Жемчужины Ѓалахи

צוות האתר

    10. Ответственность за благополучие всех людей на земле

    На нас возложена ответственность не только за свой народ, но и за каждого человека, живущего на земле. Однако в этом существует порядок очередности, и во всем, что касается милостыни и милосердия, еврей предшествует нееврею. И все же, высший идеал заключается в том, чтобы заботиться о благе всех людей.

    Мы учимся этому у нашего праотца Авраѓама, который любил всех людей и заботился о них. Поэтому он с таким воодушевлением исполнял заповедь гостеприимства, кормил и поил своих гостей и учил их вере в Единого Бога, чтобы оказать им благо в физическом и духовном смысле. Наши мудрецы говорят (в Мидраше Берешит раба, 50, 4), что ангелы, которые пришли к Авраѓаму, когда он занемог после обрезания, внешне походили на идолопоклонников, поклонявшихся пыли на собственных ногах. И все же Авраѓам выбежал к ним навстречу, пригласил их в дом и зарезал для них теленка. Авраѓам стремился сделать добро каждому, напоить жаждущих и накормить голодных, научить людей вере, установить в мире справедливость. Именно поэтому он вышел на войну против четырех царей, поработивших пять царей.

    И хотя нельзя прощать идолопоклонникам и прочим грешникам их греховные деяния, и поэтому запрещено оказывать им милость, но если их можно возвратить на путь праведности и приблизить к истинной вере, на нас возложена такая заповедь, потому что наши отношения со всеми другими народами должны быть основаны на любви. Вот что писал об этом наш учитель рав Кук, благословенна память праведника: «Любовь ко всем творениям Всевышнего должна жить у нас в сердце и в душе – любовь к каждому человеку в отдельности и ко всем народам в целом. Мы должны желать их вознесения и возрождения, как духовного, так и материального, а ненависть следует питать только к злодейству и скверне, что есть в мире. Невозможно достичь высоты духа, о которой сказано: «Благодарите Господа, призывайте Имя Его, возвестите среди народов деяния Его» (Теѓилим, 105:1) без внутренней любви, исходящей из самых глубин сердца и души, чтобы творить благо всем народам, улучшать их материальное положение, делать их жизнь более счастливой». Рав Кук добавляет, что чувство любви и ответственности по отношению ко всем народам мира готовит нас к приходу Царя Машиаха (Мидот ѓа-Раайя, Аѓава, 5).

    09. Следует ли спасать террориста?

    Вопрос: несколько лет назад был случай, когда террорист пытался убить еврейского юношу в центре Иерусалима. Божьей милостью, юноша был всего лишь легко ранен, и прохожие, исполненные чувства мести, погнались за террористом, намереваясь устроить над ним расправу. Вдруг появилась женщина, которую СМИ назвали «ультраортодоксальной», и прикрыла террориста собственным телом, что спасло его от побоев и даже, возможно, от смерти. Возникает вопрос: существует ли заповедь спасать террориста и правильно ли поступила эта женщина?

    Ответ: этот вопрос можно рассмотреть в двух аспектах – с точки зрения «закона о преследователе» (дин родеф) и с точки зрения заповеди: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего». Во-первых, совершенно очевидно, что пока террорист представляет опасность, или даже если существует хотя бы легкое подозрение на опасность, на террориста распространяется «закон о преследователе». Это означает, что на каждого человека возложена заповедь спасти преследуемых, нейтрализовав преследователя. Если этого можно добиться в полной мере, ранив преследователя в один из его органов, это лучше всего. Но если существует опасение, что даже это не предотвратит опасность, или если попытка прицелиться точно, чтобы другие органы не пострадали, приведет к задержке и опасности для жизни преследуемых, то следует убить преследователя, чтобы спасти преследуемых (см. Шульхан арух, Хошен мишпат, 425, 1).

    Но даже если от террориста больше не исходит опасность, все равно необходимо понять, следует ли вмешиваться, чтобы его спасти. В Вавилонском Талмуде (в трактате Авода зара, 26б) сказано, что величайших злодеев «низводят и не возносят». Иными словами, когда есть такая возможность, следует добиваться их смерти. А злодеев более низкого уровня – и здесь не место вдаваться в точное определение этого понятия – «не низводят, но и не возносят», то есть не вызывают их смерть активным образом, но и не спасают их. Например, если такой злодей упал в колодец и может там погибнуть, ему нельзя помогать выбраться оттуда. Так постановляют Рамбам (Законы, связанные с убийством, 5, 10) и Шульхан арух (Хошен мишпат, 425, 5).

    Возвратимся к обсуждаемой теме. Нет никакого сомнения в том, что террорист, который вознамерился убивать евреев посреди улицы, относится к злодеям самого высокого уровня, о которых в Талмуде сказано, что их «низводят и не возносят». Это означает, что если есть возможность его убить, следует это сделать. По крайней мере, нельзя его спасать. Тем не менее, согласно ѓалахическому правилу: «Закон царства обязателен для исполнения», поскольку по закону государства запрещено убивать террориста, если от него больше не исходит опасность, это запрещено и по Ѓалахе. Но вместе с тем, по закону государства нет и обязанности его спасать. Поэтому, согласно Ѓалахе, террориста не надо было спасать, поскольку общепринятое ѓалахическое постановление гласит, что такого злодея «не возносят», то есть не спасают.

    Подведем итог вышесказанному: тот, кто находится при исполнении обязанностей – например, полицейский или солдат, – обязан действовать согласно инструкции. Даже в субботу, согласно международным договоренностям, необходимо лечить раненых, принадлежащих к стану врага. Это делается для того, чтобы враги не захотели нам отомстить (см. Хатам софер, Йоре деа, 131; Игрот Моше, 4, 79). Однако гражданские лица, не обязанные спасать террориста, не должны ему помогать. Сказали наши мудрецы (Мидраш Шмуэль, 18): «Всякий, кто милосерден к жестоким, в конце концов станет жесток к милосердным». К тому же, не исключено, что террорист все еще представлял опасность, ведь женщина спасла его еще до того, как его нейтрализовали, и ей было запрещено рисковать собой или подвергать риску окружающих.

    08. Следует ли уступать вымогательствам террористов, чтобы спасти заложника?

    Вопрос: за годы существования Государства Израиль случалось, что террористы захватывали в качестве заложников солдат или гражданских лиц и угрожали, что убьют заложников, если израильтяне не отпустят из своих тюрем большое число террористов. Следует ли в таком случае, согласно закону Ѓалахи, уступать требованиям и выпускать на свободу множество террористов, чтобы спасти жизнь еврея, или же запрещено поддаваться вымогательствам?

    Ответ: в предыдущем пункте мы говорили, что, согласно общему правилу, запрещено поддаваться вымогательствам похитителей. Так или иначе, если пленному грозит реальная опасность, то законоучители спорят, как нужно поступить. Одни говорят, что за него разрешается дать выкуп больше, чем он стоит, поскольку ему грозит смерть; другие считают, что это запрещено, исходя из заботы о благополучии всего общества.

    Все вышесказанное относится к обычным похитителям, единственная цель которых – деньги. Но когда речь идет о непрекращающейся войне между нами и террористами, запрещено поддаваться любым вымогательствам с их стороны, потому что совершенно очевидно, что если мы пойдем на уступки, для врагов это будет свидетельством нашей слабости, что поднимет их боевой дух, и они с еще большей энергией будут бороться против нас. К тому же, общеизвестно, что после каждого такого «успеха» их ряды пополняются новыми террористами. Кроме того, совершая теракты, они не будут опасаться за свое будущее, ведь они станут полагаться на то, что, даже если их арестуют, они все равно в скором времени выйдут на свободу в рамках очередной сделки. Помимо всего вышесказанного, возникает реальное опасение, что хотя бы часть террористов, освобожденных из тюрем, возвратится к подрывной деятельности против евреев. Поэтому, несмотря на весь трагизм ситуации, запрещено поддаваться вымогательствам и платить выкуп больше положенного в таких случаях – то есть человек за человека.

    Правило таково: во время войны нельзя идти ни на какие уступки врагу, и если хотя бы один из наших солдат был взят в плен, нужно воевать, чтобы спасти его. В Торе (Бемидбар, 21:1) сказано: «И услышал кнааней, царь Арада, живший на юге, что Израиль идет дорогою от Атарима, и вступил он в сражение с Израилем, и захватил у него пленных»; и объясняют наши мудрецы (как приводится в комментарии Раши), что в плен была захвачена всего лишь одна рабыня. И для того чтобы ее спасти, сыны Израиля не начали переговоры, а вышли на войну. Так поступал и царь Давид. Когда амалекитяне напали на Циклаг и пленили еврейских женщин, Давид не стал вести с ними переговоры, а вступил в бой и спас всех пленниц (см. Шмуэль 1, гл. 30). Даже если враги хотели всего лишь украсть сено и солому, им следует дать отпор, поскольку если мы уступим им в малом, они не перестанут воевать с нами (см. Вавилонский Талмуд, трактат Эрувин, 45а).

    Все вышесказанное верно по отношению к врагам, которые продолжают войну против нас. Но если война закончилась, то разрешено обменять всех пленных, находящихся у нас руках, на наших пленных, захваченных врагами, даже если мы захватили гораздо больше пленных. Это объясняется тем, что именно так принято поступать согласно международным законам прекращения огня, и в таком случае не считается, что мы отдаем за пленных выкуп больше, чем они стоят. Поэтому нет опасения, что возвращение всех пленных приведет к продолжению войны. По всей вероятности, даже если новая война начнется, она будет обусловлена другими причинами[5].

    [5]. Тем не менее, рав Шауль Исраэли писал, что разрешено менять одного нашего пленного на множество вражеских пленных, на основе мнения, что человек может выкупить себя самого даже за несоразмерную цену. Рав Исраэли считает, что каждый солдат, которого мобилизуют в армию, как бы «застрахован» от плена, поскольку предполагается, что его выкупят за любую цену. Поэтому рав Исраэли дал разрешение Армии обороны Израиля решать, выкупать ли пленного и за какую цену. Однако на практике мы уже не раз убеждались, что не всегда можно положиться на решения высшего командного состава израильской армии, поскольку некоторые командиры изменяют свое мнение согласно политической выгоде. И совершенно очевидно, что сделки по обмену пленными, совершенные до сих пор, подняли боевой дух террористов, а многие из освобожденных продолжили заниматься террористической деятельностью, и в конце концов число их жертв превысило число освобожденных израильских пленных. Поэтому сегодня раввины считают, что любой обмен пленными по несоразмерной цене запрещен, пока война продолжается. А рав Горен согласен, что запрещено поддаваться вымогательствам террористов, но что касается солдат, попавших в плен при исполнении своих обязанностей, то он писал, что, возможно, на государство возложена безоговорочная обязанность выкупить их за любую цену, не считаясь с тем пагубным влиянием, которое эта сделка может оказать на государство и его безопасность. Рав Горен приходит к выводу, что необходимо ввести смертную казнь для террористов, иначе они будут полагаться на то, что их освободят в рамках очередной сделки. Рав Исраэли разрешает подвергать опасности солдат, чтобы избежать обмена пленными, если подобный обмен связан с унижением Государства Израиль.

    07. Выкуп пленных, чья жизнь находится в опасности

    Вопрос: каков закон в случае, когда похитители угрожают убить пленного, если  требуемый выкуп не будет уплачен?

    Ответ: некоторые авторитеты полагают, что запрет платить за выкуп пленного непомерную цену действует только тогда, когда пленный не подвержен реальной и немедленной угрозе смерти и существует обоснованная надежда, что похитители продадут его в рабство или оставят у себя. Если же похитители угрожают убить пленного, то речь идет о ситуации, сопряженной с опасностью для жизни (пикуах нефеш), что отодвигает все заповеди Торы и, разумеется, постановления мудрецов. И тогда нужно сделать все возможное, чтобы выкупить пленника.

    В отличие от них, многие авторитеты, в том числе Рамбан, считают, что даже если похитители грозят пленнику смертью, нельзя поддаваться на угрозы, и запрещено платить слишком высокую цену, поскольку иначе разбойники станут специально охотиться на евреев и угрожать им смертью. Поэтому нельзя уступать требованиям похитителей, что продиктовано заботой о благополучии всей общины и необходимостью предотвратить опасность, которая может грозить другим пленным в будущем.

    На практике по этому вопросу не было вынесено однозначного ѓалахического решения, и мнения крупнейших законоучителей позднего периода тоже разделились (см. Питхей тшува, Йоре деа, 252, 4).

    06. Выкуп пленных

    Во всех поколениях, особенно в изгнании, евреев нередко похищали или брали в плен. За их выкуп требовали огромные суммы денег. Мудрецам Израиля пришлось решать этот нелегкий вопрос, и они установили основополагающие принципы как в отношении самого статуса заповеди выкупа пленных, так и в отношении цены, которую разрешено платить за выкуп.

    Сказали наши мудрецы, что выкуп пленных – это великая заповедь, на исполнение которой следует давать пожертвования, и они превосходят по важности все остальные виды цдаки, потому что пленный страдает от голода и жажды и лишен самого необходимого, например, одежды; к тому же, сама его жизнь находится в опасности (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава батра, 8б). Поэтому для того, чтобы выкупить пленных, не следует скупиться ни на какие средства (см. Рамбам и Шульхан арух, Йоре деа, 252, 1).

    Но мудрецы также установили практический закон, согласно которому за выкуп пленных запрещено платить несоразмерно высокую цену. Вот что говорится в связи с этим в Мишне, в трактате Гитин (45а): «Не дают за пленных выкуп больший, чем это оправданно, – ради исправления мира». Главное объяснение этого указа мудрецов, согласно словам Талмуда и ѓалахическому постановлению Рамбама, таково: если разбойники узнают, что мы готовы заплатить за своих пленных любую цену, они станут специально охотиться на евреев. Но существует и другое объяснение: это ляжет на общину слишком тяжелым финансовым бременем. И все же большинство ранних законоучителей – в том числе Риф, Рош, Рамбам и Тур, – считает, что главная причина заключается именно в том, чтобы разбойники не брали в плен евреев преднамеренно. И так постановляет Шульхан арух (Йоре деа, 252, 4).

    Рассказывают, что один из величайших еврейских мудрецов, рабби Меир (Маѓарам) из Ротенбурга (1215-1293), был схвачен и брошен в тюрьму в городе Энзисхейм в Эльзасе. Нечестивый император Рудольф потребовал за него колоссальный выкуп. Многочисленные ученики рабби Меира хотели собрать требуемую сумму, поскольку даже по закону Ѓалахи, если речь идет об одном из крупнейших мудрецов поколения, за него можно заплатить любую цену. Однако рабби Меир указал, чтобы его не выкупали, потому что понимал, что если за его выкуп заплатят столь огромную сумму, ненавистники Израиля продолжат захватывать в плен еврейских мудрецов и требовать за них непомерные выкупы. Рабби Меир оставался в тюрьме семь лет, до самой смерти. Благодаря величию своей души и самоотверженности во имя народа рабби Меир из Ротенбурга спас еврейских мудрецов последующих поколений от плена, а весь народ – от непосильного бремени пожертвований, которое могло привести еврейские общины к финансовому краху.

    Однако запрет давать за выкуп непомерную цену действует только тогда, когда затраты, связанные с этим, ложатся на плечи общины. Но если жертвой похитителей стал богатый человек, и он хочет выкупить себя сам за свои собственные деньги, ему разрешено уплатить за это любую сумму, какую он пожелает, поскольку это не несет в себе угрозы для всей общины. Только возникает опасение, что разбойники, увидев, что он готов уплатить им огромную сумму, вновь захватят его в плен. Но это – личное дело самого этого человека (см. Шульхан арух, Йоре деа, 252, 4). Что же касается членов его семьи, то за них запрещено давать выкуп больший, чем это оправданно. А в отношении жены мнения законоучителей разделились.

    05. До каких пор мы обязаны исполнять заповедь увещевания?

    Сколько раз следует укорять и увещевать грешника? Сказали наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Бава мециа, 31а): «»Увещевай» – даже сто раз, как можно понять из слов Торы». Это верно, если есть надежда, что грешник примет укор; если же такой надежды нет, то заповедано укорить грешника только один раз, но не более того. Наши мудрецы сказали в связи с этим (в трактате Йевамот, 65б): «Как человеку заповедано говорить то, что будет услышано, так ему заповедано не говорить того, что услышано не будет» (см. Рама, Орах хаим, 608, 2; Мишна брура, 9).

    Как именно следует укорять и увещевать? Амораи расходятся во мнениях по этому вопросу: по мнению Рава, укорять грешника следует непримиримо и жестко до тех пор, пока у грешника не возникнет желание побить увещевателя. Шмуэль считает, что укор должен быть жестким, но не до такой степени, чтобы привести к побоям, а лишь пока грешник не начнет проклинать увещевателя. А по мнению рабби Йоханана, укорять следует до тех пор, пока грешник не станет выговаривать увещевателю и не скажет ему сурово, что не хочет больше его слушать (см. Вавилонский Талмуд, трактат Арахин, 16б).

    Ранние законоучители полемизируют, какому из приведенных мнений соответствует практический закон. Автор Сефер мицвот гадоль считает, что закон соответствует мнению рабби Йоханана: упрекать грешника следует до тех пор, пока тот не станет выговаривать увещевателю. Однако Рамбам постановляет, что увещевание должно, в случае надобности, доходить и до побоев. Вот что он пишет (Ѓилхот деот, 6, 7): «Подобно тому, человек всегда обязан увещевать грешника до тех пор, пока тот не примется избивать его и не скажет: не желаю тебя слушать! И всякий, кто может выразить протест против злодеяния, но не делает этого, наказывается за всех, кто совершил злодеяния, против которых он мог протестовать»[4].

    Как мы уже говорили, если есть надежда, что упрек будет принят, следует упрекать и увещевать грешника сто раз и даже более, а по словам Рамбама, до тех пор, пока грешник не захочет побить увещевателя. Но не нужно и вправду доводить дело до побоев. А если нет надежды, что грешник примет упрек, следует упрекнуть его только один раз, но очень строго.

    Когда речь идет о грехе всего общества, – например, как в случае, когда израильское правительство намеревается разрушить еврейские поселения и депортировать жителей, – против него тоже необходимо протестовать. Если есть хоть какая-то надежда, что протест поможет предотвратить несправедливость, следует протестовать еще и еще, пока полицейские не станут избивать демонстрантов (как говорится ниже, в ответах рава Горена, п. 1, 14 и п. 4).

    Возникает вопрос: какой смысл в протесте, приводящем к побоям, тем более если почти нет надежды, что это поможет? Однако следует знать, что протест преследует двойную цель. Прежде всего, необходимо попытаться отвратить грешника от дурного деяния, но даже если это невозможно, заповедь увещевания все равно остается в силе, чтобы весь народ понял, сколь тяжек этот грех. А зачем доводить протест до такой крайней меры как побои? Дело в том, что если не выразить протест в достаточно резкой форме, то все подумают, что грех не так ужасен. Кроме того, принято, что люди устраивают бурные демонстрации, когда кто-то хочет нанести ущерб их имуществу или чести, и разумеется, протест должен быть не менее резким, если урон может быть нанесен святым ценностям.

    [4]. Когда человек увещевает согрешившего, он должен делать это, только если тот в принципе согласен, что нужно жить по Торе и соблюдать ее заповеди. Лишь в этом случае есть шанс, что согрешивший примет слова упрека и изменит свое поведение. Второе условие: должно быть очевидно, что после этого они останутся друзьями, и что слова упрека говорятся из любви к согрешившему. Ведь иначе вреда будет больше, чем пользы, так как упрекающий нарушит запрет Торы: «Не враждуй на брата своего в сердце своем» (Ваикра, 19, 17).

    04. Десять праведников в Сдоме

    Когда наш праотец Авраѓам, мир ему, услышал от Всевышнего, что города Сдом и Амора приговорены к разрушению, он стал молиться за них, утверждая, что если в Сдоме существует хотя бы несколько праведников, готовых бороться за свои убеждения, то есть надежда, что в конце концов праведники возобладают над грешниками и возвратят всех жителей на путь добра. И тогда Сдом и Амора удостоятся исправления и их не нужно будет разрушать. Но когда выяснилось, что там нет и десяти праведников, Авраѓам больше не просил Всевышнего помиловать эти города (см. Берешит, гл. 18).

