צוות האתר

01. Основы запрета килаим в винограднике

Запрещено сеять злаковые культуры или овощи рядом с виноградными лозами или сажать виноградные лозы рядом со злаковыми или овощами. Если же этот запрет был нарушен, то и виноград, и вторую культуру запрещено употреблять в пищу или использовать каким-либо иным образом. Об этом сказано (Дварим, 22:9): «Не засевай в винограднике твоем злаковых семян (килаим), а то освятятся и урожай посева, который посеешь ты, и плоды виноградника [запрещены будут для пользования]». Слово «освятятся» означает здесь «осквернятся и станут запрещенными». Нельзя пользоваться даже соломой от злаковых и стволами виноградных лоз. Их заповедано сжечь или уничтожить каким-либо другим способом, чтобы кто-нибудь по ошибке ими не воспользовался (см. выше, гл. 2, прим. 3). При этом запрещено топить ими печь для обогрева или готовки, так как нельзя извлекать из них никакую пользу (см. Рамбам, Законы килаим, 5, 7). Запрет выращивать килаим в винограднике действует согласно Торе в Земле Израиля, а согласно постановлению мудрецов – и за ее пределами (см. ниже, п. 4).

Согласно Торе, запрет килаим относится к виноградным лозам и посаженным с ними вместе пяти видам злаковых (пшеница, ячмень, полба, овес, рожь), либо китнийот, либо овощам. Он не относится к деревьям различных видов, даже небольшим. Если над плодами произносят благословение борэ при ѓа-эц («…сотворивший плоды дерева»), то на них не распространяется запрет килаим в винограднике. С другой стороны, этот запрет распространяется на любое растение, над которым произносят борэ при ѓа-адама («…сотворивший плоды земли»; см. выше, гл. 2, п. 8).

Что касается специй, над которыми не произносят борэ при ѓа-адама, потому что их не едят сами по себе (см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 8, п. 14), – если они представляют собой растения, над которыми, если бы их ели отдельно, произносили борэ при ѓа-адама, то на них распространяется запрет килаим в винограднике.

Мудрецы запретили сажать в винограднике также травы и овощи, которые обычно предназначаются в пищу скоту. Но не запрещено сажать растения, которые, как правило, не предназначаются даже для скота (см. Левуш, 296, 2).

Некоторые авторитеты говорят, что запрет килаим в винограднике распространяется и на растения, которые выращивают ради аромата; согласно другому мнению, выращивать такие растения в винограднике разрешается. На практике изначально (лехатхила) в этом вопросе желательно придерживаться более строгого толкования закона, но если человек хочет посадить в винограднике такие растения, то ему это разрешено. Что же касается декоративных растений, то на них запрет килаим не распространяется. Поэтому разрешено сажать под виноградными лозами траву и цветы, которые обычно не идут в пищу животным, даже если их можно использовать в медицинских целях^[1].

03. На каком расстоянии друг от друга нужно сажать посевы, чтобы не нарушать запрет килаим

Основополагающее правило, связанное с законами килаим в отношении посевов, гласит: если видно, что посевы двух видов отделены друг от друга, это не является нарушением запрета килаим; а если со стороны кажется, что они смешаны, то сажать их таким образом запрещено. Чем поле больше, тем дальше друг от друга нужно сажать посевы, чтобы разграничение между ними было четко видно. Кроме того, закон зависит также от количества, величины и длины листьев. Поскольку злаковые культуры имеют длинные стебли и листья, расстояние между ними должно быть больше, тогда как большинство овощей требует меньшего расстояния, за исключением видов с большими листьями.

Овощи: согласно заповеди Торы, разные виды овощей нужно сажать на расстоянии ладони (тефах, ок. 8 см) друг от друга. Мудрецы установили «ограду» вокруг этой заповеди Торы, увеличив расстояние до полутора ладоней (ок. 12 см). Если посевы двух видов были посажены друг от друга на расстоянии, которого требует Ѓалаха, однако выросшие листья касаются друг друга, это не является нарушением запрета килаим, так как между стеблями, растущими из земли, есть расстояние в полторы ладони. Исключение из этого правила составляют отдельные виды овощей (например, тыква), имеющие очень большие листья, которые часто обвиваются вокруг соседних посадок. В таком случае нужно следить за тем, чтобы листья обоих видов не касались друг друга. Вышесказанное относится к овощам, растущим на грядках; если же речь идет о двух полях, засаженных разными видами овощей, то их должен разделять квадрат со сторонами в один локоть (ама, ок. 50 см), а во всех других местах эти поля должна разграничивать полоса шириной примерно в тефах^[4].

Злаковые: поскольку злаковыми культурами обычно засаживают большие территории, расстояние между ними тоже должно быть больше. По Торе оно должно составлять один локоть, а мудрецы установили «ограду» вокруг этой заповеди и вынесли постановление, что расстояния в один локоть достаточно только тогда, когда речь идет о небольших территориях шириной менее локтя, а если злаковые посеяли на территориях средней величины, ширина которых составляет как минимум локоть, то их должен разграничивать квадрат со стороной в два локтя (то есть около 1 м), а после этого разграничительная территория должна укорачиваться по диагонали таким образом           , пока между полями не останется хоть какое-то расстояние. Если же, как это бывает чаще всего, урожай посеяли на больших полях, то их должен разделять квадрат со стороной примерно в 5 м, а в других местах следует оставить промежуток в два локтя вдоль обоих полей^[5].

В отношении бобовых культур и китнийот авторитеты полемизируют, распространяется ли на них тот же закон, что и на овощи, или тот же закон, что и на злаковые. И поскольку здесь возникает сомнение, необходимо, чтобы территории, засеянные разными видами бобовых или китнийот, разделяла полоса шириной в локоть, независимо от величины поля^[6]. Если рядом с овощами или китнийот сажают злаковые культуры, или овощи рядом с китнийот, то законы в таких случаях очень сложные и зависят от размера участка. В любом случае, они не более строгие, чем в отношении злаковых.

Если между двумя полями установлена перегородка высотой в 10 ладоней (ок. 80 см), то нет необходимости в дополнительном разграничении, даже если перегородка сплетена из тростника, стебли которого отстоят друг от друга не более чем на три ладони. Такой перегородки достаточно, чтобы отделить посевы друг от друга. Даже если известно, что под землей корни двух видов посевов переплетаются, это не является нарушением запрета килаим, так как видно, что посевы разделены перегородкой. Подобно тому, если между полей проходит дорога шириной в 4 локтя (1.84 м) или вспаханная полоса такой же ширины, то нет необходимости разграничивать поля большим квадратом (со стороной в 5 м).

02. Запрет марит аин в отношении посевов, имеющих статус килаим

^[2]Согласно Торе, запрет килаим нарушается, когда кто-то преднамеренно сеет или выращивает вместе две культуры разных видов. Если же такие культуры выросли в его поле самостоятельно, без того чтобы он был в этом заинтересован, это не является нарушением запрета килаим. Однако мудрецы запретили владельцу поля выращивать у себя посевы, имеющие статус килаим, даже если у него нет в этом никакого интереса. Этот запрет мудрецов основан на запрете марит аин. Ведь поскольку поле открыто посторонним взглядам, прохожие могут подумать, что его владелец пренебрегает соблюдением заповедей Торы, и это приведет к осквернению Имени Всевышнего. Поэтому, если человек, который хочет засеять свое поле пшеницей, увидит, что с зернами пшеницы смешались зерна ячменя, то он может использовать эти зерна для посева лишь при условии, что колосья ячменя, которые вырастут из зерен, покроют не более одной двадцать четвертой площади поля (1/24 – 4.16%). Это объясняется тем, что при таком небольшом количестве примешавшихся зерен запрет марит аин не нарушается. Ведь каждый, кто увидит эти посевы, поймет, что ячмень вырос в поле против воли хозяина. И хотя в поле, засеянном пшеницей, запрещено сеять даже одно-единственное ячменное зерно, и если человек преднамеренно подмешал к пшеничным зернам одно ячменное, то ему запрещено сеять пшеницу, пока он не извлечет из нее ячмень, – тем не менее, если он не заинтересован в ячмене, смешавшемся с пшеницей, но ему сложно извлечь ячменные зерна из пшеничных, то он может посеять эту смесь, не опасаясь нарушения запрета марит аин, при условии, что объем ячменных зерен не достигает 1/24. Если же количество ячменных зерен достигает этой меры, то необходимо уменьшить число ячменных зерен или увеличить число пшеничных, пока нельзя будет с точностью сказать, что колосья ячменя, которые вырастут из зерен, покроют не более 1/24 общей площади поля. Подобно этому, если человек засеял поле одной культурой, но увидел, что там выросла еще одна культура, и если при этом он заинтересован во второй культуре, то он обязан ее полностью уничтожить, так как на нее распространяется запрет килаим. Но если он не заинтересован во второй культуре, и она занимает менее 1/24 площади поля, то нет необходимости уничтожать или разрежать посевы второго вида. Если же они занимают более 1/24 поля, то владелец поля обязан разредить их, пока их не станет меньше 1/24^[3].

Поскольку запрет килаим очень важен, и тот, кто его нарушает, приводит к ужасному осквернению Имени Всевышнего, – каждый год в новомесячье адара, когда в полях и огородах начинает расти урожай, специальные посланники бейт дина предостерегали евреев от нарушения этого запрета (см. Мишна, трактат Шкалим, 1а). 15 адара посланники бейт дина выезжали в поля, чтобы осмотреть их, и если находили килаим, то вырывали посевы второго вида и кидали их скоту, принадлежащему владельцу поля. Это приносило владельцам полей двойную радость: во-первых, оттого, что посланники избавили их от нарушения запрета килаим, и им не пришлось уничтожать килаим самостоятельно; а во-вторых, оттого, что посланники накормили их скот. Позднее судьи бейт дина постановили, чтобы посланники разбрасывали килаим по дорогам, и этими посевами мог питаться любой скот. И владельцы полей все равно радовались тому, что их поля были очищены от килаим, и им не пришлось делать это самим. Еще позже судьи бейт дина постановили, чтобы посланники объявляли бесхозными посевы всех полей, в которых были найдены килаим, и с тех пор владельцы полей строго следили за тем, чтобы не нарушить запрет килаим (см. Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 6б). Следует отметить: с того момента как посланники бейт дина объявляли посевы бесхозными, владельцы этих полей больше не нарушали запрет килаим, потому что запрет не относится к бесхозным посевам.

01. Запрет смешивать посевы разных видов

Тора запрещает нам сеять в поле в Земле Израиля два вида посевов вместе. Каждый из них должен быть посеян отдельно от других. Об этом сказано (Ваикра, 19:19): «Уставы Мои соблюдайте (…) поля твоего не засевай двумя родами семян». Слово килаим означает «смесь». Запрет распространяется на злаковые, бобовые культуры и овощи, – то есть на посевы, предназначенные для употребления в пищу. Что же касается растений, которые выращивают для красоты или в медицинских целях, то к ним запрет килаим не относится. Запрет смешивать посевы относится к однолетним растениям, таким как злаковые, бобовые и овощи, но нет запрета сажать вперемешку деревья разных видов или деревья вместе с каким-либо видом однолетних растений. Это объясняется тем, что даже когда деревья посажены вперемешку, каждое из них имеет свое собственное место. Однолетние посевы, растущие среди деревьев, также имеют свое постоянное место, которого им достаточно между деревьями.

Тот, кто поливает, удобряет или пропалывает посевы, имеющие статус килаим, или способствует их росту каким-либо иным способом, – тоже нарушает запрет Торы и должен быть приговорен за это к наказанию малкот (39 ударов плетью). Даже если килаим выросли на поле сами по себе, и владелец поля заинтересован в этих растениях или со стороны кажется, что он в них заинтересован, то он обязан уничтожить их, так как запрещено выращивать килаим или дать им расти на поле (см. Рамбам, Законы килаим, 1, 1-3).

Если кто-то нарушил запрет Торы и преднамеренно посадил килаим, то выросший урожай разрешено использовать в пищу, поскольку запрещается сеять и выращивать килаим, но нет запрета есть полученный урожай (см. Рамбам, там же, 1, 7). И только урожай, выросший в результате нарушения запрета килаим в винограднике, есть запрещено.

Запрет килаим в отношении посевов действует лишь в Земле Израиля. В ее пределах еврею запрещено сеять килаим даже на участке, принадлежащем нееврею. А за пределами Земли Израиля евреям разрешается сеять посевы, имеющие статус килаим. Ведь в Торе говорится, что килаим нельзя сеять на «поле твоем», а «полем твоим» считается для еврея только Земля Израиля. Мудрецы тоже не запрещают сеять килаим за пределами Земли Израиля, за исключением килаим в винограднике, поскольку этот запрет более строг, ведь урожай, полученный в результате его нарушения, запрещено употреблять в пищу и использовать каким-либо иным образом (см. ниже, гл. 5, п. 4).

В Земле Израиля запрещается сеять два вида семян вместе даже в горшке. При этом если горшок имеет отверстие, то считается, что он соединен с почвой, поэтому, если в нем посадят килаим, это будет нарушением запрета Торы; а если отверстия нет, то горшок не соединен с почвой, поэтому речь идет о запрете, установленном мудрецами^[1].

07. Разрешено ли сажать и выращивать дерево, привитое запрещенным образом?

Как мы говорили, хотя запрещено прививать друг к другу деревья различных видов, плоды, выросшие на дереве, привитом запрещенным образом, разрешены к использованию изначально (лехатхила). Возникает вопрос: если запрет прививки был нарушен, то разрешено ли сажать и выращивать привитое дерево? Этот вопрос крайне актуален. Например, большинство грушевых деревьев привиты запрещенным образом; таких немало также среди сливовых и персиковых деревьев. Поэтому необходимо найти ответ на вопрос, разрешено ли сажать деревья, привитые в нарушение запрета, а если такое дерево уже посажено, можно ли растить его и ухаживать за ним, или же его нужно выкорчевать?

Некоторые авторитеты считают: хотя запрещено прививать друг к другу деревья разных видов, с того момента как прививка была сделана, на привитое дерево больше не распространяется запрет килаим, и если в рассаднике приготовили привитый саженец, его разрешено сажать в землю и выращивать. Это объясняется тем, что запрет прививки деревьев подобен запрету скрещивания животных разных видов, – запрещено только само скрещивание, но разрешено выращивать животное, родившееся в результате запрещенного скрещивания.

