Глава 08 — Некоторые законы кашрута на Песах

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]

01. «Обогащенная маца» (маца ашира) – изделия из теста, замешанного на фруктовом соке или другой жидкости, имеющей вкус

Квасное, запрещенное в Песах Торой, состоит из муки и воды. Если же тесто было замешано на фруктовом соке, оно не считается квасным, даже если его оставили бродить целый день. Это объясняется тем, что брожение такого теста отличается от брожения запрещенного Торой квасного. К категории, к которой принадлежит фруктовый сок, относятся также: вино, жидкий мед, молоко, масло и яйца. Фруктовый сок – это любой сок, выжатый из фруктов, например, яблочный или клубничный. И поскольку жидкости, относящиеся к данной категории, лишены способности к заквашиванию, в Песах разрешено замешивать на них тесто, печь его и употреблять в пищу. Однако с помощью получившегося таким образом продукта невозможно исполнить заповедь мацы в первую ночь Песаха, так как Тора называет мацу «хлебом бедности», а маца, замешанная на фруктовом соке, называется «обогащенной», потому что она имеет дополнительный вкус, помимо вкуса муки и воды.

Если же фруктовый сок смешался даже с небольшим количеством воды, то тесто, замешанное на такой жидкости, может закваситься. Более того, многие авторитеты считают, что тесто, замешанное на фруктовом соке с водой, заквашивается быстрее. Поэтому, для того чтобы избежать опасения, что тесто заквасилось, мудрецы запретили в Песах замешивать тесто на фруктовом соке, смешанном с водой (см. Шульхан арух, 462, 1-3).

Согласно ашкеназскому обычаю, в Песах запрещено есть изделия из теста, замешанного на муке и фруктовом соке, поскольку существует опасение, что в сок попала вода и тесто заквасилось. Кроме того, принято учитывать мнение Раши, который не согласен с большинством ранних законоучителей и считает, что даже чистый фруктовый сок, без примеси воды, способен заквасить тесто таким образом, что это будет нарушением запрета мудрецов (дерабанан). И хотя по сути закона можно было бы последовать менее строгому толкованию, соответствующему мнению подавляющего большинства авторитетов, тем не менее, ашкеназский обычай опирается на более строгое толкование, и этот порядок не следует менять. И только ради нужд больного или старика, которым это необходимо, допускается придерживаться менее строгого толкования закона (см. Рама, 462, 4). В наши дни многие сефардские авторитеты тоже следуют более строгому толкованию, поскольку выяснилось, что на предприятиях, где производятся изделия из теста, замешанного на фруктовом соке, в сок обычно добавляют воду и другие вещества, и возникает серьезное опасение, что «обогащенная маца» заквасилась и есть ее в Песах запрещено[1].


[1]. В связи со сказанным в тексте возникают два вопроса: может ли закваситься тесто, замешанное на фруктовом соке, и если фруктовый сок смешался с водой и тесто может закваситься, разрешается ли месить его, соблюдая осторожность, чтобы предотвратить заквашивание. Ответ на первый вопрос приводится в Берур Ѓалаха к трактату Псахим, 35а: «Фруктовый сок не заквашивает тесто». По мнению Раши и его последователей, тесто, замешанное на муке и фруктовом соке, может закваситься, однако такое тесто будет иметь статус хамец нукше (см. выше, гл. 2, п. 5) – то есть будет запрещено в Песах согласно постановлению мудрецов. В отличие от них, большинство ранних законоучителей считает, что мука, смешанная с фруктовым соком, никогда не заквашивается, но, если туда попала вода, такое тесто может закваситься. Существует полемика по поводу степени этой закваски. По мнению Рамбама, это хамец в чистом виде (хамец гамур), а по мнению рабейну Тама – хамец нукше. При мегадим пишет, что если в тесте больше воды, чем фруктового сока, то все авторитеты согласны, что это хамец в чистом виде (см. Биур Ѓалаха, 462, 2, со слова мемаѓарим). Ответ на второй вопрос содержится в Берур Ѓалаха к трактату Псахим, 36а, в комментарии к барайте, в которой излагается полемика танаев по поводу того, разрешено ли есть в Песах «обогащенную мацу». Риф и Рамбам считают, что практический закон соответствует мнению рабби Акивы, согласно которому в Песах разрешено замешивать тесто из муки, фруктового сока и воды, однако необходимо строго следить за тем, чтобы тесто не заквасилось, как следят за тестом, замешанным только из муки и воды. Того же мнения придерживаются рав Натронай гаон и Ѓа-Меири. В отличие от них, многие другие авторитеты полагают, что в Песах нельзя замешивать тесто из муки, фруктового сока и воды, потому что оно очень быстро заквашивается, и спорят, каков закон постфактум (бедиавад). По мнению рава Ѓая гаона и автора Ѓалахот гдолот, практический закон соответствует словам раббана Гамлиэля, и если человек замесил такое тесто в Песах, он должен его сжечь. А рабейну Хананэль, рабби Ицхак бен Гиат и Рош считают, что практических закон соответствует словам мудрецов, и если человек может испечь такое тесто очень быстро, его разрешено есть в Песах. И так постановляет Шульхан арух, 462, 2.

По ашкеназскому обычаю принято придерживаться более строгого толкования закона, учитывая подход Раши и его последователей, считающих, что заквашивается даже тесто, замешанное только на фруктовом соке. Ашкеназский обычай также продиктован опасением, что фруктовый сок смешается с водой. Какие именно жидкости считаются водой, а какие – фруктовым соком, объясняется в Шульхан арух, п.п. 462, 3, 7 и в п. 466. Что же касается сефардского обычая, то уже много лет назад рав Мордехай Элияѓу, благословенна память праведника, выступил против разрешения есть в Песах «обогащенную мацу», исходя из опасения, что на предприятиях по производству изделий из такого теста фруктовый сок смешивают с водой или с другими веществами, ѓалахический статус которых равноценен статусу воды, – например, с закваской (закваску следует запретить еще и потому, что ее эффект схож с эффектом брожения теста, как объясняется в Вавилонском Талмуде, в трактате Псахим, 28а, и в комментарии рабби Моше Халавы). Со временем стало ясно, что опасения рава Мордехая Элияѓу полностью оправданны и фруктовый сок на самом деле смешивают с водой, а иногда и с закваской. Тем не менее, некоторые авторитеты все равно придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона, поскольку считают, что подобная закваска не вызывает брожения теста запрещенным в Песах образом. И так написано в Ябиа омер, 9, 42. И все же многие авторитеты считают, что есть «обогащенную мацу» в Песах запрещено если не Торой, то постановлением мудрецов, и сефардам тоже запрещается есть в Песах изделия из такого теста, изготовленные промышленным образом.

02. Не бывает заквашивания после выпечки; закон в отношении «моченой мацы» (маца шруя)

После того как маца полностью испеклась, мука утратила способность к заквашиванию, и даже если мацу замочить в воде на долгое время, она не заквасится. Признаком того, что маца пропеклась полностью, является затвердевшая поверхность, а если сломать испеченную мацу, из нее не будут тянуться нити непропеченного теста. Поэтому в Песах разрешено крошить мацу в суп, а если старый или больной человек не могут есть во время Пасхального седера сухую мацу, им разрешено размочить ее в воде, чтобы она стала мягкой (см. Шульхан арух, 461, 4; и см. ниже, гл. 16, п. 29). Подобно тому, если размолоть испеченную мацу, то полученную муку разрешено смешивать с водой, и нет опасения, что смесь заквасится, поскольку хорошо пропеченное тесто не может закваситься вторично (см. Шульхан арух, 463, 3). Таким образом, в Песах можно испечь пирог из пяти видов злаков или приготовить любое другое блюдо, используя мацовую муку (например, кнейдлах или фаршированную рыбу).

