Глава 01 — Праздник Суккот

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

01. Названия праздника Суккот и его смысловые аспекты

Этот праздник имеет три названия: 1) Суккот, в честь заповеди сукки; 2) «Праздник сбора урожая», так как в эти дни завершают сбор урожая злаковых и фруктов; 3) в некоторых местах Торы он называется просто «праздник», например: «И устроил Шломо в ту пору праздник» (Диврей ѓа-ямим 2, 7:8). Это объясняется тем, что Суккот – самый веселый и радостный праздник еврейского календаря, когда в Храме устраивали грандиозное празднество, называемое «Радость черпания воды» (Симхат бейт ѓа-шоэва; см. Тосафот йом тов к трактату Рош ѓа-Шана, 1б). Кроме того, в дни этого праздника в Храме приносили больше жертв, чем во все другие праздники (см. Ѓаамек давар, 16, 13). Ниже (в п. 8) мы объясним смысл особой радости праздника Суккот.

Суккот содержит три основных составляющих, неразрывно связанных друг с другом. Первая из них – сама святость этих дней, в том числе и Шмини Ацерет. Они замыкают череду осенних праздников, и в них мы радуемся и благодарим Всевышнего за урожай. Эта святость выражается в заповеди воздерживаться от работы (мелаха) в первый и восьмой дни праздника, имеющие статус йом тов, и частично – в «будни праздника» (холь ѓа-моэд). Святость этих дней выражается также в дополнительных праздничных жертвах, которые нам заповедано приносить, как объясняется в книге Бемидбар (29:12-34). Вторая составляющая Суккота – заповедь о четырех видах растений (арбаат ѓа-миним). Она выражает дополнительную радость, связанную как с урожаем этого года, так и с покаянием и искуплением грехов в Дни трепета. И наконец, третья составляющая – это заповедь сукки, в честь которой праздник и получил свое название, чтобы все поколения помнили об Исходе из Египта и о том, что Всевышний хранит и бережет Свой народ. Кроме того, сукка намекает на грядущие времена, когда Всевышний раскинет над Израилем и всеми другими народами Свой мирный шатер.

Три этих составляющих праздника Суккот упомянуты в главе о праздниках в книге Ваикра (23:33-44). В отличие от других праздников, каждый из которых упоминается там однократно, Суккот уопминается трижды и рассматривается на трех уровнях. Первое упоминание (Ваикра, 23:33-36) гласит: «И сказал Господь Моше так: говори сынам Израиля следующее: в пятнадцатый день седьмого месяца сего – праздник кущей, семь дней Господу. В первый день – священное собрание: никакой работы не делайте. Семь дней приносите огнепалимую жертву Господу; в день восьмой священное собрание да будет у вас, и приносите огнепалимую жертву Господу; собрание праздничное это, никакой работы не делайте».

Второе упоминание (там же, ст. 39-40): «Но в пятнадцатый день седьмого месяца, когда вы собираете плоды земли, празднуйте праздник Господень семь дней: в день первый покой и в день восьмой покой. И возьмите себе в первый день плод дерева цитрусового (этрога), ветви пальмовые и отростки дерева густолиственного, и верб речных, и веселитесь пред Господом, Богом вашим, семь дней».

И третье упоминание (там же, ст. 41-43): «И празднуйте этот праздник Господу семь дней в году: это устав вечный в роды ваши; в седьмой месяц празднуйте его. В кущах живите семь дней; всякий коренной житель в Израиле должен жить в кущах, дабы знали поколения ваши, что в кущах поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш».

02. Праздник урожая

Суккот называется также «Праздником сбора урожая». Об этом сказано (Шмот, 34:22): «…и праздник собирания плодов на исходе [сельскохозяйственного] года». Это название объясняется тем, что Суккот выпадает на период, когда завершается сбор урожая злаковых и других плодов. В Торе (Дварим, 16:13) об этом сказано: «Праздник кущей совершай у себя семь дней, когда уберешь с гумна твоего и из давильни твоей» (см. также Ваикра, 23:39).

Каждый из трех «Праздников восхождения» (Песах, Шавуот и Суккот) связан с сельскохозяйственным сезоном, на который он приходится. Об этом сказано (Шмот, 23:14-16): «Три раза празднуй Мне в году. Праздник мацот соблюдай; семь дней ешь опресноки, как Я повелел тебе, в назначенное время месяца весны […]; и пусть не являются пред лицо Мое с пустыми руками. И праздник жатвы первых плодов труда твоего, того, что засеял ты в поле, и праздник собирания плодов при исходе года, когда уберешь с поля плоды трудов своих». Песах празднуется в «месяц весны», когда вся природа расцветает; Шавуот – в период окончания жатвы ячменя и начала жатвы пшеницы; Суккот – в конце сбора урожая фруктов. В эти праздники нам заповедано радоваться и благодарить Всевышнего на ниспосланное нам изобилие. Поэтому радость Суккота – самая большая, ведь в это время мы завершаем сбор урожая всего года (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 1, п. 2, и гл. 13, п.п. 4-5).

Естественные процессы, происходящие в этом мире, отражают духовные процессы, имеющие место в высших мирах. Песах – это время обновления и новых начинаний, и неслучайно именно в этот праздник мы вышли из Египта и стали народом. Шавуот – время созревания урожая, и потому в этот день нам была дарована Тора. Суккот приходится на окончание сбора урожая злаковых и фруктов в дома и амбары, и это соответствует процессу собирания духовных «плодов», которых народ Израиля удостоился во время египетского рабства и скитания по пустыне. Народ собирает эти плоды и складывает у себя «дома», то есть в Земле Израиля. По этому поводу дон Ицхак Абарбанель пишет (в комментарии к Дварим, 16:13): главная радость праздника Суккот связана с тем, что мы унаследовали Землю Израиля. Песах мы празднуем в честь того, что во время Исхода из Египта в мире раскрылась избранность еврейского народа, в Шавуот мы радуемся дарованию Торы, а в Суккот наша радость исходит от того, что мы получили в вечный надел Землю Израиля.

В Суккот замыкаются два круга. Большой круг – это годовой цикл трех «Праздников восхождения», соответствующий циклу сельскохозяйственных сезонов. Каждый год этот процесс начинается зимой, когда земля подготавливается к засеву. Весной появляются всходы и все начинает цвести, и в это время мы празднуем Песах, когда всему миру раскрылось, что Всевышний избрал Израиль и сделал его Своим народом. Затем, в период, на который выпадает праздник Шавуот, завершается жатва ячменя и начинается жатва пшеницы, а ведь злаковые являются основой человеческой пищи. В это время мы впитываем в себя свет Торы – основы нашей жизни. Сбор урожая фруктов продолжается все лето, вплоть до Суккота. Так и духовные плоды всего года мы собираем в Суккот, поэтому его радость превосходит радость всех других праздников.

Малый круг связан с процессом покаяния и искупления грехов, который мы проходим в месяцы элул и тишрей. Наряду с праведными деяниями мы совершали и грехи, ибо такова человеческая природа, и для того чтобы завершить год праведным образом, нам необходимо раскаяться и очиститься от приставшего к нам зла. В этом и заключается наша духовная работа в месяце элул, в Рош ѓа-Шана, в Десять дней покаяния и в Йом Кипур. Благодаря покаянию и искуплению добро, которое мы вобрали в себя в течение всего года, очищается от прилипшего к нему зла, отчего в Суккот мы испытываем удвоенную радость.

Наш учитель и наставник рав Авраѓам-Ицхак Кук добавляет, что несмотря на великую важность покаяния, очищающего наше сердце и наши поступки, оно сопровождается болью, которая уменьшает нашу волю к добру и жизни. Поэтому процесс покаяния следует завершить радостью, исходящей от святости праздника Суккот, ибо эта радость возвращает нам стремление творить добро и жить чистой, непорочной жизнью (см. Орот ѓа-тшува, 9, 10).

