Глава 01 - Вступление

Согласно заповеди праздничной радости, каждый человек должен позаботиться о том, чтобы радость ощутил не только он сам, но и все его близкие; кроме того, в праздник он должен приобщить к своей радости людей одиноких и обездоленных. Это не только признак особого благочестия – этого требует заповедь Торы, ведь сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой – ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих» (также см. ст. 11)^[8]. А вот что пишет по этому поводу Рамбам (Законы йом това, 6, 18): «Когда человек ест и пьет (в праздник), он обязан также накормить и напоить пришельца, сироту и вдову, а вместе с ними – всех прочих несчастных и обездоленных. А тот, кто запирает двери дома своего и угощается в одиночестве, вместе с женой и детьми, но не кормит и не поит бедных и скорбных духом, не исполняет заповедь радости, а просто набивает брюхо. О таких людях сказано (Ѓошеа, 9:4): «Не будут они возливать вино Господу, и не угодны будут Ему жертвы их, которые им – как хлеб скорбящих: все, которые едят его, оскверняются, ибо хлеб их – для них самих, в дом Господень она (жертва их) не войдет». Такая радость – стыд и позор, ведь сказано (Малахи, 2:3): «Вот проклинаю у вас семя и раскидаю помет на лица ваши, помет праздничных жертв ваших, и он понесет вас к себе (презренны будете)»» (то же самое написано в Магид мишне, там же, и в Сефер ѓа-мицвот, Заповеди-предписания, 54).

Вдумавшись в это, мы обнаружим, что заповедь радости состоит из двух частей. Первая ее часть заключается в том, что в праздник человек должен радоваться вместе со своими близкими, о чем сказано: «И радуйся в праздник твой – ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя…». Слово «ты» в этом стихе подразумевает обоих супругов, ведь муж и жена считаются единым целым. В тех местах Торы, где суть этой заповеди излагается кратко, упоминается только жена человека. Например, в Дварим, 14:26, сказано: «И ешь там пред Господом, Богом твоим, и радуйся ты и дом твой». «Дом твой – это жена твоя», – объясняют наши мудрецы. Эти слова учат нас, что в праздник на человека возложена заповедь прежде всего доставить радость своей жене. А жена, в свою очередь, должна первым долгом доставить радость мужу. И действительно, заповедь праздничной радости мужчина исполняет главным образом во время трапезы, которую, как правило, ему готовит жена, а для женщины основное исполнение этой заповеди заключается в радости от нового наряда или украшения, которые покупает ей муж. А на мужа и жену вместе возлагается обязанность вовлечь в праздничную радость всех своих домочадцев, ведь иначе эту заповедь исполнить невозможно. Поэтому в народе Израиля принято всегда проводить праздники в кругу семьи. Каждый член семьи должен следить за тем, чтобы не нарушать праздничную атмосферу, царящую в доме, особенно во время трапез, избегать высказываний, которые могут быть неприятны или обидны кому-то из присутствующих, стараться доставить радость своим близким теплыми дружескими словами. И тогда праздничная радость будет истинной и полной (см. ниже, п. 17, прим. 13, где объясняется, можно ли уезжать из дома в канун праздника, чтобы провести праздник у ребе).

В наше время некоторые евреи оказались под влиянием светской культуры, отрицающей святость праздников и важность традиционных семейных ценностей. Для таких людей празднование в кругу семьи превращается в тягостное и мучительное времяпрепровождение, полное напряжения, ссор и конфликтов. Чем глубже они проникнутся мыслью о святости еврейских праздников и о величайшем значении семейных ценностей, тем проще им будет воздерживаться от обидных замечаний по отношению к близким, и тем больше они захотят делать им комплименты и радовать их. И благодаря этому они смогут ощутить истинную радость праздника и удостоятся семейного мира и спокойствия.

