Глава 27 - Спасение жизни (пикуах нефеш); законы в отношении больного

Спасение человеческой жизни превыше субботних запретов. Об этом сказано (Ваикра, 18:5): «Соблюдайте же уставы Мои и законы Мои, исполняя которые, человек будет жив ими; Я Господь». Объясняют наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 85б): «Будет жив ими – а не умирать из-за них». Заповеди Торы даны для того, чтобы мы жили ими, а не для того, чтобы умирали, исполняя их^[1].

Даже когда вероятность спасения невелика, следует нарушить субботу, чтобы попытаться спасти человека. Например, нужно нарушить субботу, чтобы доставить больному лекарство, которое эффективно лишь в редких случаях. Подобным же образом, следует нарушить субботу, чтобы доставить больному экспериментальное лекарство, эффективность которого не доказана. Однако нельзя нарушать субботу ради лекарства, которое, скорее всего, не поможет больному (см. Маген Авраѓам, 328, 1; Рама, Йоре деа, 155, 3; Орхот шабат, 20, 7).

Следует нарушить субботу и тогда, когда существует сомнение, угрожает ли жизни человека опасность. Например, если обрушилось здание, и неизвестно, есть ли под обломками люди, а если есть, то неизвестно, живы ли они, – следует начать спасательные работы, даже если нет полной уверенности в том, что чьей-то жизни грозит опасность (см. Шульхан арух, 329, 2-5).

Но даже если спасательная операция оказалась безуспешной, ее участникам все равно уготована награда с Небес. Подобным же образом, если было необходимо доставить больному лекарство, и несколько людей поехали, чтобы привезти то же самое лекарство из разных мест, всем им уготована награда, хотя некоторые из них ездили напрасно (см. Вавилонский Талмуд, трактат Менахот, 64а; Шульхан арух, 328, 15).

Хотя разрешено нарушать субботу, чтобы спасти жизнь больного, но если человеку известно заранее, что в субботу ему придется ухаживать за опасно больным, он должен приготовить все, что только возможно, с кануна субботы, дабы в субботу ему пришлось выполнять как можно меньше запрещенных работ. Ведь каждый человек обязан готовиться к субботе до ее наступления (см. Мишна брура, 344, 11). Даже если нет уверенности в том, что в субботу человеку придется ухаживать за опасно больным, ему все равно желательно подготовиться к этому, хотя он и не обязан это делать (см. Мишна брура, 330, 1). Например, если человек время от времени ухаживает за ранеными в субботу, то желательно, чтобы в канун субботы он приготовил бинты и пластыри, дабы ему не пришлось резать их в субботу.

Женщине перед родами рекомендуется до наступления субботы приготовить сумку со всем, что может понадобиться ей в больнице. А если супруги собираются ехать в больницу на своей машине, то желательно вынуть из машины ненужный груз. Но нет необходимости, чтобы роженица проводила субботы перед родами вблизи больницы, поскольку это излишние хлопоты, без которых можно обойтись, и человек не обязан делать подобные вещи в канун субботы. А если роженице понадобится поехать в больницу в субботу, то ей это разрешено, поскольку спасение жизни превыше субботних запретов (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 32, 34; 36, 6-7).

Любая болезнь, которую врачи считают опасной, и люди обычно бросаются на помощь человеку, больному такой болезнью, расценивается как опасная с точки зрения Ѓалахи, даже если лишь немногие от нее умирают. Ради человека, который болен такой болезнью, можно нарушать субботу. Поэтому в субботу необходимо отвезти роженицу в больницу, несмотря на то, что в подавляющем большинстве случаев женщина сможет благополучно разрешиться от бремени и дома (см. Магид мейшарим, 2, 11). Но ради человека, больного болезнью, которая не считается опасной, нельзя нарушать субботу (см. Шевет ми-Йеѓуда, ч. 1, 19, 2; Шмират шабат ке-ѓилхата, 32, прим. 2 и 23).