03. Четыре вида растений (арбаат ѓа-миним)

Заповедь о четырех видах растений связана с радостью праздника Суккот. Об этом сказано (Ваикра, 23:40): «И возьмите себе в первый день плод дерева цитрусового (этрога), ветви пальмовые и отростки дерева густолиственного, и верб речных, и веселитесь пред Господом, Богом вашим, семь дней». Наши мудрецы объясняют, что радость от исполнения заповеди лулава связана с двумя аспектами «Праздника сбора урожая»: материальным и духовным.

Материальный аспект выражается в том, что в Суккот завершается сбор урожая всего года, отчего людей охватывают радость и ликование. И для того чтобы освятить эту радость и приобщить ее к благодарности Тому, Кто создал этот мир и непрестанно поддерживает его существование, нам заповедано исполнять заповедь четырех видов растений, в знак благодарности Всевышнему (см. комментарий Рамбана к Ваикра, 23:39; Сефер ѓа-хинух, заповедь 324). Мудрецы постановили, что лулав и этрог следует встряхивать, поднимая вверх, опуская вниз и обращая к каждой из четырех сторон света. Тем самым мы выражаем нашу веру в Того, Кому принадлежат небо, земля и четыре стороны света. Есть в этом и выражение нашей молитвы об изобильном урожае следующего года и о том, чтобы Всевышний спас нас от дурного влияния сил нечистоты (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 37б; ниже, гл. 5, п. 4).

Духовный аспект выражается в том, что в Суккот подходит к концу процесс раскаяния в грехах, совершенных нами за весь прошедший год. Поэтому лулав символизирует нашу победу над грехами и возвращение к Всевышнему Благословенному. Мудрецы иллюстрируют эту идею притчей: двое судятся, и когда они выходят из зала суда, мы не знаем, кто из них выиграл, пока один из них не начинает потрясать своим копьем, и тогда становится ясно, что победил именно он. Так же обстоит дело и с народом Израиля: каждый год грешники народов мира выдвигают против него обвинения, что он не выполняет возложенную на него миссию, и потому он недостоин представлять Имя Всевышнего в мире и должен быть уничтожен. Начинается суд, и неизвестно, кто одержит в нем победу. Но когда евреи шествуют с лулавами и этрогами, становится ясно, что они выиграли суд и по-прежнему являются сынами Всевышнего Благословенного. Даже народы мира радуются вместе с Израилем, поэтому в Суккот в Храме приносятся жертвы и за них. Именно это нам заповедала Тора, говоря: «И возьмите себе в первый день…» (на основе сказанного в Мидраше Ваикра раба, 30, 2; Зоѓар, ч. 1, 221, 1).

Мудрецы приводят и другие объяснения этой заповеди. Так, они говорят, что арбаат ѓа-миним соответствуют четырем типам евреев, которые должны сплотиться ради исполнения заповеди. Благодаря этой сплоченности освящается Имя Всевышнего в мире, как подробно объясняется ниже (в гл. 4, п.п. 2-3). А единство в еврейском народе порождает великую радость, поэтому, исполняя заповедь четырех видов растений, мы можем радоваться перед Всевышним целых семь дней.

04. Сукка – память о шалашах в пустыне и Облаках Славы

Заповедь жить в сукке семь дней объясняется в Торе (Ваикра, 23:43) такими словами: «Дабы знали поколения ваши, что в кущах поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш». Рабби Элиэзер считает, что в этом стихе подразумеваются Облака Славы, сопровождавшие сынов Израиля в пустыне, а по мнению рабби Акивы, речь идет о настоящих кущах (шалашах), которые строили себе в пустыне сыны Израиля (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 11б). Именно об этом сказано (Шмот, 13:17, 20-22): «И было, когда фараон отпустил народ… И двинулись они из Суккота (это намек, что в пустыне сыны Израиля строили суккот – авт.), и расположились станом в Эйтаме, на краю пустыни. А Господь шел перед ними днем в столпе облачном, чтобы вести их по пути, а ночью в столпе огненном, чтобы светить им, дабы идти днем и ночью. Не отлучался столп облачный днем и столп огненный ночью от народа (здесь речь идет про Облака Славы – авт.)».

По мнению рабби Акивы, заповедь сукки установлена в память о шалашах, которые сыны Израиля строили в пустыне, чтобы защититься от зноя и дождя. Эта заповедь призвана напомнить нам о днях бедности, когда, после того как Всевышний избавил нас от египетского рабства и вывел на свободу, мы сорок лет скитались по пустыне, и от дождя и зноя нас спасали только непрочные шалаши. В пустыне у нас не было ни постоянных домов, ни земельных наделов. Вспомнив об этом, мы возблагодарим Всевышнего за то, что Он привел нас в землю просторную и благодатную, в которой мы можем строить дома и сажать деревья. Благодаря тому, что мы сидим в сукке и вспоминаем дни нашей бедности в пустыне, нас не охватит гордыня при мысли о нынешнем благополучии и процветании в Земле Израиля, и мы не забудем Всевышнего и будем всегда помнить, что все – в Его руках, и именно Он даровал нам силу, чтобы завоевать и заселить эту землю, и теперь мы можем наслаждаться ее плодами и насыщаться ее благодатью (см. комментарий Рашбама к Ваикра, 23:43). Кроме того, эти воспоминания свидетельствуют о заслугах сынов Израиля, которые пошли за Всевышним в пустыню, в «землю незасеянную» (см. комментарий рабейну Бхайе, там же).

Рабби Элиэзер же считает, что заповедь сукки установлена в память о великом чуде, когда Всевышний распростер над нами облака Славы Своей, чтобы защитить нас в пустыне и указать нам путь. Об этом сказано (Бемидбар, 10:34): «И облако Господне было над ними днем при отправлении их из стана». Облака Славы выражали любовь Всевышнего к Своему народу, ведь Он не только кормил сынов Израиля манной и куропатками и поил водой из сопровождавшего их колодца все сорок лет скитания по пустыне, но и простер над ними Свою Шхину, осенив их Облаками Славы, чтобы защитить их (см. комментарий Рамбана к Ваикра, 23:43). Говорят наши мудрецы: «Семь Облаков Славы сопровождали Израиль… По одному с каждой из четырех сторон света, одно сверху, одно снизу, и одно – спереди, которое прокладывало им путь» (Мехильта де-Рашби к Шмот, 13:21; Мидраш Сифрей, разд. Беѓаалотха, 83). И еще сказали мудрецы: в награду за то, что сыны Израиля сорок лет шли за Всевышним по пустыне, по «земле незасеянной», Он простер над ними Облака Славы (см. Зоѓар, ч. 3, 103, 2).

Облако выражает как раскрытие, так и сокрытие. С одной стороны, оно символизирует раскрытие Шхины (Божественного присутствия) в мире, а с другой – прикрывает и затеняет Божественный свет, чтобы мы могли воспринять и усвоить его постепенно, без того, чтобы он ослеплял нас. Именно так Всевышний раскрывается перед нами: Он озаряет нас Своим светом, а поскольку мы не в состоянии постичь и вобрать в себя столь великий свет, Он прикрывает его завесой, и тогда свет поступает к нам в той степени, в которой мы способны его воспринять. Это подобно солнечной энергии, поступающей в мир, – поскольку мы не способны усвоить ее в полном объеме, Всевышний создал атмосферу, чтобы защитить нас от мощного солнечного излучения. Намек на это можно увидеть в стихе (Теѓилим, 84:12): «Ибо солнце и щит – Господь Бог, милость и славу дает Господь, не лишает блага ходящих в непорочности, Господь Цеваот!» (см. Танья, Врата единства и веры, гл. 4).

Покрытие сукки (схах) тоже намекает на это. Оно защищает нас от палящих солнечных лучей, но не заслоняет от нас солнечный свет полностью, чтобы мы могли им наслаждаться. Так и в духовном аспекте: схах защищает нас от слишком мощного сияния Божественного «окружающего света» (ор макиф)[1], раскрывающегося в мире в Суккот, и дает нам возможность воспринять этот свет в той степени, которая соответствует нашим возможностям (см. ниже, гл. 7).


