Глава 03 — Заповедь жить в сукке         

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

01. Общие принципы заповеди жить в сукке

Согласно заповеди Торы, в семь дней праздника Суккот мы должны жить в сукке, точно так же, как живем в своих домах. Об этом сказано (Ваикра, 23:42): «В кущах сидите семь дней». Объясняют наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 28б): «Сидите – то есть живите». Это означает: подобно тому, как в течение всего года человек живет в своем доме, в семь дней Суккота он должен жить в сукке, перенеся туда свою постель и все другие предметы домашнего обихода. А то, что человек обычно не делает дома, он не должен делать и в сукке (см. Шульхан арух, 639, 1-2).

Заповедь жить в сукке состоит из четырех элементов: 1) что мы обязаны делать в сукке; 2) какие из наших действий в сукке являются заповедью; 3) какие из наших действий в сукке не являются заповедью; 4) что запрещено делать в сукке.

  • Все, что человек обычно делает именно дома, он обязан делать в сукке. Поэтому мы обязаны устраивать в сукке ежедневные основательные трапезы (сеудот кева)[1] и спать в ней, поскольку дом предназначен главным образом для того, чтобы быть местом трапез и сна.
  • То, что человек иногда делает дома, а иногда вне его, – например, садится немного перекусить, изучает Тору, читает книгу или беседует с друзьями, – нам заповедано делать в сукке, но если кто-то сделал что-либо из этого вне сукки, это не считается грехом. Однако поскольку тот, кто совершает подобные действия в сукке, исполняет заповедь, следует стараться делать это именно в сукке, а если человек без всякой причины выходит из сукки и делает это дома, то этим он выражает пренебрежение к заповеди. То же самое касается и трапез: по сути закона, мы не обязаны устраивать трапезы с хлебом в холь ѓа-моэд, поэтому во все дни холь ѓа-моэд Суккот можно питаться вне сукки, не устраивая основательных трапез. Но если человек имеет возможность, не прилагая особых усилий, есть в сукке, и все-таки ест дома, этим он выражает пренебрежение к заповеди сукки. Если же ему трудно есть в сукке – например, потому, что в ней холодно, – и он сядет за стол дома, то не будет считаться, что он относится к заповеди пренебрежительно. Тем не менее, поскольку тот, кто ест в сукке, исполняет заповедь, желательно, чтобы человек, стремясь исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), ел в сукке. А некоторые авторитеты даже говорят, что существует заповедь стараться в течение всего праздника ежедневно устраивать в сукке две трапезы с хлебом[2]
  • Деятельность человека вне дома, – например, молитва в миньяне или уроки Торы, – изначально предназначена не для дома, а для синагоги или бейт мидраша, и нет необходимости прилагать усилия, чтобы проводить подобные мероприятия в сукке.
  • Грязная работа, не соответствующая достоинству сукки, – например, смена подгузника младенцу, – запрещена в сукке (см. ниже, прим. 2).

Женщины не обязаны исполнять заповедь сукки, так как это заповедь-предписание, исполнение которой ограничено временными рамками. Но, находясь в сукке, женщина исполняет заповедь. При этом, по обычаю ашкеназских и некоторых сефардских общин, женщина, как и мужчина, должна произносить благословение «…заповедавший нам жить (букв. «сидеть») в сукке». А по обычаю большинства сефардских общин, женщины не должны произносить благословение на пребывание в сукке, так как они не обязаны исполнять эту заповедь (см. Шульхан арух, 589, 6; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва женщин, гл. 2, п. 8, прим. 9).


[1]. Когда человек съедает пищу, приготовленную из злаковых, объемом более куриного яйца (ке-бейца), это считается основательной трапезой (прим. ред.).

[2]. В Мишне (трактат Сукка, 27а) говорится, что, по мнению мудрецов, заповедь заключается в том, чтобы мы жили в сукке точно так же, как живем у себя дома. И поскольку люди часто едят вне дома, человек может, если захочет, всегда перекусывать вне сукки. И таков практический закон (см. Шульхан арух, 639, 3). Однако тот, кто даже маленькие трапезы устраивает в сукке, исполняет этим заповедь. В доказательство можно привести тот факт, что даже во время маленькой трапезы (когда едят хлеб или пищу из злаковых объемом более куриного яйца) произносят благословение «…заповедавший нам жить в сукке». Некоторые авторитеты (см. Мишна брура, 639, 24) предполагают, что хотя нет обязанности устраивать в каждый из дней холь ѓа-моэд Суккот две трапезы с хлебом, существует заповедь прилагать к этому усилия. Подобного же мнения придерживаются Рош, Виленский Гаон и другие авторитеты в отношении Песаха (см. «Жемчужины Ѓалахи», Песах, гл. 12, п. 1). И см. «Расширенные объяснения».

02. Уважение к сукке

На все семь дней праздника Суккот человек должен превратить сукку в постоянное жилище, а дом – во временное. Об этом сказано (Ваикра, 23:42): «В кущах живите семь дней». Поэтому в сукку нужно перенести красивый обеденный стол и стулья, удобную кровать и качественные постельные принадлежности, чтобы жить в сукке так, как живут в доме в течение всего года. Другими словами, недостаточно просто есть и спать в сукке, необходимо превратить сукку в основное жилище, а дом будет служить только кухней и складом для обеспечения нужд людей, живущих в сукке (см. Мишна и Гемара, трактат Сукка, 28б).

Говорят наши мудрецы, что простым, неуглубленным изучением Торы желательно заниматься в сукке, а сложные темы, в которые нужно глубоко вникать, лучше изучать дома или в бейт мидраше, так как там проще сосредоточиться (см. трактат Сукка, 28б; Шульхан арух, 639, 4). Но если человеку трудно сосредоточиться в сукке, потому что там слишком жарко или шумно, то и обычным изучением Торы ему лучше заняться в наиболее удобном для этого помещении, поскольку изучение Торы – это вид деятельности, которым не обязательно заниматься именно дома. Подобно тому, если во время изучения Торы человеку нужны многочисленные книги, которые трудно перенести в сукку, то он может изначально (лехатхила) учиться в бейт мидраше или в своем кабинете.

Хотя в сукке человек должен вести себя так же, как дома, тем не менее, между домом и суккой есть существенное различие: в доме выполняют любые работы, в том числе и грязные, а в сукке, из уважения к ней, запрещено заниматься грязной работой. В сукке нужно вести себя, как в самой красивой комнате дома, где принято соблюдать приличия, подобающие ее достоинству. Поэтому в сукку не следует заносить простые предметы домашнего обихода, такие как тазы, ведра и т.п. В сукке запрещено мыть посуду или менять младенцу подгузник (см. трактат Сукка, 28б; Шульхан арух, 639, 1; Арух ѓа-шульхан, 4).

По окончании трапезы следует быстро убрать грязную посуду, такую как тарелки и столовые приборы, потому что, если она останется на столе, это будет неуважением к сукке. Но стаканы можно оставить на столе, потому что они не такие грязные, и иногда присутствующие хотят утолить из них жажду и после трапезы. Там, где принято ставить на стол кастрюли, это разрешено делать и в сукке, а там, где это считается неприличным, это запрещено и в сукке (см. трактат Сукка, 29а; Шульхан арух, 639, 1; Мишна брура, 3-6). В сукке запрещено ставить мусорное ведро для объедков, но можно поставить корзину для бумаги и т.п., как это принято и в комнатах дома[3].

В сукке не следует оставлять грязную одежду, но разрешено перед сном класть одежду на стул, а также снимать обувь и носки в сукке, как дома.

Нет ничего предосудительного в том, чтобы вести в сукке будничные беседы. Поэтому, если человек хочет поговорить с кем-то лично или по телефону, желательно, чтобы эта беседа состоялась в сукке, подобно тому, как это принято дома. Ведь любое пребывание в сукке засчитывается человеку как заповедь (см. Шульхан арух, 639, 1). Подобно этому, если люди хотят поиграть в шахматы или другие настольные игры, это тоже желательно делать в сукке (см. респонсы рабби Яакова Вайля, 191; Даркей Моше, 639, 1). Однако некоторые люди, стремясь исполнить заповедь сукки самым великолепным образом (ле-меѓадрин), стараются воздерживаться во время пребывания в сукке от будничных занятий (согласно мнению Шней лухот ѓа-брит и Каф ѓа-хаим, 639, 5-6; и см. Мишна брура, 2). Но если из-за этого они реже находятся в сукке, это не считается великолепным исполнением заповеди. Ведь по закону Ѓалахи, даже если человек хочет заняться будничными делами, ему лучше делать это в сукке, тем самым исполняя заповедь пребывания в ней.


[3]. По мнению рабейну Маноаха, Раавада и рабейну Йонатана, когда в сукке стоит грязная посуда, сукка непригодна, согласно постановлению мудрецов (де-рабанан), для исполнения заповеди, и если в это время в сукку кто-то заходит и хочет сесть за трапезу, он не может произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». Однако большинство авторитетов считает, что даже когда к сукке проявляют неуважение, она остается кошерной, и в ней можно произносить благословение. Такого мнения придерживаются рабейну Там, Ѓа-маор, Рамбан и Ран, а среди поздних авторитетов: Байт хадаш, Маген Авраѓам, При мегадим и другие. Так или иначе, изначально (лехатхила) следует учитывать мнение авторитетов, придерживающихся в этом вопросе более строгого толкования закона (так пишут Хаей адам; Мишна брура, 639, 6; Шаар ѓа-циюн, 13).

