Глава 03 - Заповедь жить в сукке         

Изначально (лехатхила) женатый человек должен построить такую сукку, в которой он сможет спать вместе с женой. И хотя женщины освобождены от заповеди сукки, тем не менее, женщина, которая спит в сукке, тем самым исполняет заповедь. Кроме того, если супруги не будут спать вместе в сукке, это приуменьшит для них радость праздника. Поэтому желательно построить такую сукку, в которой жена сможет спать вместе с мужем (см. выше, гл. 2, п. 14; «Расширенные объяснения», там же, 14, 5).

А если в сукке невозможно устроить спальное место для жены – например, если сукка очень маленькая, и в ней можно поставить только одну кровать, или если в сукке должен спать кто-то еще, и невозможно построить для супругов отдельную сукку, и супругов огорчает, что они не могут спать вместе, – то, по мнению некоторых авторитетов, ночью мужу разрешено спать с женой дома в их общей спальне. Ведь заповедь состоит в том, чтобы человек спал в сукке, как дома, вместе с женой, а если такой возможности нет, то он освобожден от заповеди сукки (см. Рама, 639, 2). Согласно другому мнению, только если супругов очень огорчает, что они не спят вместе в своей спальне, муж освобожден от заповеди спать в сукке, так как испытывает сильный дискомфорт (см. Маген Авраѓам, 8). Третье мнение гласит, что женатый мужчина обязан спать в сукке точно так же, как неженатый, и даже если его очень огорчает тот факт, что он спит в сукке, а его жена – дома, он все равно обязан спать в сукке. И только в особые ночи (когда супруги должны исполнить заповедь супружеской близости) он освобожден от обязанности спать в сукке (так пишет Виленский Гаон, а также Мишна брура, 639, 18).

На практике, тот, кто очень огорчается, что не может спать вместе с женой, должен приложить усилия и потратить денежные средства, чтобы построить сукку, в которой они смогут спать вместе. Но если это очень трудно, то он вправе, если захочет, положиться на мнение авторитетов, придерживающихся в этом вопросе менее строгого толкования закона, и спать с женой дома^[19].

Ребенок, достигший возраста, в котором его начинают приучать к исполнению заповедей, обязан исполнять заповедь сукки. А на взрослых возлагается заповедь не устраивать для ребенка основательную трапезу и не класть его спать вне сукки. Речь идет о возрасте, в котором ребенок начинает понимать смысл заповедей Торы и законов Ѓалахи – в данном случае, обязанности есть и спать в сукке. Большинство детей достигают этого уровня развития в возрасте пяти-шести лет (см. Шульхан арух, 640, 2). Но бывает, что детям трудно спать в сукке, потому что они более чувствительны к холоду или боятся. В таком случае на них распространяется тот же закон, что и на человека, испытывающего сильный дискомфорт, и они освобождаются от обязанности спать в сукке. А если в сукке сидят взрослые, учат Тору или беседуют, и ребенку трудно уснуть в таких условиях, то его можно положить спать дома, а позднее перенести в сукку.

В дни праздника запрещено играть свадьбы, поскольку не следует смешивать одну радость с другой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 8а). Но если свадьба состоялась накануне Суккота, то молодые продолжают справлять в Суккот семь послесвадебных праздничных дней. Мудрецы говорят, что жених освобожден от заповеди сукки, так как сукка не защищена от посторонних взоров в той же степени, что и дом, поэтому жених и невеста стыдятся открыто проявлять в ней свою радость. И еще мудрецы говорят, что от заповеди сукки освобождены также друзья жениха и все приглашенные на послесвадебную трапезу, поскольку сукка, как правило, слишком тесна, чтобы вместить всех присутствующих. Поэтому праздничные послесвадебные трапезы, на которых читают «семь благословений» (шева брахот), обычно устраивали вне сукки (см. трактат Сукка, 25б; Шульхан арух, 640, 6). Но все другие трапезы, связанные с исполнением какой-либо заповеди, – например, трапезу в честь обрезания, выкупа первенца, бар мицвы или окончания изучения талмудического трактата, – необходимо проводить в сукке, потому что подобные трапезы не настолько важны, чтобы ради них отменить заповедь сукки (так пишут Виленский Гаон и Биур Ѓалаха, 640, 6). А в наши дни принято устраивать в сукке и праздничные послесвадебные трапезы (шева брахот), даже если из-за этого придется пригласить на них меньше гостей.

Скорбящий обязан исполнять заповедь сукки. И хотя он предпочитает остаться один, чтобы сосредоточиться на своей скорби, он должен найти в себе силы исполнить эту заповедь (см. трактат Сукка, 25а; Шульхан арух, 640, 5). На самом деле, в праздник все траурные обычаи отменяются, и если скорбящий начал справлять шива (семидневный траур) в канун праздника, то с его наступлением шива заканчивается. А если близкий родственник умер в дни Суккота, то скорбящий не справляет семидневный траур в праздник. Сразу после похорон он должен возвратиться в сукку, и лишь по окончании праздника начинает справлять семидневный траур.

Онэн (букв. «пребывающий в глубоком горе»), то есть человек, чей умерший близкий родственник еще не похоронен, освобожден от заповеди сукки. Поскольку он занят исполнением заповеди погребения, он освобожден от исполнения всех других заповедей (см. Мишна брура, 640, 31; Шаар ѓа-циюн, 48).