Вторая часть заповеди требует от нас в праздник доставить радость бедным или одиноким людям, знакомым или живущим по соседству. Об этом в продолжении вышеприведенного стиха говорится: «И радуйся в праздник твой (…) и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих». Раньше сироты и вдовы были, как правило, бедными, поскольку лишились кормильца; а пришелец (то есть прозелит), оставивший свою семью и родину, может страдать от одиночества. Заповедь радовать в праздник бедных исполняют в основном с помощью пожертвований (цдаки), а заповедь радовать одиноких людей, ощущающих в сердце печаль, мы исполняем, приглашая их к себе домой на праздничную трапезу.

Нужно обратить внимание и на то, что Тора заповедала радовать в праздник также левитов и коѓенов. А поскольку на них была возложена миссия учить народ Торе – и детей, и взрослых, – из этого следует, что в наши дни в праздник нам заповедано радовать людей, умудренных в Торе (талмидей хахамим), а также своих наставников в изучении Торы.

Хотя наши мудрецы говорят, что человек должен сокращать свои расходы, чтобы копить деньги на черный день или на старость, а также для того, чтобы иметь возможность помочь своим детям приобрести профессию и создать семью, – тем не менее, на расходах в честь праздника экономить не следует. К празднику нужно покупать то, что человек может себе позволить согласно своему финансовому положению (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 84а; Бейт Йосеф, 529, 1). Случается, что человек весь год приобретает предметы роскоши, которые не являются для него необходимыми, но когда дело доходит до затрат на исполнение той или иной заповеди, он вспоминает, что должен быть экономным. На самом же деле все наоборот: следует экономить на предметах роскоши, но не скупиться на затраты, связанные с исполнением заповеди. При этом человек не должен беспокоиться о том, что в будущем у него могут оказаться непредвиденные расходы, и тогда он пожалеет, что потратил слишком много денег на субботу, праздники или исполнение других заповедей. Ведь сказали наши мудрецы (в трактате Бейца, 16а), что пропитание определено человеку на год вперед, от Рош ѓа-Шана до Рош ѓа-Шана, – помимо средств, необходимых на субботу и праздники, а также на обучение его детей Торе. Поэтому, если человек потратит на исполнение этих заповедей меньше денег, то свыше ему сократят количество средств, предусмотренных в начале года, а если больше – то количество этих средств умножат. Таким образом, если он потратит на исполнение заповедей столько, сколько может себе позволить, но при этом в будни будет бережлив, это не нанесет ему никакого ущерба, и он сможет достойно существовать и откладывать деньги на черный день и на другие нужды.

Тому, кто испытывает временные денежные затруднения, желательно взять ссуду в банке, чтобы отметить праздник подобающим образом. Он не должен беспокоиться, что случится что-то неожиданное и он будет не в состоянии возвратить ссуду, ведь в Талмуде (трактат Бейца, 15б) говорится: «Сказал Святой, благословен Он, Израилю: сыны Мои, берите деньги в долг под Мою ответственность и освящайте этот день, осененный святостью, и уповайте на Меня, и Я возвращу ваши долги». Но это верно при условии, что человек не полагается на чудо, а имеет стабильный источник дохода или сбережения, которые он может использовать в случае необходимости. Именно о таком человеке наши мудрецы сказали, что ему не нужно беспокоиться, сможет ли он вернуть ссуду, ведь если он будет вести себя ответственно, работать и не тратить деньги попусту, то Всевышний поможет ему отдать долг. Но если человек не знает, как он сможет вернуть долг, то ему не следует брать ссуду ради праздника, чтобы не превратиться в нечестивца, который берет деньги в долг и не возвращает. Он также не должен просить для этого подаяние; в праздник ему следует есть простые блюда, согласно словам рабби Акивы: «Преврати свою субботу в будни, только не обращайся за подаянием к людям» (трактат Псахим, 112а). И в награду за то, что этот человек не протянул руку за подаянием, он удостоится богатства (см. Мишна, трактат Пеа, 8:9). Но бедняк, который и без того был вынужден обращаться за милостыней на различные нужды, может брать ее и ради праздника (см. Мишна брура, 242, 1).