    Приведем в точности слова Авраѓама, обращенные к Всевышнему (там же, ст. 24): «Быть может, есть пятьдесят праведников внутри этого города? Неужели Ты погубишь и не простишь места сего ради пятидесяти праведников в нем?». И вот что отвечает ему Всевышний (ст. 26): «И сказал Господь: если Я найду в Сдоме пятьдесят праведников внутри города, то Я прощу всему месту ради них». Рав Эвен-Эзра объясняет: «Сказано «внутри города» потому, что они должны всенародно показывать, что боятся Господа». Только тогда эти праведники смогут одолеть зло. Но если они живут скрытно и вся их праведность проявляется только дома, за закрытой дверью, они никогда не смогут наставить все общество на путь праведный. В некотором смысле, их влияние на других людей может даже оказаться пагубным, поскольку если они живут среди грешников и ничем не выражают своего возмущения, получается, что тем самым они косвенно поощряют зло. Ведь грешники могут подумать: если эти праведники, живущие среди нас, ничего нам не говорят, значит, наши деяния приемлемы для них.

    Таким образом, согласно словам Эвен-Эзры выходит, что в Сдоме, вполне возможно, были десять «тихих» праведников, которые не участвовали в греховных деяниях своих сограждан, но жили отстраненно, за закрытой дверью, и никак не выражали своего возмущения. Они видели, как мучают сирот и бедняков, – и молчали. Слышали крики несчастной праведной девушки, которая вынесла еду бедняку и за это ее жестоко убили, – и ничего не сказали. Вот почему они были наказаны вместе с грешниками.

    Спасся от смерти только Лот, благодаря родству с Авраѓамом. Когда к нему пришли гости, он принял их радушно, как научил его Авраѓам. Лот спас своих гостей от греховных притязаний жителей Сдома, и это можно было счесть неким протестом, за что он и был спасен от смерти.

    Эвен-Эзра добавляет, что и во времена Первого Храма в Иерусалиме тоже были «тихие» праведники, не восстававшие против злодейства, и потому Иерусалим не был спасен. Об этом сказано (Ирмеяѓу, 5:1): «Походите по улицам Иерусалима и посмотрите, и разведайте, и поищите на площадях его. Если найдете мужа, поступающего справедливо, ищущего правды, – Я простил бы ему (Иерусалиму)». Однако на улицах и площадях Иерусалима не было мужа, поступающего справедливо, ищущего правды – и потому Иерусалим был разрушен.

    Мужественные праведники, которые не боятся отстаивать свои позиции в вопросах морали и бросать вызов злу, могут выступить перед Господом истинными защитниками человечества. Ведь их нельзя подозревать в том, что из-за собственной слабости они готовы поступиться истиной и справедливостью. Напротив, вся их жизнь посвящена раскрытию в мире Божественного блага. Поэтому когда они заступаются за других людей, их слова принимаются на Небесах благосклонно[3].

    [3]. Стоит изучить чудесное эссе рава Соловейчика «Голос любимого зовет». На основе сказанного в Гемаре, в трактате Бава батра, 15, где приводятся различные мнения по поводу того, когда жил Иов и жил ли он на самом деле или был всего лишь героем притчи, рав Соловейчик объясняет смысл страданий Иова: хотя он был благочестив и честен, а также помогал беднякам, обращавшимся к нему, он не делил со всем народом его радости и горести и не был на самом деле причастен к страданиям ближних. Именно в этом заключалась суть претензий, которые предъявил к нему Господь: «Ты жил в поколении Яакова, который боролся с Эсавом, Лаваном и ангелом на берегу реки Ябок. Разве ты помог ему делом или советом? Кем был Яаков? Бедным пастухом! А ты? Человеком богатым и влиятельным. Если бы отнесся к Яакову с должной симпатией и милосердием, ему не пришлось бы испытать столько страданий и невзгод. Ты жил во времена Моша и был назначен советником фараона. Ты и пальцем не пошевелил, когда фараон повелел: «Всякого новорожденного сына бросайте в реку» (Шмот, 1:22), когда гонители притесняли братьев твоих! Ты молчал и не протестовал против злодейства, потому что боялся проявить солидарность с несчастными рабами. Бросить им монету ты мог, но не выступить открыто в защиту их прав. Ты боялся, что тебя обвинят в «двойной лояльности». Ты действовал в поколении Эзры и Нехемьи, в эпоху возвращения в Сион из Вавилонского изгнания. Ты, Иов, с помощью своего богатства и влияния мог бы ускорить процесс возрождения Земли Израиля и построения Храма. Однако ты был глух к историческому призыву нашего народа. Ты не выступил против санвалатов, самаритян и других врагов Израиля, стремившихся вновь разорить Землю Израиля и погасить пламя последней надежды народа Господня. Что делал ты в тот час, когда евреи, возвратившиеся в Сион, взывали из глубины страданий и отчаяния: «Нет больше сил терпеть, а земли еще много: не сможем мы отстроить стену!» (Нехемья, 4:4). Сидел сложа руки! Ты не страдал вместе с теми, кто боролся за еврейскую веру, за Землю Израиля и за Избавление; ты ни разу не принес за них ни единой жертвы. Лишь о собственном благе заботился ты, лишь за себя молился и возносил жертвы… Молил ли ты Господа хоть раз за кого-то другого, проникшись его страданиями? Нет!». Принимая страдания, Иов получил возможность осознать свои недостатки и исправить их.

    03. Заповедь протестовать против несправедливости

    Если человек видит, что с ближним поступают несправедливо, он обязан выразить протест. Тем самым он исполнит две заповеди. Первая из них: спасти притесняемого от притеснителя. Эта заповедь тоже является частью заповеди: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего». Вторая заповедь состоит в том, чтобы упрекнуть грешника и тем самым отвратить его от греха или хотя бы выразить несогласие с его нечестивым поступком. Укор исходит не от ненависти, а, напротив, от любви и чувства ответственности по отношению к каждому еврею. Как существует заповедь спасти ближнего от грозящего ему материального ущерба, так нам заповедано спасти и его душу от греха. Об этом сказано (Ваикра, 19:17-18): «Не враждуй на брата твоего в сердце твоем; ты увещевай ближнего твоего, и не понесешь за него греха… люби ближнего твоего, как самого себя; Я Господь».

    А если человек имел возможность выразить протест против греховного деяния, но не сделал этого, то считается, будто он сам совершил этот грех. Наши мудрецы сказали об этом (Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 54б): «Всякий, кто мог выразить протест против нечестивых деяний своих домочадцев, но не сделал этого, будет наказан за своих домочадцев; а если это были жители его города – он будет наказан за жителей города; а если это были обитатели всего мира – то за весь мир».

    Эта заповедь в особенности касается тех, кто приближен к высшим эшелонам власти. На такого человека возложена обязанность упрекать и увещевать людей, находящихся на руководящих должностях, когда они поступают неправедно, используя силу и власть против тех, кто слабее них. Так, рав Папа сказал о приближенных к эксиларху[2], что они наказываются за грехи эксиларха и его домочадцев. Эсиларх обладал огромной властью, дарованной ему вавилонскими правителями, он был уполномочен назначать людей на самые высокие должности и смещать их, предоставлять купцам право на торговлю и лишать их этого права, а также облагать еврейскую общину налогами на свое усмотрение. В связи с этим рав Папа сказал, что домочадцы эксиларха наказываются за грехи всего мира, потому что они имеют возможность протестовать против нечестивых деяний грешников (см. трактат Шабат, 54б).

    Когда власть предержащие ведут себя неправедным образом, их грех очень велик, потому что весь народ подпадает под их влияние и берет с них дурной пример. Кроме того, поскольку они обладают большой силой, ущерб, наносимый ими, очень весом. Они грабят и притесняют, творят несправедливый суд, плетут интриги, чтобы купаться в деньгах и почете. В Талмуде (трактат Шабат, 55а) рассказывается, что рабби Зейра сказал рабби Симону: «Укори домочадцев эксиларха за их дурные деяния». По всей вероятности, рабби Симон имел связи в доме эксиларха, поэтому рабби Зейра потребовал от него укорить его домочадцев. Ответил ему рабби Симон: «Не принимают они моей укоризны, что же мне укорять их понапрасну?» Разумеется, власть предержащие ненавидят укоры и увещевания, и тот, кто станет их укорять, может жестоко за это поплатиться. Вот почему рабби Симон полагал, что если они не примут его укоризну, в ней нет никакого смысла.

    Однако рабби Зейра возразил ему: «Даже если они не примут твою укоризну, ты все равно обязан укорять и увещевать их, согласно тому, что сказал рабби Аха от имени рабби Ханины: ни разу не случалось, чтобы Святой, благословен Он, выносил добрый приговор и обращал его ко злу, кроме как в этом случае». Имеется в виду, что если на Небесах выносится добрый приговор, Всевышний никогда не отменяет его, кроме как по отношению к людям, которые могли упрекнуть грешников, но не сделали этого. Так было, когда Всевышний вынес приговор о разрушении Храма. Сначала Он приговорил к наказанию только грешников, а затем и праведников – за то, что они не протестовали против дурных деяний грешников. Именно об этом сказано (Йехезкель, 9:4): «И сказал ему Господь: пройди посреди города, посреди Иерусалима, и начертаешь знак на лбах людей, стенающих и вопящих обо всех гнусностях, совершающихся в нем». Сказал Святой, благословен Он, ангелу Гавриэлю: пойди и начертай на лбах праведников знак чернилами, дабы силы зла не властвовали над ними, а на лбах грешников – знак кровью, дабы они стали подвластны силам зла. Сказала Мера суда Святому, благословен Он: Владыка мира! Чем отличаются эти от тех? Ответил Он: эти – совершенные праведники, а те – законченные грешники. Сказала пред Ним Мера суда: Владыка мира, они (совершенные праведники – авт.) могли протестовать, но не сделали этого! Сказал Он ей: открыто и известно предо Мной, что стань они укорять грешников – те не приняли бы их укора. Сказала пред Ним Мера Суда: Владыка мира, Тебе известно, а им – разве известно? Об этом сказано (там же, ст. 6): «Старика, юношу, и деву, и младенцев, и женщин убивайте во истребление; но ни к одному человеку, на котором знак, не приближайтесь; и от святилища Моего начнете. И начали они с тех старейшин, что пред домом». Объяснил рав Йосеф, что старейшины, с которых началось бедствие, были «людьми, которые исполняли Тору с первой до последней буквы», кроме заповеди протестовать против греха и несправедливости, и потому были наказаны первыми.

    [2]. Эксиларх (арам. реш галута) – должность светского главы еврейской общины в Вавилонии (прим. пер.).

    02. «Телица с переломленной шеей»

    Одна из заповедей, показывающих, как велика ответственность общества за человеческую жизнь, – это заповедь о телице с переломленной шеей.

    В Торе (Дварим, 21:1-2) сказано: «Если найден будет убитый на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе для владения ею, лежащий на поле, и неизвестно, кто убил его, то пусть выйдут старейшины твои и судьи твои, и измерят до городов, которые вокруг убитого». Это означает, что общество и его лидеры несут ответственность за то, чтобы отстранить от людей опасность. А если им не удалось предотвратить кровопролитие, следует совершить публичное покаяние. Поэтому величайшие люди поколения выходят в поле, чтобы выяснить, что именно произошло и к какому городу тело убитого лежит ближе всего. Этот город несет косвенную ответственность за убийство, и именно там следует искать убийцу. Увидев, что расследованием убийства занимаются общественные лидеры, весь народ осознает, сколь тяжки подобные преступления. И возможно, что благодаря этому в конце концов найдется человек, который раскроет убийцу, и тот будет наказан по всей справедливости (так пишет Рамбам в Море невухим, 3, 40).

    Когда становилось ясно, к какому городу ближе всего тело убитого, старейшины и судьи этого города вместе с коѓенами брали телицу и переламывали ей шею на берегу ручья. «И все старейшины города того, ближайшего к убитому, пусть омоют руки свои над телицею с переломленною шеей у ручья. И возгласят, и скажут: «Руки наши не пролили крови сей, и глаза наши не видели»» (Дварим, там же, ст. 6-7). Эти слова не укладываются в голове: можно ли представить себе, чтобы убийцами были старейшины этого города?! Объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Сота, 45б): «Мы не оставили его (убитого) без пищи и сопровождения». Имеется в виду, что когда речь идет о таком тягчайшем преступлении как убийство, даже косвенная ответственность имеет значение.

    Быть может, убитый заблудился и попал в руки разбойников, а если бы город выделил ему сопровождающих, он бы пошел верным путем и спасся от смерти? А если он страдал от голода, но у него не было пищи, то ответственность за это тоже ложится на жителей города и его глав. Он мог умереть от голода или начать грабить прохожих, что стоило ему жизни. Иными словами, на том, кто оставляет путника без пищи, тоже лежит косвенная ответственность за убийство.

    К сожалению, иногда мы слышим об убийствах, происходящих у входа в магазин или в ссоре за стоянку, и общественные лидеры не выражают в связи с этим должного потрясения и возмущения. Согласно указаниям Торы, как только становится известно об убийстве, необходимо устроить экстренное заседание с участием министров просвещения, социального обеспечения и внутренних дел, мэра города и его заместителей, а также высших должностных лиц, представляющих систему правосудия и полицию. На заседании нужно попытаться найти ответы на возникшие в связи с создавшейся ситуацией вопросы: быть может, мы не заметили проблем, когда они только начали возникать? Быть может, мы слишком снисходительно относились к легким правонарушениям, что привело в конце концов к совершению тяжких преступлений? Быть может, наказания служат недостаточным сдерживающим фактором? Быть может, система просвещения недостаточно эффективна?

    И только после этого мы можем обратиться к Всевышнему с мольбой: «Прости народу Твоему, Израилю, который искупил Ты, Господи, и не попусти пролития невинной крови в среде народа Твоего, Израиля. И да будет прощена им кровь эта» (Дварим, там же, ст. 8).

    01. Заповедь «не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего»

    Величайшая заповедь Торы – спасти человека, находящегося в опасности. Ведь Тора обязывает нас возвратить человеку даже потерянный предмет, ему принадлежащий, о чем сказано (Дварим, 22:2): «…и тогда возвратишь это ему», и тем более мы обязаны «возвратить» ближнему душу, спасая его от опасности. Эта заповедь выводится из стиха (Ваикра, 19:16): «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего». В Талмуде (трактат Санѓедрин, 73а) приводится барайта[1], начинающаяся с вопроса: если человек видит, как его ближний тонет в реке, или дикий зверь схватил его и хочет растерзать, или разбойники собираются его убить – откуда мы знаем, что он обязан спасти ближнего? Ибо сказано: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего».

    Это означает, что помимо всеобъемлющей заповеди: «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Ваикра, 19:18), о которой рабби Акива сказал, что это великое правило Торы, и которая, само собой разумеется, включает в себя все добрые отношения, которые должны царить между людьми, – Тора особо упоминает дополнительную заповедь: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего». Недостаточно улыбаться ближнему и даже время от времени помогать ему. Тора постановляет, что люди в ответе друг за друга. И если один человек в беде, то другой обязан броситься ему на помощь, не скупясь на все необходимые для этого средства и усилия.

    Подобно тому, нам заповедано устранить препятствия на общественной территории, которые могут нанести ущерб прохожим. Это тоже выводится из заповеди: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего». Аналогичным образом, если человек видит на проезжей части препятствие, представляющее опасность для проезжающих автомобилей, он обязан позаботиться о том, чтобы это препятствие было устранено. Ему следует сообщить об этом в полицию или устранить препятствие самостоятельно, если это возможно и не связано с опасностью для него самого.

    Если мы будем поступать именно так, осознавая, что весь Израиль в ответе друг за друга, то, без всякого сомнения, мы станем более сплоченными и сможем преодолеть многочисленные трудности, стоящие перед нами.

    [1]. Барайта (букв. «внешняя») – изречение танаев, ѓалахическое положение или агада, не вошедшие в Мишну (прим. пер.).

    16. Женщина – депутат Кнессета или министр

    В Торе (Дварим, 17:15) сказано: «Поставь над собою царя». Объясняют наши мудрецы (Мидраш Сифрей, там же): «Царя, а не царицу». Рамбам (Законы царства, 1, 5) расширяет этот закон Ѓалахи и распространяет его на любую позицию власти в народе Израиля. Он пишет: «Не следует назначать женщину на какую-либо должность в царстве, ведь сказано: «Поставь над собою царя», а не царицу. Подобно тому, на любое место власти в народе Израиля назначают только мужчин». Некоторые раввины (например, рав Тукочинский), основываясь на этих словах Рамбама, говорят, что не следует назначать женщину депутатом Кнессета.

    С другой стороны, некоторые ранние законоучители писали, что указание Торы подразумевает именно царский престол. Что же касается других позиций власти, то если общество принимает власть женщины, в этом нет никакого запрета. А в  Писании мы находим, что народ принял авторитет и руководство пророчицы Дворы, которая судила Израиль (см. комментарий Рашба и Рана к трактату Швуот, 30а). Кроме того, рав Бен-Цион Меир Хай Узиэль и рав Ицхак Герцог писали, что, по их мнению, вышеприведенные слова Рамбама не были приняты в качестве практического закона.

    Есть также мнение, что выборные должностные лица при демократическом строе не считаются занимающими позицию власти. Следовательно, даже согласно подходу Рамбама, сегодня разрешено выбирать женщину депутатом Кнессета, министром и даже премьер-министром (так считает, например, рав Шауль Исраэли).

    Таким образом, хотя и не все авторитеты с этим согласны, мнение большинства гласит, что, если общественность в этом заинтересована, она может выбрать женщину депутатом Кнессета или министром.

    Однако здесь возникает еще один вопрос: соответствует ли это законам скромности. Там, где не принято, чтобы женщина занимала общественные руководящие должности, это считается нескромным. Но все-таки это не является полностью запрещенным, поэтому в случае острой необходимости допустимо и даже желательно, чтобы женщина, подходящая для этого, заняла руководящую должность, даже если в ее кругах это не принято. Если же это принято везде, как в наши дни, то нет опасения, что это не соответствует законам скромности[6].

    [6]. Именно соображения скромности и были той причиной, по которой рав Кук в 1920 году выступил против предоставления женщинам избирательного права. Ведь в то время в большинстве стран женщины не имели избирательного права. Всего за два года до этого женщины получили его в Англии, в США это произошло в том же году, а в странах Европы – гораздо позже. И поскольку в то время это было редкое явление в мире, крупнейшие раввины сочли это нарушением законов скромности, подобно тому как в определенный период вождение автомобиля тоже считалось нескромным для женщин.

    Однако рав Кук не считал, что речь идет о ѓалахическом запрете, поэтому он не согласился подписать вместе с ультраортодоксальными раввинами равом Дискиным и равом Зоненфельдом документ, утверждающий, что это запрещено. Он составил отдельный документ, в котором было написано, что предоставление женщинам избирательного права противоречит законам скромности. Когда его мнение не было принято, и власти Британского мандата решили предоставить женщинам в Земле Израиля избирательное право, рав Кук не выразил публичного протеста против участия женщин в выборах.

    15. Царство Давида; правильно ли поступили цари династии Хасмонеев?

    В конце данной главы приведем ѓалахический закон, связанный с царством Израиля. В книге Берешит (49:10) сказано: «Не отойдет скипетр от Йеѓуды и законодатель из среды потомков его». Объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Санѓедрин, 5а): «»Не отойдет скипетр от Йеѓуды» – это главы изгнанников в Вавилоне, правящие народом с помощью скипетра; «и законодатель из среды потомков его» – это потомки Ѓилеля, обучающие народ Торе». Рамбан, комментируя слова Торы «не отойдет», объясняет, что только после того, как Давид (который принадлежал к колену Йеѓуды – пер.) взошел на престол, царем Израиля не может быть представитель другого колена, а до этого было разрешено выбирать царей из других колен. Поэтому первым царем Израиля стал Шауль, принадлежавший к колену Биньямина. Рамбан также пишет, что поскольку в те времена требование народа поставить над собой царя было неправомерным, ведь народом правил пророк Шмуэль согласно слову Господа, – поэтому Господь повелел Шмуэлю возвести на престол Шауля из колена Биньямина.