Однако некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и говорят, что в Песах не следует замачивать мацу в воде из опасения, что в тесте, из которого сделана маца, осталось немного непропеченной муки, и если замочить мацу в воде, эта мука заквасится. Кроме того, они опасаются, что после выпечки к маце могло прилипнуть немного муки, которая также может закваситься, если маца намокнет. Что же касается мацовой муки, то в связи с ней приводится еще один довод в пользу более строгого толкования закона: невежды могут добавить в пасхальные блюда обычную муку вместо мацовой и таким образом нарушить запрет на квасное в Песах. Обычая не есть в Песах «моченую мацу» придерживались хасиды, ученики Бааль-Шем-Това.

Однако на практике почти все авторитеты согласны, что нет необходимости следовать в этом вопросе более строгому толкованию закона, так как тесто для мацы, как правило, замешивают очень тщательно, и в маце не остается незамешанной и непропеченной муки. Такого обычая придерживаются сефарды, а также ашкеназы, не принадлежащие к хасидским общинам. Но и среди выходцев из хасидских семей в наши дни некоторые отказываются от хасидского обычая, поскольку сегодня принято выпекать тонкую мацу, поэтому больше нет опасения, что в маце может остаться непропеченная мука. Также не нужно опасаться, что к испеченной маце прилипла мука, потому что при выпечке мацы строго следят за тем, чтобы мука стояла далеко от мацы, извлекаемой из печи. А в Мишна брура (458, 4) сказано, что хотя, по сути закона, нет нужды учитывать упомянутые опасения и в Песах разрешено есть «моченую мацу», все же не следует относиться пренебрежительно к тем праведным людям, которые соблюдают обычай, соответствующий более строгому толкованию закона[2].


[2]. В барайте в трактате Псахим, 39б, говорится: «Вот виды пищи, которые не заквашиваются: то, что уже было испечено…» Так пишет Рамбам в «Законах квасного и мацы», 5, 5, и это мнение является общепринятым среди ранних законоучителей. Признаком того, что маца полностью пропеклась, является то, что она затвердела, а если ее сломать, из нее не будут тянуться нити неиспеченного теста. Оба этих признака указывают на то, что маца полностью пропеклась, как объясняется в Мишна брура (461, 15) и Шаар ѓа-циюн (23). В Шульхан арух ѓа-рав (463, 3) также сказано, что не бывает заквашивания после выпечки и в Песах разрешено варить пищу, содержащую мацовую муку; однако в ответах в конце Шульхан арух ѓа-рав (6) говорится: это верно при условии, что маца полностью пропеклась, но может возникнуть опасение, что не вся мука, содержащаяся в ней, испеклась как следует; к тому же, случается, что на готовую мацу налипает свежая мука. В конце там подводится итог: не следует осуждать тех, кто придерживается в этом вопросе менее строгого толкования закона, поскольку им есть на чье мнение положиться, а тот, кто придерживается более строгого толкования, достоин за это особого благословения. Что же касается мацовой муки, то в Кнесет ѓа-гдола (461) приводится рассказ о том, как однажды в Песах одна женщина увидела, как ее соседка, праведница и жена раввина, использует во время готовки мацовую муку, и подумала, что та пользовалась обычной мукой. Услышав об этом, мудрецы города постановили, что в Песах запрещено пользоваться мацовой мукой, чтобы люди по ошибке не подумали, что это обычная мука, и не нарушили запрет на квасное (и см. Тур, 463). Однако При хадаш и многие другие поздние законоучители не согласны с этим мнением, и это приводится в Мишна брура, 458, 4. А в Маасе рав Виленского Гаона (183) сказано, что в Песах разрешено делать тефтели из мацовой муки. В Каф ѓа-хаим (461, 31) автор упоминает подход поздних законоучителей и подводит итог: «Там, где это принято, это разрешено, потому что им есть на чье мнение положиться; а где не принято, там следует придерживаться более строгого толкования закона», а затем добавляет: «Что же касается тонких хлебцев, то в их отношении опасаться нечего». А современная маца и есть «тонкие хлебцы». В Яхаве даат (1, 21) тоже говорится, что в этом вопросе можно придерживаться менее строгого толкования закона даже изначально (лехатхила), а также написано, что если человек привык следовать в этом более строгому толкованию, поскольку думал, что закон именно таков, то он вправе сменить обычай на менее строгий, не проходя церемонию освобождения от обета (ѓатарат недарим), потому что он делал это по ошибке. Если же он следовал более строгому толкованию закона потому, что стремился исполнить хасидский обычай, а теперь хочет отказаться от этого, то ему желательно пройти освобождение от обета в присутствии трех человек, поскольку, принимая на себя этот обычай, он не сказал: «Обещаю, но не клянусь» (бли недер).

На практике, многие выходцы из хасидских семей в наши дни не соблюдают запрет на маца шруя. Это объясняется, главным образом, тем, что сегодня принято выпекать очень тонкую мацу, а современные духовки работают на очень высоких температурах. Тот, чей отец отказался от соблюдения более строгого обычая, не должен совершать церемонию освобождения от обета, несмотря на то, что он родился в хасидской семье. Если же отец соблюдал запрет на маца шруя, а сын хочет отказаться от этого, ему желательно пройти освобождение от обета, прежде убедившись, что отец не воспримет это как знак неуважения.

Детали соблюдения запрета на маца шруя: те, кто придерживается этого запрета, следуют в этом вопросе менее строгому толкованию закона, когда это касается нужд больного человека или маленького ребенка. За пределами Земли Израиля принято есть тефтели из мацовой муки (кнейдлах) в последний день праздника, чтобы показать, что речь не идет о строгом запрете; при этом тефтели готовят в холь ѓа-моэд. Однако принято следить за тем, чтобы в дни Песаха не есть из посуды, в которой находилась маца шруя или пища, содержащая мацовую муку. Что же касается замачивания мацы во фруктовом соке, то в ответах, приводимых в конце Шульхан арух ѓа-рав (6), написано, что в этом отношении не следует придерживаться более строгого толкования закона. Поэтому принято замачивать мацу в вине и намазывать на нее масло и тому подобные продукты. Таков общепринятый обычай, хотя отдельные авторитеты указывают, что и от этого следует воздерживаться.

03. Общие правила кашрута на Песах; сефардский и ашкеназский обычаи

Существует два основных подхода к вопросу кашрута на Песах. Согласно мнению большинства авторитетов, законы, связанные с запретом квасного в Песах, тождественны всем другим законам в отношении запрещенной пищи, с единственной разницей: любая запрещенная пища, смешавшаяся с разрешенной, аннулируется, если ее доля в смеси не превышает одной шестидесятой (батель бе-шишим), тогда как на квасное в Песах это правило не распространяется. Все остальные законы, связанные с запрещенной пищей, которая смешалась с разрешенной, относятся и к квасному, поэтому в любом случае, когда, согласно Ѓалахе, нет оснований опасаться, что пасхальная пища впитала вкус квасного, она кошерна на Песах. Кроме того, если один законоучитель толкует закон более строго, а подавляющее большинство придерживается менее строгого толкования, то практический закон соответствует мнению большинства.

