, и перед едой ее обязательно проверить.
Подавляющее большинство законоучителей не дают точного определения понятию миут ѓа-мацуй и не указывают, как рассчитывать большинство и меньшинство. Из этого следует, что они оставляют это на наше усмотрение. Каждый человек, на основе своего понимания и опыта, должен решить, на каком уровне опасения находится та или иная пища. И хотя некоторые авторитеты пытались дать частичное определение понятию миут ѓа-мацуй, на практике они не дали такого определения, на основании которого можно точно установить статус каждого вида пищи. Ведь вероятность нахождения в пище червей или насекомых зависит не только от вида пищи, но и от условий ее выращивания и хранения. Если плоды выращивают и хранят в условиях жары и высокой влажности, то в них множится число червей и насекомых. Если же плоды растут и хранятся в холодном месте, то гадов в них становится меньше или не бывает совсем. Кроме того, чем дольше плоды хранятся и чем загрязненней место их хранения, тем больше вероятность размножения в них червей и насекомых. Поэтому невозможно решить, существует ли обязанность проверять ту или иную пищу, только на основании того, о каком именно виде пищи и о каком сезоне идет речь. Таким образом, необходимо сказать, что ответственность за определение статуса пищи возлагается на самого человека. Каждый человек должен самостоятельно решить, к какой из трех вышеупомянутых категорий принадлежит та или иная пища, и, соответственно, существует ли обязанность ее проверять. Тем не менее организации, выдающие сертификаты кошерности, должны установить для этого более четкие критерии, как объясняется в примечании[7].
Если в пище, о которой известно, что в ней не бывает гадов, было найдено три червя или насекомых, то считается, что вся эта пища ими заражена, поэтому ее запрещено есть без предварительной проверки (см. Шульхан арух, 100, 4; 84, 9)[8].
Есть также мнение, что, хотя согласно общему правилу, существует обязанность проверять пищу, в которой гады заводятся в миут ѓа-мацуй, – тем не менее, если это связано со значительными сложностями, то от этого можно отказаться. В таком случае полагаются на большинство, и эту пищу разрешено есть (см. Мишкенот Яаков, Йоре деа, 17).
Что такое миут ѓа-мацуй: как мы уже говорили, подавляющее большинство авторитетов не давали определения этому понятию. Они оставили это на наше усмотрение, имея в виду, что каждый человек должен решить это сам, основываясь на своем понимании и опыте. Однако в последних поколениях мы привыкли измерять каждую величину в числах и процентах, и без этого нам трудно принять решение. Поэтому возникла потребность попытаться установить, какое именно количество является миут ѓа-мацуй. Это в особенности важно для организаций, выдающих сертификаты кошерности, так как они не могут в каждом отдельном случае устанавливать критерии согласно личной оценке того или иного машгиаха. Поэтому они возвратились к доскональному изучению слов законоучителей, чтобы найти дополнительные определения. В респонсах Риваша (191) написано, что миут ѓа-мацуй – это «заметное меньшинство, близкое к половине». И так пишет Бейт Эфраим (Йоре деа, 6). К этому мнению склоняются также рав Шауль Исраэли и рав Меир Мазуз. Как представляется, Риваш имел в виду количество от 25% до 49%. И нельзя сказать, что количество менее 40% не «близко к половине», так как законоучители не требуют в данном случае точного измерения, а на глаз человеку трудно отличить 30% от 40%. С другой стороны, очевидно, что Риваш не имел в виду количество менее 25%, так как оно не может считаться «близким к половине». Иного мнения придерживается Мишкенот Яаков (Йоре деа, 17). Он приводит источники, говорящие о том, что 10% уже считается миут ѓа-мацуй, то есть часто встречающееся меньшинство. И многие авторитеты указывают поступать согласно этому мнению. Так пишут Даркей тшува (39, 3), Йешуот Моше (ч. 3, 62, 3), Минхат Шломо (ч. 2, 61, 1) и др.
Однако вопрос, какое количество составляет миут ѓа-мацуй, все еще не ясен. Ведь ответ на него зависит от количества пищи, на основании которого устанавливается большинство и меньшинство. Чем больше это количество, тем выше вероятность, что в нем будут найдены червь или насекомое, поэтому обязанность проверки будет распространяться на больше видов пищи. Например, если за единицу измерения принять количество пищи, лежащее на большом складе, мы увидим, что в пище каждого вида будут найдены хотя бы один червь или одно насекомое. Следовательно, на все виды пищи будет распространяться обязанность проверки. С другой стороны, если единица измерения – это всего лишь 1 гр. пищи, то обязанность проверки не будет распространяться ни на какую пищу. На практике существуют четыре варианта, и каждый из них является правильным с определенной точки зрения. 1) Трапеза. С точки зрения человека, который готовит пищу на целую трапезу, не имеет значения, сколько муки он просеял: на двух человек или на десять человек. Ведь каждый раз, когда он просеивает муку, вся просеянная мука воспринимается им как одна единица измерения (и к этому подходу я склоняюсь ниже, в п. 16, в отношении муки). 2) Порция. С точки зрения человека, принимающего пищу, порция – это единица измерения, как он воспринимает это в своем сознании. 3) Вид пищи. Если наше восприятие будет сосредоточено на определенном виде пищи, то единицей измерения будет считаться эта пища, лежащая перед нами, – будь то овощ или фрукт, крупный или мелкий (см. Хатам софер, 2, 77). И представляется, что если речь идет о расфасованных продуктах, таких как мука или бобовые, то единицей является полная упаковка, имеющаяся перед нами, весом в килограмм или полкило. 4) Один укус. Если мы сфокусируем наше сознание на ѓалахическом ракурсе, то будем рассматривать каждый укус как отдельную единицу, так как это акт еды, поэтому, в любом случае, согласно ему должны определяться единицы (см. Шульхан арух, 109, 1, где объясняется, что с точки зрения ѓалахического мышления каждый укус считается самостоятельной единицей). По всей вероятности, поскольку каждая из этих опций наиболее подходит для того или иного случая или вида пищи, законоучители не уставили в этом отношении четкого закона. Все зависит от впечатления, которое остается в сознании людей от нахождения червей или насекомых в каждом из видов пищи (нечто подобное пишет мой наставник рав Шауль Исраэли). Также представляется, что чем крупнее шерец, тем больше места он занимает в сознании, и следует опасаться его нахождения в пище, даже если он встречается реже в большей единице измерения.