[1]. В книге Зоѓар сказано, что Божественный свет «наполняет все миры и окружает все миры». В каббале Аризаля «наполняющий свет» называется «внутренним светом» (ор пними), а для передачи понятия «окружающий свет» используется термин ор макиф (прим. пер.).

05. Практический смысл заповеди сукки

Помимо того, о чем мы говорили в предыдущем пункте, – что, по мнению рабби Акивы, заповедь сукки установлена в память о шалашах, в которых сыны Израиля жили в пустыне, а по мнению рабби Элиэзера, в память об Облаках Славы, – эта заповедь также призвана напомнить нам об Исходе из Египта, о чем сказано (Ваикра, 23:43): «Дабы знали поколения ваши, что в кущах поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш». Более того, все субботы и праздники тоже служат напоминанием об Исходе, как говорится в тексте кидуша и молитв. Значение Исхода огромно, ведь во время него раскрылась избранность Израиля – Всевышний показал всему миру, что избрал нас, чтобы быть Его народом, и поэтому вывел нас из египетского рабства на свободу, а в более глубоком смысле – освободил наш дух от рабства материи, ведь Египет был царством материальности, и когда мы вышли оттуда, наш дух освободился от ее оков, и мы стали истинно свободными людьми, а это было необходимо для того, чтобы мы могли принять Тору (см. «Жемчужины Ѓалахи», Песах, гл. 1, п. 3).

Однако, казалось бы, если заповедь сукки установлена в память об Исходе из Египта, ее следует исполнять весной, в то время, когда произошел Исход. Но тогда было бы незаметно, что мы живем в сукке ради исполнения заповеди, поскольку весной многие люди строят себе шалаши для удовольствия. Поэтому нам было заповедано жить в сукке осенью, чтобы не возникало никакого сомнения в том, что мы делаем это ради исполнения заповеди (см. Тур, Орах хаим, 625).

Практический закон соответствует мнению рабби Элиэзера, поэтому, находясь в сукке, мы должны помнить о том, что эта заповедь установлена в память об Облаках Славы (см. Шульхан арух, 625, 1). Поздние законоучители (Маген Авраѓам, Шульхан арух ѓа-рав, При мегадим, Мишна брура, 1) добавляют: во время исполнения этой заповеди мы должны помнить также о том, что она установлена и в память об Исходе из Египта. А некоторые авторитеты (рабейну Хананэль, Турей заѓав) объясняют, что именно это имел в виду рабби Акива: сидя в сукке, мы должны помнить о шалашах, которые построили себе сыны Израиля во время Исхода. Таким образом, если, сидя в сукке, мы помним про Облака Славы и Исход, то на практике исполняем заповедь согласно обоим мнениям.

И хотя смысл этой заповеди объясняется в Торе открытым текстом: «Дабы знали поколения ваши, что в кущах поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш» (Ваикра, 23:43), – тем не менее, если человек, сидя в сукке, забыл подумать о том, что эта заповедь призвана напомнить нам об Облаках Славы и Исходе из Египта, то постфактум (бедиавад) она все равно считается исполненной, при условии, что, сидя в сукке, человек намеревался исполнить заповедь Всевышнего (так пишут При мегадим и Мишна брура, 625, 1. Ниже, в гл. 3, п. 3, объясняется, что таков закон даже в первый вечер Суккота).

06. Временное жилище

Святой, благословен Он, хотел оказать нам милость и потому избрал нас из всех народов, вывел из рабства на свободу и дал нам Святую Землю, широкую и благодатную, текущую молоком и медом, – чтобы мы исполняли в ней заповеди Торы, строили дома и сажали деревья, питались ее плодами и насыщались ее благодатью, и наша жизнь в ней была проникнута святостью, пока Божественность не раскроется во всей своей полноте, в духовности и материальности, во всех сферах нашего существования. Однако при этом нам грозит величайшая опасность: благополучная жизнь в прочных и удобных домах и обильный урожай, собираемый с полей и из садов в течение целого года, могут наполнить наши сердца гордыней, и мы забудем Господа, Бога нашего, и миссию, ради которой Он вывел нас из Египта. И тогда грехи наши умножатся настолько, что в конце концов мы будем изгнаны из этой благодатной земли и станем скитаться среди других народов, выращивать плоды для них и приумножать их богатства. От этого нас предостерегает Тора (Дварим, 8:11-19): «Берегись, чтобы ты не забыл Господа, Бога твоего, нарушая заповеди Его и законы Его, и уставы Его, которые Я заповедую тебе ныне. Может быть, когда будешь есть и насытишься, и дома хорошие построишь и будешь жить в них, и крупный и мелкий скот твой размножится, и серебра и золота у тебя будет много, и всего у тебя будет много, то надменным станет сердце твое, и забудешь Господа, Бога твоего, выведшего тебя из земли Египетской, из дома рабства, проведшего тебя по пустыне великой и страшной, где змеи, аспиды и скорпионы, где засуха и нет воды, источившего для тебя воду из скалы кремнистой, питавшего тебя в пустыне манной, которой не знали отцы твои, дабы смирить тебя и дабы испытать тебя, чтобы впоследствии сделать тебе добро, и скажешь ты в сердце своем: «Сила моя и крепость руки моей доставили мне богатство это», – то помни Господа, Бога твоего, ибо Он дает тебе силу приобретать богатство, дабы исполнить завет Свой, о котором Он клялся отцам твоим, как ныне. Но вот, если забудешь Господа, Бога твоего, и пойдешь вслед за чужими божествами, и будешь служить им и поклоняться им, то предостерегаю вас сегодня, что совершенно погибнете вы».

Вот почему в праздник сбора урожая, когда мы радуемся изобилию, которое вырастила наша земля, нам заповедано жить в сукке – временном, непрочном жилище. Это напоминает нам о бренности нашего существования в этом мире, и о тех днях, когда мы были рабами фараона в Египте, и о сорокалетнем скитании по пустыне, где мы жили в шалашах (на основе комментария Рашбама к Ваикра, 23:43).

Объясним эту мысль подробней: комфортное проживание в прочном доме может вызвать у человека неверное представление, будто бы стены и крыша его дома способны защитить его от любой беды. На самом же деле существование человека в этом мире бренно, и даже самый надежный и прочный дом не может защитить его от болезней, стихийных бедствий и войн. Однако даже если все эти несчастья минуют его и он мирно доживет до старости, все равно его жизнь рано или поздно подойдет к концу, и станет ясно, что его существование в этом мире было лишь временным. Но и в те годы, когда он удостоился спокойной жизни в собственном доме, защита исходила не от дома, а от Всевышнего. Тот, кто забывает об этом, живет во лжи. Он думает, что чем больше сил потратит на пустые и мимолетные дела этого мира, тем стабильней и благополучней будет его жизнь. Но на самом деле, чем больше он приблизит свое служение в этом мире к Источнику жизни, к вечным, непреходящим ценностям, тем более истинной и счастливой будет его жизнь, так как она будет исполнена смысла и подлинной радости (см. также п. 9, где говорится об обычае читать в Суккот свиток Коѓелет).

Всему этому нас учит праздник Суккот, во время которого мы покидаем свои добротные прочные дома и переселяемся в сукку. Вот почему сукка называется в книге Зоѓар «надежным кровом» (цила де-меѓейманута, букв. «тень веры»). И неслучайно время исполнения этой заповеди выпадает на осень, перед началом зимы, когда люди укрываются в своих домах, чтобы защититься от холода, ветра и дождя. Именно осенью нам заповедано жить в сукке, чтобы мы помнили, что истинный наш защитник – Всевышний, и никто иной. «Если Господь не созидает дома, напрасно трудятся строящие его; если Господь не стережет города, напрасно усердствует страж» (Теѓилим, 127:1).