Тем не менее, в ашкеназских общинах было распространено крайне строгое толкование закона во всем, что касается запрета на квасное в Песах. Даже когда один-единственный законоучитель толкует закон, относящийся к этому запрету, строже, чем все остальные, его мнение нередко учитывается. И даже в случаях, когда по законам Ѓалахи нет оснований опасаться нарушения запрета, в отношении запрета на квасное в Песах авторитеты все равно часто выражают опасение. И хотя даже согласно ашкеназскому обычаю опасения и запреты не безграничны, и авторитеты избегают установления излишних запретов, – все же общая тенденция, без всякого сомнения, состоит во множестве опасений и очень строгом толковании закона. Это служит логическим продолжением постановления мудрецов, запретивших в Песах квасное даже в самых ничтожных количествах (бе-машеѓу). И подобно тому, как одна-единственная крошка квасного делает запрещенной всю пищу, в которую она попала, – так и мнение одного-единственного авторитета должно быть учтено.

В этом заключается суть различия между подходом Шульхан арух, следующего общепринятым принципам Ѓалахи, и подходом Рама, который изначально (лехатхила) учитывает мнение авторитетов, придерживающихся более строгого толкования закона. И все же, в случаях крайней необходимости Рама также следует подходу Шульхан арух и придерживается менее строгого толкования, потому что практический закон по сути своей всегда соответствует мнению большинства авторитетов[3].

Как правило, в сефардских общинах принят обычай Шульхан арух, а в ашкеназских – обычай Рама. Однако некоторые сефардские раввины тоже склонялись к более строгому толкованию закона, и их постановления были приняты в части сефардских общин[4].


[3]. Упомяну здесь вкратце основные положения спора между Шульхан арух и Рама. 1) В п. 447, 4, по поводу полемики ранних законоучителей о том, «пробуждается» ли квасное после начала Песаха, Шульхан арух выносит практическое постановление, что квасное не «пробуждается». Его постановление соответствует менее строгому толкованию закона потому, что здесь речь идет о сомнении, возникающем в связи с постановлением мудрецов (дерабанан), а в таком случае, как известно, следует придерживаться менее строгого толкования. Между тем, Рама следует более строгому толкованию, если смесь с квасным была сухой. Он говорит, что сухой хамец «пробуждается» после наступления Песаха. Что же касается смеси жидкостей, то в этом отношении Рама придерживается менее строгого толкования закона и утверждает, что в такой смеси хамец не «пробуждается». 2) В п. 445, 7, речь идет о пище, не предназначенной специально для Песаха, однако не имеющей признаков квасного. По мнению Шульхан арух, такая пища кошерна на Песах, а по мнению Рама, некошерна. 3) В п. 447, 10, говорится о том, что хамец с испорченным вкусом (таам ли-фгам) смешался до Песаха с пищей, кошерной на Песах. По мнению Шульхан арух, такая смесь остается кошерной на Песах, что соответствует мнению большинства авторитетов. Кроме того, поскольку речь идет о сомнении, возникающем по поводу постановления мудрецов (сафек дерабанан), в данном случае следует придерживаться менее строгого толкования закона. А по обычаю Рама есть такую смесь в Песах и извлекать из нее пользу запрещено. 4) В п. 451, 6, сказано, что при кошеровании посуды к Песаху в кипящей воде по мнению Шульхан арух следует учитывать, как пользуются этой посудой в течение всего года в большинстве случаев, а по мнению Рама – как ею пользовались в случаях, когда она больше всего впитывала вкус содержащейся в ней пищи. Например, если ложкой весь год обычно пользуются для того, чтобы есть суп из тарелки, то есть второго сосуда (кли шени), но иногда ею помешивают пищу, стоящую на огне в первом сосуде (кли ришон), то, по мнению Шульхан арух, при кошеровании к Песаху эту ложку достаточно окунуть в кипяток во втором сосуде, а по мнению Рама, ее необходимо окунуть в первый сосуд. 5) В п. 451, 11, говорится о кошеровании сковороды к Песаху. По мнению Шульхан арух, ее достаточно окунуть в кипяток, а по мнению Рама, изначально (лехатхила) ее необходимо подвергнуть легкому прокаливанию. 6) В п. 451, 16-17, идет речь о кошеровании к Песаху ступы для квасного и посуды, в которой замешивают тесто. По мнению Шульхан арух достаточно окунуть их в кипяток, а по мнению Рама необходимо легкое прокаливание. 7) В п. 453, 1, где говорится об известном обычае, связанном с употреблением в пищу китнийот в Песах. 8) В п. 462, 1, говорится про «обогащенную мацу» (маца ашира), то есть изделиях из теста, замешанного на фруктовом соке. По мнению Шульхан арух, такая выпечка кошерна на Песах, а согласно подходу Рама рассматривается опасение, что в сок попала вода и тесто заквасилось. Там же, п. 4, Рама пишет, что в данном вопросе разрешено придерживаться менее строгого толкования закона только в случае крайней необходимости, ради нужд больного. 9) В п. 467, 9, говорится, что если в кастрюле с вареной пищей, кошерной на Песах, были найдены целые, нелопнувшие зерна пшеницы или другого запрещенного злака, то, по мнению Шульхан арух, пища в кастрюле остается кошерной на Песах, а по мнению Рама, есть ее и извлекать из нее пользу в Песах запрещено. 10) В п. 467, 10 (а также в п. 447, 1) сказано, что если в кастрюле с вареной пищей, кошерной на Песах, были найдены лопнувшие зерна пшеницы или другого запрещенного злака, то, по мнению Рама, необходимо сжечь все содержимое кастрюли, а по мнению Шульхан арух, пищу можно продать инородцу, кроме самих зерен. 11) Согласно хасидскому обычаю, в Песах запрещено есть «моченую мацу» (маца шруя).

[4]. Некоторые сефарды придерживаются в вопросах Песаха более строгого толкования закона, соответствующего мнению Рама, как объясняется в Каф ѓа-хаим, 447, п.п. 76, 78, 119. Сефардские авторитеты говорят, что в случае сомнения чаще всего было принято выносить постановление согласно мнению Рама. В сефардских общинах говорили: «В вопросах Песаха мы ашкеназы». С другой стороны, даже согласно подходу Рама в случае крайней необходимости следует придерживаться менее строгого толкования закона, в соответствии с мнением Шульхан арух.

04. Общие правила наблюдения за кошерностью пасхальной пищи

В связи с законами кашрута на Песах возникает принципиальный вопрос: каков статус пищи, которая в течение всего года обычно не содержит хамец? Можно ли считать ее кошерной на Песах без всякого дополнительного наблюдения, или же следует опасаться, что в нее каким-то образом попал хамец, и поэтому ее запрещено есть в Песах без специального наблюдения?

