Жемчужины Ѓалахи

несущая в себе опасность

01. Заповедь беречь здоровье и запрет на пищу, несущую в себе опасность

Запрещено есть пищу, которая может содержать яды. Даже если вероятность этого низка, такая пища запрещена. Ведь наши мудрецы учат, что человек должен очень строго следить за тем, чтобы избегать любой опасности. В Торе (Дварим, 4:9) об этом сказано: «Только берегись и весьма оберегай душу твою». И еще сказано (там же, ст. 15): «Берегите же души ваши». И хотя эти стихи выражают предостережение против чуждых верований и говорят о сохранении чистоты еврейской веры и соблюдении Торы и заповедей, данных нам Всевышним, ведь именно в этом заключается цель нашего духовного существования, – однако первое условие сохранения веры состоит в том, чтобы человек жил, а не умер, и поэтому приведенные стихи обязывают нас также следить за своим здоровьем и избегать болезней и другой смертельной опасности. Вот что писал об этом Рамбам (Ѓилхот деот, 4, 1): «Поскольку тот, кто бережет свое здоровье и целостность своего тела, следует путями Всевышнего, ведь если человек болен, то его способность к знанию и пониманию ограниченна, – поэтому он должен отдаляться от всего, что наносит вред его телу, и вести такой образ жизни, который сохранит его здоровье и поможет избежать болезней». Даже если вероятность опасности для жизни низка, наши мудрецы указывают придерживаться в таких ситуациях более строгого подхода, чем когда речь идет об опасности нарушения какого-либо запрета Торы, ибо сказано: «Опасность серьезнее запрета» (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 10а; Рама, 116, 5). А тот, кто подверг себя опасности, съев опасную для него пищу, и от этого умер, будет держать за это ответ на Высшем суде, и об этом сказано (Берешит, 9:5): «И от руки человека… взыщу душу человека».

Запрещено есть и такую пищу, которая наносит вред здоровью человека. Тот, кто следит за своим здоровьем, исполняет заповедь, ведь это относится к указанию Торы (Дварим, 28:9): «И будешь ходить путями Его». Ведь Всевышний создал наше тело, чтобы оно было здоровым, и мы должны беречь свое тело и не есть пищу, которая нанесет вред его здоровью. Более того, крепкое здоровье позволяет человеку изучать Тору и исполнять заповеди в радости. Поэтому величайшие еврейские мудрецы во всех поколениях призывали своих учеников вести здоровый образ жизни, как говорится в Талмуде, в трудах законоучителей и в книгах по нравственному совершенствованию (мусар).  Если запрещено портить понапрасну пищу, то тем более запрещено наносить ущерб собственному организму и вредить своему здоровью (см. Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 140б).

Во всем, что связано с медицинскими указаниями, мы должны следовать тому, что принято у современных врачей. Фактически, сегодня общепринятое руководство состоит в том, чтобы максимально сократить потребление обработанных пищевых продуктов, а также продуктов с высоким содержанием сахара, маргарина, соли, белой муки, насыщенных жиров и трансжиров. Среди продуктов питания, содержащих эти ингредиенты, назовем сладкие напитки, промышленные снеки, колбасы, бурекасы и пирожные. С другой стороны, рекомендуется есть больше овощей и фруктов и пить много воды. И прежде всего, не следует есть слишком много. Не менее важны занятия спортом и хороший сон. Но также следует остерегаться слишком строгих диет и экстремальных оздоровительных практик, поскольку радость и естественность – основа здоровья, а излишняя осторожность и строгость ему вредят (см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 13, п.п. 9-11)[1].

[1]. Заповедь остерегаться опасности приводится в Торе напрямую как указание возводить ограду на крыше (см. Дварим, 22:8; Рамбам, Законы, связанные с убийством и избеганием опасности, 11, 4-6; «Жемчужины Ѓалахи», Сборник 2, гл. 9, п. 7). Некоторые законоучители говорят, что из этой заповеди следует общее правило: все, что несет в себе опасность для жизни, запрещено Торой (см. Твуот шор, 13, 2). Наш великий наставник рав Кук писал (в Мицвот Раайя, 3, 17), что запрет Торы действует, когда вероятность опасности для жизни высока; а если опасность маловероятна, то это запрещено лишь постановлением мудрецов. В книге Пеле йоэц, в главе «Заповедь остерегаться опасности», сказано: «Эта заповедь также подразумевает, что человек не должен оберегать себя чрезмерно». Обязанность беречь свое здоровье выводится также из запрета Торы портить плодовые деревья: человеку тем более запрещено наносить ущерб своему здоровью. В связи с этим наши мудрецы говорят (в трактате Шабат, 140б), что запрет «Не порти» (Баль ташхит) в отношении человеческого тела важнее, нежели в отношении пищи.

Рамбам в своем ѓалахическом сочинении Мишне Тора приводит медицинские указания по ведению здорового образа жизни – в соответствии с нормами, принятыми в его время (см. Ѓилхот деот, гл. 4; Яд пшута, начало гл. 4). Однако на практике, если современные медицинские указания расходятся с указаниями Рамбама, то нужно придерживаться позиции, принятой большинством врачей нашего времени (например, в отношении поста в Йом Кипур нужно следовать указаниям современных врачей; см. Шульхан арух, Орах хаим, 618, 1-4). И возможно, что условия хранения продуктов питания изменились, поэтому продукты, которые во времена Рамбама считались вредными, так как их не умели правильно хранить, сегодня считаются полезными. Кроме того, возможно, в условиях дефицита, который был распространен в прошлом, некоторые продукты считались полезными, а сегодня в условиях изобилия они являются вредными. Более того, с тех пор медицинская наука значительно продвинулась вперед, и сегодня врачи знают многие факты, которые не были известны раньше.

02. Запрет оставлять пищу открытой из опасения, что в нее попадет змеиный яд

В прошлом вокруг жилых домов водились ядовитые змеи, иногда они впрыскивали яд в воду, вино или молоко, а иногда кусали фрукты и другие продукты питания, и человек, который пил эти напитки или ел эти продукты, мог умереть. Поэтому наши мудрецы запретили употреблять продукты, которые были оставлены непокрытыми, а также запретили есть фрукты и другую пищу, имеющую следы змеиных укусов. Более того, они указали: если вино для приношений (трумот) оставили непокрытым в течение такого времени, за которое змея может выползти из близкого укрытия и впрыснуть яд в вино, – такое вино следует вылить. И хотя запрещено выкидывать или уничтожать продукты питания, предназначенные для трумы, так как они были освящены для того, чтобы их употребил коѓен, – тем не менее, если они несут в себе опасность, то, согласно указанию мудрецов, их нужно уничтожить (см. Мишна, трактат Трумот, 8, 4-7).

Однако уже в эпоху ранних законоучителей змеи водились вблизи от жилых домов гораздо реже. И ранние законоучители указали, что разрешено пить напитки, стоявшие непокрытыми, так как запрет мудрецов распространяется только на те места, где водится множество змей; а если змей нет, то и запрет аннулируется (см. Тосафот к трактату Авода зара, 35а, со слова חדא; и так пишут Рош, Рашба и Шульхан арух, 116, 1). Поэтому разрешается оставлять воду или другие напитки непокрытыми, и разрешено изначально (лехатхила) их пить. И только если человек действительно увидел, что змея или другое ядовитое животное пьет этот напиток, – пить его запрещено (см. Левуш, 116, 1). Тем не менее над вином, которое простояло открытым несколько часов, не произносят кидуш. Ведь поскольку не подобает подавать такое вино уважаемому человеку, над ним тем более не следует исполнять заповедь кидуша (см. Шульхан арух, Орах хаим, 272, 1). А некоторые люди, стремясь исполнять заповеди самым великолепным образом (ле-меѓадрин), и в наше время покрывают воду и другие напитки, чтобы таким образом выразить почтение к запрету, установленному мудрецами, так как у него, возможно, есть и другие причины. Кроме того, они делают это также из соображений гигиены, чтобы в напиток не попали насекомые и грязь (так пишут Шней лухот ѓа-брит и Виленский Гаон).

03. Предостережения мудрецов, связанные с заботой о здоровье

Мудрецы предостерегают: не следует класть в рот монету, потому что к ней мог прикоснуться человек, больной заразной болезнью. Они также предостерегают, что нельзя глотать человеческий пот, поэтому нужно следить за тем, чтобы пот не попал в пищу. И еще они говорят, что человек не должен класть хлеб себе под мышку, чтобы на него не попал пот (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Трумот, 8, 3; Шульхан арух, 116, 4-5).

Помимо этого, люди, которые готовят пищу, должны строго следить за чистотой своих рук. Это в особенности касается поваров, которые готовят пищу для множества людей. Они должны тщательно мыть руки и пальцы водой с мылом, прежде чем прикасаться к пище. И каждый раз, когда они выходят в туалет, они должны мыть руки с мылом. Также, когда повар болен заразной болезнью, он не должен готовить пищу, чтобы не заразить людей своей болезнью.

Особенно строго за чистотой нужно следить во время приготовления пищи животного происхождения, так как в ней содержится больше бактерий и инфекций. Поэтому человек, обрабатывающий мясо или рыбу перед приготовлением, должен немедленно вымыть руки с мылом, чтобы дезинфицировать их. Ведь термическая обработка уничтожает бактерии и инфекции в самих мясе и рыбе, но не на руках человека, прикасавшегося к ним до готовки. Также будет правильным тщательно мыть водой с мылом поверхности, на которых резали свежее мясо или рыбу, чтобы бактерии не переходили на другие продукты.

Необходимо строго следить за тем, чтобы хранить готовую пищу в холодильнике, так как в теплой среде в ней размножаются бактерии, которые могут вызвать пищевое отравление. Когда разогревают жидкое блюдо, вынутое из холодильника, его обязательно следует нагревать до тех пор, пока от него не пойдет пар, – чтобы уничтожить бактерии, которые могут ожить в нем при нагревании. Но важнее всего хранить в холодильнике сырые продукты животного происхождения, например, продукты, в состав которых входят сырые яйца (к примеру, майонез), ведь они могут содержать опасные бактерии, такие как сальмонелла и кишечная палочка.

Также нужно строго следить за тем, чтобы не класть нож опасным для людей образом. Например, не следует втыкать нож в плод так, чтобы он не был заметен. Ведь человек может взять этот плод в руки и, не увидев ножа, пораниться об него (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Трумот, 8, 3; Рамбам, Законы, связанные с убийством, 12, 6; Шульхан арух, 116, 5).

04. Употребление в пищу мяса и рыбы вместе

В народе Израиля принят обычай, согласно которому мясо и рыбу не едят вместе, потому что в прежние времена врачи придерживались мнения, что их совместное употребление может вызвать проказу и неприятный запах изо рта (см. Вавилонский Талмуд, трактат Псахим, 76б; Шульхан арух, 116, 2). Однако из трудов многих ранних законоучителей следует, что в этом нет запрета, а на основании слов Рамбама мы приходим к однозначному выводу, что разрешено есть рыбу, которая была поджарена вместе с мясом (см. Законы, связанные с запрещенной пищей, 9, 23). Комментаторы поясняют, что Рамбам, на основе своих исследований и накопленного у него медицинского опыта, пришел к выводу, что никакой опасности в этом нет, а значит, нет и запрета есть рыбу и мясо вместе. Тем не менее практически все поздние законоучители пишут, что в этом может быть опасность для здоровья человека, – хотя современные им врачи не предостерегали людей от этого, но, с другой стороны, не могли гарантировать, что тот, кто ест рыбу и мясо вместе, не подвергает себя опасности. Ведь в те времена мнение врачей основывалось на гипотезах, традициях и личном опыте, поэтому отношение к позиции врачей было такое, что ее следует учитывать, но не принимать как однозначную истину. Поэтому законоучители не могли положиться на мнение врачей и отменить указание о том, что употребление рыбы и мяса вместе может повлечь за собой опасность для здоровья. Вот почему лишь в случае сомнения поздние законоучители приводят мнение Рамбама по этому вопросу как довод в пользу менее строгого подхода (см. Хатам софер, Йоре деа, 101).

Однако сегодня, когда медицинская наука базируется на систематических исследованиях, проводимых в разных странах мира и основанных на обмене информацией между всеми исследовательскими и медицинскими центрами, позиции медицины считаются более обоснованными. И поскольку в наши дни все врачи согласны, что употребление рыбы и мяса вместе не влечет за собой никакой опасности, и этого же мнения придерживались некоторые законоучители, – запрета в этом нет. И не следует утверждать, что это является нарушением постановления наших мудрецов, ведь в вопросах медицины мудрецы не стояли на позиции Ѓалахи, а, скорее, в соответствии с заповедью Торы о сохранении здоровья, учили народ следовать медицинским указаниям своего времени. И в наши дни, поскольку врачи уверены, что в этом нет никакой опасности, запрета больше не существует.

Однако поскольку в народе Израиля испокон веков было не принято есть рыбу и мясо вместе, и разделение между ними стало одной из отличительных черт еврейской кухни, – в наши дни, согласно общепринятому обычаю, рыбу и мясо не готовят вместе и не кладут на одну тарелку. И когда хотят съесть порцию рыбы и порцию мяса, для этого подготавливают отдельные тарелки и столовые приборы. А в случае необходимости можно вытереть посуду салфеткой или хлебом, прежде чем есть в ней пищу второго вида, или облизать ее, чтобы остатки рыбной пищи не смешались с мясной пищей или наоборот. Если же на пальцах остался соус одного вида, то их нужно вытереть салфеткой или помыть. Кроме того, между рыбной и мясной пищей принято выпить немного воды или другого напитка (см. Шульхан арух и Рама, 116, 3; При тоар, 4)[2].

[2]. В трактате Псахим (76б) говорится, что, по мнению Мара, сына рава Аши, запрещено есть рыбу, испеченную вместе с мясом в одной печи, так как это вызывает проказу и плохой запах изо рта. А по мнению Рава из Парзикии, их можно есть вместе. Что касается практического постановления, то Мордехай, Сефер мицвот катан и Исур ве-ѓетер ѓа-арох пишут, что запрещено есть рыбу вместе с мясом. Этот обычай соблюдал и Рош, и он даже мыл руки между рыбной и мясной пищей, как упоминает Тур (Орах хаим, 173). Это объясняется тем, что в те времена было принято есть руками.

Однако Риф и многие другие ранние законоучители, которые подробно разъясняли законы Ѓалахи, связанные с пищевыми запретами, не упоминали этот запрет. А из слов Рамбама (Законы, связанные с запрещенной пищей, 9, 23) однозначно следует, что разрешено есть рыбу вместе с мясом. Согласно мнению некоторых законоучителей, на практике опасность возникает, только если человек ест рыбу, приготовленную вместе с мясом, но если он ест вместе два отдельных блюда, рыбное и мясное, то опасности нет (см. Рама, 116, 3; Хохмат адам, 68, 1). Есть также мнение, что опасность возникает, только если кто-то ест вместе с мясом рыбу барбус, упомянутую в Вавилонском Талмуде, но не другие виды рыбы.

Что же касается практического закона, то поздние законоучители указывают, что запрещено есть рыбу и мясо вместе, так как это вызывает опасность. И только Маген Авраѓам (Орах хаим, 173, 1) пишет: «Возможно, в наше время это не влечет за собой особой опасности… Ибо природа вещей изменилась, и, кроме того, все зависит от положения в той или иной стране». И хотя уже в эпоху ранних законоучителей многие врачи считали, что употребление рыбы и мяса вместе не является опасным, – однако вплоть до последних поколений этот подход рассматривался как вызывающий сомнение. Поэтому поздние законоучители постановили, что есть рыбу и мясо вместе не следует. А если один из этих видов пищи смешался со вторым, и его вкус ощущается, то, согласно этому мнению, вся смесь является запрещенной. Но если в отношении этой смеси возникает сомнение, то, по мнению большинства поздних законоучителей, следует привести в пользу менее строгого подхода также и мнение тех авторитетов, которые разрешают есть рыбу вместе с мясом (см. Хатам софер, Йоре деа, 101).

В последние поколения были разработаны методы исследования, которые вывели медицинскую науку на более высокий уровень достоверности, и больше нет оснований учитывать позицию врачей эпохи Талмуда более, чем позицию современных врачей. А возможно, изменилась сама природа вещей, и если раньше в рыбе и мясе содержались бактерии определенного вида, и их сочетание приводило к болезням, то в наши дни этих бактерий больше нет, поэтому запрет утратил силу. Правда, Хатам софер выдвинул предположение, что этот запрет имеет статус запрета, установленного мудрецами на поколения, и тогда отменять его запрещено. А некоторые авторитеты считают, что этот запрет по-прежнему необходимо соблюдать, так как у него могут быть и дополнительные причины, о которых мудрецы не упомянули (см. Циц Элиэзер, 21, 8). Однако поскольку практически все авторитеты приводят только причину, связанную с опасностью, – если становится ясно, что опасности нет, запрет аннулируется, подобно тому, как был отменен запрет пить напитки, которые были непокрыты в течение определенного времени, если они стояли в таком месте, где не водятся змеи (см. выше, п. 2). Это тем более верно потому, что, согласно мнению некоторых амораев и ранних законоучителей, по сути закона нет опасности в употреблении рыбы и мяса вместе. Поэтому закон соответствует мнению Рамбама и его последователей, которые считают, что нет запрета есть рыбу вместе с мясом. Однако согласно общепринятым правилам приличия, принято их разделять. Следует отметить, что такое правило приличия существуют и у других народов, у которых тоже принято разделять рыбные и мясные блюда, так как их вкус и запах резко отличаются. А в дорогих ресторанах различается даже форма посуды, в которой принято подавать рыбу и мясо.

05. Рыба и молочные продукты

Разрешается готовить рыбу вместе с молочной пищей, и разрешается есть такие блюда. Ведь наши мудрецы не постановили, что рыба должна иметь тот же статус, что и мясо, так как рыба существенно отличается от мяса по виду, и к ней применяется другой закон: рыба не требует шхиты, и ее кровь разрешено употреблять в пищу. В Мишне (трактат Хулин, 103б) объясняется, что разрешено готовить и есть рыбу вместе с молочной пищей, а в Вавилонском Талмуде (там же, 11б) говорится, что было принято макать рыбу в молочный соус.

Однако рабби Йосеф Каро писал (в Бейт Йосеф, Йоре деа, 87, 3), что не следует есть рыбу вместе с молочными продуктами, так как это может повлечь за собой опасность для здоровья. Опираясь на его слова, многие евреи в странах Востока и Северной Африки стали избегать употребления рыбы вместе с молочными продуктами. А некоторые авторитеты говорили, что запрет распространяется только на употребление рыбы вместе с молоком, но не с молочными продуктами (так писал Зивхей цедек). С другой стороны, некоторые сефардские законоучители разрешали есть рыбу вместе с молоком и молочными продуктами (так писали При хадаш, Хида, Шульхан гавоѓа).

На практике в наши дни представителям всех общин разрешается есть рыбу вместе с молоком и молочными продуктами, так как в Талмуде и трудах ранних законоучителей объясняется, что это разрешено изначально (лехатхила). Но даже те, кто придерживался в этом вопросе более строгого подхода, делали это исключительно из медицинских соображений. И поскольку современные врачи сходятся во мнении, что в этом нет опасности, запрет аннулируется. Возможно, раньше в определенных местностях в молоке содержались бактерии, которые при сочетании с рыбой вызывали заболевания, и врачи в тех местах, основываясь на своем опыте, предписывали избегать употребления рыбы вместе с молоком и молочными продуктами. И поскольку существует заповедь остерегаться опасности для здоровья, раввины этих мест указали слушаться предписания врачей. Но в наши дни, когда молоко пастеризуют, мы больше не должны опасаться подобных заболеваний. Поэтому даже тем, кто в прошлом следовал в этом вопросе более строгому подходу, разрешается есть рыбу вместе с молоком и молочными продуктами[3].

[3]. В Мишне (трактат Хулин, 103б) говорится: «Любое мясо запрещено варить в молоке, кроме мяса рыб и кузнечиков». В Гемаре (111б) объясняется, что разрешено есть рыб вместе с молочным соусом под названием «кутах». Многие ранние законоучители также пишут, что рыбу едят с молочными продуктами. Среди этих законоучителей: Рамбам (Законы, связанные с запрещенной пищей, 9, 5), Рашба, рабби Аѓарон Ѓа-Леви, Ран, Ритва, Меири и Тур. Однако в Бейт Йосеф (87, 3) сказано, что этого следует избегать, так как это может повлечь за собой опасность для здоровья. Тем не менее в Шульхан арух этот запрет не упоминается. Некоторые авторитеты считают, что сказанное в Бейт Йосеф – не более чем ошибка переписчика, и на самом деле рабби Йосеф Каро имел в виду, что не следует есть рыбу вместе с мясом, а рыбу с молоком – разрешено (так пишут Турей заѓав, 87, 3, и При хадаш). Но многие поздние законоучители поняли это так, что Бейт Йосеф запрещает есть рыбу вместе с молочными продуктами. Так пишут Левуш, Бейт Лехем Йеѓуда, При мегадим, Бен иш хай (Шана шния, Беѓаалотха, 15) и многие другие сефардские законоучители. И так пишет Яхаве даат (6, 48). С другой стороны, и среди сефардских законоучителей были те, кто разрешал есть рыбу вместе с молочными продуктами. Этого мнения придерживались При хадаш (87, 6), Хида (Махзик браха, 4), Шульхан гавоѓа (11) и рав Месас (Шемеш у-маген, 4, Йоре деа. 12). И такое постановление выносят все ашкеназские законоучители.

На практике, даже в тех семьях, где раньше было принято избегать употребления рыбы вместе с молочными продуктами, в наши дни это разрешено, так как с точки зрения Ѓалахи в этом нет никакого запрета. Это было запрещено только из соображений опасности для здоровья, а врачи последних поколений придерживаются однозначной позиции, что это не влечет за собой опасности. При этом мы не выражаем сомнений в обычаях предыдущих поколений, которые придерживались в этом вопросе более строгого подхода, потому что, возможно, раньше это было связано с опасностью, как объяснялось выше.

06. Отношение к опасности, исходящей от сил зла

В наши дни мы не должны соблюдать обычаи предосторожности, которые практиковались в древности из страха перед опасностью, исходящей от злых духов и демонов. Мы приходим к такому выводу на основании сказанного в Талмуде (трактат Псахим, 110а) по поводу обычая остерегаться парных чисел: в талмудическую эпоху многие люди избегали выпивать четное число бокалов с напитками или съедать четное число плодов или какой-либо другой пищи, чтобы не пострадать от демонов. Поэтому они всегда следили за тем, чтобы выпивать один, три или пять бокалов, а не два, четыре, шесть и так далее. Тот же самый обычай распространялся и на такую пищу как плоды, яйца и т.п. Этому можно дать такое объяснение: упомянутые демоны получали силу от религии зороастризма, приверженцы которой верят, что в мире существуют две силы – добро и зло. Поэтому люди, которые употребляли парное количество пищи или напитков, страдали от злых духов и демонов, исходивших от этого вида идолопоклонства. Однако наши мудрецы добавляют (в трактате Псахим, 110б): «Всякий, кто строго следит за этим, может пострадать, а кто не следит строго – не пострадает. Но опасаться этого все-таки следует». Это означает, что если человек, который обычно строго следит за тем, чтобы избегать этой опасности, не был достаточно осторожен, – он может пострадать от демонов; а если тот, кто обычно за этим не следит, выпил четное число бокалов, то злые силы и демоны не нанесут ему ущерба. Но изначально (лехатхила) желательно, чтобы человек не подвергал себя опасности и не выпивал четное число бокалов, потому что иногда упомянутые демоны вредят и тому, кто их не опасается.

Объяснение заключается в том, что духовные миры состоят из множества различных миров и измерений. В каждом из этих миров есть силы добрые и полезные, и есть силы злые и разрушительные. В мирах, причастных к воображению и мистике, эти силы проявляются в виде ангелов, духов и демонов, которые оказывают как доброе, так и разрушительное влияние, причем в каждом мире это происходит в соответствии с типом его мистического сознания. А в мирах, склоняющихся к аспекту разума, эти силы проявляются как добрые и злые представления и убеждения, которые распространяются и влияют на каждого человека в отдельности и на все человечество в целом – в каждом мире в соответствии с представлениями, лежащими в его основе.

У каждого человека есть свой мир, в котором пребывает его сознание. В том мире, где находится его сознание, – там он и живет, и силы, действующие в этом мире, влияют на него в лучшую или худшую сторону. Именно об этом сказали наши мудрецы: «Всякий, кто строго следит за этим, может пострадать, а кто не следит строго – не пострадает». Другими словами, если сознание человека пребывает в мире тех или иных духов и демонов – например, таких, которые наносят ущерб людям, выпивающим четное число бокалов, – то этот человек будет подвержен их влиянию. И все-таки наши мудрецы говорят, что каждому человеку следует опасаться всего, о чем известно, что это может повлечь за собой опасность. Ибо хотя его сознание далеко от этих злых духов и демонов, – тем не менее, поскольку он живет в эпоху, когда знание о них распространено в мире, а сам он опасается духов и демонов иных видов, те демоны, которые вредят тому, кто выпивает четное число бокалов, оказывают определенное влияние и на него, помимо его воли. Поэтому желательно, чтобы он остерегался этого влияния. Однако в наши дни, когда сознание почти всего еврейского народа пребывает в интеллектуальных духовных мирах, в которых нет места демонам и духам, и даже тайны Торы и богатые миры воображения объясняются с позиции разума, – будет неправильным, если мы станем опасаться вреда, который могут причинить нам эти злые духи. И только те люди, которые все еще дают им место в своем мировоззрении, из-за своих природных склонностей или полученного ими воспитания, должны их опасаться[4].

[4]. В наши дни неправильно поощрять страх перед опасностью, исходящей от злых духов и демонов. Мы приходим к такому выводу на основании слов законоучителей по поводу обычая четных чисел (см. Тосафот к трактату Йома, 77б; Бейт Йосеф, Орах хаим, 170, 1; Элия раба, 14; Арух ѓа-шульхан, Йоре деа, 116, 17). И хотя в духовных мирах эти злые силы, возможно, все еще существуют, – тем не менее, поскольку в нашем мире почти никто уже не придает им значимости, они не оказывают на нас влияния. Именно на это указывают слова наших мудрецов (трактат Йевамот, 12б): «Поскольку многие за этим не следят, нет опасения, ибо сказано (Теѓилим, 116:6): «Хранит Господь простаков»». Это означает, что когда многие люди не придают чему-либо значения, то Всевышний оберегает их от этого, потому что люди не обязаны остерегаться опасностей, которые грозят им из иных миров. Более того, поскольку человеку предпочтительней пребывать в мире разума, где его свободный выбор более очевиден, – нежелательно поощрять его страх перед опасностью, исходящей от злых духов и демонов. Некоторые величайшие еврейские мудрецы, прежде всего Рамбам, даже в прежние времена выступали против мнения тех, кто боялся опасности, исходящей от всевозможных видов колдовства, от злых духов и демонов. Эти мудрецы считали, что любой ущерб, который люди приписывали таким силам зла, на самом деле происходил от страха, испытываемого ими (см. Рамбам, Законы, связанные с идолопоклонством, 11, 16; Комментарий к Мишне, трактат Авода зара, 4, 7; Морэ невухим, 3, 37 и 46). По нашему убеждению, мир Рамбама и его последователей, то есть интеллектуально-философский мир, являлся полной противоположностью мирам воображения и мистики. Поэтому в их мире не было места мистическим силам зла, и они заявляли, что их вовсе не существует. Однако большинство еврейских мудрецов не приняли их подход, ведь сознание народа тоже творит реальность, особенно когда речь идет о людях умных и образованных. Поэтому, когда человеческое сознание интерпретировало определенные духовные силы как демонов и духов, именно так они проявлялись в мире. И так писали Рамбан (в комментарии к Шмот, 20:3; Ваикра, 17:7; Дварим, 18:9), Рашба (Ответы, 1, 413), Радбаз и многие другие законоучители. Но и они согласились бы, что, когда народ не живет с осознанием подобных опасностей, его не следует к этому побуждать.

07. Обычаи, связанные с избеганием опасности, исходящей от злых сил, для тех, кто их соблюдает

Согласно изученным нами основам, разъясним отношение к различным обычаям и мерам предосторожности против сил зла. Некоторые люди не едят очищенный чеснок, лук или яйца, если они оставались в очищенном виде всю ночь, даже если они лежали в закрытой посуде или полиэтиленовом пакете. Они избегают этого из опасения, что этой пищей овладел дух зла. Однако многие не придерживаются этого обычая, так как он не упоминается в качестве практического закона в трудах Рамбама, а также в большинстве сочинений ранних законоучителей и в Шульхан арух. И если в эпоху танаев[5] этот дух зла мог нанести человеку ущерб, то со временем это опасение утратило силу. Именно таков практический закон: он гласит, что не следует устанавливать запреты, которые не имеют под собой ѓалахической основы и опираются на опасения, не являющиеся реальными в наше время. Но тот, в чьей семье принято соблюдать этот обычай, может не есть эти продукты, если их по ошибке оставили очищенными на ночь, и нет опасения, что тем самым он нарушит запрет портить пищу (Баль ташхит)[6].

Начиная с эпохи гаонов существовал обычай не пить воду в «час перемены сезона». Солнечный год делится на четыре равные части («сезона»), и «час перемены сезона» – это тот момент, когда они сменяются. Согласно другому обычаю, не пьют воду, которая стояла начерпанная в этот час, – ее можно было пить, только если в нее положили кусок железа (см. Рама, Йоре деа, 116, 5; Орах хаим, 455, 1). С другой стороны, гаоны и ранние законоучители считали, что этот обычай вообще не следует принимать во внимание (так писали в том числе рав Ѓай Гаон и Эвен Эзра). И таков практический обычай[7].

Наши мудрецы предостерегают не пить ночью воду из реки или озера. Поскольку в темноте человек не видит, что содержится в этой воде, возникает опасение, что он может проглотить пиявку (см. трактат Авода зара, 12б). Но это не связано с опасением злых духов и демонов[8].

[5]. Танай – титул законоучителей в Земле Израиля в 1-2 в.в. н.э., начиная с периода деятельности Ѓилеля и до конца составления Мишны (прим. пер.).

[6]. В трактате Нида (17а) приводятся слова Рашби, что тот, кто ест очищенный чеснок, лук или яйца, оставленные на ночь, «подвергает себя опасности, и ответственность за собственную жизнь лежит на нем самом». Далее в Талмуде объясняется, что даже если их положили в посуду, ими все равно овладевает дух зла, но если вместе с ними положили кусочек шелухи или корень, опасения нет. Рамбам и большинство других ранних законоучителей не упоминают это предостережение, и в Шульхан арух оно также не приводится. А Ям шель Шломо (к трактату Хулин, 8, 12) и Тиферет Цви (рабби Цадока из Люблина, 116) пишут, что этот обычай не следует принимать во внимание. И так писали многие авторитеты от имени Маѓарама из Ротенбурга в отношении очищенного яйца (как упоминает Ѓагаѓот Мордехай). То же самое пишут по поводу этого обычая многие поздние законоучители.

Однако многие авторитеты полагают, что лехатхила этот обычай следует учитывать, а бедиавад, если эту пищу оставили очищенной на ночь, – тот, кто хочет ее съесть, вправе так поступить. Согласно другому обычаю, ее не едят даже бедиавад. И хотя предпочтительно не принимать этот обычай во внимание, нет опасения, что тот, кто его соблюдает, поскольку так было издавна принято в его семье, нарушает запрет Баль ташхит. Ведь он выбрасывает эту пищу, чтобы исполнить обычай своих предков, а не просто так. Также можно оставить на этой пище ночью немного шелухи или скорлупы, или же не срезать корень лука (см. трактат Нида, 17а), или же смешать ее с небольшим количеством другой пищи, например, соли или масла.

[7]. Хотя многие поздние законоучители разъясняют детали этого обычая, на практике соблюдать его не принято. В действительности люди не знают, когда именно наступает «час перемены сезона», и к тому же, по поводу его расчета существует множество сомнений.

[8]. В трактате Авода зара, 12б, сказано: «Учат наши наставники: не должен человек пить воду ни из реки, ни из озера, ни прямо из водоема, ни зачерпывая воду рукой. А если пил – то вина на нем, ибо он подверг себя опасности. А в чем опасность? Проглотить пиявку». То же самое пишут Рамбам (Законы, связанные с убийством, 11, 6) и Рама (Йоре деа, 116, 5). А мудрецы (там же в Талмуде) добавляют, что запрещено пить воду из водоема ночью, из опасения перед демоном по имени Шаврири (букв. «Хрупкий»). А в трактате Псахим (112а) мудрецы предостерегают не пить воду в ночь на среду и в субботнюю ночь, из опасения перед духом зла. Они также приводят особое заклинание для того, кто испытывает жажду в одну из таких ночей, чтобы не пить воду и не подвергать себя опасности. Однако поскольку в наши дни мы не опасаемся злых духов и демонов, мы принимаем во внимание только ощутимую опасность. Мы также не опасаемся выливать воду из дома умершего и из соседних домов, как объясняется в Яскиль авди и в книгах многих других авторитетов.

08. Обычаи, которые связаны с избеганием опасности, исходящей от сил зла, но имеют под собой и другие причины

Некоторые предостережения основаны на причинах нравственного характера, поэтому их следует принимать во внимание. Ведь иногда опасение перед силами зла соответствует глубине нравственной причины. Например, наши мудрецы говорят, что человек должен строго следить за тем, чтобы не бросать на пол хлебные крошки, ибо тот, кто так поступает, навлекает на себя нищету, потому что ангела, ответственного за пропитание и заработок, зовут Накид (букв. «Чистота»), а ангела, ответственного за бедность, зовут Наваль (букв. «Грязь»). Поэтому там, где по полу разбросаны хлебные крошки, обитает ангел бедности, а там, где чисто, обитает ангел богатства (см. трактат Псахим, 111б; Хулин, 105б; Шульхан арух, Орах хаим, 180, 4). И следует соблюдать это указание, так как оно соответствует нравственному указанию, ибо тот, кто раскидывает по земле хлебные крошки, как будто пренебрегает Божественным благословением, и подобает, чтобы благословение, которое поступает к нему свыше, прекратилось. Кроме того, если человек не следит за чистотой в своем доме, то он привыкает относиться пренебрежительно и к другим сферам своей жизни, включая управление деньгами и имуществом, и это рано или поздно приводит его к бедности (см. выше, гл. 13, п. 12).

Существует обычай не ставить под кровать пищу и напитки, так как они могут испачкаться, а если их там забудут, то они испортятся и заплесневеют. Кроме того, сон считается одной шестидесятой смерти, поэтому не подобает, чтобы пища, предназначенная для того, чтобы давать нам жизненные силы, находилась под кроватью, на которой человек лежит неподвижно, как мертвый. А некоторые люди также опасаются злого духа, который овладевает пищей, находящейся пол кроватью в то время, когда на ней кто-то спит, поэтому избегают употребления такой пищи и напитков. На практике, изначально (лехатхила) не следует ставить пищу и напитки под кровать, но если их туда поставили, то употреблять их разрешено[9].

[9]. Рамбам (Законы, связанные с убийством, 12, 5) пишет: «И не следует ставить под кровать пищу (непокрытую – авт.), даже когда человек готовит трапезу, ибо в нее может упасть что-либо, наносящее ущерб, а он не заметит». В этом Рамбам основывается на словах Иерусалимского Талмуда (трактат Трумот, 8, 3), где не упоминается причина, связанная с духом зла. Однако в Вавилонском Талмуде (в трактате Псахим, 112а) говорится: «Учат наши наставники: если человек ставит пищу или питье под кровать, даже если они накрыты железной посудой, ими овладевает дух зла». И то же самое пишет Раавад. А из сказанного в Иерусалимском Талмуде следует, что запрет распространяется только на вареные блюда и напитки. И так пишут Риф, Рош, Тур и Шульхан арух (116, 5). Из сказанного же в Вавилонском Талмуде можно понять, что запрет относится к любой пище и напиткам. Однако бедиавад эта пища считается разрешенной, так опасение перед духом зла действует только лехатхила. А некоторые авторитеты считают, что даже лехатхила опасаться этого не следует. С другой стороны, есть авторитеты, которые считают, что такую пищу не следует есть даже бедиавад.

01. Пищевая промышленность: предисловие

В современной пищевой промышленности используются всевозможные пищевые добавки, такие как эмульгаторы, стабилизаторы, увлажнители, вещества, препятствующие слеживанию, усилители вкуса и пищевые красители. Объясним подробнее: если необходимо смешать два вещества, которые не смешиваются естественным образом, такие как вода и растительное масло, для производства шоколада или молочных пудингов, муссов и т.п., – для этого используется эмульгатор, который соединяет и смешивает эти вещества. А поскольку даже после использования эмульгатора эти два вещества имеют тенденцию разделяться, применяется стабилизатор, который сохраняет их в смешанном виде. Чтобы сохранить влажность продуктов, склонных к высыханию, используются увлажнители. Если нужно предотвратить образование комков в пище, чтобы она оставалась красивой, мягкой и эластичной, для этого тоже используются специальные вещества. Когда необходимо сделать жидкий продукт густым, – например, изготовить из жидкого молока густой йогурт, – применяют загустители, такие как желатин. Когда производитель хочет, чтобы пища сохранялась в течение длительного времени, используются консерванты и антиоксиданты. Также используются усилители вкуса, цель которых состоит в том, чтобы подчеркнуть одни вкусы и устранить другие.

Почти все пищевые добавки производятся вне Израиля. Поэтому, если они изготавливаются из растительных веществ, они, как правило, не имеют проблем с кашрутом. Но если добавки изготовлены из веществ животного происхождения, то они в большинстве случаев запрещены. Это объясняется тем, что сырьем для них служат либо некошерные животные (например, свиньи), либо кошерные животные, не прошедшие шхиту согласно требованиям Ѓалахи[1].

Если пища содержит вино или винный уксус нееврейского производства, то возникает проблема, называемая стам йейнам (букв. «просто нееврейское вино»; см. выше, гл. 29, п. 1). И если объем пищи не превосходит объем вина в шестьдесят раз, то вся пища является запрещенной (см. выше, гл. 34, п. 9; Шульхан арух, 134, 2-3). А если в пищу добавляют ингредиенты молочного происхождения, то нужно проверить, не являются ли они запрещенными на основании запрета на «нееврейское молоко», а также, сохранила ли вся эта пища статус парве.

Согласно практическому закону, поскольку потребитель не может знать все пищевые добавки и их ѓалахический статус, необходим ответственный надзор за всеми промышленными пищевыми продуктами, а без надзора есть такие продукты запрещено.

Теперь, после того как мы изучили общие ѓалахические правила для потребителя, разъясним детали законов, связанных с пищевыми добавками.

[1]. Во многих странах, в том числе в Израиле, пищевые добавки имеют маркировку в соответствии с европейским стандартом, обозначенным буквой E (Europe). Все вещества классифицируются согласно их назначению. Вещества под каждыми ста номерами имеют определенное назначение. Добавки, используемые в качестве пищевых красителей, обозначены номерами от 100 до 199, то есть Е100 – Е199. Следующая сотня номеров посвящена консервантам, их маркировка Е200 – Е299. Антиоксиданты имеют маркировку Е300 – Е399. Загустители, эмульгаторы и стабилизаторы обозначены номерами Е400 – Е499. В эту сотню входят желатин, обозначаемый Е441, и глицерин (Е422). Серия 500-599 включает в себя вещества, предотвращающие образование комков. Серия 600-699 – усилители вкуса. Серия 700-799 – антибиотики, предотвращающие образование бактерий. 900-999 – серия усилителей вкуса, подсластителей и др. Это основные добавки, используемые в современной пищевой промышленности.

