05. Практический обычай: аннулирование в соотношении 1:60 (битуль бе-шишим)

[5]. Как пишут некоторые ранние законоучители (в том числе Мордехай и Агур), не принято полагаться на мнение нееврея, который попробовал блюдо, и если в смеси объем разрешенных ингредиентов превышает объем запрещенных в 60 раз, смесь разрешена, а если не превышает – запрещена. Рама пишет (98, 1), что таков практический обычай. Этот обычай распространился также и в сефардских общинах, как пишут Радбаз, При хадаш, Шульхан гавоѓа, Зивхей цедек, Бен иш хай, Брит кеѓуна, Каф ѓа-хаим (98, 2; 11). Как представляется, они убедились на опыте, что когда нееврей пробует блюдо, это вызывает множество сомнений, потому что вкус изменчив, и не всегда можно с уверенностью сказать, чувствуется он или нет, и возможно, одни люди его почувствуют, а другие нет. Поэтому эти законоучители предпочли сравнять законы в отношении всех видов смеси и применить к ним всем правило битуль бе-шишим, подобно тому, как это сделали мудрецы (см. выше, п. 2). Нечто подобное пишут Радбаз (Законы, связанные с запрещенной пищей, 15, 29) и Сефер ѓа-трума (п. 48). Также возможно, что с течением лет народ Израиля стал строже соблюдать законы Торы, и если приходится полагаться на человеческий вкус, который не является абсолютным, это вызывает в сердцах евреев больше опасений. В том же духе авторитеты последних поколений постановили: тот, кто прочел Шма Исраэль в переводе на какой-либо другой язык, не исполнил заповедь, потому что ни один перевод не является точным в достаточной степени (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 15, п. 9, прим. 8). То же самое относится и к написанию свитка Торы и других священных текстов на пергаменте: согласно основному закону Ѓалахи, эти тексты должны быть написаны каллиграфическим письмом. А поздние законоучители ввели дополнительные, уточняющие требования к форме букв, потому что только такие буквы считаются красивыми в наше время. Также может быть, что с течением времени люди стали больше пользоваться приправами, поэтому стало труднее различать вкусы, и распространился обычай не полагаться на то, что пищу попробует нееврей. Кроме того, как мы говорили в предыдущем примечании, многие крупнейшие ранние законоучители считают, что когда сама запрещенная пища смешалась с разрешенной, не следует полагаться на вкус блюда, и необходимо, чтобы объем разрешенного ингредиента превышал объем запрещенного в 60 раз, чтобы вся смесь была разрешенной. А Раши считает, что даже если в смеси присутствует не сама запрещенная пища, а лишь ее вкус, он все равно аннулируется не менее чем в соотношении 1:60. И поскольку авторитеты пришли к выводу, что на практике трудно полагаться на вкус нееврея, который пробует блюдо, они вынесли постановление, соответствующее всем мнениям. И так пишут рабби Акива Эйгер (98, 1) и При мегадим (Сифтей даат, 29).

Однако представляется, что в случае крайней необходимости можно положиться на ответ нееврея, который попробовал блюдо, при условии, что его ответ однозначен. Ведь, как мы говорили, на нееврея не следует полагаться из опасения, что он может дать ложный ответ, особенно если вкус трудноразличим. И если мы привыкнем полагаться в этом на ответ нееврея, то привыкнем и к тому, что по этому поводу у нас будут часто возникать сомнения. Но если на ответ нееврея полагаются только при крайней необходимости, в редких случаях, и только когда ответ однозначен, – опасения нет (см. Рама, Респонсы, 54).

На заключение еврея полагаться разрешено. Например, если к блюду парве примешался мясной соус, то еврей может попробовать это блюдо и решить, осталось ли оно парве или стало мясным (так пишет При хадаш). А некоторые авторитеты считают, что это верно только бедиавад, а лехатхила, если объем блюда парве не превышает объем мясного соуса в шестьдесят раз, то в этом вопросе следует придерживаться более строгого толкования закона и считать, что блюдо стало мясным (см. Сифтей коѓен, 96, 5).

Если кошерное блюдо смешалось с соусом из некошерного мяса, и объем блюда не превышает объем соуса в шестьдесят раз, и еврей по ошибке попробовал эту смесь и сказал, что не ощутил в ней вкуса некошерного мяса, – то, как говорят одни законоучители, следует положиться на его заключение и считать блюдо разрешенным (так пишет, в частности, рабби Акива Эйгер); а другие законоучители говорят, что полагаться на его заключение не следует, ведь поскольку он не знал, что должен попробовать блюдо и на этом основании установить его ѓалахический статус, он не проверял достаточно тщательно, есть ли в нем вкус запрещенного мяса (так пишет, в частности, Бейт Ицхак). Но если это блюдо попробовало множество людей, и никто из них не ощутил в нем запрещенного вкуса, то становится ясно, что на их заключение можно положиться по мнению всех авторитетов (см. Маѓаршам, Респонсы, 3, 377).