После разрушения Храма и разорения Земли Израиля мудрецы добавили к Биркат ѓа-мазон еще одно благословение: «Благой и Творящий благо». Когда был разрушен Второй Храм, казалось, что нет больше никакой надежды на возрождение Иерусалима и Святой Земли. «Зачем тогда благодарить Всевышнего за землю прекрасную, благодатную и обширную?» – думали многие евреи. Поэтому мудрецы составили новое благословение, дабы укрепить в народе веру в то, что все к лучшему, и даже разрушение Храма, изгнание и бедствия, которые обрушились на Израиль, предназначены для того, чтобы мы достигли духовного исправления и возродили нашу землю, Иерусалим и Храм, отстроив их более совершенным образом.
Мудрецы, заседавшие в Санѓедрине в Явне, установили это благословение в особый день – когда были похоронены останки погибших защитников Бейтара. Бейтар был большим городом, расположенным в Иудее; Бар-Кохба сделал его своей столицей. Он надеялся, что этот город станет первой вехой в процессе возвращения независимости народу Израиля и восстановления Храма. Когда же Бейтар пал, надежда на независимость рухнула. И тогда бедствия, постигшие Израиль, многократно усилились. Нечестивое римское царство повелело вспахать землю, на которой стоял Иерусалим, и дать Земле Израиля и Иерусалиму новые названия, чтобы стереть память о них с лица земли. Они также запретили хоронить защитников Бейтара. Позднее, когда на престол в Риме взошел новый император, он разрешил предать их земле. И тогда все увидели, что произошло чудо: их тела не сгнили за это время. Сказали наши мудрецы (трактат Брахот, 48б): «В тот день, когда были похоронены защитники Бейтара, в Явне установили благословение «Благой и Творящий благо». «Благой» – за то, что их тела не сгнили; «Творящий благо» – за то, что они были преданы земле». Наш великий учитель рав Авраѓам-Ицхак Кук объясняет (см. комментарий Эйн ая, там же): чудо, что тела защитников Бейтара не сгнили, учит нас, что разрушение Храма и изгнание не отменили избранности еврейского народа; а в том, что они были похоронены, есть намек на Божественное обещание, что, когда настанет Избавление, они встанут из могил, и это – знак, что исполнятся все предсказания пророков о пришествии Машиаха и воскресении мертвых.
Поскольку чтение первых трех благословений Биркат ѓа-мазон – это заповедь Торы, а четвертого благословения («Благой и Творящий благо») – постановление мудрецов, когда человек заканчивает читать первые три благословения, он отвечает амен самому себе: «Благословен Ты, Господь, [в милости Своей] восстанавливающий Иерусалим. Амен!» (см. Шульхан арух, 188, 1).
А поскольку с окончанием третьего благословения заканчивается ряд благословений, чтение которых – заповедь Торы, четвертое благословение, установленное мудрецами, является самостоятельной заповедью. Поэтому оно начинается со слова «Благословен» (Барух), в соответствии с правилом: если благословения идут одно за другим, то последующее примыкает к предыдущему, поэтому его не нужно начинать со слова Барух; если же благословение читается отдельно от других, то оно должно начинаться со слова Барух[1].
И еще говорят наши мудрецы (трактат Брахот, 46а), что гость должен сказать после Биркат ѓа-мазон благословение хозяина дома. Вот текст этого благословения (см. Шульхан арух, 201, 1): «Да будет высшая воля на то, чтобы хозяин этого дома не был ни опозорен, ни посрамлен, ни в этом мире, ни в мире грядущем. И да будет он удачлив в делах, и да будут все его владения успешны и близки к городу. И да не воспрепятствует Сатан делам рук его, и да не коснется его никогда ничто греховное и никакая дурная мысль». Этот текст можно расширять, добавляя в него новые благословения, и таков обычай сефардских общин. А во многих ашкеназских общинах вместо этого принято произносить короткую фразу: «Да благословит Он, Милосердный, хозяина этого дома». Но изначально (лехатхила) желательно произносить вышеприведенный текст, источником которого служит Гемара (см. Мишна брура, 201, 5; ниже, гл. 5, п. 4).
И поскольку мы уже удостоились святости, связанной с исполнением заповеди чтения Биркат ѓа-мазон, в народе Израиля возник обычай прибавлять к этому благословению личные просьбы, начинающиеся словом «Милосердный» (ѓа-Рахаман), а также молитвы об Избавлении. И хотя этот обычай не является постановлением мудрецов, – тем не менее, поскольку он возник еще в эпоху ранних законоучителей, он превратился в обязанность, в соответствии с тем, как его исполняют в различных общинах. Но если человеку понадобилось отвлечься на важный разговор или выйти, и он уже закончил читать четвертое благословение, он может прерваться, а потом, когда у него будет время, дочитать ту часть, которую не успел (см. ниже, прим. 14).