03. Обязанность есть в сукке в первый вечер Суккота

Между первым вечером Суккота и всеми остальными днями этого праздника есть существенное различие. В холь ѓа-моэд, если человек желает устроить основательную трапезу, он обязан провести ее в сукке, а если он хочет просто перекусить, то может сделать это вне сукки. Но в первый вечер Суккота мы обязаны устроить в сукке праздничную трапезу с хлебом. Эта заповедь выводится на основе принципа гзера шава[4] из законов Песаха: подобно тому, как в первый вечер Песаха существует обязанность есть мацу, в первый вечер Суккота мы обязаны есть в сукке хлеб (см. трактат Сукка, 27а; Шульхан арух, 639, 3). Это учит нас, как важен первый вечер праздника: в этот вечер мы закладываем основу всего праздника.

Для того чтобы исполнить эту заповедь с аппетитом, в канун Суккота нужно воздержаться от сытной пищи примерно за три часа до захода солнца (см. Мишна брура, 639, 27).

Время исполнения этой заповеди начинается с появлением звезд. И поскольку она выводится по аналогии с заповедью есть мацу в первый вечер Песаха, хлеб в сукке необходимо съесть до полуночи[5]. Постфактум (бедиавад), тот, кто не успел съесть хлеб в сукке до полуночи, может сделать это до утренней зари (амуд ѓа-шахар; см. Мишна брура, 25-26; «Жемчужины Ѓалахи», Песах, гл. 16, п. 31).

Перед тем как съесть хлеб в сукке в первый вечер Суккота, нужно настроиться на то, что этим мы исполняем заповедь Всевышнего, заповедавшего нам есть в сукке в память об Исходе из Египта и об Облаках Славы, которые Он распростер над нами в пустыне, чтобы защитить от палящих солнечных лучей. Изначально (лехатхила) желательно, чтобы такое намерение было у человека в течение всех семи дней Суккота, однако постфактум (бедиавад) даже в первый вечер праздника для исполнения заповеди достаточно просто знать, что, устраивая трапезу в сукке, мы исполняем заповедь (см. Мишна брура, 625, 1; выше, гл. 1, п.п. 4-5).

Как во время Пасхального седера необходимо съесть по крайней мере ке-зайт мацы, чтобы исполнить заповедь согласно мнениям всех авторитетов, так и в первый вечер Суккота строго измеряется количество хлеба, который нужно съесть, чтобы заповедь считалась исполненной. Объем хлеба должен составлять как минимум половину яйца (ке-бейца), а некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и говорят, что это количество должно быть равно более чем целому яйцу, и желательно исполнять заповедь согласно их мнению. При этом нет нужды сжимать халу, чтобы измерить ее объем, – достаточно сделать приблизительную оценку объема халы в той форме, как она есть. Хлеб нужно есть спокойно и неторопливо, не прерываясь. А если человек, начав есть хлеб, сделал перерыв на промежуток времени более чем ахилат прас (6-7 минут), то он должен съесть необходимое количество хлеба заново[6].

Если в первый вечер Суккота идет дождь, то, по мнению некоторых авторитетов, заповедь съесть ке-зайт хлеба в сукке отменяется, поскольку тот, кто испытывает сильное неудобство от пребывания в сукке, освобожден от заповеди сукки (так пишут Рашба и Сефер мицвот гадоль). Согласно другому мнению, в первый вечер Суккота, даже если человек испытывает сильное неудобство от пребывания в сукке, он все равно обязан съесть ке-зайт хлеба в сукке; эту заповедь необходимо исполнить и в случае дождя (так пишут Рош и Ран). На практике, следует подождать час-два, не прекратится ли дождь, чтобы можно было исполнить заповедь по всем мнениям. А если дождь продолжается, или если он прекратился, но со схаха стекает вода в таком количестве, что это причиняет сидящим в сукке значительный дискомфорт, – то следует сделать в сукке кидуш, произнести в честь наступления праздника благословение: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, даровавший нам жизнь, поддерживавший нас и позволивший нам дожить до этого времени!» (ше-ѓехеяну) и съесть ке-зайт хлеба, чтобы исполнить заповедь согласно мнению авторитетов, считающих, что даже если человек испытывает сильное неудобство, он все равно обязан в первый вечер Суккота съесть ке-зайт хлеба в сукке. Но не следует произносить благословение «…заповедавший нам жить в сукке», чтобы учесть мнение авторитетов, считающих, что даже в первый вечер Суккота тот, кто испытывает сильное неудобство, освобожден от заповеди есть в сукке (см. Рама, 639, 5; Мишна брура, 35). А если дождь прекратится до полуночи, и человек будет еще не слишком сыт и сможет получить удовольствие, даже незначительное, от хлеба, то ему следует возвратиться в сукку, съесть там необходимое количество хлеба и произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке», чтобы исполнить заповедь также согласно мнению авторитетов, считающих, что эта заповедь действует, только если человек не испытывает сильного дискомфорта от пребывания в сукке.


[4]. Гзера шава («одинаковые положения») – принцип аналогии, один из основных принципов толкования Торы (прим. пер.).

[5]. Здесь и далее имеется в виду астрономическая полночь – момент времени в середине ночи между заходом и восходом Солнца (половина ночи), а не начало суток, 00:00 на часах по официально установленному местному времени (прим. ред).

[6]. В Вавилонском Талмуде (трактат Сукка, 27а) объясняется, что на основе принципа гзера шава мудрецы заключают: как в первый вечер Песаха нам заповедано есть мацу, так в первый вечер Суккота существует заповедь есть в сукке хлеб, и представляется, что нужно съесть как минимум ке-зайт хлеба. Так говорится и в Иерусалимском Талмуде (трактат Сукка, 2, 7), и так пишут Рамбам, Рош и другие ранние законоучители. И такое практическое постановление выносит Шульхан арух, 639, 3. Авторитеты полемизируют по поводу того, каков именно объем ке-зайта. По мнению многих гаонов и ранних законоучителей, он равен объему современной маслины, по мнению Рамбама – почти трети яйца, по мнению Тосафот – примерно половине яйца. Поскольку в этом вопросе существует сомнение, Шульхан арух (Орах хаим, 486, 1) выносит постановление, соответствующее подходу Тосафот. И хотя таким образом заповедь исполняется согласно мнениям подавляющего большинства авторитетов, с трех точек зрения в этом вопросе желательно придерживаться более строгого толкования закона и съедать кусок хлеба объемом чуть более яйца. 1) По мнению Рана, в первый вечер Суккота нам заповедано съесть кусок хлеба объемом более чем ке-бейца, потому что только такое количество хлеба обязательно есть в сукке. А в Мишна брура (639, 22) сказано, что изначально (лехатхила) в этом вопросе желательно придерживаться более строгого толкования закона, согласно этому мнению. 2) Нода бе-Йеѓуда считает, что в наше время куриные яйца в два раза меньше, чем во времена мудрецов, поэтому, если человек хочет съесть хлеба объемом в половину ке-бейца, он должен съесть кусок объемом с целое яйцо. В ашкеназских общинах принято при исполнении заповедей Торы следовать более строгому толкованию закона согласно этому мнению. 3) Хотя у сефардов не принято учитывать мнение Нода бе-Йеѓуда, в сефардских общинах, согласно распространенному обычаю, тоже следуют в этом вопросе более строгому толкованию закона, рассчитывая объем половины яйца относительна веса воды. Таким образом, получается, что объем хлеба, который нужно съесть в сукке в первый вечер Суккота, равен объему более чем целого яйца. Как объясняют некоторые авторитеты, этот подход основан на мнении, что для того чтобы измерить объем халы, ее необходимо сжать (см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 10, п.п. 5-6; Песах, гл. 16, п.п. 22-23). Получается, что изначально (лехатхила) с трех точек зрения желательно съедать кусок хлеба объемом чуть более яйца, то есть обычный ломоть. И всякий, кто ест его в спокойном темпе и не прерываясь, без всякого сомнения успеет съесть его за промежуток времени, называемый ахилат прас (см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 10, п. 7).

04. Заповедь есть в сукке  

Как мы уже говорили, нам заповедано жить в сукке, как дома. И так как основательные трапезы принято устаивать дома, в Суккот мы обязаны проводить их в сукке. Что же касается небольших трапез, то поскольку они часто проходят вне дома, в Суккот их разрешено устраивать вне сукки. А тот, кто хочет исполнить заповедь сукки самым великолепным образом (ле-меѓадрин), старается всегда есть в сукке, и даже стакана воды не выпивает вне сукки. Но это не является обязанностью, и даже людям, посвящающим жизнь изучению Торы (талмидей хахамим) разрешено устраивать небольшие трапезы вне сукки (см. Мишна, трактат Сукка, 26б, и комментарий Рана, там же; Биур Ѓалаха, 639, 2, со слова аваль).