Согласно подходу Шульхан арух, пока не возникнет реальное подозрение, что в пищу попал хамец или она впитала его вкус, так как ее варили в посуде, в которой в тот же день готовили хамец, нет необходимости опасаться, что эта пища содержит хамец.

Рама же пишет в отношении некоторых видов пищи, что, согласно ашкеназскому обычаю, изначально (лехатхила) в Песах нужно следовать более строгому толкованию закона и воздерживаться от них, если они не подверглись специальному наблюдению, призванному удостовериться, что они кошерны на Песах. Это объясняется тем, что в течение всего года хамец находится везде, и мы не следим за тем, чтобы он не попадал в пищу. Поэтому возникает опасение, что он мог случайно попасть в любой продукт и в любое блюдо; к тому же, мы можем невзначай воспользоваться посудой, впитавшей вкус квасного.

На практике, в наши дни все организации, выдающие сертификаты кошерности, склоняются к более строгому толкованию закона, соответствующему подходу Рама. Они не выдадут сертификат кошерности на Песах, если при изготовлении продукта производители не следили за тем, чтобы туда не попал хамец. Вполне возможно, что сегодня это необходимо даже согласно подходу Шульхан арух, потому что продукты, изготовленные промышленным способом, состоят из множества компонентов, и возникает опасение, что некоторые из этих компонентов не кошерны на Песах. Поэтому в Песах следует воздерживаться от продуктов питания, изготовленных на предприятии, не имеющем сертификата кошерности на Песах.

Тем не менее, в случаях, когда не возникает никакого сомнения, практические постановления согласно подходам Шульхан арух и Рама будут нередко отличаться друг от друга. И хотя практический закон в своей основе соответствует мнению Шульхан арух, в наши дни существует тенденция придерживаться более строгого толкования, чтобы продукты были кошерны на Песах согласно всем мнениям. Так и нужно поступать в случаях, когда более строгому толкованию можно следовать, не прилагая особых усилий. Но если это приводит к существенным убыткам, то в подобных случаях желательно поддерживать тех, кто поступает согласно подходу Шульхан арух[5].


[5]. В основе данной полемики лежит вопрос, «пробуждается» ли хамец после наступления Песаха. Авторитеты, которые придерживаются более строгого толкования закона, опасаются, что в пищу попала крошка квасного, и в Песах это квасное «пробудится», из-за чего вся пища станет запрещенной. Так пишет Рама (447, 4), опираясь на мнения некоторых ранних ашкеназских законоучителей. То же самое пишет и Радбаз (1, 487). Однако согласно подходу тех авторитетов, которые утверждают, что хамец не «пробуждается», даже если в пищу и попала крошка квасного, она аннулировалась перед Песахом, потому что доля квасного в этой смеси не превышает одной шестидесятой (батель бе-шишим), и больше это квасное не «пробудится». Но даже согласно более строгому подходу, по которому хамец «пробуждается», существует возможность истолковать закон менее строго, если считать напрасным опасение, что в пищу могла попасть крошка квасного. И так пишет При хадаш. К тому же, все авторитеты согласны, что запрет на квасное даже в самым ничтожных количествах (бе-машеѓу) – это постановление мудрецов. А по мнению Шеильтот, и в Песах хамец аннулируется, если его доля в смеси не превышает одной шестидесятой.

Но возникает еще одно опасение: что пища была приготовлена в посуде, впитавшей вкус квасного, который передался и самой этой пище. Однако авторитеты, придерживающиеся менее строгого толкования закона, говорят, что и это опасение необоснованно, так как, вполне возможно, прошло больше двадцати четырех часов с тех пор, как в этой посуде готовили квасное, и тогда вкус квасного, впитавшийся в стенки посуды, уже считается испорченным (таам ли-фгам). Но даже если еще не прошло двадцати четырех часов с тех пор, как в этой посуде готовили хамец, до Песаха хамец считается разрешенной пищей, и тогда он имеет статус пищи, давшей разрешенный вкус при вторичном впитывании (нотен таам бен нотен таам), а это не делает пищу запрещенной, как объясняется в Яхаве даат, 1, 11, и в примечании там же. Исход этой принципиальной полемики зависит также от других вопросов: например, от законов, связанных с острой пищей, и др. (см. Мишна брура, 447, 5).

05. Молоко животного, чей корм содержит хамец

Крупнейшие законоучители поздних поколений искали ответ на вопрос, каков закон в отношении молока, полученного от скота, чей корм содержит хамец. Разумеется, в самом молоке нет квасного, потому что животное его переварило, отчего форма квасного настолько изменилась, что оно больше не считается таковым. Тем не менее, животное способно давать молоко благодаря квасному, которым оно питается; значит, молоко возникло силой квасного, и возможно, что в Песах пользоваться этим молоком нельзя, поскольку запрещено извлекать из квасного какую-либо выгоду.

Что касается молока, выдоенного до того, как запрет на квасное вступил в силу, то в отношении него существует общепризнанный практический закон, согласно которому оно кошерно на Песах. Ведь до Песаха нет запрета извлекать выгоду из квасного, и подобно тому, как до начала праздника можно продать квасное и на вырученные деньги купить мацу, чтобы есть ее в Песах, так разрешено и скормить корове до начала праздника квасное, и благодаря этому корму у нее будет молоко, которое мы сможем пить в Песах.

Полемика законоучителей касается животных, принадлежащих неевреям. Эти животные едят квасное и после того, как вступает в силу запрет. Некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе наименее строгого толкования закона и считают, что поскольку скотине, принадлежащей нееврею, не запрещено есть квасное в Песах, не считается, что ее молоко возникло в результате нарушения запрета. Кроме того, возникновению у нее молока способствовало не только квасное, но и весь остальной корм, который она ела, а также физиологические процессы, происходящие в ее организме. И поскольку хамец был лишь одним из множества факторов, ее молоко не запрещено. Другие авторитеты толкуют закон более строго и говорят, что если съеденный животным хамец участвовал в образовании молока, то в Песах пить это молоко запрещено. Есть также мнение, что, если с тех пор как скотина ела хамец прошло двадцать четыре часа, ее молоко кошерно на Песах.

Если же скотина принадлежит еврею и ее накормили квасным в нарушение запрета, то в Песах от ее молока следует воздержаться, – во-первых, потому, что хозяину скотины запрещено извлекать выгоду из квасного, а во-вторых, потому, что не следует оказывать содействие евреям, нарушающим заповеди Торы. То же самое касается мяса и яиц[6].

В концерне «Тнува» (а возможно, и в некоторых других израильских компаниях) строго следят за тем, чтобы в Песах молоко поступало только из коровников, имеющих сертификат кошерности на Песах. Там коровам дают корм, абсолютно лишенный квасного. Таким образом, нет необходимости покупать все молочные продукты до начала праздника, поскольку продукты, изготовленные в праздник, тоже кошерны на Песах без всякого сомнения[7].


[6]. Молоко образуется под воздействием двух факторов: физиологических процессов, происходящих в организме животного, и потребляемого им корма. Если в Песах животному давали корм, содержащий хамец, то закон в отношении его молока определяется «принципом двух факторов», о котором спорили танаи (см. Вавилонский Талмуд, трактат Авода зара, 48б). С помощью этого принципа решают, каков статус предмета, возникшего под воздействием двух факторов, разрешенного и запрещенного. Шульхан арух (Йоре деа, 142, 11) выносит постановление, что такой предмет является разрешенным. Исходя из этого, молоко коровы, корм которой содержит хамец, кошерно на Песах.