    Далее Рамбан приводит практический закон: «По моему мнению, цари, правившие после Давида в Израильском (Северном) царстве, нарушали замысел своего отца (Яакова) и незаконно передавали надел». Царя из другого колена можно возвести на престол лишь временно, пока не появится царь из колена Йеѓуды, и потому наши мудрецы сказали, что если на престол восходит царь из другого колена, не совершают церемонию помазания, чтобы подчеркнуть, что его царство – временное.

    Вот за что были наказаны цари династии Хасмонеев, правившие в эпоху Второго Храма. Хотя они были высшими праведниками, и если бы не они, народ Израиля забыл бы Тору и заповеди, они понесли суровое наказание: четверо сыновей старца Хасмонея, праведные цари, взошедшие на престол друг за другом, несмотря на свою праведность и мужество, погибли от вражеского меча, и в конце концов Ирод уничтожил всех их потомков (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава батра, 3б). Они были приговорены к столь страшной каре потому, что должны были стремиться к возведению на престол царя из колена Йеѓуды. И еще один грех совершили Хасмонеи: они были коѓенами, а коѓенам заповедано хранить свое священство, тогда как Хасмонеи были одновременно и царями, и первосвященниками. Несомненно, бразды правления, которые они держали в руках, служили помехой при исполнении ими храмового служения, и кто знает, не в этом ли кроется причина того, что Божественное присутствие (Шхина) не осенило собой Второй Храм, подобно Первому Храму. С другой стороны, храмовое служение мешало царям династии Хасмонеев полностью посвятить себя делам царства.

    Однако Рашба (см. Респонсы, 4, 187) считает, что в вышеприведенном стихе из книги Берешит содержится не запрет возводить на престол царя из другого колена, а обещание, что скипетр царства навеки останется у колена Йеѓуды. А Ран пишет в своих проповедях, что цари династии Хасмонеев были ни в чем не виноваты, поскольку наш праотец Яаков сказал перед смертью, что скипетр власти перейдет к колену Йеѓуды только после того, как народ Израиля удостоится независимого царства, тогда как Хасмонеи правили с дозволения сначала греческим, а затем римских властей. Поэтому они не нарушили никакого запрета. Тем не менее, многие авторитеты приняли мнение Рамбана – что Хасмонеям следовало прилагать больше усилий к тому, чтобы возвести на престол царя из колена Йеѓуды и отделить царство от первосвященства. Они должны были брать пример с жителей Земли Израиля в эпоху танаев[3] и амораев[4]. Те всегда старались назначить князя (наси)[5] из потомков колена Йеѓуды, и если не было наследников по мужской линии, то назначались наследники по женской линии (см. также Циц Элиэзер, 19, 26).

    Здесь не место вдаваться в подробности, но следует отметить, что уже в Торе приводится идея разделения полномочий. Согласно Торе, существуют четыре института власти: 1) царство; 2) судьи – все фундаментальные решения принимались в Большом Санѓедрине, заседавшем в Иерусалиме, а решения частного порядка – в Малых Санѓедринах, расположенных на местах; 3) священство, центром служения которого был Иерусалимский Храм, и которое распространялось во всем народе Израиля, по всем городам, принадлежащим коѓенам; 4) пророчество, определявшее высшую духовную идею; пророки предостерегали народ от греха, упрекали в содеянных грехах и выносили временные постановления.

    [3]. Танай – титул законоучителей в Земле Израиля в 1-2 в.в. н.э., начиная с периода деятельности Ѓилеля и до конца составления Мишны (прим. пер.).

    [4]. Амораи – мудрецы, создатели Гемары, действовавшие в период после составления Мишны в начале 3 в. н.э. вплоть до 5 в. н.э. (прим. пер.).

    [5]. Наси – титул главы народа Израиля. В эпоху после разрушения Второго Храма, о которой идет речь в тексте, римская администрация признавала наси политическим главой («патриархом») еврейского народа (прим. пер.).

    14. Разрешено ли преподавателям светских дисциплин бастовать?

    Некоторые авторитеты считают, что только преподавателям религиозных дисциплин запрещено бастовать. Что же касается светских предметов, то поскольку их изучение не является заповедью, на них распространяются те же законы, что и на все другие области деятельности. И если в государстве разрешены забастовки, то преподавателям светских дисциплин разрешено бастовать, при условии, что, как мы уже говорили, на забастовку было получено разрешение уважаемого раввина, согласно требованию большинства авторитетов.

    Однако мне, по моему скромному мнению, представляется, что в любом учебном заведении, где религиозные дисциплины рассматриваются как главные, а светские – как дополнительные, запрещено отменять из-за забастовки также и занятия светскими предметами. Дело в том, что если светские предметы изучаются как дополнение к религиозным, то и в них есть аспект исполнения заповеди. Ведь сказали наши мудрецы в трактате Шабат (75а): «О всяком, кто умеет вычислять времена и наблюдать за ходом звезд, но не делает этого, сказано (Йешаяѓу, 5:12): «…а на дела Господа не смотрят они и творений рук Его не видят»». Рамбам, Маѓараль и многие другие величайшие авторитеты объясняют: наши мудрецы имели здесь в виду не только астрономию. Они хотели сказать, что каждый, кто может с помощью изучения наук понять законы природы, созданные Господом в этом мире, но не делает этого, не обращает внимания на дела Господни, ведь Он раскрывается перед нами посредством Своего Творения. В Гемаре также говорится: изучая светские науки, евреи освящают Имя Господа перед другими народами. А Виленский Гаон говорил, что каждому, кто недостаточно разбирается в светских науках, недостает знаний Торы в стократном размере (как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Законы изучения Торы, гл. 14; а также в Ликутим, ч. 1, 1, 14).

    Таким образом, светские дисциплины, изучаемые в рамках религиозной программы, считаются вспомогательными и необходимыми для воспитания учеников в духе Торы и еврейской веры. Поэтому их тоже нельзя отменять из-за забастовки. Иными словами, если все занятия в данном учебном заведении направлены на то, чтобы ученики и ученицы научились жить в этом мире согласно всем аспектам нашей веры, то вся учебная программа считается единым целым, и ни один урок нельзя отменять, потому что все они служат исполнению заповеди.

    Но в тех учебных заведениях, где религиозные предметы не занимают центральное место – как с точки зрения количества часов в неделю, так и с точки зрения придаваемой им важности, – светские предметы рассматриваются как самостоятельная единица, и к преподавателям этих предметов применяются те же законы, что и к представителям всех других профессий, которым разрешается бастовать согласно практике, принятой в государстве.

    13. Забастовки учителей и врачей

    Как мы уже говорили, по сути закона Ѓалахи забастовки запрещены, поскольку работник обязался трудиться в течение определенного времени, и ему нельзя нарушать свои обязательства. Однако жители страны могут принять решение, разрешающее забастовки даже в период, пока еще действует данное работником обязательство. По мнению многих авторитетов, такое разрешение можно дать лишь с согласия уважаемого бейт дина или одного из крупнейших раввинов.

    Все вышесказанное относится к обычным видам работы, в которых нет аспекта исполнения заповеди. Что же касается учителей, преподающих Тору, то им бастовать запрещено. Ведь если человек может преподавать Тору, то на него возложена заповедь делать это даже без всякого вознаграждения. А заработную плату учителям платят для того, чтобы им не пришлось искать себе другой источник заработка и они были свободны для преподавания Торы. Но если учитель не ищет другого источника средств к существованию, то он обязан продолжать учить детей. То же самое касается врачей и медсестер – поскольку существует заповедь лечить людей безвозмездно, им запрещено бастовать, даже если их заработная плата не соответствует прилагаемым усилиям. Разумеется, им разрешено искать другую работу, но пока они не приступили к работе на новом месте, они обязаны продолжать лечить больных безвозмездно, поскольку у них нет другой работы. Трудовые споры среди представителей этих профессий следует разрешать в бейт дине или у раввина, уполномоченного на это, а не путем забастовок.

    И лишь в редких случаях, когда работодатель отказывается предстать перед бейт дином или раввином, уполномоченным проводить разбирательства такого рода, и представляется, что если не будет проведена забастовка, это нанесет ущерб системе образования или здравоохранения, можно посоветоваться с бейт дином, и только если он даст однозначное дозволение, разрешено начать забастовку. Это объясняется тем, что иногда необходимо приостановить изучение Торы, чтобы впоследствии его можно было продолжать без помех.

    Таким образом, учителю, преподающему Тору, запрещено участвовать в забастовке, не получившей однозначного разрешения от уважаемого бейт дина или местного раввината. Даже если учительский профсоюз угрожает ему, что если в будущем ему понадобится помощь, профсоюз откажется ее предоставить, учителю все равно запрещено бастовать. Это подобно тому, как если бы еврею сказали: если ты не согласишься есть некошерное мясо, твои права будут ущемлены. В таком случае ему все равно запрещено есть это мясо. Точно так же, если преподавателю Торы будут грозить ущемлением прав, ему все равно запрещено участвовать в забастовке. Благодаря этой заслуге его можно будет назвать настоящим педагогом, для которого самое главное – духовные ценности. Такой педагог станет своим ученикам примером для подражания, и они последуют по его стопам во славу Торы, еврейского народа и Земли Израиля (см. Игрот Моше, Хошен мишпат, 1, 59).

    Учительницам, обучающим Торе девочек, тоже запрещено бастовать. И нельзя утверждать, что поскольку женщинам не заповедано изучать Тору, учительницы могут принимать участие в забастовке, так как не считается, что при этом они уклоняются от исполнения заповеди. Ведь на самом деле заповедь изучения Торы возложена и на женщин – они должны изучать основы веры, а также заповеди, которые обязаны соблюдать. Значит, учительницы, которые обучают девочек Ѓалахе и основам веры, тоже исполняют заповедь. А если ученицы стремятся изучать и другие области Торы, это свидетельствует о том, что им это важно, чтобы углубить свою веру и причастность к Торе, поэтому такое обучение также получает статус заповеди, и его тоже запрещено отменять (как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва женщин, гл. 7, п. 2).

    12. Разрешено ли устраивать забастовки?

    Если работник обязался трудиться в течение определенного периода, ему запрещено нарушать свое обязательство, а если он его все-таки нарушил, работодатель имеет право выразить недовольство, но не имеет права требовать от работника компенсации. Если же забастовка работника наносит финансовый ущерб предприятию, то в таком случае работодатель может требовать компенсации у работника, нарушившего данное обязательство. А если работник недоволен размером заработной платы, он может прекратить работу по истечении срока договора, но не раньше.

    Таков общий ѓалахический принцип. Однако жители города или представители той или иной профессии могут установить для себя особые правила и порядки, в том числе и право на забастовку даже до истечения срока договора. Это возможно при условии, что указанные правила и порядки будут утверждены «городским советом», то есть бейт дином или выдающимся мудрецом Торы, разбирающимся в делах общины. Бейт дин или мудрец должны прежде убедиться, что в установленных порядках нет несправедливости.

    Возникает вопрос: сегодня, когда раввины и раввинские суды не управляют общественными делами, разрешено ли жителям какого-либо города или представителям какой-либо профессии устанавливать для себя особые правила? По мнению некоторых авторитетов, там, где нет раввинов, влияющих на решение всех общественных вопросов, рабочим союзам разрешено организовывать забастовки на свое собственное усмотрение. Такое постановление выносит рав Моше Файнштейн (см. Игрот Моше, Хошен мишпат, 1, 58-59). В отличие от этого, многие авторитеты считают, что запрещено устраивать забастовки без разрешения бейт дина, и из слов рава Шломо-Залмана Ойербаха можно сделать вывод, что именно таково его мнение. По всей вероятности, такого же мнения придерживались рав Элиэзер Вальденберг (см. Циц Элиэзер, 2, 23) и рав Хаим-Давид Ѓа-Леви. Исходя из этого, всякий, кто желает принять участие в забастовке, должен спросить об этом раввина, уполномоченного выносить постановления в подобных случаях, и разрешение или запрет на участие в забастовке зависит от каждого конкретного случая.

    11. Трудовые споры следует разрешать в религиозном суде (бейт дине)

    Вопрос: является ли забастовка правильным способом разрешения трудовых споров согласно Ѓалахе?

    Ответ: прежде всего следует сказать, что на практике, если в государстве принято, что работники бастуют, чтобы улучшить условия труда, то забастовки разрешены. По мнению большинства авторитетов, для этого нужно получить разрешение религиозного суда (бейт дина). Однако изначально (лехатхила) это не может считаться верным путем, поскольку все трудовые споры следует разрешать в бейт дине, уполномоченном на это с согласия ѓалахических авторитетов. Только так проблеме можно найти истинно верное решение. Во-первых, таким образом можно избежать финансового ущерба, который наносит забастовка, а также социальных конфликтов. А во-вторых, и это еще важнее, судебное постановление в таком случае будет сбалансированным и справедливым. Ведь на сегодняшний день положение дел таково, что работники некоторых компаний оказывают на государство очень сильное давление и таким образом добиваются огромных зарплат. Например, средняя зарплата работника Электрической компании достигает пятнадцати тысяч шекелей, потому что когда компания бастует, вся жизнь в государстве замирает, и государство не может противостоять бастующим. А социальные работники, чей труд не уступает в важности и сложности труду работников Электрической компании, получают почти в четыре раза меньше, потому что их забастовки не наносят ущерб должностным лицам, отвечающим за размеры заработной платы в государстве.

    Передают, что именно таково было мнение рава Кука, благословенна память праведника: что любой трудовой спор следует разрешать в бейт дине, и только если работодатель отказывается обращаться в бейт дин, можно начать забастовку. А рав Бен-Цион Меир Хай Узиэль, благословенна память праведника, писал, что следует основать особый бейт дин, в состав которого войдут мудрецы Торы и эксперты в экономической и социальной областях, и этот бейт дин будет рассматривать все трудовые споры.

    Благодаря этому народное хозяйство будет процветать, избавившись от забастовок и силовых методов, и заработная плата всех работников в государстве вырастет.

    10. Запрет затягивать судебный процесс

    Крайне важно завершать любое судебное разбирательство в кратчайшие сроки. Наши мудрецы сказали в связи с этим (в трактате Санѓедрин, 7а), что распри между людьми подобны трещине в плотине: в самом начале трещину очень легко заделать, но если не выполнить это сразу же, то со временем она будет становиться все шире, пока через нее не хлынет вода, и тогда починить плотину будет уже невозможно, и вся она рухнет под напором водного потока. Так и ссора: если разрешить ее в самом начале, это примирит конфликтующие стороны и между ними вновь воцарятся дружеские отношения. Но если ссора длится слишком долго, в сердцах людей поселяется ненависть, и избавиться от нее очень трудно. Поэтому мудрецы предостерегают нас не задерживать вынесение судебных постановлений (см. Мишна, трактат Авот, 5, 8).

    Кроме того, Тора заповедала нам назначить судей в каждом городе. Об этом сказано (Дварим, 16:18): «Судей и надсмотрщиков поставь себе во всех вратах твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе, по коленам твоим, чтобы судили они народ судом праведным». Судьи заседали у городских ворот, где проходят все жители города и его окрестностей, чтобы каждый человек мог к ним обратиться. Так любую тяжбу можно было рассмотреть прямо на месте. Постановления тоже выносились очень быстро, а если один из тяжущихся отказывался исполнить постановление суда, надсмотрщики, подчинявшиеся судьям, тотчас же вынуждали его к этому.

    Сначала судебные заседания проводились в каждый из будних дней, с утра до полудня (см. Рамбам, Законы Санѓедрина, 3, 1). Однако Эзра-книжник заметил, что во многих местах нет нужды в том, чтобы суд собирался ежедневно, и вынес постановление, согласно которому суды должны заседать только по понедельникам и четвергам. Были выбраны именно эти дни, потому что в них сельские жители приезжали в город, и благодаря этому они тоже имели возможность обратиться в суд.

    Доля того чтобы понять, насколько важно не задерживать вынесение судебных постановлений, можно привести отрицательный пример из практики современных гражданских судов в Израиле. Помимо того, что с ѓалахической точки зрения они считаются нееврейскими судебными инстанциями (как объяснялось в п. 7), они также непомерно затягивают судебные разбирательства. С момента подачи иска до начала судебного рассмотрения проходит очень много времени, а после этого стороны еще долго ждут постановления суда. За это время конфликты обостряются, и когда наконец суд выносит постановление, уже слишком поздно для того, чтобы восстановить мир между тяжущимися сторонами. Кроме того, когда суд затягивается, это дает большое преимущество людям состоятельным по сравнению с теми, кто стеснен в денежных средствах, потому что человек состоятельный знает, что если у него будет тяжба с человеком, чьи средства ограниченны, он подаст на того в суд, и пока суд вынесет постановление, у небогатого ответчика закончатся все деньги. Поэтому практически всегда небогатые люди соглашаются на компромисс, получая меньше, чем им положено по праву, потому что у них нет средств на то, чтобы тянуть суд еще многие месяцы или даже годы.

    А когда на человека подают в суд за уголовное преступление, его имя остается запятнанным в течение долгого времени, и даже если в конце концов его оправдают, долгий период, в течение которого длится суд, наносит ему непоправимый ущерб и может оставить у него в душе неизлечимые раны до последнего дня его жизни.

    К величайшему сожалению, раввинские суды, в которых судопроизводство основано на законах Ѓалахи, тоже работают недостаточно быстро, – главным образом потому, что они слишком скудно финансируются. Но и сегодня, когда религиозные суды не признаются с точки зрения закона полноправными государственными судами, следует стремиться к тому, чтобы при каждой ешиве и при каждом колеле[2] были созданы суды, состоящие из трех судей и рассматривающие имущественные тяжбы. Такие суды должны заседать в любой день, когда это необходимо. А при отсутствии тяжб судьи будут изучать Тору в ешиве или колеле. Благодаря этому мы удостоимся умножить справедливость и мир и приблизить Избавление, и так исполнится пророчество Йешаяѓу (1:26-27): «И опять поставлю судей твоих, как прежде, и советников твоих, как вначале; после этого будешь ты назван городом праведности, городом верным. Сион искупится правосудием, а раскаявшиеся его – праведностью».

    [2]. Колель – небольшое высшее талмудическое учебное заведение типа ешивы, предназначенное (в отличие от обычных ешив) для женатых учащихся (прим. пер.).

    09. Заповедь назначить судей

    Тора заповедала нам назначить судей и надсмотрщиков в каждом городе, чтобы они вершили справедливый суд. Об этом сказано (Дварим, 16:18): «Судей и надсмотрщиков поставь себе во всех вратах твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе, по коленам твоим, чтобы судили они народ судом праведным». Имеется в виду, что в каждом городе следует назначить малый Санѓедрин, состоящий из двадцати трех судей, чтобы он судил жителей города во всех областях еврейского закона: диней нефашот (судопроизводство, связанное с тяжкими преступлениями, наказуемыми смертной казнью) и диней мамонот (имущественное право). Вопросы, связанные с диней нефашот, рассматриваются в присутствии двадцати трех судей, а вопросы, связанные с диней мамонот, – в присутствии трех судей (см. трактат Санѓедрин, 2а). Но если в городе нет двух мудрецов: «один – достойный обучать и указывать закон во всей Торе, и один – умеющий понять и знающий, как спросить и ответить», а также двадцати одного благочестивого и мудрого человека, достойного судить народ, то в таком городе не назначают Санѓедрин, но назначают суд, состоящий по крайней мере из трех судей, способных выносить решения по имущественным вопросам (см. Рамбам, Законы Санѓедрина, 1, 4-5).

