Как мы говорили, после молочной пищи достаточно протереть и помыть рот, и можно есть мясную пищу. В отличие от этого, сразу после мясной пищи запрещено есть молочную, так как мясная пища переваривается медленно и оставляет после себя сильный вкус, который сохраняется в течение долгого времени. Поэтому, если человек ест молочную пищу сразу после мясной, он может ощутить вкус мясной и молочной пищи вместе. Кроме того, мясо жесткое и может застрять между зубов, и только через довольно продолжительное время зубы очищаются от мяса, а его вкус исчезает. Однако в Талмуде не указывается, сколько времени нужно ждать после мясной пищи, чтобы можно было есть молочную. Там лишь приводятся слова Мара Уквы, одного из первых амораев[3], который свидетельствует о самом себе, что в этом отношении он подобен «кислому уксусу, образовавшемуся из доброго вина», ибо его отец, придерживаясь более строгого толкования закона, ждал 24 часа между мясом и молоком, тогда как он сам ждет лишь до следующей трапезы (см. трактат Хулин, 105а).
По мнению большинства ранних законоучителей, Мар Уква хочет научить нас, что между мясной и молочной пищей следует ждать как минимум столько времени, сколько проходило между двумя трапезами, которые в его времена было принято есть в течение дня: первую утром, вторую вечером (так пишут рабейну Хананэль и Риф). При подсчете получалось, что между этими трапезами проходило не менее шести часов. Ведь даже если кто-то устраивал утреннюю трапезу в поздний час, около полудня, он все равно ждал ужина по крайней мере шесть часов, так как ужин обычно ели после вечерней молитвы. Таким образом, между мясной и молочной пищей следует делать перерыв в шесть часов (так пишут Рамбам, Итур, Рош, Рашба, Ран и Виленский Гаон). Именно такого обычая придерживаются выходцы из сефардских и большинства ашкеназских общин (см. Шульхан арух и Рама, 89, 1).
Однако некоторые крупнейшие ранние законоучители считают: из слов Мара Уквы следует, что запрещено есть мясную и молочную пищу в рамках одной трапезы, но после мясной трапезы, во время следующей трапезы, разрешается есть молочную пищу, независимо от того, сколько времени прошло между трапезами. Следовательно, сразу после окончания мясной трапезы и чтения Биркат ѓа-мазон можно очистить стол от остатков мясной пищи, очистить и помыть рот, а затем устроить молочную трапезу (так пишут Тосафот и Раавиа). Те, кто следовал этому мнению, приняли обычай делать между мясной и молочной трапезами перерыв по крайней мере в течение часа, чтобы было очевидно, что это – две отдельные трапезы. А поскольку после мясной трапезы проходит час, уже нет строгой необходимости очищать и мыть рот. И только если человек знает, что у него между зубов остались кусочки мясной пищи, он должен их извлечь, прежде чем есть молочную пищу. И такого обычая придерживаются выходцы из некоторых ашкеназских общин (см. Рама, 89, 1; Сифтей коѓен, 7). В других ашкеназских общинах существует обычай ждать три часа между мясом и молоком. Он основан на утверждении, что когда стало принято есть в день не две, а три трапезы, именно трехчасовой промежуток стал самым коротким промежутком между трапезами.
Многие поздние ашкеназские законоучители призывали выходцев из всех общин ждать шесть часов между мясной и молочной пищей (см. Рама, 89, 1; Сифтей коѓен, 8). Однако представляется, что на практике, поскольку этот закон основан на постановлении мудрецов, и следует уважать обычаи, принятые в еврейском народе и учрежденные величайшими законоучителями, – не нужно убеждать тех, кто привык ждать час или три часа, изменять свой обычай. Но будет правильно, если всякий, у кого в семье нет в этом отношении четкого обычая, соответствующего менее строгому толкованию закона, станет ждать шесть часов, как принято в большинстве еврейских общин[4].
[4]. В трактате Хулин, 105а, говорится: «Сказал рав Хисда: тому, кто ел мясо, запрещено есть сыр, а тому, кто ел сыр, разрешено есть мясо… Сказал Мар Уква: в этом я подобен кислому уксусу, образовавшемуся из доброго вина, ибо мой отец, после того как ел мясо, ждал целый день, прежде чем есть сыр, а я жду лишь до следующей трапезы». По мнению Ѓалахот гдолот, Бааль шеильтот, рабейну Зрахьи Ѓа-Леви, рабейну Тама, рабейну Аѓарона Ѓа-Леви, даже в рамках одной трапезы разрешено есть молочную пищу после мясной, после того как человек очистил и прополоскал рот. А Мар Уква ждал до следующей трапезы потому, что не очищал рот (так пишет рабейну Зрахья Ѓа-Леви), или же потому, что придерживался обычая особенно праведных людей (так пишет рабейну Там). В тексте я не привел это мнение, потому что нет практического обычая, который бы ему соответствовал.
А Тосафот и Раавиа считают, что, по мнению Мара Уквы, молочную пищу можно есть только во время следующей трапезы, однако мудрецы не указывают, должен ли перерыв между трапезами быть коротким или длинным, главное, чтобы это были две отдельные трапезы. Исходя из этого, сразу по окончании мясной трапезы можно произнести Биркат ѓа-мазон, очистить стол, очистить и прополоскать рот, а затем приступить к молочной трапезе. Однако некоторые законоучители говорят, что не следует произносить завершающее благословение с намерением тотчас же приступить к новой трапезе, потому что в таком случае это будет «благословение, в котором нет необходимости» (браха ше-эйна цриха). Поэтому принято ждать час между трапезами. Кроме того, в книге Зоѓар (ч. 2, 125б) говорится, что не следует есть мясную и молочную пищу в рамках одной трапезы и в течение одного часа.