Многие состояния наши мудрецы определяют как опасные: например, сильную боль, рану или внутреннее кровотечение; сильный порез или инфекцию на внешней стороне ладони или ступни; очень высокую температуру; укус скорпиона или змеи; глазную болезнь (см. Шульхан арух, 328, 3-9). Все случаи, описанные нашими мудрецами на основе жизненного опыта, современные врачи рассматривают как общие принципы, однако в современной медицине используются другие понятия. Здесь не место подробной классификации всевозможных состояний, которые Ѓалаха считает опасными. Приведем лишь общий принцип: если присутствующим кажется, что жизнь больного или раненого находится под угрозой, то нужно без промедления сделать все необходимое, чтобы его спасти. Если необходим врач, то нужно вызвать врача, а если больного нужно доставить в больницу, то следует сделать это как можно скорее.

Если же присутствующие не знают, грозит ли жизни человека опасность, то следует спросить об этом врача, медсестру или санитара, которые находятся на месте происшествия, либо позвонить врачу. И если врач считает, что, по всей вероятности, жизни больного может угрожать опасность, то следует опираться на его мнение, даже если сам больной утверждает, что ему не грозит никакая опасность, и не хочет, чтобы ради него нарушали субботу (см. Шульхан арух, 328, 10; 618, 1, 5).

Если больной утверждает, что его жизни грозит опасность, то даже если врач с этим не согласен, все равно следует нарушить ради этого больного субботу, чтобы отвезти его в больницу и сделать соответствующие анализы. В Писании об этом сказано (Мишлей, 14:10): «Сердце знает свою горечь». Порой лишь сам больной может определить тяжесть своего собственного состояния. Подобным же образом, если больной требует какого-либо лечения или лекарств, которые, по его опыту, могут спасти ему жизнь, то следует предоставить их ему (см. Шульхан арух, 618, 1). Это верно при условии, что слова больного не лишены логики – в таком случае мы можем положиться на его ощущения. Но если известно, какой болезнью человек болен, и он требует лечения, которое, по мнению врача, ему не поможет, то в такой ситуации следует слушать врача (см. Биур Ѓалаха, 328, 10, со слова ве-рофе). Подобным же образом, если известно, что больной одолеваем сильным страхом, а медицинский работник, имеющий с дело с этим больным, уверен, что его жизни не грозит опасность, то ради этого больного не следует нарушать субботу.

Если человек, желая продемонстрировать собственную праведность, обращается к раввину с вопросом, можно ли нарушить субботу, чтобы спасти опасно больного, это равноценно кровопролитию. Ведь пока он разговаривает с раввином, положение больного может ухудшиться, а Тора заповедала нам: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего» (Ваикра, 19:16). Раввин, чьи ученики задают ему такие вопросы, также достоин осуждения, ведь он должен был научить их, что спасение жизни превыше субботних запретов (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Йома, 8, 5; Мишна брура, 328, 6).

Вот как наши мудрецы объясняют необходимость нарушения субботы ради спасения жизни: «Нарушь ради него одну субботу, чтобы он смог соблюсти еще много суббот» (Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 85б). Однако на практике, даже когда очевидно, что спасенный не будет соблюдать субботу, мы обязаны нарушить субботу, дабы спасти его, ведь Тора направлена на приумножение жизни. Поэтому субботу следует нарушать даже ради умственно-отсталого человека, освобожденного от соблюдения заповедей, а также ради такого больного, который пребывает без сознания и близок к смерти, лишь для того, чтобы прибавить ему один-единственный час жизни (см. Биур Ѓалаха, 329, 4, со слова эла).

Субботу следует нарушить и ради спасения зародыша в материнской утробе, даже если со дня оплодотворения прошло меньше сорока дней (так считают автор Ѓалахот гдолот и Ритва; см. также Биур Ѓалаха, 330, 7, конец абзаца, начинающегося со слова о).

Подобным же образом, субботу следует нарушить и ради недоношенного младенца. В прежние времена было очевидно, что младенец, родившийся на восьмом месяце беременности, когда его волосы и ногти еще не сформировались окончательно, не выживет, и поэтому ради его спасения было запрещено нарушать субботу; однако в наши дни, когда медицина значительно продвинулась вперед, если врачи считают, что недоношенный младенец выживет, ради его спасения следует нарушить субботу (см. Шульхан арух, 330, 7-8; Шмират шабат ке-ѓилхата, 36, 12, прим. 26).

