Глава 01 - Вступление

Тора заповедала нам отмечать шесть праздников, каждый из которых имеет статус йом тов: 1) первый день Песаха; 2) седьмой день Песаха; 3) Шавуот; 4) Рош ѓа-Шана; 5) первый день Суккота; 6) Шмини Ацерет. Заповедь заключается в том, чтобы мы сделали эти дни святыми, воздерживаясь в них от созидательной работы (мелаха), изучая Тору, радуясь празднику и вознося благодарение Всевышнему за все добро, которое Он нам ниспослал. Так мы всегда будем помнить о Всевышнем, Боге нашем, Который избрал нас из всех народов и даровал нам Тору Свою, освятил нас заповедями Своими, приблизил нас к служению Ему и нарек нас великим Именем Своим. Все это поможет нам вознестись над повседневной действительностью и будничными занятиями, что, в свою очередь, будет способствовать исправлению качеств нашей души и духовному очищению сердца, и мы укрепимся в изучении Торы и исполнении заповедей и вспомним о великой миссии, возложенной на нас: внести духовное исправление в мир, раскрыв в нем царство Всевышнего.

Помимо того, что все праздники, упомянутые в Торе, имеют общие стороны, каждый из них обладает уникальным смыслом, который мы ежегодно постигаем заново. В первый день Песаха Всевышний вывел нас из Египта, из дома рабства, и даровал нам вечную свободу. Для того чтобы память об этом событии всегда жила в наших сердцах, в эту ночь нам заповедано есть мацу, горькую зелень (марор) и мясо пасхальной жертвы, а также рассказывать об Исходе из Египта. В седьмой день Песаха Всевышний рассек перед нами Чермное море и провел нас по нему, как по суше, а египтян, гнавшихся за нами, потопил в его водах.

В Шавуот Всевышний даровал нам Тору, с помощью которой мы исправляем мир, в благодарность за что нам заповедано в этот день принести в Храм два квасных хлеба. Это учит нас тому, что Тора исправляет наше дурное начало, йецер ѓа-ра (на которое намекает квасной хлеб, хамец), благодаря чему оно переходит на сторону святости (см. ниже, гл. 13, п. 7).

Первое тишрея – это день Сотворения мира, точнее, шестой день от начала Творения, когда был создан Адам, первый человек. Нам заповедано сделать первое тишрея «днем памяти», трубить в шофар и совершать покаяние. Существует еще один великий и святой день, Йом Кипур, однако поскольку его запреты являются более строгими, он не входит в число праздников, имеющих статус йом тов.

Первый день Суккота не знаменует собой какое-либо особенное событие. В этот день мы вспоминаем о том, что Всевышний сопровождал нас во время Исхода из Египта и скитаний по пустыне, и что Он раскинул над нами Облака Славы. Этот праздник мы отмечаем в период, когда заканчивается сбор урожая плодов. В это время мы подводим итог годичного цикла праздников и благодарим Всевышнего за плоды, материальные и духовные. А Суккот переходит в Шмини Ацерет – последнее, итоговое празднество года. В день Шмини Ацерет мы наиболее близки к Всевышнему, Богу нашему, поэтому он больше всего подходит для завершения годичного цикла чтения Торы и радости во славу нее.

Название каждого из трех «праздников восхождения» указывает на сельскохозяйственный сезон, на который он приходится. Об этом сказано (Шмот, 23:14-17): «Три раза празднуй Мне в году. Праздник мацы соблюдай (…) в назначенное время месяца весны, ибо в оном вышел ты из Египта (…) И праздник жатвы (Шавуот) первых плодов труда твоего, того, что засеял ты в поле; и праздник сбора плодов (Суккот) при исходе года, когда уберешь с поля плоды трудов своих. Три раза в год да является всякий возмужалый у тебя пред лик Властителя Господа». И еще сказано (там же, 34:18-22): «Праздник мацы соблюдай (…) в назначенное время месяца весны; ибо в месяце весны вышел ты из Египта (…) И праздник седмиц (Шавуот) совершай у себя при созревании жатвы пшеницы; и праздник сбора плодов (Суккот) при исходе года».

Песах, «праздник месяца весны», мы отмечаем весной, когда вся природа расцветает. Шавуот называется «праздником жатвы», потому что в это время завершается сбор урожая злаковых, основной пищи человека. Суккот называется «праздником сбора урожая»; в это время мы заканчиваем собирать и переносим в дома и амбары все плоды прошедшего года. Для человека эти времена – пора естественной радости. Весной мы радуемся буйному цветению природы после зимнего сна; летом, в период жатвы, – изобильному урожаю; осенью – яркому разнообразию плодов, наполняющих наши амбары. Тора заповедала нам освятить и возвысить эту естественную радость, исполняя заповеди праздников.