Однако по мнению многих авторитетов, запрещено выращивать дерево, привитое запрещенным образом (см. Шульхан арух, Йоре деа, 295, 7). Тем не менее, существует полемика по поводу смысла этого запрета. Одни авторитеты считают, что если в саду у человека растет привитое дерево, то он обязан его выкорчевать. Вторые говорят, что запрещено вырывать сорняки, растущие вблизи от такого дерева, и обрезать его ветки, чтобы не способствовать его росту, но разрешено оставить его в саду, что он росло самостоятельно. Третьи утверждают, что запрет выращивать привитое дерево действует пока подвой и привой не срослись, а после этого такое дерево разрешается сажать и ухаживать за ним.

На практике некоторые авторитеты полагаются в этом вопросе на наименее строгое толкование закона, согласно которому запрещена только сама прививка, но после этого разрешено сажать дерево и ухаживать за ним, даже пока подвой и привой не срослись. Однако большинство авторитетов выносит практическое постановление, которое гласит, что нельзя выращивать дерево, привитое запрещенным образом, пока подвой и привой полностью не срастутся, а после этого нет запрета сажать его и ухаживать за ним. Изначально (лехатхила) следует поступать согласно мнению авторитетов, придерживающихся в этом вопросе более строгого толкования закона, и не ухаживать за деревом даже после того, как подвой и привой срослись. Но если возникает сомнение в том, на самом ли деле прививка была запрещенной, то есть подвой и привой принадлежат к разным видам, или, может быть, они относятся к разным сортам одного и того же вида, а значит, прививка была разрешена, – то разрешено, следуя менее строгому толкованию закона, сажать дерево и ухаживать за ним.

Тот, кто приобретает плодовое дерево, должен убедиться в том, что оно не было привито запрещенным образом. Дело в том, что даже согласно подходу авторитетов, придерживающихся в этом вопросе менее строгого толкования закона и считающих, что разрешено сажать дерево, привитое запрещенным образом, – человек, покупающий саженцы у того, кто производит запрещенные прививки, тем самым способствует греху. И поскольку законы Ѓалахи в этой области очень сложны, можно положиться только на богобоязненного продавца, который разбирается в этих законах или находится под наблюдением авторитета, удостоверившего, что он не нарушает запрета килаим^[6].

06. Запрет килаим для неевреев

По мнению большинства ранних и поздних законоучителей, запреты прививки деревьев и скрещивания животных разных видов относятся и к неевреям, – несмотря на то, что эти запреты не входят в «семь заповедей сынов Ноаха». Ведь в связи с запретом килаим сказано (Ваикра, 19:19): «Уставы Мои соблюдайте», и мудрецы объясняют: «Уставы, которые Я уже установил тебе» – еще до дарования Торы. Это соответствует сказанному (Берешит, 1:12): «И выпустила земля зелень, траву семяносную, по роду своему, и дерево плодоносное, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что хорошо». Из этого следует, что законы, установленные еще при Сотворении мира, относятся и к неевреям (см. Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 60а; и так пишут Шеильтот, Ѓалахот гдолот, Рамбам, Риаз, Виленский Гаон, Арух ѓа-шульхан и рав Кук).

Однако некоторые авторитеты не согласны с этим мнением. Они считают, что сынам Ноаха не запрещено прививать деревья и скрещивать животных различных видов (так пишут Ритва, Рош и Радбаз). Но и согласно этому мнению, еврею запрещено просить нееврея привить принадлежащие ему деревья или скрестить принадлежащих ему животных. Подобно тому как запрещено просить нееврея нарушить субботу ради еврея, – запрещено просить его нарушить и любые другие запреты Торы, распространяющиеся на собственность, принадлежащую еврею.

Возможно, авторитеты, придерживающиеся в этом вопросе более строгого толкования закона, тоже согласны, что запреты прививки деревьев и скрещивания животных относятся к неевреям лишь в том случае, когда нарушение этих запретов очевидно и не подвергается ни малейшему сомнению. Если же возникает сомнение, является ли то или иное действие нарушением этих запретов (например, если нет уверенности в том, что подвой и привой принадлежат к разным видам, и существует вероятность, что они представляют собой разные сорта одного вида), то для нееврея здесь нет запрета (см. Мишпат коѓен, 13)^[5].

05. Прививка и гибридизация

Запрещено прививать друг к другу деревья разных видов таким образом, чтобы каждая часть сохранила присущие ей качества, то есть не прибегая к генетическому синтезу. Но разрешена гибридизация – оплодотворение пыльцой растения одного вида семяпочек растения другого вида. Каждое растение проходит стадию цветения, и его цветки имеют тычинки (мужской орган размножения) и пестик (женский орган размножения). Насекомые, бабочки и ветер переносят пыльцу с тычинок, и она попадает на пестик, внутри которого находятся семяпочки. Так образуется плод, содержащий семена или косточки, из которых может вырасти новое дерево. Если взять пыльцу с тычинок растения одного вида и оплодотворить ею семяпочки растения другого вида, то возникнет гибрид – плод, сочетающий в себе генетические характеристики обоих «родительских» растений. Однако каждый плод, образовавшийся в результате гибридизации, немного отличается от других гибридов тех же растений, потому что всякий раз в процесс вступают разные генетические компоненты, создавая новые сочетания.

Как правило, гибридизация двух видов не приносит успеха: чаще всего пыльце одного вида не удается оплодотворить семяпочки второго вида, но если оплодотворение и происходит, то обычно в результате него образуется некачественный плод. Но бывает, что оплодотворение проходит успешно, и возникает плод с необычным приятным вкусом или дерево с новыми качествами – например, способное выживать в непривычном ему ранее климате. Ученые посвящают много усилий и времени созданию всевозможных гибридов. И хотя некоторые раввины считают, что запрещена не только прививка деревьев разных видов, но и их гибридизация (см. Шевет ѓа-Леви, 9, 224), – тем не менее, согласно сути ѓалахического закона, Тора запрещает только прививать деревья разных видов друг к другу, так чтобы они существовали совместно, что противоречит законам природы, но не запрещает гибридизацию, которая совершается еще до возникновения дерева. К тому же, тычинки сами по себе не считаются видом, так как не могут расти и существовать самостоятельно; подобно тому, пестики тоже не считаются отдельным видом, и поэтому гибридизация не запрещена. Тем более нет ничего запретного в генной инженерии, то есть вживлении компонента одного гена в другой ген (и так пишут многие современные ѓалахические авторитеты).

04. Запрет прививать деревья

Запрещено прививать деревья разных видов друг к другу. Об этом сказано (Ваикра, 19:19): «Законы Мои соблюдайте; скота твоего не своди с иною породою; поля твоего не засевай двумя родами семян». Подобно тому как запрещено скрещивать животных разных видов, запрещено и прививать друг к другу растения разных видов (на это намекают слова «поля твоего не засевай двумя родами семян»). Имеются в виду как плодовые деревья, так и овощи; также запрещено прививать дерево к овощу или овощ к дереву. Все неплодовые деревья считаются одним видом, поэтому запрещается прививать неплодовое дерево к плодовому. Но можно прививать неплодовые деревья друг к другу, так как все они считаются одним видом. Определяющим в данном случае является то качество, что они не приносят плодов, которое и объединяет их все в один вид с точки зрения Ѓалахи (см. Шульхан арух, 295, 1-3; Рама, 6).

Этот запрет действует также за пределами Земле Израиля. Хотя может показаться, что он связан непосредственно с землей, на самом деле запрещенное действие совершается над землей. Поэтому этот запрет похож на запрет скрещивания животных разных видов, упомянутый в том же стихе (см. Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 39а). В отношении запретов скрещивания животных и прививки деревьев действует один и тот же закон: хотя сами эти действия запрещены, их результатами можно пользоваться изначально (лехатхила).

Прививка предназначается для того, чтобы создать новое растение, совмещающее в себе полезные качества обоих материнских растений. Так, деревья, приносящие обильные и качественные плоды, часто имеют слабые корни, а также склонны к различным заболеваниям; а живучие деревья с сильными корнями, как правило, приносят скудные и невкусные плоды. Для того чтобы решить эту проблему, их прививают друг к другу. В землю сажают ветку крепкого дерева – она называется «подвой». Затем подвой надрезают и прикрепляют к нему ветку дерева, дающего качественные плоды. Эта ветка называется «привой». Далее привой прибинтовывают к подвою, пока они не срастаются. Так возникает новое дерево, корневая система и нижняя часть ствола которого принадлежат к более устойчивому дереву, а верхняя часть ствола, ветки и плоды – к окультуренному дереву, дающему изобильный и качественный урожай. Хотя после прививки части двух деревьев полностью срастаются, каждая из них продолжает функционировать в соответствии со своими изначальными качествами. Корневая система подвоя, вросшая в землю, остается крепкой и живучей, а привой по-прежнему дает изобильный и качественный урожай, практически ничем не отличающийся от урожая, которое давало это дерево до прививки.

Если подвой и привой принадлежат к разным видам, тот, кто прививает их друг к другу, нарушает запрет Торы, и ему полагается за это наказание малкот (39 ударов плетью). Если же они принадлежат к разным сортам одного вида, то прививка разрешена. Таким образом, разрешается прививать яблоню, дающую большие, красные и сладкие яблоки, к яблоне, дающей маленькие, зеленые и кислые яблоки, так как это два сорта одного и того же вида. Но запрещено прививать персик к миндалю, потому что они принадлежат к разным видам. В отношении запрета килаим в Ѓалахе используется расширенное определение вида. Это означает, что принадлежность к тому или иному виду устанавливается согласно общей характеристике дерева, включающей его внутренние и внешние качества, такие как форма и вкус плодов, форма ветвей и листьев, характер роста. Поэтому может случиться, что, согласно научной классификации, два дерева будут относиться к разным видам, а по Ѓалахе они будут считаться одним видом. Когда народ Израиля жил на своей земле, и решения по всем спорным ѓалахическим вопросам рассматривал Верховный Санѓедрин, традиция классификации видов в отношении запрета килаим была ясна и общеизвестна, однако со временем, когда евреи оказались в изгнании, по поводу некоторых деревьев возникло сомнение, которое очень сложно разрешить^[4].

03. Запрет использовать для работы животных разных видов одновременно

Помимо запрета скрещивать животных разных видов, Тора также запретила использовать для работы животных разных видов одновременно – например, пахать на быке и осле вместе или запрягать в одну упряжку лошадь и осла. Об этом сказано (Дварим, 22:10): «Не паши на быке и осле вместе». Тора приводит в пример быка и осла, поскольку это распространенные домашние животные, на которых удобно работать; однако этот запрет относится к любым животным разных видов, которых используют для работы^[3]. Запрет нарушает не только возничий, запрягающий лошадь и осла в одну упряжку и погоняющий их, но и всякий, кто ему помогает. Даже тот, кто покрикивает на лошадь и осла, нарушает запрет Торы, так как заставляет животных тянуть дальше повозку или плуг (см. Шульхан арух, Йоре деа, 297, 11, 13-14).

Этот запрет относится только к евреям. Таким образом, если еврей нанял нееврея, чтобы тот доставил принадлежащий еврею товар в другой город, а нееврей решил отвезти товар на повозке, в которую запряжены лошадь и осел, это не является нарушением запрета, так как еврей не имеет к этому отношения (см. Арух ѓа-шульхан, Йоре деа, 297, 21). Но еврею запрещено ехать в повозке нееврея, в которую запряжены лошадь и осел, так как тот, кто едет в повозке, невольно становится соучастником нарушения запрета. Ведь если в повозке не будет пассажиров, то возничий-нееврей не станет заставлять животных ее тянуть (см. Шульхан арух, там же, 12).

Запрет килаим нарушается, только если животные разных видов запряжены в одну упряжку. Поэтому всаднику, скачущему на лошади, разрешено тянуть за собой собаку на поводке. Но запрещено привязывать поводок к седлу лошади, поскольку иначе окажется, что лошадь и собака связаны вместе, и если собака опередит лошадь и станет тянуть ее за собой, это будет нарушением запрета килаим (см. Арух ѓа-шульхан, там же, 19).

Как мы уже говорили, хотя человеку не дано постичь во всей глубине смысл заповедей Торы, особенно принадлежащих к категории хуким, еврейские мудрецы пытались найти объяснение той или иной заповеди. Рамбам (см. Морэ невухим, ч. 3, 49) пишет, что запрет впрягать животных разных видов в одну упряжку призван отдалить их друг от друга, чтобы не нарушить запрет скрещивания разных видов. А в Сефер ѓа-хинух (550) объясняется: этот запрет предназначен для того, чтобы не причинять животным страдания. Ведь, как известно, животные любят находиться среди представителей своего вида, а если их запрягут в одну упряжку с животным другого вида, это вызовет у них сильный дискомфорт. Это особенно касается работы, ведь животные разных видов имеют разную силу, и если животные, запряженные в одну упряжку, будут тянуть плуг или повозку с разной силой, это причинит им страдания.

02. Запрет килаим в отношении животных

Запрещено скрещивать самца и самку различных видов. Об этом сказано (Ваикра, 19:19): «Законы Мои соблюдайте; скота твоего не своди с иною породою». И хотя в Торе употребляется слово «скот», имеются в виду любые животные, птицы и рыбы, а слово «скот», подразумевающее домашних животных, служит здесь всего лишь примером (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава кама, 54б). Тора запрещает производить спаривание вручную, то есть вводить половой орган самца в половой орган самки. Мудрецы прибавили к этому и запрет приводить к спариванию – например, поднимать самца на самку, чтобы они начали спаривание. Но не запрещено помещать животных разных видов в один загон, а если они станут спариваться, то не нужно их разнимать, так как человек не совершил действие, которое привело бы к спариванию (см. Шульхан арух, Йоре деа, 297, 2-3).

Хотя запрещено скрещивать животных различных видов, тем не менее, если этот запрет был нарушен и родился детеныш, то его разрешено использовать. Самый известный вид скрещенного животного – мул или лошак, которые рождаются от скрещивания лошади и осла. Люди вывели эту породу, потому что она очень вынослива при перевозке тяжестей или пахоте. И поскольку запрет касается только выведения мулов, разрешено их покупать и пользоваться ими.