Благодаря заповеди сукки, которая помогает нам приобщиться к вере, мы удостоимся того, что Всевышний осенит нас Своей Шхиной, и распространит над нами сукку мира Своего, и восставит нам на веки вечные упавшую сукку царя Давида[2] и Иерусалимский Храм. И будем мы жить в спокойствии и безопасности в земле благодатной, которую Всевышний обещал в наследие нашим праотцам и нам. Об этом сказано (Амос, 9:11-15): «В тот день подниму Я шалаш Давидов, который пал, и заделаю щели его, и восстановлю разрушенное, и отстрою его, как во дни древности […] а горы источать будут сок, и все холмы растают. И возвращу Я изгнанных народа Моего, Израиля, и отстроят они опустевшие города, и поселятся в них, и насадят виноградники, и будут пить вино их, и разведут сады, и будут есть плоды их. И насажу Я их на земле их, и не будут они больше вырваны из земли своей, которую Я дал им, – сказал Господь, твой Бог».


[2]. Метафора, обозначающая еврейское царство (прим. пер.).

07. Сукка – окружающий свет (ор макиф)

Заповедь сукки уникальна тем, что она освящает обыденную жизнь человека. Еда и питье, беседа и сон – поскольку все эти действия происходят в сукке, они возносятся на уровень святости и приобретают статус заповеди. На это намекают мудрецы Каббалы, говоря, что духовный свет заповеди сукки – это «окружающий свет» (ор макиф), и этим она отличается от большинства других заповедей, в том числе и заповеди четырех видов растений (арбаат ѓа-миним), соответствующих «внутреннему свету» (ор пними). Объясним эту мысль подробней.

Божественный свет, ниспосылаемый Всевышним в наш мир, бесконечно превосходит тот уровень, который мы способны постичь и воспринять. Поэтому Его свет разделяется на два вида: внутренний свет (ор пними) и окружающий свет (ор макиф). Внутренний свет – это более простая разновидность Божественного света, и его мы можем усвоить посредством разума и чувств, а свет, превосходящий этот уровень, становится «окружающим»: хотя мы не способны его воспринять, он окружает нас и дает нам духовную силу, которая оказывает решающее влияние на нашу жизнь.

С помощью внутреннего света мы способны освятить духовные аспекты нашей жизни, находящиеся на уровне нашего постижения. Он проявляется в изучении Торы и молитве, и вообще во всех заповедях, связанных со служением Всевышнему (бейн адам ла-Маком), поскольку эти заповеди приобщают человека к тому, что превыше обыденной жизни, и в них более заметна святость, раскрывающаяся в этом мире. Согласно подходу, соответствующему внутреннему свету, чем более духовно какое-либо явление, тем выше оно по уровню, и наоборот – чем больше оно связано с практическими сторонами материального мира, тем ниже уровень, на котором оно находится. На это намекают четыре вида растений, которые нам заповедано брать в Суккот: они предназначены исключительно для исполнения заповеди (см. ниже, гл. 4, п.п. 2-3).

С помощью же окружающего света, гораздо более возвышенного, мы способны исправить и вознести на более высокий духовный уровень также и материальные аспекты нашей повседневной жизни. Этот великий свет проявляется в мире, когда вера во Всевышнего и исполнение заповедей Торы озаряют материальную действительность: еду и питье, сон, семейную жизнь, отношения между людьми, работу и ремесло, торговлю и научные исследования. Главная миссия, возложенная на народ Израиля, заключается в том, чтобы раскрыть перед всем миром существование Бога Единого и Единственного на небесах и на земле и показать, что материальные аспекты действительности тоже неразрывно связаны со святостью. На это намекает заповедь сукки, раскрывающая перед нами скрытый смысл веры (см. Зоѓар, ч. 2, 186, 2). Ведь все, что мы делаем в сукке, освящается и приобретает статус заповеди.

Этим заповедь сукки похожа на заповедь заселения Земли Израиля. Обе эти заповеди «окружают» нас, мы входим в присущую им святость, благодаря чему даже самые обыденные наши действия освящаются. Виленский Гаон сказал (см. Коль ѓа-тор, 1, 7), что намек на это можно увидеть в стихе из книги Теѓилим (76:3): «И была в Шалеме куща Его, и в Сионе – обитель Его». Кроме того, как мы говорили, радость Суккота связана в основном с тем, что мы унаследовали Землю Израиля (как объясняет дон Ицхак Абарбанель в комментарии к Дварим, 16:13; см. выше, п. 2). Обе эти заповеди ярче всего показывают избранность народа Израиля, ведь эта избранность заключается главным образом в том, что Израиль раскрывает святость, заложенную в материальном мире (см. Вавилонский Талмуд, трактат Авода зара, 3б).

Кроме того, две эти заповеди отражают друг друга. Заповедь сукки установлена в память об Облаках Славы, в которых Шхина являлась сынам Израиля в пустыне, о чем сказано (Шмот, 16:10): «…и вот, Слава Господня явилась в облаке». О даровании Торы на горе Синай сказано (там же, 19:16): «И вот… облако густое на горе». О явлении Всевышнего Моше сказано (там же, 34:5): «И сошел Господь в облаке, и стал там близ него». В пустыне Шхина являлась нам в густом облаке потому, что мы еще не вошли в Землю Израиля, где все связано со святостью. А после того как мы вошли в Святую Землю, на нас возлагается миссия раскрыть в ней Божественное присутствие (Шхину), чтобы она осеняла все деяния рук наших. Однако практическая деятельность в Земле Израиля может привести к тому, что мы забудем об изначальном намерении – раскрытии святости. Поэтому Всевышний и дал нам праздник Суккот, чтобы мы всегда помнили про Облака Славы и Божественное присутствие и не забывали о предназначении еврейского народа: обнаружить святость, сокрытую в повседневной действительности.

Благодаря раскрытию святости Земли Израиля и праздника Суккот мир удостоится полного исправления, о чем сказано (Йешаяѓу, 11:9): «Не будут делать зла и не будут губить на всей Моей святой горе, ибо полна будет земля знанием Господа, как полно море водами». А это в свою очередь приведет к миру во всем мире, о чем сказано (там же, ст. 6): «И волк будет жить рядом с агнцем, и леопард будет лежать с козленком». Об этом говорится и в главе книги пророка Зхарьи, в которой идет речь об Избавлении и о празднике Суккот (14:9): «И будет Господь Царем на всей земле, в день тот будет Господь один [для всех], и имя Его – одно». Другие народы будут восходить вместе с нами в Иерусалим и праздновать Суккот, и даже на предметах, казалось бы, далеких от святости, – например, колокольчиках коней, – будет начертано: «Святыня Господу» (см. там же, ст. 20).

08. Радость праздника Суккот – единство и мир

Хотя радоваться нам заповедано в каждый праздник, о чем сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой», – тем не менее, Суккоту присуща особая радость. Поэтому Тора учит нас, что в праздники существует заповедь радости, именно на примере Суккота. Об этом сказано (там же, ст. 13-15): «Праздник кущей совершай у себя семь дней, когда уберешь с гумна твоего и из давильни твоей. И радуйся в праздник твой, ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих. Семь дней празднуй Господу, Богу твоему, на месте, которое изберет Господь, ибо благословит тебя Господь, Бог твой, во всех произведениях твоих и во всяком деле рук твоих, и будешь ты только радоваться». Также сказано (Ваикра, 23:39-40): «Но в пятнадцатый день седьмого месяца, когда вы собираете плоды земли, празднуйте праздник Господень семь дней […] и радуйтесь пред Господом, Богом вашим, семь дней».