Естественные природные процессы, происходящие в нашем, материальном мире, отражают процессы духовные, имеющие место в высших мирах. Песах – это время зарождения и обновления; вот почему именно в эти дни мы вышли из Египта и «родились» как народ. Шавуот – время созревания, когда всевозможные процессы достигают своего апогея; поэтому в Шавуот нам была дарована Тора на горе Синай (см. ниже, гл. 13, п.п. 1-4). Суккот – время подведения итогов, когда мы радуемся материальному благословению, которого удостоились свыше. В это время мы выражаем и радость оттого, что на нас снизошла Шхина (Божественное присутствие), оделив нас великим благом в различных сферах существования.

Таким образом, каждый праздник знаменует собой окончание какого-либо этапа, материального и духовного. В Песах заканчивается пробуждение природы от зимнего сна, а также завершается долгий период египетского рабства. В Шавуот достигает завершения первая стадия расцвета; это время жатвы и дарования Торы. В Суккот подходят к концу все этапы прошедшего года, и мы собираем урожай плодов, материальных и духовных, что выражает нашу неразрывную связь со Всевышним. И для того чтобы слить воедино естественные, природные процессы и процессы духовные, исходящие от Высшего источника святости, нам заповедано восходить в Храм в три эти «праздника восхождения», приносить праздничные жертвы всесожжения и мирные жертвы и радоваться перед Всевышним.

Дни праздников – это также дни Высшего суда. Сказали наши мудрецы в Мишне (трактат Рош ѓа-Шана, 16а), что мир судится в четыре этапа. В Песах выносится приговор об урожае злаковых, который вырастет до Шавуота. В Шавуот выносится приговор об урожае древесных плодов, которые будут расти в течение лета. В Суккот выносится приговор о воде, то есть о дождях, которые будут идти предстоящей зимой. А Рош ѓа-Шана – это день всеобщего суда, в который на Небесах судят все творения. Исполняя законы праздников, мы удостаиваемся доброго приговора. Заповеди каждого праздника помогают нам приблизиться к Всевышнему с радостью и благодарностью, а это привлекает благословение и к тому времени, которое последует после того или иного праздника.

Святость субботы является постоянной и непреходящей с того самого момента, как Всевышний сотворил весь мир за шесть дней, а субботу – в седьмой день. В отличие от этого, святость праздников зависит от народа Израиля, что выражается в двух аспектах. Во-первых, особый смысл каждого праздника был раскрыт благодаря Израилю. В Песах Всевышний вывел сынов Израиля из Египта, в Шавуот даровал им Тору, а главная тема Суккота – Божественное провидение, которое непрестанно сопровождает Израиль. В Рош ѓа-Шана народ Израиля становится посланником всех творений, чтобы провозгласить от их имени, что Всевышний – Царь, и лишь Он правит миром.

Во-вторых, даты праздников устанавливаются в соответствии с тем, на какой день выпадает новомесячье (рош ходеш), то есть в какой день народ Израиля освящает новый месяц. В еврейском календаре месяцы соответствуют лунному циклу, однако сам факт появления на небосклоне серпа молодой луны еще не означает, что начался новый месяц. Его может освятить только бейт дин. Об этом сказано (Шмот, 12:2): «Месяц этот для вас…», и объясняют мудрецы: «Это свидетельство будет отдано вам» (трактат Рош ѓа-Шана, 22а). Приблизительно через триста лет после разрушения Второго Храма, когда мудрецы Земли Израиля во главе с наси (главой Санѓедрина) Ѓилелем вторым поняли, что из-за порабощения и бедствий, обрушившихся на еврейский народ, мудрецам последующих поколений будет трудно продолжать освящать месяцы, они рассчитали наперед месяцы и годы еврейского календаря и освятили их до конца всех поколений. Тем не менее, освящение месяцев по-прежнему зависит от евреев, живущих в Земле Израиля, поскольку благодаря тому, что они рассчитывают месяцы согласно установленному порядку, месяцы освящаются. Если же, не дай Бог, в Земле Израиля не было бы евреев, то календарь, рассчитанный последним бейт дином, стал бы недействительным, и мы не смогли бы устанавливать даты новомесячий и праздников. Однако Всевышний обещал нам, что это никогда не случится (см. Рамбам, Законы освящения месяцев, 5, 1-3; Сефер ѓа-мицвот, 153; «Жемчужины Ѓалахи», Малые праздники и памятные дни, гл. 1, п. 3, прим. 6).

Таким образом, мы видим, что святость праздников зависит от народа Израиля. Вот почему мудрецы внесли в текст молитвы и кидуша благословение: «Благословен Ты, Господь, освящающий Израиль и время праздников» (мекадеш Исраэль ве-ѓа-зманим). На первый взгляд, это вызывает недоумение: ведь, согласно известному правилу, одно благословение не может относиться к двум разным темам. Дело, однако, в том, что Израиль и время праздников неразрывно связаны друг с другом, ведь именно Израиль освящает время праздников (см. Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 49а). В отличие от этого, святость субботы является постоянной и непреходящей, и ее определяет только Всевышний, поэтому субботнее благословение звучит так: «Благословен Ты, Господь, освящающий субботу» (см. трактат Псахим, 117б). Вот почему, несмотря на то что суббота находится на более высоком уровне святости, нежели праздники, заповедь радости имеет большее значение именно в праздники, – ведь они в большей степени раскрывают ценность наших действий в этом мире.