Некоторые люди ошибочно полагают, что для того чтобы исполнить заповедь праздничной радости, они должны купить самую дорогую одежду и самые роскошные яства, доступные только богатым людям, – даже если такие расходы им не по карману. Однако это неверно – заповедь требует от каждого человека потратить на нужды праздника столько денег, сколько он в состоянии. Иными словами, если человек имеет средний уровень дохода, то он должен купить вино, мясо и другие праздничные блюда, какие обычно покупают люди его достатка. Ведь радость праздника во время трапезы заключается в том, чтобы трапеза содержала вино и была более обильной, чем в будни, а не в том, чтобы соревноваться с богатыми людьми (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 2, п. 3, и «Расширенные объяснения», там и здесь).

Поэтому, когда человек, имеющий средний достаток, покупает в честь праздника новую одежду или украшение, заповедь не требует от него приобретать вещи, соответствующие уровню доходов состоятельных людей. Ведь заповедь радости заключается главным образом в том, что в праздник мы наслаждаемся вкусными блюдами и нарядной одеждой, которые не позволяем себе в будни, а не в том, чтобы женщина выглядела так роскошно, словно она жена миллионера. А если женщина думает, что радость ей может доставить только такой наряд, который будет роскошней и дороже нарядов всех ее подруг, то она никогда не достигнет подлинной радости, потому что ее всегда будет омрачать зависть и желание купить еще более дорогую одежду.

Главное, чтобы человек был доволен тем, что у него есть, сокращал будничные траты и не скупился на расходы, связанные с исполнением заповедей, – в соответствии с уровнем его доходов. Только благодаря этому он удостоится истинного благословения. Именно об этом говорят наши мудрецы (Мишна, трактат Авот, 4, 1): «Кто богат? Тот, кто доволен своей участью, ибо сказано (Теѓилим, 128:2): «Когда ешь ты от плодов труда рук твоих, счастлив ты и благо тебе». Счастлив ты – в этом мире, благо тебе – в Мире грядущем».

К заповеди радости относится все, что радует человека в праздник, в том числе пение, танцы и прогулки. Чем усердней человек будет славить Всевышнего в праздник и петь Ему хвалебные гимны и славословия, тем большего благословения он удостоится в награду за это. Величайшие мудрецы Израиля составили особые песнопения, предназначенные для того, чтобы славить и благодарить Всевышнего в праздники. Говорят наши мудрецы, что у Навота Изреэльского был прекрасный голос, и в праздники он пешком восходил в Иерусалимский Храм, и весь Израиль собирался, чтобы послушать его пение. Но однажды в праздник он остался дома, чтобы охранять свой виноградник, и за этот грех он получил наказание: его схватили царские стражники, а злодеи дали против него ложное свидетельство, будто он восставал против царской власти, и в конце концов он погиб (см. Псикта рабати, 25).

В праздники широко распространен обычай устраивать танцы (как правило, в синагоге). Он основан на словах Торы (Дварим, 16:15): «Семь дней празднуй (תחוג, тахог) Господу, Богу твоему, на месте, которое изберет Господь». Слово тахог означает также «води хороводы», поэтому мудрецы постановили, что во время «празднества черпания воды» (симхат бейт ѓа-шоэва) в Храме в праздник Суккот следует выражать радость посредством танцев (см. комментарий Ѓаамек давар к этому стиху; При цадик, Суккот, 17).

Если короткая прогулка доставит человеку радость, то в праздник она тоже является заповедью. Поэтому в праздник мудрецы разрешили носить на руках маленьких детей, которые не могут идти самостоятельно (см. трактат Бейца, 12а; Тосафот, со слов со слов ѓахи гарас, от имени рабейну Тама; Рама, 415, 1).

Однако в отличие от трапез, нарядной одежды и изучения Торы, которые в праздник являются обязанностью, все остальные виды радости добровольны. Если что-то радует человека, то в праздник это для него заповедь, а если не радует, то он не обязан это делать. Кроме того, человек вправе предпочесть для себя определенные виды радости, избрав то, что радует его больше всего: воспевать Всевышнего в кругу семьи или друзей, танцевать на «празднестве черпания воды» в Суккот, ходить на прогулки или предаваться любым другим занятиям, которые разрешены в йом тов и приносят ему радость, но при этом не представляют собой пустую трату времени. Тем не менее, нужно следить за тем, чтобы все эти занятия не отнимали время, предназначенное для изучения Торы, ведь нельзя забывать, что нам заповедано посвятить половину праздничного дня изучению Торы и молитве. А если изучение Торы радует человека больше всего, то, после того как он исполнит заповедь радости во время трапез, он должен посвятить изучению Торы более половины дня^[9].