Говорят наши мудрецы, что в связи с Песахом радость не упоминается, потому что в этот праздник на Небесах выносится приговор об урожае, и еще неизвестно, будет ли урожай обильным. Кроме того, во время Исхода из Египта погибло много египтян, поэтому радость не может быть полной и безоговорочной. Что же касается Шавуота, то в связи с этим праздником радость упомянута в Торе только один раз: «И совершай праздник седмиц Господу, Богу твоему […] И радуйся пред Господом, Богом твоим» (Дварим, 16:10-11). В Шавуот мы уже знаем, что урожай злаковых взошел, и радуемся этому, но все еще беспокоимся по поводу будущего урожая других культур. В связи с Рош ѓа-Шана радость тоже не упоминается, потому что это день Высшего суда для всех творений, живущих в мире. А в Суккот, когда мы уже собрали урожай злаковых и фруктов, а также завершили процесс покаяния и искупления грехов, наша радость достигает полноты, поэтому в стихах, говорящих об этом празднике, радость упоминается трижды (см. Псикта де-рав Каѓане, Суккот; Бейт Йосеф, Орах хаим, 490, 4; Мишна брура, 7).

Таким образом, утроенная радость Суккота – это празднество в честь окончания года и сбора урожая, материального и духовного, урожая злаковых и фруктов, а также «урожая» благих деяний, совершенных нами в течение года. И этот сбор урожая происходит в атмосфере духовной и нравственной чистоты, ведь незадолго до этого мы завершили цикл покаяния и искупления грехов (как объяснялось выше, в п. 2). Заповедь четырех видов растений (арбаат ѓа-миним) тоже выражает радость сбора урожая, материального и духовного (см. выше, п. 3). И благодаря всему этому мы возносимся и приближаемся к Источнику жизни, и собираемся вместе, чтобы радоваться перед Всевышним, Богом нашим. А сукка, которая окружает человека со всех сторон, олицетворяет собой «сбор урожая» благих дел, совершенных нами за весь прошедший год, – все они сливаются в единое целое, окружающее нас со всех сторон, сверху и снизу Божественным светом.

Благодаря «сбору урожая» совершенного нами добра во всех его аспектах и на всех уровнях, даже если на первый взгляд кажется, что они противоречат друг другу, Всевышний распростирает над нами сукку мира Своего, и народ Израиля становится единым и сплоченным. Пока каждая наша заслуга стоит обособленно от других, в народе нет единства. Но в Праздник урожая, когда все заслуги сливаются в единое целое, народ объединяется. Именно об этом сказали наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, трактат Сукка, 27б): «Достойны все евреи сидеть вместе в одной сукке». Подобно этому, четыре вида растений (арбаат ѓа-миним) намекают на четыре вида евреев, которые объединяются в Суккот (см. ниже, гл. 4, п.п. 2-3).

Благодаря частичной целостности, которую мы достигаем в Суккот в этом мире, мы удостоимся и целостности Мира грядущего. В связи с этим сказали наши мудрецы: «О всяком, кто исполняет заповедь сукки в этом мире, Святой, благословен Он, говорит: он исполнил заповедь сукки в этом мире – Я распространю нам ним Мою сень и защищу его от палящих солнечных лучей дня грядущего» (Псикта де-рав Каѓане, Суккот). Именно об этом сказали наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, трактат Авода зара, 3б): «Геѓином в Мире грядущем заключается лишь в том, что Святой, благословен Он, вынимает солнце из футляра и дает ему разгореться. Грешников оно наказывает, а праведников исцеляет. Грешников оно наказывает, ибо сказано (Малахи, 3:19): «Ибо вот приходит день тот, пылающий, как печь; и станут все надменные и все творящие преступление, как солома, и спалит их день грядущий тот, сказал Господь Цеваот, так что не оставит им ни корня, ни ветви». Праведников исцеляет, ибо сказано (там же, ст. 20): «И засияет вам, боящиеся Имени Моего, солнце спасения, и исцеление – в крыльях его, и выйдете, и умножитесь, как откормленные тельцы в стойлах»».

Сказали мудрецы, что заповеди, которые мы исполняем в этом мире, превращаются в Мире грядущем в «одеяния», с помощью которых мы воспринимаем великий Божественный свет, сияющий там (см. Зоѓар, ч. 2, 210, 1). А сукка выражает подобную же идею в этом мире, поскольку она является для нас одновременно и заповедью, и защитой, и благодаря ей мы становимся способны воспринять Божественный свет согласно нашим возможностям (см. выше, конец п. 4).

09. Свиток Коѓелет

Широко распространен обычай читать в Суккот свиток Коѓелет (см. трактат Софрим, 14, 1), потому что он учит нас истинной радости, а это нам крайне необходимо, ведь человек, по природе своей, склонен радоваться вещам пустым и суетным. Он думает, что чем богаче будет, чем больше будет у него роскошных домов, красивой одежды, вкусной еды, дорогих напитков, ухоженных садов, слуг и служанок, тем радостней станет его жизнь. Однако на самом деле все перечисленное – не более чем инструмент для достижения истинной цели, то есть более высоких духовных уровней, глубокой веры и праведных качеств души. Если же главным становится материальное богатство, то человек забывает о своей внутренней сущности и нравственных ценностях, отрывается от Источника жизни, и это вызывает у него чувство опустошенности и лишает всякой радости.

В этом и заключается смысл Суккота: мы радуемся истинной радостью собранному за весь год урожаю. Достичь этой радости нам помогает осознание того, что все собранное нами было ниспослано нам Божьей милостью. Всевышний дал нам это благо, чтобы мы укрепились в вере и соблюдении нравственных принципов, и у нас были желание и возможность помогать людям и совершенствовать мир. Покидая удобные дома и переселяясь в сукку – непрочное временное жилище, место святости и исполнения заповеди, – мы заново постигаем самые основы нашей веры и осознаем, что дом и другая собственность являются всего лишь инструментами для претворения в жизнь Божественных идеалов.

Эту идею и отражает свиток Коѓелет, в котором говорится, что ум, богатство, красота и все прочие ценности этого мира есть суета сует, и поистине важно только одно: «Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом – вся [суть] человека» (Коѓелет, 12:13). Я слышал интересное объяснение этого стиха: «суета» – это ноль, а богобоязненность соответствует числу один, так как она – первое и самое важное качество для человека (см. Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 31б). Когда богобоязненность стоит на первом месте, а ум присоединяется к ней, то единица, благодаря тому что к ней приставили ноль, превращается в десятку; вместе с богатством это число уже превращается в сотню, вместе с красотой – в тысячу, и так далее, если присоединить к богобоязненности все, что люди ценят в этом мире. Но если во главе не стоит богобоязненность, то все эти ценности остаются равными нулю (это объяснение приводил мой дядя рав Авраѓам Ремер, благословенна память праведника).

Кроме того, свиток Коѓелет учит нас, что радость, не связанная с исполнением какой-либо заповеди или с нравственными ценностями, является неподобающей, и о ней сказано (Коѓелет, 2:2): «О смехе сказал я: он безумен, а о веселии: что проку в нем?», тогда как о радости, связанной с исполнением заповеди, сказано (там же, 8:15): «И восхвалял я радость, ибо нет лучшего для человека под солнцем, чем есть, и пить, и веселиться, и да последует это за трудами дней его жизни, которые дал ему Бог под солнцем». Сказали наши мудрецы: «Шхина не осеняет человека, ни когда он пребывает в печали, ни когда им овладевает леность, ни когда он предается пустому веселью и легкомыслию, ни когда он занят пустопорожней болтовней о предметах суетных, а лишь тогда, когда он охвачен радостью от исполнения заповеди» (трактат Шабат, 30б).

В некоторых ашкеназских общинах принято читать Коѓелет по свитку, написанному чернилами на пергаменте, и перед чтением произносить благословения: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, Который освятил нас заповедями Своими и заповедал нам читать свиток» и: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, даровавший нам жизнь, поддерживавший нас и позволивший нам дожить до этого времени!» (ше-ѓехеяну). В честности, такой обычай соблюдают ученики Виленского Гаона. Однако в большинстве ашкеназских общин не принято произносить благословения перед чтением свитка Коѓелет в Суккот и строго следить за тем, чтобы читать Коѓелет по свитку, написанному на пергаменте (см. Рама, 490, 9; Мишна брура, 19; «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 2, п. 10).