Общее правило таково: основательной считается изобильная трапеза, когда человек ест, чтобы насытиться; а небольшая трапеза – это «перекус», когда человек просто хочет что-то попробовать или немного утолить голод, но не стремится полностью насытиться.

Поскольку основой человеческой пищи являются злаковые, так как из них делают хлеб, выпечку и другие сытные блюда, такие как макароны и каши, – если человек съедает пищу, приготовленную из злаковых, объемом более куриного яйца, это считается основательной трапезой, поэтому в Суккот такую трапезу необходимо устраивать в сукке. И хотя такое количество пищи не насыщает человека полностью, это все равно считается основательной трапезой, так как, чтобы почувствовать сытость, мы обычно едим пищу, приготовленную из злаковых, и даже таким ее количеством можно немного утолить голод. Но если человек съест злаковой пищи объемом не более одного яйца, это будет считаться небольшой трапезой, и ее можно устраивать вне сукки[7].

Фрукты, воду и соки можно употреблять без ограничения вне сукки, потому что они, как правило, не предназначаются для насыщения.

Подобно тому, вне сукки разрешено есть мясо, рыбу и сыр в небольшом количестве, но если человек намеревается насытиться ими, то он обязан есть их в сукке (см. Мишна брура, 15)[8].

Что касается вина и других алкогольных напитков, то в этом отношении авторитеты расходятся во мнениях. Одни говорят, что поскольку они не насыщают, нет обязанности пить их в сукке (так пишут Рош и Рама). Согласно другому мнению, поскольку вино считается напитком, обладающим значимостью, тот, кто выпивает четверть лога (ревиит) вина, обязан делать это в сукке (таково мнение Ритва). А некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и в отношении других алкогольных напитков, говоря, что, если их пьют в компании, это нужно делать в сукке (так считают Ор заруа и Маген Авраѓам). Именно так следует поступать лехатхила (см. Мишна брура, 639, 13; Биур Ѓалаха, там же, со слова ве-яин).

Важно отметить, что во время трапезы в сукке – любой трапезы, которую человек обязан устраивать в сукке, – запрещено есть или пить что-либо вне сукки. Поэтому, если во время трапезы человек заходит в дом, чтобы что-то принести, он не должен даже пить воду или класть что-то в рот; не следует даже проглатывать пищу, которую он начал есть в сукке (так пишут рав Шломо-Залман Ойербах и многие другие современные авторитеты).


[7]. В Гемаре (трактат Сукка, 26а) объясняется, что вне сукки разрешено есть даже хлеб, если это не является основательной трапезой. Абайе говорит: это подобно тому, как ест на ходу ученик, спешащий в бейт мидраш. Имеется в виду: небольшая трапеза разрешена вне сукки потому, что в течение всего года принято, чтобы люди закусывали вне дома (так объясняют Ран и Ритва). Каков объем хлеба, который нужно съесть, чтобы трапеза не считалась основательной? Согласно комментарию Раши, это «полный рот», то есть кусок хлеба объемом в одно куриное яйцо. Следовательно, если человек съедает хлеба объемом более яйца, это уже считается основательной трапезой. Такого мнения придерживаются также Тосафот, Рош и Ран. А Рамбам и рабби Ицхак ибн Гиат считают, что даже если человек съел хлеба объемом немного больше яйца, его трапеза все равно считается небольшой, и он освобожден от обязанности есть в сукке, и только если он ест намного больше, чем объем одного яйца, он обязан делать это в сукке. Шульхан арух (639, 2) выносит практическое постановление, что даже если человек ест хлеба объемом чуть более яйца, он обязан устраивать трапезу в сукке.

Согласно простому пониманию, тот же самый закон распространяется также на выпечку и на все другие виды пищи, над которыми произносят благословение: «…сотворивший разнообразие продуктов для насыщения» (борэ миней мезонот). И хотя авторитеты полемизируют, следует ли произносить благословение «…заповедавший нам жить в сукке», если человек ест такую пищу объемом более яйца, – все согласны, что такое количество злаковой пищи необходимо есть в сукке (так пишут Хида; Каф ѓа-хаим, 639, 33). Что же касается вареной злаковой пищи, то, как считают Рош, Тур и Шульхан арух (639, 2), ее необходимо есть в сукке, только если человек ест ее в значительном количестве, и это считается трапезой, либо если он ест ее в обществе других людей. А по мнению Маген Авраѓам и Шульхан арух ѓа-рав, если человек съедает такой пищи объемом более яйца, он обязан делать это в сукке. Именно так я написал в тексте, однако в случае необходимости в отношении вареной злаковой пищи можно придерживаться менее строгого толкования закона, даже если ее съедают в объеме больше яйца, при условии, что сам человек не считает это основательной трапезой.

[8]. Маѓарам из Ротенбурга и Рамбан придерживаются мнения, что если человек устраивает трапезу, состоящую из фруктов, то он обязан есть их в сукке. А по мнению рабейну Переца, Меири и Ор заруа, он освобожден от обязанности есть в сукке, и такой же вывод можно сделать из слов Рамбама (6, 6); но если человек ест мясо, сыр и тому подобную пищу в качестве трапезы, то он обязан делать это в сукке. Рош, Тур и Шульхан арух (639, 2) считают, что трапезой может называться только злаковая пища, поэтому ее необходимо есть в сукке, а если человек ест мясо или сыр в количестве, достаточном для трапезы, то ему разрешено есть вне сукки. Возможно, это расхождение во мнениях не является полемикой, потому что каждый из авторитетов основывал свое мнение на том, что было принято считать трапезой в его общине. На практике, по одному из существующих мнений, тот, кто съедает мясо или сыр и тому подобную пищу в количестве, достаточном для трапезы, обязан есть в сукке (так считают Гинат врадим и Хида). Согласно другому мнению, изначально (лехатхила) в этом вопросе нужно следовать более строгому толкованию закона (этого мнения придерживаются Байт хадаш, Элия раба, Бикурей Яаков, Мишна брура, 639, 15, Каф ѓа-хаим, 15). Третье мнение соответствует менее строгому толкованию (так считают Шульхан арух ѓа-рав и другие авторитеты). Мое скромное мнение по данному вопросу таково: как представляется, в наши дни, согласно подходам всех авторитетов, тот, кто устраивает трапезу, состоящую из мяса или сыра, обязан есть в сукке. Ведь мнение авторитетов, придерживающихся менее строгого толкования закона, основывается на том, что в прошлом из этих продуктов не устраивали трапезу (см. Арух ѓа-шульхан, 639, 9). А сегодня, когда многие люди часто проводят целую трапезу без хлеба, насыщаясь овощами, мясом, рисом и тому подобной пищей, это во многих местах уже считается основательной трапезой, поэтому ее необходимо устраивать в сукке. Закон о благословениях будет разъяснен в следующем пункте.

05. Благословение «…заповедавший нам жить в сукке»

Согласно постановлению мудрецов, перед исполнением заповеди пребывания в сукке следует произнести благословение: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам жить в сукке». По поводу того, в каких именно случаях произносят это благословение, существует несколько обычаев.

По мнению многих ранних законоучителей, в том числе Рифа и Рамбама, каждый раз, когда человек заходит в сукку с намерением в ней остаться – даже просто находиться в ней, ничего не делая, – он должен, прежде чем сесть, произнести это благословение, поскольку самим пребыванием в сукке он исполняет заповедь. Так поступают выходцы из йеменской общины: зайдя в сукку, они произносят благословение, и только после этого садятся.

Обычай всех других общин Израиля соответствует мнению рабейну Тама: произносить благословение нужно перед едой, так как это – основное занятие человека во время пребывания в сукке; и это благословение распространяется также на все другие занятия в рамках исполнения заповеди жить в сукке. И хотя сон тоже является одним из основных занятий, возникает опасение, что человек произнесет перед сном благословение, но не сможет заснуть, тогда как еда зависит только от решения самого человека, поэтому благословение следует произносить именно перед ней. Однако возникает вопрос: перед трапезой какого вида необходимо произносить благословение?

По ашкеназскому обычаю, если человек намеревается съесть такое количество хлеба, которое необходимо есть в сукке, то перед тем как начать есть хлеб, он должен произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». Поэтому тот, кто собирается съесть хлеба или злаковой пищи в объеме более ке-бейца, сразу после благословения над пищей произносит благословение «…заповедавший нам жить в сукке». А тот, кто не намерен съесть такое количество хлеба или злаковой пищи за все нынешнее пребывание в сукке, должен произнести это благословение, даже если хочет съесть совсем немного злаковой или другой значимой пищи или выпить чуть-чуть вина. И хотя существуют и другие обычаи, на практике подобает поступать именно так.

По сефардскому обычаю, благословение «…заповедавший нам жить в сукке» произносят над значимой пищей, из которой обычно состоит основательная трапеза. В этом отношении существует различие между хлебом и другой злаковой пищей. Над хлебом, даже если человек намеревается съесть чуть больше, чем ке-бейца, необходимо произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». А над другой злаковой пищей – будь то выпечка или вареная пища, например, макароны или каша, – это благословение следует произносить, только если человек намеревается съесть такое ее количество, которого достаточно, чтобы насытиться, то есть около 4 ке-бейца[9].