02. Ѓалахические вопросы, связанные с пищевыми добавками

В отношении пищевых добавок возникает три основных вопроса. Первый вопрос: каков закон в случае, если в процессе производства пищевого продукта запрещенный ингредиент стал непригоден для употребления в пищу? Аннулируется ли запрет на него, потому что образовавшийся продукт считается «вновь появившимся»? Или же, поскольку этот ингредиент предназначен для использования в пищевой промышленности, запрет остается в силе?[2]

Второй вопрос: если запрещенный ингредиент аннулируется в соотношении 1:60, то в каких случаях он оказывает существенное влияние на всю пищу и, следовательно, не аннулируется в смеси, так как имеет статус маамид (см. выше, гл. 34, п. 6), а в каких случаях его влияние не является существенным и он аннулируется?[3]

Третий вопрос: даже если пищевая добавка, запрещающая всю смесь, не имеет статуса маамид, еврею все равно запрещено изначально (лехатхила) добавлять ее в пищу (см. выше, гл. 34, п. 13), и в таком случае, каков закон, если нееврей добавил ее в пищу, предназначенную как для нееврев, так и для евреев?[4]

[2]. Если пища становится непригодна для человека, то на нее больше не распространяется запрет Торы. Однако большинство законоучителей считает, что ее запрещено есть согласно постановлению мудрецов, а также запрещено преднамеренно смешивать ее с другой пищей. И таков практический закон (см. выше, гл. 34, п. 7, прим. 8). Но если эта пища непригодна и для того, чтобы накормить собаку, то, как говорят некоторые авторитеты, она полностью утратила статус пищи, и на нее больше не распространяются никакие запреты, поэтому ее можно смешивать с разрешенной пищей (см. Ахиэзер, 3, 33). Согласно другому мнению, постфактум, если ее уже смешали с разрешенной пищей, то есть эту смесь разрешено (см. Ѓар Цви, Йоре деа, 83). Есть также авторитеты, которые считают, что если этот ингредиент стал непригоден для собаки в процессе его обработки и превращения в пищевую добавку, то запрет в отношении него не аннулируется, и он имеет тот же статус, что закваска или дрожжи, которые, хотя и непригодны в качестве пищи для собаки, однако делают запрещенными тесто или вино, с помощью которых они изготовлены, так как именно в этом заключается их предназначение (на основании сказанного в Тосефте к трактату Бейца, 1, 5; и см. Хелькат Яаков, Йоре деа, 11).  →

Исходя из этого, авторитеты спорят, каков закон в отношении запрещенной пищи, которая непригодна для человека и вдобавок подверглась обработке, существенным образом изменившей ее форму и внешний вид: разрешено ли лехатхила смешивать ее с разрешенной пищей? В основе ответа на этот вопрос лежит закон в отношении мускуса. У мускусного оленя есть железа, которая выделяет ароматическое вещество (мускус), используемое для ароматизации пищевых продуктов. По мнению Рама и Роша (Законы благословений, 6, 35), поскольку источником этого ароматического секрета служит кровь оленя, на мускус распространяется тот же запрет, что и на кровь, и его запрещено смешивать с разрешенной пищей. Однако на практике принято выносить постановление, соответствующее мнению рабейну Йоны (в дополнениях к комментарию Рифа к трактату Брахот, 31б): что разрешено добавлять в пищу мускус, так как кровь оленя полностью изменилась – по цвету, вкусу и запаху, – и стала как бы новым продуктом, поэтому на мускус распространяется ѓалахическое правило «новое творение появилось здесь». А Ран добавляет: помимо того, что кровь мускусного оленя полностью видоизменилась, превратившись в мускус, это вещество также непригодно для употребления в пищу, поэтому запрет на него больше не распространяется. И большинство законоучителей согласны, что если запрещенное вещество полностью видоизменилось и стало непригодно для употребления человеком в пищу, то на него больше не распространяется первоначальный запрет, и его разрешено смешивать с разрешенной пищей. Но если в процессе изменения оно не стало непригодным для употребления человеком в пищу, то даже если оно видоизменилось существенным образом, запрет на него остается в силе, и его запрещено смешивать с разрешенной пищей (так пишут Радбаз, Виленский Гаон, Хатам софер, Хазон иш, Ахиэзер, Минхат Ицхак). А некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и говорят: разрешение в силе при условии, что процесс видоизменения произошел естественным путем, но если видоизменение произошло в результате целенаправленного действия человека, эта пища остается запрещенной (см. Ор ле-Цион 1, Орах хаим, 34). Согласно другому мнению, если целенаправленное действие человека привело к тому, что эта пища стала непригодной для человека и существенно видоизменилась, став как бы новым продуктом, то даже если цель этих действий заключалась в том, чтобы превратить ее в пищевую добавку, она стала разрешенной. Но если запрещенную пищу лишь разложили на составные компоненты, она не считается новым продуктом, и запрет остается в силе (см. Минхат Ицхак, 5, 41).

[3].> Как мы уже говорили (в гл. 30, п. 7), наши мудрецы запретили сыр нееврейского производства, потому что в него добавляют разрезанный желудок некошерных животных. Рашба (Респонсы, 3, 214) делает из этого такой вывод: всегда, когда в разрешенную пищу добавляют запрещенный ингредиент, чтобы повысить ее качество, этот ингредиент не аннулируется в смеси, даже если его объем в шестьдесят раз меньше объема разрешенной пищи. Мнение Рашба приводят в качестве практического закона Бейт Йосеф (Йоре деа, 134), Маген Авраѓам (442, 1) и многие другие авторитеты. С другой стороны, Рамбам (Законы, связанные с запрещенной пищей, 3, 13) считает, что нееврейский сыр запрещен именно потому, что желудок некошерного животного имеет статус маамид при изготовлении сыра, а ингредиент, имеющий этот статус, не аннулируется ни в каком соотношении. И этот закон не распространяется на ингредиент, который повышает качество пищи, но не имеет статуса маамид. Нода бе-Йеѓуда (Второе издание, Йоре деа, 56) выводит из этих слов Рамбама, что следует разрешить брагу, в которую положили некошерное мясо, чтобы смягчить ее крепость. Ведь это мясо не выполняет в данном случае функцию вещества, имеющего статус маамид, а его вкус не ощущается явственно, а лишь улучшает вкус самой браги. И поскольку даже согласно подходу Рашба речь идет о запрете, установленном мудрецами, закон соответствует менее строгому толкованию, так как в данном случае мы имеем дело с полемикой мудрецов. И так написано в Сридей эш (2, 21) в отношении глицерина, изготовленного из некошерных животных, и в Ор ле-Цион (ч. 1, Орах хаим, 34) в отношении лимонной кислоты. А некоторые авторитеты, которые придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона, объясняют, что и Рашба следует более строгому подходу только в тех случаях, когда запрещенный ингредиент улучшает качество пищи заметным образом, но если его вкус не ощущается, и он повышает качество пищи лишь немного, то он аннулируется в соотношении 1:60 (так пишут Махацит ѓа-шекель, 447, 45; Маѓаршам, 3, 234; Минхат Ицхак, 9, 168).

Согласно сказанному в Минхат Ицхак (6, 71), статус маамид не распространяется на консерванты, изготовленные из запрещенных продуктов (такие как глицерин, сделанный из некошерных животных), так как они лишь консервируют пищу, приготовленную без их участия. А по мнению рава Мордехая Элияѓу, поскольку без этих консервантов пища испортилась бы, они имеют статус маамид (см. Ѓа-кашрут ке-Ѓалаха, ч. 1, 24, 25).

[4]. По мнению Радбаза (3, 547), разрешение, упомянутое в предыдущем примечании и соответствующее подходу Рамбама, действует тогда, когда запрещенный ингредиент смешался с пищей непреднамеренно. Но когда нееврей преднамеренно добавил его в пищу, то даже если его объем в шестьдесят раз меньше объема разрешенной пищи, и его влияние на всю смесь незначительно, – то и согласно подходу Рамбама и его последователей, запрещено покупать у нееврея эту пищу, так как запрет аннулировать запрещенный ингредиент включает в себя лехатхила и запрет покупать его у того, кто аннулировал его преднамеренно. И так написано в Шиюрей браха (99, 5), и нечто подобное пишет Бейт Йеѓуда (115б). С другой стороны, большинство поздних законоучителей не согласны с Радбазом и пишут, что поскольку на нееврея не возлагается этот запрет, ему разрешено аннулировать запрещенные ингредиенты смеси в соотношении 1:60, а после того, как они были аннулированы, еврею разрешено покупать пищу, в которой они содержатся. Так пишут Маѓарам из Люблина, Нода бе-Йеѓуда и многие другие.

Однако указанные авторитеты разрешают это при условии, что нееврей приготовил эту пищу для неевреев. Но если он обычно продает ее и евреям, то получается, что он аннулировал запрещенный ингредиент ради них. А значит, эти продукты запрещены для евреев (как объяснялось выше, в гл. 34, п. 13). И так пишет рабби Акива Эйгер (99, 5) от имени Риваша (498). Если же покупатели не знают, добавил ли нееврей запрещенный ингредиент в пищу, которую он обычно продает также евреям (например, если в эту пищу иногда добавляют кошерную добавку растительного происхождения, а иногда – некошерную добавку животного происхождения), и при этом объем пищи превышает объем добавки в 60 раз, – то, как говорят некоторые авторитеты, согласно подходу законоучителей, которые разрешают такую пищу (то есть не согласны с Радбазом и его последователями), можно покупать эту пищу (так пишут Минхат Ицхак и другие авторитеты). А При хадаш, рабби Акива Эйгер и Хазон иш считают: даже если покупатели не знали, что запрещенный ингредиент был аннулирован, пища им запрещена, так как этот ингредиент был аннулирован ради них.

03. Желатин

Желатин (Е441) получают из коллагена – белка, содержащегося в костях и коже животных. В пищевой промышленности он используется для загустения и стабилизации конфет, мороженого, молочных продуктов и т.п. На крупных предприятиях его производят из нечистых животных или из чистых животных, которые не были зарезаны должным образом согласно требованиям Ѓалахи. В процессе производства кости и шкуры животных вымачивают в извести для удаления лишней жидкости и ненужных веществ, а остальное перемалывают и превращают в порошок, после чего смешивают с водой и нагревают до тех пор, пока молекулы коллагена не изменяют свой состав и не превращаются в желатин.

Некоторые ѓалахические авторитеты разрешают употреблять в пищу желатин, так как в процессе его производства кости и кожа животных утрачивают всякий вкус и становятся несъедобными даже для собаки. И поскольку в результате этого желатин становится как бы новым веществом и на него распространяется правило «новое творение появилось здесь», есть его не запрещено. А если речь идет о желатине, получаемом из твердой оболочки костей, то авторитеты приводят еще один довод в пользу менее строгого толкования закона: твердая оболочка кости не считалась съедобной и раньше, до того, как из нее получили желатин, поэтому она изначально не была запрещенной (так пишут Ахиэзер, Ябиа омер и др.).

Другие авторитеты запрещают есть желатин, так как, по их мнению, не считается, что в процессе его производства образуется новое вещество. Из костей и кожи животных извлекают коллаген, и запрет Торы, распространяющийся на кости и кожу некошерных животных, относится и к коллагену, полученному из них. При этом желатин не аннулируется в соотношении 1:60, потому что имеет статус маамид, а ингредиенты, имеющие этот статус, не аннулируются в таком соотношении (так пишут Игрот Моше и Минхат Ицхак).

На практике, тот, кто хочет придерживаться в этом вопросе менее строгого толкования закона, вправе так поступить, так как речь идет о полемике, связанной с постановлением мудрецов. Ведь на самом деле желатин не имеет вкуса, а служит только стабилизатором (маамид), а закон о том, что маамид не аннулируется даже в соотношении один к тысяче, – это постановление мудрецов (см. выше, гл. 34, п. 6). Кроме того, возможно, некоторые из тех авторитетов, которые в прошлом придерживались в данном вопросе более строгого подхода, призна́ют, что сегодня химический процесс, которому подвергается коллаген, превращает его в «новое вещество». Однако, с другой стороны, поскольку в наши дни можно легко достать желатин, полученный из костей и кожи кошерных животных, зарезанных в соответствии с требованиями Ѓалахи, или из кожи кошерных рыб, – изначально (лехатхила) не подобает пользоваться желатином, изготовленным некошерным способом.

04. Глицери

Глицерин (glycerol – E422) является одной из составляющих жира в живом организме. Он предназначен для сохранения энергии в условиях голода. Глицерин используется в пищевой промышленности для смешивания, стабилизации, загустения, подслащивания, консервации и многого другого. На крупнейших пищевых предприятиях мира его получают из нечистых животных (например, свиней) или из чистых животных, которые не были зарезаны должным образом согласно требованиям Ѓалахи. Сегодня существуют растительные и синтетические заменители глицерина.

Некоторые ѓалахические авторитеты считают, что поскольку на одной из стадий производства глицерин является несъедобным и приобретает отталкивающий запах, запрет больше на него не распространяется. И когда он опять становится съедобным, это как бы новое вещество, и есть его разрешено. К тому же, часто он составляет менее одной шестидесятой от общего объема продукта, поэтому он аннулируется (согласно ѓалахическому правилу батель бе-шишим). При этом нельзя утверждать, что он является стабилизирующим ингредиентом (маамид), и поэтому правило батель бе-шишим на него не распространяется, так как часто его влияние на вкус и текстуру продукта не очень заметно, в отличие от обычных стабилизаторов. И нередко он оказывает свое влияние вместе с другими, кошерными продуктами, и в таком случае действует правило «Если два ингредиента оказывают на смесь существенное влияние – смесь разрешена» (см. выше, гл. 34, п. 6), то есть запрет на него аннулируется.

С другой стороны, многие авторитеты считают, что глицерин, пройдя все стадии обработки, не считается новым веществом, так как его всего лишь отделили от жирных кислот, с которыми он был смешан. А тот факт, что он приобретает отталкивающий запах, не делает его непригодным для употребления в пищу, потому что это происходит в результате преднамеренного процесса, направленного на подготовку его к употреблению в пищу. Поэтому, если глицерин является единственным стабилизирующим ингредиентом в продукте, есть его запрещено. Но даже если он не единственный стабилизатор, его все равно запрещается добавлять в продукт преднамеренно. Если же это произошло, то изначально (лехатхила) этот продукт запрещено употреблять в пищу. Именно таково общепринятое практическое постановление. Оно гласит, что глицерин должен быть изготовлен из растительного масла, либо из жира кошерных животных, прошедших шхиту согласно требованиям Ѓалахи, либо из синтетических веществ[5].

[5]. Глицерин получают путем разделения жирных соединений типа «триглицеридов» на молекулу глицерина и три молекулы жирных кислот. Первоначально, около ста пятидесяти лет назад, глицерин использовался для стабилизации и подслащивания спиртных напитков. Его производство осуществлялось путем кипячения, от которого глицерин не становился непригодным для употребления в пищу. Поэтому все ѓалахические авторитеты были согласны, что использовать его запрещено. С развитием пищевой промышленности глицерин стал использоваться также в качестве стабилизатора, эмульгатора, консерванта, средства, препятствующего кристаллизации, и в других невкусовых целях. Сегодня при очистке глицерина к нему добавляют вещества, которые делают его непригодным в пищу для собаки, например, каустическую соду. Некоторые авторитеты говорят, что на этом этапе запрет в отношении него аннулируется. Однако большинство авторитетов считает, что поскольку вкус глицерина становится испорченным под влиянием другого вещества, добавленного к нему, – после того, как это вещество извлекают из него, он вновь становится съедобным, поэтому запрет на него остается в силе. Поздние законоучители также спорят о том, можно ли считать, что в результате отделения глицерина от жирных кислот он становится «новым продуктом». С одной стороны, можно сказать, что поскольку триглицеридное соединение распадается на разные молекулы, образуется «новый продукт». С другой стороны, можно сказать, что изменение, превращающее вещество в «новый продукт», заключается в изменении внутреннего порядка сборки молекулы, и поскольку молекула глицерина не подвергается такому изменению, запрет в отношении него остается в силе. На практике Сридей эш (2, 21) придерживается в этом вопросе менее строгого толкования закона, а Минхат Ицхак (5, 5) – более строгого, и к такому же мнению склоняется большинство других авторитетов.

05. Пищевые красители

Пищевые красители предназначены для придания пище свежего и привлекательного вида, а иногда и для маскировки дефектов. Вначале производители продуктов питания использовали для производства красителей натуральные ингредиенты, полученные из фруктов, овощей и морских гадов. С развитием современной промышленности были разработаны красители из синтетических материалов, таких как нефть и уголь. Эти красители дешевле, имеют более яркий и долговечный цвет и являются кошерными, поскольку у синтетических материалов нет проблем с кашрутом. В последние годы стало ясно, что они могут быть вредны для здоровья, особенно здоровья детей в период развития. В результате этого начался процесс, в ходе которого все больше производителей возвращаются к использованию натуральных пищевых красителей.

Большая часть натуральных пищевых красителей имеет растительное происхождение и производится за пределами Земли Израиля, поэтому в отношении этих красителей не возникает проблем с кашрутом. Исключение составляет краситель Е163, имеющий оттенок между красным и синим. Иногда он производится из остатков винограда, сок из которых был выжат для производства вина, поэтому на него распространяется запрет стам йейнам (см. выше, гл. 29, п. 2).

Пищевые красители, изготовленные из веществ животного происхождения, запрещены. Наиболее распространенные из них – карминовая кислота (Е120), которая дает красный цвет и производится из тли, и пищевой краситель Е161g, который иногда производится из раков или других некошерных животных[6].

[6]. По мнению Минхат Ицхак (74, 5), пища, в которую добавили запрещенный ингредиент, чтобы придать ей цвет, и вкус этого ингредиента в ней не ощущается, – является разрешенной. А из сказанного в Сифтей коѓен (Йоре деа, 102, 5) мы приходим к выводу, что она запрещена. И так пишет Виленский Гаон, и к этому же мнению склоняются Мишна брура (513, 9) и большинство других поздних законоучителей.

Однако некоторые авторитеты говорят: если пищевой краситель, изготовленный из некошерных животных или животных, имеющих статус невела, в процессе изготовления достиг стадии, когда не был пригоден в пищу человеку (например, был высушен, пока полностью не потерял вкус), то запрет на него больше не распространяется. Так, Тиферет Цви (Йоре деа, 73) разрешает вино, красный цвет которого был усилен с помощью порошка из сушеных и измельченных мух. И это соответствует сказанному в Бейт Йосеф от имени Шиболей ѓа-лекет по поводу закона в отношении разрезанного желудка некошерных животных. И к тому же выводу мы приходим на основании сказанного в Сифтей коѓен (114, 21), что любая пища, которая была высушена до состояния древесины, перестает быть запрещенной.

С другой стороны, При мегадим считает, что разрезанный желудок некошерного животного перестает быть запрещенным, если он был высушен, потому что даже после варки он не возвращается в свое прежнее состояние. Но сушеное мясо остается запрещенным, так как в результате варки оно возвращается в прежнее состояние. А по мнению Нода бе-Йеѓуда (141, Йоре деа, 26), это относится только к законам, касающимся разделения мясной и молочной пищи: если мясо высыхает до состояния древесины, то оно больше не имеет статуса мясной пищи, и его не запрещено готовить вместе с молочной пищей. Что же касается других запретов, то высыхание пищи до состояния древесины их не отменяет. Рав Мордехай Элияѓу добавляет, что даже по мнению большинства авторитетов, разрешающих запрещенную пищу, высохшую до состояния дерева, это разрешение действует только тогда, когда ее употребляют необычным для нее способом. Но если эта пища предназначена для того, чтобы быть использованной в качестве пищевого красителя, то поскольку это обычный способ ее использования, та пища, которая была покрашена с ее помощью, становится запрещенной. Даже если ее объем превышает объем красителя в 60 раз, он не аннулируется, так как его влияние на всю пищу очевидно, и поэтому на него распространяется тот же закон, что и на стабилизатор (маамид), который не аннулируется ни в каком соотношении. И так гласит общепринятый закон: не следует выдавать сертификат кошерности на продукты, содержащим пищевые красители животного происхождения, высушенные и лишенные вкуса. И см. то, что я написал в тексте. Однако постфактум, если их уже смешали с разрешенной пищей, то при крайней необходимости можно положиться на мнение авторитетов, которые придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона.

К числу пищевых красителей, которые, насколько нам сегодня известно, особенно вредны для здоровья, относятся Е102, Е110, Е124.

06. Шеллак

Во многих странах мира принято покрывать шеллаком фрукты и сладости, чтобы они выглядели блестящими и красивыми. Шеллак – это древесная смола, которая под воздействием экскрементов насекомого, называемого Kerria lacca и обитающего в Таиланде и Индии, становится вязкой и липкой. И для того, чтобы его можно было нанести на фрукты и сладости, его разбавляют алкоголем. Шеллак обозначается как Е904 и принадлежит к категории глазировочных веществ.

Некоторые ѓалахические авторитеты запрещают употреблять в пищу фрукты и сладости, покрытые шеллаком, так как вещество, выделяемое насекомым, является стабилизатором шеллака и поэтому имеет статус маамид, так как именно под его воздействием шеллак приклеивается к поверхности фруктов и сладостей. И поскольку это вещество выделяет некошерное насекомое, оно является запрещенным.

Другие авторитеты разрешают такие фрукты и сладости, потому что вещество, выделяемое вышеупомянутым насекомым, твердое, как дерево, и имеет горький вкус. Поэтому оно аннулируется относительно самого шеллака, так как на него распространяется тот же закон, что и на любой ингредиент, который портит вкус пищи (нотен таам ли-фгам). Такой ингредиент не делает смесь запрещенной. А тот факт, что он стабилизирует краситель, не придает ему статус маамид в отношении запрета употреблять эту смесь в пищу (см. Игрот Моше, ч. 2, Йоре деа, 24).

На практике принято не выдавать сертификат кошерности на продукты, покрытые шеллаком. К тому же, в этом нет большой необходимости, потому что их можно покрыть глазурью из других, разрешенных веществ. Если же кто-то купил продукты, в отношении которых возникает опасение, что они покрыты шеллаком, то он должен их тщательно помыть, чтобы удалить покрытие. При этом он не должен опасаться того, что не сможет удалить все покрытие полностью, потому что речь идет о двойном сомнении (сфек сфека), связанном с постановлением мудрецов. Первое сомнение: возможно, этот продукт не покрыли шеллаком, а если и покрыли, то, он, возможно, был смыт водой. Второе сомнение: даже если на нем остался шеллак, практический закон, возможно, соответствует мнению тех авторитетов, которые его разрешают. И это двойное сомнение относится к запрету, установленному мудрецами, потому что шеллак не придает пище вкус.

07. Продукты, выращенные на запрещенном субстрате

Если пища непригодна для собаки, то запрет на нее аннулируется. Однако если эту пищу специально сделали непригодной для собаки, чтобы использовать ее для улучшения качества других видов пищи, – например, закваска, которую кладут в тесто (см. Тосефта к трактату Бейца, 1, 5); или дрожжи, которые вызывают брожение при изготовлении вина или пива; или кислое молоко, ускоряющее свертывание молока при производстве сыра, – то эта пища сохраняет свою значимость, поэтому запрет на нее не аннулируется. Следовательно, она делает запрещенной всю пищу, качество которой было улучшено с ее помощью.

В последнее время в промышленном производстве продуктов питания больше не используют кислое молоко для изготовления мягкого сыра, разрезанный желудок животных – для изготовления твердого сыра, а закваску – для теста. Вместо этого берут специальные бактерии или дрожжи (микроорганизмы) и выращивают их в питательной среде, содержащей вещества, которыми они питаются. В результате они быстро размножаются, и в течение несколько дней образуются миллионы дрожжевых грибов или бактерий, из которых можно также получать ферменты. После того, как они достигнут необходимого количества, их изолируют от питательной среды и замораживают для продажи на фабрики. Ферменты же используются для производства твердых сыров, дрожжевые грибы – для брожения теста, вина и пива, а с помощью бактерий производятся мягкие сыры.

Согласно практическому закону, даже если субстрат, на котором выращиваются эти микроорганизмы, содержит запрещенные вещества, сами микроорганизмы, растущие на нем, считаются кошерными. Это объясняется тем, что, во-первых, такой субстрат всегда содержит также и разрешенные вещества, без которых микроорганизмы, выращиваемые на нем, не могут существовать. Поэтому считается, что они развиваются согласно правилу о «двух ингредиентах, оказывающих на смесь существенное влияние», а бедиавад это разрешено (см. выше, гл. 34, п. 6). Кроме того, микроорганизмы, развивающиеся на этой питательной среде, не образуются из нее самой, а развиваются за счет питания, которое от нее получают. Этим они подобны кошерному животному, которое питается некошерной пищей. По мнению большинства законоучителей, мясо такого животного разрешено к употреблению. И даже те законоучители, которые придерживаются в данном вопросе более строгого толкования закона, согласны, что если это животное питается также кошерной пищей, то его мясо является разрешенным.

Однако здесь можно привести такой аргумент: эти случаи невозможно сравнивать друг с другом, потому что запрещенная пища проходит длительный процесс пищеварения в желудке животного, поэтому запрет на нее аннулируется, так как она строит клетки тела животного, в то время как вышеупомянутые микроорганизмы питаются непосредственно запрещенными веществами. Кроме того, правило о «двух ингредиентах, оказывающих на смесь существенное влияние» делает пищу разрешенной только бедиавад, и сегодня можно найти кошерные заменители запрещенных веществ, входящих в состав субстрата. Поэтому организации, выдающие сертификаты кошерности, требуют, чтобы субстрат, на котором выращиваются микроорганизмы, состоял из кошерных питательных веществ[7].

[7]. В Вавилонском Талмуде, в трактате Тмура (31а), говорится, что животное, которое кормили викой, предназначенной для идолопоклонства, наряду с кошерной пищей, пригодно для принесения в жертву. Но если его кормили только викой, предназначенной для идолопоклонства, то оно непригодно для принесения в жертву. Тосафот (со слова שינקה) добавляют, что это животное также запрещено употреблять в пищу. По мнению Крети у-флети (Йоре деа, 60, 1), этот запрет действует лишь в случае, если животное питалось пищей, запрещенной потому, что она предназначалась для идолопоклонства. Но если оно питалось пищей, запрещенной по любой другой причине, то его мясо разрешено к употреблению, ведь эта пища уже переварилась в кишечнике животного и перестала существовать. А Сифтей коѓен (60, 5) и При хадаш (5) пишут: если животное питалось любой пищей, запрещенной для еды и другого использования, то его мясо стало запрещенным, поскольку тот, кто его ест, получает косвенную пользу от запрещенной пищи, которой оно питалось. Но если животное питалось пищей, запрещенной только для еды, но не для другого использования, – то оно является разрешенным. Рама же считает (60, 1), что даже если животное питалось лишь пищей, запрещенной для еды, но всю свою жизнь ело только такую пищу, – оно запрещено.

Что же касается микроорганизмов и грибов, то, с одной стороны, субстрат, на котором их выращивают, всегда содержит также и разрешенные вещества, без которых эти микроорганизмы не могут существовать, и поэтому, на первый взгляд, их разрешено употреблять в пищу даже согласно подходу Рама. С другой стороны, можно сказать, что в отношении скота, съевшего запрещенную пищу, законоучители придерживаются менее строгого толкования закона потому, что прежде чем эта запрещенная пища превратится в вещество, питающее клетки организма животного, она проходит длительный процесс переваривания и разложения в его кишечнике. В отличие от этого, бактерии и грибы питаются непосредственно белками и углеводами, которые образуются в результате запрета, поэтому, возможно, на них тоже распространяется запрет.

Согласно практическому закону, поскольку эти микроорганизмы и грибы питаются также разрешенными веществами, бедиавад они не делают запрещенной пищу, в которой содержатся, на основании правила о «двух ингредиентах, оказывающих на смесь существенное влияние» (см. Шевет ѓа-Леви, 8, 114). Однако поскольку можно позаботиться о том, чтобы субстрат содержал только кошерные вещества, лехатхила не следует считать кошерными бактерии, выращенные на запрещенном субстрате, – за исключением тех случаев, когда трудно достать кошерный субстрат.

[Если из нееврейского молока изготовили йогурт и сильно его сквасили, чтобы в нем развивались полезные бактерии, с помощью которых можно было бы приготовить больше качественного йогурта из молока, – такая закваска запрещена для евреев, так как она изготовлена из нееврейского молока. А бедиавад при необходимости можно изготовить из закваски третьего поколения кошерный йогурт: взять первую закваску, приготовить из нее первый йогурт; от него взять закваску и приготовить из нее йогурт второго поколения; затем взять из него закваску и приготовить йогурт третьего поколения; а из него можно взять закваску и приготовить кошерный йогурт (см. Бейт Йосеф, конец п. 115). А рабби Йом-Тов Цаѓалон считает, что разрешено использовать уже первую закваску, ведь поскольку она была заморожена, из этого следует, что она не содержит некошерного молока. Также не следует опасаться, что в ней сохранились остатки некошерного молока, так как они аннулируются в соотношении 1:60. Однако это не отменяет запрета лехатхила, во-первых, потому, что возникает сомнение, есть ли там некошерное молоко; а во-вторых, потому, что человек не заинтересован в остатках некошерного молока, следовательно, не стремится его аннулировать. И это некошерное молоко не имеет статуса маамид, так как йогурт образован главным образом посредством кошерного молока.]

08. Нужен ли лекарствам сертификат кошерности

Лекарства, не обладающие приятным вкусом, не нуждаются в сертификате кошерности. Правда, согласно постановлению мудрецов, запрещено есть некошерную пищу, даже если она имеет неприятный («испорченный») вкус, поскольку сам факт, что человек решил съесть эту пищу, свидетельствует о том, что он не считает ее испорченной, а значит, ему запрещено ее есть. Но если человек глотает лекарство в медицинских целях, оно не считается пищей, и запрет на него не распространяется.

Что же касается лекарств, обладающих приятным вкусом (таких как таблетки для рассасывания или сироп, а также витамины с приятным вкусом, которые принимают здоровые люди для укрепления своего здоровья), то лехатхила они должны иметь сертификат кошерности. Ответственность за это лежит на органах здравоохранения, которые должны назначить эксперта для проверки того, что лекарства и пищевые добавки, предназначенные как для больных, так и для здоровых людей, производятся из кошерных веществ. Потребители также должны отдавать предпочтение лекарствам и витаминам с сертификатом кошерности. Но если они не находят нужные лекарства и витамины с сертификатом кошерности, то разрешено принимать такие, которые облают приятным вкусом и не имеют сертификата, так как на практике активное вещество в лекарствах и витаминах не состоит из некошерных компонентов, и только в отношении вспомогательных веществ возникает сомнение, не сделаны ли они из компонентов, запрещенных к употреблению в пищу. А поскольку это очень отдаленное сомнение, и потребителю практически невозможно получить подобную информацию, нужно следовать мнению большинства ѓалахических авторитетов и считать такое лекарство кошерным. Но витамины и пищевые добавки, которые едят не только ради пользы, но и ради удовольствия, и поэтому над ними произносят благословение, относящееся к категории «благословений за удовольствие», запрещено употреблять, если у них нет сертификата кошерности.

Зубочистки и губная помада, обладающие вкусом, разрешены, потому что опасение, что они, возможно, содержат некошерные вещества, является очень отдаленным, и его очень трудно проверить, поэтому учитывать его не следует. Кроме того, при использовании зубочисток и губной помады люди не преследуют цели насладиться их вкусом. А те, кто хочет исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), отдают предпочтение зубочисткам и губной помаде, не имеющим вкуса или снабженным сертификатом кошерности[8].

[8]. В современной фармацевтической промышленности каждое лекарство состоит из двух типов веществ: «активных веществ», которые активируют действие лекарства, и «неактивных веществ», которые помогают формировать лекарство, регулируют его растворение при контакте с жидкостями, а также покрывают его защитным слоем с целью предотвратить повреждение водой и воздухом и придать лекарству цвет, чтобы оно выглядело эстетично и его было легко узнать. Если лекарство обладает приятным вкусом, то его придает ему именно сопутствующее вещество, чтобы лекарство было легче глотать или рассасывать. В целом, у активных ингредиентов нет проблем с кошерностью, поскольку они производятся из синтетических материалов и обладают очень неприятным («испорченным») вкусом. Но возникает вопрос о кошерности сопутствующих веществ, которые иногда производятся из желатина, глицерина или других материалов, кошерность которых вызывает ѓалахические сомнения (как объяснялось выше, в п. 2-7). Также существуют вещества, полученные из крахмала пяти видов злаков, кошерность которых на Песах сомнительна (см. «Жемчужины Ѓалахи», Песах, гл. 8, прим. 9).

Существует два соображения, по которым можно разрешить неприятные на вкус лекарств, произведенные из запрещенных продуктов питания. Эти лекарства можно разрешить на основании каждого из этих соображений. 1) В тот момент, когда они стали непригодны для употребления в пищу, запрет в отношении них аннулировался, и они разрешены для любого использования. 2) По мнению большинства законоучителей, больному человеку разрешено принимать такие лекарства, если это необходимо для его здоровья, и он делает это не ради удовольствия.

1) Тора не запрещает такую пищу, которая была запрещенной, но стала непригодна для употребления человеком, например, сгнившее мясо, имеющее статус невела. Однако, по мнению большинства законоучителей, если человек хочет съесть такую пищу, это означает, что он считает ее пригодной для употребления, поэтому она запрещена ему согласно постановлению мудрецов (так пишут Рамбам и Рош, и см. выше, гл. 34, прим. 8. Но если он ест эту пищу в медицинских целях, то запрет на нее не распространяется, как считает подавляющее большинство авторитетов (в том числе Игрот Моше, Циц Элиэзер и многие другие). Однако Шаагат арье (75) пишет: даже если человек ест эту пищу в медицинских целях, он все равно считает ее пригодной для употребления, поэтому она запрещена. Однако, возможно, и он признает, что если она смешана с разрешенными веществами, составляющими основную часть лекарства, как бывает чаще всего, – то запрета нет.

2) По мнению Ритва, которое он приводит от имени рабби Аѓарона Ѓа-Леви, человеку, больному неопасной болезнью, запрещено есть запрещенную пищу, даже не ради удовольствия. С другой стороны, некоторые авторитеты считают, что, по сути закона, даже здоровому человеку разрешено глотать запрещенную пищу не ради удовольствия, однако изначально (лехатхила) делать это не следует. Так пишут Раавиа, Мордехай, Агуда, Исур ве-ѓетер ѓа-арох, Сифтей коѓен). Но практический закон соответствует мнению Рамбама (Законы основ Торы, 5, 8) и Орхот хаим, которые считают, что неопасно больному человеку разрешено есть запрещенную пищу в медицинских целях, а здоровому это запрещено. И так пишут Циц Элиэзер, Минхат Шломо, Шевет ѓа-Леви.

Но если лекарство обладает приятным вкусом, то возникает вопрос, не сделаны ли компоненты, придающие ему вкус, из запрещенных веществ. Тем не менее, поскольку потребителю узнать это практически невозможно (зачастую это коммерческая тайна), а на практике в подавляющем большинстве лекарств и витаминов ароматизаторы изготавливаются из кошерных ингредиентов, – то закон определяется согласно большинству случаев (см. Шульхан арух, 110, 3). И хотя этого соображения достаточно для установления практического закона, к тому можно прибавить и дополнительные доводы в пользу разрешения. Во-первых, во многих случаях речь идет о сомнении, связанном с постановлением мудрецов, например, если ароматизатором является лактоза, полученная из нееврейского молока, запрет на которую является постановлением мудрецов и подлежит сомнению; или винная кислота, полученная из вина, которое могло быть запрещено на основании запрета стам йейнам, и кроме того, в отношении такой кислоты авторитеты расходятся во мнениях, так как, возможно, поскольку она полностью видоизменилась, она считается новым веществом, и запрет на нее больше не распространяется. Или же вещество подвергается химическим процессам, в отношении которых авторитеты спорят, аннулируют ли они запрет на него, как мы говорили выше (в п.п. 3-4) относительно желатина и глицерина. И хотя мы упоминали сомнение по поводу того, что, возможно, вкусовая добавка была изготовлена из вещества, запрещенного по Торе, например, Civet Absolute (мускус), выделяемый мускусным оленем, или Castoreum (бобровая струя), выделяемый бобром, – тем не менее здесь вновь вступает в силу основной аргумент в пользу разрешения, который гласит, что закон определяется согласно большинству случаев. И это тем более верно, когда речь идет об очень отдаленном сомнении, так как это редкие вещества, которые практически не используются в промышленном производстве лекарств. Во-вторых, количество проблемного вещества составляет гораздо меньше ке-зайта, и некоторые авторитеты считают, что такое количество разрешено больному. Однако лехатхила производители лекарств и их распространители, имеющие возможность проверить это, должны позаботиться о том, чтобы все лекарства и витамины, обладающие приятным вкусом, были изготовлены только из кошерных ингредиентов. А потребитель, когда у него есть выбор, должен отдать предпочтение кошерному лекарству (см. Рама, 155, 3).

Что же касается губной помады и зубочисток, то такое постановления выносят многие раввины (в том числе рав Дов Лиор). Но есть такие, кто придерживается в этом отношении более строгого подхода.

09. Спирт и спиртные напитки

Спирт можно производить из продуктов, содержащих сахар, превращая эти продукты в жидкости (например, виноградный сок) и ферментируя их с помощью дрожжей (дрожжевых грибов), которые превращают содержащийся в них сахар в спирт (этанол).

На практике, хотя вкус и запах спирта совершенно отличаются от вкуса и запаха жидкостей, из которых он дистиллирован, все авторитеты согласны, что на спирт распространяется тот же закон, что и на пищу, которая была его источником. Исходя из этого, если спирт был дистиллирован из нееврейского вина, а затем его использовали для изготовления другого напитка (например, бренди), – этот напиток является запрещенным. А спирт, дистиллированный из злаков, которые имеют статус хамец (например, используемый для изготовления виски и пива), также имеет статус хамец согласно Торе[9].

Спиртные напитки и виски: всевозможным спиртным напиткам, как и любой другой пище и напиткам, необходим сертификат кошерности. Что же касается виски, то поскольку способ его изготовления из зерна известен, многие ѓалахические авторитеты разрешают пить виски даже без сертификата кошерности, и многие люди придерживаются этого обычая. И хотя некоторые производители выдерживают виски в деревянных бочках, которые предварительно впитали в себя вкус нееврейского вина, и этот вкус может впитаться в виски, – тем не менее, поскольку количества вина, которое выделяется из стенок бочки, недостаточно, чтобы придать виски вкус, ѓалахические авторитеты указывают, что такой виски следует считать разрешенным. Однако это разрешение касается настоящего, качественного виски, правила приготовления которого известны и их нарушение считается ущербом для потребителя. Но если это дешевый виски с примесью ароматизаторов или какие-либо другие спиртные напитки, то их не следует употреблять, если у них нет сертификата кошерности, так как они могут содержать запрещенные компоненты.

Аналогичным образом, в различных местах мира, где известно, что пиво или другие спиртные напитки производятся из кошерных ингредиентов, и принято сохранять традиции их производства и не добавлять в них какие-либо новые ингредиенты, местные раввины разрешать пить эти напитки, даже если они не имеют сертификата кошерности.

Но если это точно не известно, то нужно возвратиться к основополагающему правилу: не употреблять пищу или напитки, не имеющие сертификата кошерности[10].

[9]. Некоторые авторитеты говорят, что только на спирт, дистиллированный из нееврейского вина, запрещенного для любого использования, распространяется тот же запрет, что и на само это вино. Однако спирт, изготовленный из других запрещенных продуктов, не запрещен Торой. А если спирт был изготовлен из продуктов, запрещенных постановлением мудрецов, то он является разрешенным. Поэтому, если кто-то по ошибке не продал виски перед Песахом в рамках продажи квасного, то бедиавад этот виски разрешено пить после Песаха. Аналогичным образом, спирт, дистиллированный из нееврейского молока, является кошерным. Но большинство авторитетов считает, и таков практический закон, что на спирт распространяется тот же закон, что и на жидкость, из которой он был дистиллирован. Значит, виски имеет статус хамец согласно Торе, поэтому после Песаха он будет запрещен согласно постановлению мудрецов. А спирт, дистиллированный из нееврейского молока, запрещен на основании запрета на нееврейское молоко.

[10]. Некоторые авторитеты запрещают виски, не имеющий сертификата кошерности, так как его выдерживали в деревянных бочках, которые предварительно впитали в себя вкус нееврейского вина, и это делалось специально для того, чтобы вкус вина впитался в виски. Однако многие авторитеты разрешают такой виски, основываясь на различных соображениях. Турей заѓав считает, что вкус вина аннулируется, если объем виски превышает его объем более чем в 60 раз. Но и согласно подходу тех авторитетов, которые придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и считают, что вкус вина аннулируется лишь в соотношении 1:60, на практике этот вкус почти не ощущается в виски. Авторитеты приводят и другие соображения, например, что вино, выдержанное в деревянных бочках, только притупляет вкус виски и не предназначено для придания виски приятного вкуса; или что возникает сомнение, действительно ли виски выдерживали в бочках, в которых до этого было вино (см. Игрот Моше, Йоре деа, 1, 62). Однако представляется, что все это относится к высококачественному виски, методы приготовления которого известны, и принимаются меры для того, чтобы они не подвергались изменениям. Что же касается других видов виски, в которые, возможно, были добавлены запрещенные ингредиенты, то их нельзя разрешить, если у них нет сертификата кошерности. И тот же самый закон распространяется на все прочие спиртные напитки.

10. Торговля запрещенной пищей

Еврею запрещается торговать пищей, которую запрещено употреблять согласно Торе, – например, мясо, имеющее статус невела или трефа, мясо некошерных животных, некошерную рыбу или гадов. Но разрешается торговать пищей, которую запрещено употреблять лишь согласно постановлению мудрецов, – например, нееврейским молоком или кошерной пищей, приготовленной неевреями. Исключение составляет запрещенное нутряное сало чистого (кошерного) животного: хотя Тора запрещает употреблять его в пищу, разрешается им торговать, ибо сказано (Ваикра, 7:24): «А тук падали и тук из растерзанного зверем может быть употреблен на всякое дело; а есть – не ешьте его». Из этого стиха следует, что нутряное сало запрещено только употреблять в пищу, однако его разрешено использовать при выполнении различных работ, а значит, и продавать его (см. трактат Псахим, 23а; Рамбам, Законы, связанные с запрещенной пищей, 8, 16-18; Шульхан арух, 117, 1).

Подобно тому, как запрещено торговать пищей, запрещенной для употребления согласно Торе, запрещено и выращивать нечистых (некошерных) животных с целью использования их мяса в пищу неевреями (так пишут Байт хадаш; Сифтей коѓен, 117, 14). Также запрещается брать некошерных животных в залог при предоставлении ссуды (см. Рама, там же).

Но если кошерное животное зарезали в соответствии с требованиями Ѓалахи, чтобы употребить в пищу его мясо, но оказалось, что оно имеет статус невела или трефа, – то продать его разрешено, ибо сказано (Дварим, 14:21): «Не ешьте никакой падали; пришельцу, который во вратах твоих, отдай ее, и пусть он ест ее, или продай чужеземцу». Аналогичным образом, если у еврея случайно оказалось некошерное животное – например, если он закинул сеть и поймал некошерную рыбу, – то ему разрешено как можно скорее продать его нееврею (см. Мишна, трактат Швиит, 7, 3-4). И при этом еврею запрещено откладывать продажу, ожидая, пока это животное возрастет в цене (см. Рама, 117, 1).

Если нееврей должен деньги еврею и вернул ему долг некошерной пищей, и возникает опасение, что если еврей не примет эту пищу, то долг не будет ему возвращен, – то ему разрешено ее принять, чтобы спасти свое имущество. А затем он должен как можно скорее продать эту пищу нееврею (так пишут Шульхан арух и Рама, 117, 1)[11].

Разрешено торговать нечистыми (некошерными) животными, не предназначенными для употребления в пищу, – например, лошадьми для скачек, ослами для перевозки грузов, собаками для охраны или для игры, некошерными рыбами для украшения (см. Сифтей коѓен, 117, 1).

[11]. По мнению большинства ранних законоучителей, запрет торговать запрещенной пищей – это заповедь Торы (так пишут Тосафот, Рош, рабби Аѓарон Ѓа-Леви, Ран, рабейну Йерухам, Агуда, Ташбец, Ор заруа и другие). А Раавад, Рашба, Трумат ѓа-дешен и Мабит считают, что этот запрет установлен мудрецами.

Некоторые законоучители запрещают еврею покупать некошерную пищу, чтобы накормить ею своих рабочих-неевреев (см. Рама, 117, 1). Другие законоучители это разрешают, так как еврей не торгует этой пищей и вообще никак не занимается ею, а лишь дает ее своим работникам (так пишут Сифтей коѓен, 3, и При хадаш).

В тех случаях, когда еврею разрешено продавать оказавшуюся у него некошерную пищу, чтобы предотвратить существенный убыток, как объяснялось выше, – как говорят некоторые авторитеты, он может продать эту пищу другому еврею, чтобы тот продал ее нееврею (так пишут Турей заѓав и рабби Акива Эйгер). Другие авторитеты (например, Байт хадаш и Сифрей коѓен) это запрещают. И представляется, что если еврей, у которого оказалась некошерная пища, не умеет ее продать, то ему разрешено сделать это через другого еврея (как объясняется в Даркей тшува, 117, 15).

11. Искусственное мясо

В последние годы ученым удалось искусственно получить мясо путем репликации стволовых клеток (то есть клеток, которые еще не завершили дифференцировку), взятых из мяса животных. Если эта инициатива окажется коммерчески успешной, то на мясном рынке может произойти революция: перестанут выращивать и забивать миллиарды коров и кур, цены на мясо упадут, а загрязнение окружающей среды, которое влечет за собой животноводство, прекратится.

Некоторые ѓалахические авторитеты говорят, что на такое мясо будет распространяться тот же закон, что и на стволовую клетку, из которой оно было получено. Если клетка взята из свинины – мясо будет считаться свининой. А если она взята из мяса чистого животного или птицы, зарезанных кошерным образом, то на полученное из нее мясо будет распространяться тот же закон, что и на любое кошерное мясо, которое разрешено есть и запрещено смешивать с молоком. Согласно другому мнению, поскольку первоначальная стволовая клетка очень мала и сама по себе не обладает значимостью, она аннулируется в сравнении с миллиардами клеток, которые развились из нее, и они считаются абсолютно новым веществом. Поэтому, даже если первоначальную клетку взяли из свинины, полученное мясо все равно будет кошерным; и даже если ее взяли из телятины, мясо будет иметь статус парве. И представляется, что закон соответствует первому мнению, так как сущность всей пищи определяется согласно первоначальной клетке, из которой она образовалась[12].

[12]. Возможно, даже согласно подходу авторитетов, которые придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона, пока натуральное мясо животных будет распространено и искусственное мясо будет на него похоже, нужно будет запретить смешивать искусственное мясо с молоком, на основании запрета марит аин (см. Шульхан арух, 66, 9-10; 87, 4).

01. Базовое доверие

Согласно общему правилу, поскольку евреи верят во Всевышнего и Его Тору, они достойны базового доверия во всем, что касается исполнения заповедей. Поэтому Тора заповедала, что все евреи, мужчины и женщины, должны самостоятельно соблюдать все законы кашрута: резать скот в соответствии с законами заповеди шхита; удалять из туши запрещенные нутряное сало, бедренное сухожилие и кровь; отделять от своих плодов приношения и десятины (трумот и маасрот), – без того, чтобы коѓен или мудрец осуществляли за ними надзор. И каждый еврей, который гостит у своего товарища, сможет полагаться на то, что тот соблюдает законы кашрута подобающим образом, и есть пищу, которой тот его угощает. Так, если хозяин дома подает гостю мясо, тот может положиться на то, что хозяин откошеровал это мясо от крови согласно требованиям Ѓалахи, не сварил его вместе с молочной пищей, проверил, что приготовленные в его доме блюда не содержат насекомых и гадов, и отделил от плодов приношения и десятины. Более того, согласно заповеди Торы, коѓены, наделенные особой святостью, полагаются на каждого еврея и едят мясо животных, которых тот зарезал. Ведь Тора заповедала, что каждый еврей, который зарезал для себя скотину, должен отдать в дар коѓену ее плечо, щеки и желудок. Именно об этом сказали наши мудрецы: «В отношении пищевых запретов достаточно одного свидетеля». Другими словами, если еврей утверждает, что приготовленная им пища кошерна, то одного его свидетельства достаточно (см. комментарий Раши к трактату Йевамот, 88а, со слова ואמר; и к трактату Хулин, 10б, со слова עד). Подобно тому, закон Ѓалахи гласит: муж должен полагаться на свидетельство жены, что она окунулась в микве и очистилась от нечистоты ниды (см. Тосафот к трактату Гитин, 2б, со слова עד). И еще говорят наши мудрецы: «Законы имущества, посвященного Храму (ѓекдеш), приношений (трумот) и десятин (маасрот) – это самые основы Торы, и они были переданы невеждам» (трактат Шабат, 32а).

Однако это базисное доверие должно основываться на двух условиях. Первое из них гласит, что свидетельство должен давать человек, умеющий правильно исполнять заповедь, о которой идет речь, во всех ее деталях. Поэтому принято проверять человека, который только начал заниматься шхитой: умеет ли он делать это в соответствии со всеми требованиями Ѓалахи (см. трактат Хулин, 3б; Шульхан арух, Йоре деа, 1, 1; Арух ѓа-шульхан, 119, 2). Аналогичным образом, когда мудрецы поняли, что евреи, невежественные в Торе, не разбираются в деталях законов ритуальной чистоты и нечистоты, они постановили, что в эти вопросах нельзя полагаться на свидетельство невежды, и это допустимо лишь в случае, если он дал обет перед тремя другими евреями, что обязуется изучать эти законы и тщательно их соблюдать. Только тогда можно полагаться на него самого, его жену и детей (см. Рамбам, Законы ритуальной нечистоты в отношении предметов, на которых сидят или лежат, 10, 1-5).

Согласно второму условию, это не должен быть человек, известный своим пренебрежением к исполнению заповеди, о которой он свидетельствует. Если же известно, что он пренебрегает этой заповедью, то на его свидетельство полагаться нельзя. Поэтому, когда в эпоху Второго Храма мудрецы обнаружили, что из-за дороговизны отделения десятины некоторые невежественные евреи не соблюдают эту заповедь, они постановили, что в отношении заповеди отделения десятины полагаются только на свидетельство того, кто дал обет перед тремя другими евреями, что обязуется тщательно соблюдать ее законы (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сота, 48а; Иерусалимский Талмуд, трактат Сота, 9, 11; Рамбам, Законы десятины, 9, 1; выше, гл. 8, п. 13).

02. Необходимость надзора за торговцами

Базисное доверие в отношении всех евреев касается обычных бытовых ситуаций: например, когда один еврей гостит у другого, он может положиться на то, что хозяин дома подает ему кошерное угощение. Когда же речь идет о торговцах, то возникает необходимость надзора за ними, из-за денежного искушения, которое может толкнуть их на грех. Точно так же, Тора специально предостерегает торговцев, чтобы они вели торговлю честно, не обманывали и не обвешивали покупателей. Об этом сказано (Дварим, 25:13-15): «Да не будет у тебя в кисе твоей двоякой гири – большей и меньшей. Да не будет в доме твоем эйфы двоякой – большей и меньшей. Гиря полная и верная должна быть у тебя, эйфа полная и верная должна быть у тебя, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе». Из слов «должна быть у тебя», которые Тора подчеркивает, наши мудрецы выводят важнейшее правило: «Необходимо установить надзор за мерами и весами». Они имеют в виду, что существует заповедь назначать инспекторов для проверки торговцев, их мер и весов, и наказывать мошенников (см. трактат Бава батра, 89а; Рамбам, Законы, связанные с запретом воровства, 8, 20).

Это относится даже к коѓену, несмотря на то что все его занятия связаны со святостью. Когда перед ним стоит большой соблазн, на его свидетельство не полагаются. Поэтому наши мудрецы указывают: если у первенца скота, которого держал у себя коѓен, был обнаружен изъян, который мог быть причинен человеком, – этого первенца не разрешается зарезать, чтобы употребить в пищу его мясо, если коѓен не предоставит свидетеля, который засвидетельствует, что изъян образовался у животного естественным образом. А если такого свидетеля нет, то резать первенца не разрешено, так как возникает опасение, что коѓен преднамеренно сделал так, чтобы у него образовался изъян и его мясо было разрешено в пищу, а также, чтобы избавиться от обязанности держать у себя это животное и ухаживать за ним (см. Шульхан арух и Рама, Йоре деа, 314, 1; выше, гл. 19, п. 6).

Этот же закон распространяется и на тех, кто торгует продуктами питания: поскольку они могут заработать на продаже некошерных продуктов, необходимо осуществлять за ними надзор. В последние поколения производство продуктов питания превратилось в сложный и разветвленный процесс (см. выше, гл. 37, п. 1). Поэтому возник непреложный обычай не покупать продукты, в отношении которых могут возникнуть вопросы, связанные с кошерностью, на фабрике или в магазине, не имеющих сертификата кошерности, даже если продавец соблюдает заповеди (см. Игрот Моше, Йоре деа, 4, 1).

И хотя точного определения необходимого уровня надзора не существует, уровень надзора определяют четыре основных правила. Первое правило: чем больше искушение, то есть чем больше прибыли получит продавец, обманывая покупателей, тем строже должен быть надзор. Второе правило: чем более строгого запрета касаются опасения, тем строже должен быть надзор. Именно поэтому наиболее строгий надзор осуществляется за мясом, ведь проблемы с его кошерностью касаются запретов Торы, и соблазн мошенничества здесь очень велик, так как цена кошерного мяса в два раза превышает цену некошерного мяса. Третье правило: чем большему количеству людей торговец поставляет продукт, тем строже должен быть надзор, чтобы предотвратить нарушение запрета множеством людей. Четвертое правило: чем сложнее состав пищевых продуктов, которые необходимо проверять (например, промышленные продукты питания, содержащие десятки и сотни ингредиентов и пищевых добавок), тем более профессиональным должен быть надзор, чтобы охватить все вопросы, которые могут возникнуть[1].

[1]. По поводу первого правила (которое гласит, что если существует денежное искушение, то необходим надзор) сказали наши мудрецы (в трактате Авода зара, 39б): «Не покупают в Сирии вино, рыбный соус, молоко, соль с приправами, [пряность под названием] хильтит или сыр, кроме как у надежного торговца; но если человек гостит у хозяина дома, все это разрешено». Иными словами, когда хозяин дома угощает гостей, то на него полагаются в вопросах кашрута; но если человек продает продукты, то на него не полагаются, так как он может поддаться искушению и обмануть покупателей, продавая им некошерную пищу, чтобы заработать больше денег. Согласно сказанному у Рамбама (Законы, связанные с запрещенной пищей, 11, 25-26), в Нимукей Йосеф и Исур ве-ѓетер ѓа-арох, в Земле Израиля, когда она находилась под еврейской властью, и практически вся пища в ней была кошерной, не было опасения, что люди будут готовить некошерную пищу, и поэтому можно было полагаться на всех еврейских торговцев, что они продают только кошерную пищу. Однако в Сирии и во всех других странах, поскольку евреи там жили среди неевреев, возникало опасение, что они купят у неевреев дешевую некошерную пищу. Поэтому там не полагались на обычных торговцев, а лишь на тех, о ком было известно, что они соблюдают законы кашрута. И Рама учитывает это мнение, и то же самое пишут Турей заѓав, Хохмат адам (71, 2), Арух ѓа-шульхан (119, 1-9). С другой стороны, по мнению Раши, Раавада, Рамбана, Маѓарама из Ротенбурга, рабби Аѓарона Ѓа-Леви, Рана и других законоучителей, в Сирии в отношении этих видов пищи существовала особая проблема, и поэтому наши мудрецы предостерегают евреев именно при покупке этих продуктов в Сирии. Но нет универсального правила, которое бы гласило, что за всеми торговцами, которые зарабатывают деньги на продаже продуктов питания, необходим надзор. К такому же выводу мы приходим на основании сказанного в Тур и Шульхан арух (119, 1). И так пишут рабби Леви бен Хавив, Сифтей коѓен и другие. И некоторые авторитеты считают, что на принципиальном уровне практический закон соответствует этому мнению, однако на практике, если возникает сомнение в отношении какой-либо пищи или торговца, то разрешено покупать пищу только у того, о ком известно, что он соблюдает кашрут. В том же духе было вынесено постановление: поскольку возникло опасение, что резники будут недостаточно тщательно проверять туши на предмет трефот, за ними будут надзирать раввины, которые сами будут проверять туши (см. Тур, Йоре деа, 18, от имени Роша; Циц Элиэзер, 9, 36; выше, гл. 21, прим. 7, где разъясняется закон в отношении процедуры никур). Мы также находим, что с разветвлением и расширением торговли продуктами питания во многих общинах было вынесено постановление, что местный раввинат должен осуществлять надзор за каждым, кто торгует продуктами питания, по поводу которых иногда возникают опасения, даже если известно, что этот торговец является богобоязненным человеком. И поскольку в основе этого правила лежит фактор денежного соблазна, становится ясно: чем больше соблазн, тем строже должен быть надзор.

Второе правило очень простое, и ниже, в п. 7, в том же ключе объясняется: чтобы предотвратить нарушение запрета, установленного мудрецами, достаточно одной печати; а чтобы предотвратить нарушение запрета Торы, необходимы две печати. Согласно третьему правилу, чем больше людей знают этого торговца, тем более строгий надзор необходимо за ним осуществлять (см. Иерусалимский Талмуд, Дмай, 2, 2). Четвертое правило объясняется тем, о чем говорилось в предыдущей главе о пищевой промышленности, и его суть излагается вкратце в п. 1.

03. Правила надзора

Хотя заповедь требует осуществлять надзор за резниками и продавцами продуктов питания, не имеется в виду, что к ним нет никакого доверия. Им доверяют на базисном уровне, однако поскольку они могут поддаться соблазну, время от времени над ними осуществляют надзор. Ведь если мы совсем не будем на них полагаться, то нам придется каждый час приставлять к ним инспекторов, но и на этих инспекторов мы не будем полагаться, и тогда нам придется приставлять и к ним других инспекторов, и так до бесконечности. Однако в основе всех этих законов лежит принцип базисного доверия, который распространяется на любого человека, и он лишь нуждается в укреплении посредством надзора, когда человек оказывается перед денежным соблазном. Надзор основан на принципе сдерживания, который делится на две части: внезапность и наказание.

Внезапность: если возникает опасение, что владелец предприятия или рабочий сделают что-то, в результате чего продукт питания, который изготовлен на этом предприятии, станет некошерным, то они должны знать, что в любой момент может появиться контролер (машгиах) и проверить их работу. Поэтому машгиах должен иметь при себе ключ от предприятия, чтобы иметь возможность прийти в любое время без предварительного сообщения и проверить, как там обстоят дела.

Наказание: если, не дай Бог, резник или торговец попались на продаже некошерной пищи, то необходимо отменить сертификат кошерности, которым они располагают. Наши мудрецы указывают: резника, который продавал некошерное мясо, следует навсегда лишить разрешения вести торговлю. Даже если он скажет, что сделал это по ошибке, совершит покаяние и отрастит волосы и ногти в знак глубокой скорби из-за совершенного греха, – на него все равно нельзя больше полагаться. Ведь поскольку доверие к нему утрачено, следует опасаться, что его покаяние неискренне и предназначено только для того, чтобы ему вернули право торговать мясом, и если перед ним снова возникнет соблазн, он опять не выдержит и обманет покупателей. Только если он переедет в другое место, и там произойдет нечто из ряда вон выходящее, в результате чего станет совершенно ясно, что он преодолел жажду наживы, – можно будет ему поверить, что он искренне раскаялся в содеянном (см. трактат Санѓедрин, 25а; комментарий Рашба, 1, 20; Шульхан арух, 119, 15).

В начале эпохи поздних законоучителей, около четырехсот лет назад, в период укрепления ремесленных цехов, организованных по родственному принципу, целые семьи кормились продажей мяса, и если глава семьи навсегда терял право торговли, то все многочисленное семейство оставалось без средств к существованию. Поэтому раввины вынесли постановление, требующее облегчить такому человеку покаяние, которое должно было выражаться в том, что на него налагались посты и иные взыскания, а когда он исполнял все положенное, община возвращала ему свое доверие (см. Турей заѓав, 119, 16; трактат Хулин, 18а).

Этот обычай остается в силе и сегодня: если раввины, осуществляющие наблюдение за кашрутом, полагают, что торговец, уличенный в продаже некошерной пищи, совершит должное покаяние, то его наказывают временным лишением сертификата кошерности и определяют ему порядок покаяния, после чего ему возвращают право торговли. Однако очевидно, что поскольку угроза наказания ослабла, – ведь теперь торговцев, уличенных в обмане, не лишают права торговли навсегда, – возникла необходимость усиления контроля над продавцами продуктов питания, особенно теми, кого уже уличили в мошенничестве[2].

[2]. Согласно общему правилу, когда нет стимула лгать, то доверяют даже подозрительному человеку, как объясняют многие ранние законоучители, а также Шульхан арух (2, 4; 119, 7). Даже на нееврея, если у него нет стимула менять кошерную пищу на некошерную, полагаются, что он этого не сделал, как объясняется в трактате Авода зара (34б и 39б) и в Шульхан арух (114, 4; 118, 10). А когда есть стимул к мошенничеству, то сдерживанием его можно преодолеть. Один из путей сдерживания – это надзор, осуществляемый инспектором, который приходит внезапно, как учат наши мудрецы в отношении еврея, оставившего принадлежащее ему вино на хранение у нееврея (см. трактат Авода зара, 61а; Шульхан арух, 129, 1 и 131, 1; выше, гл. 29, п. 9). То же самое говорится и о дойке молока, осуществляемой неевреем (см. трактат Авода зара, 69б; Шульхан арух, 115, 1; выше, гл. 30, п. 2). То же самое говорится и о шхите, которую выполнил куттиец (см. трактат Хулин, 3а). То же самое связано и с опасением подмены (см. Шульхан арух, 118, 10). Сегодня часть сдерживания и наблюдения можно выполнять с помощью камер, как объяснялось выше, в гл. 30, прим. 5. Чем сильнее опасение, что будет нарушен какой-либо запрет, тем более строгим должно быть сдерживание за счет усиления надзора с помощью инспектора, приходящего внезапно, и более сурового наказания за нарушение инструкций. С другой стороны, при легком опасении достаточно внезапного прихода инспектора лишь один раз в день, как объясняется в Бейт Йосеф, 131, 1. Иногда надзор и сдерживание опираются на общественность, которая может увидеть нарушение кашрута, как объясняется в трактате Авода зара (31б) и в Шульхан арух (129, 4). Когда фактор сдерживания очень велик, например, если нарушение кашрута приведет к огромным потерям, можно ослабить надзор, как объясняется в трактате Авода зара (40б) и в Шульхан арух (131, 2). Сдерживание также может быть основано на нанесении ущерба репутации человека, средства к существованию которого зависят от его репутации, как объясняется в трактате Менахот (43а) и в Шульхан арух (114, 5). Игрот Моше (Йоре деа, 4, 1) рассматривает подробно законы надзора за кашрутом.

04. Кашрут обычный и ле-меѓадрин

В системе наблюдения за кашрутом существует два вида сертификатов: обычный и ле-меѓадрин. Между ними есть два существенных различия. Во-первых, при выдаче сертификата ле-меѓадрин (то есть подразумевающего особо тщательное наблюдение), если это не связано с исключительно большими сложностями, учитывают мнение авторитетов, придерживающихся в вопросах кашрута более строгого толкования закона, даже если они в меньшинстве, и даже если в основе своей закон, о котором идет речь, является постановлением мудрецов (де-рабанан). А при выдаче обычного сертификата следуют ѓалахическому правилу, которое гласит, что в случае необходимости, когда мы имеем дело с полемикой по поводу постановления мудрецов, практический закон должен соответствовать мнению авторитетов, придерживающихся менее строгого толкования. Если же полемика касается запрета Торы, и несомненное большинство авторитетов придерживается в этом вопросе менее строгого толкования закона, то в случае необходимости полагаются на их мнение, а если мнения делятся примерно поровну, то следуют более строгому толкованию. И только когда у зарезанного животного находят дефект легкого, который ставит под вопрос кошерность его мяса, следуют менее строгому толкованию закона, – несмотря на то, что речь идет о запрете Торы, и мнения авторитетов по этому вопросу делятся примерно поровну. Это объясняется двумя причинами: во-первых, если придерживаться в данном случае более строгого подхода, это приведет к слишком большим убыткам; во-вторых, доводы авторитетов, придерживающихся менее строгого подхода, представляются убедительными. Кроме того, именно такого обычая придерживались испокон веков в большинстве еврейских общин. Следовательно, и соблюдение этого закона основано на правилах Ѓалахи и общепринятой традиции вынесения ѓалахических постановлений (см. выше, гл. 20, п.п. 8-9).

Второе различие между обычным сертификатом кошерности и сертификатом ле-меѓадрин относится к строгости контроля. При выдаче обычного сертификата контроль осуществляется согласно ѓалахическим правилам, принятым большинством авторитетов. При этом полагаются на то, что владелец предприятия будет соблюдать законы кашрута, относящиеся к его предприятию. Поэтому машгиах посещает предприятие время от времени, чтобы убедиться, что его работа соответствует требованиям Ѓалахи. Если обнаружится обман, то предприятие лишится сертификата кошерности, но пока не было найдено существенных проблем, продолжают полагаться на владельца предприятия. В отличие от этого, при выдаче сертификата ле-меѓадрин меньше полагаются на владельца предприятия. Как правило, на предприятии практически постоянно присутствует машгиах, наблюдающий за всем процессом приготовления пищи. Кроме того, даже при незначительном нарушении правил предприятие лишается сертификата кошерности ле-меѓадрин.

Обычно Верховный раввинат и местные раввинаты в Израиле выдают как обычный сертификат кошерности, так и сертификат ле-меѓадрин, тогда как всевозможные частные организации, как правило, выдают сертификаты какого-либо одного вида. Самые известные частные организации в Израиле (называемые Бадац) выдают только сертификаты ле-меѓадрин.

По разным причинам система наблюдения за кашрутом имеет множество проблем. Среди них можно выделить основные. 1) Отсутствие единых критериев для выдачи обычного сертификата кошерности и сертификата ле-меѓадрин. 2) Отсутствие контроля над деятельностью некоторых раввинатов и частных организаций, иногда допускающих халатность в своей работе. 3) Нередко возникает столкновение интересов, которое может привести к тому, что отдельные инспектора по надзору за кашрутом и целые организации, выдающие сертификаты кошерности, будут закрывать глаза на проблемы, чтобы продолжить получать оплату за выдачу сертификатов. 4) Конкуренция, которая порой принимает незаконные формы и приводит к тому, что надежные люди, на слово которых в вопросах кашрута можно положиться, подвергаются необоснованным нападкам и клевете.

Поэтому необходимо прилагать усилия для решения проблем, существующих в системе наблюдения за кашрутом. Для этого нужно установить единые критерии для выдачи обычных сертификатов кошерности и сертификатов ле-меѓадрин, а также правила, снижающие опасность столкновения интересов. Следует обязать все организации, выдающие сертификаты кошерности, публично отчитываться о своей работе, чтобы любой покупатель имел возможность узнать, какие именно требования Ѓалахи соблюдались при выдаче того или иного сертификата. Контроль над всей этой деятельностью должен осуществлять Верховный раввинат Израиля.

Тем не менее уже сегодня, несмотря на проблемы, которые необходимо решить, работа системы наблюдения за кашрутом в Израиле в целом удовлетворительна. У этого есть несколько причин. Во-первых, это происходит благодаря истинной богобоязненности и глубокому осознанию своей миссии практически всех работников этой системы. Во-вторых, тот факт, что большая часть пищевых продуктов, производимых в Израиле, является кошерной, способствует общему соблюдению кашрута в стране. В-третьих, конкуренция между различными организациями, выдающими сертификаты кошерности, и отчеты в СМИ о случаях халатности заставляют систему контролировать свою работу и постоянно стремиться к ее улучшению.

Поэтому на практике любая пища, имеющая сертификат кошерности, выданный Верховным раввинатом Израиля или местными раввинатами, является кошерной. Как правило, пища, имеющая сертификат кошерности ле-меѓадрин, выданный раввинатом или частными организациями, – кошерна или кошерна ле-меѓадрин, согласно указанному в сертификате. А если выяснится, что раввин или машгиах допустили халатность в своей работе, и по их вине человек ел некошерную пищу, или же она не была кошерной ле-меѓадрин, как он хотел, – то грех возлагается целиком и полностью на провинившегося раввина или машгиаха, а покупатель, который намеревался купить кошерную пищу, свободен от любого греха. Если же раввин или машгиах честно исполнили свой долг, а обманщиком оказался производитель, то грех целиком и полностью падает на его совесть[3].

[3]. Принцип большинства является одним из центральных факторов, лежащих в основе всех законов кашрута, как мы говорили в связи с законами трефа (гл. 20, п. 4) и как объясняется ниже, в прим. 4. И даже если время от времени возникают слухи о том, что система наблюдения за кашрутом в том или ином раввинате работает недобросовестно, – большинство раввинатов всегда достойны доверия. Но и в том раввинате, где обнаружились проблемы, по всей вероятности большинство сертификатов кашрута являются надежными. Поэтому, если нет конкретных сведений о том, где именно продается некошерная пища, то разрешено покупать продукты питания в любом месте, имеющем сертификат кошерности, выданный раввинатом или надежной частной организацией.

Различие между раввинатом и серьезными частными организациями по надзору за кашрутом: одна из проблем, существующих во многих местных раввинатах, заключается в том, что машгиах получает зарплату от владельца предприятия, и возникает опасение, что он побоится идти против своего работодателя. С другой стороны, частные организации заинтересованы в том, чтобы выдать как можно больше сертификатов кошерности, так как они получают прибыль от каждого выданного сертификата, тогда как местные раввины получают постоянную зарплату, поэтому у них нет интереса в том, чтобы выдавать как можно больше сертификатов кошерности. Следовательно, постановления местных раввинов не выносятся под влиянием личных интересов. К тому же, местные раввинаты контролируются Верховным раввинатом и государственной судебной системой, и в этом раввинат имеет преимущество перед частными организациями. Но, с другой стороны, поскольку частные организации выдают сертификаты кошерности ле-меѓадрин, требующие более тщательного контроля, это компенсирует их личную заинтересованность в выдаче как можно большего количества сертификатов. Подобной компенсацией служит также возможность критики со стороны конкурирующих организаций.

Всевозможные Бадацы возникают время от времени и выдают красивые сертификаты, но на самом деле надзор, который они осуществляют, оставляет желать лучшего. И разумный потребитель должен стараться не доверять незнакомым сертификатам кошерности, особенно выданным ресторанам и небольшим пищевым предприятиям. Тем не менее неискушенный потребитель не виноват, если он не знал, что имеет дело с ненадежным источником. Ведь если известно, что такие организации проявляют небрежность в осуществлении надзора, то роль и ответственность как Верховного, так и местного раввинатов – выражать протест, направляя публикации в религиозные и ультраортодоксальные СМИ, а если положение не улучшается, требовать, чтобы они предстали перед судом по закону «О запрете мошенничества в соблюдении кашрута».

Есть раввины, которые пренебрегают сертификатами кошерности, выданными раввинатом. И иногда они получают назначение как раввины городов и выдают сертификаты кошерности «от имени раввината» без достаточной ответственности, утверждая, что еврей, соблюдающий заповеди, все равно должен покупать продукты с сертификатом Бадаца. Однако на практике, хотя их надзор небрежный и неудовлетворительный, поскольку на продуктах красуется их печать, потребитель имеет право им доверять. И если пища, которую съел потребитель, некошерна, то грех целиком и полностью падает на совесть этих раввинов. Можно предложить тем, кто сомневается в их надежности, проверить их, спросив, готовы ли они сами есть пищу, на которой стоит печать с их именем. Если нет, то на их сертификат лучше не полагаться.

05. Степени соблюдения кашрута и обычаи, направленные на более великолепное исполнение этой заповеди

Ни один сертификат кошерности, даже самый строгий, не учитывает мнения всех без исключения авторитетов, придерживающихся в вопросах кашрута наиболее строгого толкования закона. Это объясняется тем, что если следование такому мнению связано с большими денежными затратами, то даже бейт дины, выдающие сертификаты ле-меѓадрин, предпочитают придерживаться в данном вопросе менее строгого толкования. Более того, если праведники прошлых поколений не принимали во внимание то или иное строгое мнение, так как с ним не соглашалось подавляющее большинство авторитетов, то его не следует учитывать и сегодня, чтобы не казалось, что мы проявляем неуважение к нашим предкам. Тем не менее в некоторых вопросах праведники предыдущих поколений придерживались менее строгого толкования закона просто потому, что иначе это было бы связано со значительными денежными убытками или чрезмерными усилиями. Поэтому, если в наши дни можно придерживаться в этих вопросах более строгого толкования без особых убытков или усилий, то желательно поступать именно так, поскольку в таком случае это не будет непочтительно по отношению к прошлым поколениям.

Сегодня, благодаря процессу собирания рассеянных по миру евреев в Израиле живут представители разных общин еврейского народа, и каждая из них имеет свои традиции и обычаи, в том числе и в отношении кашрута. Любой частный бейт дин по выдаче кашрута, принадлежащий к той или иной общине, следует обычаям своей общины и не учитывает традиции других общин. Так, ашкеназские бейт дины обычно не придерживаются более строгого толкования закона в отношении запрета на пищу, приготовленную нееврем (см. выше, гл. 28, п. 8). То же самое относится к обычаю ошпаривать мясо кипятком после засола: ашкеназские и сефардские бейт дины не учитывают мнение Рамбама и рабби Аѓарона Ѓа-Леви в этом вопросе, как принято у выходцев из Йемена (см. выше, гл. 22, п. 7). Аналогичным образом, сефардские бейт дины не учитывают строгие обычаи ашкеназских общин в том, что касается законов Песаха. При этом к различным бейт динам не следует предъявлять претензии, так как, согласно их позиции, они обязаны соблюдать только постановления, вынесенные крупнейшими авторитетами их общины. Если бейт дин, принадлежащий той или иной общине, станет соблюдать новые для него обычаи, это будет расцениваться как неуважение к раввинам этой общины. Разумеется, было бы желательно, чтобы в Земле Израиля бейт дины, выдающие сертификаты кошерности ле-меѓадрин, учитывали мнения всех авторитетов и обычаи всех общин.

Также следует знать, что в отношении некоторых вопросов возникает сомнение, что именно более соответствует статусу ле-меѓадрин. Один из таких вопросов связан с покупкой овощей и фруктов в год шмиты. Многие частные бейт дины не выдают сертификаты кошерности на овощи и фрукты, выращенные евреями в соответствии с постановлением о продаже земельных участков неевреям в год шмиты (ѓетер мехира). Они придают этому такое большое значение, что предпочитают покупать овощи и фрукты у неевреев, даже настроенных враждебно по отношению к нам. Однако наши великие наставники учили, что статусу ле-меѓадрин соответствует именно покупка у евреев согласно постановлению ѓетер мехира, поскольку в таком случае мы имеем дело с двойным сомнением (сфек сфека) в связи с запретом, установленным мудрецами (де-рабанан; и см. «Жемчужины Ѓалахи», Швиит и йовель, гл. 7, п. 5). При этом, покупая овощи и фрукты у евреев, мы исполняем две заповеди Торы: заселение Земли Израиля и предпочтение еврейских торговцев нееврейским. Поэтому, если в год шмиты у нас есть выбор – покупать овощи и фрукты в магазине с обычным сертификатом кошерности, торгующем плодами ѓетер мехира, или в магазине с сертификатом ле-меѓадрин, торгующем плодами, выращенными неевреями, – то мы предпочтем исполнить заповедь самым великолепным образом и приобрести плоды, выращенные евреями.

Естественным образом, различные организации, выдающие сертификаты кошерности, часто конкурируют и вступают в полемику друг с другом, поэтому всегда желательно отдать предпочтение тем из них, которые не унижают своих оппонентов и не клевещут на них. Даже если пища, имеющая сертификат, полностью кошерна, следует отстраняться от раздоров и клеветы.

Следует принять во внимание все вышесказанное, чтобы решить, какой сертификат предпочтителен. Если же человек не может принять это решение самостоятельно, то он должен посоветоваться с раввином.

06. Пищевые предприятия и рестораны

Пищевым предприятиям и ресторанам тоже выдаются сертификаты двух видов: обычные и ле-меѓадрин. Однако на практике гораздо проще осуществлять контроль над кашрутом на крупных промышленных предприятиях, чем в ресторанах. Это связано с тем, что в условиях массового производства машгиах должен сначала тщательно проверить кошерность всех ингредиентов, из которых производится пища, а затем лишь убедиться, что предприятие продолжает работать в соответствии с договоренностью. Кроме того, крупному предприятию легче субсидировать строгий надзор за кашрутом. Исходя из этого, можно сказать, что обычный сертификат кошерности, выданный пищевому предприятию, очень близок к сертификату ле-меѓадрин с точки зрения уровня надзора.

Что же касается ресторанов, в которых готовят разнообразные блюда, то в них наблюдать за кашрутом гораздо сложнее. Прежде всего, необходимо осуществлять контроль над всеми продуктами, которые приобретает ресторан, учитывая, что поставщики время от времени меняются. А поскольку пищу, как правило, готовят люди, не сведущие в Ѓалахе, порой возникают проблемы. Для осуществления полного надзора за приготовлением пищи машгиах должен находиться в ресторане постоянно, однако большинство ресторанов не может это субсидировать. Поэтому раввинат осуществляет базисный контроль, опирающийся на доверие владельцу и работникам ресторана в том, что они выполняют установленные для них требования кашрута, а машгиах посещает ресторан время от времени, чтобы убедиться, что эти требования действительно выполняются. В ресторане же, имеющем сертификат ле-меѓадрин, машгиах находится постоянно, что обеспечивает более высокий уровень наблюдения за кашрутом.

Поэтому, даже если человек обычно не соблюдает кашрут ле-меѓадрин, все равно желательно, чтобы он предпочитал рестораны, имеющие сертификат кошерности ле-меѓадрин или хотя бы принадлежащие к большой сети, следящей за высоким качеством своих блюд. Это в особенности касается мясных ресторанов, поскольку соблазн обмануть клиентов, продав им блюда из некошерного мяса, крайне велик. Дело в том, что кошерное мясо стоит вдвое дороже некошерного, и если речь идет о месячной выручке, то она может вылиться в очень крупную сумму. К тому же, ѓалахические запреты, связанные с мясом, – самые строгие. Но если человек хочет положиться на обычный сертификат кошерности, то он имеет право так поступить даже в мясном ресторане. Хотя там выше опасность, что блюда могут быть приготовлены из некошерного мяса, – тем не менее, если у ресторана есть сертификат кошерности, то в нем осуществляется контроль, который практически всегда предотвращает такие случаи, поэтому, согласно закону Ѓалахи, пища в этом ресторане является кошерной. А если посетитель такого ресторана захочет в этом убедиться на благо себе и другим посетителям, то он может поговорить по телефону с машгиахом и выяснить у него, действительно ли вся пища там кошерная. Это повышает уровень наблюдения за кашрутом, так как заставляет владельца ресторана и машгиаха выполнять установленные для них ѓалахические требования[4].

Если сертификат кошерности просрочен, то нельзя полагаться на слова владельца ресторана, утверждающего, что там по-прежнему осуществляется наблюдение за кашрутом, но он еще не получил нового сертификата. Нужно позвонить представителю раввината, чтобы убедиться, что еда в этом ресторане отвечает всем требованиям Ѓалахи.

В залах торжеств с обычным сертификатом кошерности, если там есть постоянный инспектор, который присутствует все время, пока готовится и подается еда, уровень надзора хороший. Однако если инспектор приезжает лишь время от времени, то ситуация обычно менее благоприятна, поскольку соблазн обмануть очень велик. Поэтому тем, кто заказывает там торжество, следует попросить о встрече с директором зала, и только если он засвидетельствует, что пища будет кошерная, они могут заказать торжество в этом зале.

Большие и средние гостиницы обычно находятся под лучшим надзором, чем рестораны, поскольку объемы производства продуктов питания в них больше, и поэтому они контролируются более тщательно. Тем не менее будет хорошо, если те, кто соблюдает кашрут более тщательно, поговорят с машгиахом, чтобы узнать у него, соблюдаются ли в этой гостинице все законы кашрута должным образом.

[4]. В основе закона Ѓалахи о том, что следует доверять людям в вопросах кашрута, лежит ѓалахическое правило: «В отношении пищевых запретов достаточно одного свидетеля». Поэтому полагаются на свидетельство машгиаха, выдавшего сертификат кошерности. Ведь сам факт того, что он выдал сертификат, говорит о том, что он свидетельствует о кошерности пищи на этом предприятии. И хотя машгиах получает за это плату, тем не менее, поскольку раввины выбирают для такой работы надежных богобоязненных людей и контролируют их деятельность, на свидетельство машгиаха можно положиться. И хотя иногда люди лгут, и это может произойти даже с человеком, который считался надежным, – тем не менее, поскольку таких людей очень мало, это не отменяет вышеупомянутого правила: «Когда речь идет о запретах, связанных с пищей, показаний одного свидетеля достаточно». Ведь иногда случается, что и два свидетеля приводят лживые показания. И тем не менее, пока лживость их показаний не была доказана, на их слова полагаются даже при вынесении самых суровых приговоров (см. Рамбам, Законы основ Торы, 7, 7). Правда, иногда распространяются слухи о некошерности продуктов с сертификатом того или иного раввината, который выполняет свою работу халатно и нанимает нечестных или нерадивых инспекторов, а иногда встречаются магазины, продающие продукты с поддельным сертификатом кошерности. Тем не менее, если мы не имеем конкретных сведений о том, где именно продается некошерная пища, то разрешено покупать продукты питания в любом месте, имеющем сертификат кошерности. Во-первых, потому, что изначально мы доверяем раввинату, выдавшему сертификат кошерности, и отменить этот сертификат можно только после тщательной проверки. А во-вторых, решающим фактором в данном случае является принцип большинства, а в большинстве случаев предприятия, имеющие сертификат кошерности, действительно продают кошерную пищу. Ведь закон Ѓалахи гласит: даже если человек нашел пищу на улице, и большинство магазинов в этом месте торгуют кошерной пищей, – то найденная им пища считается кошерной, даже если некоторые магазины на этой улице продают некошерную пищу, так как в данном случае решающим фактором является принцип большинства (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 95а; Шульхан арух, Йоре деа, 110, 3). И тем более разрешено покупать пищу в магазинах, имеющих сертификат кошерности.

07. Печать кошерности на упакованных продуктах питания

Печать кошерности на упаковке пищевых продуктов является доказательством того, что продукты в упаковке кошерны. Даже когда продукт перевозят с места на место, если упаковка остается закрытой и запечатанной в том виде, в каком продукт покинул стены фабрики, где был изготовлен, он имеет статус кошерного. Этот закон распространяется на все виды упаковок, которые трудно подделать.

Исходя из этого, наши мудрецы постановили: когда пищу необходимо переслать с помощью нееврея, и возникает опасение, что он может заменить ее на пищу, запрещенную Торой (например, заменить кошерное мясо на некошерное), – то необходимо запечатать сосуд или мешок с этой пищей двумя печатями. А если опасение связано с пищей, запрещенной мудрецами (например, если нееврей заменит молоко, выдоенное под надзором еврея, на нееврейское), то достаточно запечатать пищу одной печатью. Под словом «печать» подразумевается в данном случае специальная пломба, которую трудно подделать, – например, бумага с подписью, наклеенная на горло сосуда таким образом, что если она будет разорвана или разрезана, будет трудно наклеить на то же место новую бумагу с такой же подписью. А если там наклеят еще одну бумагу с подписью, то будет считаться, что пища запечатана двумя печатями. Если полиэтиленовый пакет с пищей завязывают особым образом, так, чтобы, если его развяжут, будет трудно завязать его точно так же, – это тоже считается «печатью». Если же таким образом завязали два пакета, один внутри другого, – это «двойная печать». Кроме того, одна печать, которую очень трудно подделать, считается «двойной печатью». Так пишут Рашба, Бейт Йосеф (118, 9), Игрот Моше (Йоре деа, 1, 56). Аналогичным образом, если подделка печати грозит человеку уголовным наказанием, такая печать также считается «двойной» (см. Даат коѓен, 229).

Таким образом, поскольку оригинальную упаковку подделать труднее, чем две печати, любая оригинальная упаковка имеет статус «двойной печати». Правда, профессиональный вор способен изготовить машину, которая будет подделывать упаковки, однако, поскольку в случае его поимки он будет наказан по всей строгости закона, опасаться этого не стоит. Тем не менее некоторые люди, чтобы исполнить заповедь кашрута самым великолепным образом, запечатывают двумя печатями такую пищу, которая, если ее заменят, приведет к нарушению строгого запрета. Вот почему бутылки с вином запечатывают пробкой или металлической крышкой, а сверху их покрывают также пластиковой пленкой. Также будет правильным следить за этим, когда речь идет о пище, замена которой на некошерную приведет к значительной прибыли, – например, мясо в больших количествах. И тогда помимо печати, которая имеется на каждой упаковке, следует запечатывать также картонную коробку, в которой лежат упаковки. А в некоторых случаях, чтобы исполнить заповедь самым великолепным образом, ставят особые печати, подделать которые очень сложно (голограммы).

Когда нет стимула для обмана, как, например, у ресторанного курьера, то полагаются на то, что из кошерного ресторана пришлют заказанную там кошерную еду[5].

[5]. В трактате Авода зара (39а-б) говорится: тот, кто посылает с неевреем мясо, вино, тхелет или рыбу, должен запечатать их двумя печатями. А тот, кто посылает пряность под названием хильтит, рыбный соус, хлеб или сыр, может ограничиться одной печатью. По мнению большинства законоучителей, разница между этими продуктами связана со строгостью запрета, в отношении которого возникает опасение. Если есть опасение, что будет нарушен запрет Торы, необходимы две печати; а если опасение касается запрета, установленного мудрецами, то достаточно одной печати. Так пишут Рамбам (Законы, связанные с запрещенной пищей, 13, 10), Рашба, рабейну Йерухам, Шульхан арух (118, 1). А некоторые законоучители говорят: различие заключается в том, что некоторые виды пищи запрещены сами по себе, и тогда, чтобы кошерную пищу не подменили такими видами пищи, необходимы две печати; а некоторые виды пищи запрещены из-за добавленных примесей, и в таком случае достаточно одной печати (так пишут Рамбан, рабби Аѓарон Ѓа-Леви, Ритва, Ран). Согласно третьему мнению, второе мнение соотносится с первым, ведь если опасение касается смеси, то, как правило, речь идет о запрете, установленном мудрецами, и поэтому достаточно одной печати. Так пишут Раавад, Меири, Виленский Гаон, Арух ѓа-шульхан (118, 3).

Раши же считает, что различие между этими видами пищи не зависит от строгости запрета, и дело в том, что если подделка принесет большую прибыль, то необходимы две печати, а если прибыль будет небольшая, то одну. И хотя большинство ранних законоучителей не придерживаются мнения, соответствующего тому, что Раши написал в комментарии к Талмуду, – тем не менее основу его слов принимают все авторитеты. Также, как мы говорили, когда у нееврея нет стимула на подмену пищи, нет опасения, что он это сделает (см. трактат Авода зара, 34б; Тосафот к трактату Авода зара, 12а, со слова ושדי; Шульхан арух, 118, 10; Сифтей коѓен, 1). Аналогичным образом, когда нееврей боится, что его обман могут обнаружить, и он понесет за это наказание, то на него можно положиться даже без печати (см. Шульхан арух, 118, 10; Сифтей коѓен, 129, 4; Каф ѓа-хаим, 118, 50). Поэтому можно полагаться на курьера, доставляющего готовую еду и т.п., если нет реального опасения, что он захочет подменить заказ, тем более если за это его уволят. С другой стороны, если опасение подмены велико, то нельзя полагаться даже на печать. И об этом писал Рашба (1, 109), описывая ситуацию, когда печати часто подделывали. Поэтому, когда речь идет о большом количестве мяса, то обычно более тщательно проверяют удостоверение о пересылке, вес и т.п., чтобы убедиться, что мясо действительно кошерно.

Ранние законоучители обращают внимание на следующую проблему. В трактате Авода зара (39а-б) объясняется, что вино нуждается в двух печатях, и к такому же выводу можно прийти на основании слов Рава в трактате Авода зара, 29б. Однако там же, 31а, говорится: практический закон соответствует мнению рабби Элиэзера, который считает, что достаточно одной печати или ключа. По мнению большинства ранних законоучителей, имеется в виду, что, помимо печати, необходимо также, чтобы помещение, где хранится вино, было заперто на ключ, и это считается «второй печатью» (так пишут Рамбам и Рашба, а также Ѓалахот гдолот и Риф на основании слов большинства законоучителей), и такое постановление выносит от имени анонимного авторитета Шульхан арух (118, 1 и 130, 1). А некоторые законоучители, опираясь на слова рабби Элиэзера, приходят к такому выводу: если известно, что позднее еврей проверит, осталась ли эта пища запечатанной его печатью, то достаточно одной печати (так пишут Тосафот, Сефер мицвот гадоль, Сефер мицвот катан, Трума, Эшколь, Ран и Ритва). И так написано в Шульхан арух (118, 1) от имени одиночных авторитетов, не согласных с приведенным там анонимным мнением. А рабейну Там отмечает, что на еврея, не заслуживающего доверия, падает большее подозрение, чем на нееврея, так как еврей меньше боится наказания. Поэтому, если вино оставляют у него, необходимы две печати, а если вино оставляют у нееврея, то достаточно одной печати (см. Тосафот к трактату Авода зара, 12а). А некоторые законоучители писали, что на такого еврея можно положиться только бедиавад (см. Тосафот к трактату Авода зара, 31б, со слова השולח). Так пишут также Рокеах, Исур ве-ѓетер ѓа-арох, Рама (118, 1). И см. выше, гл. 29, п. 9, прим. 11.

08. В гостях у человека, соблюдающего кашрут согласно требованиям Ѓалахи

Как мы говорили (в п. 1), тот, кто гостит у человека, соблюдающего кашрут согласно требованиям Ѓалахи, должен полагаться на хозяина дома и есть угощение, которое ему подают. Ведь закон гласит: «В отношении пищевых запретов достаточно одного свидетеля» (см. трактат Хулин, 10б, и комментарий Раши, там же, со слова עד; трактат Йевамот, 88а, и комментарий Раши, там же, со слова ואמר). Даже если гость обычно покупает продукты с сертификатом кошерности ле-меѓадрин, то, когда он гостит у своих друзей или родственников, он должен полагаться на хозяев дома и есть пищу, которую они ему подают, потому что соблюдение кашрута на обычном уровне полностью соответствует законам Ѓалахи и мнению большинства ѓалахических авторитетов. И хотя есть преимущество в том, чтобы соблюдать кашрут ле-меѓадрин и следовать в некоторых вопросах кашрута более строгому толкованию закона, – важнее укреплять дружбу и единство в народе Израиля и проявлять уважение к Ѓалахе.

И все же нужно отметить, что существуют обычаи, издавна укоренившиеся в целых общинах, и выходцы из этих общин почти никогда не отступают от них. Заставить их отступить от обычая может только безвыходное положение – например, болезнь. Так, люди, привыкшие есть мясо только высшего уровня кошерности (халак), соблюдают этот обычай и в гостях. Подобно тому, представители ашкеназских общин, которые не едят китнийот в Песах, строго следят за соблюдением этого обычая и тогда, когда находятся в гостях. Это не должно обижать хозяина дома, так как в данном случае мы имеем дело с обычаем общеизвестным и широко распространенным. То же самое можно сказать и о тех, кто всегда ест листовые овощи, выращенные специальным методом, защищающим их от насекомых и червей, или вымачивает листья в мыльной воде, а затем тщательно их промывает, чтобы устранить вредителей. Они строго следят за соблюдением этого закона, даже находясь в гостях. Но если им подали вареное блюдо, содержащее листовые овощи, то в таком случае они не должны следовать более строгому толкованию закона, так как речь идет о двойном сомнении (сфек сфека). И см. выше, гл. 23, прим. 8 и 22.

Но в наше время многие люди придерживаются в вопросах кашрута более строгого подхода и едят только пищу, имеющую сертификат кошерности ле-меѓадрин. И такое строгое соблюдение законов кашрута превращается для них в непреложный обычай, от которого их может заставить отступить лишь вынужденная необходимость, например, болезнь. Поэтому, в соответствии со своим обычаем, они не едят в доме у того, кто не следит за тем, чтобы покупать продукты только с сертификатом кошерности ле-меѓадрин. И хотя этот обычай идет вразрез с законом Ѓалахи, этому можно дать такое объяснение: поскольку в последние столетия еврейский народ пережил многочисленные потрясения, и к тому же, современный образ жизни несет в себе значительные перемены, соблюдение традиции в народе ослабло, и сегодня очень сложно разобраться в том, кто действительно знаком с законами Ѓалахи и соблюдает их должным образом. Поэтому, в качестве «ограды», то есть защиты от нарушения законов кашрута, некоторые люди едят только пищу, кошерную ле-меѓадрин, а тот факт, что они не едят в доме у тех, кто соблюдает обычный кашрут, помогает им избежать большинства сомнений и неприятных ситуаций. И таким образом они возводят «защитные стены» и отделяются от других евреев, которые менее внимательно относится к таким заповедям как кашрут или придерживаются взглядов, кажущихся им неприемлемыми, и это, по их мнению, достойная цель.

Однако на практике, когда человек находится в гостях, для него будет правильным соблюдать только те обычаи устрожения, которые широко известны во всем народе Израиля. Что же касается других строгих обычаев, то если известно, что хозяева дома соблюдают кашрут в соответствии с требованиями Ѓалахи, соблюдать эти обычаи запрещено согласно указанию наших мудрецов, – чтобы не приводить к вражде и раздорам[6].

[6]. Эта проблема состоит из нескольких проблем, которые мы вкратце изложим здесь. В трактате Псахим (51б) говорится: если человек приезжает из такого места, где не принято выполнять созидательную работу в канун Песаха, в такое место, где это принято, – он не должен на новом месте выполнять работу в канун Песаха. Наши мудрецы задаются вопросом, как это может быть, ведь сказано: «Не следует изменять существующие обычаи, чтобы не вызывать раздоров». Исходя из этого, разве этому человеку разрешено придерживаться более строгого толкования закона, если там, где он находится, принято следовать менее строгому толкованию? Отвечает Рава: поскольку некоторые жители этого места все равно не занимаются работой в канун Песаха, если этот человек будет воздерживаться от выполнения работы, со стороны это не будет выглядеть как изменение принятого там обычая. Здесь заканчивается изложение сказанного в Талмуде. Следовательно, если бы изменение было заметно, то он должен был бы отказаться от обычая, принятого в его общине, и последовать менее строгому подходу, как принято во второй общине. Ибо мир между евреями важнее, если речь не идет о запрете Торы (см. комментарий Роша к трактату Псахим, 4, 4). Некоторые законоучители говорят, что лишь в отношении обычая можно следовать менее строгому подходу, но если по мнению тех, кто придерживается более строгого подхода, речь идет о строгом запрете, установленном мудрецами, то нельзя следовать менее строгому подходу. Так пишут рабейну Там, Рамбан, Сифтей коѓен (119, 20), При хадаш (19), Мишна брура (468, 23). Есть также мнение, что даже когда, согласно более строгому подходу, речь идет о запрете мудрецов, в то время, когда человек находится в таком месте, где придерживаются менее строгого подхода, он тоже должен следовать менее строгому подходу, чтобы избежать раздоров. Так пишут Тосафот (к трактату Псахим, 52а, со слова ממקום), рабби Шмуэль ди Медина (Йоре деа, 85), Микраэй кодеш (199б), Ѓалахот ктанот (4). И к такому выводу приходят на основе мнения Роша и Рана. Исходя из этого, общепринятый обычай соответствует мнению тех, кто считает, что сало, «приклеенное» к желудку в его вогнутой части, запрещено Торой, однако в общине Бней Рейнос в этом вопросе придерживались менее строгого подхода (см. выше, гл. 21, прим. 4). И когда представители других общин гостили в общине Бней Рейнос, они не ели это сало, но некоторые ели другую пищу, сваренную вместе с ним. Ведь в отношении того, что было запрещено на основании ѓалахического обычая, не нужно придерживаться более строгого подхода на основании принципа таам ке-икар (см. выше, гл. 34, п. 3) там, где принято это разрешать, чтобы не нарушать запрет Торы «Не делитесь на группировки (как пишет Исур ве-ѓетер ѓа-арох, 14, 9). Однако многие не ели и ту пищу, которая была сварена вместе с этим салом, однако ели из посуды, в которой варилось то сало, не кошеруя ее в кипятке. Так пишут рабейну Йерухам, Рама (64, 9), Кнесет ѓа-гдола, Шульхан гавоѓа и другие законоучители. А При хадаш (Орах хаим, 496, 24) придерживается в этом вопросе более строгого подхода и пишет, что не следует даже есть в такой посуде. В том же духе в Мишне (Дмай, 4, 2) говорится, что в течение одной субботы разрешено есть в доме у человека, которому нельзя доверять в вопросе отделения десятин, полагаясь на его свидетельство, что он их отделил согласно требованиям Ѓалахи. В Иерусалимском Талмуде (там же) объясняются причины, на которых основано это разрешение. По словам рабби Йоханана, это разрешено, чтобы предотвратить вражду; а по словам рабби Абуна, чтобы между евреями царил мир. Таким образом, мы видим: хотя мудрецы постановили, что не следует есть в доме у того, кто не взял на себя обязанность строго соблюдать законы отделения десятин, – тем не менее в субботу, когда десятину отделять запрещено, гостю разрешается полагаться на свидетельство такого человека, чтобы предотвратить вражду и установить мир. В том же ключе Рама (112, 15, но основе мнения Маѓариля) пишет: когда человек, строго соблюдающий запрет есть хлеб, испеченный неевреем, трапезничает вместе с теми, кто этого запрета не соблюдает, ему следует есть их хлеб, «дабы предотвратить враждебность и ссору». Ведь хлеб – основная часть трапезы, и если человек отказывается есть хлеб, это очень заметно и может вызвать враждебность (как объяснялось выше, в гл. 28, п. 4). И Рама добавляет: «Однако из этого не следует делать вывод в отношении прочих запретов». То же самое пишут и другие поздние законоучители.

На основании всех изученных нами вопросов становится ясно: законоучители согласны, что для того чтобы сохранить мир и предотвратить вражду, гость должен отказаться от обычаев устрожения (однако они спорят о том, как гость должен поступить в ситуации, связанной с полемикой в отношении запрета, установленного мудрецами, если в том месте, где гость проживает, в данном вопросе принято следовать более строгому толкованию закона. Тосафот и их последователи считают, что гостю нужно последовать менее строгому подходу; а рабейну Там и его последователи говорят – менее строгому). Поэтому, когда человек гостит у кого-то, кто соблюдает кашрут, он должен есть пищу, которую ему подают, поскольку иначе будет нарушен мир и возникнет вражда. Ведь, как мы говорили в п. 4, обычный сертификат кошерности соответствует требованиям Ѓалахи.

В дополнение к этому, некоторые законоучители говорят: хозяину дома подобает сообщить гостям, что пища, которой он их угощает, не отвечает тем требованиям кашрута, которых они придерживаются согласно своему обычаю. Однако он не обязан это делать. Так пишут Ритва (в комментарии к трактату Йевамот, 14б) и При хадаш (119, 19). А по мнению многих других законоучителей, хозяин дома обязан поставить своих гостей в известность, что угощение, которое он им подает, не соответствует их обычаю в области кашрута. Так пишут Ор заруа, Ям шель Шломо (к трактату Йевамот, 1, 11), Рама (119, 7), Сифтей коѓен (20) и другие авторитеты. Поэтому Рама указывает (там же), что разрешено есть у своего товарища, который знаком с обычаем, которого придерживается гость, поскольку товарищ, несомненно, не подаст своему гостю такую пищу, которую тот «считает для себя запрещенной».

Из всего вышесказанного следует, что когда речь идет об устоявшихся и общеизвестных обычаях (например, не есть китнийот в Песах или есть только мясо, имеющее сертификат кошерности халак), то их соблюдение не вызывает враждебности, и они не приводят к тому, что человек не сможет есть ничего из того, что его товарищ обычно ест у себя дома. И, по мнению большинства авторитетов, именно соблюдение этих обычаев подразумевается, когда говорится, что хозяин дома обязан сообщить своим гостям, что пища, которой он их угощает, запрещена согласно их обычаю. А некоторые авторитеты считают, что хозяину дома подобает так поступить, но это не является для него обязанностью. И хотя, как мы говорили, когда человек оказывается в другом месте, где в тех или иных вопросах кашрута придерживаются менее строгого подхода, ему следует отказаться от своего более строгого обычая, чтобы сохранить мир и избежать конфликтов, а некоторые авторитеты считают, что он должен следовать менее строгому подходу даже в тех вопросах, которые, согласно его обычаю, являются запретом мудрецов, – тем не менее представляется, что имеется в виду ситуация, когда гость приехал в такое место, где все жители придерживаются менее строгого подхода. Ведь именно в этом случае поведение гостя может их обидеть. Но если представители всех общин живут вместе и знакомы с различными обычаями (подобно тому, как последователи школ Шамая и Ѓилеля жили в одних и тех же местах), то они не обижаются, если кто-то придерживается более строгого подхода и не ест китнийот в Песах или ест только мясо с кашрутом халак.

Однако нет никаких оснований для того, чтобы те, кто у себя дома ест только продукты с сертификатом кошерности ле-меѓадрин, строго придерживались этого и во время пребывания в гостях. Возможно, этот обычай можно объяснить тем, что в последние столетия еврейский народ пережил многочисленные потрясения, и к тому же, современный образ жизни несет в себе значительные перемены, поэтому соблюдение традиции в народе ослабло, и сегодня очень сложно разобраться в том, кто действительно знаком с законами Ѓалахи и соблюдает их должным образом. Поэтому, в качестве «ограды», то есть защиты от нарушения законов кашрута, некоторые люди едят только пищу, кошерную ле-меѓадрин. А тот факт, что они не едят в доме у тех, кто соблюдает обычный кашрут, помогает им избежать большинства сомнений. Однако, как мы говорили выше, в п. 4, «обычный» сертификат кошерности соответствует сути закона Ѓалахи. Кроме того, как говорилось в п. 1, необходимо полагаться на свидетельство еврея, если о нем не известно, что он полный невежда в вопросах Торы или пренебрегает законами кашрута. И не нужно устраивать ему «экзамен» по богобоязненности и знанию Ѓалахи – каждому еврею, о котором известно, что он соблюдает заповеди и знаком с ѓалахическими законами, как женщины прошлых поколений были знакомы с ними, видя, как их матери их исполняют, и слыша объяснения отца, следует доверять в вопросах кашрута. Поэтому обычай этих людей идет вразрез с указанием наших мудрецов, а также выражает неуважение к Торе, потому что они относятся к кошерной пище как к некошерной и нарушают указание Ѓалахи не следовать более строгому подходу, когда это может обидеть хозяина дома, вызвать враждебность и привести к ссоре. К тому же, возникает опасение, что люди, которые отказываются есть в гостях кошерную пищу, преследуют дополнительную цель, по сути своей негативную. Эта цель поддерживается сторонниками разобщенности между ультраортодоксальным (харедим) и обычным религиозным обществом, потому что они не хотят, чтобы харедим подпали под влияние сионисткой религиозной общины и ее раввинов.

09. В гостях у еврея, соблюдающего традицию (масорти)

Тот, кто гостит у еврея, который соблюдает традицию, в том числе кашрут, и разделяет посуду (то есть следит за тем, чтобы не готовить мясную пищу в молочной посуде или молочную пищу в мясной посуде), и при этом известно, что этому человеку можно доверять, – может положиться на его слова. Однако поскольку этот человек, возможно, недостаточно хорошо разбирается в законах кашрута или не соблюдает их с должной строгостью, нельзя положиться на его общее заявление о том, что еда в его доме является кошерной. Поэтому, если гость хочет есть у него дома, то он должен задать хозяину пять вопросов, затрагивающих все области кашрута, в которых могут возникнуть те или иные проблемы. Разумеется, чтобы предотвратить возможную обиду, все вопросы необходимо задать до того, как хозяин и гости садятся за стол[7].

Перечислим эти пять вопросов. 1) В отношении мяса следует выяснить, имеет ли оно надежный сертификат кошерности, которому можно доверять. Если гость, как правило, ест мясо с обычным сертификатом кошерности, то он может есть такое мясо и в гостях; но если он всегда придерживается в этом вопросе более строгого толкования закона и ест мясо только с кашрутом халак, то и в гостях он должен есть только блюда, приготовленные из такого мяса. 2) В отношении овощей и фруктов следует выяснить, были ли они куплены в магазине, торгующем сельскохозяйственной продукцией, от которой отделяют приношения и десятины (трумот и маасрот). Если ответ на этот вопрос отрицательный, то от овощей и фруктов необходимо отделить трумот и маасрот. 3) В отношении листовых овощей, в которых могут оказаться черви или насекомые, следует выяснить, тщательно ли их промыли. Те, кто придерживается в этом вопросе более строгого толкования закона, могут спросить, куплены ли эти овощи у производителя, торгующего продукцией, которая была выращена специальным методом, предотвращающим появление вредителей. Если нет, то следует спросить, были ли эти овощи вымочены в мыльной воде и после этого тщательно промыты. Если же листовые овощи входят в состав вареной пищи, то ее могут есть и те, кто придерживается в вопросе насекомых и червей более строгого толкования закона. 4) В отношении металлической и стеклянной посуды, из которой едят (например, металлических столовых приборов или стеклянных тарелок и стаканов), следует выяснить, окунули ли их в микве. Если нет, то нужно использовать для еды пластмассовую или одноразовую посуду. При крайней необходимости, если там нет такой посуды, можно есть из металлической или стеклянной посуды, которую не окунули в микве. Если этот вопрос может сильно обидеть хозяина дома, то разрешено придерживаться менее строгого подхода, так как в этом отношении существует сомнение (см. выше, гл. 31, п. 8). 5) В отношении домашней выпечки следует выяснить, использовалось ли для нее тесто в таком количестве, которое требует отделения халы (см. выше, гл. 11, п. 6). Если да, то нужно спросить, отделили ли халу от теста. В случае, если ответ отрицательный, необходимо отделить некоторую (небольшую) часть выпечки в качестве халы[8].

Если кто-то приносит пирог и говорит, что он кошерный, потому что его испек еврей, соблюдающий традиции (масорти), в том числе и законы кашрута, – то на это утверждение можно положиться. Нужно задать только один вопрос: использовалось ли при выпечке такое количество теста, которое требует отделения халы, и если да, то отделили ли халу от теста? Если по этому поводу возникает сомнение, то для того чтобы его разрешить, можно отделить от пирога несколько крошек в качестве халы. Если пирог содержит фрукты, нужно также выяснить, отделили ли от них приношения и десятины (трумот и маасрот). Если на этот вопрос нельзя дать точного ответа, то нужно отделить от фруктов трумот и маасрот[9].

[7]. Как мы говорили, еврею, который совершает грехи, но всегда соблюдает кашрут, доверяют, когда он свидетельствует, что его пища является кошерной (см. Шульхан арух, 119, 7). С другой стороны, если в отношении какого-либо еврея возникает подозрение, что иногда он ест некошерную пищу, то его свидетельству о том, что пища в его доме кошерна, доверять нельзя (см. Шульхан арух, 119, п. 1). Аналогичным образом, если он публично нарушает субботу, то нельзя доверять его свидетельству в отношении какой бы то ни было заповеди (см. там же, п. 7). Следовательно, на первый взгляд, нельзя доверять масорти, который иногда ест некошерную пищу и, тем более, публично нарушает субботу. Однако в этом отношении существует различие между прошлыми временами и сегодняшним днем. Раньше, когда все евреи соблюдали заповеди Торы, и вся социальная жизнь была организована вокруг семьи и общины, не было никакого сомнения в том, что еврей, нарушающий заповеди, – крайне легкомысленный и даже дерзкий человек, который осмелился нарушить общественные устои. Поэтому было совершенно очевидно, что ему нельзя ни в чем доверять, и невозможно полагаться на его слово. А в наши дни есть немало людей, не соблюдающих заповеди, но известных своей порядочностью и надежностью. В доказательство этому можно привести тот факт, что закон Ѓалахи разрешает полагаться на их свидетельство во время судебных тяжб по имущественным вопросам. Исходя из этого, честному и порядочному человеку можно доверять и в вопросах кашрута, даже если он сам не всегда строго следит за тем, чтобы есть только кошерную пищу. Так пишет наш великий раввин и наставник рав Авраѓам-Ицхак Кук, благословенна память праведника, в своей статье Маамар ѓа-дор («Статья о нашем поколении»). Подобное отмечают и многие другие ѓалахические авторитеты. Кроме того, известное ѓалахическое правило гласит: если кошерную пищу достать не сложно, то можно полагаться даже на свидетельство человека, в отношении надежности которого возникает сомнение, если он утверждает, что купил пищу в кошерном магазине. Зачем ему специально прилагать усилия к тому, чтобы купить некошерную пишу, если кошерная гораздо более доступна? Так говорят наши мудрецы в Талмуде (трактат Хулин, 4а-б), и так пишет Шульхан арух (2, 4). С другой стороны, нельзя положиться на его общее свидетельство о том, что пища, которую он приготовил, кошерна, так как человек, соблюдающий традицию, не всегда разбирается в законах кашрута. Поэтому необходимо задать ему эти пять вопросов.

 

[8]. Основой того, что речь идет о человеке, который соблюдает кашрут, является тот факт, что он следит за разделением мясной и молочной пищи. И не нужно спрашивать его, не готовил ли он в этой посуде в субботу, и тогда, согласно мнению Рашба и его последователей, эту посуду необходимо откошеровать в кипятке, чтобы гость мог из нее есть. Этот вопрос нет надобности ему задавать, во-первых, потому, что по мнению Роша и его последователей посуду кошеровать не нужно; а во-вторых, даже согласно подходу Рашба, если хозяин дома готовил в своей посуде в субботу, то она стала запрещенной только для него самого, но не для других людей (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл.26, прим. 8). Также не нужно спрашивать, не готовилась ли в посуде некошерная рыба, потому что человек, соблюдающий традиции и, в частности, кашрут, не ест такую рыбу. А когда гость задает хозяину третий вопрос, он не должен добавлять, осмотрели ли все листовые овощи после мытья на предмет нахождения насекомых или червей (см. выше, гл. 33, п. 10), так как бедиавад, поскольку во время мытья овощи, скорее всего, бегло осмотрели, этого достаточно. С другой стороны, некоторые говорят, что поскольку на практике в Израиле подавляющее большинство мяса, продаваемого в магазинах, кошерно, а от большей части сельскохозяйственной продукции отделяют приношения и десятины (трумот и маасрот), и в большинстве случаев люди тщательно промывают листовые овощи, – можно положиться на общее заявление хозяина дома, что пища в его доме является кошерной, и не нужно задавать ему вышеупомянутые пять вопросов. Однако закон Ѓалахи гласит: если в отношении этих вопросов возникает какое-либо сомнение, и на них можно получить ответ, то сделать это необходимо. То же самое говорится и в связи с проверкой дома на наличие квасного (бдикат хамец) перед Песахом (см. Вавилонский Талмуд, трактат Псахим, 4а; Шульхан арух, Орах хаим, 437, 2). При хадаш (437, 2) объясняет: если получить ответы на эти вопросы очень сложно и стоит огромных усилий, то в таком случае полагаются на большинство. Но если выяснение не связано с особыми, исключительными сложностями, то задать вопрос – это обязанность. Таким образом, если имеется в виду ситуация, когда эти пять вопросов могут очень сильно обидеть хозяина дома (например, если он – близкий родственник или очень уважаемый человек), а с другой стороны, невозможно отказаться от угощения, не вызывав этим ссору, то разрешено положиться на то, что еда в доме этого еврея, соблюдающего традицию, кошерна, и не задавать упомянутые пять вопросов. И хотя, скорее всего, он не окунул металлическую и стеклянную посуду в микве, – если нет другого выхода, и вопрос об этом очень обидит хозяина дома, разрешается положиться на мнение авторитетов, придерживающихся в этом вопросе менее строгого толкования закона, и есть из посуды, которую не окунули в микве (см. выше, гл. 31, п. 8).

[9]. По поводу других ингредиентов пирога нет никаких вопросов, так как в Израиле все эти продукты являются кошерными. Только если человек будет специально искать некошерные продукты, он их найдет, но в отношении еврея, соблюдающего традиции, такого опасения не возникает. Но необходимо спросить про отделение халы, а если пирог содержит фрукты, то и про отделение трумот и маасрот (эти вопросы входят в пятерку вопросов, о которых говорится в тексте). Не нужно спрашивать, просеяли ли муку. Даже если мука не просеяна, пирог все равно кошерный. Это объясняется тем, что, чаще всего, в муке нет насекомых или червей, и если уже нет возможности проверить муку, то следует полагаться на большинство случаев (см. выше, гл. 23, п. 15). То же самое касается и яиц: по сути закона, нет необходимости проверять, нет ли в них крови, поскольку яйца, продаваемые в магазинах, не являются оплодотворенными (см. выше, гл. 24, п.п. 2-3). И нет опасения, что пирог испекли в некошерном противне, потому что человек, испекший его, соблюдает традицию и законы кашрута и отделяет мясную посуду от молочной.

10. В гостях у нерелигиозного еврея; в некошерном ресторане

В гостях у нерелигиозного еврея можно есть пищу в закрытой упаковке с сертификатом кошерности или блюда, приготовленные в кошерном ресторане, о котором известно, что у него есть соответствующий сертификат. Пищу следует подать в одноразовой посуде, потому что посуду в кухне нерелигиозного еврея запрещено использовать для еды без кошерования и окунания в микве. При этом желательно выяснить, кто именно дал пище сертификат кошерности, чтобы убедиться, что на этот сертификат можно положиться. Разумеется, это верно при условии, что хозяин дома известен гостю как человек, достойный доверия, на чьи слова можно положиться (как объяснялось выше, в прим. 7).

Но запрещено есть пищу, приготовленную нерелигиозным евреем на своей кухне, так как трудно предвидеть, какие именно проблемы могли возникнуть во время ее приготовления. И в любом случае, его посудой нельзя пользоваться, не откошеровав ее в кипятке. Даже если с тех пор, как в ней готовили запрещенную пищу, прошло двадцать четыре часа, и вкус, который они выделяют, уже считается «испорченным», мудрецы наложили в этом случае особое «взыскание» и запретили пищу, приготовленную в посуде, нуждающейся в кошеровании, всем, для кого готовилась эта пища (см. выше, гл. 32, п. 3, прим. 3).

Если нерелигиозный хозяин дома заказал готовую еду из кошерного ресторана, то можно разогреть эту еду у него в духовке, при условии, что она осталась в одноразовых противнях, покрытых фольгой, чтобы в нее не впитывался пар из духовки. А если пищу разогревают в микроволновой печи, то ее следует сначала переложить в кошерную посуду (например, пластиковую одноразовую) и завернуть вместе с посудой в полиэтиленовый пакет, чтобы пар из печи не впитывался в пищу.

Кофе или чай можно пить в доме нерелигиозного еврея из одноразовых стаканов или керамических чашек, предназначенных только для кофе или чая. В случае крайней необходимости можно воспользоваться стеклянными стаканами, хотя их не окунули в микве (см. выше, гл. 31, п. 8; гл. 32, п. 5).

Не следует заходить в некошерный ресторан, так как это является нарушением запретов осквернения Божественного имени и марит аин[10]. И тем более нельзя сидеть в таком ресторане с товарищем, который ест там некошерную пищу. И хотя заграницей во время встречи с неевреями в этом вопросе разрешено придерживаться менее строгого подхода, – в Израиле, где большинство ресторанов кошерны, даже вместе с неевреем не следует заходить в некошерный ресторан[11].

Также будет правильным не покупать продукты в магазине, открытом в субботу. Но при необходимости разрешается купить там продукты в упаковке с сертификатом кошерности.

[10]. Марит аин (букв. «видение глазом») – ѓалахический принцип, согласно которому нам запрещены любые действия, которые сами по себе не являются нарушением какого-либо запрета, однако сторонним наблюдателям может показаться, что, совершая их, мы нарушаем закон (прим. ред).

[11]. В основе этого закона лежит главное соображение, связанное с заповедью «Ты увещевай ближнего твоего» (Ваикра, 19;17). Согласно этой заповеди, поскольку все евреи ручаются друг за друга, каждому еврею заповедано выражать протест, когда он видит, как другой еврей нарушает заповеди Торы. Тем не менее, если он знает, что его слова не будут услышаны, то существует заповедь не говорить их (см. трактат Йевамот, 65б). Но, по крайней мере, следует избегать молчаливого согласия с его действиями, а потому не подобает заходить в некошерный ресторан, принадлежащий еврею, и тем более сидеть в таком ресторане с товарищем, который ест там некошерную пищу. Однако заграницей, в ресторане, который принадлежит нееврею и большинство посетителей которого – неевреи, в этом нет осквернения Божественного имени, поэтому при необходимости в данном вопросе разрешается придерживаться менее строгого подхода (и см. Игрот Моше, Орах хаим, 2, 40).

11. Когда дети гостят у родителей

Если сын или дочь приняли религиозный образ жизни, то хотя их родители не соблюдают кашрут, если родители – люди, достойные доверия, и ради детей они откошеровали кухню и готовят для них кошерную пищу в кошерной посуде, то дети должны полагаться на родителей и есть у них (см. Игрот Моше, Йоре деа, 1, 54; выше, прим. 7).

Когда сын или дочь гостят у своих религиозных родителей, которые соблюдают обычный кашрут и придерживаются менее строгого толкования закона даже в вопросах, связанных с общеизвестными и широко распространенными обычаями, – они должны есть у них дома, поскольку к этому их обязывает заповедь почтения к родителям. Даже если они едят мясо только с кашрутом халак, а родители не соблюдают этот обычай, они все равно должны есть приготовленное родителями мясо, так как заповедь почтения к родителям важнее этого обычая, хотя речь идет об одном из важнейших обычаев, связанных с кашрутом. Такое постановление вынес рав Мордехай Элияѓу, благословенна память праведника, для учащихся ешив, которые взяли на себя обязательство есть мясо только с кашрутом халак: он постановил, что дома у родителей они должны есть мясо обычного уровня кошерности, если родители следуют такому обычаю (см. выше, гл. 20, прим. 13).

Дело в том, что хотя обязательство есть мясо только с кашрутом халак очень важно, и молодые люди взяли его на себя, – тем не менее, поскольку заповедь почтения к родителям важнее, в данном случае она преобладает над взятым обязательством. Даже после того, как они вступят в брак и создадут свои собственные семьи, если обязательство есть мясо только с кашрутом халак будет причинять их родителям серьезные неудобства, то лучше, чтобы они ели у них дома простое кошерное мясо, но не наносили им обиду. И все-таки, если есть такая возможность, то сын может уважительно попросить родителей покупать для него мясо халак. Однако, как представляется, если речь идет об исполнении других обычаев, соответствующих мнению меньшинства авторитетов, то не следует утруждать родителей и просить их соблюдать дома эти обычаи ради сына или дочери.

Параграфы в главе

Жемчужины Ѓалахи We use cookies to ensure the website functions properly and improve user experience. You can choose which types of cookies to enable.
Cookie Selection


Privacy Policy

Меню