Запрещено скрещивать животных различных видов, но этот запрет не распространяется на скрещивание представителей разных пород одного и того же вида. Таким образом, разрешено скрещивать быков и коров разных пород; то же самое касается овец, кошек, собак. Но запрещается скрещивать животных разных видов, даже если они похожи друг на друга. Принадлежность к тому или иному виду определяется согласно общей характеристике и внешним признакам животного (см. ниже, п. 4). В целом можно сказать, что главным признаком принадлежности к разным видам является тот факт, что самец и самка не могут породить детеныша, способного производить потомство. Чаще всего от скрещивания животных разных видов вообще не рождается детеныш, а в тех редких случаях, когда появляется детеныш (как при скрещивании осла и лошади), он бесплоден. Если же самец и самка приносят детенышей, способных производить потомство, то, по всей вероятности, они принадлежат к одному и тому же виду, однако являются представителями разных пород, и скрещивать их не запрещено^[2].

01. Основные принципы и смысл запрета килаим

Всевышний создал в мире разнообразные виды животных и растений и заповедал нам не смешивать их друг с другом. Об этом сказано (Ваикра, 19:19): «Уставы Мои соблюдайте; скота твоего не своди с иною породою; поля твоего не засевай двумя родами семян; и одежда смешанной ткани, из шерсти и льна, да не покрывает тебя». Также сказано (Дварим, 22:9-11): «Не засевай в винограднике твоем злаковых семян, а то освятятся и урожай посева, который посеешь ты, и плоды виноградника запрещены будут для пользования. Не паши на быке и осле вместе. Не надевай шаатнез – шерсть и лен вместе». Обычно этот запрет называют килаим, то есть «смешение». Иными словами: хотя каждый из указанных видов разрешен сам по себе, смешивать их запрещено. Поэтому запрет смешивать мясо и молоко тоже относится к категории килаим.

Существует семь видов запрета килаим: 1) в отношении животных: запрещено скрещивать животных разных видов; 2) запрещено впрягать в одну упряжку животных разных видов; 3) в отношении деревьев: запрещено прививать друг к другу деревья разных видов; 4) в отношении посевов: запрещено сеять вместе семена растений разных видов; 5) в отношении виноградника: запрещено сеять злаковые и овощи рядом с виноградными лозами; 6) в отношении одежды: запрещено надевать одежду из ткани, в которой смешаны шерсть и лен; 7) запрещено смешивать мясо и молоко.

Запрет килаим касается растений и животных. Некоторые запреты, принадлежащие к категории килаим, подразумевают само смешение, но постфактум (бедиавад) результат этого смешения разрешено употреблять в пищу или использовать в иных целях. Это касается, например, смешения посевов, скрещивания деревьев и животных, а также использования для работы животных разных видов. В случае других запретов, относящихся к категории килаим, запрещено не только само смешение, но и его результат. Этот закон действует, например, в отношении запрета сеять злаковые и овощи в винограднике, а также запрета варить вместе мясо и молоко. Что же касается запрета смешивать шерсть и лен, то он относится только к одежде, сшитой из такой ткани, но не запрещено изготовлять такую одежду для нееврея или использовать ткань шаатнез не для одежды, а в других целях.

Запреты килаим, относящиеся к земле (например, запрет сеять вместе посевы разных видов или сеять злаковые и овощи в винограднике), являются заповедью Торы только на территории Земли Израиля в границах расселения евреев после Исхода из Египта (см. ниже, гл. 12, прим. 2). А запреты килаим, не связанные с землей (такие как шаатнез, запрет смешивать мясо и молоко или запрет скрещивать животных разных видов), действуют согласно Торе также за пределами Земли Израиля. Прививка деревьев разных видов тоже запрещена за пределами Земли Израиля, так как это действие совершается не в земле, а над землей (см. ниже, п. 5). Что касается запрета сеять злаковые и овощи в винограднике, то поскольку он очень строг (ведь плоды, выросшие в нарушение этого запрета, нельзя не только употреблять в пищу, но и использовать каким-либо иным образом), мудрецы постановили, что он действует и за пределами Земли Израиля (см. ниже, гл. 4, п. 4).

Хотя мы не способны понять смысл заповедей Торы во всей его глубине, – ведь заповеди имеют Божественную природу, которая превыше человеческого разума, – смысл некоторых заповедей нам более понятен, и они называются мишпатим (משפטים, «уставы»), а смысл других менее ясен, и они называются хуким (חוקים, «законы»). Заповедь килаим принадлежит к категории хуким, потому что в Торе (Ваикра, 19:19) о ней сказано: «Законы Мои соблюдайте». Раши поясняет: эти заповеди подобны царскому указу, не имеющему явного смысла. Тем не менее, можно предположить, что хуким – это особые качества, которыми Творец наделил все Свои творения; качества, указывающие на уникальность и особую миссию каждого творения. Нам не дано постичь, какая именно миссия возложена на каждое из творений, однако запрет килаим показывает нам, что мы должны уважать и сохранять уникальность каждого вида, не смешивая его с другими видами (см. комментарий Рамбана и Маѓараля к Ваикра, 19:19; Сефер ѓа-хинух, 244). Наши мудрецы объясняют (Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 39а): «»Законы Мои соблюдайте» – законы, которые Я постановил для вас прежде (при Сотворении мира – авт.), соблюдайте теперь».

Кроме того, слово כלאיים (килаим) является однокоренным со словом כלא (келе, «темница»). Имеется в виду, что смешивание как бы «заключает в темницу» уникальные качества каждого вида, не давая им возможности проявиться, так как этому препятствуют качества другого вида (так пишут Зоѓар, ч. 3, 86, 1; рабейну Бхайе). Следует обратить внимание на то, что в отношении посевов и виноградника запрет килаим заключается в том, что растения разных видов растут рядом, даже не смешиваясь между собой. И этот запрет действует только в Земле Израиля, потому что в Святой земле ярче проявляется Божественное единство, поэтому уникальность каждого вида более заметна, и необходимо строго следить за тем, чтобы ее раскрытию не препятствовали качества другого вида^[1].

11. Сомнения, связанные с исполнением заповеди орла

Если плоды, имеющие статус орла, смешались с обычными плодами того же вида, и при этом объем разрешенных плодов не превосходит объем плодов орла в 200 раз, – то вся смесь запрещена. Так постановили мудрецы: плоды приношений (трума), которые запрещено есть, но разрешено использовать в других целях, не делают смесь запрещенной, только если объем разрешенных плодов в смеси превосходит их объем в 100 раз; а плоды, имеющие статус орла или килаим, которые запрещено не только есть, но и использовать каким бы то ни было образом, не делают смесь запрещенной, только если объем разрешенных плодов в смеси превосходит их объем в 200 раз (см. Мишна, трактат Орла, 2а).

Вышесказанное относится к ситуации, когда плоды орла смешались с разрешенными плодами. Если же человек сомневается, имеют ли купленные им плоды статус орла, то закон зависит от того, где именно он их купил. Если они были куплены на плантации или рядом с ней, то хотя большинство урожая плантаций не имеет статуса орла, – тем не менее, поскольку дерево или плантация расположены на постоянном месте, плоды орла делают запрещенной всю смесь в любом соотношении, в соответствии с правилом, установленным мудрецами: «Всякий предмет, расположенный постоянно в определенном месте, в случае сомнения рассматривается  Ѓалахой как состоящий наполовину из запрещенного и наполовину из разрешенного» (и разрешенное не аннулирует запрещенного – ред.). Поэтому плоды запрещены. Но если плоды были куплены после того, как их увезли с того места, где они выросли, и доставили на рынок или в магазин, – то поскольку в данном случае мы имеем дело с обычным сомнением, закон определяется согласно статусу большинства урожая, в соответствии с правилом: «Всякое отделенное считается отделенным от большинства разрешенного» (то есть согласно принципу: в случае обычного сомнения при определении статуса предмета следуют за большинством предметов этого вида – ред.).

Однако вышесказанное касается исключительно ситуации постфактум (бедиавад), если человек купил плоды и не знает, каков их статус, или если он находится в таком месте, где нет магазинов с сертификатом кошерности, и найти такой магазин очень сложно. Но если поблизости есть магазин, имеющий сертификат кошерности, то человек обязан, чтобы избежать сомнения, делать покупки именно там. Даже если он знает, что речь идет о сомнении с очень низкой долей вероятности, потому что плоды этого вида или выращенные в этом районе очень редко имеют статус орла, – он все равно обязан избежать сомнения, если есть такая возможность. К тому же, существует заповедь поддерживать торговцев, строго соблюдающих законы кашрута. Кроме того, если магазин имеет сертификат кошерности, это означает, что от плодов, продаваемых в нем, отделили трумот и маасрот согласно всем требованиям Ѓалахи^[18].

10. Нета ревай (плоды четвертого года)

Плоды, выросшие на дереве в четвертый год его жизни, наделены святостью. Нам заповедано отнести их в Иерусалим и съесть там в ритуальной чистоте. Этот закон подобен закону в отношении второй десятины (маасер шени; см. ниже, гл. 7, п.п. 9-10). Если владелец плодов пожелает, то он может выкупить плоды за деньги, взять эти деньги в Иерусалим, купить на них еды и съесть ее в чистоте. И поскольку плоды нета ревай обладают святостью, нет заповеди оставлять их для бедных в качестве исполнения заповедей лекет, шехиха или пеа^[14], а также нет заповеди отделять от них приношения и десятины (трумот и маасрот; см. Мишна и Иерусалимский Талмуд, маасер шени, 5, 3-4; Рамбам, Законы нета ревай, 9, 1-4).

Сегодня, когда у нас нет возможности съесть плоды четвертого года в ритуальной чистоте в Иерусалиме, их выкупают с помощью денег или других предметов, имеющих реальную стоимость, после чего эти плоды разрешено употреблять в пищу или извлекать из них любую другую выгоду. Даже если плодов нета ревай очень много, они все равно не имеют никакой денежной ценности, потому что в наши дни есть их запрещено. Однако поскольку невозможно совершить выкуп с помощью предмета, стоимость которого меньше чем прута^[15], все плоды выкупают посредством монеты достоинством как минимум в одну пруту или посредством пищи стоимостью как минимум в одну пруту. Перед выкупом произносят благословение: Барух Ата А-донай Элоѓейну Мелех ѓа-олам ашер кидшану бе-мицвотав ве-цивану аль пидьон ревай (Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам выкупать ревай). Затем говорят: «Все эти плоды выкупаются посредством этой монеты достоинством в одну пруту» или: «…посредством этой пищи стоимостью в одну пруту». После этого монету или пищу, послужившие выкупом, уничтожают, так как они перенимают святость плодов, и потому их запрещено использовать для чего бы то ни было (см. Рамбам, Законы, связанные с запрещенной пищей, 10, 16-17). Все детали этого закона будут подробно объяснены ниже, в главе о выкупе второй десятины (маасер шени; гл. 10, п.п. 6-8)^[16].

На плоды седьмого года (шмита) тоже распространяются законы орла и нета ревай. Если в год шмиты на дереве вырастают плоды, имеющие статус орла, то употреблять их в пищу запрещено; если же это урожай четвертого года, то любой человек может их сорвать, но есть их нужно в Иерусалиме, а в наши дни их святость необходимо аннулировать путем выкупа с помощью монеты достоинством в одну пруту. Владельцы садов и плантаций должны отметить деревья в год шмиты, чтобы люди, пришедшие набрать плодов, знали, урожай каких деревьев имеет статус орла или нета ревай. После выкупа плоды нета ревай, выросшие в год шмиты, необходимо съесть прежде, чем вступит в силу обязанность уничтожить все плоды этого вида, когда закончится их сезон в садах или полях. Если же их не успели съесть до этого времени, то оставшиеся плоды необходимо уничтожить, как все другие плоды седьмого года (см. Рамбам, Законы нета ревай, 9, 7; «Жемчужины Ѓалахи», Законы седьмого года, гл. 4, п. 5).

Законоучители расходятся во мнениях по поводу того, действует ли закон нета ревай за пределами Земли Израиля. Есть мнение, что поскольку – согласно устной традиции, полученной нашим учителем Моше на горе Синай, – заповедь орла распространяется и на урожай за пределами Земли Израиля, закон нета ревай тоже там действует, так как орла и нета ревай взаимосвязаны (так пишут ученики рабейну Йоны, рабби Йцхак бен Шмуэль из Дампьера). Согласно другому мнению, закон нета ревай, подобно закону маасер шени, действует только в Земле Израиля (так пишет Рамбам). Изначально (лехатхила) желательно, учитывая все мнения, выкупить нета ревай за пределами Земли Израиля, не произнося благословения (см. Сифтей коѓен, 294, 17). Но если кто-то хочет придерживаться в этом вопросе менее строгого толкования закона, не выкупая нета ревай заграницей, то он вправе так поступить. Это объясняется тем, что за пределами Земли Израиля в случае сомнения, связанного с заповедями орла и нета ревай, разрешено следовать менее строгому толкованию закона^[17].

09. Если дерево посадили не ради плодов

Если человек сажает дерево не ради плодов, а ради древесины или для того, чтобы оно служило оградой, то на его плоды не распространяется запрет <em>орла</em>. Такое дерево не считается плодовым, а закон <em>орла</em> действует только в отношении плодовых деревьев, о чем сказано (<em>Ваикра</em>, 19:23): «И когда войдете в Землю и посадите какое-либо дерево плодоносное, то считайте плоды его за необрезанные (<em>орла</em>)». Однако мудрецы говорят: это верно лишь тогда, когда очевидно, что дерево посадили не ради плодов. Так бывает, например, когда деревья посажены очень близко друг к другу, и видно, что их посадили для того, чтобы использовать как дрова; или когда ветви дерева обрезают таким образом, чтобы они стали толще, и тогда очевидно, что из них сделают доски для строительства; или деревья посажены в таком месте, где очевидно, что они служат оградой. А если, посадив дерево, человек хотел, чтобы одна его сторона служила оградой, а со второй он будет собирать плоды, – то сторона, которая служит оградой, освобождена от запрета <em>орла</em>, а сторона, предназначенная для сбора плодов, не освобождена (см. <em>Мишна</em> и Иерусалимский Талмуд, трактат <em>Орла</em>, 1, 1; <em>Шульхан арух</em>, 294, 23). И если человек захочет съесть разрешенные плоды, то он должен отделить от них приношения и десятины (<em>трумот</em> и <em>маасрот</em>) без благословения (см. Иерусалимский Талмуд, там же). Если же дерево было посажено и ради ограды, и ради плодов, то на плоды распространяется запрет <em>орла</em>.