По мнению же большинства ранних законоучителей, между мясной и молочной пищей нужно подождать столько времени, сколько обычно длится промежуток между трапезами, потому что так учит нас Мар Уква, который, хотя и не соблюдал этот закон так строго, как его отец, все-таки не ел молочную пищу до следующей трапезы (так пишут рабейну Хананэль и Риф). И поскольку в те времена было принято устраивать в день две трапезы, нужно ждать столько времени, сколько длился промежуток между ними. Сказали наши мудрецы (в трактате Шабат, 10а): в третий дневной временной час (то есть примерно в 8-9 часов утра) завтракали люди, которые получили наследство (и поэтому не должны работать), в четвертый час – большинство людей, в пятый час – рабочие, а в шестой час – мудрецы Торы. Таким образом, те, кто завтракал позднее всех, заканчивали утреннюю трапезу в конце шестого дневного временного часа (около 12 часов пополудни), а вечерняя трапеза начиналась после окончания двенадцатого временного часа (то есть после захода солнца). Следовательно, даже те, кто завтракал позднее всех, ждали не менее шести часов до следующей трапезы (так пишут Лехем мишне и Виленский Гаон). Рамбам, Рашба, Рош, Итур, Ран и другие законоучители также указывают, что между мясной и молочной пищей необходимо ждать шесть часов. И так постановляет Шульхан арух (89, 1). И такой обычай существовал в общинах Востока и Северной Африки, за редким исключением, так как в отдельных общинах Северной Африки было принято ждать три часа.
Ашкеназский обычай: в эпоху ранних законоучителей, вплоть до пятисот лет назад, было принято ждать всего один час. Однако с распространением еврейских общин по Восточной Европе и созданием новых общин в Польше стал общепринятым обычай ждать шесть часов, в соответствии с указанием большинства ранних законоучителей. В связи с этим Рама (89, 1) писал: «Согласно обычаю, распространенному в этих странах, между мясной и молочной пищей ждут всего один час… А некоторые соблюдают этот закон более строго и ждут шесть часов, и так правильно поступать». Некоторые авторитеты призывали придерживаться более строгого подхода во всех общинах. Так, Рашаль и Сифтей коѓен (89, 8) указывали, что «всякому, в ком жив дух Торы», подобает ждать между мясной и молочной пищей шесть часов. Около ста пятидесяти лет назад этот обычай уже стал обязательным в Восточной Европе, и Арух ѓа-шульхан (89, 7) писал: «Во всех общинах Израиля, согласно общепринятому обычаю, ждут шесть часов между мясной и молочной пищей, и упаси нас Всевышний от того, чтобы изменять этот обычай, а о том, кто так поступает, сказано: «Того, кто взламывает ограду, ужалит змея»».
Однако в общинах Западной Европы было по-прежнему принято ждать всего один час. И хотя некоторые евреи в Западной Европе приняли на принципиальном уровне мнение большинства ранних законоучителей, считавших, что между мясной и молочной пищей нужно делать перерыв, равный промежутку между двумя трапезами, – тем не менее, поскольку в те времена уже было принято устраивать три трапезы в день, они ждали три часа, что составляло наиболее короткий промежуток между трапезами (см. Даркей тшува, 89, 6). И поскольку в основе этого закона лежит постановление мудрецов, и менее строгий подход опирается на мнение некоторых крупнейших ранних законоучителей, и есть ценность в том, чтобы сохранять обычаи, имеющие прочную основу в Ѓалахе, – не следует убеждать тех, кто привык придерживаться в этом вопросе менее строгого подхода, менять свой обычай. Мое скромное мнение таково: как представляется, даже те ранние законоучители, которые безоговорочно указывали, что в ашкеназских общинах необходимо соблюдать шестичасовой промежуток, имели в виду общины Восточной Европы, а не общины Западной Европы, где укоренился обычай, соответствующий менее строгому подходу.
Если обычаи семей мужа и жены различаются, то будет правильным, чтобы жена приняла семейный обычай мужа. Это указание опирается на закон Торы, который гласит, что жена коѓена должна есть плоды приношений, так же как и сам коѓен.
Мясо птицы: в Вавилонском Талмуде (трактат Хулин, 104б) приводится мнение, согласно которому «птицу и сыр можно свободно есть вместе… не моя руки и вытирая рот». На этом основании некоторые ранние авторитеты приходят к выводу, что хотя между мясной и молочной пищей необходимо ждать шесть часов, после мяса птицы можно есть молочную пищу сразу же (так пишут Рамбан и Ритва). Также существует обычай после мяса ждать шесть часов, а после птицы – четыре, три или один час. И, как мы говорили, каждый человек вправе продолжать соблюдать обычай своих отцов. Однако по мнению Рамбама (9, 28) и Рашба, практический закон не соответствует этому мнению, и после птицы тоже необходимо ждать шесть часов. И такое постановление выносит Шульхан арух (89, 1), и таково мнение практически всех поздних законоучителей. По всей вероятности, поскольку мудрецы постановили, что запрет есть мясо с молоком распространяется на мясо не только животных, но и птиц, они не хотели вносить изменения в законы разделения мясной и молочной пищи.