И представляется, что в наши дни, даже по сефардскому обычаю, тот, кто устраивает трапезу без хлеба или злаковой пищи, – например, ест суп, мясо, рис и картошку, – должен произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». И хотя в прошлом авторитеты указывали, что перед трапезой без хлеба это благословение произносить не следует, сегодня, когда люди часто устраивают большие и значимые трапезы без хлеба и другой злаковой пищи, такая трапеза считается основательной, поэтому перед ней следует произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». Но если человек знает, что его родители не произносят это благословение перед трапезой такого вида, то он может продолжать семейную традицию. Однако, для того чтобы избежать сомнения, во время трапезы в сукке желательно есть хлеб, и тогда это благословение нужно будет произносить в любом случае[10].


[9]. Большинство ранних авторитетов, в том числе автор Ѓалахот гдолот, рав Ѓай Гаон, Риф, Рамбам и Раши, считают, что каждый раз, когда человек заходит в сукку ради исполнения заповеди, – даже если он намеревается просто сидеть там, – он должен произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». Таков обычай, принятый в йеменской общине, и таково практическое постановление, вынесенное Виленским Гаоном. В отличие от этого, рабейну Там, Ѓа-итур, рав Йеѓудай Гаон и другие гаоны придерживаются мнения, что указанное благословение нужно произносить только перед едой в сукке, и таков обычай большинства еврейских общин (см. Шульхан арух, 639, 8; Мишна брура, там же). Поздние законоучители полемизируют о том, в каких именно случаях следует его произносить. Согласно одному из мнений, каждое блюдо, которое человек обязан есть в сукке, требует от него произнесения этого благословения. Так пишет Гинат врадим, и таков ашкеназский обычай (см. Мишна брура, 639, 16 и 46). А по сефардскому обычаю благословение «…заповедавший нам жить в сукке» произносят только перед основательной трапезой, и см. следующее примечание.

Турей заѓав, Хаей адам, Мишна брура (639, 48) и Хазон Иш считают, что благословение «…заповедавший нам жить в сукке» необходимо произнести перед едой только в случае, когда человек уже садится за стол, а если он просто зашел в сукку и намеревается приступить к еде позднее, то ему следует произнести это благословение на само пребывание в сукке. А по мнению Маамар Мордехай (8), это благословение нужно произносить только перед тем, как человек собирается съесть какое-либо блюдо, которое он обязан есть в сукке. Многие выходцы из ашкеназских общин следуют обычаю, согласно которому, если человек не намеревается съесть такое количество пищи, которое необходимо есть в сукке, то он должен произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке», даже если хочет съесть совсем немного злаковой или другой значимой пищи или выпить чуть-чуть вина, – так как основной закон соответствует мнению авторитетов, считающих, что это благословение нужно произносить и на само пребывание в сукке, однако поскольку его принято произносить перед едой, следует съесть что-нибудь и попутно, вместе с благословением над этим видом пищи, произнести также благословение «…заповедавший нам жить в сукке». И см. «Расширенные объяснения», 5, 9-10.

[10]. См. выше, прим. 7, где объясняется, что если человек устраивает трапезу из мясных или молочных блюд с различными дополнениями, то он обязан есть в сукке. Однако в Яхаве даат (1, 65) написано, что при этом он не должен произносить благословение «…заповедавший нам жить в сукке», поскольку в сефардских общинах принято произносить это благословение только перед трапезой, содержащей хлеб или другую мучную либо злаковую пищу в количестве, необходимом для того, чтобы трапеза считалась основательной. А обычай, соответствующий мнению Бен Иш Хая, гласит, что это благословение произносят только перед трапезой с хлебом. Но представляется, что все это относится лишь к прошлым поколениям, когда трапеза без хлеба или хотя бы не состоящая в основном из злаковой пищи не могла считаться основательной. Но в наши дни, когда многие устраивают основательные трапезы, состоящие только из мясных, рыбных или молочных блюд, такая трапеза считается значимой, поэтому перед ней следует произнести благословение «…заповедавший нам жить в сукке». К этому следует прибавить еще два довода: во-первых, большинство ранних законоучителей считает, что это благословение следует произносить каждый раз, когда человек находится в сукке; во-вторых, нужно учесть и мнение авторитетов (упомянутых в предыдущем прим.), считающих, что если человек не намеревается устраивать трапезу, то он должен произнести это благословение на само пребывание в сукке.

06. Некоторые законы произнесения благословения «…заповедавший нам жить в сукке»

Поскольку это благословение произносят перед едой, возникает вопрос, какое из благословений нужно произнести сначала: благословение над пищей или «…заповедавший нам жить в сукке»? По обычаю ашкеназских и некоторых сефардских общин, сначала произносят благословение над пищей. Это объясняется тем, что обязанность пребывания в сукке связана именно с едой, поэтому благословение над пищей нужно произносить до благословения, относящегося к сукке. При этом «…заповедавший нам жить в сукке» не нужно произносить стоя. А по обычаю некоторых сефардских общин, сначала желательно стоя произнести «…заповедавший нам жить в сукке», а после этого сесть и произнести благословение над пищей. И каждый человек должен продолжать следовать обычаю, принятому в его семье[11].

Тот, кто забыл произнести «…заповедавший нам жить в сукке» перед началом трапезы, должен произнести это благословение во время трапезы, а затем продолжить ее. А если он спохватился лишь после того, как закончил основную часть трапезы, но еще может что-то съесть или выпить, прежде чем читать Биркат ѓа-мазон, то ему следует произнести «…заповедавший нам жить в сукке» и после этого съесть или выпить что-либо. Если же он заметил свою ошибку уже после окончания трапезы, то, по мнению большинства авторитетов, он все равно должен произнести «…заповедавший нам жить в сукке», хотя и не собирается ничего больше есть (см. Мишна брура, 639, 48). А по сефардскому обычаю, он не должен произносить это благословение.

Пока человек пребывает в сукке, произнесенное им благословение остается в силе. Даже если позднее он устроит еще одну трапезу, ему не нужно будет произносить это благословение еще раз. И даже если он ненадолго выйдет из сукки, чтобы зайти в туалет, или принести что-либо, или побеседовать с товарищем, то по возвращении в сукку он не должен будет вновь произносить «…заповедавший нам жить в сукке», потому что первое благословение еще остается в силе (см. Мишна брура, 639, 47). Но если он выйдет из сукки, чтобы сделать что-то важное, – например, помолиться или заняться работой, – то по возвращении он должен будет снова произнести благословение. Даже если он вышел из сукки не по важному делу, но пребывал за ее пределами более часа, то, возвратившись, он должен будет вновь произнести благословение (см. Шульхан арух ѓа-рав, 639, 13)[12].

Если человек начал трапезу у себя в сукке и намеревается продолжить ее в сукке товарища, и при этом, произнося благословение «…давший земле способность родить хлеб» (ѓа-моци лехем мин ѓа-арец), он подразумевал и ту пищу, которую будет есть у товарища, то он освобожден от произнесения благословения «…заповедавший нам жить в сукке», когда придет к нему в сукку. Если же он не подразумевал эту пищу, то перед тем как покинуть свою сукку, он должен прочесть Биркат ѓа-мазон, а затем, в сукке у товарища, заново произнести и благословение над пищей, и благословение в честь заповеди сукки (согласно всем вышеизложенным обычаям)[13].


[11]. Вопрос произнесения этого благословения рассматривается в трактате Сукка, 45б-46а. Он включает в себя два аспекта. 1) По мнению Рамбама, произносить это благословение нужно стоя, так как, согласно дословному переводу, мы говорим: «…заповедавший нам сидеть в сукке», а, как известно, благословение произносят до совершения действия, поэтому нужно стоя произнести «…заповедавший нам сидеть в сукке» и сразу же сесть. И таков обычай йеменской общины. А по мнению Раавада и Роша, слово «сидеть» в этом благословении означает «пребывать», «жить», поэтому, даже когда мы стоим в сукке, мы исполняем заповедь, и поскольку это благословение произносят перед трапезой, его нужно читать сидя, непосредственно перед едой. 2) Маѓарам из Ротенбурга считает, что сначала нужно произносить «…заповедавший нам жить в сукке», потому что заповедь сукки мы исполняем с того момента, как входим в нее. А Рош пишет, что, согласно существующему обычаю, сначала произносят благословение над хлебом, ведь поскольку благословение в честь сукки связано именно с едой, получается, что еда влечет за собой необходимость благословения. Кроме того, в Турей заѓав (2) говорится, что сначала нужно произносить благословение над хлебом (или другой злаковой пищей), потому что эти благословения относятся к разряду благословений, произносимых при получении удовольствия (биркот ѓа-неѓенин), а такие благословения нужно произносить в первую очередь. На практике, в ашкеназских общинах, а также в общинах Марокко, Туниса и в большинстве сефардских общин, было принято сначала произносить благословение над пищей, а потом – благословение в честь заповеди сукки (см. Рама, 643, 2-3; Алей ѓадас, 11, 3). Однако, по мнению Шульхан арух (643, 3), практический закон соответствует подходу Рамбама и Маѓарама: сначала нужно произносить благословение в честь заповеди сукки, а потом – благословение над пищей. И так пишут Бен Иш Хай (Ѓаазину, 5) и Каф ѓа-хаим (643, 9, 16). Но, хотя они и утверждают, что так поступать предпочтительней, они не отменяют и второго обычая.