В течение всего праздничного дня нам заповедано пребывать в хорошем настроении. На первый взгляд, исполнить эту заповедь не так уж трудно, ведь каждый человек по своей природе стремится к радости. Однако на самом деле заповедь эта не так проста, поскольку человека постоянно одолевают тревоги и заботы, омрачая ему радость. Тем не менее, в праздник на нас возложена такая заповедь, и мы обязаны вознестись над будничными заботами, преодолеть гнев и раздражение и радоваться Всевышнему. А для этого необходимо помнить, что Он избрал нас из всех народов и даровал нам Тору, освятил нас заповедями Своими и привел нас в землю благодатную, чтобы мы удостоились в ней благополучной и гармоничной жизни, полной смысла и святости. Благодаря этому весь мир духовно возвысится, в него снизойдет Божественное благословение, и Тора укажет нам путь, по которому мы должны идти вплоть до полного Избавления. Мысли об этом помогут нам осознать великую миссию, возложенную на каждого из нас. Мы вспомним обо всем добре, которого удостоились в жизни, и станем еще сильнее верить в то, что все страдания и бедствия, которые наш народ пережил в изгнании, ниспосланы нам во благо, чтобы укрепить нас и помочь нам духовно вознестись и исполнить свое предназначение в мире. Так мы сможем в течение всего дня сохранить праздничное настроение. А истинная, гармоничная радость всегда связана и с душой, и с телом, поэтому заповедь праздничной радости распространяется и на телесные, и на духовные наслаждения. К первым относятся праздничные трапезы и нарядная одежда, а ко вторым – изучение Торы и праздничные молитвы.

Кроме того, в праздник каждый человек обязан избегать всего, что может его огорчить или обеспокоить, а также сдерживать свой гнев и раздражение. Некоторые люди не умеют радоваться, находясь в кругу семьи. Оказавшись среди близких, они всегда находят повод для ссоры, вспоминают старые обиды и огорчают присутствующих резкими словами. Все это происходит потому, что они не осознают величия и святости праздника. Они соблюдают заповеди любого праздника просто по привычке, не вкладывая в это особого духовного смысла. Поэтому, как мы уже говорили (в п. 11), они должны вдуматься и ощутить глубокий смысл и святость праздника, и мысли об этом помогут им возвыситься и достичь истинной радости. И тогда они перестанут критиковать близких и станут остерегаться слов, которые могут нанести им обиду. Напротив, они постараются вести себя приятно и обходительно со своими близкими и со всеми, кто встретится им на пути, и благодаря этому они смогут ощутить радость сами и доставить ее другим, отчего благословение праздника продолжится для них и далее, в наступившие после праздника будни.

И поскольку Тора заповедала нам в йом тов и в холь ѓа-моэд пребывать в радости, в эти дни нельзя делать что-то, что может огорчить человека. Это относится и к печали, связанной с исполнением заповеди. Поэтому в праздник запрещены покаянные посты; также запрещено произносить надгробное слово или оплакивать умершего (см. Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 27а; Шульхан арух, 547, 1-2). Но если умерший был человеком, глубоко знающим Тору (талмид хахам), то на его похоронах произносят надгробное слово до того, как тело опустят в могилу, поскольку почтение к Торе преобладает над радостью праздника (см. трактат Моэд катан, 27б; Шульхан арух, Йоре деа, 401, 1; ниже, гл. 11, п. 5, и «Расширенные объяснения», там же).