И поскольку святость праздников зависит от народа Израиля, в праздники проявляется святость Израиля, которая распространяется на каждого еврея, а это, в свою очередь, раскрывает в мире единство Израиля. Так, Шавуот напоминает нам о том, что мы получили Тору от Всевышнего именно тогда, когда стояли плечом к плечу у подножия горы Синай (см. ниже, гл. 13, п. 6). Пасхальная жертва тоже указывает на единство и избранность Израиля (см. Маѓараль, Гвурот Ѓашем, 36-37). Четыре вида растений (арбаат ѓа-миним), с помощью которых мы исполняем заповедь лулава в Суккот, также символизируют единство между всеми представителями еврейского народа.

Поэтому, чтобы не создавать разграничений между евреями, приходящими в Храм в «праздники восхождения», мудрецы допустили поблажку в отношении людей, невежественных в Торе. Мудрецы постановили, что в течение года таким людям запрещено заходить в Храм, так как некоторые из них не соблюдали законы ритуальной чистоты; но в праздники следует полагаться на их слова, и если такой человек утверждает, что ритуально чист, то ему нужно верить, и его прикосновение не оскверняет мясо жертв и другую пищу. В этом постановлении мудрецы опираются на стих (Шофтим, 20:11): «И собрались все израильтяне в город, объединившись, как один человек, как товарищи» – когда все евреи собираются вместе, они становятся товарищами, и на слово каждого из них по поводу ритуальной чистоты можно положиться (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хагига, 26а). И еще сказано (Теѓилим, 122:3): «Отстроенный Иерусалим – город, сплоченный воедино» – Иерусалим сплачивает евреев, и они становятся едины, как товарищи (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Хагига, 3, 6).

В отношении каждого из шести праздников, перечисленных в Торе и имеющих статус йом тов, существуют заповедь-предписание воздерживаться от созидательной работы (мелаха) и заповедь-запрет выполнять созидательную работу. Таким образом, двенадцать заповедей Торы касаются воздержания от созидательной работы в йом тов^[1], тогда как в субботу таких заповедей только две: заповедь-предписание воздерживаться в субботу от созидательной работы и заповедь-запрет выполнять созидательную работу в субботу (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 9, п. 1). Это объясняется тем, что все субботы имеют один и тот же смысл, а у каждого праздника – свой уникальный смысл, и потому эти заповеди относятся к каждому празднику в отдельности.

Общим для субботы и праздников является то, что на практике в субботу и в каждый из праздников действуют одна заповедь-предписание воздерживаться от созидательной работы и одна заповедь-запрет выполнять созидательную работу. Следовательно, тот, кто воздерживается в субботу или праздник от созидательной работы, исполняет заповедь-предписание Торы, а если он выполнил такую работу, то упустил возможность исполнить заповедь-предписание и нарушил заповедь-запрет. И поскольку в праздники, как и в субботу, созидательная работа запрещена, праздники называются в Торе словом шабатон, а иногда даже шабат (см. трактат Менахот, 65б).

Тем не менее, заповедь воздерживаться от созидательной работы в субботу является более строгой, нежели в праздники. В субботу запрещена любая созидательная работа (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 9, п.п. 1-2), а в йом тов разрешено выполнять домашнюю работу, необходимую для приготовления пищи на этот день, и запрещены другие виды созидательной работы. Общее правило таково: чем выше святость дня, тем больше мы должны полагаться в этот день на Божественное управление миром и тем строже воздерживаться от созидательной работы (см. ниже, гл. 3, п. 1 и гл. 10, п. 7).

Подобно этому, наказание за выполнение созидательной работы в субботу строже, чем за то же самое нарушение в йом тов. Если в субботу человек намеренно выполнил созидательную работу, и при этом были свидетели, которые предостерегали его от этого нарушения, но он все равно его совершил, – то по закону Торы ему полагается смертная казнь скила (побиение камнями). Если же свидетелей не было, то за преднамеренное выполнение созидательной работы в субботу его ждет наказание карет (истребление души)^[2]. А если человек совершил такую работу по ошибке, то он обязан принести в Храме искупительную жертву хатат (см. Рамбам, Законы субботы, 1, 1). Но в случае, если кто-то преднамеренно и при свидетелях совершил созидательную работу в йом тов, то ему причитается наказание малкот (сорок ударов плетью); если же это произошло по ошибке, он не должен приносить жертву хатат. Существует еще одно различие: тот, кто в субботу выполнил в один присест несколько видов запрещенной работы, должен принести за каждую из них отдельную жертву хатат; а если в йом тов человек преднамеренно выполнил несколько видов запрещенной работы на глазах у свидетелей, которые предостерегли его от этого один раз, то за все выполненные работы он понесет одно наказание малкот (см. Вавилонский Талмуд, трактат Макот, 21б; Рамбам, Законы йом това, 1, 3).