Однако Маген Авраѓам (445, 5) пишет, что поскольку запрет на квасное очень строг, и в Песах оно запрещено даже в самых незначительных количествах (бе-машеѓу), – поэтому предмет, возникший согласно «принципу двух факторов», запрещен, если речь идет о квасном. Того же мнения придерживается Турей заѓав. Тем не менее, большинство авторитетов считает, что и в Песах такой предмет имеет статус разрешенного. Таково мнение Шульхан арух, Сифтей коѓен и Виленского Гаона. А Шульхан арух ѓа-рав (445, 10 и в Кунтрес ахарон) подводит итог: большинство авторитетов считает, что в данном вопросе следует придерживаться менее строгого толкования закона. Он также выносит практическое постановление, согласно которому, если человеку грозят значительные убытки или в случае крайней необходимости можно положиться на мнение большинства авторитетов, толкующих закон менее строго. И так написано в Биур Ѓалаха, 445, 2.

Что же касается молока коровы, которая принадлежит нееврею и которую кормят квасным, то некоторые авторитеты полагают, что это молоко разрешено в Песах по всем мнениям. Это объясняется тем, что поскольку неевреям разрешено есть квасное в Песах, не считается, что это молоко возникло в результате нарушения запрета. В Игрот Моше (Орах хаим, 1, 147) подробно объясняется, что даже если нееврей кормит корову только квасным, ее молоко все равно разрешено в Песах, в том числе и тем, кто хочет соблюсти запрет на квасное со всей строгостью.

Тем не менее, При мегадим (Эшель Авраѓам, конец п. 448) выражает опасение, что тот, кто пьет такое молоко, тем самым извлекает выгоду из квасного. Он пишет, что этот вопрос требует дополнительного изучения, если корову подоили меньше чем через двадцать четыре часа после того, как она ела квасное; если же прошло более двадцати четырех часов, то молоко можно пить. Подобное этому пишет и Йешуот Яаков: что желательно использовать молоко, выдоенное по прошествии двадцати четырех часов; а если корову подоили раньше, но при этом ей давали не только квасное, но и другой корм, разрешенный в Песах, то ее молоко разрешено, так как здесь применятся «принцип двух факторов» (это мнение приводится в Мишна брура, 448, 33). Некоторые авторитеты, вынося практическое постановление, опираются на более строгое толкование закона: в Кицур Шульхан арух (117, 13) упоминаются оба мнения и подводится итог: «Берегущий душу свою пусть поступает согласно более строгому толкованию; и тем более, там, где это запрещается, ни в коем случае нельзя разрешить». А в Аругот босем (138) сказано, что человеку праведному подобает отстраниться от менее строгого толкования, хотя оно и разрешено, потому что это порождает в человеке дурную природу. Бен Иш Хай (шана ришона, разд. Цав, 42) пишет, что в Песах не следует пить молоко от скотины, принадлежащей нееврею, потому что существует опасение, что он давал ей квасное. Так пишет и рабби Хаим Паладжи в книге Руах хаим (448, 1).

Если скотина ела квасное до вступления в силу запрета, а подоили ее уже после того, как запрет вступил в силу, то, по мнению подавляющего большинства авторитетов, молоко кошерно на Песах. Тем не менее, некоторые люди придерживаются более строгого толкования закона и покупают все молочные продукты до Песаха. Об этом говорится подробно в Сдей хемедХамец и маца», 2, 4) и вкратце в Каф ѓа-хаим (448, 113).

[7]. Если в Песах еврей дал своей корове квасное, то, по мнению Нишмат адам, ее молоко все равно кошерно на Песах, и так написано в Игрот Моше (Орах хаим, 1, 147). Тем не менее, многие придерживаются в этом более строгого толкования закона, и не только из-за «принципа двух факторов» (см. предыдущее прим.), но и для того, чтобы не поддерживать еврея, нарушающего запреты Торы. На практике, как я слышал от рава Вайтмана, главного раввина концерна «Тнува», все молочные продукты этого концерна, изготовленные в Песах, производятся из молока коров, которым не дают квасное, поэтому их молоко кошерно на Песах согласно всем мнениям, и продукты, изготовленные из него, можно покупать и после начала праздника. Существовала еще одна проблема: коровы лежат на земле, к их телу прилипает солома и могут прилипнуть также зерна злаковых культур, а оттуда попасть в молоко. Если речь идет о молоке, производимом до Песаха, то даже в случае, что зерна попадут в молоко, их вкус аннулируется, потому что их доля в молоке не достигает одной шестидесятой. А поскольку это смесь жидкостей, то и по мнению Рама этот хамец не «пробудится» после наступления праздника (как объясняется в п. 447, 4). Если же зерна смешаются с молоком в Песах, их вкус не аннулируется. И хотя попадание зерен в молоко было под сомнением, тем не менее, с этой точки зрения было желательно покупать все молочные продукты до начала праздника, чтобы соблюсти запрет на квасное самым великолепным образом (ле-меѓадрин). Однако рав Вайтман сказал мне, что в последнее время в «Тнуве» процеживают молоко сквозь очень качественные фильтры сразу после дойки, поэтому в молоке не могут остаться зерна, которые передадут ему свой вкус. Таким образом, даже те, кто хочет соблюсти запрет на квасное самым великолепным образом, могут покупать молочные продукты концерна «Тнува» и после наступления праздника.

06. Мясо и яйца

Закон, применяемый к молоку, касается и мяса крупного и мелкого рогатого скота, а также птицы. Если животное было зарезано до Песаха, то его мясо полностью кошерно на Песах, даже если ему давали хамец. Однако возникает опасение, что в желудке животного могли остаться заквасившиеся зерна злаков, еще не успевшие перевариться. Поэтому содержимое желудка необходимо выбросить. Но если животное, принадлежащее нееврею, зарезали в Песах, а перед этим ему дали квасное, то авторитеты спорят, каков закон в отношении его мяса. Некоторые придерживаются более строгого толкования закона и запрещают его, другие разрешают. А если животное принадлежит еврею, и тот дал ему в Песах квасное, то верным решением будет воздержаться от покупки такого мяса.

На практике мясо, как правило, продается в закрытых упаковках, на которых должна быть печать с сертификатом кошерности на Песах. Даже если животное зарезали до Песаха, и поэтому его мясо разрешено и в случае, что его кормили квасным, все равно необходимо специальное наблюдение за кашрутом на Песах, чтобы убедиться, что на мясо не упало квасное с момента, как животное зарезали, и до того, как мясо было упаковано.

Тот же самый закон распространяется и на яйца. Если их купили до начала Песаха, и при этом кур кормили квасным, яйца без всякого сомнения кошерны на Песах, поскольку в том, что курам давали квасной корм, не было нарушения запрета. Но если кур кормили квасным после наступления праздника, и они принадлежат нееврею, то авторитеты спорят, можно ли есть в Песах их яйца. Если же куры, которых кормили квасным в Песах, принадлежат еврею, то верно будет воздержаться от покупки таких яиц, хотя некоторые авторитеты это разрешают. На практике, поскольку за яйцами, снесенными в Песах, нет наблюдения, те, кто стремится соблюсти запрет на квасное со всей строгостью (ле-меѓадрин), покупают яйца, снесенные до праздника[8].