Согласно ашкеназскому обычаю, Коѓелет читают во время утренней молитвы в субботу, выпадающую на Суккот, перед чтением Торы. А в большинстве сефардских общин не принято читать Коѓелет в Суккот. По йеменскому же обычаю одну часть свитка Коѓелет читают перед минхой в субботу, а другую – в последний праздничный день после Суккота (йом тов; см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, там же).

10. «Радость черпания воды» (симхат бейт ѓа-шоэва)

Во времена Храма в холь ѓа-моэд Суккот во внешнем храмовом дворе устраивали большое празднество, сопровождавшееся музыкой и танцами. Сказали наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, трактат Сукка, 51а): «Кто не видел «радости черпания воды», во все дни жизни своей не видел настоящей радости». Празднество начиналось после принесения ежедневной жертвы тамид в сумерки и продолжалось всю ночь. Перед восходом солнца специальный глашатай объявлял, что настало время исполнить заповедь. Два коѓена, стоящие у верхних ворот Храма, трубили в серебряные трубы согласно порядку ткиа-труа-ткиа[3] и, сопровождаемые всем народом, начинали спускаться вниз по ступеням Храма. Дойдя до десятой ступени, они снова трубили ткиа-труа-ткиа; дойдя до женского придела Храма (эзрат нашим), вновь повторяли этот порядок трубления; а затем трубили непрерывно, пока не достигали ворот, ведущих с нижнего двора (азара) на Храмовую гору и выходящих на восток. Оттуда все шествие продолжало двигаться вниз, к источнику Шилоах, чтобы черпать оттуда воду для возлияния на жертвенник во время принесения утренней ежедневной жертвы тамид (см. трактат Сукка, 51б). Возвращаясь в Храм, шествие проходило через Водные ворота, и коѓены вновь трубили в серебряные трубы ткиа-труа-ткиа. Все трубление предназначалось для того, чтобы умножить радость. Об этом сказано (Йешаяѓу, 12:3): «И с радостью будете вы черпать воду из источников спасения» (см. трактат Сукка, 48а-б). В честь этого празднество называется «Радостью черпания воды». И еще говорят наши мудрецы, что благодаря радости от исполнения этой заповеди величайшие авторитеты еврейского народа удостаивались пророчества, и это является еще одним объяснением названия празднества «радость черпания» – «ибо оттуда черпали пророчество» (Иерусалимский Талмуд, трактат Сукка, 5, 1).

«Радость черпания воды» зиждется на двух основах: на радости, присущей празднику Суккот, и на радости особой заповеди возлияния воды на жертвенник, исполнявшейся только в Суккот. В течение всего года во время принесения любых жертв, как общественных, так и личных, на жертвенник возливали вино. И только в Суккот, во время принесения утренней ежедневной жертвы тамид, исполнялась особая заповедь: на жертвенник вместе с вином возливали и воду. Для этого наполняли два сосуда, один вином, а другой водой, принесенной из источника Шилоах. Жидкость из обоих сосудов возливали на жертвенник, откуда она стекала в шитин – особые щели в земной поверхности, созданные в шесть дней Творения и проникающие в самую глубь земли. При строительстве Храма жертвенник соорудили именно над ними, оставив узкий проем между самим жертвенником и пандусом, чтобы можно было возливать воду в шитин (см. трактат Сукка, 49а). Шитин были созданы главным образом ради исполнения этой важной заповеди, чтобы вода, возливаемая на жертвенник, проникала до самых основ, на которых покоится земля. Что же касается возлияния вина во время принесения всех остальных жертв, то для этого было достаточно возливать вино только на сам жертвенник (см. комментарий Маѓарша к трактату Сукка, 50б).

Возлияние воды выражает особый смысл Суккота, ведь в дни этого праздника в мире раскрывается святость, сокрытая в естественной действительности. Именно поэтому пребывание в сукке превращает любое наше обыденное действие, такое как еда или сон, в заповедь. Подобно тому, в течение всего года на жертвенник во время принесения жертв возливали только вино, поскольку, как правило, святость раскрывается посредством особого духовного возвышения, на которое намекает вино; а в Суккот, после того как мы отметили все предшествующие ему праздники, завершили цикл покаяния и собрали урожай за весь год, святость раскрывается и через обыденную жизнь, которую символизирует вода. И тогда мы достигаем особой, сильной и полной радости, охватывающей все сферы нашей жизни.

И еще сказали мудрецы, что в Суккот выносится приговор о дожде, и благодаря заповеди возлияния воды мы удостаиваемся изобильных и благодатных дождей (см. Вавилонский Талмуд, трактат Рош ѓа-Шана, 16а). Следует знать, что вода олицетворяет собой великую Божественную милость, дающую жизнь всему живому: траве и деревьям, земным и древесным плодам, рыбам и птицам, диким и домашним животным, Израилю и всем другим народам мира. В обычные дни мы не достойны того, чтобы вознестись на высокий духовный уровень, соответствующий этой милости, но в Суккот, после завершения цикла всех праздников и покаяния, мы удостаиваемся святого права возливать воду на жертвенник, тем самым приобщаясь к основе существования мира и раскрывая врата благословения для всего живущего. Вот почему заповедь черпания воды сопровождалось столь великой радостью.


[3]. Ткиа – непрерывный протяжный звук, труа – прерывистый звук. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Дни трепета, гл. 4, п. 1 (прим. пер.).

11. Как проходило празднество в Храме

В храмовом дворе устанавливали большие золотые светильники на столбах высотой в 50 локтей[4]. К каждому светильнику были приставлены четыре молодых коѓена (пирхей кеѓуна). Они поднимались по лестницам, чтобы наполнить светильники маслом и зажечь их в честь наступающего празднества, которое должно было продолжаться всю ночь. Фитили для этих светильников изготавливались из поношенных штанов коѓенов. Светильники распространяли далеко вокруг себя яркий свет, озарявший все дворы Иерусалима (см. трактат Сукка, 51а).

Празднество проходило в женском приделе (эзрат нашим), то есть во внешнем дворе Храма. На пятнадцати ступенях, ведущих от мужского придела к женскому, стояли музыканты и играли на различных музыкальных инструментах: флейтах, скрипках, арфах, трубах, кимвалах (см. трактат Сукка, 51б). Большинство музыкантов были левитами, но к ним присоединялись и музыканты-исраэлиты.

Люди праведные и благочестивые плясали, держа в руках зажженные факелы. Они подбрасывали факелы вверх и ловили их. Некоторые умели жонглировать четырьмя факелами, а некоторые даже восемью. При этом они не заботились о собственном почете, а, подобно царю Давиду, плясавшему изо всех сил перед Ковчегом Господним (см. Шмуэль 2, 6:16), плясали, прыгали и скакали в честь заповеди черпания воды. Рассказывали, что раббан Шимон бен Гамлиэль (который был наси, то есть главой народа Израиля) на празднестве симхат бейт ѓа-шоэва жонглировал восемью факелами с золотыми рукоятками, и ни один из них не касался в воздухе другого. И, склоняясь в глубоком поклоне, он упирался в землю большими пальцами рук и целовал пол храмового двора, а затем тотчас же распрямлялся. Во время празднества все уста пели славословия и восхваляли Господа. Люди праведные и благочестивые говорили: «Благословенна юность наша, что не опозорила нашу старость», а люди, раскаявшиеся в своих грехах, говорили: «Благословенна старость наша, искупившая грехи юности». И те и другие говорили: «Благословен тот, кто не согрешил, а тот, кто согрешил, раскается в содеянном и будет прощен». И тогда, исполнившись великой радости, мудрецы Израиля удостаивались пророчества. Говорили, что благодаря «радости черпания воды» дух святости снизошел на пророка Йону, и он удостоился пророчества (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 53, 1; Иерусалимский Талмуд, гл. 5, ѓалахот 1 и 4).

На празднестве в честь черпания воды перед народом плясали не простые люди и невежды, а лишь величайшие мудрецы Израиля, главы ешив, члены Санѓедрина, а также люди, известные своим благочестием и праведностью. А весь народ, мужчины и женщины, приходили смотреть на пляски и слушать прекрасную музыку (см. Рамбам, Законы лулава, 8, 14). И, можно предположить, что, наблюдая за плясками, они тоже подпевали и пританцовывали.