По сути закона, еврею запрещено нарушать субботу ради спасения нееврея, потому что субботу можно нарушать только ради того, кто обязан соблюдать заповеди Торы. Однако на практике этот запрет можно соблюдать только в случае, если поблизости присутствует другой нееврей, который может спасти своего товарища. Если же такого нееврея нет, то еврей должен позаботиться о нееврее, даже если для этого необходимо нарушить субботу. Ведь поскольку мы заинтересованы в том, чтобы неевреи спасали евреев, мы тоже должны их спасать. Таким образом, на спасение нееврея в субботу тоже распространяется закон: «спасение жизни превыше субботних запретов»^[2].

Как мы уже говорили (выше, в гл. 25, п. 1), если в субботу еврей выполняет запрещенную работу (мелаха), то он нарушает запрет Торы, а если он просит нееврея выполнить для него такую работу, то он нарушает лишь запрет, установленный мудрецами. Подобным же образом, если ребенок, не достигший возраста бар мицвы или бат мицвы, выполняет в субботу запрещенную работу, то он нарушает лишь постановление мудрецов (см. выше, гл. 24, п. 1). Казалось бы, если мы будем основываться на этом принципе, то придем к такому заключению: когда для спасения жизни больного необходимо выполнить запрещенную Торой работу, лучше попросить об этом нееврея или ребенка, чтобы свести к минимуму нарушение субботы. Однако наши мудрецы сказали: «Эти действия не следует выполнять ни с помощью нееврея, ни с помощью ребенка; их должны выполнять только взрослые евреи» (Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 84б; см. также Шульхан арух, 328, 12). Это означает, что даже если поблизости есть нееврей или ребенок, не следует просить у них выполнить запрещенную работу – это должен сделать взрослый еврей. Ранние законоучители объясняют: это вызвано опасением, что нееврей или ребенок могут выполнить работу, необходимую для спасения больного еврея, небрежно (так считают, например, Тосафот). Но даже если очевидно, что они выполнят работу как следует, все равно возникает опасение: сторонние наблюдатели могут подумать, что в субботу взрослый еврей не должен заботиться о спасении жизни опасно больного человека, и когда они в следующий раз будут иметь дело с опасно больным, они станут откладывать уход за ним, чтобы найти нееврея или ребенка, и за это время больной может умереть (так считает, например, Ран).

Поэтому ранние законоучители пишут: если поблизости находятся разные люди, которые могут помочь опасно больному, нарушив субботние запреты, то желательно, чтобы этим занялись именно самые уважаемые члены общины, дабы все люди убедились, что спасение жизни превыше субботних запретов, и нет необходимости выискивать разные способы, чтобы свести нарушение субботы к минимуму (так считают рабби Йешаяѓу ди Трани, рабби Шимон бен Цемах Дуран, Мишна брура, 328, 34).

Но если в выполнении запрещенных работ нет никакой срочности, и можно с легкостью добиться того, чтобы нееврей или ребенок выполнили в субботу все необходимое без задержки, то предпочтительней поступить именно так. Хотя все это разрешено делать и взрослому еврею, более великолепным исполнением заповеди является в данном случае перепоручение необходимых работ нееврею или ребенку, чтобы свести к минимуму нарушение субботы (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 38, 2). Но если есть хоть малейшее опасение, что обращение к нееврею или ребенку задержит оказание помощи опасно больному человеку теперь или в будущем, то лучше, чтобы взрослый еврей выполнил все необходимое^[3].

Когда в субботу мы делаем все необходимое, чтобы спасти человеческую жизнь, возникает сложнейшая дилемма. С одной стороны, казалось бы, предпочтительнее выполнять нужные работы иным способом, чем обычно (бе-шинуй), поскольку если человек выполняет запрещенную работу обычным способом, то он нарушает заповедь-запрет Торы, а если он выполняет такую работу иным способом, чем обычно, то нарушает только постановление мудрецов (см. выше, гл. 9, п. 3). С другой стороны, наши мудрецы сказали: «Чем расторопнее человек, тем большей похвалы он достоин» (трактат Йома, 84б; Шульхан арух, 328, 2). А для того чтобы быть расторопным, человек не должен быть стеснен никакими ограничениями – у него должна быть возможность действовать, как в обычные дни. В противном случае его мысли будут сосредоточены на том, как выполнить работу иным способом, чем обычно, тем самым сведя к минимуму нарушение запретов, и это приведет к задержке, тем более, если человек посчитает нужным задать вопрос раввину, как именно лучше поступить.