Возникла также проблема, связанная с чернильной печатью, которую обычно ставят на яйца. Некоторые авторитеты опасались, что чернила содержат хамец, который может попасть в само яйцо при разбивании. Однако рав Вайтман говорил мне, что на все яйца, поступающие в концерн «Тнува» и прошедшие необходимые проверки на качество в отделе санитарного контроля Министерства сельского хозяйства (но не на контрабандные), ставят перед Песахом печать в виде нескольких звездочек, не содержащую квасного.


[8]. Хотя авторитеты, которые придерживаются менее строгого толкования закона, разрешают покупать яйца, снесенные в Песах, несмотря на то, что за ними нет наблюдения, на практике в Песах курам, как правило, не дают квасного. Таким образом, даже согласно подходу авторитетов, толкующих закон более строго, существует сомнение, запрещено ли есть эти яйца. Значит, речь идет о двойном сомнении, связанном с постановлением мудрецов.

07. Лекарства в Песах

Раввинам часто задают вопросы, связанные с использованием лекарств в Песах. Опасение по поводу лекарств состоит в том, что в таблетках и капсулах может содержаться пшеничный крахмал. Любой крахмал предназначен для того, чтобы придать капсуле форму и сделать ее твердой. Если речь идет о крахмале, полученном из картофеля или бобовых (относящихся к разряду китнийот), то очевидно, что лекарства, его содержащие, разрешены для использования в Песах. Даже ашкеназам, которые не едят китнийот в Песах, разрешено в медицинских целях глотать капсулы, состоящие из смеси, в которую входят китнийот. Вопрос в том, каков закон в случае, если крахмал получен из злаков, запрещенных в Песах? Необходимо также подчеркнуть, что если человеку, больному опасной болезнью, необходимо есть хамец, это для него заповедь, так как спасение жизни превыше запрета на хамец. Если же речь идет о больном, чья болезнь не угрожает его жизни, то в связи с лекарствами в Песах возникает вопрос.

Ответ на этот вопрос зависит от того, какой вкус имеет то или иное лекарство. Если лекарство имеет приятный вкус – как, например, сироп или сосательные таблетки, – то человек обязан выяснить, кошерно ли оно на Песах. Пока он не будет в этом уверен, принимать такое лекарство запрещено.

Если же лекарство горькое или безвкусное настолько, что не может считаться пригодным в пищу, его можно глотать в Песах. Даже если лекарство содержит пшеничный крахмал, он несъедобен, поскольку его смешали с другими веществами, обладающими горьким вкусом, и закон не рассматривает его как хамец. Ведь, как мы уже говорили, квасное, ставшее несъедобным даже для собаки до начала Песаха, больше не считается квасным, и его разрешено держать в доме в дни праздника. И нельзя утверждать, что если человек хочет проглотить лекарство в Песах, это якобы показывает, что он придает значение квасному, содержащемуся в лекарстве, – значение для него имеет не квасное, а само лекарство, а оно обладает горьким вкусом и потому несъедобно, из чего следует, что квасное, содержащееся в нем, аннулируется и не является запрещенным (см. Хазон Иш, 116, 8; Игрот Моше, Орах хаим, 2, 92).

Однако некоторые люди, стремясь соблюсти запрет на хамец наиболее строго, не принимают в Песах даже горькие лекарства, содержащие смесь, в которую входит хамец. Таким образом они учитывают мнение отдельных авторитетов, полагающих, что если мы придаем значение лекарству, то оно не считается несъедобным для собаки, поэтому, согласно постановлению мудрецов, глотать такое лекарство в Песах запрещено. Другие авторитеты разрешают глотать горькие лекарства, содержащие пшеничный крахмал, только тем больным, которые вынуждены лежать в кровати или у которых болит все тело, но не разрешают это тем, кто страдает лишь от легкого недомогания.

Но большинство авторитетов считает, что любому больному разрешено в Песах глотать горькое лекарство, содержащее пшеничный крахмал. Это допустимо, даже если человек испытывает легкую боль, а также для профилактики боли и укрепления организма.

На практике, если у человека возникает подозрение, что горькое или безвкусное лекарство содержит пшеничный крахмал, ему все равно разрешено глотать такие лекарства, и он не обязан проверять, содержат ли они хамец на самом деле. Ведь, как мы уже говорили, большинство авторитетов считает, что даже если лекарство наверняка содержит хамец, его все равно разрешено принимать в Песах, потому что до начала праздника хамец, в нем содержащийся, стал несъедобен даже для собаки. И даже если человек хочет учесть мнение авторитетов, которые придерживаются более строгого толкования закона, в этом нет необходимости, поскольку существует сомнение, на самом ли деле лекарство содержит хамец. Это тем более верно в наши дни, когда известно, что в большинстве лекарств содержится крахмал, полученный не из пшеницы, а из картофеля или бобовых (китнийот). Поэтому на практике в Песах разрешено принимать горькие или безвкусные лекарства, предназначенные для глотания, и нет нужды выяснять, содержат ли они хамец. Если же известно, что они содержат пшеничный крахмал, то каждый человек вправе решать сам, как ему поступить: согласно мнению большинства авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования закона, или согласно мнению меньшинства, толкующего закон более строго[9].


[9]. Хамец, ставший несъедобным даже для собаки до начала Песаха, больше не рассматривается законом как хамец, и, по мнению Ѓа-маор, Рана и других ранних законоучителей, его разрешено даже есть в Песах. В отличие от них, Рош, рабейну Йерухам и другие ранние законоучители считают, что есть его в Песах запрещено согласно постановлению мудрецов, потому что если человек ест такой хамец, тем самым он показывает, что считает его съедобным. Шульхан арух (442, 9) и Мишна брура (43) постановляют, что разрешено оставлять дома хамец, который до Песаха стал несъедобным даже для собаки, поскольку закон уже не рассматривает его как хамец, но запрещено его есть, поскольку тем самым человек показал бы, что придает ему значение. Таким образом, согласно подходу Ѓа-маора и Рана, совершенно очевидно, что в Песах разрешается глотать горькие лекарства, содержащие хамец. Но согласно подходу Роша и его последователей тоже нельзя сказать наверняка, что это запрещено, ведь поздние законоучители спорят: если человек глотает в качестве лекарства хамец, несъедобный даже для собаки, показывает ли он тем самым, что считает этот хамец съедобным? По мнению Шаагат арье (75), показывает, а по мнению Ктав софер (Орах хаим, 111), не показывает. Если же хамец составляет не основную часть лекарства, а только один из его ингредиентов, то, по мнению большинства поздних законоучителей, даже Рош признал бы, что если человек глотает горькое лекарство, содержащее хамец, он все равно не считает его съедобным. Так пишут Хазон Иш (116, 8), Игрот Моше (Орах хаим, 2, 92) и многие другие авторитеты.