В субботу и в каждый из шести праздников существует особый порядок жертвоприношений, как объясняется в недельном разделе Пинхас (Бемидбар, гл. 28). Кроме того, в праздники мы исполняем особые заповеди, не относящиеся к субботе. В Песах нам заповедано есть мацу и запрещено есть квасное; во время Пасхального седера мы исполняем еще множество заповедей. В Рош ѓа-Шана заповедано трубить в шофар, в Суккот – пребывать в сукке и возносить лулав. В Шавуот (который также называется Ацерет) и в Шмини Ацерет нет особых заповедей, в эти дни нам следует исполнять только заповедь радости в праздник, поскольку слово ацерет означает праздничное собрание, во время которого подводится итог процессу, ему предшествовавшему. В Шавуот завершается период от Исхода из Египта до дарования Торы на горе Синай (см. ниже, гл. 13, п. 6), а в Шмини Ацерет мы подводим итог всем «праздникам восхождения» этого года и завершаем процесс покаяния и искупления грехов, который начался в Дни трепета.

В субботу и праздники существует заповедь умножать изучение Торы. Вот что говорят об этом наши мудрецы (Иерусалимский Талмуд, трактат Шабат, 15, 3): «Субботы и праздники даны Израилю лишь для того, чтобы изучать слова Торы». В основе этого закона лежат три принципа. Первый из них – заповедь изучения Торы, о которой мудрецы говорят, что она равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым (см. Мишна, трактат Пеа, 1, 1; Рамбам, Законы изучения Торы, 3, 3-9). Эту заповедь обязан исполнять каждый еврей, достигший религиозного совершеннолетия (бар мицвы). Об этом сказано (Дварим, 5:1): «…а вы изучите их и храните, дабы исполнять их». Заповедь гласит, что Тору нужно изучать днем и ночью, о чем сказано (Йеѓошуа, 1:8): «Да не отходит эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью». Поэтому человек должен изучать Тору всю свою жизнь, и даже в день смерти ему не следует отстраняться от дома учения и от слов Торы (см. трактат Шабат, 83б). Ведь если человек прекращает учение, он забывает все, что выучил, и Тора предостерегает нас от этого (Дварим, 4:9): «Только берегись и весьма оберегай душу твою, чтобы не забыл ты того, что видели глаза твои, и чтобы не ушло это из сердца твоего во все дни жизни твоей» (см. Рамбам, Законы изучения Торы, 1, 3 и 10). А если человек имеет возможность изучать Тору, но не пользуется ею, то тем самым он порочит Божественное слово (см. трактат Санѓедрин, 99а). В будни, когда большинство людей поглощены повседневными заботами, они не могут посвящать много времени изучению Торы, и все равно есть обязанность выделять время для изучения Торы днем и вечером (см. Рамбам, там же, 1, 8 и 3, 13). А по субботам и праздникам, когда люди отдыхают от работы, заповедь изучения Торы действует в полную силу. Для того и были даны Израилю суббота и праздники, чтобы освободить его от работы, и он мог изучать Тору (см. Тана де-бей Элияѓу раба, 1).

Второй принцип заключается в том, что суббота и праздники – это дни святости, которые были даны народу Израиля для того, чтобы он восходил на более высокие уровни знания Торы. Свет этих святых дней озаряет все дни недели. Еженедельно суббота призвана освятить и возвысить шесть будних дней, а каждый из праздников озаряет своим особым светом все дни года. Вот почему наш учитель Моше постановил, что в каждый из праздников народ Израиля должен читать отрывки Торы, в которых идет речь об этом празднике, а также, что «Израилю надлежит задавать вопросы и изучать законы, связанные с праздниками: в Песах изучать его законы, в Ацерет (Шавуот – пер.) – законы этого дня, и так в каждый праздник – законы этого праздника» (Вавилонский Талмуд, трактат Мегила, 32б; см. также Шаар ѓа-циюн, 429, 5). Именно об этом сказал Святой, благословен Он, нашему учителю Моше: «Созови себе большие общины и учи их принародно законам праздников, чтобы будущие поколения брали с тебя пример и собирали общину по субботам и праздникам в домах учения, говорили пред Израилем слова Торы, учили его законам разрешенного и запрещенного, – дабы великое Имя Мое славилось пред сынами Моими» (Ялкут Шимони, Ваякѓель, 408). Этот обычай соблюдали еврейские мудрецы всех поколений: они произносили перед общиной проповеди, рассказывая своим слушателям о смысле и законах каждого праздника. Главная проповедь проходила в день праздника (обычно днем, после утренней молитвы), она называлась по-арамейски пирка (פרקא), и все члены общины старались ее не пропустить (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 5, п. 4, и «Расширенные объяснения», там же). Проповеди устраивались и вечером по субботам и праздникам; как представляется, они касались в основном Агады, а не Ѓалахи^[3] (так пишет Мордехай в комментарии к трактату Псахим, 611). Слушать эти проповеди приходили и женщины (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Сота, 1, 4).