Если деревья (к примеру, оливковые) посадили для красоты, то на их плоды не распространяется запрет <em>орла</em>. Но возникает сомнение по поводу деревьев, которые были посажены для красоты, однако их плоды тоже служат украшением (например, гранатовые деревья или финиковые пальмы). И поскольку <em>орла</em> – заповедь Торы, в этом вопросе следует придерживаться более строгого толкования закона. И только если очевидно, что, сажая дерево для красоты, человек не был заинтересован в том, чтобы и плоды служили украшением, – то на них не распространяется запрет <em>орла</em>.

08. На какие виды растений распространяется запрет орла

Заповедь орла относится к плодовым деревьям, но не относится к овощам, даже растущим на многолетних кустарниках. Основное различие между деревом и многолетним овощем заключается в том, что ствол многолетнего овоща каждый год засыхает, а затем вновь вырастает из своих корней, тогда как ствол дерева крепнет из года в год, и на нем каждый год вырастают новые ветки, а на них – плоды. Согласно этому принципу определяется и благословение, которое нужно произносить над тем или иным плодом: борэ при ѓа-эц («сотворивший плод дерева») или борэ при ѓа-адама («сотворивший плод земли»). Вот почему над бананом произносят благословение борэ при ѓа-адама: хотя банановое «дерево» достигает 4 м в высоту, тем не менее, поскольку каждый год его ствол и корни засыхают, а на следующий год оно вновь вырастает из оставшейся корневой системы, банан считается овощем (см. трактат Брахот, 40а; Шульхан арух и Рама, Орах хаим, 203, 2-3; «Жемчужины Ѓалахи», Законы благословений, гл. 8, п. 2)^[12].

В отношении баклажанов и перцев возникло сомнение, так как их ствол сохраняется из года в год. Однако на практике на них не распространяется запрет орла, так как они сильно отличаются от дерева: в первый год они дают обильный урожай, во второй год плодов становится гораздо меньше, и они никогда не плодоносят более трех лет. Между тем в Торе сказано, что дерево плодоносит не менее пяти лет, и благодаря соблюдению заповеди орла его плоды становятся к пятому году более качественными и многочисленными: «И когда войдете в Землю и посадите какое-либо дерево плодоносное, то считайте плоды его за необрезанные; три года да будут они для вас необрезанными, не должно есть их. А в четвертый год все плоды его посвящены восхвалению Господа. В пятый же год вы можете есть плоды его, и умножатся для вас плоды его. Я Господь, Бог ваш» (Ваикра, 19:23-25). В связи с этим наши мудрецы говорят: «Если будете соблюдать эту заповедь, то она прибавит вам урожай, ибо в награду за нее Я ниспошлю вашим плодам благословение. Рабби Акива сказал: Тора дала нам эту заповедь, чтобы мы противостояли дурному началу и не говорили: «Напрасно мы ждали четыре года!». Поэтому сказано: «…и умножатся для вас плоды его. Я Господь». Я Господь, обещаю вам это и буду верен Своему обещанию» (комментарий Раши на основе сказанного в Торат коѓаним, там же). Плоды третьего года нехороши и малочисленны, и только на четвертый год они становятся качественными и достойными того, чтобы вознести их перед Всевышним, исполняя заповедь нета ревай.

Исходя из этого, запрет орла не распространяется также на папайю и пассифлору, поскольку они дают самый обильный урожай именно в первый год, а до пятого года урожай становится некачественным и скудным. Многие из этих деревьев вообще не доживают до пятого года. И хотя некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона, тем не менее, суть закона соответствует мнению тех, кто считает, что заповедь орла не относится к этим плодам. Подобно тому, она не относится также к малине и ежевике всех сортов, как объясняется в примечании^[13].

07. Деревья, растущие в горшках

На дерево, растущее в помещении, тоже распространяется запрет орла. Главное условие, при котором этот закон вступает в силу, заключается в том, что дерево должно быть посажено в землю; поэтому крыша, расположенная над деревом, не изменяет обязанности соблюдения закона орла. Подобно тому, запрет орла относится и к дереву, растущему на крыше дома. Хотя между крышей и почвой есть пустое пространство, тем не менее, поскольку сама крыша соединяется с землей посредством стен дома, она рассматривается как часть земли, поэтому считается, что дерево, растущее на крыше, как бы растет на земле (см. Шульхан арух, 294, 26).

Если дерево посадили в горшок, в дне которого имеется отверстие, то считается, что дерево посажено в землю, поэтому для него необходимо отсчитать период орла. Подобно тому, если дерево посадили в глиняный горшок без отверстия, все равно считается, что оно посажено в землю, поэтому на него распространяется запрет орла. Это объясняется тем, что поскольку корни дерева могут пробить горшок, считается, что они получают питание от земли, даже если они еще не пробили стенки или дно горшка. А некоторые авторитеты говорят, что запрет орла относится даже к дереву, растущему в металлическом горшке, хотя очевидно, что его корни не могут пробить такой горшок^[9].

Благодаря развитию сельского хозяйства и разработке новых методов поливки и удобрения многие деревья стали давать обильный урожай уже на третьем году своей жизни. И поскольку из этих плодов запрещено извлекать какую-либо выгоду, садоводы терпят убытки, потому что эти деревья занимают дорогостоящую землю. Этой проблеме было найдено решение: в течение примерно двух лет деревья растут в пластиковых горшках с отверстием, где они занимают мало места, и стоимость ухода за ними сравнительно невысока, а на третий год их пересаживают в землю, чтобы они укоренились в почве и дали обильный урожай в четвертый год, когда их плоды станут разрешенными.

На практике, поскольку учитывается мнение авторитетов, считающих, что дерево, растущее в пластиковом горшке без отверстия, освобождено от запрета орла, для того чтобы время пребывания деревьев в горшках засчиталось как период орла по всем мнениям, необходимо соблюсти два условия. Во-первых, горшок должен иметь отверстие диаметром с небольшой корень, и тогда будет считаться, что дерево соединено с землей. Принято, согласно более строгому толкованию закона, чтобы диаметр отверстия составлял 2.5 см^[10]. Во-вторых, когда молодое дерево пересаживают из горшка в почву, нужно проследить за тем, чтобы комок земли, прилипшей к его корням, не рассыпался. Постфактум (бедиавад), даже если большая его часть рассыпалась, но на корнях все равно осталась земля, которой достаточно дереву для существования, – то для этого дерева не нужно заново отсчитывать период орла. Но если рассыпалась почти вся земля, прилипшая к корням, и возникает опасение, что, если дерево не посадят в землю, оно не сможет просуществовать 14 дней, даже при условии что его будут поливать и удобрять, – то для него нужно начать заново отсчитывать период орла^[11].

06. Отводки и закон в отношении новых побегов

Отводок – это надземный побег растения, который был укоренен, оставаясь частью родительского растения. В садоводстве для получения отводков побеги растений обычно прижимают к почве. Ветви многих деревьев пускают корни в месте контакта с почвой, и так образуется новое дерево. Сначала оно получает питание от родительского дерева, но со временем ветви, зарытые в землю, пускают корни, которые тоже начинают питать молодое дерево. Что касается запрета орла, то пока молодое дерево питается от родительского дерева, оно освобождено от этого запрета, даже если большую часть питания оно получает от новых корней. Подобно тому, если от второго дерева сделали еще один отводок, и так образовалось третье дерево, от третьего – четвертое и т.д., пока все они соединены с родительским деревом, запрет орла на них не распространяется, так как все они считаются продолжением родительского дерева. Но если ветку, соединяющую молодые побеги с родительским деревом, обрезали, или она засохла, то в отношении нового дерева начинает действовать этот запрет, и до окончания периода орла нужно отсчитать три года.

Если из земли показались молодые побеги, то хотя они выросли от корней существующего дерева, но со стороны этого не видно (например, если они выросли на большом расстоянии от дерева), они считаются новыми деревьями, на которые распространяется запрет орла (см. трактат Бава мециа, 119а; Рамбам, Законы нета ревай, 10, 19). Но если побеги появились вблизи от дерева, и видно, что они являются его частью, так как выросли от его корней, скрытых под землей, то можно утверждать, что на них не распространяется запрет орла. Однако поскольку многие авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и считают, что такие побеги тоже имеют статус орла, будет правильно следовать их мнению^[8].

05. Выкорчеванное, срубленное или сломанное дерево

Если дерево было выкорчевано, но у него остался хотя бы один корень, вросший в почву, толщина которого равна по крайней мере толщине иглы, которой ткачи натягивали ткань, – это дерево можно вновь посадить в почву, и на него не будет распространяться запрет орла, так как оно могло бы продолжать существовать, пусть и с трудом, только с помощью оставшегося в почве корня. Но если в почве не осталось ни одного корня, то после повторной посадки дерево будет вновь иметь статус орла (см. Шульхан арух, 294, 20).

Если дерево повалил ураган или смыла вода во время наводнения, и его корни остались вросшими в комок земли, вырванный вместе с деревом, – то хотя в почве не осталось ни одного корня, тем не менее, если дерево может просуществовать с этим комком земли в течение 14 дней, то его можно посадить обратно в почву, и при этом не нужно отсчитывать период орла заново. Если же дерево не может просуществовать 14 дней только с этим комком земли, то после повторной посадки нужно будет отсчитать период орла заново. Таким образом, когда возникает необходимость пересадить плодовое дерево с одного места на другое, нужно проследить за тем, чтобы выкорчевать его вместе с комком земли, с которым оно может просуществовать 14 дней. И тогда не нужно будет отсчитывать ему период орла заново. А перед этим желательно обрезать его ветви, насколько возможно, потому что так дерево сможет просуществовать дольше в менее благоприятных условиях^[6].

Если дерево было срублено или сломано, но над землей остался пень, то оно освобождено от запрета орла. А если оно было срублено под корень, но пустило в почву новые корни, то на него вновь распространяется запрет орла^[7].

04. Отсчет трех лет, в течение которых действует запрет орла

При отсчете трех лет, в течение которых действует запрет орла, мы учитываем две даты еврейского календаря: 1 тишрея (Рош ѓа-Шана, начало исчисления календарных лет и новый год для насаждений) и Ту би-шват (15 швата, новый год деревьев). Дело в том, что плод, созревший на одну треть до наступления Ту би-швата, вырос благодаря дождям прошедшего года. И еще одно правило мы принимаем во внимание: тридцать дней года засчитываются как целый год (см. трактат Рош ѓа-Шана, 9б-10б).

Вот как ведется отсчет: если дерево пустило корни в почву до 29 ава (то есть за 31 день до Рош ѓа-Шана), то до 1 тишрея ему исполнится как минимум 30 дней, и они засчитаются ему как целый год. После этого нужно будет подождать еще два года до окончания периода орла. А поскольку Ту би-шват – новый год деревьев, необходимо подождать до этого дня, так как плоды, созревшие на одну треть до его наступления, выросли благодаря дождям прошедшего года, когда дерево еще имело статус орла. Приведем пример: если дерево пустит корни до 29 ава 5781 (2021) года, то на плоды, которые созреют на нем хотя бы на одну треть до Ту би-швата 2024 года, будет распространяться запрет орла. Плоды, которые созреют на нем хотя бы на одну треть от Ту би-швата 2024 года до Ту би-швата 2025 года будут иметь статус нета ревай (плоды четвертого года). А плоды, которые созреют на нем хотя бы на одну треть от Ту би-швата 2025 и далее, будут иметь статус обычных плодов. Таким образом, на практике запрет орла будет распространяться на плоды этого дерева в течение двух лет и пяти с половиной месяцев.

Мудрецы предположили, что семя или саженец пускают корни в почву через 14 дней после посадки. Следовательно, для того чтобы дерево пустило корни до 29 ава, и ему засчитался целый год, его нужно посадить не позднее 15 ава. А если в почву посадили готовый саженец вместе с комком земли, то со дня посадки не нужно ждать 14 дней, так как с того момента, как его посадили в почву, считается, что он уже пустил корни. Значит, если его посадят в почву до 29 ава, то ему засчитается целый год.

Но если дерево пустит корни в почву начиная от 30 ава 5781 года (по еврейскому календарю) и далее, то поскольку до 1 тишрея не пройдет 30 дней, первым годом его жизни будет считаться 5782 год (наступивший 1 тишрея). Поэтому до окончания периода орла нужно будет ждать ровно три года, до 1 тишрея 5785 года. А поскольку новый год деревьев – это Ту би-шват (15 швата), нужно будет подождать еще четыре с половиной месяца до 15 швата 5785 года, и только тогда на плоды этого дерева перестанет распространяться запрет орла. Таким образом, если дерево пустило корни в почву 30 ава 5781 года, то запрет орла будет распространяться на его плоды в общей сложности три года и пять с половиной месяцев. И хотя некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона и считают, что запрет орла не может действовать более трех лет, – тем не менее, поскольку закон орла является заповедью Торы, в отношении него следует придерживаться более строгого толкования^[5].

03. Запрет извлекать выгоду из плодов первых трех лет

Плоды первых трех лет жизни дерева (орла) запрещено есть; также запрещается извлекать из них любую другую выгоду. Таким образом, запрещено зажигать светильники с маслом, полученным из плодов, имеющих статус орла, или топить печь такими плодами. Также запрещается удобрять ими почву, но разрешено бросать их на землю просто так, не в качестве удобрения. Этими плодами запрещено пользоваться даже ради исполнения какой-либо заповеди. Следовательно, этрог, имеющий статус орла, запрещено использовать в Суккот для исполнения заповеди четырех видов растений (арбаат ѓа-миним; см. трактат Сукка, 34б; Шульхан арух, Йоре деа, 294, 24; «Жемчужины Ѓалахи», Суккот, гл. 4, п. 12). Запрещается также наслаждаться ароматов плодов орла (Шульхан арух, 108, 7)^[2].

Кроме того, запрещено красить ткань краской, полученной из плодов, имеющих статус орла. Если же ее покрасили такой краской, то пользоваться этой тканью запрещено. Поэтому, чтобы не нарушить запрет, ткань надо сжечь (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Орла, 3, 1; Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 56б). Вообще, в любом случае, когда возникает опасение, что кто-то воспользуется плодами, имеющими статус орла, их необходимо сжечь или уничтожить каким-либо иным образом, чтобы из них нельзя было извлечь выгоду. А если есть такая возможность, то желательно сорвать с дерева цветы или же сами плоды, пока они еще мелкие, чтобы не нарушить запрет на их использование^[3].