Однако мы еще не ответили на вопрос, как следует поступать, если у нас возникает сомнение в том, на чем должно быть сосредоточено сознание, определяющее уровень миут ѓа-мацуй, и особенно, как должны вести себя организации, выдающие сертификаты кошерности, если они обслуживают разных людей с разным сознанием в этой области. На практике, как представляется, усредненное сознание принимает за единицу измерения среднюю порцию пищи, предназначенной для одного человека. Она является наиболее постоянной и удобной для расчетов, потому что не зависит от количества членов семьи или от размера плода либо упаковки. Но в случае необходимости, поскольку обязанность проверки является по своей сути постановлением мудрецов (дерабанан), можно придерживаться менее строгого толкования закона и принимать за единицу измерения один укус. И тем более, когда речь идет о мелких червях или насекомых, за единицу измерения нужно принимать один укус (как объясняется ниже, в п. 7 и прим. 14 и 16).
Однако представляется: если известно, что в каком-либо виде пищи чаще всего находят настолько крупных насекомых или червей, что во время еды человек может почувствовать их вкус, – эту пищу запрещено, согласно Торе, есть без предварительной проверки. Ведь в данном случае решающим фактором является большинство. Однако все еще возникает сомнение, согласно какой единице устанавливают большинство: одному укусу или целой трапезе. И поскольку это сомнение связано с запретом Торы, в данном вопросе следует придерживаться более строгого толкования закона. Некоторые современные раввины пишут, что когда речь идет о большинстве, то даже если вкус червя или насекомого почувствовать невозможно, существует обязанность проверки согласно Торе. Однако из вышесказанного видно, что это не соответствует логике данного вопроса, и, как представляется, их слова не имеют веского обоснования.
[8]. Если же известно, что три найденных червя или насекомых не были смешаны с пищей изначально, а попали в нее снаружи, и их действительно три, а не больше, – то пища кошерна. Но если станет ясно, что в эту пищу попали не только эти три червя или насекомых, но и другие им подобные, то ее запрещено есть без проверки (см. Турей заѓав, 84, 17).
Плод, в котором в меньшинстве случаев, но постоянно (миут ѓа-мацуй) попадаются черви или насекомые, нельзя проверить только выборочно, потому что такая проверки неэффективна (см. Респонсы Рашба, 1, 274). Но представляется, что если в отношении этого плода возникает сомнение, есть ли в его миут ѓа-мацуй черви или насекомые, то выборочной проверки достаточно.
Рашба (Торат ѓа-байт, байт 3, конец шаар 3) пишет, что если кто-то нарушил запрет и сварил пищу, которая нуждалась в проверке, эту пищу следует разрешить, так как речь идет о двойном сомнении (сфек сфека): во-первых, там могло не быть червей и насекомых; во-вторых, даже если они там были, они разварились и утратили свою первоначальную форму, поэтому на них распространяется правило батель бе-шишим. Здесь заканчивается изложение слов Рашба. Некоторые авторитеты считают, что принцип сфек сфека применим также к пище, которая рассматривается как зараженная червями или насекомыми. Ведь поскольку они есть в ней не всегда, в отношении этой пищи тоже возникает двойное сомнение, поэтому в данном вопросе следует придерживаться менее строгого толкования закона. Однако по мнению большинства авторитетов, сфек сфека относится только к пище, в миут ѓа-мацуй которой попадаются черви или насекомые, и только в отношении такой пищи можно придерживаться менее строгого толкования закона. Что же касается пищи, в которой в большинстве случаев попадаются черви или насекомые, то она считается зараженной ими и потому запрещенной, и на нее принцип сфек сфека не распространяется (так пишут Сифтей коѓен, При мегадим, Арух ѓа-шульхан и др.). Если после варки остались овощи из той же упаковки, то их нужно проверить, и если там найдут трех червей или насекомых, то будет считаться, что сваренные овощи тоже были ими заражены, и все блюдо будет запрещено. А если трех червей или насекомых не нашли, то сваренное блюдо кошерно.