Согласно третьему принципу, изучение Торы – это одно из выражений радости праздника, которая является заповедью. Ведь изучение Торы радует человека, о чем сказано (Теѓилим, 19:9): «Повеления Господа справедливы, радуют сердце». Поэтому Тору запрещено изучать в пост Девятого ава и в дни траура (см. Вавилонский Талмуд, трактат Таанит, 30а; Шаагат арье, 69).

Помимо того, что по субботам и праздникам нам заповедано умножать изучение Торы, во время трапезы тоже следует произносить слова Торы, чтобы тем самым соединить пищу с ее духовным корнем в высших мирах. Если же за столом не произносят слова Торы, то блюда, которые едят за трапезой, приравниваются к жертвоприношениям идолопоклонников, так как эта пища отделена от своего духовного начала (см. Мишна, трактат Авот, 3, 3; «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 13, п. 8). Это особенно важно во время праздничных трапез, ведь чем веселей и обильней трапеза, тем больше она открывает людские сердца и обостряет ощущения, и если атмосфера во время трапезы не будет духовно возвышенной благодаря произносимым за столом словам Торы и славословиям Всевышнему, то возникнет опасение, что присутствующие начнут вести себя легкомысленно и даже развязно. А мы знаем, что наши мудрецы осуждают тех, кто во время праздничной трапезы распевает грубые и непристойные песни; если же при этом они цитируют стихи из Песни Песней, то это – двойной срам: «Учат мудрецы: тот, кто читает нараспев стихи из Песни Песней во всеуслышание, на пиру, в неподобающее для этого время, – привлекает зло в мир. И тогда Тора надевает рубище, предстает перед Святым, благословен Он, и говорит Ему: «Властитель мира! Сыны Твои уподобляют меня скрипке, на которой играют шуты!». Отвечает Он: «Дочь Моя, в то время, что они едят и пьют, чем им еще заняться?». Говорит она: «Властитель мира! Если они – люди, умудренные в Писании, то пусть изучают Пятикнижие, Книги пророков и Писания; если они умудрены в Мишне, то пусть изучают Мишну, Ѓалаху и Агаду; если же они умудрены в Талмуде, то пусть в Песах изучают законы Песаха, в Ацерет – законы Ацерет, и в каждый из праздников – законы этого праздника» (Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 101а).

По поводу духовного предназначения праздников в Торе приводятся два стиха, которые, на первый взгляд, противоречат друг другу. В одном стихе сказано, что праздники предназначены Всевышнему: «…праздник Господу, Богу твоему» (Дварим, 16:8), а во втором – что они предназначаются для нас самих: «…празднование да будет вам» (Бемидбар, 29:35). По мнению рабби Йеѓошуа, Тора имеет в виду, что мы должны разделить праздничный день надвое: «Половину Всевышнему, половину – вам», иными словами: «Половину времени следует посвятить еде и питью, а другую половину – изучению Торы в бейт мидраше». А рабби Элиэзер считает, что человек имеет право выбора, кому посвятить весь праздник: Всевышнему, изучая Тору в бейт мидраше, или самому себе, проводя весь день за праздничными трапезами (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Псахим, 68б, и Бейца, 15б). Но даже если человек предпочитает провести весь день в бейт мидраше, он, согласно подходу рабби Элиэзера, все равно должен что-нибудь поесть, чтобы праздник не превратился для него в пост. С другой стороны, тот, кто предпочел провести весь день за праздничным столом, все равно обязан посвятить некоторое время – как вечером, так и днем, – молитве и изучению Торы, а также произнести слова Торы во время трапезы (так пишут рабейну Перец, рабби Аѓарон ѓа-Леви, Шней лухот ѓа-брит). Следует добавить, что если человек предпочтет посвятить весь день праздничным трапезам, он должен делать это во имя Небес, то есть радоваться и веселиться в честь святости праздника, а также радовать бедняков и одиноких людей, приглашенных к его столу (см. При цадик, Праздник Шавуот, 5; ниже, гл. 11).