Запрещено извлекать выгоду из любой части плода, в том числе косточек и кожуры, а также выжатого из него сока. Но разрешено использовать само дерево, его листья и цветы. Также разрешается использовать завязи плодов, пока они не превратились в настоящие плоды. Но когда они уже стали плодами, пусть и незрелыми, извлекать из них выгоду запрещено. Хотя они еще не годятся в пищу, на них уже распространяется запрет орла (см. Мишна, трактат Орла, 1, 7-9; Шульхан арух, 294, 1-2)^[4].

Запрещается сеять семена плодов, имеющих статус орла. Также запрещено сажать такой плод в землю, чтобы из него выросло дерево. Но разрешается сажать ветку, срезанную с дерева, имеющего статус орла, так как извлекать выгоду из самого дерева не запрещено (см. Мишна, трактат Орла, 1, 9). Если человек нарушил запрет и посадил в землю плод, имеющий статус орла, то из выросшего дерева можно извлекать любую выгоду, на основании ѓалахического правила: «При наличии двух факторов пользоваться результатом разрешено». В данном случае имеется в виду следующее: если дерево выросло благодаря двум факторам – запрещенному (посаженный плод) и разрешенному (почва), – то выросшим деревом можно пользоваться (см. Шульхан арух, 294, 12).

Запрет орла распространяется и на дерево, принадлежащее нееврею. Евреям запрещено есть плоды такого дерева и извлекать из них любую другую выгоду. Однако нееврею разрешается пользоваться плодами, имеющими статус орла и выросшими на дереве, которое принадлежит ему или еврею, так как запрет орла касается только евреев. Тем не менее, поскольку еврею запрещено извлекать из плодов орла любую выгоду, ему запрещено продавать принадлежащие ему плоды нееврею или даже дарить их ему. Запрещается даже скармливать эти плоды животному, потому что и таким образом еврей извлекает из них определенную пользу (см. Рамбам, Законы, связанные с запрещенной пищей, 8, 16).

Но разрешено продавать нееврею плоды орла, прежде чем они начали расти. Поскольку еврей получает деньги еще до того, как плоды появились, считается, что он извлекает выгоду не из плодов, а из дерева, а это разрешено (см. Шульхан арух, 294, 15). Это разрешение в силе, только если нет опасения, что нееврей продаст выросшие плоды еврею, отчего тот нарушит запрет, – например, если нееврей торгует плодами в таком месте, где нет евреев.

02. Одно из объяснений смысла заповедей орла и нета ревай

Смысл заповедей орла и нета ревай можно объяснить таким образом: они предназначены для того, чтобы мы могли посвятить первые качественные плоды дерева Творцу. Вот почему нам заповедано взять плоды четвертого года, принести их в Иерусалим и съесть там в святости, восхваляя Творца за то благо, которое Он нам ниспослал. Поскольку плоды первых трех лет жизни дерева обычно немногочисленны и недостаточно хороши, славить ими Творца не подобает. Поэтому Тора запретила их есть или извлекать из них любую другую пользу – чтобы первые по-настоящему изобильные, крупные и вкусные плоды, вырастающие на дереве в четвертый год, мы съели в Иерусалиме в святости, восславляя Творца. Благодаря исполнению этой заповеди Божественная благодать низойдет на плоды всех последующих лет, и когда мы станем их есть, то будем помнить о вере в Него, и это поможет нам привлечь в мир Высшее благословение. Подобно тому, Тора заповедала освятить первенцев человека и скота, а также первые плоды каждого года. Похожий смысл имеют запрет хадаш (см. выше, гл. 1) и заповеди отделения приношений (трумот), отделения халы от теста и посвящения коѓену первой шерсти при стрижке скота (см. комментарий Рамбана к Ваикра, там же; Сефер ѓа-хинух, 246-247).

Кроме того, эти заповеди учат нас, как драгоценно терпение, и какую важную роль оно играет в нашей жизни. Способность подождать, отложив удовлетворение своих желаний до более подходящего времени, – это непременное условие успеха в этом мире и в мире Грядущем. К примеру, известно: если в молодости человек будет глубоко и прилежно изучать Тору, это поможет ему преуспеть как в частной, так и в профессиональной жизни. Тем не менее, многие молодые люди не находят в себе сил противостоять соблазнам молодости и с юных лет напрасно тратят свое время на пустые и несвоевременные занятия. Подобно тому, мы знаем, что дружба между юношей и девушкой, не направленная на создание семьи, будет служить им помехой для вступления в брак. И все-таки многие молодые люди, не будучи способны подождать, поддаются влиянию своего дурного начала и вступают в бурные любовные связи, не приводящие к заключению брачного союза. Можно привести и такой пример: некоторые люди не могут удержаться от желания тратить деньги понапрасну. Они живут не по средствам, покупают слишком дорогие квартиры, и не могут скопить денег, чтобы помочь своим детям получить образование и вступить в брак, а также обеспечить себе достаток на старости лет. Адам тоже не смог подождать, поддался своему дурному началу и отведал плода Древа познания, отчего навлек смерть на себя самого и всех своих потомков. Исполняя заповедь орла, человек наблюдает за тем, как зреют принадлежащие ему плоды, не извлекая из них никакой выгоды. Так он учится преодолевать свое дурное начало и терпеливо ждать. В связи с этим сказали наши мудрецы (Мидраш Ваикра раба, 25, 2): «Кто стряхнет прах с глаз твоих, Адам? Ибо ты не смог продержаться ни часу, чтобы не нарушить данный тебе запрет, а твои потомки ждут три года, пока плоды дерева будут им разрешены» (см. также Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 25б).

И еще сказали наши мудрецы, что плоды первых трех лет символизируют нетерпение и желание проявиться раньше времени. Поэтому они далеки от совершенства, и на них есть налет скверны. Плоды первых трех лет соответствуют трем нечистым оболочкам (клипот) в духовных мирах, наиболее непроницаемым и исполненным зла. Они сильнее всего заслоняют от мира Божественный свет. А плоды четвертого года соответствуют четвертой, тонкой клипе, в которой зло и добро перемешаны друг с другом. Эти плоды требуют духовного исправления, поэтому нам заповедано принести их в Иерусалим и съесть там в святости (см. Зоѓар, ч. 3, 87, 1; Шаарей ора, шаар 5; Пардес римоним, шаар 25, 7).

01. Заповеди орла и нета ревай

Согласно заповеди Торы, мы не должны извлекать какую-либо пользу из плодов, относящихся к категории орла. Это плоды, выросшие на дереве в первые три года после того, как оно было посажено. Согласно другой заповеди Торы, плоды четвертого года (нета ревай) нужно принести в Иерусалим и съесть их там в святости, славя Творца. Исполнение этой заповеди привлечет благословение к плодам всех последующих лет, начиная с пятого года. Вот что сказано об этом в Торе (Ваикра, 19:23-25): «И когда войдете в Землю и посадите какое-либо дерево плодоносное, то считайте плоды его за необрезанные (орла); три года да будут они для вас необрезанными, не должно есть их. А в четвертый год все плоды его посвящены восхвалению Господа. В пятый же год вы можете есть плоды его, и умножатся для вас плоды его. Я Господь, Бог ваш».

Слово орла (ערלה) означает «непроницаемый», «бесчувственный». Таким образом, выражение «с непроницаемым сердцем» (Йехезкель, 44:9) подразумевает людей, чье сердце нечувствительно к Божественному слову; выражение «с непроницаемыми ушами» (Ирмеяѓу, 6:10) – людей, которые слушают, но не слышат; выражение «с непроницаемыми устами» (Шмот, 6:12) – того, кто неспособен говорить. Из этого следует, что плоды первых трех лет жизни дерева должны быть «непроницаемы», то есть недоступны для нас, ведь нам запрещено есть их и извлекать из них любую другую выгоду (см. комментарий Раши и Рашбама к Ваикра, там же).

В тот день, когда сыны Израиля под предводительством Йеѓошуа бин Нуна пересекли Иордан и вошли в Землю Израиля, на них была возложена обязанность соблюдать заповедь орла. Об этом сказано (Ваикра, 19:23): «И когда войдете в Землю и посадите…». В отношении дерева, посаженного инородцем в своем поле в Земле Израиля, с того дня тоже было необходимо соблюдать заповедь орла: его плоды в первые три года также запрещено употреблять в пищу или использовать в каких-либо иных целях. На это указывают слова того же стиха: «любое дерево плодоносное» – в том числе и посаженное инородцем (Торат коѓаним, там же).

За пределами Земли Израиля орла имеет статус закона, переданного по традиции от учителя ученикам, начиная с Моше (ѓалаха ле-Моше ми-Синай). Согласно Ѓалахе, он действует только в случае, когда нет никакого сомнения в том, что мы имеем дело с плодами первых трех лет жизни дерева. А когда это вызывает сомнение, то даже если вероятность этого очень высока, запрет орла на эти плоды не распространяется, – так как плоды, в отношении которых существует сомнение, запрещены только в Земле Израиля и разрешены за ее пределами (см. Мишна и Иерусалимский Талмуд, трактат Орла, 3, 7; Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 39а; Шульхан арух, 294, 8; ниже, п. 11). Земля Израиля в отношении заповеди орла – это территория в границах заселения сынами Израиля после Исхода из Египта. Но даже согласно подходу авторитетов, считающих, что долина Южная Арава не входит в эти границы, на нее распространяется заповедь орла согласно Торе, потому что эта территория принадлежит государству Израиль (см. ниже, гл. 12, п. 2, прим. 2, и п. 17)^[1].

Неважно, посеял ли человек семечко или посадил саженец, – с момента, когда они пустили корни в почву, начинают отсчитывать три года (ниже, в п. 4, объясняется, как именно ведется счет лет).

06. Смесь и связанные с ней сомнения

Если у человека есть злаковые или пища, содержащая злаковые, и возникает сомнение, не распространяется ли на них запрет хадаш, то есть их запрещено, так как при сомнении, связанном с запретом Торы, следует придерживаться более строгого толкования закона. Согласно обычаю, принятому в Израиле, в отношении любой злаковой пищи, имеющей сертификат кошерности Верховного раввината, не возникает подозрения, что на нее распространяется запрет хадаш.

Так следовало бы поступать и за пределами Земли Израиля: при сомнении, связанном с запретом хадаш, придерживаться более строгого толкования закона. Ведь в наши дни можно использовать злаковые прошлогоднего урожая, поэтому мы уже не находимся в условиях крайней необходимости (см. Игрот Моше, Йоре деа, 4, 46, 4). Однако на практике большинство инстанций за границей, выдающих сертификат кошерности, обычно следуют менее строгому толкованию закона, на основе доводов, которые ѓалахические авторитеты приводили раньше, когда было крайне сложно достать злаковые прошлогоднего урожая. Тому, кто, пребывая за пределами Земли Израиля, хочет придерживаться в этом вопросе менее строгого толкования закона, есть на чье мнение положиться. При этом, чем труднее найти пищу, на которую не распространяется запрет хадаш, тем с большим основанием можно положиться на мнение авторитетов, которые следуют в этом вопросе менее строгому толкованию. Однако в Израиле, хотя большая часть злаковых туда импортируется, не подобает придерживаться менее строгого толкования закона, поскольку подавляющее большинство авторитетов толкует закон в отношении запрета хадаш более строго, и таков обычай Земли Израиля испокон веков. К тому же, в наши дни можно без труда избежать подозрения на нарушение этого запрета. Поэтому запрещено есть любой продукт, содержащий злаки и имеющий сертификат кошерности, выданный вне Израиля, если он не имеет также сертификата Верховного раввината Израиля, и при этом на нем не указано однозначно, что злаки, содержащиеся в этом продукте, принадлежат к прошлогоднему урожаю, или что раввин, выдавший сертификат кошерности, строго соблюдает запрет хадаш. Запрещено есть такой продукт, поскольку в отношении него возникает подозрение на нарушение запрета хадаш, ведь известно, что большинство инстанций, выдающих сертификат кошерности за пределами Израиля, придерживается менее строгого толкования закона при сомнении, связанном с этим запретом.

Если мука, на которую распространяется запрет хадаш, смешалась с другой мукой, то запрет остается в силе, даже если соотношение между запрещенной и разрешенной мукой составляет один к тысяче. Это объясняется тем, что мука, на которую распространяется запрет хадаш, относится к категории «потенциально разрешенной». Ведь после дня вознесения омера ее будет разрешено есть. А если пища, принадлежащая к категории «потенциально разрешенной», смешалась с пищей того же вида, но разрешенной, – то она делает запрещенной всю смесь в любом соотношении (см. трактат Недарим, 58а; Рамбам, Законы, связанные с запрещенной пищей, 15, 10).

Если смесь, на которую распространяется запрет хадаш, представляет собой квасное (хамец), то эта смесь никогда не станет разрешенной, так как перед Песахом ее следует уничтожить. Поэтому, если разрешенных ингредиентов смеси в шестьдесят раз больше, чем тех, на которые распространяется запрет хадаш, то вторые аннулируются, и смесь становится разрешенной к употреблению в пищу. Подобно тому, если до наступления дня вознесения омера смесь испортится, то ингредиенты, на которые распространяется запрет хадаш, аннулируются в соотношении один к шестидесяти.

Если мука, на которую распространяется запрет хадаш, смешалась с пищей другого вида, то она аннулируется в соотношении один к шестидесяти, и не нужно ждать дня вознесения омера, чтобы вся пища стала разрешенной. Ведь даже пища, относящаяся к категории «потенциально разрешенной», делает запрещенной пищу другого вида лишь при условии, что влияет на ее вкус. Однако в соотношении один к шестидесяти ингредиент не может повлиять на вкус смеси, поэтому он аннулируется, и смесь разрешена для употребления в пищу (см. Шульхан арух, Йоре деа, 102, 1).