Сначала женщины стояли в самом женском приделе, а мужчины – чуть поодаль, на площади Храмовой горы. Однако мудрецы заметили, что мужчины и женщины смешивались друг с другом и вели себя легкомысленно. Поэтому мудрецы постановили, что перед очередным празднеством следует соорудить вокруг женского придела трибуны, на которых будут располагаться женщины, а мужчины будут стоять внизу, под трибунами. Пляски же будут проходить в центре храмового двора (см. трактат Сукка, 51б).

Рабби Йеѓошуа бен Хананья, который был левитом и играл на музыкальных инструментах во время принесения жертв, свидетельствовал, что во все дни холь ѓа-моэд Суккот музыканты не спали на кроватях. Утром они играли и пели во время принесения ежедневной утренней жертвы (тамид), затем читали утреннюю молитву, вновь играли и пели во время принесения дополнительных праздничных жертв (мусаф), после чего читали молитву мусаф. После этого они шли в дом учения и до полудня изучали Тору. Затем садились за праздничную трапезу, оттуда шли читать послеполуденную молитву минха, после нее пели и играли на музыкальных инструментах во время принесения ежедневной жертвы в сумерки, а сразу после этого начиналось празднество в честь черпания воды, продолжавшееся до восхода. Поэтому, когда музыканты уставали, они дремали на плече друг у друга (см. трактат Сукка, 53а).


[4]. Локоть (ивр. ама) – древняя мера длины, равная по разным мнениям от 43 до 57.6 см (прим. пер.).

12. «Радость черпания воды» в наши дни

В народе Израиля распространен обычай устраивать празднества по вечерам в дни холь ѓа-моэд Суккот, в память о празднестве «радости черпания воды» в Храме. Любое веселье в дни праздника – это заповедь, о чем сказано (Дварим, 16:14): «И веселись в праздник твой». А «радость черпания воды» – дополнительная заповедь, поскольку таким образом мы вспоминаем о празднестве, проводившемся в Храме, и тем самым приближаем построение Третьего Храма (см. трактат Сукка, 41а).

Особое распространение этот обычай получил в последние столетия, после того как евреи стали возвращаться в Землю Израиля, и перед нами засиял свет Избавления. Сначала празднества в честь симхат бейт ѓа-шоэва стали устраивать в Земле Израиля, а оттуда обычай распространился и в общины диаспоры. Рабби Хаим бен Атар (Ор ѓа-Хаим) писал в своем послании из Иерусалима в 1743 г.: «В холь ѓа-моэд мы устроили празднество симхат бейт ѓа-шоэва, в один из вечеров я зажигал факелы. Было великое веселье». В других местах рассказывается, что люди плясали в хороводе с факелами в руках. Хасиды, приехавшие в Землю Израиля из Европы, рассказывали, что устроили подобное празднество в Цфате, где плясали под звук барабанов и зажигали факелы.

Рабби Йеѓосеф Шварц (ум. в 1865 г.) в письме к своему брату описывал празднества, проходившие в Иерусалиме. Он писал, что в синагоге Каѓаль Цион даже поставили специальную машину, которая во время празднества выбрасывала вверх струи воды. А рав Оренштейн (возглавлявший хасидский раввинский суд в Иерусалиме начиная с 1873 г.) писал, что Садагурские хасиды, приехавшие жить в Иерусалим, нанимали нееврейских музыкантов, чтобы те играли каждый вечер в холь ѓа-моэд Суккот на празднествах в честь «радости черпания воды». Однако в ашкеназских общинах не было принято зажигать факелы.

Рабби Хаим Абулафия вынес постановление, чтобы в синагогах Измира устраивали празднества в память о «радости черпания воды» в Храме, зажигали множество свечей и около двух часов играли на музыкальных инструментах, и самые праведные и уважаемые люди общины плясали, как это было в Храме. Рабби Авраѓам-Хаим Адади, раввин Триполи, писал, что, согласно обычаю, учрежденному в общине посланником из Иерусалима, по вечерам в холь ѓа-моэд Суккот устраивали празднества, на которых в течение двух-трех часов люди плясали, играли на музыкальных инструментах и веселились, а староста общины (габай) раздавал присутствующим свечи, и, прежде чем зажечь свечу, каждый из присутствующих кланялся перед ковчегом, в котором лежат свитки Торы. Ѓалахические авторитеты разрешают даже скорбящему играть на музыкальных инструментах во время празднества, посвященного «радости черпания воды», так как это веселье, связанное с исполнением заповеди, и память о Храме. А в некоторых общинах на празднестве в честь «радости черпания воды» было принято петь песнопения Дней трепета.

И хотя нет обязанности устраивать празднество в честь «радости черпания воды», в этом есть аспект заповеди. Особенно желательно, чтобы в этом празднестве участвовали люди, которые все равно не заняты изучением Торы, чтобы они не тратили время на пустопорожние занятия.

Существует обычай перед началом празднества читать пятнадцать псалмов, начинающихся словами «Песнь ступеней» (Теѓилим, 120-134). Как известно, они приумножают в мире воду и благословение. Этот обычай основан на словах мудрецов (в трактате Сукка, 53а-б) о том, что когда царь Давид открыл шитин, чтобы возлить в них воду из источника Шилоах, подземные воды стали подниматься и грозили затопить всю землю. Давид повелел написать на глиняном черепке Святое Имя и положить черепок на отверстие шитин. Тогда все воды мира ушли на глубину шестнадцати тысяч локтей, и мир остался без воды и иссох. Давид произнес пятнадцать псалмов, начинающихся словами «Песнь ступеней», и с каждым псалмом воды поднимались на тысячу локтей, и влажность возвратилась в мир.

13. Израиль и народы мира

Праздник Суккот уникален еще и тем, что все семьдесят народов мира тоже имеют к нему отношение. Говорят наши мудрецы (в трактате Сукка, 55б), что семьдесят быков, которых нам заповедано принести за семь дней Суккота в дополнительную искупительную жертву, соответствуют семидесяти народам мира. Как мы уже говорили (в п. 7), Суккот раскрывает перед нами, что не существует такой сферы действительности, которая не была бы связана со святостью. Поэтому в Суккот в мире проявляется добрая и праведная сущность народов мира. Однако эти жертвы приносятся в особом порядке: в первый день Суккота приносят в жертву тринадцать быков, во второй – двенадцать, и так далее, пока в седьмой день праздника число быков не достигает семи (см. Бемидбар, 29:12-34). Этот порядок жертвоприношений намекает на то, что внутренняя сущность народов мира праведна в своей основе, однако в действительности они часто совершают тяжкие грехи, поэтому необходимо отделить добро от зла. И благодаря тому, что число жертвенных быков ежедневно уменьшается, силы зла постепенно сходят на нет, и в последний день в жертву приносят семь быков, а число семь выражает раскрытие святости в материальном мире, сотворенном за семь дней (см. рав Авраѓам-Ицхак Кук, Эйн айя, Шабат, ч. 1, 2, 7).

Кроме того, в книге пророка Зхарьи говорится, что в грядущем Суккот станет своеобразным испытанием для народов мира. Каждый человек, который взойдет в Иерусалим, чтобы поклониться Всевышнему и отпраздновать вместе с народом Израиля этот праздник, удостоится великого благословения. Вот что говорит об этом Зхарья (14:16-19): «И будет каждый оставшийся из всех народов тех, приходивших в Иерусалим, подниматься из года в год, чтобы поклониться Царю, Господу Цеваоту, и праздновать праздник Суккот. И будет: то из племен земли, которое не поднимется в Иерусалим, чтобы поклониться Царю, Господу Цеваоту, – не будет над ними дождя. И если племя египетское не поднимется и не придет, то не будет у них [разлива Нила]; будет поражение, которым поразит Господь народы, которые не взойдут праздновать праздник Суккот. Это будет наказание Египту и наказание всем народам, которые не взойдут праздновать праздник Суккот».