    Однако, как мы говорили в предыдущем пункте, мудрецы имеют право судить народ во всех областях Торы, только если они уполномочены на это по цепи рукоположения, восходящей к нашему учителю Моше. Но с тех пор как цепь рукоположения прервалась, примерно через триста лет после разрушения Второго Храма, мудрецы Израиля лишились самостоятельных полномочий на то, чтобы судить народ. Теперь они могут выступать лишь в роли посланников тех мудрецов, которые были рукоположены в прошлом, причем их миссия касается только сфер, необходимых для поддержания еврейской жизни, – таких как имущественное право и тому подобное, например, процесс прохождения гиюра. Что же касается областей судопроизводства, не являющихся необходимыми, то в них мудрецы не уполномочены судить народ после того, как цепь рукоположения прервалась. Поэтому в наши дни раввинские суды не могут выносить постановления в таких областях как диней нефашот (уголовное право) и диней кнасот (административное право). Они вправе подвергать наказанию или налагать штрафы только в качестве временного предписания, необходимого в данный момент (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Гитин, 88б, и Бава кама, 84б; Шульхан арух, Хошен мишпат, 1, 1 и 2, 1).

    И поскольку в наше время члены раввинских судов не уполномочены выносить постановления во всех областях Торы, естественным образом была упразднена заповедь Торы назначить Санѓедрин в каждом городе (см. комментарий Рамбана к Дварим, 16:18); Тур, Хошен мишпат, 1). Но существует заповедь назначить в каждом городе религиозный суд по вопросам имущественного права, чтобы вершить суд согласно закону Торы.

    08. Исправление системы судопроизводства

    Теперешняя ситуация, когда судебная система Израиля опирается на нееврейские законы, представляет собой ужасное осквернение Божественного Имени. Поэтому на людей, глубоко изучающих Тору, возлагается важнейшая обязанность: подготовить юридическую инфраструктуру, способную заменить нынешнюю систему судопроизводства. Пока этого не происходит, люди, обладающие глубокими знаниями Торы, тоже являются соучастниками этого осквернения Святого Имени. И поскольку на сегодняшний день еще нет такой инфраструктуры, основанной на законах Торы, можно оправдать израильских юристов, которые не по своей воле отдалились от еврейского суда. Поскольку они считали, что не смогут поддерживать современное общество и экономику в соответствии с законом Торы, они обратились к закону, который уже был превалирующим в Израиле, закону, сформированному на основе турецкого и главным образом английским права. Поэтому к ним не относятся приведенные выше слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится в судах неевреев, подобен тому, кто поднял руку на Тору Моше, учителя нашего».

    Что же касается вопроса о назначении религиозных судей, то некоторые раввины считают, что человеку, живущему по Торе и соблюдающему ее заповеди, запрещено быть судьей в нерелигиозном суде в Израиле; но есть и раввины, придерживающиеся другого мнения: поскольку общество приняло судебную систему, существующую в Израиле, религиозному человеку разрешено быть судьей, ведь не он виновен в том, что на сегодняшний день в нашей стране действует нерелигиозный суд. Мое скромное мнение по этому вопросу таково: как представляется, все зависит от позиции судьи. Если он сожалеет о том, что судебная система в Израиле не основана на законах Торы, и пытается изменить существующее положение, насколько это в его силах, то есть ценность в том, что он был назначен судьей. Разумеется, он не имеет возможности выносить свои постановления на основании законов Торы, однако в тех случаях, когда закон может быть истолкован по-разному, на него возложена заповедь истолковать его как можно ближе к позиции Торы. Если же он прекрасно вписывается в существующую систему и не испытывает никакого дискомфорта от того, насколько она далека от системы судопроизводства согласно Торе, – то даже если он время от времени украшает свои слова цитатами из Писания и Талмуда, он все равно является соучастником осквернения Божественного Имени (к такому выводу мы приходим но основании слов рава Мордехая Элияѓу, благословенна память праведника).

    07. Статус нерелигиозного суда

    Тора заповедала нам (Шмот, 21:1): «И вот законы, которые ты представишь перед ними», и объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Гитин, 88б): «Перед ними» – перед судьями-евреями, а не инородцами. И даже если то или иное постановление нееврейских судей случайно совпадет с законом Торы, все равно запрещено судиться у них, поскольку сказано (Дварим, 1:17): «Ибо суд – Божий он», из чего следует, что еврейские судьи, цепь рукоположения которых восходит к нашему учителю Моше, уполномочены выносить ѓалахические постановления Самим Всевышним.

    Тем не менее, примерно через триста лет после разрушения Второго Храма цепь рукоположения в народе Израиля прервалась, – ведь рукоположение возможно только в Земле Израиля (и см. выше, гл. 1, п. 4), – и статус еврейских судей изменился. До тех пор мудрецы Израиля, рукоположенные своими наставниками, имели самостоятельные полномочия на то, чтобы судить народ, а после того как прервалась цепь рукоположения, они лишились освященного традицией авторитета самостоятельно выносить религиозно-законодательные решения. Но все равно только еврейские мудрецы должны вершить суд, так как они считаются посланниками судей, рукоположенных в прошлом, и в качестве посланников они выносят ѓалахические постановления по всем распространенным судебным вопросам, связанным с предотвращением ущерба.

    Следует признать, что государственные светские суды в Израиле считаются с точки зрения Ѓалахи «нееврейским судом», поскольку правовая система, на которой они основаны, не соответствует законам Торы. И к ним тоже относятся слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится у нееврейских судей или в нееврейских судах, даже если их законы совпадают с законами Израиля, – грешник, и считается, будто он проклинал, и поносил, и поднял руку на Тору учителя нашего Моше». И хотя «закон царства обязателен для исполнения», то есть общепризнанная власть имеет право принимать собственные законы, и раввинские суды, вынося постановления согласно Ѓалахе, обязаны считаться с государственными законами, – тем не менее, очевидно, что никакая власть не вправе упразднить заповедь судиться у еврейских судей согласно законам Торы. Поэтому любое судебное разбирательство должны проводить судьи, вершащие суд согласно Торе.

    Даже когда ответчик отказывается судиться в религиозном суде, запрет обращаться в светский суд все равно остается в силе, пока истец не предстанет перед раввинским судом или раввином, уполномоченными выносить постановления в области имущественного права, и они не дадут ему разрешения обратиться в светский суд, чтобы спасти свое имущество. Только после этого истец может передать дело в светский суд, поскольку таким образом он не нарушает заповедь Торы судиться у еврейских судей, ведь он обратился в светский суд с их разрешения (см. Рамбам, там же).

    Многие раввины даже считают, что к нерелигиозным судам в Израиле относятся суровые слова Рамбама (Законы Санѓедрина, 26, 7): «Всякий, кто судится в судах неевреев, подобен тому, кто поднял руку на Тору Моше, учителя нашего». И хотя некоторые раввины и юристы выражали сомнение в строгости этого запрета и серьезности его последствий, утверждая, что любое решение общественности правомерно, в том числе и решение обращаться к юридическим методам, доказавшим свою эффективность в современном мире, – однако представляется, что спустя годы тяжесть греха и масштаб наказания отчетливо видны. Ведь сегодня суд является той инстанцией, которая наносит наибольший ущерб еврейской идентичности в Государстве Израиль, а также безопасности государства и его способности заселить Землю Израиля.

    Необходимо отметить: даже после того, как мы удостоимся создать систему правосудия согласно Торе Израиля, нам нужно будет установить промежуточный период, во время которого все контракты, соглашения и уголовные дела будут рассматриваться согласно действующей правовой системе, чтобы не разрушить общественные и экономические структуры, основанные на ней. Переход к суду по закону Торы должен быть постепенным, чтобы изменения никому не навредили[1].

    [1]. Судья проф. рав Менахем Алон, судья проф. рав Яаков Базак и судья проф. рав Ицхак Бранд считают, что на светские суды в Государстве Израиль не распространяется статус «судов неевреев», в которые запрещено обращаться. Однако общепризнанная позиция раввинов утверждает обратное. Упомянем наиболее известных раввинов, которые ее придерживаются. Вот что писал в связи с этим рав Ицхак Герцог, главный раввин Израиля в период создания государства: «Теперь, когда народ Израиля живет в своей земле и, к нашему величайшему сожалению, обращается в суды, которые судят по нееврейским законам, – это в тысячу раз хуже, чем когда в такой суд обращается один человек или отдельная община». Того же мнения придерживались рав Цви-Песах Франк, Циц Элиэзер, Хазон Иш, рав Мордехай Элияѓу, рав Овадья Йосеф. На сегодняшний день суд является той инстанцией, которая наносит наибольший ущерб еврейской идентичности в Государстве Израиль, а также безопасности государства. Приведем примеры.

    Ущерб еврейскому характеру Государства Израиль: 1) суд предотвратил дисквалификацию антисионистских партий вопреки позиции Избирательной комиссии, которая опиралась на основной закон Кнессета, запрещающий баллотироваться в Кнессет партиям, отрицающим еврейский характер Государства Израиль. 2) суд отменил постановления правительства и принятые Кнессетом законы, направленные на изгнание из страны незаконных иммигрантов из Африки. 3) генеральный прокурор не позволил государству возражать против объединения арабских семей по демографическим причинам, чтобы сохранить еврейское большинство. Разрешение суда было дано лишь из соображений безопасности, но и оно было одобрено только мизерным большинством. И это лишь отдельные примеры.

    Ущерб Ѓалахе и статусу раввината: 1) рядом решений суд нарушил ценности субботы, и это позволяет все больше и больше нарушать субботу на общественном пространстве; 2) рядом решений Верховный суд вмешался в соображения раввинов городов о предоставлении сертификата кошерности; 3) суд обязал религиозные бейт дины руководствоваться светским законом при рассмотрении имущественных вопросов; 4) запретил государственным бейт динам выступать в качестве арбитров по закону об арбитраже; 5) Кнессет принял основной закон, согласно которому во всех юридических вопросах, в которых израильский закон не вынес постановления, суд должен обратиться к ценностям еврейского наследия, однако на практике Верховный суд лишил этот закон силы; 6) генеральная прокуратура насильно утвердила участие женщин-певиц и актрис на официальных и полуофициальных церемониях, не учитывая позицию Ѓалахи по этому вопросу и требования религиозной и ультраортодоксальной общественности.

    Ущерб заповеди заселения Земли Израиля: вот уже полтора столетия длится национальная борьба между евреями и арабами за Землю Израиля. Ради заселения евреями Земли Израиля был создан сначала Еврейский национальный фонд (Керен каемет), а затем и Государство Израиль. Однако Верховный суд постепенно ограничивает способность Государства Израиль выполнить эту миссию. 1) Он запретил правительству выделять государственную землю для поселений, предназначенных только для евреев; 2) запретил выделять бюджеты для поощрения еврейского заселения Галилеи и Негева, тем самым отказавшись идеала, сопровождавшего сионистское движение с самого начала; 3) даже в отношении земель Еврейского национального фонда, которые были куплены исключительно на еврейские деньги, после слушаний в Верховном суде генеральный прокурор постановил, что еврейские поселения больше не будут иметь предпочтение; 4) после петиций левых организаций суд поспешил вмешаться и потребовать эвакуации еврейских поселений в Иудее и Самарии с нарушением правил, требующих судебного разбирательства для выяснения прав собственности на землю в мировых и окружных судах; 5) суд запретил государству опрыскивать с воздуха средствами уничтожения семян бедуинские земельные участки в Негеве, засаженные незаконно, хотя было доказано, что это эффективный метод, препятствующий захвату бедуинами государственных земель; 6) суд запретил премьер-министру Нетаньяѓу закрыть в конце его первой каденции Ориент хаус на том основании, что его правительство является «переходным», но с другой стороны, отклонил аналогичную петицию против переговоров в Табе в конце срока каденции Эѓуда Барака (и это только отдельные примеры).

    Ущерб безопасности Израиля: 1) суд запретил трясти подследственных Шабака даже в ситуации «бомбы замедленного действия»; 2) суд запретил прибегать к ноѓаль шахен (использование соседа или родственника для переговоров с вооруженными террористами, забаррикадировавшимися внутри дома), хотя этот метод спас жизни множества солдат; 3) установил жесткие ограничения, которые связывают руки израильской армии в действиях против террористов, собирающихся совершить нападение; 4) отменил закон, принятый в Кнессете, и разрешил задерживать «тяжелых» террористов на две недели без встречи с судьей, несмотря на необходимость получения от них информации для безопасности государства; 5) вопреки позиции системы безопасности, во многих местах суд приказал демонтировать и переместить части общего разделительного забора или ограды поселений, а также открыть дороги и снять блокпосты, прекрасно зная, что это может представлять угрозу безопасности; 6) рядом решений суд и правовые органы вынудили израильскую армию мобилизовать девушек в боевые подразделения, вопреки позиции профессиональных комиссий.

    Однако необходимо отметить, что судебная система в Израиле имеет и положительные аспекты: само ее существование помогает поддерживать закон и порядок, а также обеспечивать нормальную деятельность социальных и экономических структур. К ней относятся слова наших мудрецов (Мишна, трактат Авот, 3, 2): «Молись о благополучии державы – ведь если бы не страх наказания, люди глотали бы друг друга живьем».

    06. Уплата налогов при купле-продаже

    В предыдущих пунктах мы упомянули мнения различных авторитетов относительно уплаты налогов и пришли к выводу, что, по мнению большинства авторитетов, эта обязанность считается подобной условию неписаного договора о «компаньонстве», заключенного членами общины, обязательность исполнения которого следует из Торы.

    Таким образом, каждый человек обязан платить налоги. И желательно видеть в этом приятную обязанность, ведь благодаря этому мы участвуем в абсорбции новых репатриантов, в укреплении государственной безопасности и в развитии Государства Израиль. И хотя нельзя закрывать глаза на многочисленные недостатки, свойственные депутатам Кнессета и членам правительства, все же, поскольку народ выбрал их, и они обладают полномочиями царства и «старейшин общины», на каждого человека возложена заповедь платить налоги.

    Уплата налогов может быть нелегким испытанием, поскольку нередко стремление к наживе лишает человека разума. Например, бывает, что покупатель приходит в магазин и интересуется, сколько стоит тот или иной товар, и продавец отвечает: «Без налоговой квитанции – пятьсот шекелей, с квитанцией – шестьсот». Это непростое испытание как для покупателя, так и для продавца – покупателю нелегко заплатить лишние сто шекелей, а продавец хочет продать товар как можно дешевле, чтобы привлечь покупателей. Но Ѓалаха постановляет, что запрещено утаивать налог, поэтому покупатель обязан сказать продавцу, что хочет сделать покупку с налоговой квитанцией. И только в особых случаях разрешается совершать покупку без квитанции – например, если человек покупает что-либо у своего брата или очень близкого друга. В таком случае можно считать, что продавец хочет подарить этот товар своему брату или другу, однако тот предпочитает дать ему компенсацию за затраченные средства и усилия.

    Часто возникает еще один вопрос: обязан ли покупатель требовать налоговую квитанцию, чтобы убедиться, что продавец заплатит налог за сделанную у него покупку, или же это – личная обязанность продавца, и покупатель не обязан следить за этим, выступая в роли полицейского или работника налоговой службы?

    На практике покупатель не обязан требовать квитанцию, и если он делает покупку, не получая квитанцию, он не нарушает запрет. Ему запрещено только говорить продавцу, что он хочет купить товар дешевле без квитанции. Однако если покупатель не требует квитанции, он тем самым, возможно, в некоторой степени способствует нарушению запрета. Кроме того, заповедь: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего» (Ваикра, 19:16) включает в себя и обязанность спасти ближнего от материального ущерба. Так пишет Рамбам (Сефер ѓа-мицвот, 297). А все общество не уступает в важности одному человеку, поэтому при совершении покупки желательно требовать квитанцию, чтобы убедиться, что за этот товар будет уплачен налог. Однако это не является обязанностью, поскольку покупатель все равно не может знать наверняка, утаивает ли продавец налог. Ведь может быть, что продавец отчитывается налоговому управлению и о тех сделках, на которые не была выписана квитанция, или что он по каким-то причинам освобожден от налога.

    05. Кнессет и израильское правительство обладают полномочиями «старейшин города»

    До сих пор мы обсуждали ѓалахический принцип: «Закон царства обязателен для исполнения», согласно которому закон об уплате налогов и таможенных пошлин любого государства имеет ѓалахическую силу. Теперь добавим, что в Государстве Израиль эти законы имеют еще большую обязательную силу. Это объясняется тем, что израильское правительство избирается большинством жителей государства, а значит, помимо полномочий царства оно обладает еще и полномочиями «городского совета». «Городской совет» – это орган власти, избиравшийся жителями города или членами общины; люди, входившие в городской совет, назывались «старейшинами города» или «старейшинами общины». Рош в своих респонсах (правило 6, п. 19) пишет: само собой разумеется, что любое постановление, вынесенное «старейшинами города» как в отношении отдельных жителей, так и в отношении всей общины, имеет обязательную силу писаного закона без необходимости формального закрепления его процедурой приобретения. И еще он пишет (там же, п. 27), что жители города имеют право накладывать взыскания и штрафы на того, кто нарушает постановления «старейшин города».

    Этому закону Ѓалахи дается несколько объяснений. Из респонсов Ѓа-мабита (3, 228) следует, что ѓалахическую силу постановлениям глав общины придает обычай, который гласит: поскольку община управляет своими делами путем избрания специальных представителей, которые выносят постановления и назначают налоги и взыскания, отдельный человек не может нарушить этот обычай и обязан исполнять общинные постановления. Законоучители приводят и другое объяснение: во всем, что касается общественных дел, члены общины считаются «компаньонами», ведь если они не объединятся, чтобы управлять делами общины, каждый из них понесет ущерб. Поэтому получается, что все жители города и все граждане государства, независимо от их желания, являются «компаньонами» и отвечают друг за друга (так считает рав Моше Шик). Кроме того, община испокон веков обладает правом, называемым хазака, которое позволяет ей в некоторой мере вмешиваться в жизнь ее членов, взимая с них налоги и таможенные пошлины ради общинных нужд. И, как известно, если община обладает правом хазака в каком-либо вопросе, отдельный человек не может его отменить. Например, если дорожка, расположенная в частном дворе, долгое время находится во всеобщем пользовании, то в ее отношении установлена хазака, и владелец двора уже не может запретить людям ходить по ней. То же самое можно сказать и в отношении налогов: установлена хазака, что община взимает налоги с каждого своего члена.

    Подведем итог вышесказанному: на практике совершенно очевидно, что каждый гражданин обязан платить налоги в полном соответствии с законом, – как с точки зрения принципа: «Закон царства обязателен для исполнения», так и согласно общинным постановлениям (см. Циц Элиэзер, 16, 50). По мнению большинства авторитетов, обязанность уплаты налогов – это заповедь Торы, и тот, кто ее не выполняет, нарушает запрет гезель (незаконное присвоение чужой собственности).

    04. Принцип: «Закон царства обязателен для исполнения» не отменяет заповедей

    Самым существенным ограничением принципа: «Закон царства обязателен для исполнения» является то, что всякий закон, идущий вразрез с законами Торы, не имеет обязательной силы. Ведь еще Йеѓошуа бин Нуну было сказано свыше, что он уполномочен выносить постановления как глава сынов Израиля, и каждый, кто восстанет против него, будет предан смерти, но далее в Писании полномочия Йеѓошуа ограничиваются фразой: «Только будь тверд и мужествен». Вот что там сказано (Йеѓошуа, 1:16-18): «И отвечали они Йеѓошуа, сказав: все, что ты повелел нам, сделаем мы, и куда ни пошлешь нас, пойдем. Во всем, как слушали мы Моше, так будем слушать и тебя: лишь бы был Г-сподь, Б-г твой, с тобой, как был Он с Моше. Всякий, кто воспротивится повелению твоему и не послушает слов твоих во всем, что ты ни повелишь ему, предан будет смерти. Только будь тверд и мужествен». Это значит, что постановления Йеѓошуа будут иметь силу лишь при условии, что он будет исполнять сказанное выше, в стихе 7: «Только тверд будь и очень мужествен, чтобы бережно соблюдать Тору всю, которую завещал тебе Моше, раб Мой; не уклоняйся от нее ни вправо, ни влево, дабы преуспевал ты везде, куда ни пойдешь». Если же его постановления будут противоречить Торе, они не будут иметь никакой силы, и евреям будет запрещено их исполнять (см. Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 49а). Рамбам также постановляет (в «Законах царств», 3, 9), что если царь приказывает нарушить какую-либо заповедь Торы, ему нельзя повиноваться. Это объясняется тем, что слова Святого, благословен Он, важнее слов царя, поскольку и земной царь является рабом Царя царей.