05. Запрет хадаш за пределами Земли Израиля

Как известно, еврейский народ должен жить в Земле Израиля, и именно эта земля больше всего подходит для исполнения заповедей Торы (см. Мидраш Сифрей к Дварим, 11:18; комментарий Рамбана к Ваикра, 18:25; ниже, гл. 13, п. 1). И действительно, в Земле Израиля нетрудно соблюдать запрет хадаш, так как в ней злаковые культуры сеют в начале зимы, и они поспевают весной, незадолго до Песаха. Поэтому после вознесения омера разрешено употреблять в пищу все виды злаковых. Нужно только отложить жатву и употребление в пищу культур, созревших перед Песахом, до того дня, когда будет принесена жертва омера. Что же касается стран, в которых дождь идет и летом, то в них злаковые часто сеют после Песаха. В таком случае на часть урожая запрет хадаш распространяется вплоть до дня вознесения омера следующего года. Кроме того, нередко было трудно разобраться, какой урожай пустил корни до наступления дня вознесения омера, и потому он разрешен в пищу в этом году, а какой – после этого дня, и тогда его запрещено есть до наступления дня вознесения омера в следующем году. И поскольку это была ситуация крайней необходимости, авторитеты разрешили употреблять в пищу урожай, продающийся на базарах, на основании закона о двойном сомнении (сфек сфека). Первое сомнение состоит в том, не является ли этот урожай прошлогодним; но даже если это урожай нынешнего года, может быть, что он пустил корни до наступления дня вознесения омера или был привезен из страны, где весь урожай пускает корни до этого дня (так пишут Раавиа и Рош). Кроме того, есть мнение, что за пределами Земли Израиля запрет хадаш – это постановление мудрецов, а не заповедь Торы. А значит, в случае сомнения нужно следовать менее строгому толкованию закона (так пишет Ор заруа).

Но когда евреи начали селиться в странах Северной Европы, им стало крайне сложно воздерживаться от нарушения запрета хадаш. Поскольку зима там очень холодная, посев злаковых осуществляется только весной, и часто бывает, что они пускают корни уже после дня вознесения омера. К тому же, в этих странах злаковые нередко выращивают летом, потому что летом там идут дожди. Так случалось, что почти на весь урожай в этих странах распространялся запрет хадаш, и многие евреи ели злаковые, не проверяя, не распространяется ли на них этот запрет вплоть до наступления дня вознесения омера следующего года. Особо сложные проблемы возникали в отношении ячменя и овса, так как из них изготовляли брагу, и во многих случаях было очевидно, что на них распространяется запрет хадаш.

Были раввины, призывавшие народ соблюдать этот запрет, несмотря на трудности. Но поскольку ситуация только усложнялась, многие раввины не хотели укорять народ за его нарушение, так как знали, что народ их не послушает. Они действовали из соображения: «Пусть лучше народ нарушает запрет по незнанию, чем осознанно» (об этом пишут Рош и Рама, 293, 3).

Другие раввины, учитывая безвыходность положения, искали ѓалахические пути, чтобы разрешить народу употреблять в пищу урожай, несмотря на запрет хадаш. Согласно одному мнению, в Мишне существует подход, соответствующий менее строгому толкованию закона. Он гласит, что за пределами Земли Израиля запрет хадаш не действует. И в случае крайней необходимости на этот подход можно положиться (см. Турей заѓав, 293, 4). Согласно другому мнению, менее строгий подход в Мишне гласит, что за пределами Земли Израиля запрет хадаш является постановлением мудрецов, а не заповедью Торы; кроме того, он действует только в странах, расположенных недалеко от Земли Израиля. Поэтому в случае крайней необходимости урожай, на который распространяется запрет хадаш, можно разрешить употреблять в пищу в Европе и других странах, далеких от Святой Земли (см. Арух ѓа-шульхан, 293, 20, на основе слов рабейну Баруха). Согласно третьему мнению, хотя запрет хадаш действует во всем мире, он относится только к урожаю, выращенному евреями, и не касается нееврейского урожая (так пишет Байт хадаш). И хотя крупные ѓалахические авторитеты знали, что, по мнению подавляющего большинства ранних законоучителей, практический закон соответствует подходу танаев^[7], который гласит, что запрет хадаш действует согласно Торе за пределами Земли Израиля даже в отношении урожая, выращенного неевреями, – они, учитывая безвыходность положения, учли мнение отдельных авторитетов и постановили, что в этом вопросе можно следовать менее строгому толкованию закона. Ведь в холодных странах Северной Европы евреи крайне нуждались в браге, и им казалось, что от этого зависит само их существование (см. Турей заѓав, там же)^[8].

04. Запрет жатвы

Запрещено сжинать урожай пяти видов злаков, выросший в Земле Израиля, прежде чем была сжата мера ячменя для жертвы омера. Об этом сказано (Ваикра, 23:10): «Когда придете в землю, которую Я даю вам, и будете жать на ней жатву, то приносите омер из начатков жатвы вашей к священнику». Имеется в виду, что ячмень для омера следует сжинать в самую первую очередь. Тот, кто преступил этот запрет, нарушил заповедь-предписание Торы, но сжатый им урожай можно есть после вознесения омера (см. Рамбам, Законы ежедневных и дополнительных жертвоприношений, 7, 21). Запрет остается в силе и после разрушения Храма. Запрещено жать с помощью каких-либо орудий и приспособлений, но можно срывать колосья руками (см. трактат Псахим, 11а).

Запрет распространяется на урожай, выросший в таких местах, откуда можно приносить ячмень для вознесения омера. Исходя из этого, разрешено жать урожай, растущий на искусственно орошаемых полях, расположенных в долине, так как урожай таких полей не отличается высоким качеством и не подходит для жертвы омера. Тем не менее, мудрецы запретили вязать урожай этих полей в снопы до наступления дня вознесения омера, чтобы зерно этого урожая не пошло в пищу, пока оно еще запрещено. Казалось бы, следовало запретить и жатву, однако поскольку перенесение жатвы на более поздний срок могло нанести ущерб урожаю, мудрецы ограничились лишь запретом вязать урожай в снопы (см. трактат Менахот, 71а; Шита мекубецет, там же; Рамбам, 7, 13). В наши дни, когда жатва разрешена в любом месте, ее желательно осуществлять с помощью комбайнов, так как при уборке урожая комбайном зерно отделяется от колосьев и в непереработанном виде складывается в силосную башню^[4].

Также разрешено сжинать новый урожай, выросший между других посадок. Это объясняется тем, что поскольку такой урожай не отличается высоким качеством, он не годится для жертвы омера. Мудрецы тоже не запрещают сжинать такой урожай, потому что он наносит ущерб соседним молодым посадкам. Разрешается сжинать новый урожай и в том случае, если это необходимо для исполнения какой-либо заповеди, – например, если нужно освободить место для трапезы скорбящих или для урока Торы. Ведь запрещено сжинать урожай, пригодный для жертвы омера, если он необходим для нужд самого человека, а не для исполнения заповеди. Тем не менее, для того чтобы зерно этого урожая не пошло в пищу, пока на него еще распространяется запрет хадаш, мудрецы запретили вязать сжатые колосья в снопы, как делается обычно. Вместо этого следует складывать урожай небольшими пучками, не связывая колосья. Это будет служить напоминанием, что на него еще распространяется запрет (см. трактат Менахот, 71а и 72а, а также комментарий Раши, там же; Рамбам, там же, 15-16)^[5].

До наступления дня вознесения омера разрешено сжинать урожай, не поспевший на одну треть, чтобы дать его в пищу скоту, поскольку в таком случае урожай сжинают главным образом не ради зерна, а ради колосьев – основной пищи скота. Урожай считается поспевшим на одну треть, если зерна годятся в пищу человеку в случае крайней необходимости, а если их посеять, то они прорастут.

За пределами Земли Израиля разрешена жатва до наступления дня вознесения омера, так как ячмень для омера не привозят из-за границы. Однако авторитеты спорят, действует ли там запрет мудрецов вязать урожай в снопы^[6].

03. Запрет есть зерно нового урожая (хадаш)

Запрет хадаш распространяется на пять видов злаков, из муки которых пекут хлеб: пшеница, ячмень, полба, овес и рожь. В Торе (Ваикра, 23:14) сказано: «Ни хлеба, ни сушеных зерен, ни свежих колосьев не ешьте до того самого дня, пока не принесете этой жертвы Богу вашему». Хлеб – это продукт, изготовленный из муки пяти видов злаков, обладающей способностью к заквашиванию: если тесто, замешанное на такой муке, оставить без движения, то оно заквашивается, что позволяет испечь из него качественный хлеб, являющийся основой человеческой пищи. А если это тесто постоянно месят, не оставляя без движения, то из него получается хлеб, называемый «хлебом бедности». Это и есть маца, которую нам заповедано есть в Песах (см. Вавилонский Талмуд, трактат Менахот, 70а-б).

Хадаш (букв. «новое») – это злаки, на которые распространяется запрет. Их запрещено есть, но разрешено извлекать из них другую выгоду. Таким образом, разрешается давать их в корм скоту (см. Мишна, трактат Менахот, 71а; трактат Псахим, 23а); также можно продавать их нееврею, при условии, что тот не приготовит из них пищу для еврея, толкнув его на нарушение запрета.

Тора подробно перечисляет: «Ни хлеба, ни сушеных зерен, ни свежих колосьев не ешьте», дабы научить нас, что зерно нового урожая запрещено употреблять в пищу в любом виде. Хлеб – наиболее качественный продукт, приготовляемый из злаковых. Для того чтобы изготовить хлеб, нужно размолоть зерно, замесить тесто на воде и испечь его. Однако запрет относится не только к хлебу, но и к сушеным или жареным зернам, к свежим колосьям, а также к вареным злакам, поскольку с того момента, как зерно поспевает в колосьях, на него распространяется запрет хадаш, и варка его не отменяет. Запрет касается также продуктов, содержащих муку и ее производные: отруби, крахмал, клейковину (глютен). Он распространяется и на все виды овсяной крупы, а также на любые напитки, изготовленные из зерна нового урожая, – например, на все разновидности пива и браги. При этом не имеет значения, как именно был изготовлен напиток: путем выжимания или варки злаковых^[3].

Злаки, успевшие пустить корни до 16 нисана, разрешено употреблять в пищу после дня принесения омера, даже если они еще не проросли. А злаки, не успевшие пустить корни до этого времени, запрещено есть в ближайшем году. Они будут разрешены только после дня принесения омера следующего года. Зерна злаковых культур пускают корни в земле в течение двух недель после посева (так пишут Дагуль ми-рвава и рабби Акива Эйгер). Другие авторитеты считают, что это происходит в течение трех дней после посева (так пишет Трумат ѓа-дешен). И поскольку мы имеем дело с запретом Торы, практический закон соответствует мнению авторитетов, придерживающихся в этом вопросе более строгого толкования. Тем не менее, если известно наверняка, что растения успели пустить корни до 16 нисана, – то даже если со времени посева не прошло двух недель, после дня принесения омера зерно этого урожая разрешено есть (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Швиит, 2, 4).

Запрет хадаш распространяется на любой урожай злаковых, даже если колосья выросли в горшке без отверстия или в воде (см. комментарий Рашаша к трактату Псахим, 36б).

Разрешается проращивать зерна злаковых, разрешенные для употребления в пищу после дня принесения омера, и есть полученные ростки, не дожидаясь дня принесения омера следующего года. Это объясняется тем, что запрет хадаш распространяется только на зерна, даже если они не созрели и на одну треть, но не на ростки (см. Шаагат арье, Хадаш, 4).

02. Заповедь принесения омера в разные исторические периоды в Земле Израиля и за ее пределами

До того как сыны Израиля вошли в Землю Израиля, они не были обязаны приносить жертву омера и каждый год могли есть злаковые нового урожая без всяких ограничений. 10 нисана 2489 года от Сотворения мира сыны Израиля перешли Иордан и вошли в Святую Землю. С того дня им запрещалось есть злаковые нового урожая до вознесения омера. Этот запрет распространился из Земли Израиля по всему миру, и с тех пор он действует как в ней, так и за ее пределами, в отношении как еврейского, так и нееврейского урожая. Об этом сказано (Ваикра, 23:14): «Это устав вечный в роды ваши во всех местах поселения вашего» (и см. ниже, п. 5).

Запрет остался в силе и после разрушения Храма, ведь сказано: «Это устав вечный в роды ваши». Однако когда Храм существовал, всему народу Израиля разрешалось есть злаковые нового урожая начиная с момента вознесения омера днем 16 нисана; а после того как Храм был разрушен, это разрешение вступает в силу лишь на исходе 16 нисана, о чем сказано (там же): «Ни хлеба, ни сушеных зерен, ни свежих колосьев не ешьте до того самого дня, пока не принесете этой жертвы Богу вашему». Когда Храм существует: «пока не принесете этой жертвы Богу вашему»; когда Храм разрушен: «до того самого дня». А за пределами Земли Израиля, где празднуют второй йом тов, следует подождать еще один день: новый урожай разрешен лишь на исходе 17 нисана (см. трактат Менахот, 68б; Рамбам и Шульхан арух, Йоре деа, 293, 1).

Одно из возможных объяснений заповеди вознесения омера: из злаковых человек готовит свою основную пищу. Поэтому так важно подчеркнуть их духовную, Божественную основу. Вот почему Тора заповедала нам, чтобы мы не утоляли свой голод зерном нового урожая, пока не вознесем самые первые зерна в жертву Господу. Так мы свяжем нашу пищу с ее духовным корнем, и это поможет нам в течение всего года усваивать Высшее благо, которое нисходит к нам вместе с пищей из Источника святости. Однако святость раскрылась в Земле Израиля только после того, как мы вошли в нее, и только с этого момента стало возможным связать нашу пищу с ее корнем в мире святости, принеся жертву омера. Даже в то время, когда Храм разрушен, и мы не можем принести эту жертву, сама идея того, что нам следовало бы вознести первые зерна нового урожая в жертву Господу, и поэтому запрещено есть зерно нового урожая, пока не наступит день принесения омера, духовно возвышает народ Израиля и освящает его трапезы в течение всего года (см. Сефер ѓа-хинух, 303; комментарий Хизкуни к Ваикра, 23:10; ниже, гл. 2, п. 2).

