Глава 04 - День независимости Израиля, День освобождения Иерусалима и дни памяти

Когда День независимости Израиля был установлен как день радости и благодарения Всевышнему, возник вопрос, распространяются ли на этот день траурные обычаи периода отсчета омера. Авторитеты высказывали различные мнения на этот счет. В конце концов, они пришли к соглашению, что на практике в этот день не соблюдают траурные обычаи, которые препятствуют радости и веселью, поэтому разрешается танцевать и играть на музыкальных инструментах. Однако запрещено устраивать свадьбы, так как этот запрет не считается обычаем, препятствующим радости в День независимости.

Тот, кто привык брить бороду, должен побриться накануне Дня независимости; в этот день также принято надевать праздничную одежду. В отношении стрижки же, представляется, что только тот, кто выглядит неряшливо из-за отросших волос, может постричься накануне Дня независимости, а тот, чей внешний вид не вызывает нареканий, может постричься только в сам этот день, так как радость этого дня аннулирует запрет на стрижку, действующий в период траура ¹.

Верховный раввинат Израиля во главе с равом Унтерманом и равом Нисимом постановил, что даже по ашкеназскому обычаю, согласно которому в данный период действуют траурные запреты, в День освобождения Иерусалима (28 ияра) не следует придерживаться этих запретов. Ведь во многих общинах после Лаг ба-омера все подобные запреты отменяются (см. выше, гл. 3, п.п. 2-4), и это тем более актуально, когда речь идет о 28 ияра – дне радости и благодарения за чудо, которое Всевышний сотворил для Израиля, Своего народа. Исходя из этого, в День освобождения Иерусалима позволено даже устраивать свадьбы.

В День независимости и в День освобождения Иерусалима, а также во время послеполуденной службы (минха) накануне этих дней, не читают таханун (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 21, п. 7, и п. 2, прим. 1).

С ѓалахической точки зрения, нет необходимости устраивать общий день памяти всех павших в войнах ради освящения Имени Всевышнего. Следует поступать так, как издавна принято в народе Израиля в отношении каждого умершего: в годовщину его смерти (йорцайт) нужно помянуть его душу, и его сын или другой родственник должны в этот день читать кадиш и учить Тору, а также дать пожертвование (цдака) за вознесение его души. Те же, кто хочет исполнить эту заповедь наилучшим образом, устраивают церемонию поминовения (азкара) и уроки Торы за вознесение души усопшего.

За время своей многовековой истории наш народ знал множество войн. Во многих из них погибло больше еврейских воинов, чем во всех войнах Израиля вместе взятых, но мы никогда не слышали, чтобы мудрецы устанавливали день памяти павших воинов. Если мы побеждали в войне, то праздновали победу, а если терпели поражение, то скорбели о каждом павшем в отдельности. Лишь в знак скорби о разрушении Храма, которое было, по сути, разрушением всего народа с национальной и духовной точек зрения, были установлены дни постов. И действительно, разрушение Храма стало корнем всех бедствий, гонений и убийств, которые пережил наш народ за годы долгого изгнания. Пост Гедальи ¹ также был установлен не потому, что Гедалья был величайшим праведником, и именно по нему должен скорбеть весь народ Израиля, а потому, что после его убийства угас светоч нашего народа в Земле Израиля, поскольку последние евреи, остававшиеся в нашей земле после разрушения Первого Храма, были изгнаны оттуда.

Более того, за несколько лет до основания Государства Израиль были убиты с неслыханной жестокостью свыше шести миллионов евреев. Они являются нашими братьями не менее тех, кто пал на поле боя. И их количество более чем в триста раз превышает количество солдат, павших во всех войнах Государства Израиль. Как же можно устанавливать день траура в память о павших бойцах наряду с днем памяти шести миллионов жертв Холокоста?

Но если все же уместно отмечать день памяти павших в войнах Израиля, то лишь при условии, что он будет посвящен распространению знаний об особой миссии еврейского народа и о том, как велико значение самопожертвования ради всего народа. Многие по ошибке думают, что чем ниже они будут склонять голову в знак скорби, чем более мрачными будут краски, в которых они станут описывать боль от гибели бойцов, тем достойнее они почтят их память. Однако, на самом деле, все ровно наоборот: мы должны помнить, что павшие бойцы святы, что они самоотверженно отдали жизнь за народ и Землю Израиля. О них сказали наши мудрецы: «Погибшие ради освящения Имени Всевышнего – никто не удостоится стоять рядом с ними в Ган Эдене» (Вавилонский Талмуд, трактат Псахим, 50а). Тот, кто лишен веры, думает о них как о мертвых, однако верующие евреи знают, что на самом деле, они живее всех живых. Они умерли, прожив короткую жизнь в этом мире, но удостоились жизни в самом долгом из миров – мире грядущем. Они намного живее нас. Ведь они святы, и сказали наши мудрецы: «Тот, кто свят, существует вечно» (трактат Санѓедрин, 92а).

Пожертвовав жизнью ради освящения Имени Всевышнего, они вознеслись над частной действительностью, в которой пребывает каждый еврей, на ступень святости всей общности Израиля. Отдав жизнь народу Израиля, они взошли на ступень всего народа. Они тесно связаны со Всевышним – Источником жизни. Поэтому их смерть привнесла значительную долю жизни в наш мир и в мир грядущий. Благодаря им, все мы живем, и во всех наших делах в этом мире велика их доля.

К огромному сожалению, государственными средствами массовой информации и культурной жизнью в Израиле завладели люди, лишенные веры, далекие от того, чтобы признать значение исторического прошлого нашего народа и его особую миссию. Раньше в них еще теплилась искра еврейства, оставшаяся от того, что они восприняли в родительском доме, однако со временем отдаленность и отстраненность сделали свое дело, и эти люди превратили день памяти павших бойцов в день, когда в Израиле царят дух слабости и пораженческие настроения. Вместо того, чтобы почтить память павших, осознать значение и миссию еврейского народа, а, исходя из этого, и смысл самопожертвования, которое проявили павшие бойцы, они подчеркивают боль и отчаяние, представляя их гибель бессмысленной. Этим людям кажется, что таким образом они чтут погибших, но на самом деле, не может быть большего ущерба памяти павших, нежели та угрюмая атмосфера, которую они придают этому дню. В ее основе – пренебрежение той особой миссией еврейского народа, ради которой павшие бойцы пожертвовали жизнью.

Если уж мы отмечаем день памяти, то в этот день нужно славить самопожертвование павших ради освящения Имени Всевышнего и подчеркивать, что, благодаря им, мы осознали: идеал собирания рассеянных и возрождения еврейского народа в своей земле столь велик, что ради него стоит пожертвовать жизнью в этом мире. Это дает нам силы продолжать тот путь, который они указали нам. Мы даем жизнь детям, растим и воспитываем их – благодаря павшим бойцам. Мы создаем новые поселения – благодаря им. Тора, которую мы изучаем, −  принадлежит им. Еврейское общество, основанное на принципах нравственности, которое мы стремимся построить здесь, исполняя слова пророков, − принадлежит им. Память о них дает нам силы продолжать их путь – путь самопожертвования ради еврейского народа. Именно таким образом мы воистину почтим их память как «святых и чистых, лучащихся сиянием небосвода» ².

Подобные слова следует обращать и к семьям, в которых выросли эти святые герои: не отступайте перед лицом смерти, продолжайте жить, пользуясь теми силами, которые они дали вам. Не опускайте голову, наоборот, распрямитесь в знак почтения к их памяти. Направьте свои взоры за горизонт, к пророчеству об Избавлении и дням Машиаха. Даже если ваши глаза застилают слезы, это слезы величия.

Кнессет законодательно объявил, что день, предшествующий Дню независимости, станет «Днем памяти о героизме бойцов Армии обороны Израиля, которые пожертвовали жизнью ради обеспечения существования Государства Израиль, а также солдат, павших в войнах ради возрождения Израиля; тем днем, когда мы чтим их память и рассказываем об их героических поступках». В этот день «будут проводиться поминальные церемониалы, всенародные митинги и траурные церемонии на армейских базах и в учебных заведениях; флаги на общественных зданиях будут приспущены». Кнессет также постановил, что «в День памяти по всему Израилю пройдут две минуты молчания, в течение которых будет приостановлена работа на всех предприятиях страны и прекращено движение на всех дорогах». Для этого на всей территории Израиля прозвучит двухминутная сирена, и все встанут, чтобы почтить память павших. На практике, вечером после наступления Дня памяти в 20.00 по всему Израилю звучит минутная сирена, а на следующий день в 11.00 – двухминутная сирена. Торжественные церемонии начинаются сразу после того как отзвучит сирена.

Некоторые утверждают, что, поскольку обычай стоять при звуке сирены не основан на словах мудрецов Израиля, а заимствован у инородцев, его запрещено соблюдать, иначе это будет нарушением запрета следовать путями инородцев, о котором сказано (Ваикра, 18:3): «По уставам их не ходите». Однако подавляющее большинство ѓалахических авторитетов считает, что данный запрет действует при одном из двух условий: либо если обычай инородцев связан с нарушением границ скромности, либо же если он является абсолютно бессмысленным, и очевидно, что он основан на суевериях (см. Маѓарик, 88; Риваш, 158). Того же мнения придерживаются рабби Йосеф Каро и Рама (Бейт Йосеф и Рама, Йоре деа, 178, 1). А поскольку вышеописанный обычай обладает смыслом, так как во время минуты молчания весь народ чтит память погибших, это не является нарушением запрета следовать путями инородцев ¹.

Другие же говорят, что тот, кто занят изучением Торы, не должен прерывать занятия во время сирены. Однако мой учитель рав Цви-Йеѓуда ѓа-Коѓен Кук, благословенна память праведника, писал: «Тот, кто стоя слушает сирену в День памяти павших в войнах Израиля, исполняет святую заповедь чтить память этих святых». Можно также добавить, что размышления о героизме павших бойцов, а также о заповеди самопожертвования ради спасения еврейского народа и захвата Земли Израиля, можно рассматривать как размышления о Торе. А тот, кто не понимает этого, должен, по крайней мере, прислушаться к словам старца Ѓилеля (Мишна, Авот, 2:4), повелевшего: «Не отделяйся от общества» ².

Кнессет законодательно объявил, что день 27 нисана будет объявлен Днем Катастрофы и героизма, «чтобы почтить память Катастрофы, которую нацисты и их приспешники обрушили на еврейский народ, а также память мужественных поступков и героических восстаний, которые имели место в те дни […] На всей территории страны пройдут две минуты молчания, в течение которых будет приостановлена работа на всех предприятиях страны и прекращено движение на всех дорогах; будут проводиться мемориальные мероприятия, всенародные митинги и траурные церемонии на армейских базах и в учебных заведениях; флаги на общественных зданиях будут приспущены; радиопередачи будут соответствовать особой атмосфере этого дня». В 11.00 по всему Израилю звучит двухминутная сирена. Торжественные церемонии начинаются сразу после того как отзвучит сирена.

Однако, в отличие от Дня памяти павших в войнах Израиля, на проведение которого дал свое согласие Верховный раввинат, День Катастрофы 27 нисана был установлен без согласия мудрецов Торы. Дело в том, что нисан – месяц радости, и согласно Ѓалахе (Шульхан арух, Орах хаим, 429, 2), в течение всего этого месяца не читают таханун ¹ и не делают нефилат апаим ², а также не устанавливают общественные посты. На похоронах в месяце нисан не произносят надгробные речи. В течение всего месяца нисан не совершают обряд Ѓазкарат нешамот («Поминовение душ»; см. Мишна брура, 429, 8). Многие придерживаются обычая не посещать кладбища в течение этого месяца, а тот, кто отмечает годовщину смерти близкого родственника (йорцайт) в нисане, посещает его могилу в канун новомесячья нисана. Таким образом, очевидно, что в этом месяце не следует устанавливать день памяти святых душ, погибших во время Катастрофы. Для этого больше подходят дни постов и скорби в память о разрушении Храма, прежде всего, Девятое ава. И действительно, Верховный раввинат объявил пост 10 тевета Днем всеобщего кадиша. В этот день читают молитву кадиш по всем святым жертвам Катастрофы, чья дата смерти неизвестна.

Представляется, что дню 27 нисана все же можно придать верную направленность, если сделать его «днем укрепления еврейской семьи». Несомненно, последнее желание шести миллионов невинных жертв, подвергнутых изощренным пыткам и жесточайшим казням, заключалось в том, чтобы народ Израиля продолжал существовать, множился и развивался; чтобы те ужасные страдания, которые наш народ испытывал тысячи лет, и особенно, в годы Катастрофы, не оказались напрасными; чтобы каждый выживший еврей приложил все усилия к тому, чтобы создать семью, произвести на свет как можно больше детей и продолжить древнюю традицию; чтобы осуществить сказанное в Торе: «Но по мере того, как изнуряли его, он размножался и разрастался» (Шмот, 1:12). Поэтому в День Катастрофы и героизма общественным деятелям следовало бы задуматься о том, как стимулировать вступление в брак и деторождение, и желательно, чтобы учителя проводили беседы со школьниками, объясняя им, что на нас – «народе, уцелевшем от меча», – лежит великая ответственность за продолжение жизни еврейского народа.

Нечто подобное можно сказать и о двух минутах молчания. Если при звуке сирены мы будем думать о том, как в память о жертвах Катастрофы мы можем способствовать развитию и укреплению еврейского народа, это станет не выражением траура и поминовением их душ, а знаком возрождения и обновления, подобающих месяцу нисан. И подобные размышления не будут считаться неоправданным перерывом в изучении Торы. Но и тот, кто не предается таким размышлениям при звуке сирены, все равно не должен отделяться от общества.

С Божьей помощью, в скором времени к нам возвратятся судьи, подобные тем, что судили нас прежде, и данный вопрос встанет перед ними. И они укажут нам, как и когда подобает чтить память святых жертв Катастрофы.