Практический закон соответствует мнению рабби Йеѓошуа и гласит, что праздничный день следует разделить на две половины, одну из которых посвятить изучению Торы в бейт мидраше, а вторую – еде и питью (см. Шульхан арух, 529, 1). При этом, как считают некоторые авторитеты, необходимо строго следить за тем, чтобы часть праздничного дня, посвященная Всевышнему, была ни в коем случае не меньше той части, которую человек посвящает самому себе. Так, рабби Хаим бен Атар пишет: если человек посвящает изучению Торы и молитве менее половины праздничного дня, то тем самым он как бы «грабит» Всевышнего (см. комментарий Ришон ле-Цион к трактату Бейца, 15б). А по мнению других авторитетов (например, При мегадим), не нужно точно подсчитывать часы; достаточно посвятить изучению Торы и молитве примерно половину дня. Но, как представляется, поскольку, если человек не подсчитывает часы с точностью, он в итоге не посвящает изучению Торы достаточно времени, необходимо точно рассчитать часы и посвятить Всевышнему ровно половину. И думается, что семь часов, которые человек ежесуточно тратит на сон, в расчет не принимаются. Таким образом, от двадцати пяти часов праздника остаются восемнадцать часов, девять из которых нужно посвятить Всевышнему. Большую часть этого времени следует изучать Тору в бейт мидраше, ибо в Талмуде (трактат Псахим, 68б) сказано: «…а другую половину – изучению Торы в бейт мидраше», но и время молитвы относится к той части праздника, которая посвящена Всевышнему, – при условии, что молитва не длится слишком долго из-за обилия сопровождающих ее напевов, иначе нельзя сказать, что время молитвы тоже посвящается Всевышнему (так пишут Ям шель Шломо и Маген Авраѓам). Следовательно, из девяти часов примерно три уходят на молитву, а изучению Торы необходимо посвятить около шести часов.

Заповедь изучения Торы в праздник распространяется и на женщин, поэтому испокон веков принято, что они тоже приходят на субботние и праздничные проповеди. И хотя женщины не обязаны посвящать изучению Торы половину праздничного дня, если женщина так поступает, она достойна за это благословения^[4].

В йом тов нам заповедано устроить две праздничные трапезы, вечером и днем. Это – одно из основных выражений праздничной радости. О каждом из праздников, перечисленных в Торе, сказано, что это «священное собрание». Говорят наши мудрецы: «А чем ты освящаешь праздники? Яствами, напитками и чистой одеждой» (Мидраш Сифра к разделу Эмор, 12, 4). В этом праздники равнозначны субботе – они, как и суббота, называются «священным собранием». Рамбам пишет (Законы йом това, 6, 16): «Подобно тому как нам заповедано чтить субботу и наслаждаться ею, нам также заповедано чтить праздники и наслаждаться ими, о чем сказано: «…и назовешь субботу отрадой, святой день Господень – почитаемым» (Йешаяѓу, 58:13). И все праздники названы в Торе «священным собранием»» (см. Шульхан арух, 529, 1).

Мудрецы постановили, что в субботу следует устраивать три трапезы. В этом постановлении они основывались на намеках, которые можно увидеть в стихах Торы (см. трактат Шабат, 117б); оно отвечает особому смыслу, заложенному в субботе. А в йом тов нам заповедано устроить только две трапезы – вечером и днем (как пишут Рош и Тур). Ведь человек ежедневно нуждается по крайней мере в двух трапезах, а в праздник эти трапезы должны проходить в радостной и торжественной атмосфере (см. Шульхан арух, 529, 1; Биркей Йосеф, 3; Мишна брура, 13; Каф ѓа-хаим, 24).

За каждой из этих трапез нам заповедано есть хлеб (см. ниже, гл. 2, п. 5). При этом следует произносить благословение над двумя целыми хлебами, а затем преломлять их. Это объясняется тем, что в то время, когда сыны Израиля блуждали по пустыне, в праздники, как и в субботу, с неба не падала манна, но в канун субботы и праздников выпадала двойная порция (см. Шульхан арух, 529, 1; «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 7, п. 3)^[5].

Несмотря на то, что святость субботы выше святости праздников, в праздники мы должны устраивать даже более обильные трапезы и надевать еще более нарядную одежду, нежели в субботу, поскольку мы исполняем заповедь Торы: «И радуйся в праздник твой», как объясняется в следующем пункте.

Радость в йом тов – это заповедь-предписание Торы, о чем сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой». Как мы уже говорили, субботы и праздники называются в Торе «священным собранием», и нам заповедано освящать их с помощью обильных трапез и нарядной одежды (см. Мидраш Сафра к недельному разделу Эмор, 12, 4). А заповедь радости дополняет заповедь освящения праздника, раскрывая в ней еще один аспект: в праздник мы должны есть мяса и пить вина больше, чем в субботу (как объясняется в следующем пункте). Кроме того, заповедь радости требует от нас надевать в праздник более нарядную одежду, нежели в субботу. Достаточно, чтобы субботняя одежда была чистой и красивой, тогда как в йом тов мы должны надевать нашу самую нарядную одежду. А если человеку нужно купить себе нарядную одежду, то лучше всего сделать это в честь праздника (см. Шульхан арух, 529, 1; Маген Авраѓам, 4; Мишна брура, 12).