[12]. По мнению Байт хадаш и Турей заѓав (639, 20), если человек произнес «…заповедавший нам жить в сукке» перед трапезой, а затем долго оставался в сукке и собирается устроить еще одну основательную трапезу, он должен произнести это благословение вновь, поскольку можно предположить, что при произнесении благословения в первый раз он подразумевал только время до следующей трапезы. А Левуш, Шней лухот ѓа-брит и Маген Авраѓам (17) полагают, что он не должен вновь произносить благословение, так как он не отвлекался от исполнения заповеди пребывания в сукке. Так пишут и Шульхан арух ѓа-рав, Хаей адам, Мишна брура (47), Шаар ѓа-циюн (86). И таков практический закон, в соответствии с ѓалахическим принципом, согласно которому, в случае сомнения по поводу произнесения благословений нужно следовать менее строгому толкованию закона. А если в сукке присутствует другой человек, который должен произнести «…заповедавший нам жить в сукке», то первому желательно попросить, чтобы при произнесении благословения он имел в виду и его. Некоторые авторитеты же считают, что если между первой и второй трапезами человек ненадолго вышел из сукки, то хотя это не считается перерывом в пребывании в сукке, в данном случае, когда он намеревается приступить к новой основательной трапезе, он должен произнести благословение (так пишут Яавец и Бикурей Яаков). Согласно другому мнению, и в таком случае он не должен произносить благословение вновь (этого мнения придерживаются Дерех ѓа-хаим, Шульхан арух ѓа-рав и другие авторитеты). И, как известно, в случае сомнения по поводу произнесения благословений нужно следовать менее строгому толкованию закона (см. Шаар ѓа-циюн, 86).

[13]. Хотя Маген Авраѓам и Шульхан арух ѓа-рав считают, что если человек отправился в сукку товарища посреди трапезы, то он должен произнести там благословение «…заповедавший нам жить в сукке» заново, – однако, по мнению Турей заѓав и Левушей срад, если он намеревался перейти в сукку товарища, когда произносил это благословение в своей сукке, то он не должен произносить его снова. Основываясь на этом сомнении, Мишна брура (639, 48) и Шаар ѓа-циюн (93-94) выносят практическое постановление, что второе благословение произносить не нужно. А если человек отправился в сукку товарища после того, как закончил трапезу у себя в сукке и прочел Биркат ѓа-мазон, то можно предположить, что, произнося «…заповедавший нам жить в сукке» у себя, он не имел в виду сукку товарища, поэтому, если он захочет поесть что-то в сукке у товарища, он должен произнести это благословение вновь. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 3, п. 11, где объясняется закон в отношении того, кто хочет продолжить трапезу в доме товарища.

07. Сон в сукке; закон в отношении того, кто задремал  

Существует обязанность спать в сукке, будь то постоянный или кратковременный сон. И если малые трапезы вне сукки разрешены, потому что в другие дни года люди часто устраивают их вне дома, как объяснялось выше (в п. 4), то в отношении сна действует более строгий закон, так как кратковременный сон тоже обладает значимостью, ведь порой даже он помогает человеку избавиться от усталости. И поскольку люди, как правило, не спят вне дома даже короткое время, в Суккот человек в любом случае обязан спать в сукке (см. трактат Сукка, 26а; Шульхан арух, 639, 2).

Однако некоторые люди порой, незаметно для себя, дремлют в дороге или во время урока. Такая непроизвольная дрема не считается кратковременным сном и не запрещена вне сукки. Разница между двумя этими видами сна очевидна: во время кратковременного сна человек кладет голову на стол или откидывается на спинку стула, чтобы немного поспать, и многие люди стараются не спать таким образом вне дома; а в случае непроизвольной дремы человек хочет продолжать бодрствовать, но засыпает на короткий промежуток времени, просыпается и снова засыпает[14].

Однако в отношении сна возникает еще одна проблема: некоторым людям по разным причинам трудно заснуть в сукке. Поэтому необходимо выяснить, в каком случае считается, что они испытывают сильное неудобство и потому освобождены от заповеди спать в сукке. Для того чтобы дать ответ на этот принципиальный вопрос, нужно сначала объяснить подробности закона о том, что человек, испытывающий сильный дискомфорт, освобожден от заповеди сукки.


[14]. Хотя Бен Иш Хай (гл. Ѓаазину, 8) пишет, что, если человек задремал в синагоге во время чтения Торы, его нужно разбудить, и такое практическое постановление выносит рав Йосеф-Шалом Эльяшив, – тем не менее, с другой стороны, некоторые авторитеты считают, что не следует будить того, кто заснул непроизвольно, так как спящий освобожден от исполнения заповедей. Другое объяснение: его не следует будить, потому что это причиняет ему огорчение. Есть также мнение, что если человек спит меньше времени, чем занимает пройти расстояние в 100 локтей (некоторые авторитеты предполагают, что этот промежуток времени равен приблизительно 54 сек), то такой сон не является нарушением какого-либо запрета (см. Мишна брура, 639, 11, где объясняется, что к такому выводу можно прийти на основании слов рабби Ицхака ибн Гиата). И представляется, что в отношении практического закона решающим является различие между тем, кто намеревается немного поспать и откидывается для этого на спинку стула (такого человека необходимо разбудить, так как он упускает исполнение заповеди Торы, но только если это не причинит ему сильного огорчения), и тем, кто засыпает непроизвольно, оставаясь в сидячем положении (такой человек не считается спящим, потому что он не намеревался спать). Но если в Суккот человек едет куда-либо ради исполнения заповеди или ради того, чтобы предотвратить убытки, то, поскольку его поездка не является нарушением запрета, если у него есть привычка откидываться на спинку кресла во время кратковременного сна, ему разрешено откинуться на спинку сиденья и немного поспать, так как сукка – то же самое, что дом в течение всего года, и весь год люди часто спят в дороге. Но если человек отправился в путешествие или в любую другую поездку ради развлечения, то ему запрещен кратковременный сон вне сукки (как объясняется ниже, в п. 14), и только непроизвольная дрема не представляет собой нарушение запрета. И см. Рама, 640, 3, и «Расширенные объяснения».

08. Тот, кто болен или испытывает сильный дискомфорт, освобожден от заповеди сукки  

Больной, а также те, кто ему помогает, освобождены от заповеди сукки. При этом имеются в виду не только опасно больные, но и люди, больные неопасными болезнями. Например, если у человека болит голова и ему трудно находиться в сукке, то он освобожден от этой заповеди. А если больному необходим помощник, то и он освобожден от заповеди сукки (см. трактат Сукка, 26а; Шульхан арух, 640, 3).

Подобно этому, от заповеди сукки освобожден и тот, кто испытывает сильный дискомфорт. Ведь заповедь заключается в том, чтобы люди жили в сукке точно так же, как в течение всего года – дома. И подобно тому, как человек не живет там, где испытывает сильный дискомфорт, в сукке он тоже не должен находиться в таком случае. И хотя сукка – временное жилище, поэтому она, естественным образом, не может быть столь же комфортной, как постоянный дом, и это не освобождает нас от заповеди сукки, ведь эта заповедь и заключается в том, чтобы жить во временном жилище, – тем не менее, если к общему неудобству жизни в сукке прибавляется какой-либо дополнительный фактор, то человек освобождается от этой заповеди. Наиболее распространенным примером этого является ситуация, когда идет дождь.

Дискомфорт, освобождающий человека от заповеди сукки, должен быть значительным – то есть таким, который заставил бы его покинуть постоянный дом и переехать в другое жилище рядом с домом, значительно менее удобное. Например, если на человека упадет несколько капель дождя, он все равно предпочтет остаться в своем постоянном доме, поэтому в таком случае он по-прежнему обязан находиться в сукке. Но если дождь продолжится, и дождевые капли испортят еду на столе и помешают человеку спать, то он, конечно же, предпочтет перебраться в другое жилище, даже если оно менее просторное и удобное, и невзирая на хлопоты, связанные с переездом. Поэтому в подобной ситуации он освобожден и от заповеди сукки. Пока со схаха течет вода в таком количестве, что она может испортить стоящие на столе блюда, человек освобожден от заповеди сукки (см. Шульхан арух, 639, 5; Эшель Авраѓам ребе из Бучача, 640). А если дискомфорт связан со сном, но не с едой, то человек освобождается от обязанности спать в сукке, но не от обязанности есть в ней (см. Мишна брура, 640, 16)[15].

Если человек покинул сукку из-за дождя, а когда он сел за трапезу дома, дождь прекратился, то он не обязан возвращаться в сукку, потому что это связано с хлопотами, а может закончить трапезу дома. Подобно тому, если из-за дождя человек пошел спать дома, а затем дождь прекратился, то в течение всей этой ночи он не обязан возвращаться в сукку и может спать дома до самого утра (см. Шульхан арух, 639, 6-7)[16].