    И если таков закон в отношении Йеѓошуа бин Нуна, которого назначил царем наш учитель Моше, величайший из пророков Израиля, и признали члены Санѓедрина и весь еврейский народ, то любому другому царю или правительству тем более запрещено выносить постановления, идущие вразрез с заповедями Торы. Например, если какое-либо правительство издаст закон, обязывающий нарушать субботу или есть запрещенную пищу (например, свинину), либо требующий изгнать евреев со своей земли, тем самым нарушив заповедь заселения Земли Израиля, – то, согласно Торе, подобный закон не будет иметь никакой силы, и весь народ Израиля будет обязан препятствовать его исполнению.

    03. «Закон царства» в Земле Израиля

    Законоучители задают принципиальный вопрос: к какому именно царству относится принцип: «Закон царства обязателен для исполнения» – к любому царству в Земле Израиля или за ее пределами, еврейскому царству и царству инородцев, или же только к царствам за пределами Земли Израиля?

    Крупнейшие законоучители раннего периода полемизируют по этому вопросу. По мнению Рана и Рашба (в комментариях к трактату Недарим, 28а), это правило относится лишь к царствам инородцев за пределами Земли Израиля. Ведь данная царству власть издавать законы основана на том, что территория царства принадлежит ему в силу закона о завоевании, так как государственная граница охраняется исключительно с помощью военной силы. Поэтому человек, желающий жить в этом царстве, обязан принять его законы. Если же он к этому не готов, ему следует найти себе другое место жительства. В этом нет никакой разницы между царем и правительством, поэтому евреи, живущие в демократических государствах, обязаны соблюдать государственные законы, на основании правила: «Закон царства обязателен для исполнения». Но вышесказанное относится только к странам за пределами Земли Израиля, ведь там земля действительно принадлежит царю или правительству, тогда как Землю Израиля дал еврейскому народу Всевышний, и никакое царство не имеет права изгнать еврея оттуда. Значит, на этой земле территория государства не принадлежит самому государству, и если еврей не принимает государственные законы, они не имеют для него силы.

    Однако большинство ранних авторитетов, в том числе и Рамбам, не согласны с этим мнением. Они считают, что в этом отношении нет никакой разницы между Землей Израиля и странами за ее пределами, и везде, где есть царь или правительство, их законы обязательны для исполнения. Это объясняется тем, что соблюдение принципа: «Закон царства обязателен для исполнения» не зависит от того, кому принадлежит земля, на которой расположено государство. Оно основано на общественном признании власти царя или правительства, ведь сам факт, что народ не восстает против правительства и не свергает его, свидетельствует о том, что он принимает все его законы. А значит, между Землей Израиля и странами за ее пределами нет никакой разницы, и в Земле Израиля законы царства или правительства обязательны для исполнения, при условии, что они не противоречат явным образом законам Торы (Рашба в своих респонсах, ч. 2, 134, выносит такое же постановление, в отличие от сказанного им же в комментарии к трактату Недарим).

    И действительно, практический закон, соответствующий мнению большинства авторитетов, гласит, что принцип: «Закон царства обязателен для исполнения» действует и в Земле Израиля. Так постановляет Шульхан арух (Хошен мишпат, 369, 6), и такое же постановление выносят авторитеты нашего времени.

    А по мнению Хатам Софера (Хошен мишпат, 44), даже Ран и Рашба признали бы, что и в Земле Израиля необходимо платить налоги, на основании принципа: «Закон царства обязателен для исполнения». Вот что пишет Хатам Софер: авторитеты говорят, что в Земле Израиля нет обязанности платить налоги царю потому, что мы живем на этой земле не по воле царя, а по воле Создателя. Именно поэтому мы не обязаны платить царю налоги. Но это касается только тех налогов, которые идут на удовлетворение личных потребностей царя, а также на содержание его дворцов и двора. Если же собранные средства тратятся на благо граждан государства, то есть на нужды безопасности, образования, на благоустройство городов, то нет никакого сомнения в том, что все граждане обязаны платить налоги. А тот, кто от этого уклоняется, нарушает не только принцип: «Закон царства обязателен для исполнения», но и запрет незаконного присвоения (гезель) общественной собственности (см. Циц Элиэзер, 16, 49).

    02. Рамки принципа «закона царства»

    Крупнейшие законоучители раннего периода подчеркивали: обязателен для исполнения именно «закон царства», но не закон царя. Это означает, что если царь издаст указы, идущие вразрез с логикой и общепринятой моралью, то они не будут иметь никакой силы. Обязательную силу имеют только постановления и законы, которые могут быть приняты и в других царствах.

    Для пояснения вышесказанного приведем цитату из комментария одного из ранних законоучителей, автора труда Нимукей Йосеф, к Вавилонскому Талмуду, трактату Бава батра, 54б: «Все ѓалахические авторитеты согласны, что изречение мудрецов: «Закон царства обязателен для исполнения» подразумевает именно законы царства, ведь в каждом царстве есть свои общеизвестные законы; а указы, выходящие из-под руки деспота, обязательными для исполнения не являются». Рамбан (там же) пишет, что в этом изречении мудрецы имели в виду законы, общепринятые во всех царствах. То же самое пишет и Ритва (в комментарии к Рифу, трактат Недарим, 28а): повеление того или иного правителя, будь то в отношении одного человека или всего народа, или вынесенный им новый указ, которого не было в прежние времена, – это не закон, а попросту разбой и грабеж.

    Из вышесказанного можно заключить, что царю или правительству не следует издавать законы, которые не являются общепринятыми также в других государствах; кроме того, законы не должны дискриминировать или лишать прав какого-либо человека или группу людей. В истории не раз случалось, что в той или иной стране издавались законы, ущемлявшие в правах евреев, и величайшие раввины постановляли, что на эти законы не распространяется принцип: «Закон царства обязателен для исполнения». Ведь народ принимает на себя власть царя или правительства для того, чтобы они правили справедливо, как принято во всем мире, и власть предержащие не имеют права отклоняться от этого, а если это все-таки произошло, их постановления не имеют силы (см. Циц Элиэзер, 16, 49).

    Все это относится только к вопиющей несправедливости, подрывающей самые основы государства, тогда как заурядные проявления коррупции или дискриминации, свойственные любой власти, не отменяют принципа: «Закон царства обязателен для исполнения». Ведь если он перестанет действовать из-за любых проявлений коррупции, его нельзя будет применить ни в одной стране мира.

    01. «Закон царства»

    Одним из основных ѓалахических принципов, относящихся к области гражданского права и имущественных отношений, является принцип: «Закон царства обязателен для исполнения». Это означает, что каждый человек обязан исполнять законы государства – законы о налогах и таможенных пошлинах, правила дорожного движения и тому подобное. По мнению большинства ѓалахических авторитетов, если человек уклоняется от уплаты налогов или таможенных пошлин, он нарушает запрет Торы.

    У этого есть несколько объяснений. Первое из них заключается в том, что таким образом граждане принимают авторитет государственной власти, частично отказываясь от своих личных прав, и выражают согласие, чтобы государство устанавливало законы и управляло общественной жизнью. И хотя многие граждане часто жалуются на то, что налоги слишком высоки, и выражают недовольство многими другими государственными законами, все же, если они не выступают открыто против государственной власти, тем самым они признают, что предпочитают существующую государственную власть анархии, которая может начаться без нее. Таким образом, они наделяют государство правом устанавливать законы и взимать налоги.

    Согласно второму объяснению, земля, на которой расположено государство, принадлежит ему согласно закону захвата территории. Государство охраняет свои границы с помощью армии и экономической силы, поэтому вся территория принадлежит ему, и граждане, живущие на ней, обязаны подчиняться владельцу этой территории, то есть государству. И хотя каждый отдельный дом или двор находятся в частном владении, оно опирается на государственное владение этой территорией. Ведь не будь государства, неизвестно, остались бы эти дома и дворы во владении нынешних хозяев.

    Что же касается выбранного народом правительства, то совершенно очевидно, что оно имеет по крайней мере те же полномочия, что и царь. Власть такого правительства опирается на гораздо более широкую общественную поддержку, поскольку народ избрал правительство напрямую, тем самым заранее приняв его будущие решения. И даже меньшинство, не представленное в правительстве, выразило согласие принимать решения большинства. А если кто-то скажет, что он не согласен с демократическим стилем управления, на это можно ответить, что правительство, избранное демократическим путем, уж точно обладает не меньшей властью, чем цари, правившие народом с помощью силы, а ведь наши мудрецы, сказав: «Закон царства обязателен для исполнения», подразумевали и власть таких царей. Подведем итог вышесказанному: запрещено уклоняться от уплаты налогов и таможенных пошлин; всякий, кто так поступает, нарушает запрет Торы. И такое постановление выносит Шульхан арух (Хошен мишпат, 369, 6).

    13. Разрушение отдельных домов или целых поселений по указанию суда

    К сожалению, порой мы сталкиваемся с таким явлением как разрушение еврейских домов в Иудее и Самарии по указанию израильского суда. В связи с этим возникает вопрос, является ли это нарушением заповеди заселения Земли Израиля, или же это – государственный закон, обязательный для исполнения (согласно ѓалахическому принципу дина де-малхута дина, см. ниже, гл. 6, п. 1). В основе ответа на этот вопрос лежит причина, по которой суд вынес такое решение. Здесь может быть три варианта: 1) если речь идет об идеологическом давлении, то исполнять решение суда строго запрещено; 2) если дом был действительно построен незаконно, то его разрушение разрешено; 3) промежуточная ситуация, когда формальная причина решения суда ясна, но на самом деле за ним стоит стремление к неоправданному разрушению.

    Объясним эти случаи подробнее:

    • Если решение суда основано на том, что, как считает израильское правительство, евреям запрещено жить в той или иной части Земли Израиля, то речь идет об идеологическом давлении, и против такого решения необходимо протестовать любыми возможными средствами. Однако, к сожалению, в действительности это почти никогда не удается (и см. выше, п. 7, прим. 6).
    • С другой стороны, если еврей преднамеренно строит себе дом посреди дороги, либо на территории, предназначенной для общественного парка, либо на частной территории, принадлежащей другому человеку, будь то еврей или нееврей, – то нет запрета сносить этот дом, и напротив, это служит соблюдению закона и сохранению общественного порядка.
    • Существует и промежуточная ситуация, когда, с одной стороны, нет принципиального решения против права евреев жить в определенном регионе страны, и решение о сносе дома основано на существующих законах и правилах; а с другой стороны, решение суда основано на идеологической позиции, отрицающей право евреев жить в этом регионе. Так бывает, например, когда в аналогичных случаях в других регионах страны суд не выносит решение о сносе здания, или когда принимаются все доводы арабской стороны, а любые претензии евреев отклоняются.

     

    В таком случае все возвращается к политике правительства, которое может построить больше еврейских домов в этом регионе. Если правительство даст указание расширить там еврейское поселение, тем самым оно покажет, что его действия не направлены на нарушение заповеди заселения Земли Израиля. В таком случае решение суда будет рассматриваться как дина де-малхута (государственный закон, обязательный для исполнения).

    Но если правительство не воспользуется своими полномочиями, чтобы расширить еврейское заселение данного региона, то будет ясно, что цель разрушения домов – нанесение ущерба исполнению заповеди заселения Земли Израиля. И хотя это еще нельзя назвать публичным идеологическим давлением, так как решение суда опирается на существующие законы и правила, – тем не менее, поскольку это действие явным образом противоречит заповеди Торы, полицейский, солдат или гражданское лицо не должны выполнять решение суда. Но не следует выражать протест более жестким образом, так как речь не идет об открытом идеологическом давлении.

    12. Следует ли публично отказываться от выполнения приказа?

    Даже когда солдат уверен, что если он откажется участвовать в отступлении с территорий Земли Израиля и депортации еврейских жителей, другие солдаты сделают это за него, ему запрещено выполнять подобный приказ. Это объясняется тем, что даже если большинство народа находится на низком духовном уровне, еврею все равно запрещено принимать участие в грехе, совершаемом целым обществом. Каждый, кто своими руками станет изгонять евреев из принадлежащих им домов, нарушит множество запретов Торы[12]. Он будет способствовать нарушению заповеди заселения Земли Израиля, которая, как сказали наши мудрецы, равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым, и в результате – ужасному осквернению Божественного Имени; кроме того, он нарушит запреты Торы: «Не дай им обосноваться», «Да не живут они в земле твоей» и «А земля не может быть продаваема навеки», а также запрет отнимать у евреев имущество. А тот, кто примет участие в отступлении с военной базы, нарушит, кроме вышеперечисленного, еще и запрет: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего».

    А если кто-нибудь спросит, какой смысл отказываться выполнять приказ, если это не спасет Землю Израиля, ему можно ответить, что даже когда еврей не в силах предотвратить грех, совершаемым обществом, он все равно обязан оставаться на высоком духовном уровне, не запятнав грехом свою совесть. Если все вокруг воруют, воровство все равно запрещено. И даже если все вокруг занимаются грабежом и разбоем, и мы не можем убедить их встать на путь праведности, человек должен твердо стоять на позиции праведности в гордом одиночестве.
    В связи с вышесказанным возникает еще один вопрос: как солдатам лучше поступить – публично сообщить заранее, что они не будут участвовать в отступлении, или же достаточно просто воздержаться от содействия отступлению, но лучше не сообщать об этом заранее?

    Некоторые считают, что публичное заявление может повредить армии, поскольку деятельность армии основана на строгой дисциплине и подчинению приказам, и публичный отказ от выполнения приказа может нанести ущерб армейской сплоченности. Поэтому лучше не заявлять об отказе публично, и только если солдат окажется, не дай Бог, в вышеописанной ситуации, он должен сообщить своему командиру, что его религиозные убеждения не позволяют ему участвовать в совершении столь тяжкого греха.

    В 2005 г., в период разрушения еврейских поселений в Гуш-Катифе и Северной Самарии, рав Авраѓам Шапиро говорил (и его мнение разделяли многие другие раввины), что солдатам лучше как можно раньше публично заявить о своем отказе участвовать в этом преступлении. Он объяснял это необходимостью исполнения заповеди увещевания (тохеха), а также тем, что, быть может, публичные заявления большого числа солдат наряду с другими общественными акциями протеста приведут к отмене решения правительства об «одностороннем размежевании». А на претензию, что публичный отказ выполнять приказы может нанести армии столь значительный ущерб, что он отрицательно скажется на ее боеспособности, можно возразить, что это требует доказательства: были ли подобные прецеденты, когда отказ действовать против гражданских лиц развалил армию. Недопустимо, опираясь на необоснованные опасения, отказываться от исполнения заповеди тохеха и от попыток предотвратить этот тяжелейший общественный грех.

    Рав Шломо Горен, благословенна память праведника, главный раввин Армии обороны Израиля, а затем и верховный раввин Государства Израиль, в свое время не выражал подобных опасений. Он считал, что солдаты должны заявить заранее и публично о своем несогласии участвовать в отступлении. И только солдатам, которые хотят стать офицерами и опасаются, что публичное заявление станет помехой в их армейской карьере, он разрешил не сообщать заранее о своих намерениях, но ни в коем случае не делать вид, будто они согласны выполнять приказ, а только молчать и не отвечать на задаваемые им вопросы (см. ниже, ответы рава Горена, п. 5, и в примечании, там же)[13].

    [13]. Рав Авраѓам Шапиро произнес эти слова в 2005 г., четко и бескомпромиссно выразив свою позицию относительно плана разрушения Гуш-Катифа и четырех еврейских поселений в Северной Самарии, принятому израильским правительством. Впервые эти слова были произнесены в беседе с равом Тропом; при этом рав Шапиро дал согласие на их публикацию. Впоследствии он повторил их еще неоднократно. И см. ниже, где приводятся резкие слова, написанные им за неделю до разрушения Гуш-Катифа. До этого, при подписании договора Осло, планы израильского правительства по отступлению с территорий Земли Израиля касались только военных баз, и к этим планам слова рава Шапиро не относились. Я же написал в середине лета 1995 г. пояснение к ѓалахическому постановлению, вынесенному «Ассоциацией раввинов за народ Израиля и Землю Израиля» (это постановление приводится в тексте, в п. 8). В пояснении я писал, что поскольку существует сомнение, не нанесет ли публичный отказ ущерба сплоченности Армии обороны Израиля, в этом случае следует избрать тактику воздержания от действия, поэтому лучше отказаться от выполнения приказа на практике, но не заявлять об этом во всеуслышание. Следует упомянуть, что уже тогда некоторые раввины считали, что отказ должен быть публичным, тогда как другие раввины опасались нанесения ущерба армейскому духу сплоченности. Также необходимо отметить, что, как я слышал тогда от крупнейших раввинов, они не выражали опасений в связи с публичным отказом, однако, учитывая ситуацию тех дней, не придавали значения публичным заявлениям солдат и офицеров, и потому не настаивали на своем мнении в противовес опасениям, выражаемым некоторыми раввинами. Вот почему я написал, что, по причине возникающих сомнений, лучше придерживаться тактики воздержания от публичного отказа.

    Рав Горен тоже разделял это мнение. Его слова приводятся ниже, в ответах, п. 5. И см. там же, в примечании, где объясняется, на чем основано его мнение. Так или иначе, изложенная мною летом 1995 г. позиция, что солдатам не следует выражать отказ публично, в резкой форме, разрядила обстановку в армии, так как офицеры освободили солдат, намеренных отказаться от участия в отступлении с армейских баз и из военных поселений. Более того, тогдашний начальник Генштаба, Амнон Липкин-Шахак, сказал во время беседы с нами, что офицеры получили указание избегать конфронтации с такими солдатами, и проблемы возникли только там, где командиры были «недостаточно умны», как он выразился. Но и в таком случае, когда это доходило до высшего командования, все проблемы решались, и почти всех солдат, отказавшихся участвовать в отступлении, освобождали от наказания.

    В 2005 г., перед разрушением Гуш-Катифа, казалось, что если солдаты заявят о своем отказе заранее, это, наряду с другими мерами, поможет отменить решение правительства. К тому же, заявляя о своем отказе публично, солдаты исполняли заповедь: «Ты увещевай ближнего твоего». Кроме того, в 2005 г. правительство намеревалось совершить гораздо более тяжкий грех – разрушение еврейских поселений и депортацию жителей, а не только отступление с военных баз, как в 1995 г. С другой стороны, не было приведено никаких доказательств, что отказ военнослужащих выполнять приказы, не относящиеся к прямому назначению Армии обороны Израиля, отрицательно повлияет на ее боеспособность. Исходя из этого, можно сказать, что публичный отказ, напротив, укрепит армию в долгосрочной перспективе, поскольку она будет исполнять свои прямые обязанности по защите Государства Израиль от врагов, а не заниматься посторонней деятельностью. Именно так и сказал рав Авраѓам Шапиро. К этому следует добавить, что если большое число солдат заставят выполнять приказы, противоречащие их вере, то рано или поздно им будет трудно испытывать чувство солидарности с армией, и именно это окажет отрицательное влияние на армейский дух. Поэтому в 2005 г. я изменил свою позицию и предложил перейти от тактики воздержания от действия к тактике активного действия. Это означало, что каждому солдату желательно заявить публично, что он не будет принимать участие в столь тяжком грехе. И только офицерам и служащим полиции, которые получают зарплату за свою деятельность, я предложил скрыть свои взгляды и найти окольные пути, чтобы избежать участия в отступлении, но ни в коем случае не предавать своих убеждений.

    На практике, те военнослужащие, которые заявили о своем отказе заранее, были освобождены от участия в разрушении поселений и депортации жителей, а те, кто скрыл свои убеждения, были поставлены перед этим испытанием, и некоторые из них его не выдержали. И да будет высшая воля на то, чтобы, благодаря заслуге солдат, не подчинившихся греховному приказу, Армия обороны Израиля продолжала свято исполнять свою миссию – вести войны Господни за еврейский народ и Землю Израиля.