Наши взаимоотношения с народами мира довольно сложны, потому что на протяжении нашей долгой истории они часто поступали с нами грешно и жестоко. Однако изначально мы относимся к ним дружественно. Сказали мудрецы (трактат Сукка, 55б): «Горе народам мира, которые сами не понимают, что они утратили! Когда существовал Храм, жертвенник искупал их грехи, а теперь – кто искупит их?». И еще говорится (Мидраш Бемидбар раба, 21, 24): «Сказал Израиль: Властитель мира! Ведь мы приносим в жертву ради них семьдесят быков! Они должны были бы любить нас, но они нас ненавидят, ибо сказано (Теѓилим, 109:4): «За любовь мою они ненавидят меня, а я – молюсь!»».

В книге Зоѓар во многих местах объясняется, что из любви к другим народам мы приносим в жертву ради них семьдесят быков, чтобы умножить для них изобилие и благословение (см. Зоѓар, ч. 1, 221, 1; ч. 3, 256, 1). Если же они ненавидят нас, то благодаря тому, что мы приносим ради них жертвы и от этого они удостаиваются изобилия, они заняты этим изобилием и не причиняют нам страданий (см. там же, ч. 1, 64, 1; ч. 2, 187, 1). Однако, поскольку они неблагодарны и испытывают к нам лютую ненависть, изобилие, которое они получают от нас, в конце концов обращается им во зло. Об этом сказано (Мишлей, 25:21-22): «Если голоден враг твой, накорми его хлебом, и если он жаждет, напои его водою. Ибо горящие угли собираешь ты на голову его, и Господь воздаст тебе» (см. Зоѓар, ч. 3, 259, 1; 24, 1-2).

Когда мы принимаем на себя ответственность за весь мир, наша избранность раскрывается еще глубже. Это выражает праздник Шмини Ацерет, в который мы соединяемся со Святым, благословен Он, в великой любви, существующей между Ним и нами. Поэтому в Шмини Ацерет мы приносим в праздничную жертву всего одного быка. Наши мудрецы говорят об этом (трактат Сукка, 55б): «Один-единственный бык (в Шмини Ацерет) – почему? В честь одного-единственного народа. Это можно объяснить притчей о царе из плоти и крови, который повелел слугам приготовить для него большой пир, а в последний день пира попросил своего возлюбленного друга: приготовь для меня небольшую трапезу, чтобы я насладился ею вместе с тобой» (см. ниже, гл. 7, п. 2).

14. Обычай ушпизин

Как мы говорили в другом месте («Жемчужины Ѓалахи», Праздники, упомянутые в Торе, гл. 1, п. 11), существует заповедь Торы приглашать на трапезу в праздник бедных и одиноких людей, чтобы они тоже приняли участие в праздничном веселье. Об этом сказано (Дварим, 16:14): «И веселись в праздник твой, ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих». Это и есть ушпизин (гости), которых нам заповедано приглашать в сукку. Основываясь на этой заповеди Торы, в книге Зоѓар мудрецы пишут, что в сукку следует приглашать и «высших (небесных) гостей», то есть души семерых праведников: Авраѓама, Ицхака, Яакова, Йосефа, Моше, Аѓарона и Давида, свет которых сияет в Суккот особенно ярко. В каждый из дней Суккота свет одного из этих праведников сияет ярче всего, поэтому он входит в сукку первым, сопровождаемый остальными шестью праведниками.

В книге Зоѓар (разд. Эмор, ч. 3, 103, 2 – 104, 1) также рассказывается, что рав Ѓамнуна-дед, входя в сукку, преисполнялся радости и говорил, стоя внутри сукки у входа: «Садитесь, небесные гости, садитесь! Садитесь, гости веры, садитесь!». Затем он возводил руки к небу и восклицал с особой радостью: «Счастливы мы, счастлив народ Израиля, сидящий в сукке! Всякий, у кого есть доля в этом святом народе и этой святой земле, восседает под сенью веры и воспринимает свет семи праведников, гостящих в сукке, дабы радоваться в этом мире и в Мире грядущем».

Вместе с тем, человек не должен забывать, что на него возложена заповедь радовать в праздник бедняков, ведь часть души семи праведников, приглашенных в сукку, принадлежит им. А если он восседает в сукке под сенью веры и приглашает высших гостей, гостей веры, но не отдает часть их души бедным, то праведники встают из-за его стола, поскольку не подобает гостить у скупого хозяина, о чем сказано (Мишлей, 23:6-7): «Не вкушай хлеба недоброжелателя и не возжелай яств его. Ибо как он думает в душе своей, таков он и есть: «Ешь и пей!» – скажет он тебе, а сердце его не с тобою». Выходит, что стол, накрытый им к трапезе, принадлежит ему самому, а не Всевышнему. О таком человеке сказано (Малахи, 2:3): «…и раскидаю помет на лица ваши, помет праздничных [жертв] ваших». Горе тому человеку, когда гости веры встают из-за его стола. Когда наш праотец Авраѓам, который все дни жизни своей стоял на перепутье, чтобы пригласить к себе в дом гостей и угостить их трапезой, видит, что хозяин дома, накрывший стол, не отдал бедным полагающуюся им долю, он встает и говорит: «Отойдите от шатров нечестивых людей этих» (Бемидбар, 16:26). И все другие высшие гости уходят вслед за ним. При этом наш праотец Ицхак говорит: «Праведный ест досыта, а чрево нечестивых оскудевает» (Мишлей, 13:25). Наш праотец Яаков говорит: «Кусок твой, который ты съел, изблюешь» (там же, 23:8). И все остальные праведники говорят: «Ибо все столы полны блевотиной, испражнениями; нет [чистого] места» (Йешаяѓу, 28:8).

И еще сказано в книге Зоѓар, там же: пусть человек не говорит: «Сначала я сам наемся и напьюсь, а оставшееся отдам бедным. Нет, прежде всего он должен накормить бедных. И если он поступает по закону, веселит и насыщает бедных, то Святой, благословен Он, радуется вместе с ним. Наш праотец Авраѓам говорит этому человеку: «Наслаждаться будешь в Господе, и Я возведу тебя на высоты земли» (Йешаяѓу, 58:14). И все остальные праведники произносят для него стихи благословения, согласно приведенному в книге Зоѓар. Счастлив человек, который удостаивается всего этого.

Необходимо добавить, что эту заповедь исполняет и тот, кто перед праздником жертвует для бедных сумму, подобающую ему согласно его доходам, поскольку тем самым он обеспечивает для бедных праздничное веселье. И тем не менее, лучшим исполнением заповеди считается, если человек приглашает бедных к себе в сукку. В нашем поколении эту заповедь следует соблюдать с особой тщательностью, потому что, с одной стороны, стало меньше голодных, но с другой стороны, увеличилось количество людей одиноких и несчастных, поэтому тот, кто приглашает их к себе в сукку, исполняет великую заповедь.

Во многих молитвенниках приводится текст приглашения в сукку ушпизин (высших гостей) в каждый из дней праздника. Наиболее распространенный порядок таков: Авраѓам, Ицхак, Яаков, Моше, Аѓарон, Йосеф и Давид. Этому обычаю следуют в сефардских и хасидских общинах (см. Каф ѓа-хаим, 639, 8). А согласно ашкеназскому обычаю, порядок приглашения ушпизин таков: Авраѓам, Ицхак, Яаков, Йосеф, Моше, Аѓарон и Давид (см. молитвенник автора Шней лухот ѓа-брит). Существует обычай в каждый из дней праздника рассказывать что-либо о «высшем госте» этого дня. Согласно другому обычаю, человек, названный именем сегодняшнего высшего гостя, устраивает в этот вечер у себя в сукке празднество, на котором угощает своих гостей праздничными блюдами и вином. На это празднество приглашают людей, глубоко сведущих в Торе, чтобы они произнесли перед присутствующими слова Торы.

Содержание

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]