[15]. В Мишне, трактат Сукка, 28б, говорится: «Когда разрешено покинуть сукку? Тогда, когда портится варево». В Гемаре (трактат Сукка, 29а) объясняется, что речь идет о каше, сваренной из пшеничных зерен. Раши в своем комментарии пишет, что эта каша очень легко портится даже от небольшого количества воды. И такое практическое постановление выносит Шульхан арух (639, 5). Этот критерий относится к обычным людям, а если человек обладает повышенной чувствительностью, то для него барьер дискомфорта снижается. А во время сна и обычные люди испытывают сильный дискомфорт, если на них падают даже отдельные капли дождя, и даже если вода не капает в таком количестве, от которого «портится варево», они освобождены от заповеди спать в сукке (см. Рама, 639, 7). И разумеется, нет обязанности оставаться в сукке, когда капает дождь, если человек занимается чем-то, что не требует обязательного пребывания в сукке даже в обычных условиях, – например, изучением Торы или беседой с товарищем (см. Эшель Авраѓам ребе из Бучача, 639, 7). Сравнение с домом упоминает Рама (639, 5) от имени некоторых ранних законоучителей. А вот как об этом говорит ребе из Бучача (Эшель Авраѓам, 640): «Как если бы у человека было небольшое жилище рядом с домом, но дом был бы более удобен для жилья, и если бы человек испытывал какое-либо неудобство от жизни в большом доме, он перебрался бы в маленький. Важно отметить, что это условие должно соответствовать тому, что принято у большинства людей, а если человек стар, то это должно быть так, как у стариков». Поэтому представляется, что если, согласно точному метеорологическому прогнозу, ночью должен пойти дождь, и человек испытывает от мыслей об этом беспокойство и дискомфорт, то он освобожден от обязанности спать в сукке (и см. «Расширенные объяснения»).

[16]. Этот закон объясняется в трактате Сукка, 29а, и см. Бейт Йосеф и Шульхан арух, 639, 6-7. Там говорится, что человек освобожден от обязанности спать в сукке, только если он проснется до рассвета (амуд ѓа-шахар), а если он проснулся после наступления рассвета и хочет продолжать спать, то обязан перейти в сукку. И некоторые авторитеты считают, что таков практический закон. Однако это, вероятно, больше относится к тому, кто обычно встает на рассвете, а тот, кто привык вставать на час или два позже, не обязан переходить в сукку до того времени, когда он обычно просыпается. И разумеется, таков закон в отношении человека, который опасается, что, перейдя в сукку, не сможет уснуть снова. Поскольку от этого он будет испытывать сильный дискомфорт, он освобожден от обязанности переходить в сукку. С другой стороны, представляется, что если переход в сукку не связан для человека с большими усилиями, то ему следует перейти в сукку, даже если он проснулся среди ночи. Нечто подобное написано в Мишна брура, 41.

09. Тот, кто болен или испытывает сильный дискомфорт, освобожден от заповеди сукки – продолжение

Если в сукке много комаров или мух, которых невозможно прогнать, и которые сильно досаждают человеку, или если в сукке очень неприятно пахнет, или если днем в ней очень жарко либо ночью – очень холодно, или если в ней дует сильный ветер, и, даже надев теплую одежду, человек все равно испытывает сильный дискомфорт, – во всех этих случаях, если дискомфорт настолько значителен, что, испытывая его дома, человек предпочел бы перебраться в гораздо менее удобное жилище, расположенное поблизости, то он освобожден от заповеди сукки. Это верно при условии, что, покинув сукку, он избавится от того, что причиняет ему неудобство; если же и дома он будет страдать от комаров или неприятного запаха, то ему следует остаться в сукке (см. Шульхан арух и Рама, 640, 4).

В ситуации, когда особо чувствительные люди испытывают сильный дискомфорт, но большинство людей чувствуют себя нормально, – например, если ветер шевелит схах, отчего на стол время от времени сыплются листья, – большинство людей по-прежнему обязаны исполнять заповедь сукки, а особо чувствительные люди от нее освобождены. Но человек не может утверждать, что он страдает от того, что не причиняет страдания даже особо чувствительным людям, поскольку его личные ощущения не могут считаться значимыми по сравнению с ощущениями, обычно распространенными у людей. Поэтому такой человек обязан есть и спать в сукке (см. Рама, 640, 4; Мишна брура, 28-29).

Если при строительстве сукки человек отнесся к этому легкомысленно, отчего сукка получилась очень неустойчивой и плохо защищает сидящих в ней от зноя и от холода, то в дни праздника человек не может утверждать, что пребывание в ней причиняет ему сильный дискомфорт, поскольку, построив такую сукку, он обязался жить в ней в течение всего праздника, ни на что не жалуясь. А если он все равно будет жаловаться на то, что в этой сукке ему слишком некомфортно, то получится, что он совершил грех, уклонившись от исполнения заповеди Торы, так как не построил себе подходящую сукку. Поэтому он должен немедленно исправить сукку, чтобы пребывание в ней стало комфортным (см. выше, гл. 2, п. 14; ниже, конец п. 13).

Если в субботу вечером в сукке погас свет, а дома свет горит, то поскольку трапеза в темноте причиняет людям сильный дискомфорт, они могут провести трапезу дома. А если есть возможность воспользоваться суккой соседа, и ради этого никто не должен прилагать особых усилий, то следует поступить именно так. Но если это связано с неудобством или значительными усилиями, то люди все равно будут испытывать от этого сильный дискомфорт, а значит, они освобождены от заповеди сукки (см. Рама, 640, 4; Мишна брура, 22-23).

Если человек освобожден от заповеди сукки по причине сильного дискомфорта – например, во время дождя, – но все равно устроил трапезу в сукке под дождем, то этим он не исполнил никакой заповеди, а совершил неразумный поступок, как невежда. В этом даже есть аспект запрета, ведь в честь праздника мы должны радоваться и наслаждаться, и потому в эти дни запрещено добровольно принимать на себя страдания. Но если человек освобожден от заповеди сукки из-за лишних хлопот – например, в случае, если дождь прекратился, но человек уже приступил к трапезе дома и, по сути закона, не обязан возвращаться в сукку, и, тем не менее, он возвратился в сукку, несмотря на связанные с этим хлопоты, – за это его ожидает награда, поскольку в конце концов его пребывание в сукке не причинило ему дискомфорта (см. Биур Ѓалаха, 639, 7, со слова ѓедьотот).

10. В каких случаях человек освобождается от заповеди спать в сукке из-за сильного дискомфорта

Хотя заповедь обязывает нас спать в сукке, будь то постоянный или кратковременный сон, многие люди придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона и отказываются от сна в сукке. Возникает вопрос, на чье мнение они могут в этом положиться. Законоучители говорят, что человек может быть освобожден от обязанности спать в сукке по одной из двух основных причин: если он испытывает от этого сильный дискомфорт или если он женат.

В европейских странах с холодным климатом сон в сукке причиняет людям сильный дискомфорт, потому что ночью там очень холодно. От этого человек может даже заболеть. Поэтому законоучители постановили: если человек не может спать в сукке из-за холода и не имеет возможности как следует согреться, потому что у него нет достаточно теплых одеял, или потому, что и с одеялами ему холодно, – то он освобожден от обязанности спать в сукке. А в Земле Израиля не так холодно, как в Европе, однако, с другой стороны, в наше время люди стали более чувствительны к простуде, и в холодные ночи они простужаются, даже если спят под теплыми одеялами. Поэтому считается, что и они тоже испытывают сильный дискомфорт, а значит, они освобождены от обязанности спать в сукке. Но если человек знает, что не простудится, то он обязан спать в сукке как ночью, так и днем[17].

Некоторые люди не могут заснуть в сукке. Хотя для этого нет объективных причин, они чувствуют напряжение оттого, что спят в непривычной обстановке. И поскольку в сукке они страдают бессонницей, считается, что они испытывают сильный дискомфорт, поэтому они освобождены от обязанности спать в сукке. При этом они не обязаны строить сукку с белыми стенами, чтобы в ней они чувствовали себя спокойнее и им было легче уснуть. Ведь, согласно заповеди Торы, мы не обязаны строить сукку с постоянными стенами. Но если они все-таки построят такую сукку, то будут достойны за это благословения, так как это поможет им исполнить заповедь. И даже если человек освобожден от обязанности спать в сукке ночью, но способен заснуть там днем, то, если он захочет спать днем, он обязан лечь спать в сукке.

Если человек хочет поспать днем, но рядом с его суккой играют и шумят дети, и даже если он попросит их сохранять тишину, они все равно будут ему мешать, то считается, что он испытывает сильный дискомфорт. Поэтому, если он чувствует усталость, ему разрешено спать дома[18].


[17]. Ашкеназские законоучители, жившие в странах с гораздо более холодным климатом, чем в Земле Израиля, согласны, что в очень холодные дни и ночи люди освобождены от обязанности спать в сукке, однако расходятся во мнениях относительно стран, в которых они жили. По мнению Мордехая, жившего в Германии, там люди освобождены от этой обязанности, а по мнению Рама, жившего в Польше, в этой стране люди обязаны спать в сукке. На первый взгляд, из этого можно сделать вывод, что в Земле Израиля, где климат гораздо более теплый, эта обязанность остается в силе постоянно. Однако на практике, в холмистой местности в холодные ночи многие простужаются, если спят в сукке, – возможно, потому, что в наше время люди стали более чувствительными. Как бы то ни было, согласно практическому закону, если человек опасается, что простудится, то он должен укрыться теплыми одеялами, но если по опыту он убедится, что этого недостаточно и холодными ночами он все равно простужается, то в такие ночи он освобожден от обязанности спать в сукке, так как это причиняет ему сильный дискомфорт. А тот, кто может простудиться и во время дневного сна, может спать дома даже днем.

