Глава 21 - Законы перенесения предметов из одного владения в другое

Все, что принято прикреплять к одежде – например, карманы или пуговицы, – также считается частью одежды, и, подобно самой одежде, является второстепенным по отношению к телу человека. На все это не распространяется запрет перенесения предметов из одного владения в другое. И хотя, если в субботу человек возьмет в руки пуговицы и пройдет с ними по «общественному владению», он нарушит запрет ѓоцаа, пуговицы и карманы, пришитые к одежде, считаются частью одежды и являются второстепенными по отношению к ней. Подобным же образом, этикетка, пришитая к одежде, считается частью одежды и является второстепенной по отношению к ней. Разрешается также надевать куртку с прикрепленным к ней капюшоном, даже если капюшон откинут назад, и человек не намеревается его надевать, поскольку капюшон считается частью куртки. Предметы, которые человек обычно прикрепляет к одежде, чтобы украсить ее, также считаются частью одежды. Такими предметами могут быть пуговицы на отворотах пиджака или перо, украшающее шляпу или одежду.

Что же касается запасных пуговиц, то в связи с ними возникает вопрос. Ведь они не являются необходимыми для одежды и не украшают ее. Эти пуговицы пришивают так, чтобы их не было видно, и если одна из пуговиц на одежде оторвется, то у человека будет запасная пуговица, которую он сможет пришить вместо нее. Есть мнение, что поскольку запасные пуговицы не являются необходимыми для одежды, но обладают значимостью, в субботу запрещено выходить с ними на территорию «общественного владения» (см. Хаей адам, 56, 3). Но по мнению большинства авторитетов, разрешается выходить на улицу в одежде, к которой пришиты такие пуговицы, ведь поскольку их обычно пришивают к одежде, они считаются ее частью и являются второстепенными по отношению к ней. Тот же самый закон распространяется и на петлю, за которую вешают пальто или куртку – если такая петля оторвалась с одной стороны, она не имеет значимости и является второстепенной по отношению к самому пальто, даже если человек намеревается позднее пришить ее обратно, и в субботу разрешается выходить в пальто с такой петлей на территорию «общественного владения». И поскольку эта полемика касается постановления мудрецов, практический закон соответствует мнению тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования закона^[14].

В субботу разрешается выходить на территорию «общественного владения» не только в одежде, поскольку она является второстепенной по отношению к телу человека, но и с другими предметами, необходимыми для тела, так как и они считаются второстепенными по отношению к телу (см. Шульхан арух, 301, 22). Например, человеку со слабым слухом разрешается выходить на территорию «общественного владения» с заушным слуховым аппаратом (см. выше, гл. 17, п. 3), а близорукому разрешается надевать очки, поскольку они второстепенны по отношению к его телу. Но запрещено выходить на территорию «общественного владения» в солнечных очках, так как существует опасение, что если человек окажется в месте, где нет солнца, он положит солнечные очки в карман и таким образом нарушит запрет перенесения предметов. Но если солнечные очки необходимы человеку из-за больных глаз, и он не снимает их даже там, где нет солнца, то ему разрешается выходить в них на территорию «общественного владения». Даже если солнечные очки насаживаются на обычные, и в тени человек поднимает линзы солнечных очков, не снимая их с обычных, в таких очках разрешается выходить на территорию «общественного владения», поскольку нет опасения, что человек станет переносить солнечные очки в руках или в кармане (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 18, 18).

Пластырь, приклеенный к телу, или повязка, наложенная на него, чтобы вылечить рану или закрыть ее, считаются предметами, необходимыми для тела, и с ним разрешено выходить на территорию «общественного владения». Подобным же образом, если у человека болит рука, ему разрешается в субботу выходить на территорию «общественного владения» с наложенной на руку косыночной повязкой. А тот, у кого болит ухо, может выйти на улицу с ватой в ухе. Разрешается также выходить на улицу с ортодонтическими брекетами на зубах. Все перечисленное необходимо для тела и является второстепенным по отношению к нему (см. Шульхан арух, 301, 28; Мишна брура, 108; Шмират шабат ке-ѓилхата, 34, 29).