Однако из сказанного в Шульхан арух ѓа-рав (442, 22) можно заключить, что автор выводит закон на примере древнего лекарственного снадобья под названием «териак» (см. выше, гл. 7, прим. 4). Он говорит, что даже в указанном случае запрещено принимать лекарство, содержащее хамец. Тем не менее, большинство авторитетов, придерживающихся менее строгого толкования закона, считает, что териак, предназначенный в пищу больным, отличается от современных лекарств, которые следует не употреблять в пищу, а глотать. Кроме того, даже когда крахмал изготавливали из пшеничной муки, это была, как правило, мука, не успевшая закваситься. Самое большее, она имела статус хамец нукше (см. выше, гл. 2, п. 5), то есть процесс ее закваски был прерван. Такой хамец запрещен лишь согласно постановлению мудрецов, и если он входит в состав горького лекарства, нет оснований придерживаться более строгого толкования закона. И все же отдельные авторитеты (например, Аругот ѓа-босем) и в этом вопросе склоняются к более строгому толкованию. Как мы уже говорили, некоторые авторитеты пишут, что хотя, по сути закона, принимать такое лекарство в Песах разрешено, тем не менее, у святого народа Израиля принято, чтобы даже горькие лекарства не содержали никакого квасного. Так пишет, к примеру, Циц Элиэзер (ч. 10, 25, 20). Однако другие авторитеты отмечают, что в наши дни большинство лекарств вообще не содержит квасного. Кроме того, как мы отмечали, подавляющее большинство авторитетов считает, что нет никакого запрета глотать в Песах горькое лекарство, в состав которого входит хамец, ставший до Песаха несъедобным даже для собаки; это разрешено даже в случае легкого недомогания.

08. Лимонная кислота

Лимонную кислоту используют как вкусовую добавку в составе соков, варенья, сладостей и других продуктов питания. В прошлом ее получали из лимонов и прочих фруктов, а сегодня ее изготовляют в промышленных масштабах, применяя для этого в качестве сырья пшеничную муку.

Авторитеты, разрешающие пользоваться лимонной кислотой в Песах, объясняют это так: хотя в начале процесса изготовления лимонной кислоты муку смешивают с водой, и существует вероятность, что мука заквасится, тем не менее, поскольку на более поздней стадии мука утрачивает свой изначальный вкус и вид и становится несъедобной даже для собаки, ее больше нельзя считать квасным. И поэтому в Песах разрешено употреблять в пищу продукты, содержащие лимонную кислоту (см. Яхаве даат, 2, 62).

В отличие от них, многие другие авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и считают, что только если квасное перестало быть съедобным даже для собаки по причине того, что испортилось, его статус квасного аннулируется. Если же его сделали несъедобным преднамеренно, чтобы позднее с его помощью можно было придавать вкус пасхальным блюдам, то оно не аннулируется, и закон рассматривает его как полноценное квасное (см. Минхат Ицхак, 27; Ор ле-Цион, 1, 34; Шевет ѓа-Леви, 4, 47).

Однако рав Шаар-Ишув Ѓа-Коѓен, главный раввин Хайфы, глубоко исследовал эту тему и пришел к выводу, что лимонная кислота лишена всякого подозрения на хамец. Во-первых, мука, из которой получают кислоту, не заквашивается. Хотя ее смешивают с водой, эту смесь оставляют всего на шесть минут, за которые она закваситься не успевает. После этого из муки извлекают крахмал, который сам по себе не может закваситься. К тому же, лимонная кислота образуется не из самого крахмала, а из грибка, питающегося одним из его незаквасившихся компонентов[10].


[10]. Эта полемика содержит множество вопросов, один из которых состоит в том, «пробуждается» ли после начала Песаха хамец в составе смеси, аннулированный до праздника вследствие того, что его доля в смеси не превышала одной шестидесятой? Еще один вопрос: каков закон в случае, если на аннулированный хамец оказывает влияние дополнительное вещество? Бадац и другие организации, выдающие сертификат кошерности на Песах, придерживаются крайне строгого толкования закона в отношении лимонной кислоты и тому подобных продуктов. Так или иначе, на основании обстоятельной статьи рава Шаар-Ишува Ѓа-Коѓена можно, казалось бы, утверждать с полной уверенностью, что лимонная кислота лишена всякого подозрения на хамец. Объясним подробней: на первой стадии процесса крахмал, содержащийся в муке, отделяют от клейковины. Это достигается путем вращения муки, смешанной с водой, в специальной центрифуге в течение шести минут. Как известно, тесто, состоящее из муки и воды, заквашивается в течение восемнадцати минут, поэтому за упомянутые шесть минут мука не может закваситься. В результате вращения крахмал отделяется от глютена, а мы знаем, что заквашиванию способствует именно глютен, поэтому крахмал, отделенный от него, также не может закваситься. Затем крахмал нагревают до температуры 140 градусов Цельсия, при которой он плавится, превращаясь в сахаристую жидкость, называемую декстроза (глюкоза). В результате нагревания разрушаются все молекулы крахмала и полностью изменяется их состав. Для большей уверенности авторитеты пытались заквасить эту жидкость, но им это не удалось. Рав Гальперин пишет, что ее можно с натяжкой назвать хамец нукше, а такой хамец запрещен в Песах лишь постановлением мудрецов, и если до Песаха он смешался с другой пищей, то аннулировался и в Песах больше не «пробуждается». По мнению же рава Шаар-Ишува Ѓа-Коѓена, эта жидкость не имеет даже статуса хамец нукше, поскольку данный статус относится к тесту, которое начало заквашиваться, но процесс был остановлен, а в обсуждаемом нами случае мука даже не начала заквашиваться. На следующей стадии производства в полученную жидкость (декстрозу) добавляют серу, чтобы разрушить содержащиеся в декстрозе энзимы, превратив ее таким образом в вещество, полностью лишенное способности к брожению. И поскольку она и раньше не могла закваситься, это тем более справедливо теперь, на описываемой стадии процесса. Здесь заканчивается объяснение того, почему полученная жидкость никоим образом не может закваситься. Затем жидкость заливают в специальные емкости, в которых она служит пищей для грибка. Жидкость остается в емкостях, пока грибок не переварит всю декстрозу и не выделит другое вещество, которое и есть лимонная кислота. Таким образом, лимонная кислота – это не продукт переработки крахмала, а результат жизнедеятельности грибка. И если совершенно очевидно, что овощи, выросшие на земле, на которой были рассыпаны органические удобрения, содержащие остатки хлеба, – кошерны на Песах, то тем более нет никакого сомнения в том, что кошерна на Песах и лимонная кислота, выделенная грибком, который питается жидкостью, вовсе не подвергавшейся закваске. Эта полемика относится и к другим веществам, входящим в состав продуктов промышленного производства и полученным в результате переработки пшеничного крахмала, который не подвергся закваске и претерпел существенные химические изменения.

09. Мыло и косметические средства

Авторитеты спорят, каков закон в отношении косметических средств, предназначенных для нанесения на тело и содержащих хамец: следует ли запретить их использование в Песах? И хотя не бывает мыла, шампуней или кремов, полностью изготовленных из квасного, случается, что в их состав входят пшеничный спирт или другие вещества, полученные из квасного. В таком случае возникает вопрос, каков ѓалахический закон по отношению к этим средствам в Песах.

Есть мнение, что, согласно постановлению мудрецов, средства, предназначенные для нанесения на кожу, имеют тот же статус, что и напитки. Поэтому, даже если квасное несъедобно для собаки, но пригодно для нанесения на кожу, оно по-прежнему является квасным, и им запрещено пользоваться в Песах. Исходя из этого, в дни праздника следует пользоваться мылом, шампунем и кремами, кошерными на Песах.

