Среди всех запретов, которые наши мудрецы установили в отношении пищи идолопоклонников, запрет на нееврейское вино является самым строгим. Вот что об этом сказано (в трактате Авода зара, 36б): «Хлеб инородцев запретили из-за их вина, их вино запретили из-за их дочерей, а их дочерей запретили из-за служения идолам». Это означает: основная суть постановления мудрецов заключалась в том, чтобы евреи не пили вино идолопоклонников, и это оградит их от нарушения самых главных запретов – ассимиляции и идолопоклонства. А чтобы предотвратить ситуацию, когда евреи станут пить вино идолопоклонников, мудрецы наложили запрет также на испеченный неевреями хлеб и сваренную ими пищу. И хотя, как правило, мудрецы не устанавливают запрет, ограждающий другой запрет, установленный ими, – однако в данном случае они поступили именно так, чтобы не был нарушен строжайший запрет ассимиляции. Кроме того, мудрецы опасались, что если не запретить хлеб и вареную пищу неевреев, то и запрет на их вино будет рано или поздно нарушен, поэтому эти три запрета рассматриваются, по сути, как один общий запрет (см. комментарий Рамбана к трактату Авода зара, 36б).
Когда сыны Израиля еще скитались по пустыне, уже тогда возникла необходимость запретить им пить вино идолопоклонников. Рассказывают наши мудрецы (в трактате Санѓедрин, 106а): после того как злодею Биламу не удалось проклясть сынов Израиля, он предложил Балаку, царю Моава, толкнуть их на грех разврата, чтобы Бог евреев разгневался и покарал их. Для этого Билам предложил возвести вблизи стана Израиля шатры, где будут продаваться белые льняные одежды, любимые еврейским юношами, а продавать их будут блудницы. Пожилая блудница будет сидеть у входа в шатер, а молодая – внутри. И вот, после того как еврейские юноши устроили веселую трапезу, насытились и утолили жажду, они вышли погулять и обнаружили базар, где продавались льняные одежды. Сидевшие у входа в шатры пожилые женщины предлагали им одежды по обычной цене, а из шатров выглядывали молодые женщины, завлекая их предложением купить одежды за полцены. Юноши входили в шатры и покупали у них одежды. Так происходило дважды и трижды, пока юноши уже не были знакомы с продавщицами. И тогда молодая продавщица говорила юноше: «Ты ведь мне как брат, выбирай себе одеяние по вкусу!». Рядом с ней стояли кувшины вина, а нееврейское вино тогда еще не было запрещено сынам Израиля, и она предлагала ему выпить бокал вина. Выпив вина, юноша чувствовал, что его одолевает греховная страсть, и хотел совершить грех с блудницей. Та доставала идола и говорила: «Служи ему, и я отдамся тебе!». Он отвечал ей: «Но ведь я еврей!». Она возражала: «О чем я прошу тебя? Лишь о том, чтобы справить нужду перед этим идолом». Юноша не знал, что именно в этом заключался культ божества по имени Бааль-Пеор. Захмелевший от вина и одолеваемый страстью, он справлял нужду перед идолом, а затем вступал с блудницей в близость, совершая грех против Торы Моше, раба Всевышнего. Об этом сказано (Бемидбар, 25:1-3): «И жил Израиль в Шитим, и начал народ блудодействовать с дочерьми Моава. И приглашали они народ к жертвам божеств своих; и ел народ, и поклонялся божествам их. И прилепился Израиль к Баал-Пеору. И возгорелся гнев Господень на Израиль».
Зимри, сын Салу, один из князей колена Шимона, тоже нарушил запрет и согрешил с Козби, дочерью Цура, принцессой Мидьяна, на глазах у Моше и всей общины сынов Израиля. И многие поддались греху вслед за ним. В наказание за это Всевышний наслал мор на сынов Израиля, и 24 тысячи из них умерли. И тогда Пинхас, сын Эльазара первосвященника, восстал и убил Зимри и Козби. Это образумило грешников, и мор прекратился. Сказал рабби Эльазар Ѓа-Модаи (Пиркей де-рабби Элиэзер, 46): «Встал Пинхас и заклял Израиль заклятием Священного Имени, и заклятием священных слов, начертанных на скрижалях, и заклятием Высшего бейт дина, и заклятием нижнего бейт дина, чтобы никто из Израиля не пил вина инородцев… Ибо вино инородцев всегда служит идолопоклонству и разврату». По всей вероятности, когда евреи вошли в Землю Израиля и расселились в ней, этот запрет был забыт.