Если человек хромает, и ему необходима палка для ходьбы, то ему разрешается выходить с палкой на территорию «общественного владения», поскольку палка считается для него подобной обуви, ведь без нее он не может ходить. Но если он в состоянии ходить без палки, даже если для него это очень трудно, то ему запрещено выходить на улицу с палкой (см. Шульхан арух, 301, 17).

Если слепой, который в будни ходит с палкой, в состоянии ходить и без нее, то палка считается для него ношей, и ему запрещено выходить с ней туда, где нет эрува (см. Шульхан арух, 301, 18). Если же он абсолютно не способен ходить без палки – например, если он не знает, куда ему идти, – то ему разрешается выходить на улицу с палкой (см. Арух ѓа-шульхан, 301, 72)^[15].

Слепому разрешено выходить на территорию «общественного владения» с собакой-поводырем. Хотя слепой держится за поводок собаки, это не является нарушением запрета, ведь поскольку поводок постоянно надет на собаку, он является второстепенным по отношению к ее телу, и не считается, что слепой «переносит» его (см. Игрот Моше, Орах хаим, 1, 45; Шмират шабат ке-ѓилхата, 18, прим. 62, и выше, гл. 20, п. 2).

Инвалид, прикованный к инвалидной коляске с ручным управлением, может самостоятельно выезжать на этой коляске на территорию «общественного владения», потому что для него коляска считается подобной обуви (см. Шульхан арух, 301, 16-17; Игрот Моше, Орах хаим, 4, 90). Но если он не может самостоятельно вращать колеса коляски, ее запрещено катить, подобно тому, как запрещено нести по «общественному владению» или кармелит младенца, который не умеет ходить (см. Мишна брура, 308, 153). Однако ради исполнения заповеди можно попросить нееврея катить инвалида в коляске, поскольку в таком случае речь идет о двойном запрете мудрецов (швут де-швут), который разрешено нарушать в субботу в случае крайней необходимости и ради исполнения заповеди (см. выше, гл. 9, п. 11)^[16].

Как мы уже говорили, общее правило таково: запрет перенесения предметов из одного владения в другое (ѓоцаа) не распространяется на предметы, вторичные по отношению к телу человека, поэтому в субботу разрешено выходить на территорию «общественного владения» в любой одежде. Исходя из этого, поскольку ювелирные изделия украшают человека, они считаются второстепенными по отношению к его телу, если они надеты на тело или прикреплены к одежде, и на них не распространяется запрет перенесения из одного владения в другое.

Однако мудрецы опасались, что женщина захочет показать свои украшения подруге, снимет их с себя, возьмет в руки и, забыв о субботнем запрете, пронесет по «общественному владению» на расстояние 4 локтей, тем самым нарушив запрет Торы. Поэтому мудрецы запретили в субботу выходить на улицу в таких украшениях, в отношении которых есть опасение, что женщина захочет показать их подруге. К ним относятся серьги, браслеты, кольца, цепочки и обручи для волос.

Но уже в период ранних законоучителей среди женщин бытовал обычай надевать украшения в субботу, и в отношении этого обычая мнения законоучителей разделились. Одни говорят, что, по сути закона, в нем есть нарушение запрета, установленного мудрецами, однако раввины не препятствовали этому, потому что этот обычай распространился во всем народе Израиля, и можно было представить себе, что даже если авторитеты выразят протест, женщины все равно продолжат следовать этому обычаю. Поэтому раввины предпочли не объявлять о своем запрете всенародно, так как лучше, чтобы женщины нарушали его по ошибке, нежели преднамеренно.

Другие законоучители оправдывают женщин, соблюдающих этот обычай, и объясняют, что мудрецы запретили надевать в субботу ювелирные изделия только из опасения, что женщина может пронести их по «общественному владению» на расстояние 4 локтей и тем самым нарушить запрет Торы. Однако в наши дни, когда, по мнению многих авторитетов, «общественного владения» согласно Торе не существует, даже если украшения пронесут на расстояние 4 локтя, это не будет нарушением запрета Торы. Из этого следует, что нет нужды налагать запрет на ношение украшений в субботу, потому что не налагают один запрет на другой.