Заповедь праздничной радости включает в себя четыре составляющих. 1) Основной элемент этой заповеди состоит в том, что в праздник мы должны сделать что-то особенное, что доставляет нам большую радость, и благодаря этому чувство радости распространится на весь праздник. А поскольку мужчины и женщины отличаются друг от друга по характеру, для мужчин главным выражением радости является праздничная трапеза, включающая мясо и вино (как объясняется в следующем пункте), а для женщин – покупка перед праздником новой одежды или украшения; при этом, чтобы исполнить заповедь, достаточно купить один предмет одежды (см. ниже, п. 10). А для того чтобы доставить радость детям, нужно купить им сладостей, так как это доставляет им наибольшую радость. 2) Праздники, как и суббота, называются в Торе «священным собранием», так как нам заповедано освящать их с помощью торжественных трапез и нарядной одежды. А поскольку в праздники, помимо этого, существует также заповедь радости, мужчины и женщины должны исполнять ее, устраивая в праздник более великолепные и обильные трапезы и надевая самую нарядную одежду. Кроме того, заповедь радости мы исполняем посредством изучения Торы, так как оно тоже вызывает у человека радость (см. выше, п. 5). 3) Все, что радует человека, – песни, танцы, прогулки, – также относится к заповеди праздничной радости (см. ниже, п. 13). 4) В праздник нам заповедано пребывать в хорошем и мирном настроении. В течение всего праздника следует отдаляться от всего, что может причинить душевную боль. В том числе запрещено предаваться скорби, произносить траурные речи и поститься (см. ниже, п. 14)^[6].

Радость должна быть связана именно с праздником, а не с чем-то другим, из-за чего человек может забыть о радости праздника. Поэтому в йом тов запрещено играть свадьбы, о чем наши мудрецы говорят (Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 8б): «»И радуйся празднику твоему» – а не жене твоей». Ведь в день свадьбы жених ощущает величайшую радость оттого, что вступил в брак с любимой женщиной, – настолько, что может забыть о радости праздника. Но разрешено сыграть свадьбу в канун праздника, а праздничную трапезу, во время которой произносят семь свадебных благословений, устроить вечером, когда наступит праздник, поскольку в таком случае радость праздника считается главной, а свадебная радость не затмевает ее, но лишь усиливает (см. Шульхан арух, 546, 1-3; ниже, гл. 10, п. 4).

Хотя заповедь Торы: «И радуйся в праздник твой» подразумевает три «праздника восхождения», она относится и к Рош ѓа-Шана, поскольку все праздники, имеющие статус йом тов, равнозначны друг другу. Однако в «праздники восхождения» радость больше, потому что в эти дни нам заповедано взойти в Храм и принести там праздничные мирные жертвы (см. Мишна брура, 597, 1).

Во времена Храма радость праздника выражалась главным образом в принесении там праздничных жертв. Об этом сказано (Дварим, 16:11): «И радуйся пред Господом, Богом твоим (…) на месте, которое изберет Господь, Бог твой, для водворения там имени Своего», а также (там же, 27:7): «И режь жертвы мирные, и ешь там, и радуйся пред Господом, Богом твоим» (как объясняется ниже, в п. 15).

После разрушения Храма мужчины исполняют заповедь радости в праздник, когда пью вино на праздничной трапезе (см. трактат Псахим, 109а; Шульхан арух, 529, 1). Эту заповедь можно исполнить и с помощью любого другого алкогольного напитка, так как все подобные напитки пробуждают у человека радость. Но вино все же предпочтительней, потому что оно считается наиболее ценным из напитков. А тот, кто выпил вместо вина виноградного сока, не исполнил заповедь, поскольку виноградный сок не содержит алкоголя, а потому не вызывает у человека радости. Для того чтобы исполнить заповедь праздничной радости, нужно выпить столько вина, сколько необходимо, чтобы немного рассеять концентрацию внимания; в таком состоянии раввинам запрещено преподавать Ѓалаху (см. Маген Авраѓам, 99, 1). Некоторые выдающиеся мудрецы имели обыкновение пить на праздничной трапезе много вина, поэтому они не проводили уроки Ѓалахи до утра следующего дня (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 4а; трактат Критот, 13б; Сифтей коѓен, Йоре деа, 242, 19). Как полагают мудрецы, для того чтобы достичь такого состояния, нужно выпить по крайней мере чуть больше четверти лога (ревиит, 75 мл) вина, а большинству людей для этого нужно выпить гораздо больше четверти лога.

Однако не следует пить слишком много вина, чтобы не опьянеть, поскольку пьянство не приносит людям радость и превращает застолье в беспутный кутеж, отрывая человека от реальности. Нам же заповедано достичь в праздник такой радости, которая поможет нам лучше понять духовный и нравственный смысл нашего существования, которое мы наполняем святостью благодаря тому, что исполняем заповеди Торы.