[18]. Само собой разумеется, если человек не может заснуть в сукке, то он освобожден от обязанности спать в ней, поскольку испытывает сильный дискомфорт. И хотя освободить от заповеди сукки может только такая помеха, которая причиняет дискомфорт большинству людей, – тем не менее, если известно, что этот человек имеет повышенную чувствительность, и все люди с такой степенью чувствительности страдают от подобного, то он освобожден от заповеди сукки (см. Рама, 640, 5; Мишна брура, 28-29).

Если в сукке сидят гости, и неудобно попросить их уйти, то человек, который хочет спать, может лечь спать дома, так как иначе он будет испытывать сильный дискомфорт. А некоторые авторитеты говорят, что в этом вопросе допустимо придерживаться менее строгого толкования закона только в случае, если человек не может лечь спать в сукке товарища.

11. Супруги

Изначально (лехатхила) женатый человек должен построить такую сукку, в которой он сможет спать вместе с женой. И хотя женщины освобождены от заповеди сукки, тем не менее, женщина, которая спит в сукке, тем самым исполняет заповедь. Кроме того, если супруги не будут спать вместе в сукке, это приуменьшит для них радость праздника. Поэтому желательно построить такую сукку, в которой жена сможет спать вместе с мужем (см. выше, гл. 2, п. 14; «Расширенные объяснения», там же, 14, 5).

А если в сукке невозможно устроить спальное место для жены – например, если сукка очень маленькая, и в ней можно поставить только одну кровать, или если в сукке должен спать кто-то еще, и невозможно построить для супругов отдельную сукку, и супругов огорчает, что они не могут спать вместе, – то, по мнению некоторых авторитетов, ночью мужу разрешено спать с женой дома в их общей спальне. Ведь заповедь состоит в том, чтобы человек спал в сукке, как дома, вместе с женой, а если такой возможности нет, то он освобожден от заповеди сукки (см. Рама, 639, 2). Согласно другому мнению, только если супругов очень огорчает, что они не спят вместе в своей спальне, муж освобожден от заповеди спать в сукке, так как испытывает сильный дискомфорт (см. Маген Авраѓам, 8). Третье мнение гласит, что женатый мужчина обязан спать в сукке точно так же, как неженатый, и даже если его очень огорчает тот факт, что он спит в сукке, а его жена – дома, он все равно обязан спать в сукке. И только в особые ночи (когда супруги должны исполнить заповедь супружеской близости) он освобожден от обязанности спать в сукке (так пишет Виленский Гаон, а также Мишна брура, 639, 18).

На практике, тот, кто очень огорчается, что не может спать вместе с женой, должен приложить усилия и потратить денежные средства, чтобы построить сукку, в которой они смогут спать вместе. Но если это очень трудно, то он вправе, если захочет, положиться на мнение авторитетов, придерживающихся в этом вопросе менее строгого толкования закона, и спать с женой дома[19].


[19]. По мнению Рама (см. Даркей Моше, 639, 3), заповедь заключается в том, чтобы муж спал в сукке вместе с женой, поэтому был широко распространен обычай строить сукку, в которой есть такая возможность. Но если подходящую для этого сукку построить слишком трудно, то муж освобожден от обязанности спать в сукке, поскольку отдаление мужа от жены приуменьшает для них радость праздника и причиняет огорчение мужу, жене или обоим. В этом вопросе разрешено придерживаться менее строгого толкования закона даже тогда, когда жена находится в состоянии ниды, а тем более, когда отдаление приводит к тому, что супруги упускают возможность исполнить заповедь супружеской близости. Нечто подобное пишет и Турей заѓав (639, 9) – если муж хочет доставить жене радость тем, что будет спать в доме вместе с ней, даже когда она нида, то к этому применимо правило: тот, кто занят исполнением одной заповеди, освобожден от исполнения другой. То же самое пишет и Шульхан арух ѓа-рав (9). А Маген Авраѓам (8) полагает, основываясь на словах Шней лухот ѓа-брит, что муж освобожден от обязанности спать в сукке, только если его огорчает, что он не может спать вместе с женой. То же самое пишет и Левуш. Из их слов можно сделать вывод, что этот закон остается в силе и тогда, когда жена находится в состоянии ниды. А по мнению Виленского Гаона и Шаар Эфраим, заповедь жить в сукке не подразумевает, что муж должен спать в сукке вместе с женой. Подобное пишет и Нишмат адам (147, 1): в праздник мужу заповедано радовать жену покупкой новой одежды, а не тем, что он спит дома в спальне вместе с ней. Того же мнения придерживаются Бикурей Яаков (639, 18) и Мишна брура (18). Они также добавляют, что в те ночи, когда супруги должны исполнить заповедь супружеской близости, муж всю ночь освобожден от обязанности спать в сукке.

Рама пишет (Даркей Моше, там же), что богобоязненный человек должен постараться построить такую сукку, в которой он сможет спать вместе с женой, и благодаря этому он будет служить Всевышнему в радости. И именно так поступают люди благочестивые, строго соблюдающие заповеди. Здесь заканчивается изложение слов Рама. То же самое пишут Дерех ѓа-хаим, Шульхан арух ѓа-рав, Хаей адам и другие авторитеты. Так или иначе, на основании слов законоучителей можно сделать вывод, что муж не обязан тратить большие денежные средства на то, чтобы построить вторую сукку, в которой он сможет спать вместе с женой. Возможно, это объясняется тем, что сукка – временное жилище, и на нее нужно потратить столько, сколько человек готов потратить на временное жилище, то есть на такое, в котором он проживет всего неделю. Следует отметить, что заповедь супружеской близости разрешено исполнять в сукке (см. Биур Ѓалаха, 639, 1, со слова ве-аль).

12. Ребенок, жених, скорбящий

Ребенок, достигший возраста, в котором его начинают приучать к исполнению заповедей, обязан исполнять заповедь сукки. А на взрослых возлагается заповедь не устраивать для ребенка основательную трапезу и не класть его спать вне сукки. Речь идет о возрасте, в котором ребенок начинает понимать смысл заповедей Торы и законов Ѓалахи – в данном случае, обязанности есть и спать в сукке. Большинство детей достигают этого уровня развития в возрасте пяти-шести лет (см. Шульхан арух, 640, 2). Но бывает, что детям трудно спать в сукке, потому что они более чувствительны к холоду или боятся. В таком случае на них распространяется тот же закон, что и на человека, испытывающего сильный дискомфорт, и они освобождаются от обязанности спать в сукке. А если в сукке сидят взрослые, учат Тору или беседуют, и ребенку трудно уснуть в таких условиях, то его можно положить спать дома, а позднее перенести в сукку.

В дни праздника запрещено играть свадьбы, поскольку не следует смешивать одну радость с другой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 8а). Но если свадьба состоялась накануне Суккота, то молодые продолжают справлять в Суккот семь послесвадебных праздничных дней. Мудрецы говорят, что жених освобожден от заповеди сукки, так как сукка не защищена от посторонних взоров в той же степени, что и дом, поэтому жених и невеста стыдятся открыто проявлять в ней свою радость. И еще мудрецы говорят, что от заповеди сукки освобождены также друзья жениха и все приглашенные на послесвадебную трапезу, поскольку сукка, как правило, слишком тесна, чтобы вместить всех присутствующих. Поэтому праздничные послесвадебные трапезы, на которых читают «семь благословений» (шева брахот), обычно устраивали вне сукки (см. трактат Сукка, 25б; Шульхан арух, 640, 6). Но все другие трапезы, связанные с исполнением какой-либо заповеди, – например, трапезу в честь обрезания, выкупа первенца, бар мицвы или окончания изучения талмудического трактата, – необходимо проводить в сукке, потому что подобные трапезы не настолько важны, чтобы ради них отменить заповедь сукки (так пишут Виленский Гаон и Биур Ѓалаха, 640, 6). А в наши дни принято устраивать в сукке и праздничные послесвадебные трапезы (шева брахот), даже если из-за этого придется пригласить на них меньше гостей.

Скорбящий обязан исполнять заповедь сукки. И хотя он предпочитает остаться один, чтобы сосредоточиться на своей скорби, он должен найти в себе силы исполнить эту заповедь (см. трактат Сукка, 25а; Шульхан арух, 640, 5). На самом деле, в праздник все траурные обычаи отменяются, и если скорбящий начал справлять шива (семидневный траур) в канун праздника, то с его наступлением шива заканчивается. А если близкий родственник умер в дни Суккота, то скорбящий не справляет семидневный траур в праздник. Сразу после похорон он должен возвратиться в сукку, и лишь по окончании праздника начинает справлять семидневный траур.

Онэн (букв. «пребывающий в глубоком горе»), то есть человек, чей умерший близкий родственник еще не похоронен, освобожден от заповеди сукки. Поскольку он занят исполнением заповеди погребения, он освобожден от исполнения всех других заповедей (см. Мишна брура, 640, 31; Шаар ѓа-циюн, 48).