Третьи законоучители утверждают, что в наши дни ювелирные изделия не являются редкостью, и нет опасения, что женщина снимет их на улице, чтобы показать подруге, поэтому разрешается носить украшения даже на территории, имеющей статус «общественного владения» согласно Торе.

И поскольку этот запрет является исключительно постановлением мудрецов, в его отношении можно придерживаться менее строгого толкования закона. Поэтому в субботу женщины носят украшения даже в тех местах, где нет эрува^[17].

В отношении наручных часов мнения законоучителей разделились. Есть мнение, что в субботу можно выходить с наручными часами в «общественное владение», только если они служат одновременно и украшением. Проверить это можно, увидев, как человек поступает с этими часами, когда они останавливаются. Если он их снимает, это означает, что они не являются украшением, и человек, как правило, надевает их на руку только для того, чтобы узнать, который час. А поскольку такие часы не являются «предметом, необходимым для тела», в субботу запрещено выходить в них на территорию «общественного владения». Но если часы так красивы, что человек не снимает их, даже когда они остановились – например, если они золотые, – то они считаются украшением, и в них разрешается выходить на территорию «общественного владения».

А многие авторитеты полагают, что поскольку часы надевают на тело, подобно одежде, и если у человека на руке нет часов, он чувствует себя так, словно в его костюме чего-то недостает, и поскольку человек пользуется часами, когда они надеты на его руку, то получается, что часы второстепенны по отношению к его телу, и закон рассматривает их как предмет гардероба или украшение. А значит, с часами на руке разрешается выходить в «общественное владение». И основной закон соответствует мнению тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования, но если человек следует более строгому толкованию, то он достоин благословения^[18].

Человек, который живет или гостит в месте, не обнесенном эрувом, и должен взять с собой ключ, выходя из дома, сталкивается со сложной проблемой. В этом случае авторитеты предлагают такое решение: он может использовать ключ как застежку для пояса. Это означает, что нужно нанизать ключ на шнурок, а затем завязать шнурок «бантиком» и надеть его на пояс, чтобы ключ служил своеобразной застежкой. Так человек сможет выйти на территорию «общественного владения» (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 18, 49-50. И см. выше, прим. 11).

В некоторых местах человеку запрещено ходить по улицам, не имея при себе удостоверение личности или паспорт. Если в субботу человеку крайне необходимо выйти на улицу, или если это нужно ради исполнения заповеди, то он должен взять с собой удостоверение личности, неся его иным способом, чем обычно (бе-шинуй) – например, положив его на голову под головной убор или на тело под рубашку, так, чтобы его удерживал ремень. Такое перенесение является нарушением двойного запрета мудрецов (швут де-швут), и мудрецы разрешают это в случае крайней необходимости или ради исполнения заповеди (см. выше, гл. 9, п. 11).

Подобным же образом, если врач велел больному не выходить из дома без определенного лекарства, то больной, если он находится в месте, не обнесенном эрувом, может выйти из дома в случае крайней необходимости или ради исполнения заповеди, взяв лекарство с собой, при условии, что он понесет его иным способом, чем обычно. И если человеку это необходимо, то желательно, чтобы он не останавливался в «общественном владении», а шел без остановки до «частного владения», в которое направлялся (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 40, 7; выше, прим. 4)^[19].

Если в месте, не обнесенном эрувом, людям необходимо из соображений безопасности иметь при себе оружие и мобильный телефон, то им разрешается выносить эти предметы на территорию, куда люди обычно выходят в субботу. При этом телефон следует нести иным способом, чем обычно (бе-шинуй), а оружие – обычным способом, поскольку нести его каким-либо иным способом опасно. Но запрещено брать с собой оружие или рацию на прогулку. Ниже (в гл. 27, п. 17) этот закон будет разъяснен подробно.