Из всего вышесказанного следует, что даже после того как посуду, в которой готовилась некошерная пища, помыли с мылом, обязанность ее кошерования все равно остается в силе. Аналогичным образом, существует обязанность откошеровать мясную посуду, в которой приготовили молочную пищу, или наоборот. При этом на стеклянную посуду распространяется тот же закон, что и на металлическую (см. выше, п. 5).
Однако в случае, когда законоучители полемизируют по поводу того, следует ли опасаться вкуса, который выделяется из стенок посуды, – если известно, что металлическую или стеклянную посуду тщательно помыли с мылом, нужно поступать в соответствии с менее строгим толкованием закона. Это верно в отношении посуды, в которой готовилась пища парве, впитавшая мясной или молочный вкус, так как она не передает этот вкус другой пище; и это также верно в отношении посуды, в которой готовилась острая пища (как объясняется ниже, в п.п. 11-12). Ведь следует отметить, что полемика законоучителей относится к глиняной посуде, которая глубоко впитывает вкус, или же к стеклянной или металлической посуде, которую не помыли тщательно с мылом. Когда же речь идет о металлической или стеклянной посуде, тщательно помытой с мылом, то все законоучители согласятся, что практический закон соответствует менее строгому подходу, так как известно, что такая посуда не выделяет вкус[11].
Если металлическую кастрюлю, в которой готовилась некошерная пища, тщательно помыли с мылом, и в тот же день в ней приготовили кошерное блюдо, – то, как представляется, даже если там не было нееврея, который мог бы попробовать это блюдо и убедиться, что в нем нет вкуса некошерной пищи, приготовленной в этой кастрюле раньше, постфактум (бедиавад) блюдо кошерно, так как очевидно, что в нем нет некошерного вкуса. Подобно этому, если металлическую мясную кастрюлю тщательно помыли с мылом, и в тот же день в ней по ошибке приготовили молочную пищу, – то хотя кастрюля нуждается в кошеровании, молочная пища, приготовленная в ней по ошибке, является кошерной, так как на практике она не впитала мясной вкус. Также, если в чистом молочном противне, в котором готовили молочную пищу менее суток назад, по ошибке испекли мясную пищу, – то хотя противень нуждается в кошеровании, мясо, испеченное в нем, кошерно, так как на практике оно не впитало молочный вкус. Тем не менее многие авторитеты обычно указывают, что если не прошло суток с тех пор, как в посуде готовилась пища одного вида, то пища второго вида, приготовленная в ней, является запрещенной, – либо потому, что такова устоявшаяся традиция, которую не следует изменять, либо же из опасения, что посуду помыли недостаточно тщательно. Однако представляется: поскольку нам известно, что если посуду помыли как следует, в ней не чувствуется вкус пищи, – такую пищу следует разрешить бедиавад. Но на первый взгляд это может вызвать недоумение. Ведь по отсутствию вкуса пищу можно разрешить лишь в том случае, если специально обученный нееврей попробовал ее и подтвердил, что она не имеет некошерного вкуса; а в наши дни не принято полагаться на отсутствие вкуса и спрашивать нееврея (см. ниже, гл. 34, п.п. 4-5). В таком случае, как же можно разрешить пищу бедиавад лишь на основании того, что в ней не ощущается некошерный вкус? Дело в том, что обычай не полагаться на проверку нееврея действует только тогда, когда возникает хотя бы малейшее сомнение. Но если совершенно очевидно, что в пище нет запрещенного вкуса, то в проверке нееврея нет никакой необходимости. Нечто подобное пишут Рама (Респонсы, 54), Хатам софер (Йоре деа, 117), Маѓаршам (Респонсы, 3, 367). И, как я писал выше (в прим. 6), это проверяли сотни женщин и мужчин, и ни один из этих людей не ощутил вкуса пищи, которая готовилась в посуде, после того как эту посуду помыли общепринятым образом.
Но если человек, готовивший пищу, знал, что кастрюля нуждается в кошеровании, и все равно приготовил в ней пищу, зная, что это запрещено, – то даже если он помыл кастрюлю с мылом, блюдо, которое он приготовил, запрещено ему самому и всем тем, для кого он его готовил (это подобно взысканию, которое мудрецы налагают на того, кто приготовил пищу в некошерной кастрюле, когда прошли сутки после того, как в ней готовили некошерную пищу). А другим людям разрешено есть эту пищу, так как на практике в ней нет запрещенного вкуса (см. выше, п. 3).