Тот, кто уезжает из дома ради исполнения какой-либо заповеди – например, сопровождает госпитализированного больного, – освобожден от заповеди сукки как днем, так и ночью, согласно общему правилу: тот, кто занят исполнением одной заповеди, освобожден от исполнения другой. Ведь если человек станет искать себе сукку или прилагать усилия к тому, чтобы дойти до нее, это может помешать ему исполнять заповедь, которой он занят в данный момент (см. трактат Сукка, 25а). Но и в случае, если сукка расположена очень близко, однако существует опасение, что, если человек будет спать в ней, он не выспится, – он должен спать в самом подходящем для него месте. Если же исполнение заповеди сукки не требует от него никаких дополнительных усилий и не мешает исполнению заповеди, которой он занят в данный момент, – например, если неподалеку расположена удобная сукка, – то в те часы, когда он не обязан находиться рядом с больным, он может спать в сукке (см. Шульхан арух, 640, 7; Мишна брура, 37-38).

Когда солдат стоит на вахте, считается, что он занят исполнением заповеди, поэтому он не должен прилагать усилия, чтобы построить себе сукку. Но командиры, в обязанность которых входит забота обо всех нуждах солдат, должны позаботиться о том, чтобы построить для них удобную сукку, чтобы солдаты могли в ней есть, а если это не связано с опасностью, то и спать.

В обычной ситуации в холь ѓа-моэд запрещено работать, но в определенных условиях это разрешено – например, если человек работает в пекарне или на молочном заводе (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 11, п. 3). Поэтому, если в рабочие часы он не может тратить время на пребывание в сукке, то на работе он освобожден от этой заповеди. Ведь заповедь гласит: «Сидите – то есть живите», иными словами, в сукке человек должен жить так же, как в течение всего года – дома. И подобно тому как весь год работники не всегда следят за тем, чтобы есть в специально предназначенной для этого столовой, в Суккот они не обязаны есть в сукке во время работы. Но подобно тому как в течение всего года, если рядом находится столовая, то работник предпочтет есть именно там, в Суккот, если поблизости находится сукка, и в ней можно есть, не прилагая для этого особых усилий, работник должен есть в сукке.

Подобно этому, когда человек должен отправиться в путь по важному делу, и если он не выполнит его в холь ѓа-моэд, это может привести к значительным убыткам, и в дороге ему трудно найти сукку, то ему разрешено есть вне сукки. Если в дороге он находится днем, то ночью он обязан спать в сукке. Но если для того, чтобы построить сукку или добраться до нее, ему понадобится потратить несколько часов, и это помешает ему достичь цели, ради которой он вышел в путь, то он освобождается от заповеди сукки и ночью (так пишут Шульхан арух и Рама, 640, 8; Левуш; Биур Ѓалаха со слова ѓолхей).

Если в дни Суккота человек должен пройти медицинскую процедуру, после которой он будет чувствовать себя плохо, то все время, пока продолжается плохое самочувствие, он освобожден от заповеди сукки. Однако если процедуру можно было перенести на другой день, до или после Суккота, но он все равно решил пройти ее в Суккот, то хотя он плохо себя чувствует, он все равно обязан находиться в сукке. Ведь поскольку он без особой нужды, по собственному выбору, оказался в состоянии человека, испытывающего сильный дискомфорт, это не освобождает его от заповеди сукки (так пишут Ор заруа, Ѓагаѓот Ашери, Рама, 640, 3).

Тот, кто хочет отправиться с семьей в путешествие, должен запланировать его таким образом, чтобы проводить трапезы в сукке. А если было решено отправиться в такое место, где нет сукки, то во время путешествия не следует устраивать основательные трапезы и нужно ограничиваться только овощами, фруктами и небольшим количеством выпечки (см. выше, п. 5). И хотя некоторые авторитеты считают, что если человек отправился в путешествие, то ему разрешено устраивать основательные трапезы вне сукки, подобно тому как в течение всего года во время путешествий люди не стараются обязательно есть в закрытом помещении, – тем не менее, представляется, что на практике в этом вопросе не следует придерживаться менее строгого толкования закона, потому что от заповеди сукки освобождается только тот, кто был вынужден выйти в путь по важному делу. Если же человек решает пойти в путешествие ради развлечения, то тем самым он уклоняется от исполнения заповеди сукки без необходимости, поэтому ему разрешено отправляться в путешествие, только если он будет следить за тем, чтобы устраивать основательные трапезы в сукке^[20].

Вообще говоря, святые дни холь ѓа-моэда не следует тратить на путешествия, потому что они предназначены для праздничных трапез и изучения Торы. Как мы уже говорили, половину каждого дня холь ѓа-моэда нужно посвятить Всевышнему, то есть молитве и изучению Торы (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 10, п. 6). Вот почему в холь ѓа-моэд запрещена работа (мелаха) – чтобы в эти дни люди занимались изучением Торы (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Моэд катан, 2, 3). А если человек тратит дни праздника на собственные удовольствия, то Святой, благословен Он, говорит об этом: это праздники ваши, а не Мои, и о них сказано: «Жертвы ваши в начале нового месяца и празднества ваши ненавистны стали душе Моей, обузою они стали для Меня: устал Я терпеть их» (Йешаяѓу, 1:14). Если же человек посвящает дни праздника изучению Торы, молитве и праздничным трапезам, то он мил и любезен сердцу Всевышнего (см. Шней лухот ѓа-брит к трактату Сукка, Нер мицва, 31).

Но бывает, что в холь ѓа-моэд человек пускается в путь ради исполнения заповеди – например, чтобы навестить своего раввина и наставника, которого он не видит в обычные дни, или посетить святой город Иерусалим, окрестности Храмовой горы и помолиться у Западной Стены, тем самым совершив подобие паломничества в Иерусалим в дни существования Храма (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 1, п.п. 16-17; гл. 10, п. 6). И если в Суккот человек отправляется в подобное путешествие, имеющее аспект исполнения заповеди, но ему трудно найти сукку, то он может устроить основательную трапезу вне сукки.