По мнению других авторитетов, слова мудрецов о том, что средства, предназначенные для нанесения на тело, с точки зрения Ѓалахи равноценны напиткам, касаются только запрета наносить на тело масло и другие косметические средства в Йом Кипур, а также запрета мазать тело оливковым маслом, предназначенным для приношения (трума). Прочие же запреты Торы относятся именно к употреблению в пищу, но не к нанесению на тело. И хотя в Песах запрещено извлекать выгоду из квасного, тем не менее, если до начала Песаха квасное стало несъедобным даже для собаки, оно больше не считается квасным, и в дни праздника разрешено извлекать из него выгоду и мазать на тело.

И поскольку речь идет о сомнении, возникающем в связи с постановлением мудрецов, практический закон соответствует менее строгому толкованию. А тот, кто хочет соблюсти запрет на квасное в Песах самым великолепным образом (ле-меѓадрин), может следовать более строгому толкованию закона. Необходимо различать четыре вида смеси, содержащей квасное. Авторитеты полемизируют только по поводу второго и третьего из нижеперечисленных видов.

  1. Зубная паста непременно должна иметь сертификат кошерности на Песах, так как у нее есть вкус. Поэтому она подобна продуктам питания, которые обязательно должны быть кошерными на Песах.
  2. В отношении кремов, которые впитываются в кожу, губной помады, лишенной вкуса, и духов, содержащих спирт, практический закон соответствует менее строгому толкованию закона. Им не требуется сертификат кошерности на Песах, потому что они несъедобны; кроме того, в действительности они, как правило, не содержат квасного. И все же, многие люди придерживаются более строгого толкования закона и покупают на Песах кремы и духи, имеющие сертификат кошерности.
  3. Что касается мыла и шампуней, то поскольку они предназначены для мытья, а не для того, чтобы впитываться в кожу, в отношении них есть больше оснований придерживаться менее строгого толкования закона. И тем не менее, некоторые люди следуют более строгому толкованию.
  4. Моющие средства, крем для обуви и другая бытовая химия не требуют никаких сертификатов кошерности. Это касается и средств для мытья посуды, поскольку они обладают испорченным вкусом, и даже если они содержат квасное, считается, что его вкус был испорчен до Песаха, поэтому оно больше не имеет статус квасного[11].

[11]. Ранние законоучители полемизируют по поводу постановления мудрецов, согласно которому средства, предназначенные для нанесения на кожу, имеют тот же статус, что и напитки. Есть мнение, что это постановление относится только к Йом Кипуру и маслу, предназначенному для приношений (трума). Другие законоучители утверждают, что это постановление относится ко всем запретам Торы, но его нарушение будет считаться только нарушением запрета, установленного мудрецами. Данная полемика законоучителей связана с вопросом о мыле, сделанном из свиного жира. На практике многие поздние авторитеты склоняются к более строгому толкованию закона, если такое мыло используется для удовольствия, и к менее строгому толкованию, если оно необходимо в медицинских целях. А если вкус свиного жира, из которого изготовлено мыло, был испорчен, то авторитеты склоняются к менее строгому толкованию закона, и см. сказанное в Арух ѓа-шульхан (Йоре деа, 117, 29). Что же касается запрета на квасное, то в этом отношении существует довод в пользу более строгого толкования, потому что в Песах запрещено получать от квасного какую-либо выгоду; с другой стороны, есть и довод в пользу менее строгого толкования, ведь поскольку в обсуждаемом нами случае квасное стало несъедобным до начала Песаха, оно утратило статус квасного, поэтому к нему применяется менее строгий закон, чем ко всем прочим видам квасного, запрещенным изначально. Практический закон в отношении мыла, содержащего квасное, изложенный в респонсах Шоэль у-мешив, гласит, что поскольку вкус квасного испорчен, в Песах разрешено держать дома такое мыло. Однако остается в силе вопрос, можно ли пользоваться этим мылом. В респонсах Диврей Малкиэль говорится, что в Песах запрещено пользоваться косметическими средствами, содержащими пшеничный спирт, поскольку спирт способствует распространению их аромата, что придает ему важность. Запрет на такой спирт остается в силе, потому что спирт можно отделить от косметического средства, в состав которого он входит. А в респонсах Диврей Нахум сказано, что практический закон определяется нынешним состоянием квасного: его вкус испорчен, и потому пользоваться в Песах косметическими средствами, в состав которых оно входит, не запрещено. Хазон Иш (Дмай, 15, 1) выдвигает предположение, что запрещено наносить на кожу только такой хамец, который пригоден в пищу человеку. А Игрот Моше (Орах хаим, 3, 62) придерживается менее строгого толкования закона и пишет, что в медицинских целях в Песах разрешено мазать на тело мазь, содержащую хамец. Мне, согласно моему скромному мнению, представляется, что следует обратить внимание на важное различие между мылом, изготовленным из жира, и современными видами мыла. Современное мыло только устраняет грязь и жир, но не впитывается в кожу, а мыло, изготовленное из жира, впитывается, поэтому оно больше похоже на средства, предназначенные для нанесения на тело. Поэтому в тексте я делаю различие между кремом, который впитывается в тело, и мылом, а также шампунем (что же касается кондиционера для волос, то он, возможно, больше похож на крем). В отношении практического закона я слышал от рава Рабиновича, что следует придерживаться менее строгого толкования закона, когда речь идет о любых косметических средствах, несъедобных даже для собаки. Так считают и другие современные авторитеты.

В действительности подавляющее большинство косметических средств, изготовляемых в Израиле, не содержит пшеничного спирта. То же самое касается и большинства косметических средств, производимых заграницей, потому что пшеничный спирт, как правило, дороже картофельного. Тем не менее, отдельные средства содержат пшеничный спирт, и тому, кто придерживается более строгого толкования закона, не следует пользоваться ими в Песах. Но если мы не знаем, содержит ли то или иное косметическое средство пшеничный спирт, то этим средством могут пользоваться и те, кто следует более строгому толкованию. Это разрешено потому, что в отношении подобного средства возникает несколько сомнений. Опасение существует и по поводу косметических средств, в состав которых входит экстракт проростков пшеницы, содержащий витамин E. Однако неясно, считается ли квасным жидкость, выделяемая пшеничными зернами. И см., что пишет по этому поводу рав Кук в Орах мишпат, стр. 129. Но даже если эта жидкость и запрещена в Песах, она была аннулирована до начала праздника, поскольку ее доля в смеси не превышает одной шестидесятой, и после наступления Песаха хамец, содержащийся в ней, больше не «пробуждается». Тем более, что, как считают многие авторитеты, даже если эта жидкость и имеет статус квасного, тем не менее, поскольку в составе косметических средств она становится несъедобной, она утрачивает этот статус. Существует также проблема косметического молочка и лосьонов. Но даже если лосьон содержит пшеничный крахмал, неясно, имеет ли он статус квасного; кроме того, они несъедобны. Поэтому на практике в отношении всех косметических средств, которые являются несъедобными, можно придерживаться менее строгого толкования закона.

Содержание

[catlist categorypage=»yes» order=ASC]