На практике основной принцип таков: все работы по спасению человеческой жизни следует выполнять как можно тщательнее и быстрее, и если попытки выполнить их иным способом, чем обычно, могут задержать их исполнение, то лучше выполнить эти работы как обычно. Ведь по сути закона разрешается выполнять все работы обычным способом, поскольку спасение жизни превыше субботних запретов. Но если очевидно, что изменение в способе выполнения работы не приведет ни к малейшей задержке, то изначально (лехатхила) лучше выполнить запрещенную работу иным способом, чем обычно. Желательно также, чтобы врачи, медсестры и другие люди, выполняющие работы, необходимые для спасения человеческой жизни, научились сводить к минимуму нарушение субботы.

Похожая дилемма возникает в отношении процедур, которым опасно больные люди подвергаются в будние дни. Некоторые из этих процедур не являются необходимыми для спасения жизни. Но поскольку люди, которые ухаживают за больными, не знают, что необходимо для их спасения, а что нет, ѓалахические авторитеты постановляют, что в субботу больной должен получать такой же уход, что и в будни. Но если человек разбирается в медицине и знает наверняка, что та или иная работа не является необходимой для спасения жизни больного, или же что выполнение этой работы можно отложить до исхода субботы, то он должен воздержаться от ее выполнения в субботу (см. Шульхан арух, 328, 4). В субботу следует выполнять все необходимое, чтобы уменьшить боль, от которой страдает больной, даже если известно, что это не способствует выздоровлению, поскольку если боль уменьшится, у организма больного будет больше сил, чтобы справиться с болезнью^[4].

Если в субботу опасно больного человека необходимо срочно доставить в больницу, то поездка должна проходить по тому же маршруту, что и в будни. Если же водитель попытается внести в маршрут какие-либо изменения, то возникнет опасение, что поездка продлится дольше обычного, или водитель не найдет дорогу. Можно поехать в больницу на частной машине или вызвать «Скорую помощь». Даже если в данном населенном пункте нет эрува, из дома в машину разрешается отнести все, что нужно больному или роженице для успешного лечения: необходимые лекарства, медицинские документы, удостоверение личности. Разрешается также брать с собой вещи, которые не являются необходимыми для спасения жизни, но нужны больному или людям, его сопровождающим: смену одежды, еду, книги. Однако если в данном населенном пункте нет эрува, то такие вещи следует переносить в машину иным способом, чем обычно. Кроме того, нужно нести эти вещи из дома в машину, не останавливаясь, поскольку благодаря этому перенесение предметов по общественному владению приобретает статус швут де-швут (двойного запрета, установленного мудрецами) и становится разрешенным, так как это делается ради крайней необходимости. Но запрещено брать с собой предметы, на которые распространяется запрет мукце; если же они лежат в сумке вместе с другими необходимыми предметами, то можно отнести сумку в машину. А если известно заранее, что на исходе субботы предметы, имеющие статус мукце (например, деньги или мобильный телефон), будут крайне необходимы, то их можно положить в сумку иным способом, чем обычно (бе-шинуй), и взять с собой в больницу, поскольку они второстепенны по отношению к самой сумке и ее содержимому^[5].

Можно было бы подумать, что по прибытии в больницу, когда водитель оставил машину в таком месте, где она не мешает проезду других машин, запрещено выключать двигатель. Ведь до сих пор человек вел машину, так как это было необходимо больному, тогда как выключение двигателя предназначено для того, чтобы не наносить ущерб самой машине, а также, чтобы ее можно было запереть, уберегая от воров. А фары необходимо выключить для того, чтобы не сел аккумулятор. Поэтому, если есть такая возможность, следует попросить нееврея выключить двигатель и фары и запереть машину.

Но если поблизости нет нееврея, либо его поиски приведут к задержке в оказании помощи больному, то еврею разрешено выключить двигатель и фары иным способом, чем обычно, поскольку в этом случае он нарушит лишь запрет, установленный мудрецами. Например, он может при этом держать ключ зажигания или рычаг выключения фар внешней стороной пальцев. Он также должен запереть машину иным способом, чем обычно, – например, нажав на кнопку пульта внешней стороной пальца. В таком случае, несмотря на то, что при этом зажигаются фары, считается, что это происходит бе-шинуй. Указанное разрешение основано на сформулированном мудрецами принципе: «Конечный итог определяется началом». В данном случае это означает следующее: если водителю известно, что в субботу, когда он доставит в больницу опасно больного человека, ему будет запрещено выключать двигатель и запирать машину, то в следующий раз он, возможно, попытается уклониться от перевозки больного в субботу. Поэтому мудрецы разрешили нарушить запрет, ими установленный, чтобы облегчить оказание помощи опасно больному человеку^[6].

Если в субботу опасно больного человека или роженицу необходимо доставить в больницу, то следует поехать в ближайшую больницу, чтобы свести к минимуму нарушение субботы. И хотя считается, что одни больницы лучше других, в том, что касается таких стандартных процедур как роды, лечение ран и распространенных болезней, между больницами нет существенного различия. Поэтому в субботу следует ехать в ближайшую больницу. Даже если больной или роженица предпочитают дальнюю больницу, потому что медицинские услуги там дешевле или палаты красивее и удобнее, или же для того, чтобы родственникам было удобнее навещать их, в субботу запрещено ехать ради этого на более далекое расстояние, поскольку эти соображения не связаны с эффективностью медицинской помощи, которую получит больной. Подобным же образом, если роженица живет в центре Израиля, но проводит субботу на юге или на севере, то ей следует ехать в ближайшую больницу.

Однако если речь идет о сложном медицинском случае, и больного необходимо доставить в дальнюю больницу, где он сможет получить более эффективное лечение, разрешено отвезти его туда. Это касается, например, ситуации, когда дальняя больница специализируется на лечении именно той болезни, которой он болен. То же самое справедливо и в случае, когда человек болен какой-либо сложной болезнью, и в больнице, расположенной дальше, его уже знают, поэтому там ему смогут оказать более быструю и эффективную помощь. Подобным же образом, если роженица подвержена повышенному риску, и в дальней больнице уже назначена стратегия оказания ей помощи при родах, то ее необходимо отвезти именно туда. При решении данного вопроса следует опираться на распространенный медицинский подход: чем более сложной и тяжелой болезнью болен человек, тем дальше его можно везти в субботу; если же речь идет о незначительном преимуществе с медицинской точки зрения, то больного можно отвезти лишь на немного более далекое расстояние. И так же, как в будни больных или рожениц, живущих на севере или на юге, не направляют из-за любого незначительного осложнения в самую лучшую больницу в центре страны, так и в субботу запрещено везти их в больницу, расположенную слишком далеко, поскольку это идет вразрез с общепринятым медицинским подходом.

Но если роженица утверждает, что в дальней больнице она получит более эффективную медицинскую помощь, то даже когда ее слова не имеют под собой серьезного основания, разрешено немного удлинить маршрут, чтобы успокоить ее, но запрещено ради этого ехать слишком далеко. Ведь даже в тех случаях, когда разрешено ехать в дальнюю больницу, исходя из медицинских соображений, это не должно идти вразрез со здравым смыслом.

Как правило, следует предпочесть больницу, работа которой основана на соблюдении законов Ѓалахи, и даже в субботу ради этого можно немного удлинить маршрут. Благодаря этому пациент, находясь в больнице, сможет свести нарушение субботы к минимуму; к тому же, он будет чувствовать себя в такой больнице более комфортно. Однако не следует ехать ради этого слишком далеко^[7].

Как правило, пациенту, которого госпитализируют, необходимо, чтобы его кто-нибудь сопровождал. Это нужно для того, чтобы сопровождающий заботился о нуждах больного и о том, чтобы медперсонал уделял ему достаточно внимания, поскольку из-за загруженности больниц порой случается, что персонал забывает о больном, которого никто не сопровождает. Поэтому, когда люди узнают, что кто-то из их родственников попал в больницу с серьезной болезнью или ранением, и рядом с ним никого нет, один из них должен поехать к нему в субботу.

Подобным же образом, роженицу также необходимо сопровождать в больницу в субботу. Даже если она об этом не просит, нужно, чтобы ее муж, мать или дула (специалист по сопровождению родов) поехали с ней. А если роженица или больной прибывают в больницу без сопровождения, то в субботу разрешено вызвать к ним сопровождающего, который должен добраться до больницы самостоятельно. И хотя роженица нуждается в простых и стандартных медицинских процедурах, возникает опасение, что от испуга ее положение может ухудшиться, что приведет к опасности для жизни. Поэтому мудрецы разрешают нарушать субботу ради нее точно так же, как ради опасно больного (см. Шульхан арух, 330, 1; Мишна брура, 3 и Биур Ѓалаха, со слова у-мадликин).

В наши дни принято, чтобы на родах присутствовали и мать, и муж роженицы, а некоторые роженицы при этом пользуются также и помощью дулы. Но поскольку с медицинской точки зрения присутствие на родах всех этих людей одновременно не является необходимым для спасения жизни, сопровождать роженицу в субботу может только один человек: либо муж, либо мать, либо дула. И лишь в исключительных случаях, если роженица в панике и требует, чтобы с ней поехали и муж, и мать, разрешено, чтобы поехали оба. А если, охваченная паникой, она требует и вызова дулы, это также разрешено. Но запрещено заранее планировать, что в субботу с ней поедет более чем один сопровождающий.

Однако некоторые авторитеты не согласны с этим мнением и считают, что следует внять просьбе роженицы, даже если она не находится в состоянии паники. Если она захочет, чтобы с ней больницу поехали муж, мать и дула, то все трое должны поехать, чтобы она была спокойна. По мнению этих авторитетов, разрешено даже удлинять маршрут поездки, чтобы забрать этих людей, или же позвонить им по телефону, чтобы сообщить, что им следует приехать в больницу самостоятельно. Но представляется, что это не более чем простое баловство, не оправдывающее нарушение субботы. Поэтому наиболее распространен обычай, согласно которому роженицу, если ее необходимо доставить в больницу в субботу, сопровождает всего один человек. А если больница расположена далеко, и роженицу везут в больницу на частном автомобиле, за рулем которого находится ее муж, то разрешается, чтобы в дороге ее сопровождала также мать или дула, поскольку может возникнуть необходимость, чтобы рядом с роженицей в машине находился еще один человек, способный, если понадобится, оказать ей помощь.

Если у роженицы есть маленькие дети, то необходимо заранее договориться с соседями, что если в субботу ей понадобится поехать в больницу, дети смогут остаться у них. Если же подходящих соседей нет, а детей опасно оставлять дома одних, то разрешается взять их с собой в машину и даже немного удлинить маршрут поездки, чтобы завезти их туда, где их можно будет оставить^[8].

Если выяснилось, что жизнь больного вне опасности, и его выписали из больницы в субботу, то ему и его сопровождающим запрещено возвращаться домой, нарушая субботние запреты. И лишь в случае необходимости, когда больному нужен отдых, его может отвезти домой водитель-нееврей, однако сопровождающему запрещено ехать вместе с ним. Если же больному необходимо, чтобы в дороге кто-то оказывал ему помощь, то сопровождающий может поехать вместе с ним (см. ниже, гл. 28, п. 2).

Тот же самый закон распространяется и на роженицу, которая была доставлена в больницу, где ее проверил врач, и выяснилось, что роды еще не начались. Если ее пока выписали из больницы, то ей запрещено возвращаться домой, нарушая субботу. А в случае необходимости, если роженица считается больной – например, если она должна оставаться в постели, – то в субботу ее может отвезти домой водитель-нееврей, но сопровождающему запрещено ехать вместе с ней.

Если «Скорая помощь» привезла больного или роженицу в больницу из отдаленного поселения, где автомобиль «Скорой помощи» необходим в экстренных случаях, то водитель может, доставив пациента в больницу, возвратиться в субботу обратно в поселение. Но больному, которого выписали из больницы, а также его сопровождающему, запрещено возвращаться в поселение вместе с водителем, поскольку если они поедут вместе с ним на машине «Скорой помощи», это усугубит нарушение запретов Торы. Дело в том, что из-за дополнительного веса машины двигатель работает с большей мощностью. Но даже если бы речь шла только о нарушении запретов, установленных мудрецами, больному и его сопровождающему все равно было бы запрещено возвращаться домой с водителем-евреем^[9].

Если дело происходит в городе, то водителю «Скорой помощи», доставившему пациента в больницу, запрещено возвращаться в субботу на станцию. Ведь поскольку у него в машине имеется рация, его можно вызвать с любого места, где бы он ни находился. Если же ему необходимо вернуться на станцию – например, если во время следующего выезда в машину сядет еще один санитар или будет добавлено новое оборудование, или если водитель должен отдохнуть на станции, чтобы набраться сил для дальнейшей работы, – то в таком случае ему разрешено выехать обратно на станцию.

Если в субботу кто-то вызвал «Скорую помощь» для оказания помощи опасно больному человеку, но за время ожидания был найден другой способ доставить больного в больницу, то следует позвонить в «Скорую помощь», чтобы отменить вызов. Это продиктовано предположением, что где-то в другом месте необходимо спасать другого больного, а «Скорая помощь» не может туда поехать, так как она направляется по первому вызову, в котором уже нет необходимости. Помимо этого, возникает опасение, что в будущем медперсонал «Скорой помощи» станет избегать выездов в субботу, так как подумает, что, возможно, надобность в выезде отпала, но ему об этом не сообщили, поскольку не хотели звонить в субботу по телефону.

Если «Скорая помощь» везет роженицу в больницу в субботу, но роженица вдруг сообщает, что у нее прекратились схватки, и она чувствует себя так, что, будь она сейчас дома, ей бы и в голову не пришло ехать в больницу, – то запрещено продолжать поездку; следует остановиться в безопасном месте и оставаться там до конца субботы (так считает рав Шломо-Залман Ойербах). Если же машина «Скорой помощи» должна возвратиться на станцию, то водителю следует развернуться и возвратиться обратно, а роженица и ее сопровождающий могут поехать с ним.

Врач, которого в субботу вызвали, чтобы оказать помощь опасно больному человеку, может выезжать, не выясняя всех обстоятельств, поскольку даже подозрение на опасность для жизни отменяет субботние запреты. Но все же лучше, чтобы он сначала выяснил по телефону, в каком состоянии находится больной. Ведь может оказаться, что в выезде врача нет надобности, и желательно свести к минимуму нарушение субботних запретов. Но даже если выяснится, что больной находится в опасности, и врач ему необходим, телефонный разговор все равно окажется полезным, поскольку врач сможет дать указания по уходу за больным до своего приезда; он также сможет выяснить, не нужно ли ему взять собой какое-либо дополнительное оборудование^[10].

Если врачу назначили дежурство на субботнее утро, и он не имеет возможности прийти на работу пешком, так как живет слишком далеко, то он обязан поехать в больницу до начала субботы, чтобы ему не пришлось ехать туда в субботу, нарушая субботние запреты. Однако постфактум (бедиавад), если он не приехал в больницу до начала субботы, то ему разрешено ехать туда в субботу, так как спасение жизни превыше субботних запретов. Но если до наступления субботы ему известно, что он будет должен выйти на дежурство в субботу, то он обязан подготовиться к субботе таким образом, чтобы провести ее в больнице или в пределах шаговой доступности от нее (см. Игрот Моше, Орах хаим, 1, 131).

Однако наиболее верное решение этой проблемы заключается в том, чтобы нанять водителей-неевреев, которые в субботу привозили бы врачей и медсестер из дома на работу в больницу. Благодаря этому врачи и медсестры смогут исполнить дома заповедь субботнего наслаждения, а когда настанет время ехать на дежурство, они поедут в больницу на машине, которую ведет нееврей. И хотя мудрецы запрещают в субботу извлекать выгоду из работы, выполненной неевреем (см. выше, гл. 25, п. 1), ради нужд больных это разрешено^[11].

Врачам и медсестрам, закончившим утреннее субботнее дежурство в больнице, разрешено возвращаться домой с водителем-неевреем. Это объясняется тем, что мудрецы разрешили людям, которые в субботу уезжают из дому ради спасения жизни других людей, нарушить запрет, установленный мудрецами, и возвратиться домой, чтобы они не стали избегать своих обязанностей в будущем. Ведь если им придется оставаться в больнице до исхода субботы, это доставит им и их близким глубокое огорчение, и тогда возникнет опасение, что из-за этого они захотят уволиться с работы или станут уклоняться от субботних дежурств^[12].