Кроме того, в праздник запрещено справлять траур. Если у кого-то накануне праздника умер близкий родственник, то с началом праздника этот человек прекращает траур. Даже если он справлял траур всего одно мгновение, траур прекращается с наступлением праздника (см. Моэд катан, 14б; Шульхан арух, 548, 7). Если же близкий родственник умер в дни праздника, то семидневный траур (шива) начинают справлять лишь по окончании праздника, а во время него нужно всеми силами постараться не плакать и не скорбеть, а заниматься исполнением заповедей этого праздника (см. Шульхан арух, 548, 1). Если это произошло в Суккот, то глубокая печаль, которую человек испытывает, не освобождает его от исполнения заповеди сукки. Он должен преодолеть скорбь и находиться в сукке (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 25а; Шульхан арух, 640, 5). И все же, несмотря на то что он не справляет в праздник семидневный траур, друзья и родственники приходят, чтобы утешить его (см. Шульхан арух, 548, 6).

Во времена Храма была в силе заповедь восходить в Иерусалим в три «праздника восхождения». В Торе (Шмот, 34:23) об этом сказано: «Три раза в году должен являться всякий мужчина твой пред лицо Владыки Господа, Бога Израиля». Поэтому «праздники восхождения» называются в Торе регалим (רגלים), от слова «нога» (רגל, регель), – ведь паломники восходили в Храм пешком. Об этом говорится (там же, 23:14): «Три праздника (шалош регалим) празднуй Мне в году». А тот, кто был не в состоянии подняться пешком на Храмовую гору, – например, человек старый, больной или хромой, – был освобожден от этой заповеди, так как не мог исполнить ее полноценным образом. От заповеди восхождения в Храм были освобождены также необрезанные евреи или те, кто осквернился ритуальной нечистотой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хагига, 4а-б; комментарий Рамбама к этому трактату, 2а).

Это заповедь относится только к мужчинам, но не к женщинам, поскольку ее исполнение ограниченно временными рамками, а, как известно, женщины освобождены от заповедей этого типа. Поэтому в случае необходимости женщины могли остаться дома, чтобы ухаживать за маленькими детьми, а также за больными или стариками. Но если женщина имела такую возможность и восходила в Храм, тем самым она исполняла заповедь, и потому на практике многие женщины исполняли заповедь восхождения. Если ребенок в состоянии взойти пешком на Храмовую гору, то на его отца возложена заповедь привести его с собой в Храм.

Поскольку в праздники все мужчины были обязаны взойти в Иерусалим, возникала опасность, что враги нападут на опустевшие города и селения. Поэтому Тора обещала: в награду за то, что народ Израиля неразрывно связан с Храмом, он унаследует Землю Израиля, не боясь нападений врага. Вот что об этом сказано (Шмот, 34:24): «Ибо Я прогоню народы от лица твоего и расширю пределы твои, и никто не пожелает земли твоей, когда пойдешь являться пред лицо Господа, Бога твоего, три раза в году».

Заповедь восхождения в Храм состоит, в свою очередь, из трех самостоятельных заповедей: показаться пред лицо Господа, принести праздничную жертву (хагига) и радоваться празднику (как объясняется в трактате Хагига, 6б). 1) Заповедь показаться пред лицо Господа заключается в том, что человек обязан посетить храмовый двор (азара) и принести праздничную жертву всесожжения (олат реийя), все мясо которой сжигается на жертвеннике. А тот, кто посетил Храм, но не принес жертву, не только упустил возможность исполнить заповедь-предписание Торы, но и нарушил заповедь-запрет, ведь сказано (Шмот, 34:20): «Да не являются пред лицо Мое с пустыми руками». 2) Жертва хагига – это мирная праздничная жертва, во время принесения которой тук жертвенного животного воскуряют на жертвеннике, меньшую часть мяса жертвы отдают коѓенам, а большую часть едят в святости владелец жертвы, его близкие и гости. 3) Заповедь радости заключается в принесении дополнительных праздничных мирных жертв – в таком количестве, чтобы их мяса хватило для всех желающих. Чем больше домочадцев и гостей собрались на празднество, тем больше дополнительных жертв нужно принести. А тот, кто в любом случае был обязан принести в жертву десятину (маасер) скота, либо добровольные жертвы, либо жертвы, о которых он дал клятву, исполняет заповедь праздничной радости, когда ест мясо этих жертв (см. Рамбам, Законы празднества в Храме, 1, 1; 2, 8-10).