    Мы учим это на основе заповеди Торы (Ваикра, 19:17): «Ты увещевай ближнего твоего, и не понесешь за него греха». Суть этой заповеди заключается в том, чтобы увещевать ближнего, отдаляя его от греха. И пока есть хоть малая доля вероятности, что грешник прислушается к словам увещевания, Тора обязывает нас продолжать его увещевать. Но даже когда нет никакой надежды на успех увещевания, необходимо хотя бы выразить свою позицию, заявив, что данное действие является грехом, совершать его нельзя и другим людям запрещено принимать в нем участие (на основе слов Рама, Орах хаим, 608, 2, а также Мишна брура и Биур Ѓалаха, там же).

    Когда человек твердо стоит на своем и отказывается участвовать в грехе, это имеет огромное значение. Благодаря его твердости последующие поколения еврейского народа будут знать, что не все принимали участие в совершении греха, и в награду за заслугу этих  праведников наш народ сохранит очаг праведности, пока весь мир не подвергнется полному исправлению. Об этом сказано (Млахим 1, 19:18): «Оставлю Я среди сынов Израиля семь тысяч: всех тех, чьи колени не преклонялись пред Баалом, и всех тех, чьи уста не целовали его». Так было и во времена Гидона, когда благодаря тремстам евреям, не поклонявшимся Баалу, весь стан Израиля был избавлен от сурового приговора и удостоился великого спасения (см. Шофтим, гл. 7).

    Тот, кто удостаивается чести в любой ситуации следовать путем истины, обладает истинной свободой. Наши мудрецы сказали об этом (Пиркей Авот, 6, 2): «Настоящей свободой обладает лишь тот, кто занимается Торой» – потому, что такой человек причастен к вечности. На него не могут повлиять ни давление со стороны средств массовой информации, ни общественное мнение, ни любые другие запугивания и соблазны. Именно так праведники всех поколений сохраняли свою внутреннюю свободу, став для всего мира нравственным эталоном. И только благодаря им весь мир встанет в конце концов на путь праведности. И хотя большинство людей поддаются на соблазны и угрозы, весь народ Израиля как единое целое всегда оставался верен своим непреходящим ценностям. Даже когда многие евреи грешили, народ в конце концов всегда следовал путем безгрешных праведников, потому что именно они действовали от лица всего народа, и благодаря им еврейский народ продолжал идти по намеченному пути.

    Когда народ приобщается к абсолютным вечным ценностям, его существование тоже становится вечным, и никакие силы в мире не могут сдвинуть его с позиции истины. И поскольку весь народ Израиля неразрывно связан с вечными ценностями, имеющими Божественную природу, он жив и существует вечно, и никакие бедствия изгнания не могли его уничтожить. Более того, он не просто продолжает существовать, его жизненная сила растет и ширится, как животворящий источник, тогда как другие народы, не причастные к вечным ценностям, канули в Лету, поскольку ценности, которыми они руководствовались, были относительны и ограниченны, и таково же было само их существование. Да будет высшая воля на то, чтобы в мире раскрылась уникальная сущность народа Израиля, и вечные ценности стали достоянием всех евреев, и с нами исполнилось сказанное (Йешаяѓу, 60:21): «И народ твой, все праведники, ветвь насаждения Моего, дело рук Моих для прославления, навеки унаследуют страну».

    [12]. Известно, что, по закону Ѓалахи, всякий, кто способствует нарушению какой-либо заповеди Торы другим человеком, нарушает запрет Торы (Ваикра, 19:14): «Пред слепым не клади преткновения». Речь идет о ситуации, когда без помощи другого человека грешник не смог бы совершить прегрешение – как, например, когда человек протягивает назорею, давшему клятву о том, что он не будет пить вина, чашу с вином с другого берега ручья (см. Вавилонский Талмуд, трактат Авода зара, 6б). Если же грешник может совершить прегрешение и без содействия другого человека, – например, если назорей может сам дотянуться до чаши вина, – то помогающий ему нарушает запрет мудрецов «содействовать греху». Но есть мнение, что и в таком случае он нарушает запрет Торы. Однако в случае, обсуждаемом в тексте, нельзя сказать, что солдат нарушает только запрет мудрецов, поскольку каждый солдат, своими руками изгоняющий евреев из принадлежащих им домов, сам совершает грех.

    11. Запрет действует и тогда, когда отказ от выполнения приказа не остановит отступление

    Даже когда солдат уверен, что если он откажется участвовать в отступлении с территорий Земли Израиля и депортации еврейских жителей, другие солдаты сделают это за него, ему запрещено выполнять подобный приказ. Это объясняется тем, что даже если большинство народа находится на низком духовном уровне, еврею все равно запрещено принимать участие в грехе, совершаемом целым обществом. Каждый, кто своими руками станет изгонять евреев из принадлежащих им домов, нарушит множество запретов Торы[12]. Он будет способствовать нарушению заповеди заселения Земли Израиля, которая, как сказали наши мудрецы, равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым, и в результате – ужасному осквернению Божественного Имени; кроме того, он нарушит запреты Торы: «Не дай им обосноваться», «Да не живут они в земле твоей» и «А земля не может быть продаваема навеки», а также запрет отнимать у евреев имущество. А тот, кто примет участие в отступлении с военной базы, нарушит, кроме вышеперечисленного, еще и запрет: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего».

    А если кто-нибудь спросит, какой смысл отказываться выполнять приказ, если это не спасет Землю Израиля, ему можно ответить, что даже когда еврей не в силах предотвратить грех, совершаемым обществом, он все равно обязан оставаться на высоком духовном уровне, не запятнав грехом свою совесть. Если все вокруг воруют, воровство все равно запрещено. И даже если все вокруг занимаются грабежом и разбоем, и мы не можем убедить их встать на путь праведности, человек должен твердо стоять на позиции праведности в гордом одиночестве.

    Мы учим это на основе заповеди Торы (Ваикра, 19:17): «Ты увещевай ближнего твоего, и не понесешь за него греха». Суть этой заповеди заключается в том, чтобы увещевать ближнего, отдаляя его от греха. И пока есть хоть малая доля вероятности, что грешник прислушается к словам увещевания, Тора обязывает нас продолжать его увещевать. Но даже когда нет никакой надежды на успех увещевания, необходимо хотя бы выразить свою позицию, заявив, что данное действие является грехом, совершать его нельзя и другим людям запрещено принимать в нем участие (на основе слов Рама, Орах хаим, 608, 2, а также Мишна брура и Биур Ѓалаха, там же).

    Когда человек твердо стоит на своем и отказывается участвовать в грехе, это имеет огромное значение. Благодаря его твердости последующие поколения еврейского народа будут знать, что не все принимали участие в совершении греха, и в награду за заслугу этих  праведников наш народ сохранит очаг праведности, пока весь мир не подвергнется полному исправлению. Об этом сказано (Млахим 1, 19:18): «Оставлю Я среди сынов Израиля семь тысяч: всех тех, чьи колени не преклонялись пред Баалом, и всех тех, чьи уста не целовали его». Так было и во времена Гидона, когда благодаря тремстам евреям, не поклонявшимся Баалу, весь стан Израиля был избавлен от сурового приговора и удостоился великого спасения (см. Шофтим, гл. 7).

    Тот, кто удостаивается чести в любой ситуации следовать путем истины, обладает истинной свободой. Наши мудрецы сказали об этом (Пиркей Авот, 6, 2): «Настоящей свободой обладает лишь тот, кто занимается Торой» – потому, что такой человек причастен к вечности. На него не могут повлиять ни давление со стороны средств массовой информации, ни общественное мнение, ни любые другие запугивания и соблазны. Именно так праведники всех поколений сохраняли свою внутреннюю свободу, став для всего мира нравственным эталоном. И только благодаря им весь мир встанет в конце концов на путь праведности. И хотя большинство людей поддаются на соблазны и угрозы, весь народ Израиля как единое целое всегда оставался верен своим непреходящим ценностям. Даже когда многие евреи грешили, народ в конце концов всегда следовал путем безгрешных праведников, потому что именно они действовали от лица всего народа, и благодаря им еврейский народ продолжал идти по намеченному пути.

    Когда народ приобщается к абсолютным вечным ценностям, его существование тоже становится вечным, и никакие силы в мире не могут сдвинуть его с позиции истины. И поскольку весь народ Израиля неразрывно связан с вечными ценностями, имеющими Божественную природу, он жив и существует вечно, и никакие бедствия изгнания не могли его уничтожить. Более того, он не просто продолжает существовать, его жизненная сила растет и ширится, как животворящий источник, тогда как другие народы, не причастные к вечным ценностям, канули в Лету, поскольку ценности, которыми они руководствовались, были относительны и ограниченны, и таково же было само их существование. Да будет высшая воля на то, чтобы в мире раскрылась уникальная сущность народа Израиля, и вечные ценности стали достоянием всех евреев, и с нами исполнилось сказанное (Йешаяѓу, 60:21): «И народ твой, все праведники, ветвь насаждения Моего, дело рук Моих для прославления, навеки унаследуют страну».

    [12]. Известно, что, по закону Ѓалахи, всякий, кто способствует нарушению какой-либо заповеди Торы другим человеком, нарушает запрет Торы (Ваикра, 19:14): «Пред слепым не клади преткновения». Речь идет о ситуации, когда без помощи другого человека грешник не смог бы совершить прегрешение – как, например, когда человек протягивает назорею, давшему клятву о том, что он не будет пить вина, чашу с вином с другого берега ручья (см. Вавилонский Талмуд, трактат Авода зара, 6б). Если же грешник может совершить прегрешение и без содействия другого человека, – например, если назорей может сам дотянуться до чаши вина, – то помогающий ему нарушает запрет мудрецов «содействовать греху». Но есть мнение, что и в таком случае он нарушает запрет Торы. Однако в случае, обсуждаемом в тексте, нельзя сказать, что солдат нарушает только запрет мудрецов, поскольку каждый солдат, своими руками изгоняющий евреев из принадлежащих им домов, сам совершает грех.

    10. Запрет участвовать в действиях, способствующих отступлению с территорий Земли Израиля

    Исходя из вышесказанного, что нельзя уступать части Земли Израиля инородцам, запрещено также способствовать изгнанию евреев и разрушению еврейских поселений. Так постановил верховный раввин Израиля, рав Шломо Горен, и такое же постановление вынесли рав Шауль Исраэли, рав Моше-Цви Нерия и рав Авраѓам Шапиро. И так неоднократно указывал еще до них рав Цви-Йеѓуда Кук (и см. ниже, ответы рава Горена, п. 5, а также ответ рава Шапиро, п. 12; и см. также Игрот Раайя, послание 237).

    К «Ассоциации раввинов за народ Израиля и Землю Израиля», в состав которой входят сотни раввинов, был обращен вопрос, имеет ли военная база на территории Земли Израиля тот же статус, что и гражданское поселение[10]. Летом 1995 г. раввины Ассоциации опубликовали ответ:

    «В свете постановлений, вынесенных в свое время Советом верховного раввината и другим раввинами по поводу запрета отступления с территорий Земли Израиля, Иудеи, Самарии, сектора Газа и Голанских высот, нас спросили, разрешено ли участвовать в отступлении с военной базы или военного объекта, расположенных в районе Земли Израиля, населенном арабами.

    1. Мы постановляем, что, согласно Торе, запрещено отступать с военной базы Армии обороны Израиля и отдавать ее территорию в распоряжение инородцев, поскольку это является нарушением заповеди-предписания Торы и несет в себе опасность для жизни евреев и существования Государства Израиль.
    2. Само собой разумеется, что на территориях, находящихся под управлением израильской армии, мы исполняем заповедь заселения Земли Израиля, согласно объяснению Рамбана. Эта заповедь включает в себя и повеление «завоевать эту землю и не отдавать ее ни одному из народов мира». А на территориях, с которых израильская армия уйдет, будет установлена «власть инородцев», и это означает, что вышеуказанная заповедь будет нарушена. Кроме того, это будет связано с опасностью для жизни евреев и для существования Государства Израиль, что является нарушением запрета: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего».
    3. Постоянная военная база является еврейским поселением в полном смысле слова. Отступление с военной базы и передача ее в руки неевреев равнозначны отступлению из еврейского поселения в Земле Израиля и запрещены согласно закону Торы.
    4. В свете вышесказанного мы отвечаем на заданный вопрос: нет никакого сомнения в том, что еврею запрещено участвовать в любом действии, способствующем отступлению из еврейского поселения, с военной базы или военного объекта. Рамбам постановляет (в «Законах царства», 3, 9), что если царь велит своим подданным нарушить законы Торы, запрещено ему подчиняться…»[11].
    [10]. В месяце тамуз 1995 г., после того как правительство меньшинства приняло решение об отступлении с израильских военных баз в Иудее и Самарии, у военнослужащих возник вопрос, разрешено ли им участвовать в этом отступлении, или же они должны отказаться от выполнения приказа. Я позвонил нашему раввину и наставнику раву Авраѓаму Шапиро, главе ешивы «Мерказ ѓа-рав» и верховному раввину Израиля (в 1983-1993 г.г.). По его просьбе я собрал на заседание нескольких крупнейших раввинов, членов «Ассоциации раввинов за народ Израиля и Землю Израиля». После этого заседания был опубликован ответ Ассоциации, приведенный в тексте. Я не успел задать этот вопрос раву Шломо Горену, благословенна память праведника, главному раввину Армии обороны Израиля и верховному раввину Государства Израиль, потому что он умер 24 хешвана 1995 г.

    Приведенное в тексте постановление вынесли: мой отец и наставник рав Залман-Барух Меламед, рав нахум-Элиэзер Рабинович, рав Дов Лиор, рав Хаим Друкман, рав Элиэзер Вальдман, рав Хаим Штайнер, рав Даниэль Шило и другие раввины. См. ниже, где приводятся пояснения рава Рабиновича к этому постановлению.

    [11]. Вот продолжение этого постановления: «5. Никогда раньше Армия обороны Израиля не ставила своих солдат перед необходимостью идти против своей веры и совести, а также против нравственных и национальных убеждений. Мы призываем правительство и командование армии не заставлять солдат делать выбор между ценностями, на которых основана их жизнь, и армейскими приказами. 6. Мы обращаемся к израильскому правительству и премьер-министру с требованием не допустить раскола в народе и армии, а также сделать все возможное для укрепления единства в народе Израиля в этот нелегкий час».

    В приложении к постановлению говорилось: «Армия обороны Израиля дорога и свята для нас, ее предназначение – защищать Землю Израиля и спасать человеческую жизнь, а не совершать действия, прямо противоположные ее предназначению и ставящие под угрозу безопасность евреев. Кроме того, что Ѓалаха запрещает отдавать врагу части Земли Израиля, половина населения Израиля выступает против этого соглашения, и в народе, как и среди высшего командования армии, возник раскол. Было бы безнравственно вынуждать солдат идти наперекор своей совести и своим религиозным, политическим и моральным убеждениям. Такое требование по отношению к ним – преступление против морали и закона. Мы надеемся, что командование Армии обороны Израиля даст возможность каждому солдату действовать так, как диктуют ему его религиозные взгляды. «Господь даст силу народу Своему, Господь благословит народ Свой миром»».

    09. Решения израильского правительства о территориальных уступках не имеют силы

    Согласно общему правилу Ѓалахи, решения израильского правительства имеют обязательную силу, в соответствии с принципом: «Закон царства обязателен для исполнения», так как, по мнению большинства авторитетов, этот принцип действует и в Земле Израиля (так считают, например, Рамбам и Шульхан арух, Хошен мишпат, 369, 6). Но даже авторитеты, не считающие, что этот принцип действует в Земле Израиля (например, Ран), подразумевают нееврейскую власть, тогда как еврейская власть имеет по крайней мере те же полномочия, что и «старейшины города» (см. Циц Элиэзер, 16, 50). Есть также мнение, что еврейское правительство, избранное народом Израиля, имеет полномочия, подобные тем, которыми обладает царь Израиля. Исходя из этого, решения израильского правительства обязательны для исполнения, как в области уплаты налогов, так и в таких областях как правила дорожного движения, строительство, торговля и т.д. (см. ниже, гл. 6, п.п. 1-5).

    Однако перед государственной законодательной системой ставится важное ограничение: любой закон, противоречащий заповедям Торы, не имеет обязательной силы. Писание доносит до нас слова Всевышнего, обращенные к Йеѓошуа бин Нуну. Всевышний говорит Йеѓошуа, что на него, как на вождя сынов Израиля, возложены полномочия выносить указы и постановления, и всякий, кто восстанет против указов Йеѓошуа, будет предан смерти. Однако далее в стихе приводится оговорка – полномочия Йеѓошуа ограничиваются словами: «Только будь тверд и мужествен» (1:18). Это означает, что постановления Йеѓошуа будут иметь силу лишь при условии, что он исполнит сказанное несколькими стихами выше (там же, ст. 7): «Только тверд будь и очень мужествен, чтобы бережно соблюдать Тору всю, которую завещал тебе Моше, раб Мой; не уклоняйся от нее ни вправо, ни влево, дабы преуспевал ты везде, куда ни пойдешь». Если же указы Йеѓошуа станут противоречить Торе, они не будут иметь никакой силы, и сыны Израиля не должны будут их исполнять (см. Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 49а). По аналогии с вышесказанным, Рамбам постановляет (в «Законах царства», 3, 9), что если царь издает указ, требующий отказаться от исполнения какой-либо заповеди, ему нельзя повиноваться. Ведь царь и сам – раб Царя царей.

    И если таков закон в отношении царя, назначенного пророком и признанного Санѓедрином и всем народом Израиля, то любому другому царю или правительству тем более запрещено выносить постановления, идущие вразрез с заповедями Торы. Например, если какое-либо правительство издаст закон, требующий нарушать субботу, или есть запрещенную пищу (например, свинину), или изгнать евреев со своей земли, тем самым нарушив заповедь заселения Земли Израиля, – то, согласно Торе, подобный закон не будет иметь никакой силы, и весь народ Израиля будет обязан препятствовать его исполнению.

    Поэтому, если правительство запретит евреям селиться в какой-либо части Земли Израиля, этот запрет не будет иметь силы, так как он противоречит заповеди заселения Земли Израиля. Но если евреи захотят поселиться в конкретном месте, правительство имеет право заявить, что им можно селиться не в нем самом, а недалеко от него, при условии, что причиной отказа будут соображения, связанные с благом всего общества, – например, в указанном месте нельзя поселиться потому, что там будет проложено шоссе или посажен лесной массив. Но если правительство запрещает евреям заселять целый район Земли Израиля, поскольку оно не согласно, чтобы там жили евреи, то его указание идет вразрез с заповедью Торы и Божественным обетованием, согласно которому эта земля принадлежит еврейскому народу, и потому оно не имеет никакой силы[9].

    [9]. Рав Горен также постановил (см. ниже, п. 7) на основании слов Рамбама (в «Законах царства», 1, 4) и Сефер ѓа-хинух (заповедь 498), что указания правительства, сформированного с помощью арабских голосов, не имеют никакой силы. Если его не поддерживает большинство евреев, оно не уполномочено выносить никаких постановлений, связанных с судьбой еврейского народа и его правом на свою землю. А рав Аѓарон Соловейчик постановил, что запрещено участвовать в отступлении с территорий Земли Израиля, а тот, кто в нем участвует, нарушает заповедь Торы: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего» (Ваикра, 19:16).

    08. Территориальные уступки как осквернение Имени Всевышнего

    Рамбам в «Законах, связанных с основами Торы» (гл. 5) объясняет, что есть заповедь освящения Имени Всевышнего. Это означает, что еврей должен быть готов к самопожертвованию ради освящения Божественного Имени. Так, если инородцы скажут еврею: «Убей своего ближнего, а иначе мы убьем тебя», – еврей должен умереть, но не нарушить заповедь «не убей». Этот закон касается всех трех строжайших запретов: кровосмешения, кровопролития и идолопоклонства. Грех их нарушения столь тяжек, что после этого жизнь человека утрачивает всякий смысл, поэтому лучше умереть, чем нарушить какой-либо из этих запретов.