01. Жертвоприношение омера и запрет есть зерно нового урожая

Согласно заповеди Торы, мы обязаны каждый год 16 нисана, назавтра после первого дня Песаха, принести в Храме возношение Господу – жертву омера, состоящую из зерен ячменя нового урожая. Так мы ежегодно посвящаем Господу первые зерна нового урожая злаковых. До принесения жертвы омера запрещено есть злаковые нового урожая. Запрещается даже приступать к жатве нового урожая, пока не был сжат ячмень для омера. В Торе (Ваикра, 23:9-14) об этом сказано: «И сказал Господь Моше, говоря: говори с сынами израилевыми и скажи им: когда придете в землю, которую Я даю вам, и будете жать на ней жатву, то приносите омер из начатков жатвы вашей к священнику. И вознесет он омер пред Господом для приобретения вам благоволения; во второй день празднования вознесет его священник. И принесете в день вознесения омера однолетнего ягненка без порока во всесожжение Господу. И с ним хлебный дар: две десятых части эйфы тонкой пшеничной муки, смешанной с елеем, в огнепалимую жертву Господу, в приятное благоухание, и возлияние вина к нему – четверть ина. Ни хлеба, ни сушеных зерен, ни свежих колосьев не ешьте до того самого дня, пока не принесете этой жертвы Богу вашему; это устав вечный в роды ваши во всех местах поселения вашего».

Время принесения жертвы омера – назавтра после первого дня Песаха. Такова талмудическая традиция толкования слов Торы «во второй день празднования» (досл. ממחרת השבת, «назавтра после дня покоя»). В первый день (йом тов) Песаха мы отдыхаем и воздерживаемся от созидательной работы, чтобы укрепиться в вере, вспоминая Исход из Египта и исполняя заповедь есть мацу во время Пасхального седера. Сразу после этого дня нам заповедано принести в жертву омера ячменные зерна нового урожая – в знак того, чтобы вся пища, которую мы будем есть в течение ближайшего года, тоже служила укреплению нашей веры. Поскольку день вознесения омера точно определен Торой и является неизменным, – даже если он выпадает на субботу, приготовление жертвы омера и ее принесение (жатва меры ячменя, молотьба, обжаривание зерен, измельчение их в муку и т.д.) отодвигает субботние запреты.

Хотя наиболее качественной и ценной из всех злаковых культур считается пшеница, в жертву омера приносят именно ячмень, потому что такова традиция, полученная народом Израиля от нашего учителя Моше. Она соответствует и законам природы Земли Израиля: ячмень в ней созревает до Песаха, а пшеница – после. Здесь есть глубокий духовный смысл: ячмень, который часто используется как пища для скота, символизирует низменное, животное, «базисное» начало человека, поэтому он созревает раньше пшеницы. И именно он должен быть принесен в жертву Господу, то есть приобщиться к святости. С той ночи, когда сжинают меру ячменя для омера, отсчитывают семь недель, то есть сорок девять дней. Все это время мы готовимся к празднику Шавуот – дню дарования Торы, каждый день восходя все выше и выше, пока не достигнем духовного уровня этого праздника, в который нам заповедано принести в жертву два пшеничных хлеба, и это первое жертвоприношение года, содержащее пшеницу нового урожая. Таким образом, после вознесения омера народу Израиля разрешается есть зерно нового урожая, а после вознесения двух хлебов – приносить в Храме жертвы, содержащие пшеницу нового урожая (см. Вавилонский Талмуд, трактат Менахот, 68б; «Жемчужины Ѓалахи», Праздники еврейского календаря, гл. 13, п. 7).

Заповедь жатвы ячменя для жертвы омера следует исполнять в ночь на 16 нисана. Ее можно исполнить в течение всей ночи. Для омера нужен ячмень, выросший вблизи от Иерусалима. Но если в районе Иерусалима ячмень еще не поспел, то зерна привозили издалека. Единственное непременное условие – они должны расти в Земле Израиля. Для принесения ячменя в Храм устраивали торжественное многолюдное шествие, чтобы тем самым показать верность талмудической традиции толкования слов Торы «во второй день празднования». По принесении колосьев ячменя в Храм из них извлекали зерна, которые затем слегка поджаривали и размалывали. Образовавшуюся муку просеивали сквозь тринадцать сит. На следующий день, после принесения ежедневной жертвы тамид и дополнительных праздничных жертв (мусафим), брали десятую часть эйфы приготовленной ячменной муки, смешивали ее с одним логом^[1] оливкового масла, добавляли щепотку левоны^[2], и коѓен рассеивал эту смесь пред Господом, а одну горсть сжигал на жертвеннике. После того как она сгорала, всему народу Израиля было разрешено есть злаковые нового урожая (см. трактат Менахот, 63-68; Рамбам, Законы ежедневных и дополнительных жертвоприношений, 7, 3-12).

14. Годовщина смерти (йорцайт)

Годовщина смерти – это день смерти отца или матери ежегодно. Если есть такая возможность, то в этот день сыновья и дочери посещают могилу родителей, и к ним присоединяются другие родственники.

Сказали наши мудрецы, что каждый год душу умершего судят заново на Небесном суде. Хотя его земная жизнь завершилась, его влияние не закончилось. Если дети, оставшиеся после него в этом мире, совершают грехи, то он должен понести за это наказание, так как он не дал им подобающего воспитания. А если они отличаются праведностью и добрыми делами, это значит, что его воспитание продолжает творить в мире добро, и тогда он удостаивается награды и возносится на более высокий уровень в мире душ. Поэтому принято, чтобы в годовщину смерти родителей их дети совершали покаяние, умножали изучение Торы, давали цдаку, проникновенно молились и читали кадиш за вознесение души родителей. Согласно распространенному обычаю, в этот день принято поститься в знак покаяния, а тот, кому поститься трудно, может вместо этого пожертвовать сумму денег на цдаку. Раньше было принято в годовщину смерти родителей зажигать свечу в синагоге, чтобы прибавить света для молитвы, однако в наши дни, когда везде есть яркое электрическое освещение, в этом нет никакого смысла. Тем не менее, в память об этом обычае принято зажигать свечу дома, но самое главное – дать вместо зажигания свечи пожертвование на синагогу или на нужды бедных.

13. Установление памятника на могиле

Следует постараться установить памятник на могиле до окончания тридцатидневного траура. На памятнике должны быть написаны имя умершего и имена его родителей, а также даты его рождения и смерти. Можно написать правдивые хвалебные слова о его личности, но необходимо избегать преувеличений, так как подобные преувеличения могут привести к тому, что на Небесах умершего будут судить более строго. Желательно, если есть такая возможность, чтобы супруги были похоронены рядом, для того чтобы их детям было легче посещать их могилы. Согласно распространенному обычаю, люди, посещающие могилу, кладут на нее небольшой камешек, в знак того, что они приходили сюда. Также существует обычай приносить на могилу цветы, который некоторые евреи переняли у других народов. В этом обычае нет особых достоинств, но он не является запрещенным.

12. Кадиш за вознесение души умершего

Тот, кто соблюдает траур по кому-то из своих родителей, должен читать кадиш в течение первого года после его смерти. Это очень важно для души умершего, чтобы помочь ей избавиться от сурового суда Геѓинома. Ведь если умерший оставил после себя сына, который освящает Имя Всевышнего, читая кадиш, – то заслуги умершего умножаются. Кадиш читают и по родителю, который был абсолютным праведником. Хотя праведники сразу попадают в Ган Эден, минуя страдания Геѓинома, их души наслаждаются и возносятся еще выше, когда их дети читают по ним кадиш. И тем более необходимо читать кадиш по родителям, которые были неправедными людьми. Они особенно в этом нуждаются, чтобы суд Геѓинома был для них не таким суровым. Чем старательнее сын будет изучать Тору, исполнять заповеди и совершать добрые дела в первый год после смерти родителя, тем больше это поможет душе умершего вознестись. Если сын умеет вести общественную молитву, и община согласна, то желательно, чтобы он был кантором в синагоге во время будничных молитв. Существует обычай не читать кадиш в двенадцатый месяц траура – либо в течение всего этого месяца, либо в течение только одной недели. Это объясняется тем, что грешников судят в Геѓиноме двенадцать месяцев, и если по умершему будут читать кадиш все двенадцать месяцев, это будет равносильно признанию, что он был грешником. Но если известно, что умерший был грешником (например, если он перешел в другую веру или покончил с собой), то по нему читают кадиш полные двенадцать месяцев (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 4, п.п. 5-6).

Ребенок, не достигший возраста бар мицвы, тоже должен читать кадиш по своим родителям. Если у умершего нет сына, который может читать по нему кадиш (даже если у него есть достаточно взрослый сын, который не хочет приходить ежедневно в синагогу и читать кадиш), то кадиш по нему могут читать его отец, внук или зять. Если у него нет родственника, который сможет читать кадиш, то на деньги из его наследства нужно нанять богобоязненного человека, чтобы тот читал кадиш. Прозелиту, перешедшему в еврейство, подобает читать кадиш по своим родителям-неевреям. Подобно тому, усыновленный ребенок должен читать кадиш по своим приемным родителям (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 4, п. 8).

11. Тридцатидневный траур (шлошим), траур в течение года после смерти

По окончании семидневного траура траурные обычаи продолжают соблюдаться в меньшей степени до истечения тридцати дней, после чего все траурные обычаи заканчиваются. Исключение составляет смерть одного из родителей, после которой траурные обычаи следует соблюдать в течение целого года в знак уважения к родителям.

В период тридцатидневного траура запрещено стричься и бриться. Не посещают свадьбы и другие торжества, связанные с исполнением заповеди, и тем более увеселительные мероприятия, не связанные с исполнением заповеди. Не слушают веселую музыку, и даже обычную музыку можно слушать лишь негромко. Не покупают одежду, мебель и другие предметы, приносящие человеку радость. В случае необходимости скорбящему разрешено купить подарок своим близким. Разрешено пойти к друзьям на трапезу, если она будет проходить в тихой и спокойной атмосфере, но скорбящему запрещено проводить такую трапезу у себя дома. Не принимают участие в поездках и путешествиях ради удовольствия и радости, но это разрешено ради учения или отдыха. Дети, скорбящие по родителям, должны соблюдать эти обычаи в течение целого года.

Свадьба: если возникает необходимость, чтобы скорбящие приняли участие в свадебном тождестве (например, в случае, когда жених или невеста очень огорчатся, если они не придут), то принято присутствовать на свадьбе только во время хупы, но не во время трапезы. Тот же закон относится к детям, соблюдающим траур по родителям в течение года: если они должны пойти на свадьбу, то им следует присутствовать только на хупе, но не на трапезе. Если скорбящие очень близки к жениху или невесте (например, если жених или невеста – их брат или сестра, а иногда племянник или племянница), и возникает необходимость, чтобы они приняли участие также в свадебной трапезе, так как их отсутствие существенно омрачит радость жениха или невесты, – то, при условии что закончился тридцатидневный траур, они могут сидеть отдельно во время трапезы и выходить из зала, когда играет музыка, и тем более во время танцев, чтобы не проявить неуважение к памяти умершего, о котором они скорбят. А если они должны принимать гостей или распоряжаться подачей блюд, то им разрешено оставаться в зале и тогда, когда играет музыка.

Если скорбящие – родители жениха или невесты, и даже если свадьба проходит в период тридцатидневного траура, они должны участвовать во всем свадебном торжестве, чтобы не нарушить его радость. Но им не следует принимать участие в танцах, и только если жених или невеста попросят танцевать вместе с ними, то они должны немного потанцевать, чтобы выполнить их просьбу. Не следует откладывать заранее назначенную свадьбу, если она выпадает на период тридцатидневного траура.

10. Праздники

Праздники, упомянутые в Торе, отменяют семидневный траур. Хотя праздник обладает меньшей святостью, нежели суббота, его радость более заметна и выражена, чем радость субботы. Поэтому, если семидневный траур начался даже за час до наступления праздника, с началом праздника заповедь праздничной радости отменяет и прекращает траур. А после праздника семидневный траур справлять уже не нужно. Перечислим праздники, отменяющие семидневный траур: Песах, Шавуот, Рош ѓа-Шана, Йом Кипур и Суккот. Что же касается праздников, установленных мудрецами (таких как Ханука, Пурим, День независимости Израиля), то они не отменяют семидневного траура.

Если похороны состоялись в «будни праздника» (холь ѓа-моэд), то семидневный траур начинают справлять сразу по окончании праздника. В течение же самого праздника скорбящие должны очень постараться не плакать и не печалиться, а заниматься исполнением заповедей этого праздника. Так или иначе, хотя в дни праздника они не справляют траур, родственники и друзья приходят их утешать в более спокойной атмосфере. Как только закончится праздник, скорбящие начинают справлять семидневный траур (см. «Жемчужины Ѓалахи», Праздники еврейского календаря, гл. 1, п. 14).

09. Отсчет семи дней траура

При отсчете семи дней траура руководствуются ѓалахическим правилом, которое гласит, что часть дня засчитывается как полный день. Поэтому, даже если скорбящие начали справлять семидневный траур незадолго до захода солнца, с заходом закончится первый день траура. То же самое касается и седьмого дня: часть дня засчитывается как полный день. Поэтому утром, после того как придут последние утешающие, они скажут скорбящим встать и завершить семидневный траур. На этом заканчиваются обычаи первых семи дней после смерти близкого родственника. В некоторых общинах принято, что когда скорбящие завершают траур, утешающие читают им молитву Цидук ѓа-дин («Оправдание закона»). Согласно распространенному обычаю, скорбящие, завершив семидневный траур, посещают могилу умершего, чтобы прочесть там главы из книги Теѓилим за вознесение его души. Принято посещать могилу также на тридцатый день после похорон (то есть по окончании тридцатидневного траура).

Суббота: в субботу не принято публично соблюдать законы траура, чтобы не нарушить святость этого дня. Поэтому скорбящим разрешено изучать Тору, ходить на молитвы в синагогу и приветствовать друг друга словами Шабат шалом. В субботу в течение семидневного траура также устраивают трапезы с песнопениями, как в любую другую субботу. Перед самым наступлением субботы скорбящим разрешается помыться теплой водой, надеть субботнюю одежду и пойти в синагогу. Однако и в субботу продолжают соблюдать траурные обычаи, связанные с частной жизнью человека. Поэтому запрещено вступать в супружескую близость, а также мыться и умащать тело ради удовольствия. Субботний день засчитывается как один из семи дней траура, потому что суббота – это душа всей недели, и когда речь идет о неделе траура, то суббота возвышает эту неделю и возносит траур на более высокий духовный уровень.