13 . Если человек занят исполнением другой заповеди или находится в пути  

Тот, кто уезжает из дома ради исполнения какой-либо заповеди – например, сопровождает госпитализированного больного, – освобожден от заповеди сукки как днем, так и ночью, согласно общему правилу: тот, кто занят исполнением одной заповеди, освобожден от исполнения другой. Ведь если человек станет искать себе сукку или прилагать усилия к тому, чтобы дойти до нее, это может помешать ему исполнять заповедь, которой он занят в данный момент (см. трактат Сукка, 25а). Но и в случае, если сукка расположена очень близко, однако существует опасение, что, если человек будет спать в ней, он не выспится, – он должен спать в самом подходящем для него месте. Если же исполнение заповеди сукки не требует от него никаких дополнительных усилий и не мешает исполнению заповеди, которой он занят в данный момент, – например, если неподалеку расположена удобная сукка, – то в те часы, когда он не обязан находиться рядом с больным, он может спать в сукке (см. Шульхан арух, 640, 7; Мишна брура, 37-38).

Когда солдат стоит на вахте, считается, что он занят исполнением заповеди, поэтому он не должен прилагать усилия, чтобы построить себе сукку. Но командиры, в обязанность которых входит забота обо всех нуждах солдат, должны позаботиться о том, чтобы построить для них удобную сукку, чтобы солдаты могли в ней есть, а если это не связано с опасностью, то и спать.

В обычной ситуации в холь ѓа-моэд запрещено работать, но в определенных условиях это разрешено – например, если человек работает в пекарне или на молочном заводе (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 11, п. 3). Поэтому, если в рабочие часы он не может тратить время на пребывание в сукке, то на работе он освобожден от этой заповеди. Ведь заповедь гласит: «Сидите – то есть живите», иными словами, в сукке человек должен жить так же, как в течение всего года – дома. И подобно тому как весь год работники не всегда следят за тем, чтобы есть в специально предназначенной для этого столовой, в Суккот они не обязаны есть в сукке во время работы. Но подобно тому как в течение всего года, если рядом находится столовая, то работник предпочтет есть именно там, в Суккот, если поблизости находится сукка, и в ней можно есть, не прилагая для этого особых усилий, работник должен есть в сукке.

Подобно этому, когда человек должен отправиться в путь по важному делу, и если он не выполнит его в холь ѓа-моэд, это может привести к значительным убыткам, и в дороге ему трудно найти сукку, то ему разрешено есть вне сукки. Если в дороге он находится днем, то ночью он обязан спать в сукке. Но если для того, чтобы построить сукку или добраться до нее, ему понадобится потратить несколько часов, и это помешает ему достичь цели, ради которой он вышел в путь, то он освобождается от заповеди сукки и ночью (так пишут Шульхан арух и Рама, 640, 8; Левуш; Биур Ѓалаха со слова ѓолхей).

Если в дни Суккота человек должен пройти медицинскую процедуру, после которой он будет чувствовать себя плохо, то все время, пока продолжается плохое самочувствие, он освобожден от заповеди сукки. Однако если процедуру можно было перенести на другой день, до или после Суккота, но он все равно решил пройти ее в Суккот, то хотя он плохо себя чувствует, он все равно обязан находиться в сукке. Ведь поскольку он без особой нужды, по собственному выбору, оказался в состоянии человека, испытывающего сильный дискомфорт, это не освобождает его от заповеди сукки (так пишут Ор заруа, Ѓагаѓот Ашери, Рама, 640, 3).

14. Путешествие

Тот, кто хочет отправиться с семьей в путешествие, должен запланировать его таким образом, чтобы проводить трапезы в сукке. А если было решено отправиться в такое место, где нет сукки, то во время путешествия не следует устраивать основательные трапезы и нужно ограничиваться только овощами, фруктами и небольшим количеством выпечки (см. выше, п. 5). И хотя некоторые авторитеты считают, что если человек отправился в путешествие, то ему разрешено устраивать основательные трапезы вне сукки, подобно тому как в течение всего года во время путешествий люди не стараются обязательно есть в закрытом помещении, – тем не менее, представляется, что на практике в этом вопросе не следует придерживаться менее строгого толкования закона, потому что от заповеди сукки освобождается только тот, кто был вынужден выйти в путь по важному делу. Если же человек решает пойти в путешествие ради развлечения, то тем самым он уклоняется от исполнения заповеди сукки без необходимости, поэтому ему разрешено отправляться в путешествие, только если он будет следить за тем, чтобы устраивать основательные трапезы в сукке[20].

Вообще говоря, святые дни холь ѓа-моэда не следует тратить на путешествия, потому что они предназначены для праздничных трапез и изучения Торы. Как мы уже говорили, половину каждого дня холь ѓа-моэда нужно посвятить Всевышнему, то есть молитве и изучению Торы (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 10, п. 6). Вот почему в холь ѓа-моэд запрещена работа (мелаха) – чтобы в эти дни люди занимались изучением Торы (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Моэд катан, 2, 3). А если человек тратит дни праздника на собственные удовольствия, то Святой, благословен Он, говорит об этом: это праздники ваши, а не Мои, и о них сказано: «Жертвы ваши в начале нового месяца и празднества ваши ненавистны стали душе Моей, обузою они стали для Меня: устал Я терпеть их» (Йешаяѓу, 1:14). Если же человек посвящает дни праздника изучению Торы, молитве и праздничным трапезам, то он мил и любезен сердцу Всевышнего (см. Шней лухот ѓа-брит к трактату Сукка, Нер мицва, 31).

Но бывает, что в холь ѓа-моэд человек пускается в путь ради исполнения заповеди – например, чтобы навестить своего раввина и наставника, которого он не видит в обычные дни, или посетить святой город Иерусалим, окрестности Храмовой горы и помолиться у Западной Стены, тем самым совершив подобие паломничества в Иерусалим в дни существования Храма (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 1, п.п. 16-17; гл. 10, п. 6). И если в Суккот человек отправляется в подобное путешествие, имеющее аспект исполнения заповеди, но ему трудно найти сукку, то он может устроить основательную трапезу вне сукки.


[20]. В трактате Сукка, 26а, сказано: «Говорят мудрецы: кто находится в пути днем, тот освобожден от заповеди сукки днем и обязан исполнять ее ночью; кто находится в пути ночью, тот освобожден от заповеди сукки ночью и обязан исполнять ее днем; кто находится в пути днем и ночью, тот освобожден от заповеди сукки и днем и ночью». Некоторые авторитеты считают, что на человека, отправившегося в путешествие, распространяется тот же закон, что и на того, кто вышел в путь по важному делу, и оба они освобождаются от заповеди сукки. Это объясняется тем, что в сукке человек должен вести себя так же, как дома, и подобно тому как в течение всего года человек, отправившись в путешествие на природу, не старается устраивать трапезы в помещении, в Суккот тот, кто отправился в путешествие, освобожден от заповеди сукки. Такого мнения придерживаются рав Йосеф-Шалом Эльяшив, рав Дов Лиор и рав Шломо-Аѓарон Вертгеймер (Шеэлат Шломо). В отличие от них, многие другие авторитеты считают: мудрецы Талмуда, сказав, что путник освобожден от заповеди сукки на основании правила «Сидите – то есть живите», подразумевали ситуацию, когда человек вынужден отправиться в путь ради заработка или по другому важному делу, и в таком случае он должен вести себя, как в течение всего года, когда путники устраивают основательные трапезы и вне дома. Но если человек отправился в путешествие без особой нужды, то разве он не нарушает указание Торы, согласно которому в Суккот мы должны сидеть в сукке и не отправляться в другие места, чтобы уклониться от исполнения этой заповеди? А если он решил немного поразвлечься в холь ѓа-моэд, то все равно обязан исполнять заповедь сукки. По аналогии с этим в конце п. 13 мы написали, что если человек без особой нужды решает пройти в холь ѓа-моэд Суккот медицинскую процедуру, то, даже если после нее он будет плохо себя чувствовать и оттого испытывать сильный дискомфорт, находясь в сукке, он все равно обязан исполнять заповедь сукки (см. Рама, 640, 3, на основе мнения ранних законоучителей). И так пишут Игрот Моше (Орах хаим, 3, 93), рав Шломо-Залман Ойербах (Ѓалихот Шломо, 9, 21) и другие авторитеты. Кроме того, если человек отправляется в путешествие в холь ѓа-моэд, то он ведет себя не так, как в течение всего года, потому что люди, как правило, путешествуют только во время отпуска или в других редких случаях, а этот человек решил, что будет путешествовать в холь ѓа-моэд. Однако холь ѓа-моэд – это не отпуск, а дни, наделенные святостью, предназначенные для радости посредством праздничных трапез и изучения Торы. Поэтому, если человек решил в эти дни отправиться в путешествие, он должен хотя бы соблюдать заповедь трапез в сукке. И представляется, что если путешествие было запланировано должным образом, но люди по ошибке оказались в месте, где нет сукки, и проголодались, то им разрешено есть вне сукки, – подобно тому как в течение всего года, если человек голоден и оказался там, где нет столовой, то он готов есть под открытым небом.

Содержание

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]