    Но в отношении всех других заповедей Торы закон иной. Когда инородцы угрожают убить еврея, если он, к примеру, откажется нарушить субботу или съесть свинину, он должен преступить субботние запреты или съесть запрещенную пищу, чтобы сохранить себе жизнь. Ведь сказано: «»Человек будет жив ими» (Ваикра, 18:5) – а не умирать, исполняя их» (Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 85б).

    Однако важно знать, что вышесказанное относится к ситуации, когда инородцы вынуждают еврея к нарушению заповедей Торы просто ради собственного удовольствия. Но если они пытаются заставить еврея отречься от веры в Бога Израиля и перейти в другую веру, и это происходит в присутствии по крайней мере десяти других евреев, он должен принять смерть, но не предавать свою веру. Ведь это уже не может считаться его личным грехом – такой грех олицетворяет собой всю Тору, и еврей, совершивший его, как бы нарушает все заповеди Торы, тем самым оскверняя Божественное Имя. Поэтому Ѓалаха требует, чтобы он пожертвовал собой и освятил Имя Всевышнего.

    На основании этого закона рав Цви-Йеѓуда Кук, благословенна память праведника, постановил, что на самом деле запрет отступать с территорий Земли Израиля гораздо более строг, так как в нем есть аспект осквернения Имени Всевышнего. Поэтому его нужно соблюдать даже под страхом смерти. Это объясняется тем, что в Танахе многократно повторяется Божественное обетование отдать Землю Израиля еврейскому народу, и это известно всему миру. Значит, арабы восстают против заповеди Торы и Божественной клятвы. Доказательством этому может служить тот факт, что многие арабские государства, не имеющие с нами общей границы, все равно воюют против нас. Эту войну нельзя рассматривать никак иначе, кроме как противостояние нашей вере.

    Из этого следует, что территориальные уступки в Земле Израиля – это тягчайшее осквернение Божественного Имени, поскольку оно совершается не одним человеком, а целым народом, перед лицом всех народов мира. Это усугубляется еще и тем, что речь идет о такой известной на весь мир заповеди как заселение Земли Израиля, ведь любой человек, читавший Танах, знает, что Всевышний обещал эту землю еврейскому народу, и когда народы мира видят, что евреи отказываются от владения собственной землей, пренебрегая Божественным обетованием, нет большего осквернения Божественного Имени, нежели это. Чтобы этого не допустить, мы должны быть готовы самоотверженно защищать нашу святую землю, не уступая ни пяди ее другим народам, ведь Всевышний отдал ее нам, и никому больше.

    И хотя представляется, что запрет на территориальные уступки следует соблюдать и под страхом смерти, тем не менее, если у нас нет никаких шансов на победу, мы не обязаны воевать, поскольку в таком случае мы все равно не сможем защитить нашу землю даже ценой собственной жизни. Ведь если мы погибнем, Землю Израиля захватят наши враги, и Божественное Имя будет осквернено перед всеми народами. Но когда у нас есть возможность защитить нашу святую землю, чтобы она осталась в наших руках, мы обязаны воевать за нее, жертвуя собой, дабы исполнить заповедь Торы. И, благодарение Всевышнему, Он был столь милостив к нам, что возвратил нас на нашу землю и дал нам армию, и теперь мы способны удержать в своих руках всю Землю Израиля, поэтому мы должны самоотверженно защищать ее[8].

    [8]. Мне, по моему скромному мнению, представляется, что после того как наш учитель и наставник рав Цви-Йеѓуда Кук постановил, что мы должны защищать Землю Израиля ради освящения Божественного Имени, то есть стал рассматривать нашу борьбу за Святую землю в религиозном аспекте, любая дискуссия на тему того, укрепят ли территориальные уступки еврейскую власть в других областях Земли Израиля и будут ли они способствовать спасению жизни евреев, – утратила свою актуальность. У этого есть две причины: ѓалахическая и продиктованная действительностью. Согласно Ѓалахе, запрет территориальных уступок мы обязаны соблюдать даже под страхом смерти, и если народ Израиля способен исполнить это требование Ѓалахи, практические доводы за и против просто неуместны. Действительность это подтверждает: если речь идет о религиозной войне, то враг не пойдет ни на какой компромисс – он будет стремиться только к тому, чтобы утвердить свою религию, изгнав всех неверных с территории, которая, по его убеждению, должна находиться под властью ислама. К тому же, нельзя забывать, что в исламе война – это не вынужденная мера, а одна из шести заповедей, которые следует исполнять постоянно. В отличие от подхода иудаизма, согласно которому война – не правило, а исключение, и ее начинают только тогда, когда нет другого выхода, в исламе война – явление естественное и желательное, пока в мире остаются неверные. Единственный способ заставить арабов отказаться от исполнения «заповеди» – показать им, что они недостаточно сильны, чтобы одержать победу. Поэтому любые уступки только повышают их мотивацию к войне или к террору, чтобы достичь установленных ими религиозных целей. Получается, что закон Ѓалахи, связанный с освящением Божественного Имени, в точности соответствует подходу, основанному на оценке действительности.

    Приведенное мной объяснение слов рава Цви-Йеѓуды Кука дано моим отцом и учителем (равом Залманом-Барухом Меламедом, раввином Бейт-Эля и главой ешивы в этом поселении – пер.). Другими словами, еврей обязан принять смерть, но не идти на территориальные уступки в Земле Израиля только тогда, когда от него требуют осуществить отступление на практике, – например, в случае, когда премьер-министру Израиля угрожают, что если он не подпишет договор об отступлении, его убьют, он должен принять смерть. И см. ниже, ответы рава Горена, п. 8, а также слова рава Цви-Йеѓуды (там же) и в примечании.

    07. Запрет идти на территориальные уступки, чреватые опасностью для жизни евреев

    Важный принцип, лежащий в основе запрета передачи врагу частей Земли Израиля, изложен в Вавилонском Талмуде, в трактате Эрувин (45а), где рассматриваются законы субботы и спасения человеческой жизни. Как известно, субботу разрешено нарушать ради спасения жизни, но запрещено – ради спасения имущества. Поэтому наши мудрецы говорят, что если в субботу в еврейское поселение пришел враг, чтобы награбить имущество, то запрещено выступать против него с оружием, нарушая законы субботы, поскольку речь не идет об опасности для человеческой жизни. Однако этот запрет не относится к приграничным поселениям. Если враг хочет похитить в приграничном еврейском поселении даже такую незначительную собственность как сено или солома, то необходимо нарушить субботу, подвергнуть опасности человеческую жизнь и дать врагу вооруженный отпор, – лишь для того, чтобы спасти сено и солому. Это объясняется тем, что если сегодня мы позволим врагам похитить сено или солому, завтра они станут грабить еврейские поселения и убивать мирных жителей. И такое постановление выносит Шульхан арух (Орах хаим, 329, 6).

    Иными словами, благодаря своей проницательности мудрецы поняли, что если мы уступим грабителям в приграничных поселениях даже сено или солому, мы утратим способность устрашать врага и удерживать его от нападения на нас. И тогда притязания инородцев будут неуклонно увеличиваться, и они захотят захватить всю нашу землю, подвергая нас смертельной опасности. Поэтому мудрецы постановили, что ради защиты имущества, принадлежащего жителям приграничных поселений, врагам необходимо дать отпор, даже если для этого нужно нарушить субботу и подвергнуть опасности человеческую жизнь. Исходя из этого, совершенно очевидно, что запрещено уступать арабам какие бы то ни было территории в Иудее, Самарии, секторе Газа или на Голанских высотах, поскольку, согласно мнению наших мудрецов, любые уступки в отношении еврейской собственности в приграничных поселениях, а тем более, приграничных территорий, только раззадорят наших врагов, что может, не дай Бог, способствовать началу очередной войны.

    Если бы все военные эксперты заявили в один голос, что отступление обеспечит нам прочный и продолжительный мир, мы бы, возможно, согласились, что теперь настали другие времена, и отступление больше не чревато для нас опасностью. Однако многие крупнейшие военные специалисты полагают, что уход из Иудеи, Самарии и Газы поставит Израиль под угрозу, и это лишний раз доказывает справедливость слов мудрецов и подтверждает, что в приграничных поселениях мы не должны уступать врагу даже сено и солому, и тем более, нельзя отдавать врагам ни пяди Земли Израиля[7].

    [7]. Об этом неоднократно говорил Любавичский ребе, рабби Менахем-Мендл Шнеерсон, благословенна память праведника. А гаон рав Овадья Йосеф вынес постановление, что ради спасения жизни евреев разрешено идти на территориальные уступки в Земле Израиля. Однако рав Шауль Исраэли выступил с резкой критикой этого мнения. И см. выше, гл. 3, п. 4. Соглашения Осло показали, что правы были те, кто утверждал, что территориальные уступки только усугубят опасность. И хотя на принципиальном уровне рав Шауль Исраэли утверждал, что если в результате отступления с некоторых территорий еврейская власть во всех остальных областях Земли Израиля станет прочнее, то уступки допустимы, на практике отступление с территорий, которые были в наших руках, – например, с Синайского полуострова или некоторых областей Иудеи и Самарии, – только ожесточило террор и усилило давление на Израиль. И см. примечание к следующему пункту.

    06. Краткое изложение основ запрета уступать части Земли Израиля инородцам

    Запрещено уступать инородцам любые части Земли Израиля, даже одну-единственную ее пядь. Это связано с несколькими запретами.

    1) Заповедь заселения Земли Израиля: эта заповедь требует от нас завоевания Земли Израиля, о чем сказано (Бемидбар, 33:53): «И овладейте землею, и поселитесь на ней, ибо вам даю Я землю эту, чтобы владеть ею». И сказано также (Дварим, 11:31): «Ибо вы переходите Иордан, чтобы придти и завладеть землею, которую Господь, Бог ваш, дает вам, и вы овладеете ею и поселитесь на ней». Рамбан (в дополнении к разделу «Заповеди-предписания», п. 4) пишет, что эта заповедь действует во все времена. Такое же постановление выносит Шульхан арух (Эвен ѓа-эзер, 75), и так написано в Питхей тшува (там же, подпункт 6). С этим согласны все авторитеты. И объясняется, что заповедь заселения Земли Израиля необходимо исполнять и тогда, когда это связано с угрозой для жизни отдельных евреев. Ведь Тора заповедала нам завоевать Землю Израиля, а войны без жертв не бывает, значит, при исполнении этой заповеди не следует считаться с опасностью, грозящей отдельным евреям (см. Минхат хинух, 425). А если нам заповедано завоевать Землю Израиля, то само собой разумеется, что запрещено отдавать ее инородцам (и см. выше, гл. 3, п. 1 и 4).

    2) Опасность для жизни: как объясняется в Вавилонском Талмуде (в трактате Эрувин, 45а), и как постановляет Шульхан арух (Орах хаим, 329, 6), любая, даже самая незначительная уступка врагу только усугубляет опасность. Поэтому мудрецы постановили, что необходимо нарушить субботу и даже поставить под угрозу жизнь евреев лишь для того, чтобы дать отпор врагу, напавшему на приграничный город, намереваясь украсть сено или солому. Ведь если мы уступим врагу сено и солому, он перестанет нас бояться, нападет на наши города и станет убивать мирных жителей. И тем более запрещено отдавать врагу целые поселения (это правило будет объяснено подробнее в следующем пункте).

    3) Запрет «Да не живут они в земле твоей»: помимо общенациональной заповеди наследовать Землю Израиля Тора возложила на нас заповедь: «Да не живут они в земле твоей» (Шмот, 23:33). В связи с этим Рамбам постановляет (в «Законах, связанных с идолопоклонством», 10, 6): когда мы правим в Земле Израиля и обладаем достаточной силой, мы не должны допускать, чтобы инородцы, не имеющие статуса «прозелита-жителя» (гер тошав), жили на нашей земле. Однако законоучители расходятся во мнениях в вопросе, на кого именно распространяется этот запрет Торы. Есть мнение, что только тот инородец, который в присутствии бейт дина принял обязательство соблюдать семь заповедей сынов Ноаха, основываясь на вере в Бога Израиля, считается «прозелитом-жителем» и имеет право жить в Земле Израиля, когда в ней правят евреи. Согласно другому мнению, даже если инородец не принял такое обязательство перед лицом бейт дина, но на деле он не занимается идолопоклонством и соблюдает семь заповедей сынов Ноаха, ему не запрещено жить в Земле Израиля. По этому мнению, добродетельные мусульмане могут жить на этой земле, поскольку их религия не является идолопоклонством. Однако арабы, враждующие с нами, разумеется, не соблюдают семь заповедей сынов Ноаха, поскольку они восстают против Бога Израиля, поддерживают террористов, тем самым нарушая заповедь «Не убей», и не способствуют тому, чтобы убийцы предстали перед лицом закона, что является нарушением заповеди поставить судей, вершащих справедливый суд. Получается, что, согласно обоим мнениям, когда мы правим в Земле Израиля и обладаем достаточной силой, мы обязаны изгнать террористов и их пособников. И тем более, мы не должны отдавать им территории, на которых будут селиться все новые и новые инородцы, не соблюдающие семь заповедей сынов Ноаха (и см. выше, п. 1).

    4) Запрет «Не дай им обосноваться» (Дварим, 7:2): мудрецы объясняют, что запрещено продавать или сдавать в аренду инородцам земельные наделы в Стране Израиля, чтобы они не могли в ней обосноваться (см. Вавилонский Талмуд, трактат Авода зара, 20а). Этот запрет является дополнением к запрету «Да не живут они в земле твоей», притом, что запрет «Да не живут» возлагается на весь еврейский народ, а запрет «Не дай им обосноваться» – на каждого отдельного еврея, которому запрещено продавать дом или поле в Земле Израиля инородцу, не имеющему статуса «прозелита-жителя». И тем более, запрещено уступать арабам, не соблюдающим семь заповедей сынов Ноаха, любые части Земли Израиля (и см. выше, п. 1).

    5) Запрет «А земля не может быть продаваема навеки»: в Торе (Ваикра, 25:23) говорится: «А земля не может быть продаваема навеки, ибо Моя земля; вы же пришельцы и поселенцы у Меня». Рамбан, на основании слов мудрецов, делает из этого стиха вывод: запрещено продавать инородцу любые земельные наделы в Стране Израиля, потому что в пятидесятый год (йовель) эти земли не будут возвращены их изначальным владельцам-евреям (см. Рамбан, разд. «Заповеди-запреты», 227). И тем более запрещено просто так отдавать инородцам земли в наделе, дарованном Всевышним нашим праотцам.

    6) Запрет лишать еврея дома в Земле Израиля: ни один правитель и ни одно правительство в мире не имеет права отнять у еврея его дом в Земле Израиля. Святой, благословен Он, даровал Землю Израиля еврейскому народу, и каждый еврей имеет в ней свой собственный надел, который никто не может у него отнять. Никакая власть не имеет права выгнать еврея из законно приобретенного или построенного им дома в Земле Израиля. Поэтому запрещено подписывать любые договоры, основанные на изгнании евреев из принадлежащих им домов (см. ниже, п. 8)[6].

    7) Запрет осквернения Имени Всевышнего: если народы мира оказывают на нас давление, требуя уступить инородцам части Земли Израиля, дарованной нашим праотцам и нам Самим Всевышним, то, поддавшись этому давлению, мы оскверним Его Имя. На нас возложена заповедь освящать Его Имя, противостоя всякому давлению на нас со стороны народов мира (этот принцип будет объяснен подробнее в п. 6).

    [6]. Широко известна полемика ранних законоучителей в отношении вопроса, действует ли ѓалахический принцип «Закон царства обязателен для исполнения» в Земле Израиля. По мнению Рана (в комментарии к трактату Недарим, 28а), этот принцип имеет силу только за пределами Земли Израиля, поскольку все другие страны в мире принадлежат тем, кто в них правит, поэтому еврей, живущий в любой стране за пределами Святой земли, обязан подчиняться ее законам. А Земля Израиля принадлежит всему еврейскому народу, и потому Ѓалаха не обязывает каждого еврея, живущего в этой земле, подчиняться тому, кто ею управляет. И только если в Земле Израиля существует еврейская власть, обладающая с точки зрения Ѓалахи теми же полномочиями, что и царь Израиля, еврей обязан подчиняться ее законам. Рамбам же и большинство других авторитетов считают, что принцип «Закон царства обязателен для исполнения» имеет силу и в Земле Израиля, потому что сам факт, что существующая власть получила поддержку всего народа, наделяет ее полномочиями управлять народом и устанавливать законы. Однако никто из авторитетов не спорит с основной сутью слов Рана (и так пишет Рашба, там же): что, по всем мнениям, ни одна власть в мире не имеет права изгнать еврея с надела в земле его праотцев.

    05. Политика, отвечающая современной ситуации

    Тем не менее, заповедь Торы: «Не заключай с ними союза и не дай им обосноваться» остается в силе, и мы должны стремиться найти путь к исполнению этой заповеди в соответствии с современными нравственными нормами.

    Вероятно, наиболее правильный способ продвигаться к исполнении этой заповеди заключается в социально-экономической политике, которая будет стимулировать мирную эмиграцию тех, кто не принимает ценностей еврейского народа[3]. Кроме того, вполне возможно, что нам еще придется пережить войны и различные кризисы, и если перед нами будет всегда стоять наша цель, мы сможем действовать так, чтобы исходом войны стало изгнание враждебно настроенных инородцев из нашей страны.

    Но пока мы не имеем возможности изгнать их из Земли Израиля, остается в силе основополагающая заповедь относиться ко всем людям с уважением и любовью. Ведь мы стремимся построить здесь общество, направленное на претворение в жизнь идеалов Торы, таких как мир и сотрудничество с другими народами, а не пронизанное атмосферой ксенофобии[4].

    В любом случае, поиск глубокого и истинного решения проблемы враждебно настроенных инородцев в Земле Израиля может оказать реальную помощь и другим странам, которые сталкиваются с подобными проблемами[5].

    [3]. Например, существуют разные позиции относительно ответственности государства за благосостояние своих граждан, как с нравственной, так и с экономической точки зрения. Капиталистический подход снижает степень этой ответственности, а социалистический повышает. В нашей ситуации, когда мы стремимся исполнить заповедь Торы, нам следует отдавать предпочтение капиталистической позиции, которая гласит, что предоставление прав неразрывно связано с исполнением обязанностей по отношению к государству.

    [4]. О том, каково должно быть наше принципиальное отношение к представителям других народов, пишет наш великий наставник рав Кук в книге Мидот Раайя (разд. «Любовь», п. 5): «Любовь к каждому человеку должна жить в наших душах и сердцах… А также любовь ко всем народам. Мы должны желать им духовного и материального расцвета и благополучия. Ненависть же следует испытывать только к грешникам и ко всему гадкому и низменному, что есть в мире. Везде, где в Писании говорится о ненависти к другим народам, имеется в виду грех, который разъединяет народы и сеет в мире вражду и разрозненность… Мы же должны знать, что жизнь, свет и святость всегда пребывают там, где есть образ и подобие Бога, которыми наделен человек – каждый человек и каждый народ». Там же, п. 10: «Любовь к людям нужно постоянно развивать в себе… как согласно требованию Торы, так и с точки зрения универсальной морали. Эта любовь должна наполнять все уголки души и распространяться на каждого человека, независимо от культурных и религиозных различий… Ибо только в душе, богатой любовью к каждому человеку, может возникнуть и гордо существовать во всем величии любовь к своему народу».

    [5]. Левые движения отрицают решающее значение национальной и религиозной идентичности. Поэтому они поддерживают прием беженцев с другим религиозным и культурным фоном и их право выражать свою идентичность публично, даже если она противостоит национальной идентичности местных жителей и наносит им ущерб. Это привело к серьезному противостоянию с мусульманскими иммигрантами во многих странах Европы.