Вот что пишет в связи с этим Рамбам (там же, 2, 14): «Принося в Храме праздничные мирные жертвы (шальмей хагига) и мирные жертвы в честь радости праздника (шальмей симха), человек не должен есть их мясо один – он, и сыновья его, и жена его, – и при этом думать, что исполняет заповедь во всей полноте. Нет, он обязан также угостить мясом бедных и обездоленных, чтобы доставить им радость, ибо сказано (Дварим, 16:14): «И веселись в праздник твой (…) и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих». Имеется в виду, что их надо кормить и поить согласно доходам человека. А о том, кто ел мясо жертв, но не радовал им других людей, сказано (Ѓошеа, 9:4): «Не будут они возливать вино Господу, и не угодны будут Ему жертвы их, которые им – как хлеб скорбящих: все, которые едят его, оскверняются, ибо хлеб их – для них самих, в дом Господень она (жертва их) не войдет». А к левитам эта заповедь относится более, нежели ко всем другим, ибо нет у них надела или земельного участка, и не получают они подношения в виде мяса».

Хотя в йом тов в Храме не приносят личные жертвы, однако праздничные жертвы всесожжения (олат реийя) и мирные жертвы (шальмей хагига и шальмей симха) приносят, потому что их заповедано приносить в первый день праздника. Но в субботу это запрещено. Если эти жертвы не были принесены в первый день праздника, то заповедь требует восполнить это до окончания праздника: в Песах – до седьмого дня в Суккот – до исхода Шмини Ацерет, а в Шавуот – до исхода шестого дня после праздника. Если же человек не принес эти жертвы до истечения указанного срока, то он упустил возможность исполнить заповедь (см. Рамбам, Законы празднества в Храме, 4-8).

С тех пор как Храм был разрушен, заповедь восхождения в Иерусалим в праздники утратила силу, так как она неразрывно связана с принесением жертв. Тем не менее, в народе Израиля испокон веков был распространен обычай восходить в Иерусалим в «праздники восхождения». Так, в Вавилонском Талмуде рассказывается, что даже после разрушения Храма многие мужчины и женщины продолжали приходить в Иерусалим в дни праздников (см. трактат Недарим, 23а; Шир ѓа-ширим раба, 4, 2; Коѓелет раба, 11, 1). В эпоху гаонов некоторые евреи тоже продолжали приходить в Иерусалим в праздники. Например, мудрецы рассказывают, что в Суккот рав Ѓай Гаон восходил из Вавилона в Иерусалим. В эпоху ранних и поздних законоучителей тоже были евреи, которые хранили древнюю традицию восходить в Иерусалим в три «праздника восхождения» (см. Кафтор ва-перах, 86; респонсы рава Йосефа из Трани, 1, 134).

Некоторые ѓалахические авторитеты (в том числе Хатам Софер) пишут, что хотя в наши дни это не является обязанностью, тот, кто восходит в Иерусалим и посещает окрестности Храмовой горы, тем самым исполняет заповедь, поскольку дух святости не оставил эти места.

Во времена Храма существовала еще одна заповедь: перед восхождением в Храм следовало окунуться в микве, чтобы очиститься от скверны (см. трактат Рош ѓа-Шана, 16б). Ведь лишь в состоянии ритуальной чистоты можно было входить в Храм и есть мясо жертвенных животных. Но сегодня, когда Храм разрушен, и мы не имеем возможности приносить заповеданные нам жертвы, и кроме того, у нас нет пепла красной коровы, который необходим для того, чтобы очиститься от нечистоты мертвого тела, – обязанность окунаться в микве перед праздником утратила силу. И хотя некоторые авторитеты считают, что и сегодня мы обязаны окунаться в микве в канун «праздников восхождения», – согласно мнению большинства авторитетов, в наши дни эта обязанность не имеет силы, и окунание в микве перед наступлением праздника является лишь благочестивым обычаем. А тот, кому трудно окунуться в микве, может исполнить этот обычай, искупавшись в 9 кавах воды. Для этого человеку нужно стоять под душем, пока на него не выльются сплошным потоком 9 кавов, то есть приблизительно 11 литров воды. При этом он должен проследить за тем, чтобы вода омыла все его тело^[10].

«Человек обязан навещать своего наставника в изучении Торы» (Вавилонский Талмуд, трактаты Рош ѓа-Шана, 16б, и Сукка, 27б). Смысл этой заповеди состоит в том, чтобы выразить почтение к наставнику и заняться с ним изучением Торы, что поможет ученику еще больше сблизиться с ним и впитать в душу его духовное влияние. Эта заповедь в чем-то схожа с заповедью восхождения в Храм, ведь говорят наши мудрецы: «Всякий, кто навещает своего наставника, словно приветствует саму Шхину (Божественное присутствие)» (Иерусалимский Талмуд, трактат Эрувин, 5, 1). Больше всего для исполнения этой заповеди подходят святые дни праздников, когда все люди воздерживаются от работы и отдыхают. Так было принято в народе Израиля испокон веков. Мы приходим к этому выводу на основании слов мужа шунамитянки, приведенных в книге Млахим 2 (4:23). Увидев, что жена собирается к пророку Элише, он сказал ей: «Почему ты едешь к нему? Сегодня не [начало нового] месяца и не суббота». Из этого следует, что навещать пророка или наставника в изучении Торы было принято в дни, наделенные святостью (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 5, п. 15).

Исполнение заповеди навещать наставника заключается главным образом в том, чтобы услышать из его уст слова Торы. Эта традиция восходит к нашему учителю Моше. Говорят наши мудрецы (см. трактат Мегила, 32а): Моше постановил, что «Израилю надлежит задавать вопросы и изучать законы, связанные с праздниками: в Песах изучать его законы, в Ацерет (Шавуот – пер.) – законы этого дня, и так в каждый праздник – законы этого праздника». И еще говорят мудрецы (Ялкут Шимони, разд. Ваякѓель, 408): «Созови себе большие общины и учи их принародно законам праздников, чтобы будущие поколения брали с тебя пример и собирали общину по субботам и праздникам в домах учения, говорили пред Израилем слова Торы, учили его законам разрешенного и запрещенного, – дабы великое Имя Мое славилось пред сынами Моими». Все члены общины очень старались не пропускать эти проповеди, и так они исполняли заповедь самым великолепным образом. Но даже если человек после молитвы просто говорит раввину Хаг самеах («С праздником!»), он исполняет заповедь постфактум (бедиавад). А некоторые люди, стремясь исполнить заповедь наилучшим образом, приходят к раввину домой, чтобы услышать от него слова Торы, нравственные наставления и рассказы о жизни праведников. Если желающих посетить раввина много, то они могут прийти к нему небольшими группами, чтобы не тревожить раввина понапрасну и не отвлекать его от изучения Торы и исполнения заповеди праздничной радости вместе со своими близкими.

Ранние законоучители объясняют, что частота исполнения заповеди навещать наставника зависит от расстояния. Тот, кто живет недалеко от своего наставника, должен навещать его каждую субботу; тот, кто живет дальше, должен исполнять эту заповедь раз в месяц, в новомесячье (рош ходеш); а тот, кто живет далеко, должен навещать наставника три раза в год, в каждый из «праздников восхождения» (на основе слов рабейну Хананэля и Ритва; см. Биур Ѓалаха, 301, 4, со слова леѓакбиль). Последнее верно при условии, что вечером в праздник человек вернется домой, чтобы ночевать в кругу семьи, поскольку заповедь праздничной радости нужно исполнять вместе с семьей. Но если, ради того чтобы навестить наставника, человеку придется ночевать вне дома, то он освобожден от исполнения этой заповеди (см. трактат Сукка, 27б). Тем не менее, есть люди, которые придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона, и некоторые авторитеты находят этому оправдание. Так или иначе, если отъезд мужа огорчает жену, то даже авторитеты, толкующие этот закон менее строго, говорят, что в таком случае мужу уезжать запрещено. А по мнению большинства авторитетов, мужу не следует уезжать из дома на праздник, даже если жена на это согласна^[11].