08. Утешение скорбящих (нихум авелим)

Утешение скорбящих – важнейшая заповедь. Главное утешение состоит в том, что люди разделяют печаль скорбящих, рассказывают о положительных качествах умершего, и эти рассказы пробуждают всех, кто их слышит, к покаянию и добрым делам. Нет ничего удивительного в том, что в дни семидневного траура выясняется: оказывается, умерший был более благодетельным человеком, чем было известно в дни его жизни. В самом деле, у каждого человека есть множество разных сторон, и в повседневной жизни мы не всегда обращаем внимание на самое главное. Однако истина такова, что добрые качества человека – это и есть его глубинная суть, они служат выражением его души, они остаются навек. Именно на этих качествах умершего мы должны сосредоточиться во время семидневного траура, чтобы возвысить память об умершем и увековечить его доброе наследие, и тем самым способствовать возвышению его души.

Утешающему можно немного расспросить скорбящего и его жизни и делах, но собеседники должны следить за тем, чтобы не вступить в долгий разговор о работе и прочих будничных вещах. Лучше молчать, чем вести будничную беседу, перемежающуюся шутками. Из почтения к умершему в доме скорбящих принято говорить серьезно, приглушенным голосом.

Утешающие должны вести себя вежливо, приходить в удобное для скорбящих время и не занимать их долгими разговорами, если они устали. Если человек любит поговорить, то он должен пресечь себя, чтобы дать и другим посетителям возможность утешить скорбящих.

Существует заповедь связать личную скорбь семьи со скорбью всего еврейского народа. Это придает глубокий смысл скорби человека и помогает ему направить ее на покаяние и добрые дела. Поэтому, согласно ашкеназскому обычаю, перед уходом утешающие говорят: «Да утешит вас Всевышний вместе со всеми другими скорбящими Сиона и Иерусалима, и да не будет у вас более печали». А выходцы из сефардских общин произносят: «Да будет вам ниспослано утешение с Небес».

07. Семидневный траур (шива)

Трапеза исцеления (сеудат ѓавраа): запрещено, чтобы первую трапезу после похорон скорбящие готовили себе сами, так как не подобает, чтобы они заботились о себе сами, когда тело дорогого им человека было только что погребено в земле. Поэтому существует опасение, что скорбящие ослабнут от голода, и на их соседей и родственников возлагается заповедь приготовить им первую трапезу, которая несет в себе аспект исцеления от скорби и возвращения к жизни. Согласно распространенному обычаю, во время этой трапезы подают блюда, имеющие круглую форму, например, вареные яйца, чечевицу, питы. Это намек скорбящим, что мир вращается, как колесо: сейчас они внизу, исполненные скорби, но колесо продолжит свое вращение, и в будущем их ждут дни радости.

В продолжение семидневного траура также принято, чтобы соседи и родственники готовили скорбящим еду, стремясь облегчить им это непростое время. Но если такой возможности нет, то скорбящему разрешено приготовить себе еду самому.

В период семидневного траура принято сидеть на земле, в знак скорби по умершему, который лежит в могиле. Даже если скорбящие сидят на матрасах или на очень низких табуретках, считается, что они сидят на земле. Если человек боится, что у него заболит спина, то он может сидеть на стуле или диване, но нужно постараться, чтобы они были ниже обычного, и было видно, что он сидит близко к земле. Матрасы, на которых скорбящие спят ночью, тоже принято класть на землю, но тот, кому трудно так спать, может спать на кровати. Скорбящим запрещено вступать в супружескую близость.

Где проводят траур: если есть такая возможность, то желательно, чтобы все скорбящие проводили дни траура вместе в доме умершего, чтобы почтить его память. При необходимости они могут выбрать другое место или проводить траур в разных местах, – главное, чтобы каждый скорбящий справил семидневный траур. Если место проведения траура расположено далеко от места жительства кого-либо из скорбящих, то ему разрешено провести часть траурных дней у себя дома, чтобы его соседям было проще навестить и утешить его. Согласно распространенному обычаю, в память об умершем принято зажигать свечу в каждый из семи дней траура. Скорбящим запрещено выходить из дома, но если кому-то из них трудно спать в доме, где проходит траур, то ему разрешено поехать ночевать домой, постаравшись, чтобы этого никто не заметил. Скорбящему также разрешено поехать домой перед началом субботы. Если в доме, где проходит траур, нет миньяна, то скорбящим разрешено пойти в синагогу, чтобы прочесть кадиш.

Запрет выполнения работы: скорбящим запрещено работать и заниматься торговлей, чтобы не отвлекаться от траура. Но им разрешено готовить пищу и прибирать дом. В случае крайней необходимости, чтобы предотвратить значительный убыток, им разрешено провести короткую деловую беседу, постаравшись, чтобы этого никто не заметил.

Приветствие: скорбящих запрещено приветствовать словом шалом («мир тебе»), а также спрашивать у них ма шломха (как дела?). Ведь очевидно, что скорбящий не пребывает в мире. По той же причине некоторые люди воздерживаются от рукопожатий со скорбящими.

Изучение Торы: скорбящим запрещено изучать Тору, так как изучение Торы радует человека и может отвлечь от мыслей о трауре. Но разрешено изучать темы, связанные со скорбью, трауром и покаянием.

Запрет мыться, умащать тело и пользоваться косметикой: скорбящим запрещено мыться ради удовольствия, но разрешено мыть загрязнившиеся части тела. Если человек потеет, то ему разрешено помыться теплой водой. Даже если человек не вспотел, но не может заснуть, так как не помылся перед сном, – ему тоже разрешено помыться теплой водой. Запрещено мазать тело кремом, но разрешено наносить мазь в медицинских целях. Женщине запрещено наносить макияж, но разрешен легкий макияж, чтобы избежать стыда.

Одежда и стирка: скорбящим запрещено стирать одежду и постельное белье, а также надевать свежевыстиранную одежду и стелить свежевыстиранное постельное белье. Но разрешено отстирывать водой пятна на одежде. Скорбящему разрешено менять нательное белье по мере надобности, при условии, что он не будет делать это просто ради удовольствия. Если скорбящему необходимо сменить одежду, потому что она испачкалась или от нее плохо пахнет, то он должен взять чистую одежду, положить ее на пол, чтобы она не считалась свежевыстиранной, и после этого он сможет ее надеть.

Стрижка и бритье: скорбящим запрещено стричься и бриться. Этот запрет длится в течение всего тридцатидневного траура. А после смерти родителей запрещено стричься до тех пор, пока кто-нибудь не скажет человеку, что у него слишком длинные волосы, и ему необходимо постричься.

Молитвы в доме, где проходит семидневный траур: следует постараться проводить молитвы в доме скорбящих ради вознесения души умершего. Если есть такая возможность, то желательно договориться со старостой синагоги (габай) и принести в дом скорбящих свиток Торы, чтобы провести публичное чтение Торы в понедельник и четверг. Перед молитвой принято произносить проповеди на тему Торы (диврей Тора), а также читать Мишну (משנה), так как ее название состоит из тех же букв, что и слово נשמה (нешама, «душа»).

06. Церемония похорон и надгробные речи

Существует заповедь произнести над умершим надгробную речь, в которой будут упоминаться его положительные качества и добрые дела, которые он совершил. Эта речь призвана пробудить в сердцах присутствующих печаль и скорбь по умершему. Сказали наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 105б): «Всякому, кого оплакивает праведный человек, прощаются все грехи». Поскольку сложно перечислить в точности все достоинства умершего, их лучше приумножить, чем приуменьшить. Но запрещено восхвалять умершего за достоинства, которых у него не было. Тот, кто так поступает, причиняет ущерб и умершему, и самому себе. Если умерший не имел особых достоинств, но сильно страдал при жизни или перед смертью, то следует упомянуть его страдания. Ведь величие человека раскрывается и через его способность сносить страдания, очищающие душу.

Если похороны проходят в холь ѓа-моэд («будни праздника» Песах или Суккот), то надгробные речи не произносят, так как это противоречит заповеди праздничной радости. Но если умерший был человеком, глубоко знавшим Тору (талмид хахам), то из уважения к Торе на его похоронах произносят короткую надгробную речь даже в холь ѓа-моэд.

Люди, пришедшие проводить умершего в последний путь, должны хранить атмосферу молчания, воздерживаясь от разговоров, не связанных с почтением к умершему. На похоронах кантор обычно произносит слова Мишны (трактат Авот, 3, 1), пробуждающие нас к покаянию: «Акавья бен Маѓалальэль говорил: помни о трех вещах – и ты не угодишь в паутину греха: знай, из чего ты произошел, и куда ты идешь, и перед Кем тебе предстоит держать ответ на суде и отчитываться. Из чего ты произошел? Из капли семени, быстро теряющего свою силу. А куда ты идешь? Туда, где прах, гниль и черви. А перед Кем тебе предстоит держать ответ на суде и отчитываться? Перед Царем всех царей, Святым, благословен Он»^[3]. Также на похоронах мужчины принято читать псалом 91: «Живущий под покровом Всевышнего в тени Всемогущего обитает…». Он выражает просьбу хранить душу умершего от вредоносных духовных сил. А на похоронах женщины читают гимн Эшет хаиль из книги Мишлей (31:10-31): «Кто найдет жену добродетельную? Выше жемчугов цена ее…». После этого скорбящие читают кадиш за вознесение души умершего. Дети умершего будут читать кадиш в течение года после его смерти. Если у умершего нет детей, то кадиш за вознесение его души читают другие родственники. После погребения кантор читает молитву Эль мале рахамим («Бог, исполненный милосердия»), которая выражает просьбу, чтобы Всевышний принял с милосердием душу умершего и удостоил ее вечного отдохновения в Ган Эдене, до тех пор, пока она не воскреснет во время воскрешения мертвых.

По окончании погребения скорбящие снимают обувь в знак начала семидневного траура (шива). Если они не взяли с собой тряпичную обувь и не в состоянии идти босиком, то они могут насыпать в свою обычную обувь немного земли и идти в ней. Другие участники похорон встают в два ряда по сторонам от скорбящих, и те проходят между ними, чтобы выслушать слова утешения. Перед тем как покинуть кладбище, принято, чтобы скорбящие и другие участники похорон совершали омовение рук, чтобы очиститься и возвратиться к жизни.

05. Погребение и почтение к умершему

Существует заповедь хоронить умершего еврея на еврейском кладбище в день смерти и не оставлять его на ночь непогребенным, ибо сказано (Дварим, 21:23): «Погреби его в тот же день». Только ради очень важной цели, связанной с почтением к умершему, разрешено отложить похороны на следующий день. Те, кто принимает участие в похоронах, исполняют заповедь истинного милосердия по отношению к умершему и его родным. Поэтому желательно, чтобы каждый, кто знал умершего и ценил его, и находится неподалеку, приложил большие усилия, чтобы прибыть на похороны. Заповедь гласит, что тело следует предать земле, из которой оно было сотворено. На всех участников похорон возлагается заповедь помочь засыпать могилу землей. Погребение в земле призвано скрыть позор, связанный со смертью. Этот позор – результат греха Адама. Кроме того, погребение в земле выражает искупление. Поэтому во время погребения произносят стих: «А Он, Милостивый, прощает грех и не губит, и много раз отвращал гнев Свой и не пробуждал всей ярости Своей» (Теѓилим, 78:38). Принято хоронить всех умерших в простом белом саване, чтобы не делать различия между богатыми и бедными.

Захоронение в стене тоже считается погребением в земле. Но если тело было кремировано, то заповедь погребения в земле не исполнена (пожертвование органов умершего для спасения человеческой жизни – это заповедь, как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Сборник 2, гл. 13).

04. Надрывание края одежды (криа)

В начале похорон скорбящие стоя произносят благословение «Благословен Судья истинный», а затем надрывают край своей рубашки примерно на 8 см. А после смерти родителей делают надрыв длиннее – он должен доходить до того места, где расположено сердце. Начало надрыва нужно сделать ножом, а затем продолжить руками. Представители похоронного общества Хевра кадиша помогают скорбящим сделать начало надрыва ножом, но желательно, чтобы скорбящий сам сделал надрыв до конца. Надрыв края одежды является выражением скорби: жизнь скорбящих надорвалась, словно одежда, одна часть жизни осталась с ними, а другая перешла вместе с умершим в мир иной. Все семь дней траура скорбящие должны носить надорванную одежду, и только перед сном им разрешено надеть обычную ночную рубашку.

Если надорванная одежда испачкалась, и скорбящий хочет ее сменить, то он должен сделать надрыв и на той одежде, которую собирается надеть. Каждая рубашка, которую он наденет во время семидневного траура, должна быть надорвана.

Если до похорон на скорбящем была дорогая одежда, то он может сменить ее перед похоронами, потому что на похороны подобает приходить в простой одежде, и, кроме того, ему не будет жаль ее надрывать.

Подобало бы, чтобы каждый, кто находился рядом с умершим в тот момент, когда его душа покидает тело, тоже надрывал край своей одежды. Однако этот обычай не прижился, чтобы не случилось, что из-за этого люди опасаются находиться рядом с человеком, близким к смерти^[2].

03. Статус оненут

С того момента как родственникам первой степени родства становится известно о смерти их родственника, они получают статус оненут (אוננות, «скорбь», «печаль»). Имеется в виду, что в это время вся их жизнь сводится к скорби по умершему, и они должны прекратить любые занятия и обратить все свое внимание к умершему: позаботиться от том, чтобы отдать ему последнюю дань почета, организовать погребение и похороны. Поэтому в тот период, пока они имеют статус оненут, то есть с момента смерти до погребения, они освобождены от заповедей-предписаний Торы (мицвот асэ), в том числе от молитв и благословений, от наложения тфилин и пребывания в сукке. Однако они должны продолжать соблюдать все запреты Торы, поэтому перед трапезой с хлебом они обязаны совершить омовение рук, так как хлеб запрещено есть без омовения. Но они не должны произносить благословения на омовение и на пищу.

Даже после того как скорбящие передали все заботы об организации похорон представителям похоронного общества Хевра кадиша, и, казалось бы, на них больше не лежит никаких обязанностей, они по-прежнему освобождены от заповедей-предписаний, так как они несут ответственность за то, чтобы похороны прошли упорядоченным и достойным образом. Они также должны убедиться, что все родственники и друзья получили сообщение о похоронах. Если похороны должны состояться в другой стране, и от момента смерти до погребения проходит много времени, то следует проконсультироваться с раввином по вопросу, до каких пор родственники умершего имеют статус оненут.