Хотя заповедь радости в праздник мы исполняем главным образом тогда, когда пьем вино во время праздничной трапезы, нам также заповедано есть в этот день мясо (говядину, баранину и т.п.), поскольку и это доставляет человеку удовольствие и радость. Таким образом, пить вино во время праздничной трапезы – это обязательная заповедь, а есть мясо – добровольная (см. Шульхан арух, 529, 1; Шульхан арух ѓа-рав, 7; Мишна брура, 11). Но если человек больше любит мясо птицы, или если у него нет возможности достать кошерную говядину или баранину, то блюда из птицы тоже считаются заповедью, так как и они радуют человека и соответствуют торжественной праздничной атмосфере (см. Хават Яир, конец п. 178).

Заповедь радости следует исполнять главным образом во время дневной трапезы; в ѓалахических источниках мы находим, что вообще все заповеди праздника нужно исполнять в основном днем, а не вечером. Но и во время вечерней трапезы нам заповедано есть больше вкусных блюд, чем в субботу, но нет заповеди пить вино, как на дневной трапезе.

Женщины тоже обязаны устроить в праздник две трапезы, отмеченные торжественной и радостной атмосферой, но при этом они не обязаны пить вино. Однако если женщина чувствует радость от вина, то, выпив вина во время праздничной трапезы, она исполняет заповедь. Если мужчина не ощущает радости от вина или мяса, он не должен пить или есть через силу. В канун праздника ему следует купить или приготовить себе такие блюда, которые радуют его больше всего (см. Шаагат арье, 65)^[7].

Радость праздника является заповедью не только для мужчин, но и для женщин, несмотря на то, что это заповедь-предписание, исполнение которой ограничено временными рамками, и, как известно, женщины обычно освобождены от подобных заповедей. О заповеди праздничной радости сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой, ты, и сын твой, и дочь твоя…». Кроме того, как мы знаем, каждый человек обязан в праздник есть вместе со своей женой мясо мирной жертвы (шламим), купленной на деньги выкупа плодов, отделенных как «вторая десятина» (маасер шени). Об этом сказано (там же, 14:26): «И ешь там пред Господом, Богом твоим, и радуйся ты и дом твой». «Дом твой – это жена твоя», – объясняют наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 62б). И хотя женщины освобождены от обязанности восхождения в Храм и принесения там праздничных жертв, заповедь праздничной радости они должны исполнять наравне с мужчинами, поэтому женщины, восходившие в Храм, исполняли заповедь радости, когда ели мясо мирных жертв (см. Рамбам, Законы праздников в Храме, 1, 1), а женщины, которые в Храм не восходили, должны были исполнять заповедь праздничной радости посредством других вещей, которые доставляли им радость (см. Шаагат арье, 66).

После разрушения Храма заповедь радости женщины исполняют, покупая в честь праздника новую одежду или украшение. Ведь это радует женщин больше, чем трапеза. И хотя в новой одежде они ходят не весь праздничный день с утра до вечера, она создает у них радостное настроение в течение всего праздника, поэтому с ее помощью они исполняют первую часть заповеди радости (как объяснялось выше, в п. 8).

Помимо первой части заповеди радости, существует еще одна заповедь Торы: в праздник каждая женщина должна надевать свою самую нарядную одежду и самые великолепные украшения, поскольку это радует ее. Кроме того, ей следует есть мясо и пить вино за трапезой, что является исполнением второй части заповеди праздничной радости. Но если вино и мясо не доставляют женщине радости, она не должна пить и есть через силу. Во время трапезы ей следует выбирать те блюда, которые радуют ее больше всего.

Раньше было принято, чтобы новую одежду или украшение в честь праздника жене покупал муж. Этот обычай объясняется тем, что в большинстве семей только муж ведал денежными делами и покупками. Кроме того, в те времена не было такого разнообразия одежды и украшений, как сегодня, и любая новая одежда или украшение радовали женщину, и радость ее увеличивалась еще и оттого, что эти предметы – подарок мужа. Но в наши дни, когда украшений и одежды в магазинах – великое множество, и выбрать подходящие предметы довольно сложно, во многих семьях принято, чтобы покупку совершала сама женщина, согласно бюджету, выделенному на это с согласия обоих супругов, и в соответствии с уровнем их дохода (как объясняется ниже, в. п. 12). А муж, чтобы принять участие в исполнении заповеди, должен поощрять жену в совершении этой покупки, и тогда будет считаться, что купленные предметы – его подарок жене, что еще больше увеличит ее радость. Некоторые люди, рассуждая ошибочно, тратят сотни шекелей на покупку великолепного этрога, соответствующего мельчайшим нюансам ѓалахического закона, но жалеют денег на праздничный наряд жене. Они забывают, что покупка жене новой одежды или украшения в честь праздника – заповедь Торы, а приобретение великолепного этрога, цена которого в десять раз превышает цену обычного кошерного этрога, – всего лишь «украшение заповеди», которое самостоятельной заповедью никак не является.

Незамужняя женщина или вдова должна исполнить все части заповеди праздничной радости сама: купить себе в честь праздника наряд или украшение, устроить торжественную трапезу, принять участие в мероприятиях, которые доставляют ей радость, и сторониться всего, что может причинить ей огорчение (см. Шаагат арье, 66).