    Вклад, который иудаизм может предложить правым движениям в Европе, – это принятие модели «прозелита-жителя» (гер тошав), в качестве условия получения гражданских. Это позволит им сохранить национальную идентичность государств наряду со справедливым и уважительным отношением к иммигрантам. Гер тошав должен принять два принципа: 1) признание национальной и религиозной идентичности местного населения и принятие на себя бремени национальных задач при столкновении с врагом или с конкурирующими культурами; 2) соблюдение семи заповедей потомков Ноаха, подразумевающих нормативное поведение, соответствующее нормам морали, в том числе решительное неприятие убийства и грабежа и безоговорочное соблюдение закона. Тому, кто принимает эти условия, должны быть предоставлены полные гражданские права. В Торе (Ваикра, 19:34) об этом сказано: «Как местный житель среди вас да будет у вас пришелец, проживающий у вас; люби его, как самого себя». Но если возникнет опасение, что чрезмерное количество иммигрантов может затушевать национальную идентичность государства, то государство будет ограничивать количество иммигрантов, даже если те готовы принять принципы жизни гер тошав. А тем, кто не желает принимать указанные принципы, не уважает культуру большинства и его позицию, кто занимается воровством, торговлей наркотиками и т.п., – не следует предоставлять гражданские права, и их необходимо депортировать обратно в страну исхода. Нужно отметить, что евреи диаспоры всегда вели себя по отношению к принявшим их государствам как «прозелиты-жители».

    04. Причины, не позволяющие исполнить заповедь изгнания инородцев из Земли Израиля

    По многим причинам мы не можем изгнать из Земли Израиля неевреев, которые не исполняют семь заповедей потомков Ноаха согласно указанию Торы. Во-первых, заповедь изгнания мы обязаны исполнять только тогда, когда у нас есть на это силы; если же над нами довлеет рука народов, мы не имеем возможности исполнить эту заповедь (см. Рамбам, Законы, связанные с идолопоклонством, 10, 6). Подобно тому, при исполнении заповеди заселения Земли Израиля мы тоже не должны полагаться на чудо и воевать в полном одиночестве против всего мира. Поэтому сегодня, когда мировые державы не поддерживают политику изгнания нееврев, и Государство Израиль во многом зависит от их поддержки, считается, что над нами довлеет рука народов, и мы не имеем возможности изгнать из Земли Израиля арабов, открыто выступающих против нас, и тем более их семьи и враждебное население некоторых городов и деревень.

    К тому же, мы не может это сделать также из соображений поддержания мира. Ведь любая подобная инициатива с нашей стороны нарушит мирный баланс, существующий между странами, и получится, что мы нарушим заповедь Торы, требующую от нас поддержания мирных отношений с другими народами (см. Вавилонский Талмуд, трактат Гитин, 59а; Рамбам, Дары бедным, 1, 9).

    Более того, в последних поколениях, благодаря нравственному влиянию Торы, другие народы приняли законы, защищающие права национальных меньшинств. Поэтому, чтобы не осквернять перед всем миром Имени Всевышнего, мы не можем изгнать из Земли Израиля арабов, представляющих здесь национальное меньшинство. Ведь, согласно правилу Ѓалахи, евреям не может быть разрешено то, что запрещено другим народам (см. трактат Санѓедрин, 59а). И если по законам, принятым в других странах, запрещено изгонять представителей национальных меньшинств, даже враждебных к остальному населению, – то Израилю следует, насколько это возможно, учитывать эту моральную позицию, тем более что речь идет об обязательных международных соглашениях.

    03. Вопрос проживания неевреев в Земле Израиля в свете заповеди заселения этой земли

    Тора запрещает инородцам жить в Земле Израиля не только потому, что евреи могут перенять их обычаи, но и с учетом того соображения, что евреи обязаны исполнять заповедь заселения этой земли. Об этом сказано (Бемидбар, 33:53): «И овладейте землею, и поселитесь на ней, ибо вам даю Я землю эту, чтобы владеть ею». Раши поясняет: «»И овладейте землею» – отвоюйте ее у ее жителей; «и поселитесь на ней» – только тогда вы сможете жить на ней. Если же не отвоюете ее, не сможете жить на ней». А в комментарии Сифтей хахамим говорится: «Слово «овладейте» указывает на изгнание».

    Далее в книге Бемидбар (там же, ст. 55-56) сказано: «Если же вы не прогоните жителей той земли от себя, то будут те, которых вы оставите из них, колючками в глазах ваших и шипами в боках ваших, и стеснят они вас на земле, в которой вы поселились. И будет, как думал Я сделать им, сделаю вам». Кроме того, злодеи, творящие убийства и грабежи, хуже идолопоклонников, даже если их религия не является идолопоклонством. В особенности это касается тех, кто выступает против Торы Израиля.

    К тому же, очевидно, что все законы, связанные с запретом «Да не живут они в земле твоей», относятся к мирному времени или к периодам умеренных столкновений. А во время войны действуют иные законы: каждый противник рассматривается не как отдельный человек, а как представитель народа, воюющего против нас. Поэтому все население, ведущее с нами войну, должно быть изгнано из Земли Израиля, согласно заповеди «Да не живут они в земле твоей», в соответствии с задачами военного времени. Именно так действовало молодое Государство Израиль во время Войны за независимость. Оставить в Земле Израиля можно только тех инородцев, о которых доподлинно известно, что они нас активно поддерживали, как было в Иерихоне с блудницей Рахав и ее семейством.

    02. Отношение Ѓалахи к проживанию арабов в Государстве Израиль

    После основания Государства Израиль многие выдающиеся раввины обсуждали вопрос, какой статус имеют арабы, живущие в его пределах, и не обязаны ли мы с точки зрения Ѓалахи прилагать усилия к их изгнанию.

    По мнению многих крупнейших авторитетов, любому нееврею, не имеющему статуса «прозелита-жителя», запрещено жить в Земле Израиля. Эти авторитеты считают, что именно таково мнение Рамбама (приведенное в «Законах, связанных с идолопоклонством», 10, 6). На первый взгляд, из этого следует, что арабов следует изгнать из Земли Израиля, поскольку они не имеют статус «прозелитов-жителей», ведь в наши дни, когда у нас нет возможности соблюдать заповедь о пятидесятом годе, бейт дин не имеет полномочий давать инородцам такой статус. Однако некоторые раввины – в первую очередь, рав Герцог, верховный раввин Израиля, – пояснили, что в наши дни запрет касается въезда в Землю Израиля неевреев, живущих за ее пределами. Сегодня мы не имеем возможности присвоить им статус «прозелитов-жителей», поэтому мы обязаны воспрепятствовать их въезду в Землю Израиля. Что же касается арабов, которые уже здесь живут, то поскольку на практике они соблюдают семь заповедей сынов Ноаха и признают право еврейского народа на возвращение в свою землю, мы не обязаны их изгонять и должны относиться к ним с любовью и уважением (см. ниже, п. 5).

    Но спустя несколько десятилетий стало ясно, что на самом деле многие арабы, живущие в Земле Израиля, не принимают еврейскую гегемонию. Кроме того, многие из них не соблюдают семь заповедей сынов Ноаха: одни сотрудничают с террористами, тем самым нарушая заповедь «Не убей», другие не прилагают усилий для того, чтобы террористы предстали перед законом, как того требует седьмая заповедь (см. Рамбам, «Законы царства», 9, 14). Таким образом, многие из них недостойны статуса «прозелитов-жителей», и на нас возложена заповедь изгнать их из Земли Израиля.

    Сегодня мы не можем знать наверняка, сколько процентов арабского населения Израиля достойны такого статуса. Ведь, к сожалению, израильское правительство отдало арабское население на милость террористических группировок, получивших от него власть и оружие. Поэтому, только после того как мы изгоним с территорий внутри зеленой черты и вне ее всех арабов, открыто поддерживающих войну против нас, мы сможем поставить оставшееся население перед решающим выбором: жить здесь согласно принципам морали и справедливости, основанным на еврейской традиции и соответствующим статусу «прозелита-жителя», или эмигрировать в другие страны.

    Заповедь, требующую изгнать из Земли Израиля инородцев, не соблюдающих семь заповедей сынов Ноаха, мы обязаны исполнять, если это в наших силах. А когда другие народы преобладают над нами, у нас нет такой возможности (см. Рамбам, «Законы, связанные с идолопоклонством», 10, 6). По всей вероятности, сегодня, когда мы находимся под международным давлением, считается, что «другие народы преобладают над нами». Но, как бы то ни было, мы не освобождены от обязанности искать возможные пути исполнения этого Божественного повеления. И даже если у нас нет силы, достаточной для того, чтобы изгнать из Земли Израиля наших врагов, на нас возложена заповедь способствовать их эмиграции из нашей страны с помощью мер, признанных законными в современном мире[2].

    [2]. В скобках отмечу: мне, по моему скромному мнению, представляется, что христианское население Земли Израиля ближе к статусу «прозелитов-жителей», чем мусульманское. Правда, с точки зрения своих верований мусульмане предпочтительнее христиан, поскольку мусульманство не является идолопоклоннической религией, как писал Рамбам (в «Законах, связанных с идолопоклонством», 9, 4 и в «Законах запрещенной пищи», 11, 7). А вот что писал Рамбам в своих респонсах рабби Овадье Прозелиту (ответ 448): «Ишмаэлиты же вовсе не являются идолопоклонниками. Идолопоклонство уже устранено из их уст и сердец, и они безоговорочно признают, что Господь Всевышний един». Что же касается христиан, то Рамбам писал, что с ними запрещено вести дела в воскресенье, когда они отправляют свой культ. Тем не менее, на практике принято считать, что большинство христиан не имеют тесной связи с идолопоклонством, а просто исполняют обычаи своих отцов (а в Тосафот к трактату Хулин, 13б, сказано, что на инородцев, живущих в Земле Израиля, это тоже распространяется). Поэтому с ними можно вести дела в воскресенье, согласно менее строгому толкованию закона. Более того, Ѓа-Меири писал (в комментарии к трактату Бава кама, 113а, как говорится в Шита мекубецет, и к трактату Йома, 84б), что христиане, живущие в Земле Израиля, рассматриваются с точки зрения Ѓалахи как «прозелиты-жители». Вот что писал в связи с этим Маѓариц Хиют: «Христиане, которые верят в то, что вера и учение были даны с Небес… без сомнения, рассматриваются у нас как «прозелиты-жители»… И хотя они примешивают к своему культу верования в других божеств, уже писали Ран и рабейну Йерухам от имени Тосафот (к трактату Бехорот, 2б, со слова шема), и их слова приводит Рама, Орах хаим, п. 156, что на инородцев не возложена заповедь верить в безраздельное единство Господа…». А Рамбам в комментарии к Мишне, к трактату Хулин (1:2), писал, что следует быть снисходительными к заблудшим в вере во времена, когда положение Израиля среди народов принижено. А в своих респонсах Рамбам писал, что христиан, в отличие от мусульман, разрешено учить Торе, чтобы приблизить их к вере во Всевышнего, поскольку христиане ближе к нашей вере, нежели мусульмане, ведь они верят в Священное Писание, тогда как мусульмане его отрицают. И да будет на то высшая воля, чтобы в скором времени исполнились слова пророка (Цфанья, 3:9): «Ибо тогда изменю Я язык народов [и сделаю его] чистым, чтобы все призывали Имя Господа, чтобы служили Ему единодушно».

    01. Проживание неевреев в Земле Израиля

    Наш великий идеал состоит в том, чтобы Земля Израиля была заселена евреями, на Храмовой горе в Иерусалиме стоял Храм, и вся наша национальная жизнь основывалась на заповедях Торы и была пронизана духом нравственности и святости. Вот что говорит об этом пророк (Йешаяѓу, 2:2-4): «И будет, в последствии дней утвердится гора дома Господня как вершина всех гор, и возвысится над холмами, и устремятся к ней все народы. И пойдут многие народы, и скажут: «Давайте взойдем на гору Господню, в дом Бога Яакова, чтобы Он научил нас путям Своим и чтобы пошли мы стезями Его». Ибо из Сиона выйдет Тора и из Иерусалима – слово Господне. И рассудит Он народы, и даст поучение многим народам; и перекуют они мечи свои на орала, и копья свои – на садовые ножницы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать».

    В Торе приводятся два запрета, касающиеся проживания неевреев в Земле Израиля. Первый запрет имеет общенациональный характер, то есть обязывает весь еврейский народ. Он приводится в книге Шмот (23:32-33): «Не заключай союза ни с ними, ни с богами их. Да не живут они в земле твоей, а то введут тебя в грех против Меня; если служить будешь богам их, то станет это для тебя западнею». Второй запрет имеет индивидуальный характер и обращен к каждому еврею. Это запрет продавать землю инородцу, чтобы тот не мог обосноваться в Земле Израиля: «…не заключай с ними союза и не дай им обосноваться. И не роднись с ними […] Ибо отвратят сына твоего от Меня, и они будут служить иным божествам…» (Дварим, 7:2-4). Крупнейшие ранние и поздние законоучители спорят, к каким именно народам относятся указанные запреты. В этом вопросе существуют три основных мнения.

    Согласно первому мнению, запрет «Да не живут они в земле твоей» относится только к семи кнаанейским народам, которых имела в виду Тора, возлагая на сынов Израиля этот запрет перед завоеванием Земли Израиля. Запрет же «Не дай им обосноваться» распространяется и на другие народы, что согласуется со вторым и третьим мнениями, приведенными ниже (первого мнения придерживаются Раши, Раавад, автор Сефер мицвот гадоль).

    Второе мнение гласит, что оба запрета действуют во всех поколениях и относятся к идолопоклонникам и всем инородцам, не соблюдающим семь заповедей сынов Ноаха. Именно в отношении них возникает опасение, что они введут в грех сынов Израиля. Но если инородец не отправляет на практике какой-либо из языческих культов и соблюдает семь заповедей сынов Ноаха, то указанные запреты на него не распространяются (так пишут Кесеф мишне в комментарии к словам Рамбама и Мизбеах адама). Перечислим семь заповедей сынов Ноаха: запрет идолопоклонства, запрет кровосмешения, запрет напрасного кровопролития, запрет воровства, запрет «благословлять» Всевышнего (это эвфемизм; имеется в виду запрет Его поносить), запрет есть мясо, отрезанное от живого животного, и обязанность назначить судей, чтобы они творили правосудие.

    Согласно третьему мнению, оба запрета Торы относятся к любому инородцу, не имеющему статуса «прозелит-житель» (гер тошав). Ему нельзя жить в Стране Израиля, а евреям запрещено продавать или сдавать ему в аренду землю. Для того чтобы получить статус «прозелита-жителя», инородец должен выполнять два условия: соблюдать семь заповедей сынов Ноаха и верить в Господа, Бога Израиля, безоговорочно принимая абсолютную еврейскую гегемонию в Стране Израиля согласно заповеди Торы. Однако Рамбам добавляет, что во времена, когда не соблюдается заповедь о пятидесятом годе (йовель), раввинские суды не уполномочены присваивать инородцам статус «прозелита-жителя». Значит, сегодня, когда у нас нет возможности соблюдать заповедь о пятидесятом годе, инородцам запрещено, согласно третьему мнению, жить в Стране Израиля. Это мнение основано на том, что, по указанию Торы, в Святой земле должен жить святой народ, и пока инородец официально не принял на себя обязательство жить в соответствии с принципами Торы Израиля, он может повлиять на общество отрицательно (таково мнение Рамбама, согласно сказанному в Магид мишне и Минхат хинух. Того же мнения придерживаются Ритва и Нацив из Воложина)[1].

    [1]. Мнение, что запрет «Да не живут они в земле твоей» относится только к семи кнаанейским народам, приводят Раши (в комментарии к трактату Гитин, 45а), Раавад (в критических замечаниях к «Законам, связанным с идолопоклонством», 10, 6) и Сефер мицвот гадоль (Заповеди-запреты, 47, 49). Однако представляется, что даже по их мнению, запрет «Не дай им обосноваться» распространяется на всех инородцев (что согласуется со вторым и третьим мнениями). Что же касается мнения Рамбама, приведенного в «Законах, связанных с идолопоклонством» (10, 6), то в отношении него законоучители расходятся во мнениях. Кесеф мишне считает, что любому инородцу, соблюдающему на практике семь заповедей сынов Ноаха, не запрещено жить в Земле Израиля. Мизбеах адама с ним соглашается. Именно таково второе из трех существующих мнений. Однако большинство авторитетов полагает, что, по мнению Рамбама, в Земле Израиля может жить только инородец, получивший от имени раввинского суда (бейт дина) статус «прозелита-жителя». А в наши дни этот статус получить невозможно. Такое объяснение словам Рамбама дает Раавад (хотя сам он придерживается другого мнения). Точно так же понимают слова Рамбама Магид мишне и Минхат хинух. Рав Рабинович в своем труде Яд пшута (Законы, связанные с идолопоклонством, 10, 7) пишет, что есть два вида инородцев, имеющих статус «прозелита-жителя». К первому виду относятся инородцы, официально получившие такой статус через раввинский суд. По отношению к таким людям дается обязательство, что они имеют право жить в Земле Израиля, и евреи обязаны им помогать. Однако это возможно только тогда, когда действует заповедь о пятидесятом годе (йовель). Ко второму виду относятся инородцы, на практике отвечающие всем требованиям, предъявляемым к «прозелитам-жителям». Таким людям не запрещено жить в Земле Израиля, но на евреев не возложена заповедь их поддерживать.

    Третьего мнения придерживаются также Ритва (как сказано в его комментарии к трактату Макот, 9а) и Кафтор ва-ферах. Такой же вывод можно сделать на основании сказанного в Мидраше Ялкут Шимони (к гл. Мишпатим, ремез 361). В отличие от этого, на основании сказанного в Мехильте рабби Шимона бар Йохая (гл. 23, 33) можно прийти к выводу, что он следует второму мнению. Вывод о приверженности второму мнению можно сделать также из сказанного у Радака в комментарии к Шмуэль 2, 24:23, а также в Сефер йерэим, п. 315. В принципе, запреты «Да не живут они в земле твоей» и «Не дай им обосноваться» сочетаются друг с другом. Так пишет рав Кук, и такое объяснение приводит рав Шломо Горен.

    От исхода этой полемики зависит ответ на вопрос, разрешается ли продавать арабам поля в седьмой год (шмита). По мнению Нацива из Воложина и некоторых других поздних законоучителей, практический закон соответствует третьему мнению, поэтому запрещено продавать поля неевреям в год шмиты. А те авторитеты, которые поддерживают разрешение временно продавать поля неевреям в год шмиты (ѓетер мехира), – среди них рав Ицхак-Эльханан Спектор, рав Исраэль-Йеѓошуа из Кутны и рав Могилевер, а позднее и рав Кук, – полагаются в случае необходимости на второе мнение, согласно которому разрешено продавать поля в Земле Израиля нееврею, соблюдающему на практике семь заповедей сынов Ноаха, тем более, если речь идет о временной продаже, всего на один год, и заранее ставится условие, что по истечении этого срока нееврей возвратит поле еврею, и все это предназначено для того, чтобы поддержать еврейское заселение Земли Израиля.

    18. В наши дни это разрешение упразднено

    На основании сказанного в Торе мы приходим к выводу, что закон о «женщине, красивой видом», действует только постфактум (бедиавад), в случае, когда нет иного выхода, и если это будет запрещено, то человек поведет себя гораздо хуже. И хотя бедиавад это разрешено, Тора постаралась отдалить нас от этого насколько возможно. Поэтому далее в стихах она намекает: возникает серьезное опасение, что этот брак не принесет супругам счастья и благословения.

    В наши дни, когда существует международный закон, запрещающий наносить ущерб гражданскому населению завоеванной страны, закон о «женщине, красивой видом» упразднен. И хотя в некоторых странах до сих принято, что солдаты победившей армии убивают мужчин и насилуют женщин, – тем не менее, в большинстве стран мира законы войны изменились к лучшему под влиянием нравственных идеалов Торы. Поэтому закон о «женщине, красивой видом» был упразднен, и теперь в любой ситуации действует лишь один закон, который гласит, что мужчине и женщине разрешено вступать в интимные отношения только в рамках брачного союза, отвечающего всем требованиям Ѓалахи.

    Параграфы в главе

    Жемчужины Ѓалахи We use cookies to ensure the website functions properly and improve user experience. You can choose which types of cookies to enable.
    Cookie Selection


    Privacy Policy

    Книги: