צוות האתר, מחבר ב-Жемчужины Ѓалахи

07. Повторное освящение Земли Израиля и его действие в отношении общественных заповедей, связанных с этой землей

Одним из наиболее тяжелых проявлений кризиса, охватившего народ Израиля после разрушения Первого Храма, стала отмена обязанности исполнения общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких как шмита и йовель, отделение трумот и маасрот, дары бедным (лекет, шихеха, пеа, перет и олелот). Ведь именно эти заповеди выражают Божественные ценности, заключенные в практических сферах общественной жизни; и именно через них раскрывается уникальный характер еврейского народа. Правда, и после разрушения Первого Храма отдельные евреи продолжали частично исполнять эти заповеди, но для них это было соблюдением обычая отцов, а не обязанностью. Главным достижением Эзры Книжника стало возобновление этой обязанности. На седьмой год после построения Второго Храма Эзра и мужи Великого собрания вновь освятили Землю Израиля для исполнения этих заповедей и начали отсчитывать годы шмиты и йовеля. И тогда к народу Израиля вернулись обязанности отделения трумот и маасрот и халы, а также обязанности оставлять в поле дары бедным и соблюдать шмиту.

Наши мудрецы говорят, что первое освящение Земли Израиля в дни Йеѓошуа в отношении общественных заповедей было аннулировано после разрушения Первого Храма. Что же касается второго освящения в дни Эзры, то оно навеки остается в силе. Ведь в Торе сказано, что после того как мы согрешим и понесем наказание в виде изгнания, Всевышний возвратит нас в Землю Израиля: «Тогда возвратит Господь, Бог твой, изгнанных твоих и смилосердится над тобою, и опять соберет тебя из всех народов, среди которых рассеял тебя Г-сподь, Б-г твой… И приведет тебя Господь, Бог твой, в землю, которою унаследовали отцы твои, и будешь ты наследовать ее» (Дварим, 30:3-5). Объясняют мудрецы: «унаследовали» – это первый приход в Землю Израиля в дни Йеѓошуа; «и будешь ты наследовать» – это второй приход в дни Эзры. И поскольку в Торе не сказано, что будет третье наследование, мы приходим к выводу, что в силу второго освящения Земля Израиля навеки останется святой, и эта святость не будет отменена даже после разрушения Второго Храма (см. трактат Йевамот, 82б). Первое освящение утратило силу, так как оно произошло в результате завоевания евреями Земли Израиля, поэтому, когда мы лишились этой земли, освящение стало недействительным. Второе же освящение было результатом заселения евреями Земли Израиля, когда они всеми силами удерживали эту землю, несмотря на многочисленные трудности. И поскольку во второй раз Земля Израиля была освящена посредством заселения, хотя у еврейского народа не было полновластного владения ею, – в основе второго освящения лежит исконное право евреев на эту землю, а это право основано на Божественном обетовании и потому сохраняется навеки. Поэтому даже разрушение Храма и изгнание не отменили святость Земли Израиля в отношении общественных заповедей, связанных с этой землей (согласно сказанному у Рамбама, Законы приношений, 1, 5; Законы Дома избрания, 6, 16). И представляется, что первое освящение стало основой второго. Это объясняется тем, что святость Земли Израиля в отношении заповедей, с ней связанных, входит в полную силу благодаря исполнению заповеди заселения Земли Израиля, то есть благодаря завоеванию и заселению этой земли. Об этом сказано (Дварим, 11:31): «И вы овладеете ею и поселитесь на ней». И поскольку народ Израиля унаследовал эту землю, исполнив обе части заповеди (завоевание и заселение), ее святость сохраняется навеки.

И хотя некоторые ранние законоучители не согласны с этим мнением и считают, что вторая святость тоже была отменена после разрушения Храма (так пишут Рашба, Ритва и Ран), – тем не менее, в Ѓалахе принято мнение, что вторая святость сохраняется навсегда^[8].

[8]. Из слов рабби Йоханана (в трактате Йевамот, 82б) следует, что суть полемики такова. По мнению рабби Йоси – таная, составившего Мидраш Седер олам, – вторая святость «существовала тогда и сохранилась на грядущие времена», и потому обязанность отделения трумот и маасрот в наше время – это заповедь Торы. А по мнению мудрецов в барайте (там же, 82а), отделение трумы в наше время – это постановление мудрецов, так как мудрецы не согласны с рабби Йоси, что вторая святость сохранилась на грядущие времена. Некоторые ранние законоучители полагают, что практический закон соответствует мнению мудрецов, и вторая святость была аннулирована после разрушения Храма, поэтому обязанность отделения трумот и маасрот после разрушения Храма – это постановление мудрецов (так пишут Рашба, Ритва, Ран, Трума и Ташбец). А другие ранние законоучители считают, что практический закон в отношении второй святости соответствует мнению рабби Йоси, и вторая святость не была аннулирована, поэтому в наши дни обязанность отделения трумот и маасрот – это заповедь Торы (так пишут Раши, Раавад, Тур от имени рабейну Йоны, Кафтор ва-ферах). Рамбам считает, что вторая святость не была аннулирована, однако обязанность отделения трумот и маасрот в наше время – это постановление мудрецов, потому что большинство народа не живет в Земле Израиля. И можно сказать, что, согласно подходу Рамбама, мудрецы, полемизирующие с рабби Йоси, тоже согласны, что вторая святость не была аннулирована, просто рабби Йоханан пояснил, что, по их мнению, обязанность отделения трумот и маасрот в наше время – постановление мудрецов, так как по Торе эта обязанность действует только тогда, когда большинство народа живет в Земле Израиля (как объясняется в трактате Нида, 47а). И такое практическое постановление выносит Рамбам (Законы приношений, 1, 26). К такому же выводу можно прийти на основании сказанного в Сефер мицвот гадоль (Заповеди-предписания, 133), в Сефер ѓа-хинух (507), Магид мишне (Исурей биа, 20, 3) и у Маѓарита (1, 25). Почти все поздние законоучители согласны, что вторая святость сохраняется навеки, однако на практике, только когда большинство народа живет в Земле Израиля, обязанность отделения трумот и маасрот является заповедью Торы (так пишут Радбаз; Шульхан арух, 331, 2; Арух ѓа-шульхан).

В Иерусалимском Талмуде (трактат Швиит, 6, 1) приводится барайта: «Восхождение в Землю Израиля в дни Эзры уподобляется восхождению в дни Йеѓошуа: как в дни Йеѓошуа сыны Израиля сначала были освобождены от заповедей, связанных с Землей Израиля, а затем эта обязанность вступила в силу, – так и в дни Эзры». Амораи полемизируют по поводу степени обязанности в дни Эзры. Рабби Йоси, сын рабби Ханины, считает, что это была обязанность по Торе. А тот факт, что евреи, пришедшие из Вавилона, приняли на себя обязанность исполнения этих заповедей, несмотря на то что были малочисленны, находились под властью инородцев и еще не завоевали всю Землю Израиля, только свидетельствует в их пользу. Об этом сказано (Дварим, 30:5): «И размножит тебя более отцов твоих». И возможно, именно в награду за их самоотверженность второе освящение сохраняется на все поколения. Ведь благодаря тем усилиям, которые они приложили для заселения Земли Израиля, вечное право еврейского народа на эту землю стало еще очевиднее. А по мнению рабби Эльазара, в дни Эзры эта обязанность не была заповедью Торы; евреи, вышедшие из Вавилона, приняли на себя эти заповеди только согласно постановлению мудрецов, и поэтому им пришлось принять клятвенный договор о соблюдении законов Торы (см. Нехемья, 10:1; 33; 36-38). И лишь в грядущие времена еврейский народ унаследует Землю Израиля на более высоком уровне, и это наследие сохранится на все поколения. Только тогда эта земля будет вновь освящена согласно Торе. Здесь заканчивается изложение сказанного в вышеупомянутой барайте. Можно заключить, что практический закон соответствует мнению рабби Эльазара. Однако многие авторитеты объясняют его подход в соответствии со словами Рамбама, который говорит, что в эпоху Второго Храма обязанности отделения трумот и маасрот и соблюдения шмиты и йовеля были постановлением мудрецов, потому что большинство народа не жило в Земле Израиля, и колена не располагались на своих наделах. Но и рабби Эльазар согласен, что по сути своей второе освящение соответствует заповеди Торы и сохраняется на все поколения, и когда большинство народа будет жить в Земле Израиля, эти заповеди станут заповедями Торы без дополнительного освящения. А рабби Шимшон из Санса (в комментарии к трактату Швиит, 6, 1) считает, что как только Земля Израиля была освящена во второй раз, то по всем мнениям обязанность отделения трумот и маасрот стала заповедью Торы. Однако по мнению рабби Йоси, сына рабби Ханины, в дни Эзры евреи были обязаны освятить Землю Израиля по Торе, как в дни Йеѓошуа, поэтому второе освящение сохранилось навеки; а по мнению рабби Эльазара, в дни Эзры евреи имели право освятить Землю Израиля по Торе и освятили ее только на время существования Храма, поэтому после разрушения Храма обязанность отделения трумот и маасрот стала постановлением мудрецов, а когда будет построен Третий Храм, эта обязанность вновь будет заповедью Торы без дополнительного освящения (и это объясняет мнение Рашба, Ритва и Рана). Виленский Гаон (331, 6) пишет: практический закон соответствует мнению рабби Эльазара, что второе освящение было согласно постановлению мудрецов, а не согласно Торе, и оно сохранилось навеки, как говорит Рамбам. Но и Виленский Гаон согласен, что третьего освящения не понадобится, так как благодаря второму освящению, когда большинство народа будет жить в Земле Израиля, обязанность отделения трумот и маасрот станет заповедью Торы. В тексте я привел подходы, упомянутые выше, согласно которым второе освящение Земли Израиля было по Торе, однако по мнению Рамбама и его последователей, обязанности соблюдения швиит и отделения трумот и маасрот были в то время постановлением мудрецов, так как большинство народа не жило в Земле Израиля.

06. Принятие Торы в дни Эзры

Через пятьдесят два года после разрушения Первого Храма персидский царь Кореш (Кир II) даровал евреям Вавилона право возвратиться в Землю Израиля и отстроить Храм. Однако лишь 42 тыс. евреев воспользовались этой возможностью и приехали в Святую Землю. Они поселились в Иерусалиме и его окрестностях, возвели жертвенник и стали приносить на нем жертвы, а также намеревались построить Храм. Но клеветнические послания, направленные персидскому царю неевреями, живущими в Земле Израиля, привели к тому, что строительство Храма было остановлено на 18 лет. И только по прошествии этого времени царь Дарий II, сын Ахашвероша (Артаксеркса) и царицы Эстер, разрешил возобновить строительство (см. Вавилонский Талмуд, трактат Мегила, 11б-12а, и комментарий Раши, там же).

Однако состояние еврейского народа с национальной и духовной точек зрения было по-прежнему плачевным. Большинство народа предпочло остаться в изгнании, еврейское население Земли Израиля было скудным по численности и бедным духовно. Лишь немногие занимались изучением Торы, в соблюдении заповедей царило невежество, и даже среди коѓенов многие нарушали запрет Торы и женились на нееврейках. Вероятно, они считали, что в новой действительности, когда народ Израиля рассеян среди народов, больше нет обязанности исполнять заповеди. Лидеры поколения осознавали бесспорную необходимость разъяснить народу, как именно следует соблюдать Тору Израиля в изменившемся мире.

На шестой год после построения Храма в Землю Израиля прибыл из Вавилона Эзра Книжник, величайший духовный авторитет. Он стал призывать народ к изучению Торы и исполнению заповедей. Эзра был столь велик, что мудрецы сказали о нем (трактат Санѓедрин, 21б): «Эзра был достоин того, чтобы через него Тора была дарована народу Израиля, но его опередил Моше». И еще сказали мудрецы (трактат Сукка, 20а): «Когда Тора забылась в народе Израиля, Эзра прибыл из Вавилона и основал ее заново». Он был не только мудрецом, но и пророком. В качестве пророка он звался Малахи (см. трактат Мегила, 15а). Примерно через 13 лет после Эзры в Иерусалим приехал Нехемья, знатный вельможа персидского двора. Он стал наместником Иудеи и вместе с Эзрой укрепил еврейскую общину Земли Израиля как с национальной, так и с религиозной точек зрения.

Наши мудрецы сравнивают возвращение в Сион в дни Эзры Книжника с завоеванием Земли Израиля в дни Йеѓошуа бин Нуна: как в дни Йеѓошуа, так и в дни Эзры евреи вновь приняли на себя заповеди Торы. И подобно тому, как в дни Йеѓошуа сынам Израиля, вышедшим из Египта, было заповедано во время предстояния на горах Гризим и Эйваль возобновить союз, заключенный при даровании Торы на горе Синай, (см. Дварим, 11:29-32; 27:1-26), – в дни Эзры евреи также возобновили этот союз с Торой (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Швиит, 6, 1; Вавилонский Талмуд, трактат Арахин, 32б).

И действительно, в Писаниях (Ктувим) говорится, что в дни Эзры и Нехемьи евреи вновь приняли на себя заповеди Торы, при этом делая упор на заповеди, которые нуждались в то время в особом внимании. Об этом сказано (Нехемья, 1:40): «Но при всем этом мы заключаем союз и записываем его, а подписывает знать наша, левиты наши, коѓены наши. И подписывают (далее перечисляются главы семейств коѓенов и левитов и главы народа)… и пришли с клятвой и присягой следовать Торе Божьей, которая была дана через Моше, раба Господня; соблюдать и исполнять все заповеди Господа, Бога нашего, и законы Его, и уставы. И не отдавать нам дочерей наших (другим) народам земли, а их дочерей не брать за сыновей своих. И у народов (других) стран, которые привезут товары и всякие продукты в день субботний на продажу, не покупать у них в субботу и в святые дни; и в седьмой год оставить (землю) и взыскание долгов… И приносить первые плоды земли нашей и первые плоды всякого дерева из года в год в дом Господний. А первенцев из сынов наших и из скота нашего (выкупать), как написано в Торе, а первородное от крупного и мелкого скота нашего приносить в Храм Бога нашего для священников, что служат в Доме Бога нашего. И первую долю от теста нашего, и приношения наши, и плоды всех деревьев, вино молодое и свежее оливковое масло будем мы приносить в комнаты священников, в Дом Бога нашего, а десятину с земли нашей – левитам; а они, левиты, брать будут десятину во всех городах, где мы трудимся…».

Для того чтобы укрепить соблюдение Торы в народе Израиля, Эзра Книжник основал самый большой и уважаемый бейт дин в истории народа: Великое собрание. В него входили сто двадцать мудрецов, среди которых были последние пророки. Этот бейт дин проанализировал духовное состояние еврейского народа и вынес постановления, призванные помочь народу соблюдать заповеди Торы в условиях рассеяния, когда меньшинство евреев живет в Земле Израиля, а большинство – за ее пределами. Кроме прочего, мужи Великого собрания составили тексты молитв и благословений, установили дни публичного чтения Торы в синагогах, а также дни и часы, когда суды мудрецов будут рассматривать имущественные и другие тяжбы между евреями. Постановления мужей Великого собрания способствовали укреплению статуса Торы в народе Израиля и заложили основы для сохранения и дальнейшего развития Устной Торы. Мужи Великого собрания оставили после себя множество учеников и проложили путь мудрецам будущих поколений, которые будут продолжать выносить постановления и устанавливать законы в соответствии с потребностями каждого поколения^[7].

[7]. Все авторитеты согласны, что, в соответствии со словами мудрецов (см. трактат Арахин, 12б-13а), в конце шестого года после построения Второго Храма Эзра прибыл в Землю Израиля и освятил ее для исполнения заповедей, с ней связанных, а на седьмой год начался отсчет семилетнего и пятидесятилетнего циклов (шмита и йовель). И все признают, что примерно 13 лет спустя в Землю Израиля взошел Нехемья, который помог Эзре осуществить все его планы. Что же касается времени принятия клятвенного договора о соблюдении законов Торы, о котором говорится в книге Нехемьи (гл. 8-10), то в этом отношении существует множество споров и разногласий (см. комментарий Мальбима к Нехемья, 7:73; «Расширенные объяснения», здесь же). Мое скромное мнение по этому вопросу таково: представляется, что Эзра и Нехемья взошли в Землю Израиля вместе со Зрубавелем за 18 лет до построения Храма. В то время они были еще очень молоды, и Эзра служил писарем, записывая слова старцев, заключивших клятвенный договор. Затем Эзра вернулся в Вавилон, чтобы учить Тору у своего наставника Баруха бен Нерии (см. трактат Мегила, 16б). Нехемья тоже отправился в Вавилон, чтобы служить при дворе персидского царя. Через 24 года после приезда Зрубавеля в Землю Израиля, когда Барух бен Нерия уже умер, на шестой год после построения Второго Храма, Эзра Книжник возвратился в Землю Израиля и стал духовным лидером живущих там евреев. Он основал Великое собрание, уполномочив его составить тексты молитв и благословений и установить отсчет лет для шмиты и йовеля. Затем в Святую Землю прибыл Нехемья, который помог Эзре во всех его начинаниях. А договор, упомянутый в книге Нехемьи, содержит все клятвы, данные евреями тех поколений.

Если после разрушения Первого Храма в качестве обычая продолжали отсчитывать шмиту, но не йовель, то получается, что в дни Эзры этот обычай возобновился в прежнем виде, и только на пятидесятый год начали отсчет йовеля (согласно подходу мудрецов, см. трактат Недарим, 61а). А по версии Раши (в комментарии к трактату Авода зара, 9б), согласно подходу рабби Йеѓуды этот обычай тоже продолжали соблюдать. Однако по версии рабейну Тама (см. Тосафот к трактату Арахин, 12б), согласно подходу рабби Йеѓуды, когда возобновился обычай отсчета шмиты, прежний порядок отсчета был аннулирован, и отсчет начали сначала (см. «Расширенные объяснения»).

05. Постановление пророков об отделении трумот и маасрот в Вавилоне

В конце эпохи Первого Храма, после изгнания Йеѓояхина, когда в Вавилоне стала образовываться еврейская община, пророки постановили, что от плодов, выросших в Шинаре (то есть Вавилоне), следует отделять трумот и маасрот, – потому что Вавилон расположен вблизи Земли Израиля, и многие евреи селились там еще до изгнания. Это постановление было призвано сохранить соблюдение этой заповеди в среде изгнанников, а также помочь бедным. Возможно, пророки также опасались, что некоторые евреи предпочтут переселиться в Вавилон, чтобы избежать обязанности отделения 20 процентов урожая для трумот и маасрот. Поэтому они постановили, что трумот и маасрот нужно отделять и в Вавилоне; а поскольку в Вавилоне нет заповеди швиит, пророки вынесли постановление, что и в седьмой год семилетнего цикла там следует отделять трумот и маасер шени (см. ниже, п. 13).

По всей вероятности, в Вавилоне продолжали отделять трумот и маасрот и после разрушения Первого Храма. Там также продолжался отсчет лет семилетнего цикла шмиты, так как он лежит в основе порядка отделения трумот и маасрот: в первый, второй, четвертый, пятый и седьмой годы в Вавилоне отделяли маасер шени («вторую десятину»), а в третий и шестой годы – маасер ани («десятину бедных»). И см. Рамбам, Законы шмиты и йовеля, 10, 5. Однако в Земле Израиля обязанность отделения трумот и маасрот была аннулирована. Скорее всего, некоторые евреи продолжали отделять их в соответствии с укоренившимся обычаем, но это не было обязанностью, пока в Землю Израиля не возвратились мужи Великого собрания и не освятили ее заново.

Но и после того как Земля Израиля была освящена во второй раз, постановление пророков продолжало оставаться в силе. Мудрецы, возглавившие народ Израиля после Эзры Книжника, вынесли дополнительное постановление, согласно которому трумот и маасрот нужно было отделять и в Египте, потому что там тоже существовала большая еврейская община. Однако согласно этому постановлению, в Египте в седьмой год нужно было отделять «десятину бедных», чтобы еврейские бедняки, жившие в Земле Израиля, могли воспользоваться ею в год шмиты. А позднее мудрецы постановили, что трумот и маасрот следует отделять также в Амоне и Моаве; при этом было решено, что в этих странах в седьмой год будут тоже отделять «десятину бедных» (см. Мишна, Ядаим, 4, 3)^[6].

[6]. По всей вероятности, в аспекте изучения Торы вавилонская община составляла серьезную конкуренцию иерусалимской, и возникла необходимость укрепить ее связь с общиной Иерусалима, поэтому пророки постановили, что в седьмой год следует отделять «вторую десятину», выкупать ее и приносить вырученные деньги в Иерусалим (см. Рамбам, Законы «второй десятины», 1, 14). Что же касается общины Египта, то на тот момент она не могла конкурировать с иерусалимской, и то же самое можно сказать про общины Амона и Моава. С другой стороны, эти страны были расположены ближе к Земле Израиля, поэтому мудрецы постановили, что в седьмой год в них нужно отделять «десятину бедных», чтобы помочь беднякам Земли Израиля.

В годы, когда Храм был разрушен, заповедь есть выкуп от плодов «второй десятины» в Иерусалиме утратила силу, так как для этого необходимо существование храмового жертвенника. Возможно, в тот период плоды «второй десятины» было принято уничтожать. Но, скорее всего, их выкупали за одну пруту, поскольку такова была их истинная стоимость.

04. Эпоха изгнания; разрушение Первого Храма

С тех пор как колена Реувена и Гада и половина колена Менаше отправились в изгнание (в 3188 г. от Сотворения мира, примерно за сто пятьдесят лет до разрушения Первого Храма), – обязанность соблюдения заповедей швиит и йовель согласно Торе была отменена. Об этом сказано (Ваикра, 25:10): «И объявите свободу на земле всем жителям ее», и наши мудрецы объясняют (Вавилонский Талмуд, трактат Арахин, 32б; трактат Гитин, 36а): «Тогда, когда все евреи живут на этой земле, а не тогда, когда часть из них ушла в изгнание»; а если отменяется обязанность соблюдения пятидесятого года, то отменяется и обязанность соблюдения седьмого года (причина этого объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Законы седьмого и пятидесятого года, гл. 1, п. 9; гл. 5, 3).

Однако обязанность отделения трумот и маасрот согласно Торе по-прежнему существовала. И хотя швиит соблюдали с тех пор только согласно постановлению мудрецов или обычаю, – отсчет лет семилетнего цикла продолжался согласно Торе, а от этого отсчета зависела заповедь отделения маасрот (см. Рамбам, Законы шмиты и йовеля, 10, 5; Тосафот к трактату Арахин, 12б, со слов הנך שני).

Примерно восемнадцать лет спустя (в 3206 г. от Сотворения мира) была отменена обязанность отделения халы, трумот и маасрот согласно Торе, потому что большинство еврейского народа уже не проживало в Земле Израиля. А со времени разрушения Первого Храма отменилась святость, лежащая в основе всех общественных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких как отделение халы и трумот, отдаваемых коѓенам; отделение «первой десятины», отдаваемой левитам; отделение «второй десятины», которую весь народ должен есть в Иерусалиме; отделение «десятины бедных», отдаваемой беднякам; заповеди швиит и йовель, обязанность соблюдения которых действует тогда, когда все колена Израиля живут в своих наделах. Поскольку обязанность исполнения всех этих заповедей зависит от состояния еврейского народа, после разрушения Храма перестал существовать тот фундамент, на который они опирались. Именно об этом сказали наши мудрецы (трактат Хулин, 7а): «Изначальная святость существовала тогда, но не сохранилась на грядущие времена». Это значит, что с разрушением Первого Храма изначальная святость Земли Израиля утратила силу.

Что же касается личных заповедей, связанных с Землей Израиля, – таких, которые должен исполнять каждый еврей частным образом, например, орла или килаим, – то обязанность их исполнения сохраняется и тогда, когда Храм разрушен, а народ ушел в изгнание. Ведь поскольку эта обязанность вступила в силу, как только евреи вошли в Землю Израиля, еще до того как они завоевали ее и разделили на наделы, – разрушение Храма и изгнание не отменяет этих заповедей^[5].

[5]. Общественные заповеди зависят от святости, которую приобретает Земля Израиля благодаря еврейскому народу: в результате завоеваний, как во времена Йеѓошуа бин Нуна, или заселения, как во времена Эзры Книжника. Так пишет Рамбам (Законы приношений, 1, 2, 5; Законы Дома избрания, 6, 16). Что же касается заповедей швиит и йовель, то для них необходимо также, чтобы большинство каждого колена проживало в своем наделе (см. трактат Арахин, 32б). Поэтому обязанность их соблюдения по Торе отменяется, когда колена Реувена и Гада находятся в изгнании. А в соответствии с мнением авторитетов, считающих, что пророк Ирмеяѓу возвратил все десять колен в их наделы, в те времена вновь вошла в силу обязанность соблюдения швиит и йовель по Торе (см. трактат Арахин, 33а; и см. «Жемчужины Ѓалахи», Законы седьмого и пятидесятого года, гл. 5, прим. 3). Обязанность отделения халы по Торе существует тогда, когда большинство еврейского народа живет в Земле Израиля (см. ниже, гл. 10). Поэтому она была отменена еще до разрушения Первого Храма, когда часть колен ушла в изгнание. Что же касается обязанности отделения трумот и маасрот, то в этом отношении мнения авторитетов разделились. Многие ранние законоучители считают, что эта обязанность согласно Торе была отменена после разрушения Первого Храма (так пишут Раши, Раавад, Рашба, Ран и многие другие). А по мнению Рамбама, обязанность отделения трумот и маасрот, как и халы, существует тогда, когда большинство народа живет в Земле Израиля, поэтому она отменяется, когда десять колен уходят в изгнание (см. Законы приношений, 1, 26). Именно так я написал в тексте, потому что так считает большинство поздних законоучителей. И представляется, что даже согласно подходу Рамбама, основа этой обязанности отменяется только после разрушения Храма. Ведь если бы, до разрушения Храма, большинство народа возвратилось в Землю Израиля, то обязанность отделения халы, трумот и маасрот вновь стала бы заповедью Торы, и для этого не нужно было бы специально освящать эту землю. Это было бы верно даже в случае, если бы Земля Израиля находилась под властью инородцев. Но с тех пор как Первый Храм был разрушен, – даже если бы большинство народа возвратилось в Землю Израиля, обязанность отделения халы, трумот и маасрот не стала бы вновь заповедью Торы без нового освящения земли.

Основой второго освящения является первое освящение. Мы учим это на основании ѓалахического закона в отношении городов, обнесенных стеной, которые были освящены в дни Йеѓошуа бин Нуна: благодаря этому освящению дома, купленные в этих городах, по прошествии года становятся принадлежащими своим хозяевам навеки и не возвращаются к прежним владельцам в год йовеля. В трактате Арахин (32б) приводится полемика танаев. Есть мнение, что евреям, возвратившимся из Вавилонского изгнания, не нужно было освящать эти города заново, поскольку «изначальная святость существовала тогда и сохранилась на грядущие времена». Согласно другому мнению, «когда евреи возвратились из изгнания, то нашли эти города (освященные изначально) и освятили их, но первое их освящение отменилось, когда отменилось освящение всей Земли Израиля». Представляется, что и согласно второму мнению, первое освящение (в результате завоевания) стало основой второго освящения (в результате заселения). И это соответствует объяснению поздних законоучителей, которые говорят, что Эзра Книжник мог освятить только те города, которые уже были освящены во времена Йеѓошуа.

03. Сирия

Царь Давид расширил завоеванную Моше и Йеѓошуа территорию Земли Израиля, на которой жили двенадцать израильских колен. Он завоевал Сирию – как территории, входящие в пределы Земли Израиля, такие как Арам и Дамаск, так и территории за ее пределами, такие как Арам Наѓараим (Междуречье), расположенный между реками Прат и Хидекель. Завоевания Давида были призваны покорить народы, которые могли в будущем восстать на Израиль. Предотвратив возникновение на этих территориях царств, враждебных Израилю, Давид поставил там своих наместников, которые взимали с местного населения дань для укрепления Израильского царства (см. Шмуэль 2, 8:3-13; 10:16-19). Сказали наши мудрецы, что завоевания Давида не происходили согласно подобающему по Торе порядку. Ведь заповедь требовала захватить сначала всю землю Кнаан в границах, указанных в разделе Масэй (Дварим, гл. 34), а Давид завоевал Сирию прежде Иерусалима, в котором правили йевусеи (см. Мидраш Сифрей , разд. Экев, 51). По всей вероятности, Давид изменил указанный в Торе порядок потому, что не намеревался заселить Сирию евреями. Ведь в те времена народ Израиля еще не заселил полностью все территории, завоеванные в дни Йеѓошуа бин Нуна. Давид полагал, что если он завоевал Сирию, чтобы покорить враждебные народы и взимать с них дань ради укрепления своего царства, это не считается изменением предписанного Торой порядка. Поэтому его завоевания называются «личными», так как они совершались ради укрепления его царства, а не ради исполнения заповеди заселения Земли Израиля.

И поскольку завоевания Давида не соответствовали предписанному порядку, в отношении их статуса возникло сомнение. По мнению рабби Меира, хотя Сирия была захвачена в результате «личных» завоеваний, существует обязанность согласно Торе соблюдать на ее территории все заповеди, связанные с Землей Израиля. Следовательно, в Сирии необходимо, согласно заповеди Торы, отделять трумот и маасрот, и запрещено продавать там дом нееврею. А по мнению рабби Йоси, поскольку Сирия была захвачена в результате «личных» завоеваний, в ней следует соблюдать заповеди, связанные с Землей Израиля (в том числе и заповедь отделения трумот и маасрот), лишь согласно постановлению мудрецов. И в случае необходимости разрешено продать нееврею дом, находящийся в Сирии. И таков практический закон (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Гитин, 8а-б; Авода зара, 21а; Рамбам, Законы, связанные с идолопоклонством, 10, 3). Но и согласно подходу рабби Йоси, поскольку все территории до реки Прат (Евфрат) входят в пределы Земли Израиля, существует заповедь заселять их и приобретать там дома, и еврею даже разрешено нарушить запрет мудрецов, связанный с субботним покоем (швут), чтобы купить дом на этой земле (см. Рамбам, Законы субботы, 6, 11)^[4].

[4]. В Мидраш Сифрей (к разд. Экев, 51) говорится, что Давид «поступил не по Торе». Ведь Тора заповедала завоевать сначала всю землю Кнаан и Иерусалим, а Давид завоевал Сирию прежде, чем покорил йевусеев, которые владели горой Мория (Храмовой горой). Поэтому Сирия имеет промежуточный статус (и так пишут Тосафот, Рашба и Ритва). Мудрецы называют завоевания Давида «личными». Раши (в комментарии к трактату Гитин, 8б) объясняет: это личные завоевания Давида, потому что в них не участвовал весь народ Израиля. Давид завоевал эти земли ради своих собственных нужд, а не ради всего народа. Скорее всего, Раши имеет в виду, что Давид завоевал Сирию не ради исполнения заповеди заселения Земли Израиля, а для того чтобы покорить местных жителей и взимать с них дань на укрепление своего царства. Об этом свидетельствуют стихи Писания, в которых говорится, что Давид поставил там своих наместников (см. Шмуэль 2, 8:6).

На основании сказанного в Сифрей Рамбам писал (Законы приношений, 1, 3), что Сирия не является освященной, как Земля Израиля, так как Давид не завоевал сначала весь Кнаан, «землю семи народов», – хотя он и завоевал Сирию по указанию Санѓедрина. А некоторые ранние законоучители пишут, что завоевание Сирии не было по указанию Санѓедрина (см. комментарий Рамбана к Дварим, 11:24; комментарий Ритва к трактату Авода зара, 21а). Как представляется, эти мнения не противоречат друг другу. По всей вероятности, Давид посоветовался с мудрецами Санѓедрина, прежде чем завоевать Сирию, как он поступал всегда (см. трактат Брахот, 3б). И это соответствует словам Рамбама. Однако Давид советовался с мудрецами по вопросам безопасности, а не по поводу порядка завоевания и заселения Земли Израиля. И хотя его намерения и действия были правильными, возникла проблема, потому что Давид изменил порядок завоевания, и не было ясно, собирается ли он заселять Сирию евреями. А эта проблема вызвала, в свою очередь, ѓалахические сложности.

Рамбам (Законы приношений, 1, 3-4, 9) объясняет, что закон, относящийся к Сирии, распространяется как на территории внутри Земли Израиля, так и на земли за ее пределами. Ведь границы Земли Израиля доходят до реки Прат, и в них входит вся территория Арамейского Дамаска (древнего арамейского государства, располагавшегося на территории Сирии – пер.). А за пределами Земли Израиля находится Арам Наѓараим (Междуречье), расположенный на противоположном берегу реки Прат, к северу от горы Ѓор, что на севере района Арам Цова (Халеб). И см. «Жемчужины Ѓалахи», Народ и земля, гл. 3, п. 16. А если бы Давид завоевал сначала все земли в границах, указанных в Торе, в недельном разделе Масэй, – то территории, расположенные вне границ Земли Израиля, тоже были бы освящены. Об этом сказано (Дварим, 11:24): «Всякое место, на которое ступит стопа ноги вашей, будет ваше», и как объясняется в Сифрей, там же (разд. Экев, 51).

По мнениям всех авторитетов, Сирия имеет промежуточный статус (см. комментарий Рамбана к Дварим, 11:24). В трактате Гитин (8а-б) объясняется: даже согласно подходу авторитетов, полагающих, что личные завоевания тоже являются исполнением заповеди Торы, – считается, что Сирия находится вне пределов Земли Израиля, в соответствии с тремя критериями, установленными мудрецами. И поэтому постановление мудрецов, что страны за пределами Земли Израиля ритуально нечисты, распространяется и на Сирию. Но и в соответствии с подходом рабби Йоси, считающим, что личные завоевания не являются завоеваниями, заповеданными Торой (и практический закон соответствует этому подходу; см. трактат Авода зара, 21а, и Рамбам, Законы, связанные с идолопоклонством, 10, 3), – там нужно отделять трумот и маасрот согласно постановлению мудрецов. Однако поскольку эта обязанность существует там только дерабанан, – если земля, на которой вырос урожай, принадлежит нееврею, это отменяет обязанность отделения трумот и маасрот, даже если этап «завершения работы» выполнил еврей (см. Гитин, 47а; Рамбам, Законы приношений, 1, 4, 15). И даже согласно подходу рабби Йоси, в Сирии существует заповедь купить дом ради исполнения заповеди заселения Земли Израиля (см. Рамбам, Законы субботы, 6, 11). Мое скромное мнение по этому вопросу таково: представляется, что имеется в виду территория, находящаяся в пределах Земли Израиля. Что же касается отделения «второй десятины» (маасер шени) в Сирии, то по этому вопросу мнения законоучителей разделились. Рамбам (Законы десятины, 1, 14) и Шульхан арух (331, 131) пишут: поскольку невозможно отвезти плоды «второй десятины» из Сирии в Иерусалим, чтобы съесть их там в условиях ритуальной чистоты, нет заповеди отделять «вторую десятину» в Сирии. С другой стороны, Раавад, Рашба и Виленский Гаон (331, 197) считают, что и в Сирии существует обязанность отделять «вторую десятину». Ее плоды нужно выкупить, а деньги взять в Иерусалим.

02. Когда обязанность соблюдения этих заповедей вступила в силу?

С того момента как евреи вошли в Землю Израиля, на них стала распространяться обязанность исполнения частных заповедей, возлагаемых на каждого еврея: хадаш, орла, килаим посевов и килаим в винограднике. Эти заповеди относились к территории на западном берегу Иордана, которую было заповедано завоевать евреям, вышедшим из Египта. Об этом говорится в Торе, в недельном разделе Масэй (Бемидбар, гл. 34). И с того момента как евреи перешли Иордан, обязанность исполнения этих заповедей распространилась на всю эту территорию, хотя евреи еще не завоевали ее. А поскольку они еще раньше захватили восточный берег Иордана, обязанность распространилась и на него. Что же касается территорий вне района, который должны были завоевать сыны Израиля, вышедшие из Египта, – от реки Египетской до реки Прат, – то хотя они тоже входят в пределы Земли Израиля, эти заповеди не распространялись на них, пока евреи их не завоевали^[2].

Обязанность же исполнения заповедей, относящихся к обществу, а не к отдельным евреям: трумот и маасрот, отдаваемые владельцами полей коѓенам, левитам и беднякам; а также швиит и йовель, которые относятся ко всему народу в целом, – вступила в силу только после того, как евреи завершили завоевание Земли Израиля и поделили ее на наделы, предназначенные для каждого колена. Завоевание длилось семь лет, а разделение Земли Израиля, пока каждый еврей не получил свой надел, – еще семь лет. Таким образом, лишь на пятнадцатый год после того, как сыны Израиля вошли в Святую Землю, они начали отсчитывать годы для шмиты и йовеля, отделять трумот и маасрот и оставлять в поле дары для бедных. На двадцать первый год настал первый год шмиты, а на шестьдесят четвертый год – первый год йовеля (см. Мидраш Сифрей , разд. Экев, 41; «Жемчужины Ѓалахи», Законы швиит и йовель, гл. 5, п. 1)^[3].

Пока не был отстроен Иерусалимский Храм, плоды маасер шени и нета ревай съедали возле Скинии в Шило (см. Мишна, Звахим, 14, 4-8). Туда же приносили бикурим. Так было в течение всех 369 лет существования Скинии в Шило. После этого Скиния находилась 57 лет в Нове и в Гивоне, а потом евреи начали восходить в Иерусалим, в Храм, построенный царем Шломо. Этот Храм просуществовал 410 лет (см. Вавилонский Талмуд, трактат Звахим, 118б; Рамбам, Законы Дома избрания, 1, 2).

[2]. То, что обязанность вступила в силу с того момента, как евреи вошли в Землю Израиля, объясняется в отношении заповедей хадаш (Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 37б), отделения халы (трактат Нида, 47а), орла (Мишна, Орла, 1, 2), и этот закон относится также к заповеди килаим, имеющей тот же статус, что и орла. Личные заповеди, связанные с Землей Израиля, такие как орла и килаим, действуют на территориях, которые были завоеваны евреями, вышедшими из Египта, а не на всей Земле Израиля. Эти заповеди имеют силу с тех пор и навеки, ведь обязанность их исполнения вступила в силу, как только евреи перешли Иордан, еще прежде чем они завоевали Землю Израиля, поэтому она не отменяется и после разрушения Храма. Тем не менее, некоторые авторитеты считают, что обязанность исполнения личных заповедей, связанных с Землей Израиля, была отменена после разрушения Первого Храма, а после возвращения из Вавилонского изгнания, когда Земля Израиля была освящена во второй раз, эти заповеди вновь вступили в силу по Торе и с тех пор действуют вечно в пределах территорий, завоеванных евреями, возвратившимися из Вавилона (так пишут Маѓарит, 1, 47; Мор у-кциа, Орах хаим, 306; Арух ѓа-шульхан, Йоре деа, 294, 10). Есть также мнение, что, согласно подходу авторитетов, считающих, что вторичное освящение Земли Израиля было аннулировано после разрушения Второго Храма, обязанности орла и килаим в наше время – это постановление мудрецов (де-рабанан). Согласно третьему мнению, во времена Второго Храма эта обязанность тоже была постановлением мудрецов, так как и она соблюдается по Торе только тогда, когда большинство еврейского народа живет в Земле Израиля. Основной закон соответствует мнению большинства авторитетов, считающих, что это – обязанность Торы со времен Йеѓошуа бин Нуна и навеки на всех территориях, которые были завоеваны сынами Израиля, вышедшими из Египта. Что же касается Сирии и всех стран за пределами Земли Израиля, то там обязанность орла соблюдается согласно традиции, переданной Моше на горе Синай, а обязанность килаим – согласно постановлению мудрецов (см. Мишна, Орла, 3, 9).

В отношении даров, оставляемых в поле беднякам, возникает сомнение (см. ниже, п. 15). С одной стороны, эти заповеди имеют общественный аспект, подобно заповеди седьмого года (швиит). А с другой стороны, это личная обязанность каждого еврея – оставить в поле дары для бедных, и в этом заповеди лекет, шихеха, пеа, перет и олелот отличаются от заповеди седьмого года, когда вся Земля Израиля должна покоиться.

[3]. Обязанность соблюдения швиит и йовель вступила в силу только после того, как завершилось разделение Земли Израиля на наделы для каждого из колен, как объясняется в Сифра (Ваикра, 25:3) и в Вавилонском Талмуде (трактат Арахин, 32б). См. также «Жемчужины Ѓалахи», Законы швиит и йовель, гл. 5, п. 1. Порядок вступления в силу обязанности исполнения заповедей, связанных с Землей Израиля, по годам объясняется в Тосефте (к трактату Менахот, 6, 20) и у Рамбама (Законы шмиты и йовеля, 10, 2), и см. «Жемчужины Ѓалахи», там же.

Обязанность отделения трумот и маасрот вступила в силу по завершении раздела Земли Израиля, когда каждый еврей получил свой надел, как объясняется в Вавилонском Талмуде, в трактатах Нида (47а) и Ктубот (25а). А в комментарии Раши (там же, со слов ולא נתחייבו) говорится, что исполнение заповеди трумот и маасрот зависит от отсчета лет шмиты: в первый, второй, четвертый и пятый годы семилетнего цикла отделяют маасер шени, в третий и шестой годы – маасер ани, а плоды седьмого года объявляют бесхозными, и они освобождены от трумот и маасрот.

01. Какие заповеди непосредственно связаны с Землей Израиля?

Тора дана еврейскому народу для того, чтобы изучать ее и исполнять ее заповеди в Земле Израиля. Это привлечет свыше Божественное благословение на эту святую землю, а от нее – на весь мир. Ведь именно в Земле Израиля раскрываются Царство Всевышнего, Его Тора и Божественное благословение, и оттуда они распространяются по всему миру, тогда как за пределами Земли Израиля раскрыть их очень трудно. В Святой Земле становится ясно, что Всевышний – Сам Бог, а за пределами Святой Земли Он называется «Бог богов». Вот почему сказали наши мудрецы, благословенна их память, что еврей, живущий за пределами Земли Израиля, подобен идолопоклоннику, у которого нет Бога (см. Вавилонский Талмуд, трактат Ктубот, 110б). И еще сказали мудрецы от имени Всевышнего: «Все время, пока вы живете в Земле Израиля, Я – Бог вам; а если вы не живете в Земле Израиля, то Я словно и не Бог вам» (Тосефта к трактату Авода зара, 4, 5). Именно поэтому мудрецы говорят, что заповедь заселения Земли Израиля равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым (см. Мидраш Сифрей к разд. Реэ, 80; комментарий Рамбана к Ваикра, 18:25).

А в Торе (Дварим, 11:31-12:1) сказано: «Ибо вы переходите Иордан, чтобы прийти и завладеть землею, которую Господь, Бог ваш, дает вам, и вы овладеете ею и поселитесь на ней. Соблюдайте же строго все уставы и законы, которые я предлагаю вам сегодня. Вот уставы и законы, которые вам бережно исполнять в земле, что дал Господь, Бог отцов твоих, тебе для владения ею во все дни, которые вы будете жить на той земле». Из этих слов следует, что мы обязаны исполнять заповеди Торы именно в Земле Израиля. Но с другой стороны сказано (там же, 11:16-18): «Берегитесь, чтобы не обольстилось сердце ваше, и вы не совратились и не стали служить богам иным, и не поклонялись им. И [тогда] возгорится гнев Господа на вас, и затворит Он небо, и не будет дождя, и земля не даст плодов своих; и вы скоро пропадете с этой доброй земли, которую Господь дает вам. Положите же эти слова Мои в сердце ваше и в душу вашу, и навяжите их в знак на руку свою, и да будут они начертанием между глазами вашими». Это значит, что за пределами Земли Израиля тоже существует обязанность исполнять заповеди Торы. Мудрецы объясняют: заповеди, связанные с Землей Израиля, то есть с ее почвой, нужно соблюдать только в этой земле; а заповеди, не связанные с Землей Израиля, необходимо соблюдать и за ее пределами, чтобы мы не забыли их, когда возвратимся в Святую Землю. Кроме того, исполнение этих заповедей пробудит наши сердца к покаянию, а оно, в свою очередь, приблизит Избавление (см. Иерусалимский Талмуд, трактаты Швиит, 6, 1, Кидушин, 1, 8; Вавилонский Талмуд, Кидушин, 37а; Мидраш Сифрей , разд. Экев, 43-44).

Назовем заповеди, связанные с Землей Израиля: отделение халы, орла, килаим посевов, килаим в винограднике, хадаш (запрет пожинать и есть новый урожай злаковых до принесения жертвы омера), лекет, шихеха, пеа, перет, олелот, бикурим, отделение трумот и маасрот, начало стрижки овец, швиит и йовель. А по мнению многих авторитетов, к этой категории относится и заповедь отдавать в дар коѓену плечо, челюсти и желудок каждого зарезанного животного (см. ниже, п. 15). И хотя мы обязаны соблюдать эти заповеди главным образом в Земле Израиля, в отношении многих из них обязанность распространяется в некоторой степени и за пределы этой земли (как объясняется в примечании). Кроме того, существует множество общественных заповедей, действующих только в Земле Израиля, – например, заповедь создания системы правосудия; а также множество заповедей, зависящих от построения и существования Храма. Но в данной главе мы не будем рассматривать эти заповеди^[1].

Обязанность соблюдения заповедей, связанных с Землей Израиля, зависит также от состояния еврейского народа. Все они вступили в силу только после того, как евреи вошли в Землю Израиля, в ее основную часть – то есть на территорию, расположенную на западном берегу Иордана, где жили семь ханаанских народов. А обязанность соблюдения заповедей швиит и йовель (седьмого и пятидесятого лет) по Торе существует тогда, когда еврейский народ живет в Земле Израиля, и каждое колено занимает предназначенный ему надел (см. ниже, п. 14). Обязанность же соблюдения по Торе таких заповедей как отделение халы, трумот и маасрот вступает в силу тогда, когда большинство еврейского народа живет в Земле Израиля (см. ниже, п.п. 2, 10, 11).

[1]. Заповедь орла: согласно традиции, переданной Моше на горе Синай, она действует и за пределами Земли Израиля. Однако в Земле Израиля в случае сомнения следует придерживаться более строгого толкования закона, а за ее пределами – менее строгого (см. выше, гл. 2, п. 1). Килаим в винограднике: согласно постановлению мудрецов, эту заповедь следует соблюдать и за пределами Земли Израиля, но только самые строгие ее законы, и при этом исполнять лишь то, с чем согласны все авторитеты (см. выше, гл. 5, п. 4). Отделение трумот и маасрот: мудрецы постановили, что эта заповедь будет распространяться на четыре страны, соседствующие с Землей Израиля, но в наши дни эта обязанность отменена (см. ниже, п. 13). Лекет, шихеха и пеа: мудрецы постановили, что эти заповеди будут действовать и за пределами Земли Израиля, когда еврейские бедняки в этом нуждаются (см. ниже, п. 15). Заповедь отделения халы действует, согласно постановлению мудрецов, и за пределами Земли Израиля (см. ниже, п. 10). Заповедь швиит (седьмого года) связана с Землей Израиля, однако ликвидация долгов (шмитат ксафим) не связана с почвой и потому действует и за пределами Земли Израиля (см. «Жемчужины Ѓалахи», Швиит и йовель, 6, 1). Танаи расходятся во мнениях в отношении заповеди хадаш. Практический закон гласит, что она действует по Торе в том числе и за пределами Земли Израиля (см. Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 37а; выше, гл. 1, п. 5), однако эта заповедь вступила в силу только после того, как евреи вошли в Землю Израиля. К тому же, время, с которого за пределами Земли Израиля разрешено есть новый урожай, соответствует его созреванию в Земле Израиля (см. выше, гл. 1, п. 2); а запрет собирать новый урожай действует только в Земле Израиля (см. там же, п. 4).

Напомним вкратце общественные заповеди, связанные с Землей Израиля. Это заповедь заселения Земли Израиля со всеми ее составляющими, включая заповедь завоевания этой земли; запрет идолопоклонникам жить в Земле Израиля, как сказано: «Да не живут они в земле твоей»; запрет продавать неевреям территории в Земле Израиля; заповеди создания в Земле Израиля городов для левитов и городов-убежищ; заповедь уничтожения идолопоклонства. Далее: заповедь назначить еврейского царя или другую власть, имеющую статус царя. Заповедь поставить судей и надсмотрщиков во всех вратах Израиля. Заповеди рукоположения судей бейт дина, освящения месяцев, объявления високосных годов, заповеди о «телице с переломленным затылком» и о «бунтующем старце». Заповеди построения Храма и принесения жертв. Заповеди о «домах в городах, обнесенных стеной», о «проказе домов», о «городе отвергнутых».

13. Дополнительные законы

Хала, смешавшаяся с тестом: если уже отделенная хала вновь смешалась с тестом, и объем теста превышает объем халы в сто раз, то хала аннулируется. Если же объем теста не превышает объем халы в сто раз, то тесто становится запрещенным. Если выпечку еще не начали есть, то человек, отделивший халу, может обратиться к ѓалахическому авторитету, который, вместе с еще двумя евреями, может разрешить ему аннулировать отделенную халу, и тогда выпечка становится разрешенной. Ведь отделение халы подобно обету, и его, как обет, можно отменить (см. Рама, 323, 1). Человек должен сказать этим троим, что он передумал и жалеет о том, что отделил эту халу, и если бы он знал, что она смешается с тестом, то не стал бы ее отделять. В ответ на это они должны сказать ему трижды: «Твоя хала отменяется», после чего тесто или выпечка вновь станут разрешенными к употреблению, и от них нужно вновь отделить халу, не произнося благословение (то же закон распространяется также на трумот и маасрот, см. выше, гл. 9, п. 4, прим. 7).

Отделение халы за пределами Земли Израиля: как мы уже говорили (в п.п. 3-4), согласно постановлению мудрецов, халу нужно отделять и за пределами Земли Израиля. И хотя в то время, когда большинство еврейского народа не живет в Земле Израиля, обязанность отделения халы в этой земле является постановлением мудрецов, – заповедь отделения халы за ее пределами менее строга, так как это постановление мудрецов в своей основе. Данное различие выражается главным образом в том, что в Земле Израиля халу нужно отделять от теста или выпечки, лежащих вместе (мукаф), то есть если человек хочет отделить халу от одного теста в счет другого, и оба этих теста имеют объем, достаточный для отделения халы, – то нужно, чтобы оба этих теста лежали вместе (как объясняется выше, в п. 7). В отличие от этого, за пределами Земли Израиля можно отделить халу от одного теста в счет другого, даже если они не лежат вместе. Более того, разрешено испечь тесто и начать есть выпечку, и только в конце еды отделить халу в счет съеденного (см. Шульхан арух, 323, 1).

Шабат: подобно тому, как в субботу запрещено отделять трумот и маасрот, в нее запрещено отделять и халу (см. Шульхан арух, Орах хаим, 339, 4; Мишна брура, 26; выше, гл. 10, п. 4). Если человек опасается, что не успеет отделить халу до наступления субботы, то он может поставить условие, произнеся вслух: «То, что я отделю в субботу в качестве халы, будет считаться халой». И тогда в субботу он сможет отделить халу с благословением (как объяснялось выше, в гл. 10, п. 4, прим. 1). За пределами Земли Израиля, как мы говорили, разрешено есть в субботу выпечку, от которой не отделили халу, оставив небольшое ее количество на исход субботы, и отделить от нее халу на исходе субботы в счет съеденного в субботу (см. Рама, Орах хаим, 506, 3; Мишна брура, 21).

Тесто, принадлежащее нееврею: такое тесто освобождено от заповеди отделения халы, даже если его замесил еврей. Исходя из этого, продукция пекарни, принадлежащей нееврею, освобождена от этой заповеди, даже если все работники там – евреи. В отличие от трумот и маасрот, которые нееврей может отделить, если захочет, и тогда они будут обладать святостью, – отделенная неевреем хала не обладает святостью (см. Шульхан арух и Рама, 330, 1; 331, 44; выше, гл. 8, п. 11). Об этом нужно сообщить нееврею, чтобы он не думал, что отделенную им халу должен съесть именно коѓен (см. Сифтей коѓен, 330, 3). Если тесто принадлежит еврею и нееврею, и при этом доля еврея содержит количество муки, необходимое для отделения халы, – то от доли еврея необходимо отделить халу (см. Шульхан арух, 330, 3).

12. Жидкое тесто; блины и подобные изделия

Как правило, тесто, предназначенное для выпекания, является густым. Если же готовят жидкое тесто, предназначенное для варки (к примеру, кашу или суп, содержащие большое количество муки), то он него не надо отделять халу. И даже если кто-то съест такую пищу в объеме, достаточном для полноценной трапезы, он должен будет произнести над ней Борэ миней мезонот и Аль ѓа-михья.

Но иногда жидкое тесто выливают в кастрюлю, на противень или на сковороду, где оно медленно выпекается. Так происходит, например, во время приготовления блинов. И поскольку такие изделия имеют форму хлеба, то есть выпечки, от них необходимо отделить халу; а если кто-то съест их в объеме, достаточном для полноценной трапезы, то он должен будет произнести Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон. Однако обязанность отделения халы распространяется на них только после выпекания, поскольку такое тесто не считается тестом для хлеба. Также следует обратить внимание на то, что и после выпекания обязанность отделения халы будет распространяться на них только в случае, если в тесте будет количество муки, достаточное для отделения халы. И поскольку, как правило, в одном подобном изделии нет такого количества муки, халу следует отделять только от нескольких изделий, объединенных вместе (как объяснялось выше, в п. 7).

Этот закон относится к блинам, блинчикам, оладьям, бельгийским вафлям и т.п. Поскольку внешне они похожи на хлеб, то есть имеют толщину, образовавшуюся в результате выпекания, – существует обязанность отделять от них халу. А если кто-то съедает их в объеме, достаточном для полноценной трапезы, то он должен произнести Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон. Но если такие изделия очень тонкие, то они не имеют форму хлеба и освобождены от обязанности отделения халы; а если кто-то съест такую пищу в объеме, достаточном для полноценной трапезы, то он должен будет произнести над ней Борэ миней мезонот и Аль ѓа-михья. Если возникает сомнение, являются такие изделия особенно тонкими, то от них следует отделить халу без благословения^[14].

[14]. В Вавилонском Талмуде (трактат Брахот, 37б) говорится: «На трокенин распространяется обязанность отделения халы… Тарита освобождена от этой обязанности». В обоих случаях имеются в виду изделия из жидкого теста, однако трокенин – это толстая, объемная лепешка, а тарита – тонкая лепешка. Рош объясняет, что поскольку тарита не имеет формы хлеба, от нее не нужно отделять халу. Такое же объяснение приводит Шульхан арух (329, 5; Орах хаим, 168, 15). Авторитеты расходятся во мнениях по поводу определения формы хлеба, и следовательно, по поводу того, какой закон распространяется на такие изделия как оладьи, блины, блинчики, бельгийские вафли и т.п. Многие пишут, что если эти изделия толстые, то от них нужно отделять халу, а если тонкие – то не нужно. А некоторые авторитеты указывают: если их толщина меньше 3 мм, то они освобождены от обязанности отделения халы, а если больше 7 мм, то от них необходимо отделить халу. Другие говорят: если жидкое тесто становится готово сразу же, как его выльют на сковороду, это изделие не имеет формы хлеба и освобождено от обязанности отделения халы. А если изделие толстое и выпекается в течение нескольких минут, то оно имеет форму хлеба, и от него необходимо отделить халу. Мое скромное мнение по этому вопросу таково: представляется, что это внешние признаки, по которым невозможно установить закон Ѓалахи. Ведь нельзя требовать, чтобы люди измеряли толщину оладий; а время выпекания зависит и от того, насколько горяча сковорода. Поэтому следует сказать, что, согласно общему правилу, на все эти виды выпечки распространяется обязанность отделения халы, и только в исключительных случаях, когда они настолько тонкие, что не имеют формы хлеба, то есть выпечки, они освобождены от этой обязанности. Так, мы находим у законоучителей, что самым распространенным примером талмудической тариты являются современные вафли. Имеется в виду один тонкий вафельный слой, который настолько тонкий и сухой, что крошится, а не толстые бельгийские вафли.
Если часть теста, предназначенного для варки, испекут, даже если речь идет о количестве, достаточном для одного маленького печенья, – то от этой выпечки будет необходимо отделить халу с благословением по мнениям всех авторитетов. Поэтому приведем совет для тех, кто хочет избежать сомнения и исполнить заповедь отделения халы: можно заранее решить испечь из этого теста небольшое печенье в духовке или на сковороде (так пишут Маѓарам из Ротенбурга и Шульхан арух, 329, 4)^[13].

11. Густое тесто, предназначенное для варки

Если из теста собираются приготовить пончики (суфганийот), лапшу, пельмени, вареники или сухарики для супа, обжаренные в кипящем масле, – то поскольку их готовят путем варки (в воде или масле), от них не нужно отделять халу. Однако некоторые авторитеты считают, что от теста, предназначенного для таких изделий, тоже необходимо отделять халу. Это объясняется тем, что обязанность отделения халы вступает в силу во время замеса теста, и поскольку это тесто густое, и из него можно испечь хлеб, от него необходимо отделить халу несмотря на то, что его собираются варить (так пишет рабейну Там). На практике закон Ѓалахи соответствует мнению большинства авторитетов, считающих, что поскольку тесто предназначается для варки, оно не считается хлебом. Даже если человек съест такие изделия в объеме, достаточном для полноценной трапезы, он все равно должен будет произнести Борэ миней мезонот и Аль ѓа-михья. Но изначально (лехатхила), чтобы учесть все мнения, принято отделять от них халу без благословения^[12].

Если часть теста, предназначенного для варки, испекут, даже если речь идет о количестве, достаточном для одного маленького печенья, – то от этой выпечки будет необходимо отделить халу с благословением по мнениям всех авторитетов. Поэтому приведем совет для тех, кто хочет избежать сомнения и исполнить заповедь отделения халы: можно заранее решить испечь из этого теста небольшое печенье в духовке или на сковороде (так пишут Маѓарам из Ротенбурга и Шульхан арух, 329, 4)^[13].

[12]. По мнению рабейну Тама, поскольку обязанность отделения халы вступает в силу во время замеса теста, от любого теста, подходящего для выпечки хлеба, необходимо отделить халу; а полемика между рабби Йохананом и Реш Лакишем относится к жидкому тесту, которое выливают на сковороду или в кастрюлю и выпекают. Но если тесто густое, то от него необходимо отделить халу, даже если после этого его сварят. Так считают Рокеах, Сефер йерэим, рабейну Перец и Коль-бо. Однако авторитеты спорят по поводу того, как следует толковать слова рабейну Тама. Одни говорят, что только если после варки изделие будет похоже на хлеб – как, например, пончики, – то, согласно подходу рабейну Тама, от теста необходимо отделить халу. Что же касается таких изделий как макароны или лапша, то поскольку формой они не похожи на хлеб, они освобождены от обязанности отделения халы даже согласно подходу рабейну Тама (так пишут ученики рабейну Йоны и рабби Йом-Тов Альгази). Согласно другому мнению, от теста, предназначенного для изготовления макарон или лапши, тоже следует отделить халу, так как оно густое (так пишут Мордехай, Ор заруа, Паним меирот).

Но подавляющее большинство ранних законоучителей считает, что только тесто, предназначенное для выпекания, считается хлебом, и только на него распространяется обязанность отделения халы. А если оно предназначено для варки в воде или в масле (во фритюре), то поскольку изделия, приготовленные таким образом, не считаются хлебом, от них не надо отделять халу (так пишут рабби Шимшон из Санса, Рид, Рамбан, Рамбам, Раавиа, Рашба, Меири, рабби Моше Халава, рабейну Йерухам, Сефер ѓа-хинух). И такое постановление выносят Шульхан арух (329, 3), Виленский Гаон и Шульхан арух ѓа-рав. Однако Сифтей коѓен (329, 4) считает, что нужно учитывать мнение рабейну Тама и его последователей, и то же самое пишут многие поздние законоучители, в том числе Бен Иш Хай. И хотя в этом вопросе можно было бы придерживаться менее строгого толкования закона, потому что таково мнение большинства авторитетов, и к тому же, в наши дни мы обязаны отделять халу лишь согласно постановлению мудрецов, – тем не менее, изначально (лехатхила) принято следовать более строгому толкованию, так как это не связано с особыми сложностями или убытками.

Если муку или тесто ошпаривают кипятком, как при изготовлении пирожных из заварного теста или бубликов, но при этом до готовности изделия доходят не в результате ошпаривания, а при выпекании, – то они считаются выпечкой, и от них необходимо отделить халу с благословением (см. Шульхан арух, 329, 8). Но если после ошпаривания изделия стали пригодны в пищу, то, по мнению большинства авторитетов, последующее выпекание не приведет к тому, что от этих изделий будет необходимо отделить халу. Исходя из этого, кугель (макаронная запеканка) освобожден от обязанности отделения халы, так как уже после варки макароны можно есть, хотя после выпекания их вкус улучшится. Следовательно, даже если человек будет есть кугель в объеме, необходимом для полноценной трапезы, он не должен произносить над ним Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон (согласно сказанному у Рамбана).

Тесто, используемое для изготовления кубэ, освобождено от обязанности отделения халы, поскольку помимо того, что оно доходит до готовности посредством варки, оно содержит бургуль, и это не считается обычным тестом. Если пончики (суфганийот) испекли в духовке, а не зажарили в масле, то, разумеется, от них необходимо отделить халу с благословением по мнениям всех авторитетов.

[13]. Если человек намерен испечь небольшое количество теста, то может случиться, что в конце концов он решит испечь все тесто полностью. Поэтому мудрецы постановили, что если кто-то собирается испечь хотя бы часть теста, от всего этого теста необходимо отделить халу с благословением (см. Турей заѓав, 329, 5; Сифтей коѓен, 6). И так указывал Маѓарам из Ротенбурга, чтобы избежать сомнения.

Есть мнение, что халу нужно отделить с благословением от еще не испеченного теста, так как часть его намереваются испечь (так пишет Байт хадаш). Согласно другому мнению, халу нужно отделить только после выпекания (этого мнения придерживается Бейт Йосеф). По причине сомнения халу следует отделить только после выпекания.

Если человек собирался испечь густое тесто, но передумал и решил сварить его в воде или во фритюре, то, по мнениям всех авторитетов, от этого теста необходимо отделить халу с благословением, потому что во время замеса человек намеревался его испечь. Это тем более верно в обратной ситуации, когда во время замеса тесто намеревались сварить, а затем передумали и испекли его. От него необходимо отделить халу с благословением, так как выпечка, изготовленная из этого теста, считается хлебом (см. Шульхан арух, 329, 3).

10. Любое тесто, предназначенное для выпекания, имеет статус хлеба

Как мы говорили, заповедь Торы требует отделять халу от теста, предназначенного для выпечки хлеба, о чем сказано (Бемидбар, 15:19-21): «Когда будете есть хлеб той земли, возносите возношение Господу. От начатков теста вашего халу возносите в возношение (…) От начатков теста вашего отдавайте Господу возношение во всех поколениях ваших». Хлебом считается любая выпечка из злаковой муки: пироги, крекеры, печенье, мучные изделия с начинкой из мяса, творога, сыра или овощей, бублики, палочки из теста, пахлава и т.п. Однако настоящий хлеб является основой трапезы, и над ним произносят благословение Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец («Извлекающий хлеб из земли»), а после трапезы читают Биркат ѓа-мазон. А другую выпечку можно есть и не во время трапезы. Поэтому только если с ней устраивают полноценную трапезу, произносят Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон; если же ее едят не в рамках трапезы, то перед едой произносят благословение Борэ миней мезонот («Сотворивший разнообразие пищи для насыщения»), а после еды – Аль ѓа-михья («За пищу»). В отличие от этого, над вареной злаковой пищей (такой как овсяная каша или макароны), даже если ее едят во время трапезы, всегда произносят Борэ миней мезонот и Аль ѓа-михья. Ведь поскольку это блюдо вареное, а не печеное, оно не считается хлебом. Таково общее правило: выпечка из злаковой муки считается хлебом, и заповедь требует отделять от нее халу; а вареное блюдо из злаковых хлебом не считается, и нет заповеди отделять от него халу (так думает большинство авторитетов, как объясняется в следующем пункте).

Варка и выпекание происходят при высокой температуре. Варят пищу в кипящей жидкости; что же касается выпекания, то хотя выпекаемые изделия содержат жидкость, благодаря которой они пекутся и не сгорают, – тем не менее, во время выпекания они не погружены в жидкость. Как правило, выпекают изделия в печи или в духовке, но можно печь их также в сковороде или в кастрюле, стоящих на огне. Хотя при выпекании дно посуды, как правило, смазывают маслом, чтобы тесто не сгорело, или чтобы улучшить его вкус, – тем не менее, это не считается варкой, так как жидкости вокруг выпекаемых изделий немного. Исходя из этого, халу следует отделять с благословением также от изделий, выпекаемых на сковороде (таких как малауах или муфлета) или в кастрюле (таких как кубанэ или джахнун). А если человек съедает такие изделия в количестве, достаточном для полноценной трапезы, то он должен произнести Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон^[11].

[11]. В Вавилонском Талмуде (трактат Псахим, 37а) и в Иерусалимском Талмуде (трактат Хала, 1, 3) объясняется, что, по мнению Реш Лакиша, выпечкой считается только мучное изделие, испеченное в печи или на сковороде, которую разогрели, прежде чем положить на нее тесто. А рабби Йоханан считает, что любое мучное изделие, испеченное в сковороде или в кастрюле с маленьким количеством жидкости, тоже называется выпечкой. Рабейну Хананэль полагает, что практический закон соответствует мнению Реш Лакиша, однако подавляющее большинство ранних законоучителей считает, что практический закон соответствует мнению рабби Йоханана. Так пишут Шеильтот, Ѓалахот гдолот, Рамбам, рабейну Йона, Рош, Рашба, Шульхан арух (329, 2).

Некоторые авторитеты выражают сомнение по поводу кубанэ и джахнуна, если их выпекают в закрытой кастрюле при повышенной влажности. Другие говорят, что сомнение может возникнуть и в отношении таких изделий как малауах и муфлета, поэтому указывают отделять от них халу без благословения. Однако не следует умножать сомнения без надобности, и поскольку все эти изделия готовят из густого теста, которое хотя и содержит немалое количество жидкости, но не разливается, как жидкость, – если их не варят в большом количестве жидкости, они считаются выпечкой. Следовательно, от всех этих изделий необходимо отделять халу, а если человек ест их в объеме, достаточном для полноценной трапезы, то он должен произнести Ѓа-моци лехем мин ѓа-арец и Биркат ѓа-мазон.

Как я написал в тексте, даже если в кастрюлю или сковороду налили немного масла, чтобы улучшить вкус выпекаемой пищи, она все равно считается выпечкой. Это правило разрешает многие случаи сомнения. И хотя некоторые авторитеты полагают, что только если масло или другую жидкость налили для того, чтобы пища не прилипла к посуде, она считается выпечкой (см. Рама, Орах хаим, 168, 14), – тем не менее, ясно, что мучное изделие не считается выпечкой, только если значительная часть теста при готовке погружена в жидкость. И такой вывод можно сделать на основании сказанного в комментарии Меири к трактату Псахим, 37а, а также на основании слов рабби Шимшона из Санса в комментарии к Мишне (Хала, 1, 4).

09. Мука и жидкость

Заповедь Торы требует отделять халу от теста, предназначенного для выпекания хлеба. Об этом сказано (Бемидбар, 15:19): «Когда будете есть хлеб той земли, возносите возношение Господу». Следовательно, эта заповедь относится к тесту, изготовленному из пяти видов злаков: пшеница, ячмень, полба, овес и рожь. Их отличительная особенность состоит в том, что при смешивании с жидкостью они заквашиваются, поэтому из такого теста можно приготовить хлеб и пироги. А если следить за тем, чтобы тесто не заквасилось, то из него можно приготовить мацу, чтобы исполнить заповедь есть мацу в Песах. Но если тесто делают из кукурузной или рисовой муки, то нет обязанности отделять от него халу, так как это тесто не может закваситься, и изделия, изготовленные из него, не называются хлебом. И поэтому из него невозможно сделать мацу на Песах (см. «Жемчужины Ѓалахи, Песах, гл. 2, п. 3). Важно отметить, что существует вид китнийот, называемый на иврите кусемет (имеется в виду гречка), и его не следует путать с кусмин (полба). От теста из гречневой муки не нужно отделять халу, так как гречка не является видом злаковых.

Если смешали муку из разных видов злаковых и замесили из нее тесто в количестве, требующем отделения халы, – от этого теста необходимо отделить халу с благословением (см. Шульхан арух, 324, 2). Если муку из злаковых смешали с каким-либо другим ингредиентом – например, кукурузным крахмалом, сахаром, какао, яйцами, – то от этой смеси отделяют халу с благословением, если она отвечает трем условиям: 1) выпечка имеет вкус злаковых; 2) злаковой муки в тесте достаточно для отделения халы; 3) злаковых в смеси больше половины. Если же третье условие не соблюдено, то есть выпечка имеет вкус злаковых, злаковой муки в тесте достаточно для отделения халы, но злаковых в смеси не больше половины, – то халу отделяют без благословения. Но если не выполняется одно из двух первых условий, то есть выпечка не имеет вкуса злаковых или злаковой муки в тесте недостаточно для отделения халы, то смесь освобождена от обязанности отделения халы^[9].

Если тесто замешивают на жидкости, обладающей значимостью, то от него необходимо отделить халу. Из семи жидкостей такого рода шесть разрешены в пищу согласно законам кашрута: вода, роса, оливковое масло, вино, молоко и пчелиный мед (седьмую жидкость, кровь, употреблять в пищу запрещено). Если же тесто замешивают на других видах жидкости – например, фруктовом соке или яйцах, – то возникает сомнение, существует ли обязанность отделять от такого теста халу, поэтому халу нужно отделять без благословения. Но если фруктовый сок немного разбавить водой, то халу следует отделять с благословением^[10].

[9]. В Мишне (Хала, 3, 7) сказано: «Если кто-то замешивает тесто из пшеницы и риса, и это тесто имеет вкус злаковых, то существует обязанность отделить от него халу, и с помощью мацы, испеченной из этого теста, можно исполнить заповедь мацы в Песах. Но если у него нет вкуса злаковых, то оно освобождено от обязанности отделения халы, и с помощью мацы, испеченной из этого теста, невозможно исполнить заповедь мацы в Песах». По мнению Рамбама (Законы бикурим, 6, 11) и Шульхан арух (324, 9-10), в отношении смеси пшеничной и рисовой муки действует особый закон, согласно которому, даже если пшеничной муки в смеси меньше половины, но эта смесь имеет вкус злаковых, и даже если количества пшеничной муки в смеси недостаточно для отделения халы, – поскольку качество риса таково, что он присоединяется к пшенице, поэтому, если общего количества смеси достаточно для отделения халы, то от нее необходимо отделить халу (Рамбам считает, что в таком случае даже необязательно, чтобы пшеничной муки было в количестве ке-зайт, съедаемом за промежуток времени ахилат прас; а по мнению Раавада, это обязательно). На этом основании законоучители заключают, что если злаковую муку смешали с другими видами муки, то, согласно подходу Рамбама, если злаковой муки в смеси достаточно для отделения халы, даже если ее в смеси меньше половины, но есть ке-зайт злаковой муки на меру ахилат прас, – то от этой смеси следует отделить халу. А согласно подходу Раавада, для этого необходимо, чтобы злаковая мука в смеси составляла большинство (см. Мишна брура, 453, 14). Большинство же поздних законоучителей считает, что, согласно подходу Роша, даже если количества злаковой муки в смеси недостаточно для отделения халы, если выпечка сохраняет вкус злаковых, и количества всей смеси достаточно для отделения халы, – от нее необходимо отделить халу (как пишет Маген Авраѓам, это верно при условии, что в смеси есть ке-зайт злаковой муки на меру ахилат прас; а некоторые авторитеты пишут, что это не является непременным условием). А некоторые считают, что мнение Роша совпадает с мнением Рамбама.

Многие ранние законоучители (Рамбан, Рашба, Ор заруа и др.) выносят практическое постановление, соответствующее мнению раббана Шимона бен Гамлиэля, которое приводится в Иерусалимском Талмуде (Хала, 3, 5): «От любого теста нет обязанности отделять халу, если в нем нет злаковой муки в количестве, требующем отделения халы». По мнению этих законоучителей, даже когда речь идет о смеси пшеничной и рисовой муки, если в смеси нет пшеничной муки в количестве, требующем отделения халы, то смесь освобождена от обязанности отделения халы. А если пшеничная мука в смеси достигает количества, требующего отделения халы, даже если при этом ее меньше половины, – то от смеси необходимо отделить халу. Что же касается смеси из муки других видов, то от нее следует отделять халу, только если злаковой муки в ней больше половины, и эта мука достигает количества, требующего отделения халы.

На практике, в отношении любой другой смеси, помимо смеси пшеничной и рисовой муки, если злаковой муки в ней меньше, чем требуется для отделения халы, то смесь освобождена от обязанности отделения халы (а те, кто хочет исполнить заповедь самым великолепным образом, отделяют халу без благословения, в соответствии с мнением Роша). Если же количества злаковой муки достаточно для отделения халы, но она не составляет больше половины смеси, то халу отделяют без благословения. Что же касается смеси пшеничной и рисовой муки, то если выпечка сохраняет вкус злаковых, халу нужно отделить без благословения; а если при этом количества пшеничной муки в смеси достаточно для отделения халы, то халу отделяют с благословением.

[10]. В Мишне (Хала, 2, 2) говорится: «От теста, замешанного на фруктовом соке, необходимо отделить халу». Большинство ранних законоучителей считает, что таков закон в отношении любой жидкости (так пишут Рамбан, Рашба, Рашбац, и многие авторитеты считают, что таково мнение Рамбама). А Рош пишет, что только если тесто замесили на какой-либо из жидкостей, обладающих значимостью, от него необходимо отделить халу. На первый взгляд, на основании сказанного в Шульхан арух (329, 9) можно прийти к выводу, что его мнение соответствует мнению большинства ранних законоучителей, которые считают, что от теста, замешанного на фруктовом соке любого вида, необходимо отделять халу. Однако в Орах хаим (462, 5) Шульхан арух пишет, что не следует замешивать на фруктовом соке тесто в количестве, требующем отделения халы. Некоторые комментаторы объясняют: Шульхан арух учитывает мнение Роша, считающего, что такое тесто освобождено от обязанности отделения халы (см. Мишна брура, 462, 20; Шаар ѓа-циюн, 27). На практике мнение Роша учитывается, и если тесто замешано на жидкости, не обладающей значимостью, то от него отделяют халу без благословения (так пишут Байт хадаш, Сифтей коѓен, Паним меирот, Арух ѓа-шульхан и др.). А некоторые комментаторы пишут, что, по мнению Роша, только от теста, замешанного на воде, необходимо отделять халу. И некоторые авторитеты (например, Бен Иш Хай) учитывают это мнение. Однако поскольку это мнение меньшинства комментаторов, объясняющих мнение меньшинства авторитетов, общепринятый обычай его не учитывает, и халу от такого теста отделяют с благословением. А если фруктовый сок, не относящийся к вышеупомянутым шести видам жидкости, разбавляют небольшим количеством воды, то халу несомненно следует отделять с благословением. Если же в тесто добавили немного другой жидкости из семи видов жидкостей, обладающих значимостью (но не воды), то халу отделяют без благословения; а если такой жидкости в тесте большинство – то с благословением.

Если муку смешали с фруктовым соком, то поскольку она не намокла в какой-либо из шести видов жидкости, обладающей значимостью, она не перенимает ритуальную нечистоту от рук человека, замешивающего тесто. Поэтому хала, отделяемая от этого теста, ритуально чиста, и ее запрещено осквернять, сжигать или уничтожать каким-либо иным способом. Ее нужно завернуть в полиэтилен и аккуратно положить в мусорное ведро – так, чтобы она сгнила сама, а не с помощью действий человека. На практике, в наше время пшеницу в большинстве случаев моют водой, поэтому мука получает способность перенимать нечистоту во время замеса теста, поэтому отделенную халу можно сжечь. Но если возникает сомнение в том, что пшеницу мыли в воде, то сжигать халу не следует, придерживаясь более строгого толкования закона.

08. Тесто, предназначенное для разделения на несколько частей, освобождено от отделения халы

Если имеется два вида теста, за которыми строго следят, чтобы они не смешивались (например, дрожжевое и слоеное тесто), то их нельзя объединить в одно целое. Более того, даже тесто одного вида, которое собираются разделить на несколько частей: из одной половины сделают сладкую выпечку, а из другой соленую, – не может считаться единым целым в отношении отделения халы (см. Шульхан арух, 326, 1).

Если несколько женщин замесили тесто вместе, чтобы каждая из них взяла себе его долю, – то хотя общего количества теста достаточно для отделения халы, тем не менее, поскольку женщины собираются поделить его между собой, оно не считается единым целым. Даже если все части испекут в одной печи, если каждая из женщин знает, какая именно доля принадлежит ей, и следит за тем, чтобы забрать ее себе, вся эта выпечка вместе не считается единым целым.

Поэтому, если несколько женщин хотят испечь вместе хлеб или пироги, чтобы исполнить заповедь отделения халы, и если при этом доли каждой из женщин недостаточно для отделения халы, – они должны строго следить за тем, чтобы все тесто принадлежало им на равных правах до самого окончания выпечки. И только после выпечки каждая из них должна взять себе первую попавшуюся долю, не отмечая заранее, какая доля принадлежит именно ей. И тогда одна из женщин сможет отделить халу за всех остальных. Но если каждая из них заплетает себе халу определенным образом, намереваясь после выпечки забрать ее себе, то поскольку еще до выпечки они поделили тесто между собой, все эти доли не считаются единым целым. Подобно этому, если воспитательница детского сада хочет испечь с детьми халы в честь субботы, и каждый ребенок готовит себе отдельную халу, на которую приклеивают наклейку с его именем, – то все эти халы не считаются единым целым^[8].

[8]. В Мишне (Хала, 4, 1) говорится: «Если две женщины замесили каждая свое тесто, и они (два теста) коснулись друг друга, то даже если два этих теста – одного вида, они [не считаются одним целым и потому] освобождены от отделения халы. А если оба теста принадлежат одной женщине, и если при этом обе доли – одного вида, то [они считаются единым целым, и потому] от них следует отделить халу; если же это два разных вида теста, то они [не считаются единым целым и потому] освобождены от отделения халы». В Иерусалимском Талмуде (там же) объясняется: «Сказал рабби Йоханан: одна женщина не следит за тем, какая именно доля ей принадлежит, а две женщины за этим следят. Если одна женщина следит (например, за тем, чтобы два вида теста не смешивались друг с другом – авт.), то ее уподобляют двум женщинам. Если две женщины не следят, то их уподобляют одной».

Если замесили такое количество теста, которого достаточно для отделения халы, но часть его собираются заморозить до кануна следующей субботы, то от него нужно отделить халу с благословением. И хотя некоторые авторитеты опасаются, что если тесто делят на доли, которые испекут в разные дни, то все это тесто не может полностью считаться единым целым, и поэтому они говорят, что халу нужно отделить без благословения, – тем не менее, согласно общепринятому обычаю, благословение произносят. Кроме того, представляется: поскольку, если тесто замораживают, то очевидно, что, когда возникнет такая необходимость, его разморозят и испекут, – может случиться, что все это тесто объединят вместе, поэтому к нему относится тот же закон, что и к тесту, изготовленному пекарем (как объясняется в Шульхан арух, 326, 2). При этом нельзя утверждать, что если тесто делят на части, которые испекут в разные дни, то это необычный способ замеса теста. Ведь в наши дни тесто можно легко заморозить, поэтому принято замешивать сразу такое количество, которого достаточно для отделения халы, и одну его часть выпекать сразу, а вторую замораживать. И поскольку обязанность отделения халы вступает в силу в момент замеса, от этого теста необходимо отделить халу с благословением.

Иногда во время какого-либо торжества гости приносят приготовленную ими выпечку, от которой не отделили халу, так как ее количества было для этого недостаточно. Если всю эту выпечку сложили в одну корзину, и там оказалось такое количество выпечки, которого достаточно для отделения халы (имеется в виду выпечка из одного вида теста, за которым не следят, чтобы он не смешивалось, – например, хлеб, халы и булочки, изготовленные из дрожжевого теста, или сладкая выпечка из дрожжевого или какого-либо другого теста), – то поскольку всю эту выпечку сложили вместе, чтобы съесть во время этого торжества, она считается одним целым, и от нее нужно отделить халу с благословением. Но если выпечка изготовлена из разных видов теста, за которыми следят, чтобы во время замеса они не смешивались, то она не считается одним целым. Выпечка из одного вида теста, одна часть которой имеет, к примеру, шоколадную начинку, а вторая – начинку из варенья, считается одним целым, поскольку изготовлена из теста одного и того же вида. Но выпечка мясная, молочная или даже парве не может считаться одним целым, так как перед выпеканием следят за тем, чтобы отделить ее друг от друга.

Если замесили тесто в количестве, достаточном для отделения халы, изначально намереваясь разделить его на несколько частей, и потому оно было освобождено от обязанности отделения халы, – то даже если позднее к нему добавили еще тесто, чтобы получилось количество, достаточное для отделения халы, та часть, которую замесили с самого начала, больше не имеет никакого отношения к этой заповеди, так как раньше она уже была в количестве, достаточном для отделения халы, но была освобождена от этой обязанности (так пишут Рамбам и Шульхан арух, 326, 4).

07. Объединение разных видов теста или готовой выпечки

Если несколько видов теста или выпечки, каждого из которых недостаточно для отделения халы, соединили вместе, получив количество, необходимое для отделения халы, – то нужно отделить от них халу с благословением. Соединение вместе может осуществиться одним из двух способов: 1) когда два вида теста склеились друг с другом во время замеса или выпечки, и если кто-то попытается их разделить, то вместе с тестом одного вида оторвется кусочек теста другого вида; 2) когда тесто или готовая выпечка двух видов лежат вместе в одной посуде или пакете, или когда они покрыты одной скатертью, – то они, соединившись, считаются одним целым (см. Шульхан арух, 325, 1). Если выпечку или тесто разных видов положили вместе в холодильник, в морозильник, в духовку или в шкаф, прикрепленный к стене, то возникает сомнение, считаются ли они одним целым, поэтому от них следует отделить халу без благословения^[7].

Если человек не заинтересован в том, чтобы испечь хлеб или пироги в количестве, требующем отделения халы, то он не должен печь больше, чем ему необходимо, лишь для того чтобы исполнить заповедь. Но тому, кто собирается испечь хлеб или пироги в количестве, требующем отделения халы, запрещено делить тесто на две части, чтобы уклониться от исполнения заповеди (см. Иерусалимский Талмуд, Хала, 3, 1; Шульхан арух, 324, 14). Хотя сегодня мы обязаны отделять халу только согласно постановлению мудрецов, и коѓены не могут есть отделенную халу, так она ритуально нечиста, – все равно запрещено уклоняться от исполнения этой заповеди, поскольку, исполняя ее, мы проникаемся идеей, в ней заложенной.

Если имеется два вида теста или выпечки, каждого из которых достаточно для отделения халы, то можно отделить халу от одного вида в счет другого, при условии, что они лежат вместе согласно закону мукаф (как объяснялось выше, гл. 9, п. 3). Постфактум (бедиавад), если кто-то отделил халу от разных видов теста или выпечки, не лежащих вместе, заповедь все равно считается исполненной. Так принято поступать изначально (лехатхила), если забыли отделить халу вовремя и выпечку уже раздали разным людям. Тогда отделяют халу от одной выпечки в счет другой, находящейся в другом месте (см. Шульхан арух, 325, 2 и 331, 25; выше, гл. 9, п. 3).

[7]. В Мишне (Хала, 2, 4) сказано: «Если кто-то замесил несколько видов теста (и каждый вид в объеме меньшем, чем требуется для отделения халы – ред.) и положил их так, что они касаются друг друга, – то от них не нужно отделять халу, если их можно разделить без того, чтобы вместе с одним видом теста оторвался кусок теста другого вида. Рабби Элиэзер говорит: даже если их положили вместе в одну корзину (так что они не касаются друг друга – ред.), то от них всех вместе нужно отделить одну халу (хотя в каждом отдельном виде выпечки не хватает объема до требуемого для отделения халы – ред.)». В трактате Псахим (48б) объясняется, что практический закон соответствует мнению рабби Элиэзера, который не спорит с первым мнением. И такое постановление выносят Рамбам и Шульхан арух (325, 1).

Основываясь на словах Гемары в трактате Псахим, 48б, ранние законоучители полемизируют по поводу того, считаются ли одним целым тесто или выпечка разных видов, помещенные в одну печь. Рамбам и его последователи полагают, что не считаются, а Рош и его последователи – что считаются. И поскольку многие авторитеты согласны с мнением Роша, то хотя в наше время мы обязаны отделять халу только согласно постановлению мудрецов, эти тесто или выпечку следует сложить вместе в одну посуду и отделить от них халу с благословением. А если нет возможности сложить их вместе, то от них нужно отделить халу без благословения. Тот же закон относится к тесту или выпечке, лежащим в одном холодильнике, морозильнике или стенном шкафу. Если же тесто или выпечка разных видов лежат на одном столе, то возникает сомнение, считаются ли они одним целым, ведь у стола нет стенок, как у посуды (см. трактат Псахим, 48б). В связи с этим законоучители пишут, что поскольку в наши дни обязанность отделения халы – постановление мудрецов, эти тесто или выпечка не считаются одним целым (см. Рамбам и Шульхан арух, 325, 1; Сифтей коѓен, 2). Есть также мнение, что только если эти тесто или выпечка завернуты со всех сторон в одну скатерть, то они считаются единым целым. А практический закон гласит: даже если они покрыты сверху одной скатертью, они считаются единым целым, и от них нужно отделить халу с благословением. Если выпечка лежит частично внутри посуды, а частично возвышается горкой над ней, то, по мнению Тура, она не считается одним целым, а по мнению Сефер мицвот гадоль от имени рабейну Йоны, считается. Поэтому от нее следует отделить халу без благословения. А если эту выпечку покроют скатертью, то халу нужно отделить с благословением (см. Каф ѓа-хаим, 457, 28). Есть мнение, что объединение остается в силе лишь сразу после того, как выпечку вынули из печи. Однако, согласно практическому закону, оно действенно в течение долгого времени после этого, а также еще до того, как тесто поставили в печь. Некоторые авторитеты говорят, что если тесто или выпечку кладут вместе в одну посуду, то куски должны касаться друг друга, однако на практике даже без этого тесто или выпечка считаются одним целым (так пишут Рамбам и Шульхан арух, 326, 1). Везде, где я писал, что, несмотря на возникающее сомнение, следует отделять халу с благословением, я основывался на существующем обычае. Однако некоторые современные авторитеты писали, что в случае сомнения произносить благословение не следует. Тем не менее, поскольку большинство ранних законоучителей знали, что в отношении этих случаев существует полемика, и все равно постановили отделять халу с благословением, – обычай именно таков, а когда мы имеем дело с обычаем, нет опасения, что в случае сомнения благословение произносить не следует. В тексте я не привел мнение авторитетов, которые придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона, так как не нужно усложнять изучение Ѓалахи, приводя все существующие мнения. Однако я привожу часть этих мнений здесь в примечании, чтобы те, кто хочет исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), знали, что изначально (лехатхила) желательно учитывать эти мнения.

Если кто-то отделил халу от меньшего количества теста, чем необходимо для отделения халы, то он не исполнил никакой заповеди, и хала, которую он отделил, не обладает святостью. Следовательно, если халу отделили поочередно от двух видов теста, каждого из которых не хватало для исполнения заповеди, а затем эти виды теста объединили, то от них необходимо вновь отделить халу с благословением (см. Мишна, Хала, 4, 5; Шульхан арух, 326, 5). Выпечка, изготовленная из разных видов злаков, иногда считается одним целым, а иногда нет. Эти законы разъяснены в Шульхан арух, 324, 2 (но если смешали несколько видов муки, изготовленной из различных злаков, то тесто считается единым целым, как объясняется ниже, в п. 9). Нельзя отделять халу от теста, изготовленного из муки урожая одного года, в счет теста, изготовленного из муки урожая другого года. А если кто-то отделил халу таким образом, то он не исполнил никакой заповеди. Мудрецы вынесли это постановление, чтобы люди по ошибке не подумали, что трумот и маасрот тоже можно отделять от урожая одного года в счет урожая другого года. С другой стороны, если тесто из муки одного года объединили с тестом из муки другого года, и каждого теста в отдельности было недостаточно для исполнения заповеди отделения халы, – это объединение действительно, и необходимо замесить третье тесто из муки обоих лет, чтобы отделить халу от теста, изготовленного из муки обоих лет (см. Шульхан арух, 324, 8; Сифтей коѓен, 16; выше, гл. 8, п. 5).

06. От какого количества теста следует отделять халу

Обязанность отделения халы распространяется на такое количество теста, какое сыны Израиля готовили в пустыне, о чем сказано (Бемидбар, 15:20): «От начатков теста вашего халу (кусочек теста) возносите в возношение». Здесь имеется в виду тесто, которое готовили из манны, ежедневно ниспадавшей с Небес в пустыне для каждого из сынов Израиля. Об этом сказано (Шмот, 16:16): «Вот что повелел Господь: собирайте его каждый по стольку, сколько ему съесть; по омеру на голову, по числу душ ваших, сколько у каждого в шатре, собирайте». Манну мололи и замешивали из нее тесто (см. Бемидбар, 11:8). Каждому человеку предназначалась десятая доля эйфы, о чем сказано (Шмот, 16:36): «А омер – десятая доля эйфы» (см. Вавилонский Талмуд, трактат Эрувин, 83б). Меньшее количество теста не обладает значимостью и потому освобождено от обязанности отделения халы.

Десятая доля эйфы равна по объему сорока трем целым и одной пятой яйца, то есть 2.16 литра (объем одного яйца приблизительно равен 50 см³). Изначально (лехатхила) эту цифру желательно округлить до 2.2 литра. Имеется в виду объем муки до того, как ее смешали с водой и замесили тесто, без соли и специй. Для того чтобы отмерить точное количество муки, следует использовать специальную посуду с обозначением объема. Если нет возможности измерить объем, то нужно произвести измерение по весу. Однако поскольку вес зависит от плотности муки, такое измерение не является точным, так как вес муки в том объеме, который требует отделения халы, может изменяться в большую или меньшую стороны. Таким образом, необходимо установить две меры. Первая из них – это такое количество муки, в отношении объема которого возникает сомнение, поэтому халу следует отделять без благословения. Вторая мера – такое количество муки, которое требует отделения халы с благословением. И поскольку между разными видами муки существуют различия, необходимо установить меру веса для каждого вида (см. таблицу)^[6].

Цельнозерновая мука

Белая и полбяная мука

Ржаная мука

Овсяная и ячменная мука

С благословением

(плотная мука)

1.650 кг

1.550 кг

1.350 кг

1.200 кг

Без благословения (рыхлая мука)

1.450 кг

1.250 кг

1.150 кг

1.050 кг

[6]. Объем муки, требующий отделения халы, равен объему сорока трех целых и одной пятой яйца (так пишут Риф; Рамбам, Законы бикурим, 6, 15; Рош; Шульхан арух, 324, 1). Как известно, у воды объем и вес совпадают, а пшеничная мука примерно на треть легче воды того же объема. Это может варьироваться в зависимости от плотности и сорта муки. Поэтому самым точным является измерение по объему. Однако Коль-бо (48, 9) выражает сомнение по поводу того, как именно следует измерять объем муки: если мука плотная или рыхлая. Тем не менее, на основании слов всех ранних и поздних законоучителей, которые не выражали сомнения по этому вопросу, мы приходим к однозначному выводу, что объем муки измеряется в том состоянии, в котором она находится в момент измерения. Так однозначно пишут Тосафот (к трактату Менахот, 52б, со слова ‘חסרה’), Меири (к трактату Псахим, 48б), Маген Авраѓам (456, 4), При хадаш (1), Махацит ѓа-шекель. Поэтому лучше всего заранее приготовить посуду, объем которой равен объему муки, требующему отделения халы, и отмерять муку в этом сосуде. Если эта посуда вмещает 2.16 литра, то халу нужно отделять с благословением, а изначально (лехатхила) желательно, чтобы в нее входило 2.2 литра.Однако часто бывает, что посуды, подходящей для измерения объема, нет, но имеются весы, или же мука расфасована в упаковки по весу. Поэтому ѓалахические авторитеты подсчитали, какой вес муки соответствует необходимому объему. Но когда измерение ведется по весу, вновь возникает вышеупомянутое сомнение, так как, когда мука плотная, ее вес (если речь идет о белой пшеничной муке) должен составлять 1.55 кг, а когда она рыхлая – 1.25 кг. И поскольку мы не можем установить, является ли мука плотной или рыхлой, следует установить два объема (как в таблице, приведенной в тексте). Если мука достигает меньшего веса, то халу нужно отделять без благословения, а если большего – то с благословением.

Расширенное объяснение того, как подсчитывают объем муки, требующий отделения халы: согласно вычислениям Рамбама, если мы сравним по весу муку и воду одинакового объема, то мука будет примерно на треть легче (см. Комментарий к Мишне, трактат Эдуйот, 1б). Вес муки, требующий отделения халы, составляет приблизительно 520 египетских зуз (или драхм; см. Законы бикурим, 6, 15). На этом основании рав Хаим Наэ подсчитал, что вес муки, требующий отделения халы, составляет 1.666 кг (объем одного яйца – 57.6 см³, и если умножить это число на 43.2, то получится 2.488 литра). Однако его вычисления оказались неточными, так как он брал в расчет турецкую драхму, которая в его дни составляла 3.205 грамма, потому что примерно 400 лет назад турки прибавили к ней еще около 12%, тогда как драхма, имевшая хождение в период Рамбама, весила только 2.83 грамма (см. «Жемчужины Ѓалахи», Законы благословений, гл. 10, п. 10, прим. 12). Поэтому на практике объем яйца составляет 50 см³, а объем муки, требующий отделения халы, – 2.16 литра. [Однако согласно точному подсчету в соответствии с подходом Рамбама, то есть если 520 драхм умножить на 2.83 грамма, получается, что объем яйца составляет 50.94 см³, а объем муки, требующий отделения халы, – 2.2 литра. С другой стороны, были найдены монеты в одну драхму, весившие 2.81 грамма, и тогда, соответственно, объем яйца будет равен 50.58 см³, а объем муки, требующий отделения халы, – 2.185 литра. А согласно древнему ашкеназскому обычаю, объем яйца составляет около 46 см³, а значит, объем муки, требующий отделения халы, – 1.987 литра. И эти величины соответствуют римским и египетским мерам объема и веса. Согласно подходу Рамбама (в комментарии к трактату Эдуйот, 1б), правильные величины – немного меньше этого. В заключение скажем: поскольку мудрецы склоняются к округленным величинам, следует постановить, что объем яйца составляет 50 см³, поэтому халу нужно отделять с благословением от теста, содержащего муку в объеме 2.16 литра, а для облегчения расчета это число следует округлить до 2.2 литра].

Возникло еще одно сомнение: когда рав Хаим Наэ рассчитывал объем муки относительно веса, он обнаружил, что в некоторых случаях вес равен примерно половине, а не двум третям объема. Поэтому он указал, что халу нужно отделять без благословения уже тогда, когда муки (белой пшеничной) в тесте – 1.25 кг. На практике, согласно проведенным нами расчетам, если мука плотная, то ее вес составляет чуть более двух третей объема, а если речь идет о цельнозерновой муке, то гораздо больше, чем две трети, и это указано выше в таблице относительно отделения халы с благословением. И возможно, сегодня, когда муку прессуют при упаковке, эта величина еще больше. Так или иначе, чтобы избежать сомнения, в наши дни принято использовать для отделения халы эту величину в двойном размере: один – для отделения халы без благословения из-за возникающего сомнения, а второй – для отделения халы с благословением. Правда, можно было бы утверждать, что в случае сомнения нет обязанности отделять халу, и, как мы говорили выше, поскольку сегодня мы обязаны отделять халу только согласно постановлению мудрецов, в случае сомнения следует придерживаться менее строгого толкования закона (см. Шульхан арух, 325, 1; Сифтей коѓен, 2; Шульхан арух, 330, 4; Сифтей коѓен, 8). Тем не менее, можно сказать, что если речь идет о постоянном сомнении, то все-таки нужно следовать более строгому толкованию закона. Так или иначе, чтобы исполнить эту заповедь наилучшим образом, принято следовать более строгому толкованию закона и отделять халу без благословения, если есть сомнение, что муки в тесте достаточно для отделения халы. Расчеты, указанные в приведенной нами таблице, основаны на исходном положении, что объем яйца равен 50 см³, а для отделения халы с благословением мы округлили эти числа вверх, чтобы избежать сомнения.

Если человек отделил халу без благословения из-за существующего сомнения, а затем прибавил еще теста, и теперь общее количество теста требует отделения халы с благословением, – то он должен отделить еще раз без благословения.

По мнению Циюн ле-нефеш хая и Хазон Иша, раньше куриные яйца были вдвое больше сегодняшних. Их объем составлял примерно 100 см³, и, соответственно, объем муки для отделения халы равнялся 4.32 литра. Однако согласно расчетам Хазон Иша, вес белой пшеничной муки составляет чуть более половины объема, а не две трети, поэтому необходимо отделить халу с благословением, если муки в тесте – 2.25 кг. Однако на практике не принято учитывать это мнение, так как оно вызывает немало вопросов.

Некоторые авторитеты выражают сомнение по поводу цельнозерновой муки, поскольку может быть, что от зерна отделили отруби, а затем смешали их с мукой вновь. Поэтому, возможно, отруби не следует учитывать при измерении объема муки, и их объем нужно вычесть. Ведь в Мишне (Хала, 2, 6) сказано: «Пять четвертей муки – обязанность отделения халы действует и в отношении закваски, отрубей и семенной оболочки. Но если их отделили от муки, а затем возвратили в нее, то они освобождены от отделения халы». Однако представляется, что нет необходимости учитывать это мнение, так как в Гемаре (трактат Шабат, 76б), а также в комментариях к Мишне, объясняется, что семенную оболочку, отделенную от зерна, не следует возвращать в муку, поскольку тесто готовят таким образом только бедняки. Тем не менее, сегодня, когда считается, что отруби повышают качество муки, тесто готовят в том числе и таким образом, поэтому очевидно, что объем отрубей тоже нужно учитывать.

Возникает такой вопрос. Как мы говорили, количество теста для отделения халы должно соответствовать количеству манны в пустыне, то есть такому количеству, которое человек съедает в среднем за день. Если предположить, что энергетическая ценность манны примерно равнялась энергетической ценности пшеницы или ячменя (около 330 ккал на 100 г), то получится, что каждый человек потреблял в день примерно 5000 ккал, тогда как обычный человек в наши дни должен потреблять 2000-2500 ккал. Кроме того, сыны Израиля в пустыне иногда ели на ужин мясо. И см. Мишна (Ктубот, 5, 8), где говорится, что бедной женщине хватало на неделю двух кавов пшеницы (притом, что для отделения халы необходимы кав и три четверти). К тому же, как мы говорили в отношении меры ахилат прас, человек съедал в день в среднем хлеба объемом в 8 яиц (см. трактат Эрувин, 82б; «Жемчужины Ѓалахи», Законы благословений, гл. 10, п. 7, прим. 9). Хотя вместе с хлебом ели и другие блюда, хлеб был основной пищей. Таким образом, мы приходим к выводу, что энергетическая ценность манны была намного ниже, чем злаковых, и каждый получал столько манны, сколько было ему необходимо. И с точки зрения объема количество муки для отделения халы сходно с количеством пищи, которую человек съедает в день.

05. Практический порядок отделения халы от теста

Согласно заповеди, халу следует отделять от теста, предназначенного для выпечки и замешанного на муке, изготовленной из пяти видов злаков (см. ниже, п. 8). При этом количество теста должно быть таким, чтобы оно обладало значимостью, и из него можно было бы приготовить пищу на целый день. Это означает, что объем муки в тесте должен быть равен как минимум объему 43.2 яиц (ке-бейца), то есть 2.16 литра (см. ниже, п. 6).

Заповедь отделения халы относится в равной степени и к мужчинам, и к женщинам. Но если мужчина и женщина замесили тесто вместе, то женщине отдается предпочтение в исполнении этой заповеди, как она в большей степени, нежели мужчина, ответственна за ведение домашнего хозяйства (см. Ор заруа, конец п. 225; комментарий Раши к трактату Шабат, 32а).

Тот, кто отделил халу от муки, не исполнил заповедь, так как обязанность отделения халы вступает в силу только после того, как мука смешалась с водой. Самое лучшее время для исполнения этой заповеди: по окончании замеса теста (см. Шульхан арух, 227, 3).

Перед отделением халы произносят благословение: Барух Ата А-донай Э-лоѓейну Мелех ѓа-олам ашер кидшану бе-мицвотав ве-цивану леѓафриш хала («Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам отделять халу»). Этот канон благословения соответствует обычаю выходцев из Йемена и некоторых ашкеназских общин. Представители общин Востока говорят в конце благословения: …леѓафриш хала трума («…отделять халу труму»). А выходцы из Северной Африки и многих ашкеназских общин говорят: …леѓафриш хала мин ѓа-иса («…отделять халу от теста»)^[3].

После произнесения благословения от теста отделяют кусочек небольшого размера. При этом некоторые говорят: Ѓарей зо хала («Это – хала»). Поскольку отделенную от теста халу запрещено есть, ее нужно сжечь, чтобы кто-нибудь не употребил ее в пищу. Кроме того, ее можно завернуть во что-нибудь и аккуратно положить в мусорное ведро, но не выбрасывать просто так, чтобы не проявить к ней неуважения (см. выше, гл. 9, п. 5, прим. 8)^[4].

Если кто-то забыл отделить халу от теста, то ее следует отделить от готовой выпечки. Только после этого выпечку можно есть. Тот, кто опасается, что от поданной ему выпечки не отделили халу, должен отделить от выпечки несколько крошек и спрятать их там, где их никто не съест.

Как только девочка или мальчик достигают возраста бат мицвы или бар мицвы, они могут исполнить заповедь отделения халы^[5].

Владелец теста может назначить другого еврея в качестве посланника, чтобы тот отделил халу. При отделении халы посланник должен произнести благословение. Можно также назначить повара постоянным посланником, чтобы он отделял халу от любого замешанного им теста во все годы своей работы. Но если кто-то отделит халу против воли владельца теста, то заповедь не считается исполненной (см. Шульхан арух, 328, 3).

[3]. У этого благословения существует множество канонов, и все они соответствуют закону Ѓалахи: леѓафриш хала (см. Рамбам, 5, 11; Кицур шульхан арух, 35, 1; Арух ѓа-шульхан, 328, 2; Олат Раайя, стр. 353; Шмират шабат ке-ѓилхата, 42, 12), леѓафриш хала трума (Бен Иш Хай и Каф ѓа-хаим), леѓафриш хала мин ѓа-иса (Рашба, молитвенник Бейт Яаков), леѓафриш трума (Шульхан арух, 328, 1; Виленский Гаон, 2), леѓафриш трума хала (Рашаль, Хатам Софер). В основе этих различий лежит тот факт, что на языке Торы слово «хала» обозначает тесто, и от него отделяют труму, как сказано (Бемидбар, 15:20): «От начатков теста вашего халу (кусочек теста) возносите в возношение (трума)». А на языке мудрецов сама заповедь, а также доля теста, отдаваемая коѓену, называются словом «хала»; и трактат, в котором рассматривается эта заповедь, тоже называется «Хала».

[4]. Рамбам и Шульхан арух не пишут, что нужно говорить: Ѓарей зо хала. Однако некоторые другие авторитеты считают, что нужно (так пишет, в частности, Раавад). Многие женщины при отделении халы произносят эти слова, но это не является обязанностью.

Как мы говорили выше (в гл. 9, прим. 8), многие ранние законоучители считают, что, согласно заповеди, ритуально нечистые труму и халу следует сжечь. А некоторые выносят такое практическое постановление. Когда халу сжигают, ее нельзя класть на противень, так как она запрещена для употребления в пищу, и ее вкус впитается в противень. Ее нужно положить на дно духовки, и это можно сделать в то время, когда в духовке печется какое-то блюдо, поскольку в таком случае вкус халы не может впитаться в пищу. А некоторые люди, придерживаясь более строгого толкования закона, заворачивают халу в фольгу. Однако на практике многие следуют в этом вопросе менее строгому толкованию и кладут халу в мусорное ведро, завернув ее во что-нибудь. И, как мы говорили в указанном месте, поскольку сжечь халу довольно сложно, а если ее спрячут, чтобы потом сжечь, то кто-нибудь может употребить ее в пищу, – принято следовать менее строгому толкованию и класть ее в мусорное ведро. Некоторые же авторитеты говорят, что если в качестве халы отделяют менее ке-зайта теста, то, по всем мнениям, ее не нужно сжигать. Однако Рама (322, 5) пишет, что принято, чтобы исполнить заповедь самым великолепным образом, отделять более ке-зайта. И каждый человек вправе решить, как именно он хочет исполнить эту заповедь.

Когда коѓены употребляли халу в пищу, нужно было строго следить за тем, чтобы она не приняла ритуальную нечистоту. Поэтому халу отделяли сразу же, как только это было возможно, то есть когда большая часть муки смешалась с водой. Но сегодня, когда все мы ритуально нечисты, принято ждать, пока смесь муки с водой не превратится в готовое тесто (см. Шульхан арух, 327, 2-3).

[5]. Если девочка или мальчик отделили халу в год, предшествующий достижения ими религиозного совершеннолетия, то, согласно мнению Рамбама, они исполнили заповедь постфактум (бедиавад), – при условии, что они понимали смысл своих действий (см. Рамбам, Законы приношений, 4, 5; Шульхан арух, 331, 33). А некоторые авторитеты говорят, что пока они не достигли религиозного совершеннолетия, они не могут исполнить эту заповедь.

04. Заповедь отделения халы в наши дни

После разрушения Второго Храма, когда численность еврейского населения Земли Израиля резко уменьшилась, наш народ утратил возможность очищения от нечистоты мертвого тела с помощью пепла красной коровы. Поэтому с тех пор все коѓены считаются оскверненными этой нечистотой, и им запрещено есть труму и халу (см. выше, гл. 7, п. 1). Тем не менее, обязанность отделения халы от теста остается в силе, а после отделения халу сжигают или кладут в такое место, где ее никто не найдет и не съест. Пока от теста не отделили халу, хлеб или пироги, испеченные из этого теста, есть запрещено (закон, действующий за пределами Земли Израиля, будет разъяснен ниже, в п. 13). Однако поскольку халу все равно уничтожают, не нужно отделять одну двадцать четвертую теста, достаточно любого количества.

И хотя в наши дни обязанность отделения халы – это постановление мудрецов, и коѓенам запрещено есть халу, соблюдение этой заповеди помогает нам не забывать тот идеал, на котором она основана: хлеб, что мы печем, становится связан со святостью, и это привлекает в наш дом высшее благословение. Поэтому некоторые женщины, стремясь исполнить эту заповедь самым великолепным образом, пекут субботние халы и отделяют от теста халу в канун каждой субботы (см. Рама, Орах хаим, 242, 1).

В начале эпохи Второго Храма, согласно постановлению мудрецов, было принято отделять халу также за пределами Земли Израиля и съедать ее в условиях ритуальной чистоты. По прошествии нескольких поколений мудрецы постановили, что все страны за пределами Земли Израиля считаются ритуально нечистыми (см. ниже, гл. 12, п. 9). Поэтому хала, которую отделяют за пределами Земли Израиля, нечиста, и коѓенам запрещено ее есть. А для того чтобы люди не забыли, что хала изначально предназначается для коѓенов, мудрецы постановили, что за пределами Святой Земли следует отделять две халы. Первую из них сжигают, в соответствии с законом в отношении ритуально нечистой халы, которую запрещено употреблять в пищу; а вторую съедают коѓены, даже если они нечисты. Однако со временем в большинстве общин диаспоры был принят обычай отделять только одну халу, которую сжигают или прячут (закапывают в землю). Ведь постановление мудрецов отделять за пределами Земли Израиля вторую халу призвано напомнить, что хала предназначена для употребления в пищу, как в Земле Израиля. Но когда в этой земле коѓенам запрещено есть халу, поскольку они нечисты, – не подобает, чтобы за пределами Земли Израиля коѓены ели халу, поэтому и за ее пределами отделяют только одну халу и сжигают ее (см. Рама, Орах хаим, 322, 5; ниже, гл. 12, п. 10)^[2].

Подведем итог вышесказанному: и в наши дни, когда коѓенам запрещено есть халу, каждый еврей – как в Земле Израиля, так и за ее пределами, – обязан, согласно постановлению мудрецов, отделить от своего теста небольшую часть в качестве халы. Когда большинство еврейского народа будет жить в Земле Израиля, то обязанность отделения халы в этой земле снова будет заповедью Торы. Это умножит благословение, нисходящее в мир благодаря исполнению этой заповеди, но коѓенам будет по-прежнему запрещено есть халу из-за ритуальной нечистоты. Когда же мы удостоимся того, что наш народ вновь будет соблюдать все законы ритуальной чистоты, – тогда коѓены смогут раскрыть святость в своей повседневной жизни и есть отделенную от теста халу, и благословение в народе Израиля увеличится настолько, что распространится по всему миру и перейдет ко всем другим народам. Намек на распространение этого благословения по всему миру можно увидеть в постановлении мудрецов отделять халу также за пределами Земли Израиля.

[2]. Из слов Рамбама (Законы бикурим, 5, 10-11) и Шульхан арух (322, 5) можно сделать вывод, что закон за пределами Земли Израиля не изменился, и сегодня тоже заповедано отделять за ее пределами две халы, при этом вторую должен съедать ритуально нечистый коѓен или его домочадцы, даже если они осквернены нечистотой выделений своего тела, таких как непроизвольное ночное семяизвержение или менструальная кровь. А если там присутствует коѓен, не оскверненный такими видами нечистоты, то можно отделить только одну халу, и этот коѓен сможет ее съесть. Однако рабби Шимшон из Санса, Рашба и Сефер мицвот гадоль пишут, что за пределами Земли Израиля принято отделять только одну халу и сжигать ее, поскольку и в Земле Израиля коѓены не едят халу. Этот обычай приводят Тосафот (к трактату Хулин, 104а, со слова חלת) и Ѓа-трума. Еще одна причина отмены за пределами Земли Израиля обычая есть отделенную халу заключается в опасении, что к ней не будет проявлено должного уважения, и ее употребят в пищу запрещенным образом (так пишут Ѓа-трума и Радбаз). А Рама (322, 5) и Мишна брура (457, 22) отмечают, что во всех ашкеназских общинах принято отделять только одну халу и сжигать ее. Согласно распространенному сефардскому обычаю, за пределами Земли Израиля тоже не едят халу, как пишет Радбаз (3, 864).

В те времена, когда соблюдались законы ритуальной чистоты, существовала заповедь отдавать коѓену плоды трумы или халу, перенявшие нечистоту, и коѓен топил ими печь. Однако сегодня, когда нет возможности их съедать, не принято отдавать коѓену нечистые труму и халу, чтобы он по ошибке не употребил их в пищу. Поэтому после отделения халу нужно сжечь или завернуть во что-нибудь и аккуратно положить в мусорное ведро (см. Радбаз, 1, 731; и см. выше, гл. 7, п. 7; гл. 9, п. 6).

03. Заповедь отделения халы в Земле Израиля и за ее пределами

Заповедь отделения халы, как и заповедь отделения трумот и маасрот, относится к категории заповедей, исполняемых только в Земле Израиля. Об этом сказано (Бемидбар, 15:18-19): «Говори сынам Израиля и скажи им: когда вы войдете в землю, в которую Я веду вас, то, когда будете есть хлеб той земли, возносите возношение Господу». Еще одно условие исполнения этой заповеди состоит в том, что большинство еврейского народа должно жить в Земле Израиля. На это указывают слова вышеприведенного стиха: «…когда вы войдете в землю». «»Вы войдете» – имеется в виду: вы все войдете, а не только немногие из вас» (трактат Ктубот, 25а). Из этого мы учим важный принцип: дабы раскрыть святость, заложенную в природе, еврейский народ, созданный для того, чтобы раскрыть в мире слово Господа, должен жить в Земле Израиля, созданной для того, чтобы в ней раскрывалась святость.

Важно отметить, что две вышеупомянутые заповеди отличаются друг от друга. Заповедь отделения трумот и маасрот распространяется на плоды, которые выросли в Земле Израиля и в ней же прошли этап «завершения работы», даже если затем их экспортировали за ее пределы (см. выше, гл. 8, п. 9). А при исполнении заповеди отделения халы решающим является этап замеса теста: если тесто замесили в Земле Израиля – даже из муки, изготовленной из зерна, выросшего в другом месте, – то от него необходимо отделить халу. Если же тесто замесили заграницей – даже из муки, изготовленной из зерна, выросшего в Святой Земле, – то отделять от него халу не нужно (см. Иерусалимский Талмуд, Хала, 2, 1). Это учит нас, что результаты труда евреев в Земле Израиля обладают особой ценностью, даже если сырье привезено из-за границы. Поэтому тесто, замешанное в Земле Израиля, следует освятить, отделив от него халу, имеющую тот же статус, что и трума.

После разрушения Первого Храма и изгнания, которое последовало за ним, в Земле Израиля уже не жило большинство еврейского народа, поэтому заповедь отделения халы утратила силу. В период построения Второго Храма она тоже не была возобновлена, потому что большинство евреев осталось в изгнании. Однако судьи Верховного бейт дина, основанного в начале эпохи Второго Храма, во главе с Эзрой-Книжником решили, что даже в те времена, когда большинство народа не живет в Земле Израиля, обязанность отделения трумот и маасрот, а также халы, будет действовать согласно постановлению мудрецов. Они также вынесли еще одно решение: евреи, живущие за пределами Земли Израиля, тоже будут обязаны отделять халу от теста, чтобы эта заповедь не забылась в народе. Почему это решение мудрецов касалось только отделения халы, но не трумот и маасрот? Потому, что заповедь отделения халы в некоторой степени схожа с заповедями, связанными с действиями человека, а не с землей. Ведь она вступает в силу, когда человек замешивает тесто (см. Тосафот к трактату Кидушин, 36б; ниже, гл. 12, п. 10). Это постановление скрывает в себе глубокую идею: благодаря тому, что евреи исполняли заповедь отделения халы в течение всей эпохи Первого Храма, мудрецы могли распространить эту обязанность и раскрытие святости на тесто, которое еврей замешивает за пределами Земли Израиля. И это связывает всю созидательную деятельность евреев за пределами этой земли с идеей раскрытия святости, которая распространяется из Земли Израиля по всему миру.

02. Особенности заповеди отделения халы

Хала, отделенная от теста, – это один из двадцати четырех даров, которые Тора заповедала народу Израиля отдавать коѓенам, чтобы те были освобождены от необходимости зарабатывать на пропитание себе и своей семье и могли посвятить себя выполнению своей священной миссии: учить народ Торе, заповедям и праведному образу жизни. Среди этих даров хала обладает особой значимостью, ведь из нее коѓены пекли себе хлеб, который является основой человеческой пищи. Кроме того, благодаря заповеди отделения халы между простыми евреями (исраэлитами) и коѓенами устанавливался близкий контакт. Ведь в отличие от приношений и десятин, которые владельцы урожая раздавали в поле несколько раз в год, халу жена исраэлита приносила жене коѓена каждый день. Так при выпечке хлеба весь Израиль ежедневно приобщался к святости.

Во время отделения хала приобретает святость, как трума, поэтому исраэлитам и левитам есть ее запрещено. А коѓены должны есть ее в условиях ритуальной чистоты, о чем сказано (Бемидбар, 15:20): «От начатков теста вашего халу возносите в возношение; как возношение с гумна, так возносите ее». Поэтому исраэлит должен строго следить за тем, чтобы к ней не перешла ритуальная нечистота, ведь иначе коѓену будет запрещено ее есть. Надо сказать, что это было довольно сложно. Ведь, согласно законам Ѓалахи, нечистота может перейти на плоды только после того, как их намочили водой, чтобы их помыть, или приготовить для какого-либо блюда, или для каких-то других нужд; а сухие плоды не могут перенять нечистоту. Поэтому исраэлит свободно может отделять трумот и маасрот, так как их отделяют от плодов, не намоченных в воде. Что же касается обязанности отделения халы, то она вступает в силу после того, как муку смешивают с водой и замешивают тесто. И если человек, который замешивает тесто, ритуально нечист, то его нечистота передается тесту, и отделенная от него хала тоже будет нечиста. Это считается поруганием заповеди, потому что хала из-за этого пропадает понапрасну. Поэтому, если женщина, которая замешивала тесто, находилась в состоянии ритуальной нечистоты из-за менструальной крови или других видов скверны, то она звала свою соседку, жену коѓена, чтобы та замесила тесто для нее. После этого хозяйка дома (жена исраэлита) произносила благословение, а жена коѓена отделяла от теста халу и брала ее себе (см. Иерусалимский Талмуд, Хала, 3, 1). Благодаря этому связь между семьями исраэлита и коѓена становилась еще тесней^[1].

Согласно Торе, для исполнения заповеди халы не установлено точного количества теста. Однако мудрецы постановили, что каждый человек должен отделить как минимум одну двадцать четвертую часть теста (около 4%), чтобы хала, которую он отдает коѓену, обладала значимостью. А пекарь, который зарабатывает себе на жизнь выпечкой хлеба, должен отделить как минимум одну сорок восьмую часть теста (около 2%), так как ему жаль отдавать коѓену свое тесто. И поскольку пекарь, как правило, замешивает сразу много теста, даже его одна сорок восьмая часть считается достойным даром для коѓена. Если тесто было осквернено по ошибке, то даже тот, кто замешивает тесто дома, должен отделить от него всего одну сорок восьмую часть, поскольку коѓен все равно не может съесть эту халу (см. Мишна, Хала, 1, 9; 2, 7; Иерусалимский Талмуд, там же, 2, 3; Шульхан арух, Йоре деа, 328, 1).

[1]. Поскольку халу и труму следует есть в состоянии ритуальной чистоты, их запрещено осквернять или уничтожать (см. Рамбам, Законы приношений, 12, 1). Для того чтобы помочь коѓенам в периоды их нечистоты, Тора постановила давать им дополнительные дары, которые разрешено есть и не в состоянии чистоты, например, плечо, щеки и желудок принесенного в жертву животного (см. выше, гл. 7, п. 4; ниже, гл. 19, п. 1). Если исраэлит ритуально нечист, и на расстоянии менее 4 миль от него находится ритуально чистый коѓен, который может замесить тесто, то, как считает Рамбам (Законы бикурим, 8, 11), исраэлит должен приложить усилия и отнести тесто коѓену, чтобы тот замесил его в чистоте. Есть мнение, что этот закон относится к человеку, находящемуся в пути (см. Тосафот к трактату Псахим, 46а, со слова לגבי), однако большинство авторитетов считает, что этот закон распространятся и на того, кто находится дома: он тоже должен пройти расстояние до 4 миль, чтобы замесить тесто в чистоте (так пишут рабби Йосеф Коркос, Кесеф мишне и др.). Но если ритуально чистый коѓен находится на большем расстоянии, или если исраэлит не может пойти к коѓену, то, согласно мнению некоторых авторитетов, исраэлит должен замесить чуть менее такого количества теста, в отношении которого действует обязанность отделения халы (так пишут Рамбан и Рашба). Согласно другому мнению, исраэлит должен замесить ритуально нечистое тесто и отделить от него халу, которая тоже будет ритуально нечистой (так считает Рамбам).

Если исраэлит или коѓен, находящиеся в состоянии ритуальной нечистоты, съедят плоды трумы или отделенную от теста халу, за это они подлежат смерти от руки Небес (см. Мишна, Хала, 1, 9; Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 83а). Об этом сказано (Ваикра, 22:9): «Да соблюдают они Мое предостережение, чтобы не понести на себе греха и не умереть от него, если нарушат это. Я, Господь, освящаю их». Тот же закон распространяется также на коѓена или исраэлита, преднамеренно съевших выпечку, от которой было необходимо отделить халу согласно заповеди Торы, но это не было сделано (см. Рамбам, Законы бикурим, 8, 5). Если трума или хала были нечисты, то коѓен, съевший их, не наказывается смертью, ниспосылаемой свыше (см. Рамбам, Законы приношений, 7, 1). Однако некоторые авторитеты считают, что он все равно должен понести это наказание (см. комментарий Раши к трактату Йевамот, 91а, со слова תרומה; так пишет и рабби Шимшон из Санса на основании сказанного в Мишне, Пара, 11, 3).

01. Смысл заповеди отделения халы от теста

Тора заповедала нам отделить от теста, предназначенного для выпечки хлеба, халу – приношение для коѓена. А коѓен и его домочадцы должны испечь из этой халы хлеб и пироги и съесть их в условиях ритуальной чистоты. Это приношение поможет им выполнить возложенную на них духовную миссию: учить народ Израиля Торе, о чем сказано (Бемидбар, 15:17-21): «И Господь сказал Моше, говоря: говори сынам Израиля и скажи им: когда вы войдете в землю, в которую Я веду вас, то, когда будете есть хлеб той земли, возносите возношение Господу. От начатков теста вашего халу возносите в возношение; как возношение с гумна, так возносите ее. От начатков теста вашего отдавайте Господу возношение во всех поколениях ваших».

Хлеб, основа человеческой пищи, во многом отражает уникальную природу человека, наделенного способностью делать выбор, создавать и совершенствовать. Все животные едят пищу в таком виде, как она существует в природе: траву, листья, плоды и даже мясо других животных. А человек ест хлеб, процесс изготовления которого долог, сложен и требует выполнения разнообразных работ: пахота, сев, жатва, молотьба, веяние, помол муки, замес теста, выпечка. Из всех видов человеческой пищи процесс изготовления хлеба – наиболее сложный и трудоемкий. В этом смысле человек подобен хлебу: все животные в мире после рождения очень быстро приобретают необходимые жизненные навыки, тогда как человеку приходится долгие годы учиться обеспечивать себя пропитанием, одеждой, жильем, создавать и поддерживать семью. Во время этого процесса он учится использовать себе на благо разнообразные силы природы. Способность делать выбор, учиться, создавать и совершенствовать – все это проявления образа и подобия Бога, заложенного в человеке.

Вместе с тем, человек может использовать данные ему силы также и во зло, идя на поводу у своих страстей: преисполниться гордыни, лгать и воровать, наносить ущерб, притеснять, быть несправедливым и вероломным. Соблюдая запрет есть хлеб, от которого не отделили халу, человек помнит о Всевышнем, Который наделил его всеми имеющимися у него силами, и остерегается использовать эти силы во зло. Благодаря заповеди отдавать халу коѓену сам хлеб и процесс его изготовления приобщаются к святости. Поэтому, когда человек ест такой хлеб, он получает возможность освятить силы, дарованные ему свыше, вознести их духовно и направить на созидательную деятельность, привлекающую в мир добро и благословение. Именно об этом сказали наши мудрецы (Мидраш Ваикра раба, 15, 6): «Всякий, кто исполняет заповедь отделения халы, как будто отменяет идолопоклонство; а всякий, кто уклоняется от исполнения этой заповеди, как будто служит идолам». Здесь имеется в виду идолопоклонство в самом широком смысле: все дурные поступки, совершаемые человеком ради служения таким «богам» как погоня за наживой, гордыня и жажда материальных наслаждений.

И еще сказали наши мудрецы, что сам человек – это «хала» мироздания. Святой Благословенный сотворил землю и все элементы, из которых она состоит, «замесил» ее на дождевой воде и из полученного «теста» создал растения и животных. От этого «теста» Он отделил «халу», а из нее сделал человека по Своему образу и подобию, чтобы тот управлял миром во благо. А когда первый человек, Адам, согрешил, то осквернил самого себя и весь мир. Поэтому, чтобы внести в мир исправление, народу Израиля было заповедано отделять халу от теста и отдавать ее коѓену, дабы тот хранил и ел ее в условиях ритуальной чистоты. Это напоминает Израилю о возложенной на него духовной миссии. Заповедь отделения халы в большей степени относится к женщинам, поскольку женщина наделена особой способностью направлять силы, дарованные человеку свыше, на добро, тем самым исправляя грех Адама (см. Мидраш Берешит раба, 14, 1; 17, 7-8).

Сказали наши мудрецы (там же, 1, 4): «В награду за три праведных деяния был создан мир: отделение халы, отделение десятин, принесение в Храм первых плодов (бикурим)». Каждая из этих трех заповедей называется решит (ראשית, «начало»), поскольку все они напоминают нам о том, что самое первое, изначальное предназначение мира – раскрыть Божественное присутствие. Заповеди бикурим и трумот и маасрот относятся к плодам, которые вырастают естественным образом. Заповедь бикурим помогает нам приобщиться к святой миссии, возложенной на еврейский народ (см. выше, гл. 7, п. 15); а благодаря заповеди отделения трумот и маасрот благословение нисходит на поля Израиля и на урожай, который они дают (см. там же, п. 13). Халу же отделяют от теста, сделанного руками человека, отчего его дом и все деяния рук его удостаиваются благословения. Об этом сказано (Йехезкель, 44:30): «И начаток теста вашего отдавайте священнику, чтобы покоилось благословение на доме вашем».

05. Отделение трумот и маасрот от растущих плодов

Не отделяют трумот и маасрот от собранных плодов в счет плодов, которые еще растут на дереве или в поле, либо наоборот, от растущих плодов в счет собранных. Это объясняется тем, что на растущие плоды пока не распространяется обязанность отделения трумот и маасрот (см. Мишна, Трумот, 1, 5).

Однако в случае необходимости разрешено отделить трумот и маасрот от собранных плодов в счет растущих, – при условии, что отделение вступит в силу только после того, как растущие плоды будут собраны; а также при условии, что растущие плоды уже созрели настолько, что их можно есть в случае крайней необходимости (как объясняется в примечании)[3].

[3]. Текст, сопровождающий отделение трумот и маасрот, следует произнести полностью, когда плоды еще растут, при этом точно указав, где расположены трумот, а где – маасрот. Также необходимо сказать, что отделение вступит в силу, когда плоды будут собраны. Ведь поскольку эти плоды уже можно собрать и съесть, они не считаются «несуществующими», и от них можно отделить трумот и маасрот уже теперь, поставив условие, что это действие войдет в силу, когда соберут урожай (см. трактат Кидушин, 62а-б; Рамбам, 5, 9). Также должно выполняться еще одно условие: уже собранные плоды, от которых отделили трумот и маасрот в счет растущих, должны остаться годными в пищу до тех пор, пока не будут собраны растущие плоды, в счет которых их отделили, и их должно быть достаточно для трумот и маасрот, необходимых для еще не собранных плодов. И каждый раз, когда человек будет срывать эти плоды, он должен говорить, что трумот и маасрот будут соответствовать тому, что он уже отделил раньше.

04. Отделение трумот и маасрот в субботу и йом тов

В субботу не отделяют трумот, маасрот и халу. Ведь исполнение этих заповедей подобно посвящению отделенных плодов или халы Всевышнему; к тому же, это выглядит как нарушение субботнего запрета метакен (приведение предмета в состояние, когда он становится годен к использованию). Кроме того, в субботу не выкупают «вторую десятину» и нета ревай (урожай четвертого года). Если кто-то по ошибке отделил в субботу трумот и маасрот или выкупил «вторую десятину» либо нета ревай, – то в субботу разрешено есть эти плоды. Если же это было сделано преднамеренно, то заповедь отделения или выкупа считается исполненной, и плоды разрешено использовать, но при этом любому еврею запрещено употреблять их в пищу до исхода субботы. Тот же самый закон распространяется и на йом тов (см. Шульхан арух, Орах хаим, 339, 4; 524, 1; Мишна брура, 339, 25-26; Хатам софер, Орах хаим, 79; ниже, гл. 11, п. 13).

Если человек опасается, что до наступления субботы не успеет отделить трумот и маасрот от плодов, предназначенных для использования в субботу, то в канун субботы он должен произнести без благословения текст, сопровождающий заповедь отделения, в будущем времени, подразумевая то, что он отделит в субботу. Так он начнет процесс отделения трумот и маасрот до начала субботы, и тогда в субботу ему будет разрешено отделить их как обычно с благословением. Подобно этому, если человек опасается, что не успеет до начала субботы отделить халу, то он может поступить точно так же^[1].

Только владелец плодов может начать отделять трумот и маасрот в канун субботы и завершить этот процесс в субботу. Если гость опасается, что хозяин дома забудет отделить трумот и маасрот от плодов, предназначенных для использования в субботу, то он может в канун субботы попросить хозяина назначить его своим посланником для исполнения этой заповеди. И тогда гость сможет от имени хозяина начать процесс отделения трумот и маасрот до наступления субботы и завершить его в субботу (см. Мишна, Дмай, 7, 1 и 5; Иерусалимский Талмуд, там же; Рамбам, Законы десятины, 9, 7-9)^[2].

[1]. Хазон Иш (Дмай, 9, 10; 13) считал, что само отделение трумот и маасрот происходит только в субботу, поэтому в субботу следует произносить благословение перед чтением текста, предшествующего отделению. А текст, который мудрецы постановили произносить в канун субботы, предназначен только для того, чтобы со стороны не казалось, что человек отделяет трумот и маасрот в субботу, ведь он начал этот процесс еще перед ее наступлением. Однако, как представляется, мудрецы имели в виду, что отделение следует начать в канун субботы, заявив, что от этих плодов будут отделены трумот и маасрот, а на практике эта заповедь будет исполнена в субботу. И к такому выводу можно прийти на основании слов Рамбама (Законы десятины, 9, 9): «Человек должен шевелить губами, произнося текст перед отделением трумот и маасрот от всех видов плодов; и при этом не считается, что он нарушает субботний запрет метакен, ведь он поставил такое условие перед началом субботы». Из этого следует, что заявление о решении отделить трумот и маасрот было сделано до наступления субботы, но и в субботу этот текст нужно произнести, шевеля губами (то есть шепотом, а не только мысленно), отделяя трумот и маасрот на самом деле. Тот же вывод следует из сказанного в Иерусалимском Талмуде (Дмай, 7, 1). К этому же мнению склонялся рав Шломо-Залман Ойербах, и на этом основании он был склонен сделать вывод, что в субботу перед отделением трумот и маасрот не следует произносить благословение. На практике, как представляется, в этой ситуации нужно произносить благословение, ведь пока заповедь не исполнена до конца, можно произнести благословение. После отделения плоды трумот и маасрот будут иметь статус мукце, поэтому их нужно как можно скорее завернуть во что-нибудь и аккуратно положить в мусорное ведро (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 23, п. 15).

[2]. Человек не может отделить трумот и маасрот от плодов, принадлежащих кому-то другому, без разрешения владельца. Следовательно, он не может и начать этот процесс в канун субботы. Однако мудрецы разрешают гостю начать в канун субботы и завершить в субботу отделение трумот и маасрот от плодов, имеющих статус дмай (то есть таких плодов, в отношении которых возникает сомнение, отделили ли от них трумот и маасрот). И см. Иерусалимский Талмуд, Дмай, 7, 1; Рамбам, Законы десятины, 9, 7.

Предположение о предопределении (йеш брера) – логическое правило, используемое при выводе ѓалахических решений. Согласно ему, если какая-то часть некоего ряда объектов меняет свой статус или состояние, предполагается, что заранее предопределено, какие именно из имеющихся объектов изменят свой статус или состояние (прим. ред.). Существует еще один способ отделить в канун субботы трумот и маасрот от плодов, которые еще не находятся в распоряжении человека: используя правило йеш брера. Это необходимо в ситуации, когда плоды начнут есть прежде, чем от них отделят трумот и маасрот. Согласно этому правилу, можно применить тот или иной закон Ѓалахи к неопределенному предмету, о котором пока неизвестно, что именно он собой представляет. И когда его статус выяснится, то к нему будет применим данный закон задним числом с того момента, как человек принял это решение. Таким образом, человек может заявить в канун субботы, что трумот и маасрот, которые он отделит в субботу от таких-то и таких-то плодов, станут действительными уже сейчас. Следовательно, даже если эти плоды начнут есть до того, как от них отделили трумот и маасрот в действительности, это не будет запрещено. Ведь когда от них отделят трумот и маасрот, то станет ясно, что на самом деле это было совершено еще в канун субботы, поэтому плоды были разрешены к употреблению. Однако, как известно, танаи и амораи спорят о легитимности применения этого правила для вывода ѓалахических решений (см. Вавилонский Талмуд, трактат Эрувин, 36б-38а). И практическое постановление гласит: на это правило можно положиться только когда рассматриваемый случай относится к области постановлений и запретов, установленных мудрецами, но не заповедей Торы (см. Шульхан арух, Йоре деа, 331, 11). Следовательно, если плоды были выращены на продажу (а это касается подавляющего большинства плодов в наше время), то от них можно отделить трумот и маасрот в канун субботы согласно правилу йеш брера (см. выше, гл. 8, п. 1). Кроме того, по мнению большинства авторитетов, согласно заповеди Торы, трумот и маасрот необходимо отделять только от злаковых, вина и оливкового масла (см. там же). Но даже если речь идет о плодах, которые их владелец взял себе домой, и, по сути закона, от них нужно отделить трумот и маасрот согласно заповеди Торы, – по мнению Рамбама и большинства других авторитетов, в наши дни эта обязанность является постановление мудрецов. Поэтому даже от этих плодов можно отделить трумот и маасрот в соответствии с правилом йеш брера (однако некоторые авторитеты говорят, что и в наши дни обязанность отделения трумот и маасрот – заповедь Торы, как будет объяснено ниже, в гл. 12, п.п. 11 и 17). Но существует и мнение, что поскольку в основе своей обязанность отделения трумот и маасрот – это заповедь Торы, к ней неприменимо правило йеш брера (так пишут Маѓаршаль, а также Хазон Иш, Дмай, 9, 21). В отношении злаковых, вина и оливкового масла, плоды для которых человек вырастил для своего домашнего пользования, желательно лехатхила учитывать это мнение, но в отношении других плодов такой необходимости нет.

03. Сокращенный текст; посланник и уполномоченный (машгиах)

Некоторые авторитеты говорят, что тот, кто не понимает достаточно четко, что такое трума гдола и трумат маасер, что такое «первая десятина», «вторая десятина» и «десятина бедных», может бедиавад произнести благословение перед отделением трумот и маасрот, а затем сказать: «Все, что я отделил, а также выкуп второй десятины, вступят в силу согласно сказанному в тексте, которым я располагаю». При этом он должен отделить более одного процента для трумот, а также отложить монету, предназначенную для выкупа «второй десятины» (см. Хазон иш, Дмай, 15, 6; Минхат Ицхак, 1, 85). Однако на практике на это полагаться нельзя. Ведь, как мы говорили, тот, кто не понимает смысла этой заповеди и того, как именно ее нужно исполнять, не может ее исполнить. Более того, если человек прочел текст, который сопровождает исполнение этой заповеди, но не понял его, то заповедь не считается исполненной (так пишет рав Йом-Тов Альгази). Наш великий учитель рав Кук следил за исполнением этого правила очень строго и даже несколько раз стер вышеприведенный совет из молитвенников своих учеников.

Владелец плодов имеет право назначить посланника, чтобы тот отделил трумот и маасрот вместо него. Более того, если владелец плодов упомянет в беседе, что он будет доволен, если его сын, или дочь, или кто-то другой, отделят трумот и маасрот от принадлежащих ему плодов, – то упомянутому человеку разрешено сделать это для него без дополнительного разрешения. Однако изначально (лехатхила) все-таки желательно получить на это однозначное разрешение.

Согласно обычаю, широко распространенному среди владельцев полей и пищевых предприятий, принято назначать уполномоченного (машгиаха), представителя раввината, чтобы тот отделил трумот и маасрот от имени владельца. При этом владелец плодов должен понимать смысл этой заповеди, и желательно, чтобы он написал машгиаху доверенность, в которой будет указано, что он уполномочивает того исполнить заповедь вместо него.

02. Кто может отделить трумот и маасрот

Заповедь отделения трумот и маасрот возложена на владельца плодов. Если же кто-то отделил трумот и маасрот от плодов, принадлежащих другому, без ведома владельца, то такое исполнение заповеди недействительно. Но человек может отделить трумот и маасрот от своих плодов в счет плодов товарища, даже если тот не дал ему на это разрешения. Ведь он отделил трумот и маасрот от своих собственных плодов, поэтому он имеет право решить, кому их отдать (см. Рамбам, Законы приношений, 4, 2).

Если одними и теми же плодами владеют двое, то каждому из них разрешено отделить от них трумот и маасрот, не спрашивая разрешения у товарища. Если один из них отделил трумот и маасрот без ведома второго, а затем второй тоже отделил трумот и маасрот, – то поскольку первый уже сделал это, действие второго аннулируется (см. Рамбам, Законы приношений, 4, 8).

Тот, кто не понимает смысла заповеди трумот и маасрот и путей ее исполнения, не может ее исполнить. Поэтому слабоумному, который рвет на себе одежду или портит предметы; а также глухонемому, не умеющему читать и не способному учиться; а также маленьким детям, – всем им запрещено отделять трумот и маасрот, а если они сделали это, то их действия не имеют силы. Но если дети за год до бар мицвы или бат мицвы (то есть девочки с 11 лет и мальчики с 12 лет) отделили трумот и маасрот, и взрослый, проверив их, убедился, что они понимают смысл этой заповеди, – то постфактум (бедиавад) заповедь считается исполненной. Ведь они уже достигли возраста, в котором их обеты имеют силу (см. Рамбам, Законы приношений, 4, 2 и 5; ниже, гл. 11, прим. 5).

Изначально (лехатхила), тот, кто не умеет произносить благословение или не может выбрать плоды, подходящие для исполнения заповеди, не должен отделять трумот и маасрот. Однако постфактум (бедиавад) заповедь считается исполненной, и плоды разрешены к употреблению. Есть пять категорий людей, которым не следует лехатхила отделять трумот и маасрот, и три из них включены в этот список потому, что люди, относящиеся к ним, не могут произнести благословение подобающим образом. Это: 1) немой, поскольку он не может произнести слова благословения; 2) глухой, поскольку лехатхила тот, кто произносит благословение, должен слышать сам себя; 3) обнаженный, поскольку человеку запрещено произносить благословения, если его срамное место обнажено. Две оставшиеся категории включены в этот список потому, что, согласно заповеди, для трумот и маасрот нужно выбрать лучшие плоды, а эти люди на это не способны: 4) пьяный; 5) слепой. Но если они все-таки отделили трумот и маасрот, то бедиавад заповедь считается исполненной, так как бедиавад ее можно исполнить, даже если человек не произнес благословение и отделил трумот и маасрот от плодов низкого качества (см. Мишна, Трумот, 1, 6; Рамбам, 4, 4).

01. Текст, читаемый при отделении трумот и маасрот, и его объяснение

Прежде всего, важно отметить: труму следует извлекать из общей массы плодов, так как она предназначается для коѓена и обладает святостью, а поскольку сегодня коѓен не имеет возможности съесть плоды трумы, их заворачивают во что-нибудь и аккуратно кладут в мусорное ведро. В отличие от этого, плоды десятины отделяют, положив их на специально отведенное для них место в общей массе плодов: например, на ее правой или на ее северной стороне. Тем самым плоды десятины отделяют от остальных плодов, при этом имея намерение отдать денежную сумму, равную стоимости плодов «первой десятины», левиту; сумму, равную стоимости плодов «десятины бедных», бедняку; а «вторую десятину» выкупить за пруту. А после этого все плоды, отделенные в качестве десятины, употребляют в пищу вместе с остальными плодами (можно также отдать сами плоды «первой десятины» и «десятины бедных» левиту и бедному, и это считается наиболее великолепным исполнением заповеди, см. выше, гл. 9, п. 10).

Если очевидно, что от плодов не были отделены трумот и маасрот, то во время их отделения нужно произнести благословение; а если в этом отношении возникает сомнение, то произносить благословение не следует.

Текст благословения: Барух Ата А-донай Э-лоѓейну Мелех ѓа-олам ашер кидшану бе-мицвотав ве-цивану леѓафриш трумот у-маасрот («Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам отделять приношения и десятины»).

Берут чуть более одного процента от общей массы плодов и отделяют их от остальных плодов. Они предназначены для трума гдола и трумат маасер. После этого говорят:

«Доля, превышающая одну сотую из отделенного мной и лежащая справа от меня, будет трума гдола (отделенное количество плодов содержит один процент и дополнительную долю сверх этого, и имеется в виду, что эта доля будет трума гдола, и она расположена справа от всех плодов, предназначенных для трумот). Одна сотая, оставшаяся здесь (из того, чтобы было отделено с самого начала для трумот), и еще девять равных ей долей, лежащие с правой стороны этих плодов, будут «первой десятиной» (так мы отделили «первую десятину», сами плоды или денежную сумму, равную их стоимости, нужно потом отдать левиту). Та сотая доля, которую я сделал «первой десятиной» и которая лежит отдельно от остальных плодов, – это трумат маасер (так мы отделили трумат маасер. Теперь трумот заворачивают и аккуратно кладут в мусорное ведро).

Десятина от оставшегося (то есть десять процентов оставшегося после того, что мы уже отделили) на левой стороне плодов будет «второй десятиной» (тем самым мы установили место для плодов «второй десятины»), а если от них нужно отделить «десятину бедных», то пусть это будет «десятина бедных» (ведь в первый, второй, четвертый и пятый годы семилетнего цикла отделяют «вторую десятину»; а в третий и шестой годы – «десятину бедных»)».

Когда отделяют «десятину бедных», то после этого сами плоды или денежную сумму, равную их стоимости, нужно отдать бедным. Когда отделяют «вторую десятину», то ее нужно выкупить, чтобы она лишилась святости. Если трумот и маасрот отделяют от плодов, в отношении которых нет сомнения, что они не были от них отделены, и очевидно, что это – урожай того года, когда отделяют «вторую десятину», то сначала нужно произнести благословение: Барух Ата А-донай Э-лоѓейну Мелех ѓа-олам ашер кидшану бе-мицвотав ве-цивану лифдот маасер шени («Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам выкупать вторую десятину»). Если же в этом возникает сомнение, то «вторую десятину» выкупают без благословения.

При этом говорят:

«Эта вторая десятина (имеются в виду плоды, которым мы отвели место с левой стороны), она и ее пятая часть (согласно заповеди Торы, при выкупе «второй десятины» нужно прибавить еще пятую часть), будет выкуплена за одну пруту из монеты, предназначенной мной для выкупа второй десятины (в случае необходимости «вторую десятину» можно выкупить и посредством пищи, стоимость которой равна одной пруте; и тогда нужно сказать: «…будет выкуплена этой пищей», см. выше, гл. 9, п. 12)».

Может случиться, что в первые несколько раз эта формулировка будет не совсем ясна. Для того чтобы внести ясность, можно произнести вслух приведенный здесь текст, попутно вникнув в пояснения, приведенные в скобках мелким шрифтом. Так можно будет исполнить заповедь.

В Песах четвертого и седьмого лет семилетнего цикла необходимо уничтожить все десятины, в том числе и выкуп «второй десятины», как объяснялось выше (гл. 7, п. 12; гл. 9, п. 13).

14. Не выкупают «вторую десятину», если ее стоимость менее пруты; не выкупают «вторую десятину» в стенах Иерусалима

Если стоимость плодов «второй десятины» не достигает пруты, то выкупить их невозможно (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава мециа, 53б). Это объясняется тем, что предмет, стоимость которого – менее пруты, не обладает значимостью, необходимой для того, чтобы в отношении него можно было совершить киньян или выкуп. И поскольку выкупить эти плоды невозможно, и их запрещено употреблять в пищу или уничтожать, а также запрещено проявлять к ним неуважение, – их надо завернуть во что-нибудь и аккуратно положить в мусорное ведро, как поступают с плодами трумот. А тот, кто хочет придерживаться в этом вопросе менее строгого толкования закона, может решить, что, с его точки зрения, стоимость этих плодов достигает пруты, и тогда он сможет выкупить их за пруту. Однако такое решение можно принять лишь с большой натяжкой, и оно не имеет особого смысла, поэтому прибегать к нему не следует, как объясняется в примечании.

Ритуально чистые плоды «второй десятины» не выкупают в Иерусалиме, то есть в пределах древних стен освященного Иерусалима, в том числе в городе Давида и на горе Сион, которые тоже находились внутри стен^[18]. Ведь Тора разрешила выкупать плоды деньгами именно для того, чтобы принести эти деньги в Иерусалим. Об этом сказано (Дварим, 14:24-25): «Если же слишком длинна будет для тебя дорога, так что не сможешь ты нести этого, потому что далеко будет от тебя то место, которое изберет Господь, Бог твой, для водворения там Имени Своего, когда тебя благословит Господь, Бог твой, то променяй это на серебро и возьми серебро в руку твою, и уходи на место, которое изберет Господь, Бог твой». Следовательно, если плоды уже находятся в Иерусалиме, то выкупать их запрещено. А если кто-то выкупил их, то выкуп недействителен (см. Иерусалимский Талмуд, Маасер шени, 1, 3; Рамбам, 2, 4). Плоды «второй десятины», отделенные в Иерусалиме, следует отложить в сторону и оставить их там, пока они не сгниют, а если их немного, то их нужно завернуть и аккуратно положить в мусорное ведро, – подобно тому, как поступают с плодами трумот^[19].

[18]. В Мишне, в трактате Швуот, 14а-б, сказано: «Город расширяют и к храмовой территории прибавляют новые дворы только в присутствии царя и пророка, и только посредством урим и тумим, и только при участии Санѓедрина, в который входит семьдесят один судья, и только по принесению двух благодарственных жертв, и только с песнопениями. Шествуют судьи, за ними ведут двух жертвенных животных, предназначенных для благодарственных жертвоприношений, а за ними следует весь Израиль». А в Гемаре (Швуот, 16а) объясняется, что, по мнению рава Ѓуны, территория города освящается, только если ее освятили посредством всего перечисленного, и поэтому в дни Эзры-Книжника к территории Иерусалима, освященной в эпоху Первого Храма, не прибавили новые территории. А по мнению рава Нахмана, даже если территорию освятили посредством чего-либо одного из перечисленного, то она считается освященной, а предшествующее освящение отменяется. И в эпоху Второго Храма Иерусалим был освящен вторично вечной святостью. Рамбам (Законы Дома избрания, 6, 14) считает, что практический закон соответствует мнению рава Ѓуны, поэтому территория освященного Иерусалима находится в пределах стен периода Первого Храма, куда входили Храмовая гора, современные Еврейский и Армянский кварталы, а также гора Сион и город Давида до источника Шилоах. Что же касается Христианского и Мусульманского кварталов, то они не входят в освященную территорию. А наш великий учитель рав Кук (см. Мишпат коѓен, 96, 6) полагает, что освященной является также территория внутри стен, существовавших в эпоху Второго Храма; и возможно, Рамбам имел в виду, что тот, кто выкупит плоды «второй десятины» на территории, добавленной в эпоху Второго Храма, не понесет за это наказания, но, согласно постановлению мудрецов, запрет выкупать «вторую десятину» распространяется и на территорию в пределах стены эпохи Второго Храма. По всей вероятности, имеется в виду, что следует придерживаться более строгого толкования закона также в пределах так называемой «второй стены», которую построили последние цари династии Хасмонеев, и в границы которой входит большая часть территории Мусульманского и Христианского кварталов; но не в пределах «третьей стены», строительство которой завершилось в конце эпохи Второго Храма, и которая доходила до того места, где сегодня проходит улица Третьей стены на границе квартала Меа Шеарим. А по мнению рава Йехиэля-Михла Тукачинского (согласно сказанному в его книге «Святой город и Храм», 2, 3, 2-3), запрет выкупать плоды «второй десятины» распространяется на все территории внутри современной стены, так как стена эпохи Первого Храма тоже охватывала эти территории. И такое постановление выносил рав Мордехай Элияѓу. На практике более строгого толкования закона необходимо придерживаться на территории Храмовой горы, Еврейского и Армянского кварталов, горы Сион и города Давида, и желательно также – на всей территории внутри современных стен.

[19]. Тот, кто не хочет оставлять плоды «второй десятины» в Иерусалиме, пока они не сгниют, должен вынести все имеющиеся у него плоды за пределы территории, находившейся внутри стен освященного города, там отделить от них трумот и маасрот и выкупить плоды «второй десятины» согласно всем правилам. Бедиавад, если плоды находятся в пределах стен, и вывезти их оттуда слишком сложно, то сначала нужно сделать так, чтобы плоды приняли ритуальную нечистоту. Для этого следует взять воду и коснуться ее руками, отчего к ней перейдет нечистота, а затем вылить эту нечистую воду на плоды. Таким образом, «вторая десятина» будет отделена от ритуально нечистых плодов, поэтому ее будет разрешено выкупить, так как плоды этой десятины уже нельзя будет съесть там, где они находятся, то есть в границах освященного Иерусалима (см. Вавилонский Талмуд, трактат Макот, 19б; Рамбам, 2, 8; Мишпат коѓен, 38, 3).

13. Некоторые законы выкупа

Когда «вторую десятину» выкупают деньгами, это нужно сделать при помощи монеты, имеющей хождение в данном месте. Монета, не имеющая там хождения, не будет считаться деньгами (см. Рамбам, Законы второй десятины, 4, 9-10).

Владелец плодов имеет право разрешить своим родным или друзьям выкупить плоды «второй десятины» для самих себя с помощью монеты, которую он для этого предназначил, – при условии, что, как он полагает, они не превысят количество прутот, содержащееся в этой монете. Если же владелец плодов в этом сомневается, то он может предназначить для этого две монеты, достоинством в десять и пять шекелей (при этом желательно соединить их наклейкой). Тогда он разрешит всем выкупать «вторую десятину» за счет монеты в десять шекелей, и за определенный период, по мере надобности, выкупит плоды «второй десятины» с помощью денежной суммы, равной всем прутот в монете большего достоинства, в счет пруты в монете меньшего достоинства. Так он сможет поступать до тех пор, пока не настанет срок «уничтожения десятин», и тогда он выкупит все прутот, содержащиеся в обеих монетах, посредством кусочка какого-либо плода, или вина, или оливкового масла, стоимостью в одну пруту. После этого он сможет вновь использовать эти монеты в последующие годы. Если он выкупил прутот кусочком плода или какой-либо другой пищи, то ему следует завернуть ее и аккуратно положить в мусорное ведро. А если выкуп был совершен посредством вина или оливкового масла, то их нужно вылить в раковину, но не в унитаз^[16].

Если человек выкупает принадлежащие ему плоды «второй десятины» посредством монеты, которая принадлежит кому-то другому, то ему не надо прибавлять пятую часть, и при этом он должен сказать: «Эта вторая десятина будет выкуплена посредством пруты из монеты, которую такой-то человек предназначил для выкупа второй десятины» (см. Рамбам, Законы второй десятины, 5, 1; 8).

Если стоимость плодов «второй десятины» не достигает стоимости четырех прутот, то поскольку стоимость их пятой части – менее стоимости одной пруты, прибавлять пятую часть не нужно. При этом владелец плодов должен сказать: «Эта вторая десятина будет выкуплена посредством пруты из монеты, которую я предназначил для выкупа второй десятины» (см. Рамбам, там же, 5, 4). Если человек по ошибке прибавил пятую часть, когда в этом не было необходимости, то заповедь все равно считается исполненной^[17].

[16]. Лехатхила не выкупали монету с помощью другой монеты, но бедиавад, если кто-то совершил выкуп таким образом, то выкуп действителен (см. Рамбам, 4, 5). Поэтому сегодня, когда мы все равно не можем есть плоды «второй десятины», разрешено лехатхила совершать выкуп монеты с помощью другой монеты (см. Кафтор ва-ферах, гл. 40), причем это действие можно повторять несколько раз. И хотя некоторые авторитеты предпочитают не совершать выкуп таким образом и указывают уничтожить монету, посредством которой были выкуплены плоды «второй десятины» (см. Хазон иш, Дмай, 3, 12), – тем не менее, поскольку монету трудно уничтожить, и кроме того, это незаконно, все же предпочтительней выкупить монету посредством другой монеты несколько раз, пока не настанет срок «уничтожения десятин». Именно таков общепринятый обычай, и никто из авторитетов не считает, что такой выкуп недействителен.

Когда настанет время «уничтожения десятин», то все прутот нужно будет выкупить посредством какой-либо пищи. И хотя некоторые авторитеты говорят, что не следует выкупать деньги посредством пищи (см. Хазон иш, Дмай, 3, 10), – тем не менее, подавляющее большинство авторитетов считает, что деньги можно выкупать посредством пищи. А некоторые авторитеты говорят, что не следует совершать выкуп посредством пищи, принявшей ритуальную нечистоту (см. Тосафот к трактату Кидушин, 56а, со слова במזיד). И так подобает поступать лехатхила. Однако бедиавад можно совершить выкуп посредством пищи, принявшей ритуальную нечистоту, и этим объясняется распространенный в прошлом обычай выкупать деньги с помощью хлеба. А рав Шмуэль Салант выкупал монеты «второй десятины» кусочком сахара. И некоторые авторитеты говорили, что сахар – не пища, а приправа, на что рав Салант возражал, что в этом отношении сахар считается пищей. И так пишет рав Шломо-Залман Ойербах в Минхат Шломо (ч. 3, 151). Некоторые авторитеты утверждали, что сахар принимает ритуальную нечистоту, и все-таки в Иерусалиме было принято совершать выкуп с помощью сахара, как писали рав Йехиэль-Михл Тукачинский и рав Мордехай Элияѓу. Так поступал сначала и рав Ойербах, однако позднее он указывал, что лучше совершать выкуп с помощью кусочка картофеля (сегодня нельзя быть уверенными в том, что стоимость кусочка картофеля обычного размера или ложечки сахара равна стоимости пруты, поэтому для выкупа нужно использовать такое количество, которое несомненно соответствует стоимости пруты). Если выкуп совершают с помощью вина или оливкового масла, то лехатхила их нужно вылить на землю (не для удобрения), поскольку, если их выливают в раковину, это можно расценивать как некоторое неуважение, ведь из раковины они попадут в канализацию. Но если это слишком сложно, то их можно вылить в раковину, но не в унитаз – подобно тому, как не следует класть пищу в мусорное ведро в незавернутом виде.

[17]. Некоторые авторитеты выражают сомнение в точности принятой формулировки и считают, что в этом вопросе нужно придерживаться более строгого толкования закона и говорить: «Эта вторая десятина и ее пятая часть будут выкуплены за пруту с четвертью». Ведь в некоторых случаях нет обязанности прибавлять пятую часть, а в других эта обязанность является постановлением мудрецов. Поэтому, если человек произнесет обычную формулировку: «Эта вторая десятина, она и ее пятая часть, выкупается одной прутой», то часть, подлежащая выкупу, будет выкуплена менее чем за пруту (см. Хазон иш, Дмай, 15, 11). Однако подавляющее большинство авторитетов не выражает такого опасения, так как если выкуп был сделан за пруту, то он действителен, даже если человек намеревался включить в него еще пятую часть и другие элементы, не являющиеся необходимыми. Ведь он не имел в виду, что сама «вторая десятина» будет выкуплена за одну часть пруты, а другие элементы – за другую ее часть. Нет, его намерение состояло в том, что и десятина, и другие элементы будут выкуплены за целую пруту. Ведь прута все равно не выражает реальной стоимости плодов. Кроме того, обычай, принятый испокон веков, состоит в том, что «вторую десятину» выкупают за пруту, содержащуюся в специально предназначенной для этого монете, без всяких добавлений; и так пишут многие авторитеты.

12. «Вторая десятина» (маасер шени) и ее выкуп

Исполнение заповеди есть плоды «второй десятины» в условиях ритуальной чистоты в стенах Иерусалима зависит от существования Храма (см. выше, гл. 7, п. 9). Поэтому в наши дни, когда Храм разрушен, мы не смогли бы есть в Иерусалиме «вторую десятину», даже если бы у нас была возможность очиститься от нечистоты мертвого тела. Тем не менее, сегодня мы тоже обязаны отделять трумот и маасрот, в том числе и «вторую десятину», поскольку заповедь их отделения не зависит от существования Храма (см. Рамбам, Законы второй десятины, 2, 1). Однако нет необходимости уничтожать плоды «второй десятины», так как Тора постановила, что их можно выкупить деньгами, и тогда святость, которой они обладают, переходит на деньги выкупа, а выкупленные плоды можно использовать для любых нужд. И хотя, согласно заповеди Торы, плоды «второй десятины» нужно выкупить по их себестоимости, прибавив к этому пятую часть всей суммы, – постфактум (бедиавад), если их выкупили даже за стоимость одной пруты, эти плоды утратили святость, и она перешла на деньги выкупа. И поскольку в наши дни деньги выкупа использовать невозможно^[14], плоды «второй десятины» разрешено изначально (лехатхила) выкупить за одну пруту, и такова их действительная стоимость, потому что ими невозможно воспользоваться (см. Рамбам, там же, 2, 2; 4, 18).

Плоды «второй десятины» нельзя выкупить меньше чем за одну пруту, так как сумма менее одной пруты не обладает значимостью, поэтому с ее помощью невозможно совершить киньян или выкуп. Стоимость одной пруты равна стоимости 1/45 грамма серебра. Поскольку цена серебра подвержена колебаниям, стоимость пруты увеличивается и уменьшается (в последние годы она составляла примерно 4-5 агорот).

В случае необходимости плоды «второй десятины» можно выкупить посредством пищи стоимостью как минимум в одну пруту, а затем завернуть эту пищу во что-нибудь и аккуратно положить в мусорное ведро, – подобно тому, как поступают с плодами трумы. Однако изначально (лехатхила) плоды «второй десятины» следует выкупать деньгами.

Если человек хочет время от времени выкупать плоды «второй десятины» денежной суммой, равной одной пруте, то он должен предназначить специально для этого монету. Если стоимость пруты и дальше будет составлять 5 агорот, как сегодня, то монеты в 5 шекелей ему хватит на сто выкупов, а монеты в 10 шекелей – на двести выкупов. Для того чтобы не забыть, что монета предназначена для выкупа «второй десятины», ее желательно пометить наклейкой^[15].

Порядок выкупа таков: после отделения «второй десятины» произносят благословение: Барух Ата А-донай Э-лоѓейну Мелех ѓа-олам ашер кидшану бе-мицвотав ве-цивану лифдот маасер шени («Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам выкупать вторую десятину»). Затем говорят: «Эта вторая десятина, она и ее пятая часть, будет выкуплена за одну пруту из монеты, предназначенной мной для выкупа второй десятины». А если выкуп совершается посредством пищи, то говорят: «Эта вторая десятина, она и ее пятая часть, будет выкуплена этой пищей», после чего пищу заворачивают и аккуратно кладут в мусорное ведро.

[14]. Ведь, согласно заповеди Торы, эти деньги нужно взять в Иерусалим, купить там на них пищу и съесть ее в условиях ритуальной чистоты (прим. пер.).

[15]. Стоимость пруты приблизительно равна стоимости чистого серебра весом в половину ячменного зерна (см. Шульхан арух, 331, 134). Согласно расчетам рава Хаима Наэ, это 1/40 грамма. И так пишет Хазон Иш (Хошен мишпат, 16, 30). Однако при сравнении пруты с другими монетами и с ячменным зерном выходит, что ее стоимость равна стоимости 1/45 грамма серебра. На практике стоимость грамма серебра подвержена колебаниям. В течение нескольких десятков лет стоимость пруты составляла менее 3 агорот. В 2000 году она стала расти, в 2005 году достигла 5 агорот, в 2012 году – пика в 13 агорот, а затем пошла на спад. В течение трех последних лет стоимость грамма серебра равняется 4-5 агорот (написано в 2018 году).

11. Передача десятины левиту и бедняку по предварительной договоренности

Один из лучших способов исполнения заповеди передачи десятины в наши дни заключается в том, что владелец урожая заранее договаривается с левитом талмид-хахамом, чтобы тот принял от него плоды «первой десятины». На основании этой договоренности владелец урожая дает левиту денежную ссуду в счет десятины, которую он собирается отделить в ближайшем году. Так этот левит приобретает постоянный статус «левита, принимающего десятину» от этого земледельца. Поэтому сразу же после отделения десятины плоды десятины переходят в собственность этого левита без необходимости совершать киньян. Каждый раз, когда владелец урожая отделит десятину, он оценит ее стоимость и вычтет ее из той суммы, которую он дал левиту в качестве ссуды. Таким образом, плоды десятины вновь станут собственностью владельца урожая. Когда стоимость плодов десятины достигнет суммы, данной левиту в качестве ссуды, – ссуда будет закрыта, и владелец урожая даст левиту новую ссуду, из которой снова будет вычитать стоимость отделенной десятины. К такой же договоренности можно прийти с бедняком в отношении «десятины бедных» (см. Рамбам, Законы десятины, 7, 5-6).

Цену плодов десятины следует рассчитывать согласно наиболее низкой стоимости. Например, если в начале сезона плоды стоят больше, чем в разгар сезона, то в течение всего сезона стоимость нужно рассчитывать по самому низкому тарифу. Это не считается процентами, так как речь идет не об обычной ссуде, а о своего рода «авансе» за плоды десятины. Эта ссуда возвращается посредством денег, вырученных за выкуп плодов, а если бы плодов не было, то и ссуда была бы аннулирована (см. трактат Гитин, 30а; Рамбам, Законы десятины, 7, 7)^[13].

[13]. Подобную ссуду можно дать не только левиту или бедному, но и ешиве, которая выплачивает стипендии учащимся-левитам или бедным либо платит зарплату раввинам-левитам. Цена, которую земледелец должен заплатить за плоды десятины, равна их стоимости в поле по завершении сбора урожая, без какой-либо дополнительной обработки. Ведь владелец урожая не должен продавать плоды десятины ради левита. Таким образом, если земледелец получает от оптового покупателя от 1000 до 3000 шекелей за тонну плодов, то стоимость тонны плодов десятины равна, возможно, 700 шекелям. Это объясняется тем, что, во-первых, стоимость рассчитывают по самой низкой цене, то есть 1000 шекелей за тонну. Во-вторых, земледелец не должен искать покупателей для плодов десятины ради левита, а сам левит должен прийти в поле и забрать себе плоды. И может быть, что владелец поля благодаря своим связям и опыту продает плоды по цене 1000 шекелей за тонну, а другому человеку удалось бы продать тонну этих плодов только за 700 шек. Следовательно, именно такова истинная стоимость плодов. Так или иначе, этот сложный расчет должен совершаться честно и богобоязненно, чтобы не ущемить права левита и бедного. А если у земледельца возникают сомнения, то ему следует проконсультироваться с раввином или специалистом, чтобы тот рассчитал стоимость плодов объективно, без соображений личной выгоды. И благодаря исполнению заповеди десятины Всевышний пошлет земледельцу благословение в его труде.

Разумеется, «первую десятину» и «десятину бедных» следует засчитать как маасер ксафим с добавлением пятой части. Ведь мудрецы постановили, что в наши дни маасер ксафим с добавлением пятой части – это замена трумот и маасрот, отделяемых от других доходов человека. Правда, может случиться, что расходы на десятину для левита и бедного превысят десятую часть дохода земледельца, ведь десятину отделяют от всего урожая, без вычета затрат на сбор, полив и удобрение, тогда как маасер ксафим отделяют только от чистого дохода. С другой стороны, поскольку цену плодов десятины рассчитывают согласно наиболее низкой стоимости, как объяснялось выше, – получается, что десятину для левита отделяют не от всех доходов, а примерно от трети дохода, полученного земледельцем за урожай, а может быть, и менее того. Даже в третий и шестой годы, когда земледелец должен отдать десятину также и бедняку, его расходы на десятину, скорее всего, не превысят пятой части дохода, которую необходимо пожертвовать, чтобы исполнить заповедь самым лучшим образом (см. Шульхан арух, Йоре деа, 249, 1). К тому же, если он отдаст десятину ешиве, то получит возврат налога от налоговой инстанции. В любом случае, с точки зрения закона Ѓалахи, даже если расходы на трумот и маасрот превышают пятую часть доходов, обязанность остается в силе. И если все земледельцы исполняют заповедь десятины подобающим образом, то все стороны выигрывают от этого. Однако в условиях, когда не все земледельцы исполняют эту заповедь, нельзя требовать от религиозных земледельцев, которые вынуждены конкурировать с нерелигиозными, отдавать более пятой части своих доходов; а в затруднительном денежном положении нельзя требовать от них отдавать более одной десятой части своих доходов, как того требует закон Ѓалахи в отношении маасер ксафим. Если же десятина обходится земледельцу дороже, то он может попросить левита и бедняка пойти ему навстречу и возвратить часть полученных плодов. А в случае больших денежных затруднений можно даже попросить левита и бедняка возвратить земледельцу почти всю десятину (как объяснялось выше, в прим. 11).

Вопрос статуса коѓена и левита, принимающих десятину постоянным образом, рассматривается в Вавилонском Талмуде, в трактате Гитин, 30а. А Рамбам (Законы десятины, 7, 6) объясняет, что есть также статус бедняка, принимающего десятину постоянным образом. Некоторые авторитеты выражают сомнение по поводу того, как может левит получить такой постоянный статус, однако представляется очевидным, что это сомнение относится к небольшим ссудам; если же земледелец в начале сезона предоставил левиту значительную сумму денег в качестве ссуды в счет десятины, то левит получает постоянный статус «принимающего десятину» от этого земледельца. Левит, обладающий этим статусом, получает десятину в свое владение без церемонии киньяна, потому что все другие левиты считаются отстраненными от этой десятины (так пишет Раши в комментарии к этому месту Талмуда), или же потому, что владелец плодов обязался в этом перед левитом, и ему запрещено нарушать свое обязательство (см. Тосафот к трактату Бава батра, 123б, со слова הכא).

Даже если владелец урожая забыл предоставить левиту, имеющему постоянный статус «принимающего десятину», новую ссуду, плоды десятины все равно перейдут в его владение без киньяна, так как владелец урожая уже привык отдавать ему «первую десятину» постоянным образом. Владелец урожая должен как можно скорее заплатить левиту сумму выкупа десятины и предоставить ему новую ссуду, чтобы на основании этой ссуды продолжить передавать ему десятину. Земледелец, который дает большую десятину, имеет право назначить нескольких левитов, которые будут получать от него десятину постоянным образом. Изначально (лехатхила) это желательно сделать через ешиву или через старост общины, ответственных за распределение цдаки. И см. «Расширенные объяснения».

10. Как происходит на практике передача десятины левиту и бедняку

Плоды «первой десятины», передаваемой левиту, и «десятины бедных», которую отделяют в третий и шестой годы семилетнего цикла, – левиты и бедные употребляют в пищу и в наши дни, так как эти плоды не обладают святостью, и их не нужно есть в условиях ритуальной чистоты. Каждая из этих десятин составляет примерно 9 процентов урожая. Ведь, как мы уже говорили, в наши дни в качестве трума гдола отделяют любое, даже самое мизерное количество плодов; следовательно, и после этого объем урожая остается таким же, как раньше. Затем отделяют «первую десятину» для левита, а от нее – десятину для коѓена, называемую трумат маасер. Таким образом, левиту принадлежит около 9 процентов плодов. После этого в третий и шестой годы от оставшихся плодов отделяют «десятину бедных», величина которой тоже составляет примерно 9 процентов урожая. Ведь после отделения «первой десятины» остается 90 процентов плодов, а десятая часть этого количества составляет 9 процентов.

Лучше всего, если владелец урожая отдаст плоды десятины левиту и бедняку. Однако в наше время очень сложно раздать эти плоды. Это объясняется тем, что, согласно заповеди, владелец плодов должен отделить от них трумот и маасрот в поле сразу же по окончании сбора урожая, а после этого к нему придут коѓен, левит и бедняк, и он отдаст каждому из них причитающуюся ему часть. Если же кто-то из них не придет за плодами, то, согласно постановлению мудрецов, владелец урожая или его работник должны отнести ему десятину, а тот оплатит стоимость доставки по общепринятому тарифу (см. выше, гл. 7, п. 5). Однако в наши дни большинство земледельцев обладает обширными территориями, дающими огромный урожай, и если земледелец отдаст всю десятину одному левиту или одному бедному, то им негде будет хранить такое количество плодов, а продать их они не смогут. Если же земледельцы наймут работников, чтобы раздать десятину нескольким левитам и бедным в таком количестве, какое необходимо им для нужд своей семьи, – то левитам и бедным придется заплатить работникам за доставку больше денег, чем стоят сами плоды десятины. Поэтому левиты и бедные не захотят, чтобы им доставляли эти плоды, которые обойдутся им так дорого.

Для того чтобы исполнить эту заповедь эффективным образом, владельцы урожая должны отделить десятину для левитов и бедных, а затем выкупить у них плоды десятины и отдать им вырученные деньги. Изначально (лехатхила) владелец урожая должен совершить некое символическое действие (киньян), которое будет означать, что плоды «первой десятины» перешли в собственность определенного левита, а плоды «десятины бедных» – в собственность определенного бедняка. После этого он должен выкупить у них плоды десятины (как объясняется в примечании); или же это можно сделать путем предварительной договоренности (как объясняется в следующем пункте). Постфактум (бедиавад), даже если не имели места киньян или предварительная договоренность, владелец урожая все равно должен обменять плоды десятины на денежную сумму, равную их стоимости, и отдать эту сумму левиту и бедному. И хотя он не получил от определенного левита или определенного бедняка разрешения обменять плоды на деньги, это расценивается как «возврат потери», поскольку, выкупив плоды десятины, он спасает их от уничтожения (см. трактат Хулин, 134б; Рамбам, Законы бикурим, 9, 16)^[12].

[12]. Заповедь требует отдать левиту (и бедняку) сами плоды десятины, а не их денежную стоимость (так пишут рабби Йосеф Коркос, При хадаш, Махзик браха). Однако поскольку современная действительность значительно отличается от реалий прошлого, отдать плоды десятины левитам очень сложно. Ведь раньше, когда около 90% человеческой деятельности были направлены на пропитание, продукты питания стоили очень дорого по сравнению с оплатой труда, поэтому левитам было выгодно прийти в поле и получить плоды для своего домашнего пользования. Если же левиты не приходили за десятиной, то плоды доставляли к ним домой, и они оплачивали доставку, так как цена доставки была ниже стоимости плодов. А в наши дни левитам невыгодно забирать с поля или оплачивать доставку плодов одного вида для своего домашнего пользования, поскольку с развитием сельского хозяйства стоимость выращиваемой продукции значительно понизилась, и современная семья может купить основные продукты питания, необходимые ей на месяц, за одну десятую средней заработной платы. И даже эту сумму она платит в основном за транспортировку и продажу, а не за сами продукты, так как стоимость производства продуктов питания существенно понизилась за счет промышленного и технологического развития. Таким образом, стоимость доставки плодов с поля в дом одного человека для его собственного домашнего пользования теперь обходится дороже, чем сами плоды. Кроме того, нельзя требовать от земледельца доставить всю десятину одному левиту, потому что заповедь обязывает дать левиту столько плодов, сколько ему и его домашним необходимо для насыщения, и не более того. К тому же, даже если левит получит всю десятину, он не будет знать, что делать с таким количеством плодов, так как он не умеет их хранить и продавать. И поскольку плоды испортятся, если останутся в поле, их необходимо выкупить деньгами, чтобы спасти от уничтожения.

Изначально (лехатхила) плоды десятины следует передать в собственность левита и бедняка. Для этого нужно обратиться к другому человеку, чтобы тот совершил направленное на это действие (киньян). И хотя левит и коѓен, для которых это делается, об этом не знают, – тем не менее, поскольку это делается для того, чтобы они могли воспользоваться своим правом, они, несомненно, согласятся, чтобы плоды десятины выкупили для них. Это соответствует талмудическому принципу: «Для человека делают выгодное приобретение даже без его ведома» (трактат Гитин, 30а). Если плодов слишком много, и их трудно приподнять, чтобы совершить киньян, то его следует совершить посредством снятия внаем двора: тот человек, который выкупает плоды для левита и бедняка, должен заплатить один шекель за пользование неким местом площадью в один квадратный тефах (около 10 см) в течение одного дня, и вместе с этим двором он выкупит плоды десятины (см. Шульхан арух, Хошен мишпат, 202). В случае крайней необходимости киньян можно совершить посредством символической передачи владельцу плодов какого-либо предмета одежды или домашней утвари, выкупив в обмен на этот предмет плоды десятины (см. Минхат Шломо, 62, 15).

Если невозможно найти человека, который может выкупить плоды для левита и бедняка, то с точки зрения исполнения заповеди возвращения потери владелец плодов может обменять плоды десятины на деньги, как объясняется в трактате Хулин (134б), у Рамбама (Законы бикурим, 9, 16) и в Шульхан арух (61, 10) по поводу даров коѓенам. Кроме того, Радбаз (1, 340) поддерживает широко распространенный обычай, согласно которому левитам и беднякам отдают деньги вместо плодов десятины.

09. «Вторая десятина» (маасер шени)

В первый, второй, четвертый и пятый годы семилетнего цикла (шмита) отделяют «вторую десятину», а в третий и шестой годы – «десятину бедного» (маасер ани). И поскольку на оба этих вида десятины распространяется один тот же закон, согласно которому эти десятины не обладают святостью, и в наши дни их тоже необходимо отделять, рассмотрим сначала законы «десятины бедных», а затем приведем дополнительные законы, относящиеся к обоим упомянутым видам десятины.

Бедные тоже обязаны отделять от принадлежащих им плодов «десятину бедных». При этом, в отличие от коѓена и левита, которые хотя и отделяют трумот и «первую десятину», но оставляют их себе, – бедняк обязан отдать «десятину бедного» другому бедняку (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 131б). Если бедняк купил плоды, от которых не отделили трумот и маасрот (тевель), он также обязан отдать «десятину бедного» другому бедняку (см. Пеат ѓа-шульхан, 5, 25). Если брат или сын владельца плодов – бедняк, то владелец может отдать им «десятину бедных», если он не отделяет ее в поле (см. выше, гл. 7, п. 11). Таким образом, «десятину бедных» желательно отдавать родственникам, поскольку, согласно законам исполнения заповеди цдака, родственники человека предшествуют другим беднякам.

Бедняком, имеющим право на «десятину бедняка», считается тот, кто не в состоянии удовлетворить свои базисные потребности в соответствии с нормами, принятыми в это время и в этом месте. Как представляется, в государстве, которое выделяет бюджеты на социальное обеспечение пожилых и нуждающихся, бедные – это те, кто находится примерно в низшем дециле общества, в котором они живут; а в государстве, не выделяющем бюджеты на социальное обеспечение, процент бедных может достигать одной пятой части населения. Но не может быть, чтобы более одной десятой или одной пятой части населения считались бедными, разве что речь идет о голодных годах.

Плоды «десятины бедных» или их денежную стоимость можно отдать старосте синагоги, чтобы тот передал их на нужды бедных (см. Мишна, Маасер шени, 5, 9). Кроме того, их можно отдать в ешиву, где живут бедные учащиеся, у родителей которых нет средств для того, чтобы содержать их дома. Даже если в ешиве есть также ученики из состоятельных семей, «десятина бедных» должна пойти именно на удовлетворение потребностей нуждающихся учеников.

После того как бедняк получил плоды «десятины бедных», он может употребить их в пищу либо продать и купить на вырученные деньги все, что хочет. Но запрещено вывозить эти плоды за пределы Земли Израиля, ибо сказано (Дварим, 26:12): «…и отдашь левиту, пришельцу, сироте и вдове, чтобы ели они во вратах твоих и насыщались» (и см. Мидраш Сифрей, там же; Арух ѓа-шульхан, Зраим, 14, 18). А если эти плоды все-таки вывезли за пределы Земли Израиля, то постфактум (бедиавад) их разрешено есть там (см. Пеат ѓа-шульхан, 12, 27).

08. «Первая десятина» (маасер ришон) в наше время

Как мы говорили (в гл. 7, п. 8), «первую десятину» заповедано отдавать левиту. И хотя многие авторитеты считают, что после того как Эзра-Книжник наложил на левитов взыскание, «первую десятину» можно отдавать и коѓену (так пишут, в частности, Тосафот и Тур), – тем не менее, поскольку некоторые авторитеты полагают, что после разрушения Второго Храма взыскание отменилось и вновь вошла в силу заповедь отдавать «первую десятину» только левиту, следует поступать именно так, чтобы исполнить заповедь согласно всем мнениям (так пишут Рамбам; Шульхан арух, Йоре деа, 331, 19; Мишпат коѓен, 56).

Также существует мнение, что в наши дни нет заповеди отдавать «первую десятину» левиту. И хотя остается в силе обязанность отделять «первую десятину» согласно установленному месту (то есть отделять ее от плодов, лежащих на северной либо южной стороне общей массы плодов и т.п.), нет заповеди отдавать эти плоды. Это объясняется тем, что, согласно данному мнению, после долгого изгнания была утрачена возможность точно установить факт принадлежности к колену Леви, а раз человек не может доказать, что он принадлежит к этому колену, то нет обязанности отдавать ему плоды десятины (это мнение приводит рабби Йосеф из Трани в своих респонсах, 1, 85). А некоторые авторитеты считают, что пока уполномоченный на то бейт дин не возобновит точную традицию, по которой устанавливается факт принадлежности к колену Леви, нельзя полагаться на слова человека в отношении его права на получение даров, предназначенных для коѓенов и левитов, – чтобы в народе Израиля не распространились обманщики, утверждающие, что они принадлежат к этому колену, стремясь заполучить дары (это мнение приводит Хазон Иш, Швиит, 5, 12). И некоторые авторитеты отменяют обязанность передачи десятины левитам на этом основании.

Однако, согласно мнению подавляющего большинства авторитетов, «первую десятину» следует отдать левиту, так как мы полагаемся на существующую традицию. Подобно тому, как мы полагаемся на эту традицию в отношении коѓенов, которым отдаем деньги за выкуп первенцев, и которые восходят на возвышение в синагоге, чтобы благословить общину, – нам следует полагаться на нее и в отношении левитов. И поскольку каждый человек все равно обязан отделять десятую часть от своих доходов (маасер ксафим), он может отдать «первую десятину» левиту талмид-хахаму, и это засчитается ему как часть маасер ксафим (как объясняется в следующих пунктах)^[11].

[11]. Некоторые авторитеты, придерживаясь в этом вопросе менее строгого толкования закона, опираются на мнение, которое приводит Хазон Иш. Однако подавляющее большинство авторитетов считает, что «первую десятину» нужно отдавать левиту. Так пишут Шульхан арух (Йоре деа, 331, 19), рабби Йосеф из Трани (Респонсы, 1, 85), Шней лухот ѓа-брит (Шаар ѓа-отийот, Кдушат ѓа-ахила) и др. Кроме того, мы знаем, что на существующую традицию принято полагаться в отношении выкупа первенца (см. Хатам софер, конец п. 291; Арух ѓа-шульхан, Йоре деа, 305, 30). Хазон Иш тоже не вынес однозначного постановления по этому вопросу, и сам он отдавал «первую десятину» левиту. И поскольку каждый человек все равно обязан отделять маасер ксафим, – даже тем, кто сомневается, следует ли отдавать «первую десятину» левиту, было бы правильно отдать ее левиту талмид-хахаму, засчитав это частью маасер ксафим, как будет объяснено в следующем пункте. А в годы неурожая, когда трудно требовать от земледельцев отделять для левитов «первую десятину», можно попросить левита пойти навстречу земледельцу, и после того как тот отдаст ему «первую десятину», возвратить ему ее, чтобы она вновь стала его собственностью, – подобно тому, как поступают многие коѓены в отношении денег, полученных ими в качестве выкупа первенца. И такое указание давал наш великий учитель рав Кук, как говорится в Игрот ѓа-Раайя, послание 119.

07. Плоды, принадлежащие коѓену или левиту

Если коѓен или левит являются владельцами плодов, то они обязаны отделить от них трумот и маасрот, как и простые евреи (исраэлиты). При этом коѓен должен оставить отделенные плоды трумы себе и использовать их для своих нужд, учитывая их святость, как того требует закон Торы. «Первую десятину» (маасер ришон) он также должен оставить себе, – ведь поскольку он тоже принадлежит к колену Леви, он не обязан отдавать эти плоды левиту. Левит тоже обязан отделить от принадлежащих ему плодов трумот и маасрот, оставив себе плоды «первой десятины», а труму – отдать коѓену (см. Рамбам, Законы десятины, 1, 3-4).

Если коѓен или левит купили у исраэлита плоды после того, как сбор урожая был завершен, – то, согласно взысканию, наложенному на них мудрецами, они не должны оставлять трумот и «первую десятину» себе, а должны отдать их другим коѓенам и левитам. Это взыскание было наложено на них для того, чтобы они не скупали у исраэлитов плоды, имеющие статус тевель, при этом оставляя себе трумот и «первую десятину» и лишая других коѓенов и левитов права владеть этими плодами. Но если коѓен или левит купили плоды до того, как те прошли этап «завершения работы», то они могут оставить трумот и «первую десятину» себе (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Пеа, 1, 5; Рамбам, там же, 6, 15).

Как правило, левиты отделяли трумат маасер от десятины, которую получили, и при этом выбирали, какому коѓену ее отдать. Но если исраэлит хотел, то ему было разрешено отделить трумат маасер от «первой десятины», которую он отделил для левита, и отдать ее коѓену вместе с трума гдола, – хотя при этом он лишал левита права выбрать, кому из коѓенов отдать трумат маасер, отделенную от принадлежащих ему плодов (см. Вавилонский Талмуд, трактат Гитин, 31а; Рамбам, Законы приношений, 3, 12). В наши дни, чтобы предотвратить ошибку и путаницу, предпочтительней, чтобы исраэлит, отделяя десятину, сразу же отделил и трумат маасер, а затем аккуратно завернул все десятины и положил их в мусорное ведро.

06. Использование трумот в наше время

Как мы уже говорили (в гл. 7, п. 7), коѓену запрещено есть труму, принявшую ритуальную нечистоту, поэтому желательно, чтобы он извлек из нее выгоду с помощью сжигания. Если трума состоит из плодов, то он может топить ими печь, а если из масла – то зажечь светильник. Когда коѓен для своих собственных нужд топит печь нечистыми плодами трумы или зажигает светильник нечистым маслом трумы, то простому еврею (исраэлиту) тоже разрешено этим воспользоваться, согласно принципу: «Светильник для одного – светильник для сотни». Даже если коѓен уже ушел из комнаты, исраэлиту разрешено продолжать пользоваться огнем в печи или горящим светильником, которые зажег коѓен (см. Рамбам, Законы приношений, 11, 18). Как в йом тов запрещено сжигать мясо жертв, принявших ритуальную нечистоту, – так в йом тов запрещается сжигать и нечистую труму. Поэтому в йом тов запрещено зажигать светильник нечистым маслом трумы (см. Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 24б)^[9].

В те времена, когда коѓены могли очиститься от ритуальной нечистоты и ели плоды трумот, им было разрешено скармливать скоту только те плоды, которые были непригодны в пищу человеку. А в наши дни, когда коѓенам запрещено есть труму, им разрешается кормить принадлежащих им животных этими плодами, – независимо от того, чисты ли плоды или нечисты. Чтобы не уничтожать плоды трумы без надобности, существует такой обычай: человек, отделивший труму, передает принадлежащих ему животных в собственность коѓена талмид хахама. И тогда ему разрешено кормить животных плодами трумы, которую он отделил для коѓена. После этого следует произвести расчет и заплатить коѓену ту сумму денег, которую владелец животных сэкономил на пище для них^[10].

[9]. Если у коѓена есть возможность извлечь пользу из сжигания плодов трумы, то желательно сделать так, чтобы эти плоды приняли ритуальную нечистоту до того, как пройдут этап «завершения работы» (так пишет Тур, а также Рама, 331, 19). А после «завершения работы» передавать этим плодам нечистоту запрещено (см. Сифтей коѓен, 35). Однако некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона и говорят, что разрешено передавать плодам нечистоту после «завершения работы» и до того, как от них отделили труму. Но после отделения трумы передавать плодам нечистоту запрещено по мнению всех авторитетов (так пишут, в частности, Кафтор ва-ферах и Радбаз). Плоды становятся способными принимать ритуальную нечистоту, когда на них попадает одна из семи видов жидкостей (см. выше, гл. 7, п. 7), и если после этого еврей дотронется до них рукой, или если их коснется нечистый предмет, то они станут нечистыми. Проще всего обрызгать плоды водой, которой сначала коснулся еврей. Таким образом вода оскверняется и сразу же оскверняет плоды. Рука же нееврея, если он жив, не оскверняет воду. И хотя мудрецы установили, что на неевреев распространяется нечистота телесных выделений, эта нечистота не позволяет сжечь плоды трумы, поскольку этот вид принятия нечистоты соответствует постановлению мудрецов и не основан на законе Торы (см. Вавилонский Талмуд, трактат Нида, 34а; Рамбам, Законы ритуальной нечистоты, передающейся предмету, предназначенному для сидения или лежания, 2, 10).

[10]. В Мидраш Сифра (разд. Эмор, 5, 6) и в Тана де-бей Элияѓу раба (14) объясняется, что запрещено скармливать скоту плоды трумы, пригодные в пищу человеку, поскольку это считается уничтожением трумы. И только плоды, которые пригодны в пищу человеку лишь в случае крайней необходимости, можно скормить животным, принадлежащим коѓену (а плоды, вообще не пригодные человеку в пищу, освобождены от трумот и маасрот). Так пишут рабби Шимшон из Санса, рабби Овадья из Бертиноро (Законы приношений, 11, 9), Раавад, Ритва и Кафтор ва-ферах. С другой стороны, по мнению Тосафот и Рашба, коѓену разрешается скармливать своим животным чистые плоды трумы, пригодные в пищу человеку, но если эти плоды приняли нечистоту, то существует обязанность их сжечь, и запрещается давать их животным. А по мнению Рамбама (Законы приношений, 9, 7) и Раши, нечистые плоды трумы тоже разрешено скармливать животным, потому что и таким образом их можно уничтожить. Следовательно, согласно подходу Рамбама и Раши, коѓену разрешено кормить принадлежащих ему животных как чистыми, так и нечистыми плодами трумы; по мнению Тосафот и Рашба, чистыми – разрешено, а нечистыми, на первый взгляд, запрещено; а по мнению рабби Шимшона из Санса и его последователей, на первый взгляд, запрещено кормить животных как чистыми, так и нечистыми плодами трумы. Однако современные авторитеты пишут, что в наши дни, когда коѓены не едят труму, даже согласно подходу рабби Шимшона и его последователей плоды трумы можно изначально (лехатхила) скармливать животным, так как не считается, что таким образом эти плоды уничтожают. Рав Цви-Песах Франк добавляет, что и нечистые плоды трумы желательно скармливать животным, принадлежащим коѓену, потому что таким образом коѓен извлекает из этих плодов выгоду, и при этом они уничтожаются. И таково мнение рава Ѓерцога. А по мнению учителя нашего рава Кука (Мишпат коѓен, 38, 1-2), тому, кто придерживается в этом вопросе менее строгого толкования закона, есть на кого положиться. А некоторые авторитеты полагают, что правильно будет положить плоды трумы перед животным, но немного дальше, чем принято класть, а не кормить животное этими плодами из своих рук. Таким образом учитывается мнение авторитетов, придерживающихся более строгого толкования, поскольку это приводит к уничтожению плодов косвенным образом.

05. Закон в отношении трумот в наше время

В наши дни коѓены не могут есть плоды трумот в условиях ритуальной чистоты, потому что считается, что все люди осквернены нечистотой мертвого тела, и мы не можем очиститься от нее без пепла красной коровы. Если плоды трумы являются ритуально чистыми, то их запрещено сжигать или уничтожать каким-либо иным образом. Их следует оставить в стороне, пока они не сгниют, или же зарыть в землю. А если плоды трумы нечисты, то существует заповедь их сжечь, чтобы их кто-нибудь не съел. Однако поскольку сжечь их довольно сложно, а иногда это запрещено, если плоды ритуально чисты, и не всегда известно, являются ли они чистыми или нечистыми, – их принято заворачивать во что-нибудь и аккуратно класть в мусорное ведро, независимо от того, чисты они или нет. Так не возникает опасения, что их кто-то съест, и они также не подвергаются пренебрежительному отношению, ведь их выбрасывают в завернутом виде.

Если плодов трумы очень много, и они не приняли ритуальную нечистоту, – то поскольку их запрещено уничтожать, их следует оставить на краю поля, пока они не сгниют. А если возникает опасение, что кто-нибудь может их съесть, то их желательно зарыть в землю или немного присыпать землей. Если же они приняли ритуальную нечистоту, то их заповедано сжечь, но также можно зарыть их в землю или раздавить так, чтобы они были испорчены, и их никто не захотел есть^[8].

Если плоды трумы смешались с обычными плодами того же вида, то они аннулируются в соотношении один к ста. Но даже если они смешались с плодами другого вида, и невозможно отделить плоды трумы от обычных плодов, – например, если из всех плодов приготовили пюре, – то трума аннулируется в соотношении один к шестидесяти. Если же плодов трумы в смеси больше, и они не аннулируются, то вся смесь имеет статус трумы (см. Рамбам, Законы приношений, 13, 1-2). В случае необходимости можно обратиться к талмид хахаму и попросить его отменить акт отделения трумот и маасрот, подобно тому как отменяют клятву (как объяснялось в предыдущем пункте).

[8]. Ритуально чистые плоды трумы запрещено уничтожать (так пишет Рамбам, Законы приношений, 12, 1). А в Сефер ѓа-трума написано, что для того чтобы не нарушить этот запрет, такие плоды нужно закопать в землю. Так пишут также Сефер мицвот гадоль, Тур (331, 19), Ям шель Шломо, Турей заѓав (331, 9). Что же касается трумы, принявшей ритуальную нечистоту, то в Мишне (Тмура, 33, 2) говорится, что ее следует сжечь. Как считают Раши, Рид и рабби Овадья из Бертиноро, имеется в виду, что ее необходимо уничтожить, чтобы кто-нибудь ее не съел. А по мнению Тосафот, Рамбана, Рашба и Ритва, ее следует именно сжечь, согласно закону в отношении животных, посвященных в жертву и ставших непригодными для жертвоприношения (см. трактат Шабат, 25а). Нечто подобное было написано выше (в гл. 2, прим. 3) в связи с запретами орла и килаим в винограднике: что авторитеты расходятся во мнениях по поводу того, нужно ли непременно сжечь плоды орла и килаим, или же их следует уничтожить любым способом, главное, чтобы кто-нибудь их не съел, нарушив запрет. Хатам софер (Орах хаим, 180) пишет, что если человек их сожжет, то он исполнит заповедь, но это не является обязанностью. В любом случае, необходимо крайне остерегаться того, чтобы не употребить их в пищу.

На практике плоды трумы – независимо от того, чисты они или нет, – обычно заворачивают во что-нибудь и аккуратно кладут в мусорное ведро. Как представляется, в этом вопросе не принято следовать более строгому толкованию закона и сжигать эти плоды, так как это слишком сложно. Кроме того, возникает опасение, что пока человек найдет возможность их сжечь, кто-нибудь может по ошибке употребить их в пищу. К тому же, в наши дни обязанность отделять труму – это постановление мудрецов, поэтому в случае сомнения практический закон соответствует мнению Раши и его последователей. Но даже когда обязанность отделения трумот – это заповедь Торы, возникает сомнение (как пишут Тосафот к трактату Шабат, 25а), является ли обязанность сжигать плоды также заповедью Торы. А заворачивают плоды для того, чтобы предотвратить пренебрежительное отношение к ним. Ведь, как мы говорили, запрещено проявлять пренебрежение к плодам трумы, даже если они не являются ритуально чистыми (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Швиит, 8, 2). Правда, некоторые авторитеты говорят, что если трума ритуально чиста, и ее заворачивают в полиэтиленовый пакет и кладут в мусорное ведро, то тем самым ее уничтожают, так как в полиэтиленовом пакете плоды гниют очень быстро. К тому же, работники санитарных служб переносят их в центральный мусорный контейнер, где полиэтилен порвется, и плоды будут окончательно уничтожены. Однако на практике нельзя быть абсолютно уверенными в том, что в полиэтиленовом пакете плоды гниют быстрее (см. «Жемчужины Ѓалахи», Законы швиит и йовель, гл. 4, прим. 2). Кроме того, вполне вероятно, что в центральном мусорном контейнере пакет не порвется, поэтому запрета в этом нет.

Если плоды трумы ритуально чисты и их очень много, и возникает опасение, что кто-нибудь может употребить их в пищу, – то авторитеты предлагают обрызгать их жидкостью с неприятным запахом. Ведь поскольку эту жидкость можно с них смыть, она не приводит к уничтожению плодов. Но нельзя делать из этих плодов компост, так как это ускоряет их гниение.

04. Как отмерять нужное количество плодов; каков закон, если в этом была допущена ошибка

При отделении маасрот и трумат маасер нужно постараться отмерить точное количество плодов, то есть не больше и не меньше. Для этого следует отмерить необходимый объем плодов, которые обычно меряют по объему, и отсчитать нужное число плодов, которые обычно отсчитывают поштучно. Но лучше всего взвесить плоды, так как измерение по весу – самое точное (см. Рамбам, Законы приношений, 3, 11; Законы десятины, 1, 14). Постфактум (бедиавад), если нет возможности взвесить или посчитать плоды либо отмерить их по объему, то маасрот следует отделить на глаз. Даже если была допущена существенная ошибка, но при этом человек намеревался отмерить точное количество, однако ошибся, как это порой бывает, – заповедь все равно считается исполненной. Однако изначально (лехатхила) наши мудрецы указывают: «Не привыкай отмерять маасер на глаз» (Мишна, трактат Авот, 1, 16)^[6].

Согласно обычаю, принятому в наши дни (который будет объяснен ниже), плоды для десятины не отделяют на самом деле, а только провозглашают, что десятая часть плодов, лежащих на северной или южной стороне общей массы плодов, будут считаться десятиной. Так десятиной становится ровно одна десятая всех плодов. После этого денежную сумму, эквивалентную стоимости плодов, предназначенных для десятины, отдают левиту и бедняку, а плоды «второй десятины» (маасер шени) выкупают посредством монеты достоинством как минимум в одну пруту или посредством пищи стоимостью как минимум в одну пруту (см. выше, гл. 2, прим. 15). Что же касается трумот, то поскольку они обладают святостью, их необходимо отделить на самом деле, после чего отделенные плоды заворачивают во что-нибудь и аккуратно кладут в мусорное ведро. Для трумот следует отделить более одной сотой доли от общего количества плодов: одну сотую – для трумат маасер, а более одной сотой – для трума гдола. Если для трумот кто-то отделил в точности одну сотую или менее того, то получится, что трума гдола не была отделена, так как трума гдола – это «часть, превышающая одну сотую». И поскольку ему не пришло бы в голову отделить трумот, не отделив сначала трума гдола, – все, что он сделал, ему не засчитывается, и он должен отделить заново все трумот и маасрот подобающим образом.

На отделение трумот и маасрот распространяется тот же закон, что и на все другие клятвы и посвящения: если человек передумает и захочет отменить данную им клятву или аннулировать акт отделения трумот и маасрот, то он может попросить талмид хахама, чтобы тот вместе с двумя другими евреями провел церемонию отмены клятвы (ѓатарат недарим) в соответствии с законом Ѓалахи. Это будет отменой акта отделения, и после этой церемонии плоды снова будут иметь статус тевель (см. Рамбам, Законы приношений, 4, 17. Тот же закон действует и в отношении заповеди отделения халы, см. ниже, гл. 10, п. 13)^[7].

[6]. В Тосефте (Дмай, 8, 10) и Иерусалимском Талмуде (Дмай, 5, 2) говорится: «Если человек отделил меньше плодов, чем нужно для десятины, то десятина его исправна, а плоды – неисправны. А если человек отделил больше плодов, чем нужно для десятины, то десятина его неисправна, а плоды – исправны». Имеется в виду, что если он отделил меньше плодов, чем необходимо для десятины, то отделение ему засчитывается, но он должен отделить еще плодов, чтобы в общей сложности отделенные плоды составили десятину (так пишут рабби Ицхак бен Малкицедек; Рош в комментарии к Мишне, Трумот, 4, 1; Рамбан; Раавад, Законы десятины, 1, 15; Виленский Гаон, 331, 125). А некоторые авторитеты считают, что отделение ему не засчитывается, потому что отделенных плодов недостаточно для десятины (так пишут Рамбам, Законы приношений, 3, 7 и Законы десятины, 1, 15; Шульхан арух, 331, 77). А если человек по ошибке отделил больше плодов, чем необходимо для десятины, то плоды, от которых он отделил десятину, разрешены для дальнейшего использования, но плоды, отделенные в качестве «первой десятины» (маасер ришон), запрещены, поскольку плоды, превышающие количество, необходимое для десятины, имеют статус тевель, и от них нужно отделить «вторую десятину» или «десятину бедных» (так пишут Рамбам и Ритва в комментарии к трактату Гитин, 31а). Есть также мнение, что нет никакой возможности сделать так, чтобы эти плоды стали разрешены для использования (так пишет, в частности, Меири).

Некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона, на основании уточненного анализа слов ранних и поздних законоучителей, упомянутых выше. Как говорят эти законоучители, речь идет о человеке, который отделил десятину на глаз и потому взял для этого слишком мало или слишком много плодов. Однако, помимо того, что такая точность излишня и противоречит соображениям логики, многие авторитеты однозначно пишут: слова мудрецов о том, что человек отделил слишком мало или слишком много плодов, относятся к тому, кто сделал это преднамеренно. Если же так получилось случайно, по ошибке, то даже если человек отделил на глаз, заповедь все равно считается исполненной. Так пишут рабби Шимшон из Санса (Законы приношений, 1, 7), Тосафот (к трактату Гитин, 31а, со слова ניטלת), Кафтор ва-ферах (24), Шаарей цедек (1, 11), Арух ѓа-шульхан (61, 3). Представляется, что к тому же выводу можно прийти на основании слов рабби Йоси в Иерусалимском Талмуде (Дмай, 5, 2). Он говорит, что бейт дин поставил условие: «настолько, насколько люди обычно ошибаются». Имеется в виду, что ошибка в привычных для большинства людей рамках не делает отделение маасрот недействительным. Ведь Тора дала заповедь отделения трумот и маасрот людям, а не ангелам, а люди не способны быть безукоризненно точными. Поэтому, даже если человек отделил на глаз и допустил существенную ошибку, – если эта ошибка остается в привычных для большинства людей рамках, то заповедь считается исполненной. Ведь даже если он воспользуется самыми точными весами, все равно будет невозможно рассчитать чистый вес каждого плода, поскольку трудно рассчитать в точности, сколько весят кожура и косточки, да и чистый вес самого плода нельзя вычислить с точностью до десятой доли грамма. Тем более невозможно рассчитать точное количество плодов, измеряемых поштучно либо по объему; скорее всего, примерно в половине случаев будет отделено больше плодов, чем необходимо для десятины, а в половине случаев – меньше. Поэтому необходимо установить, что ошибка в привычных для большинства людей рамках не является препятствием для исполнения заповеди. Тем не менее, авторитеты говорят, что изначально (лехатхила) не следует отделять на глаз, чтобы количество отделяемых плодов было как можно более точным.

[7]. После того как плоды употребили в пищу, уже нельзя аннулировать акт отделения трумот и маасрот, чтобы не произошло так, что те, кто ел эти плоды, нарушили запрет есть урожай, имеющий статус тевель (так пишут Рама, 323, 1; Сифтей коѓен, 6). А Хатам софер (Йоре деа, 253) считает, что в случае необходимости можно аннулировать акт отделения даже после того, как плоды употребили в пищу. Это объясняется тем, что люди, которые ели эти плоды, не совершили никакого греха, ведь они ели разрешенное. После того как человек отдал труму коѓену или маасер левиту, он уже не может аннулировать акт отделения (так пишут Рош и Ран в комментарии к трактату Недарим, 59а; Мишпат коѓен, 39, 2). Если человек отделяет трумот и маасрот во второй раз, то, по мнению некоторых авторитетов, он не должен произносить при этом благословение, так как благословение, произнесенное им в первый раз, распространяется и на второй. И поскольку по этому поводу возникает сомнение, благословение не произносят (так пишет Рашаш в комментарии к трактату Недарим, 59а).

03. Плоды, лежащие вместе (мукаф)

Заповедь требует отделять «большое приношение» (трума гдола) от плодов, лежащих так, чтобы они прилегали друг к другу, и их можно было бы охватить все вместе. Бедиавад, если кто-то отделил трума гдола от плодов, не лежащих вместе, то заповедь все равно считается исполненной (Рамбам, Законы приношений, 3, 17; 20). А поскольку трумат маасер тоже называется словом трума, мудрецы установили обычай, согласно которому трумат маасер следует также отделять от плодов, прилегающих друг к другу^[4].

Если плоды лежат в открытом поле, то их нужно придвинуть друг к другу (см. Шульхан арух, Йоре деа, 325, 2). Если все плоды находятся в одной комнате, даже в разных углах, то считается, что стены комнаты охватывают их все вместе. Даже если они разложены по различным открытым емкостям, считается, что они лежат все вместе, так как находятся в одной и той же комнате (см. Шульхан арух, 331, 26).

Если плоды собираются упаковать в закрытые ящики или мешки, либо же вино, масло или сок налить в бутылку, которую потом запечатают, – то изначально (лехатхила) нужно отделить от них трумот и маасрот до этого. Дело в том, что, как считают некоторые авторитеты, постоянная упаковка разделяет плоды, поэтому не может считаться, что они лежат вместе. Но в случае необходимости их можно придвинуть друг к другу и отделить трумот и маасрот в том числе и в счет плодов, находящихся в закрытых упаковках. Что же касается бочек или бутылок с вином, которое продолжает созревать и со временем становится все более высококачественным, то поскольку необходимо строго следить за тем, чтобы бочки или бутылки оставались запечатанными, иначе вино испортится, – содержимое каждой бочки или бутылки считается стоящим отдельно, а не вместе с вином из других емкостей. Поэтому от такого вина необходимо отделить трумот и маасрот до запечатывания бочек или бутылок. Вторая возможность: отделить трумот и маасрот от содержимого каждой бочки и каждой бутылки в отдельности после того, как их откупорят (см. Рамбам, Законы приношений, 3, 18; Шульхан арух, 331, 26).

Ради исполнения заповеди разрешено отделять трумот и маасрот от плодов, не лежащих вместе. Например, если человек знает, что в субботу или в йом тов ему принесут плоды, имеющие статус тевель (то есть такие, от которых не отделили трумот и маасрот), то он может до начала субботы или йом това отделить трумот и маасрот от других плодов, находящихся в его распоряжении, в счет плодов, которые ему принесут (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 93а). Подобно этому, если кто-то по ошибке дал товарищу плоды, имеющие статус тевель, и у него нет возможности сообщить тому, что от них необходимо отделить трумот и маасрот, – то он должен отделить трумот и маасрот от других плодов, находящихся в его распоряжении, чтобы уберечь товарища от нарушения запрета есть плоды, имеющие статус тевель (см. трактат Эрувин, 32а)^[5].

[4]. В Мишне (трактат Хала, 1, 9) объясняется, что «большое приношение» нужно отделять от плодов, лежащих вместе. А в другом месте Мишны (трактат Бикурим, 2, 5) говорится, что «большое приношение» не нужно отделять от плодов, лежащих вместе. В Торе (Бемидбар, 18:28) сказано: «Так возносите и вы воздаяние Господу от всех десятин ваших, которые вы будете брать от сынов Израиля», и мудрецы Иерусалимского Талмуда (Трумот, 2, 1) поясняют: «Даже если одна десятина – в Иудее, а другая – в Галилее». По мнению многих авторитетов, указание отделять трума гдола от плодов, лежащих вместе, – это заповедь Торы, потому что в Торе сказано «из нее» (Бемидбар, 18:27-32). Так пишут Тосафот, рабейну Там, рабби Шимшон из Санса, Рид, Тосафот Рош, Рашба, Ран и Виленский Гаон). Согласно другому мнению, эта заповедь – постановление мудрецов. Ведь трума гдола не имеет точно установленного размера, и мудрецы постановили, что она должна составлять примерно одну сороковую, пятидесятую или шестидесятую часть урожая (см. выше, гл. 7, п. 2), а для того чтобы человек смог правильно оценить количество, необходимо, чтобы все плоды лежали перед ним (так пишут Радбаз; Сифтей коѓен, Йоре деа, 331, 49-50; и к такому выводу можно прийти на основании слов Раавада). Так или иначе, все авторитеты согласны, что если кто-то отделил трума гдола от плодов, не лежащих вместе, то бедиавад заповедь все равно считается исполненной. Ведь даже если это заповедь Торы, она подобна заповеди, требующей отделять трумот и маасрот от лучших плодов: если кто-то отделил от низкокачественных плодов, то бедиавад он все равно исполнил заповедь. А по мнению моего учителя рава Шауля Исраэли, в наши дни нет обязанности отделять трумот и маасрот от плодов, лежащих вместе, поскольку даже согласно подходу авторитетов, считающих, что это заповедь Торы, она призвана помочь человеку правильно оценить количество отделяемых плодов, а сегодня, когда для трумы достаточно отделить даже малую часть плодов, в этом нет необходимости. Этой заповеди можно дать и такое объяснение: имеется в виду, что труму нужно отделить от общего количества плодов, благодаря чему отпечаток святости останется на всех плодах, которые были собраны вместе ради отделения трумы.

В Вавилонском Талмуде (трактат Гитин, 30б) говорится: хаверим строго следят за тем, чтобы и трумат маасер отделять от плодов, лежащих вместе, потому что и она называется словом трума (хавер, букв. «товарищ», талмудический термин, относящийся к периоду Второго храма и обозначающий человека, который принял на себя обязанность соблюдать определенные заповеди, в основном, отделение трумот и маасрот, в соответствии со строгим толкованием закона – ред.). Однако в отношении трума гдола это является обязанностью, а в отношении трумат маасер – всего лишь обычаем хаверим, поэтому не нужно строго соблюдать все законы мукаф, нужно только следить за тем, чтобы видеть перед собой все плоды, от которых надо отделить трумат маасер (так пишут Рамбам, 3, 20; рабби Шимшон из Санса, Рамбан и Рашба). А по словам Тосафот (к трактату Гитин, 30б, со слова וכי), обязанность отделять трума гдола от плодов, лежащих вместе, – это заповедь Торы, а мудрецы постановили это и в отношении трумат маасер. Что же касается маасрот, то Рамбам (Законы десятины, 1, 6) и Шульхан арух (331, 71) постановили, что в отношении их отделения не требуется соблюдение условия, чтобы они лежали вместе (мукаф).

[5]. Разрешено отделять трумот и маасрот от масла в счет другого масла, налитого в запечатанные сосуды. Но нельзя отделять от вина в счет другого вина, налитого в запечатанные сосуды (см. Иерусалимский Талмуд, Маасер шени, 3, 6; Рамбам, Законы приношений, 3, 18; Шульхан арух, 331, 26). Это объясняется тем, что вино обязательно хранят закупоренным, чтобы оно не испортилось (так объясняет рабби Шломо Сирильо). А по мнению Радбаза, в отношении масла придерживаются менее строгого толкования закона потому, что его держат в закупоренных сосудах недолго, тогда как вино оставляют закупоренным в течение долгого времени. В соответствии с этим подходом, если плоды находятся в запечатанных консервных банках или в больших мешках, то в их отношении следует придерживаться более строгого толкования закона и не отделять трумот и маасрот за их счет от других плодов. Так писал, в частности, рав Мордехай Элияѓу. Однако в случае необходимости можно положиться на мнение рабби Шломо Сирильо, что более строгого толкования закона нужно придерживаться только в отношении вина, и тогда разрешено отделять трумот и маасрот в счет плодов, находящихся в запечатанных банках и закрытых мешках. К этому следует присоединить мнение рава Шауля Исраэли, который считает, что в наши дни разрешено лехатхила отделять трумот и маасрот от плодов, не лежащих вместе. А если возникает опасение, что кто-то может нарушить запрет есть плоды, имеющие статус тевель, то разрешено отделить трумот и маасрот от плодов, не лежащих вместе (даже если речь идет о вине в закупоренных бутылках).

В тексте я написал, что для того чтобы исполнить закон мукаф, нет необходимости в том, чтобы плоды или открытые емкости касались друг друга, – поскольку таково мнение подавляющего большинства авторитетов. Так пишут, в частности, Рамбам (Законы приношений, 3, 18), рабби Шимшон из Санса, Рош, Рашба, Тур, Шульхан арух (331, 26), Арух ѓа-шульхан (Зраим, 62, 10). Однако рабейну Там считает, что если плоды лежат в открытом месте, и нет стен, которые бы их охватывали, то необходимо, чтобы они касались друг друга. То же самое пишет Виленский Гаон (325, 8) по поводу открытых емкостей: что они должны касаться друг друга.

02. Плоды, освобожденные и не освобожденные от обязанности отделения трумот и маасрот, и запрет отделять от одних в счет других; разные уровни обязанности

Не следует отделять трумот и маасрот от плодов, освобожденных от этой обязанности, – например, от плодов, выросших за пределами Земли Израиля, или от плодов, от которых уже отделили трумот и маасрот, – в счет плодов, от которых необходимо их отделить. И наоборот: не отделяют трумот и маасрот от плодов, на которые распространяется эта обязанность, в счет плодов, которые от нее освобождены. А тот, кто нарушил это правило, не исполнил никакой заповеди и обязан вновь отделить трумот и маасрот от нужных плодов (см. Рамбам, Законы приношений, 5, 12).

Если имеются плоды, выращенные в двух разных местах, и по поводу всех этих плодов возникает сомнение, отделили ли от них трумот и маасрот, – то не следует отделять от одних в счет других, поскольку может случиться, что человек отделит трумот и маасрот от неотделенных плодов в счет отделенных или наоборот.

Не следует отделять трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность – постановление мудрецов, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность – заповедь Торы, и наоборот.

В отношении каких плодов обязанность отделять трумот и маасрот является заповедью Торы? Это плоды, которые владелец поля вырастил для себя и своей семьи, либо плоды, которые человек купил у владельца поля до того, как они прошли этап «завершения работы», и завершил работу самостоятельно, и эти плоды предназначаются для него и его семьи. А в отношении каких плодов обязанность отделять трумот и маасрот является постановлением мудрецов? Это плоды, которые владелец поля вырастил на продажу, а также плоды, выращенные в горшке, не имеющем отверстия (в примечании ниже разъясняется, каков закон в случае, если человек по ошибке отделил трумот и маасрот от плодов первой категории в счет плодов второй категории или наоборот)^[2].

Не отделяют трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность основана на одном постановлении мудрецов, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность основана на двух постановлениях мудрецов, и наоборот. Это означает, что хотя в наши дни мы обязаны отделять трумот и маасрот только согласно постановлению мудрецов (см. ниже, гл. 12, п, 11), не следует отделять их, к примеру, от винограда, который человек собрал для того, чтобы употребить в пищу дома, в счет винограда, который он собрал для того, чтобы продать. Однако постфактум (бедиавад), если он отделил от одного в счет другого, то обязанность считается исполненной^[3].

[2]. Если человек по ошибке отделил трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность – заповедь Торы, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность – постановление мудрецов, то плоды второй категории становятся пригодными к употреблению, однако плоды, которые были отделены в качестве трумот и маасрот, нуждаются в повторном отделении. Ведь поскольку согласно заповеди Торы от плодов второй категории не нужно было отделять трумот и маасрот, получается, что, согласно Торе, человек отделил их от плодов, в отношении которых существует такая обязанность, в счет плодов, на которые эта обязанность не распространяется. А значит, он не исполнил никакой заповеди, и плоды, которые он отделил в качестве трумот и маасрот, остались в статусе тевель. По мнению Рамбама (Законы приношений, 5, 16), за них нужно отделить трумот и маасрот от других плодов. Рабейну Йона (в Тосафот к трактату Йевамот, 89б, со слова ממקום) объясняет, что если человек отделит трумот и маасрот от них в счет них самих, то он может по ошибке употребить в пищу то, что осталось от них после отделения, хотя раньше он отделил их в качестве трумот и маасрот (а Раши в комментарии к трактату Кидушин, 46б, и Меири пишут, что человек может отделить от них самих, так как нет опасения, что он употребит их остатки в пищу).

Если человек по ошибке отделил трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность – постановление мудрецов, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность – заповедь Торы, то заповедь отделения трумот и маасрот считается исполненной только согласно постановлению мудрецов. Однако поскольку по Торе он не исполнил никакой заповеди, так как отделил от плодов, на которые эта обязанность не распространяется, в счет плодов, в отношении которых существует такая обязанность, – он обязан вновь отделить трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность – заповедь Торы (см. Рамбам, Законы приношений, 5, 14).

[3]. В Турей эвен (к трактату Мегила, 19б) сказано, что разрешено изначально (лехатхила) отделять трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность основана на одном постановлении мудрецов, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность основана на двух постановлениях мудрецов, и наоборот. Но большинство авторитетов это запрещает, и так пишет Маѓарам из Ротенбурга (Респонсы, ответ 423), и его слова приводятся в Бейт Йосеф (330, 6). Так пишут и многие другие авторитеты. Однако постфактум (бедиавад), тот, кто так поступил, исполнил свою обязанность, потому что на самом деле в обоих случаях это постановление мудрецов. Лехатхила нужно следить и за тем, чтобы не отделять трумот и маасрот от плодов, в отношении которых эта обязанность основана на двух постановлениях мудрецов, в счет плодов, в отношении которых эта обязанность основана на трех постановлениях мудрецов, и наоборот, однако в случае необходимости в этом можно придерживаться менее строгого толкования закона. На практике это самые распространенные случаи, так как все поздние законоучители согласны, что сегодня мы обязаны отделять трумот и маасрот только согласно постановлению мудрецов, а также, по мнению большинства авторитетов, на большинство плодов (помимо злаковых, вина и оливкового масла) эта обязанность распространяется только согласно постановлению мудрецов. Поэтому, если одна часть урожая предназначена для употребления в пищу в семье, а другая – на продажу, то речь идет об обязанности, основанной на двух постановлениях мудрецов и на трех постановлениях мудрецов.

01. От лучших плодов

Заповедь гласит, что приношения и десятины следует отделять от плодов наилучшего качества. Об этом сказано (Бемидбар, 18:32): «…если принесете лучшее из нее (десятины)». Если же поблизости нет коѓена или левита, и возникает опасение, что пока им доставят самые лучшие и спелые плоды, они испортятся, – то лучше отделить приношения и десятины от плодов, которые сохранятся в течение самого долгого времени, даже если они не наилучшего качества. Если человек нарушил это правило и отделил трумот и маасрот от низкокачественных плодов, то заповедь ему все равно засчитывается, и урожай разрешено употреблять в пищу (см. Мишна, Трумот, 2, 4-6; Рамбам, Законы приношений, 5, 1).

Сегодня, когда считается, что все мы осквернены ритуальной нечистотой, и коѓены не могут есть плоды приношений, любые плоды расцениваются как полностью непригодные для трумот, поэтому разрешено изначально (лехатхила) отделять трумот от плодов низкого качества. Однако «первую десятину» (маасер ришон), предназначенную для левита, и «десятину бедных» (маасер ани) следует отделять от высококачественных плодов (см. Шульхан арух, Йоре деа, 331, 52; Объяснения Виленского Гаона, 95; и см. ниже, п.п. 10-11)^[1].

Заповедь требует отделять трумот и маасрот от плодов того же вида. Если же человек отделил их от плодов одного вида в счет плодов другого вида, то заповедь ему не засчитывается, и он должен вновь отделить трумот и маасрот от плодов того же вида. Общее правило в данном случае таково: виды, которые являются килаим друг для друга (о запрете килаим см. выше, гл. 3-5), – то есть если это овощи, то их запрещено сеять вперемешку, а если плодовые деревья, то их запрещено прививать друг к другу, – считаются двумя разными видами, и запрещено отделять трумот и маасрот от плодов одного вида в счет плодов другого вида, даже от более качественных плодов одного вида в счет менее качественных плодов другого вида. Но если на них не распространяется запрет килаим, то разрешено отделять плоды одного сорта в счет плодов другого сорта того же вида. Например, виноград всех сортов или капуста всех сортов считаются одним и тем же видом. Подобно тому, персик и нектарина тоже считаются разными сортами одного вида. Но апельсин и грейпфрут – это плоды разных видов (см. Мишна, Трумот, 2, 6; Рамбам, Законы приношений, 5, 2-3; Мишпат коѓен, 25; выше, гл. 3, прим. 4).

[1]. Сегодня, когда коѓены не едят плоды приношений, можно отделить труму от жидких дрожжей в счет вина, в соответствии с количеством жидкости, содержащейся в дрожжах. Некоторые авторитеты оценивают, что это количество составляет около 60 процентов от общего объема жидких дрожжей.

Согласно постановлению мудрецов, если человек отделил трумот и маасрот от колосьев в счет зерна, от маслин в счет масла или от винограда в счет вина, – то заповедь ему не засчитывается, поскольку он не учел интерес коѓенов и левитов, которым придется приложить усилия, чтобы извлечь зерно из колосьев, приготовить масло из маслин и вино из винограда. Поэтому он должен вновь отделить трумот и маасрот от готовых продуктов по окончании работы (см. Мишна, Трумот, 1, 4; Рамбам, 5, 18). Но если коѓен и левит согласны принять причитающиеся им дары в виде колосьев, маслин и винограда, то постфактум (бедиавад) обязанность отделения трумот и маасрот считается выполненной, и плоды пригодны для использования (так пишут рабби Шимшон из Санса, Рош и Радбаз). А по словам рава Кука, в наши дни, когда коѓены все равно не могут есть плоды приношений, плоды, от которых отделили трумот и маасрот таким образом даже без согласия коѓена и левита, бедиавад пригодны для использования. Некоторые авторитеты оспаривают это мнение в отношении маасрот.

Если человек купил виноград, чтобы употребить его в пищу, отделил от него трумот и масрот, а затем передумал и решил изготовить из него вино, – то он не должен вновь отделять трумот и маасрот от вина (см. Мишна, Трумот, 1, 9; Рамбам, 5, 20). Если же он купил виноград, чтобы употребить его в пищу, но передумал и решил изготовить из него вино, прежде чем отделил от него трумот и маасрот, – то этот виноград запрещено есть даже походя, между делом, так как обязанность отделения от него трумот и маасрот уже вступила в силу, когда человек купил его, намереваясь употребить в пищу.

13. Дмай и другие случаи сомнения

На языке мудрецов слово טבל (тевель) означает плоды, от которых не отделили трумот и маасрот. Смысл этого слова : טוב לא (тов ло, «нехорошо»). Имеется в виду, что такие плоды пока еще «нехороши» (то есть непригодны) для употребления в пищу. Дмай (דמאי) – это плоды, в отношении которых возникает сомнение, отделили ли от них трумот и маасрот. Арамейское слово דמאי переводится как «что это?». Имеется в виду, что статус этих плодов неясен.

Во времена мудрецов большинство евреев, невежественных в Торе, отделяли трумот и маасрот. Однако поскольку некоторые из них не делали этого должным образом, мудрецы постановили, что плоды, принадлежащие невеждам, будут иметь статус дмай: от них не будут отделять трума гдола, так как многие невежды ее отделяли, но будут отделять маасер ришон, трумат маасер и маасер шени либо маасер ани. Однако на практике, хотя и отделяли маасер ришон и маасер шени путем определения места, где будет находиться каждый из видов маасрот («Пусть будет маасер ришон в определенной нами вначале южной части отложенных в сторону плодов и в северной части оставшихся плодов….»), мудрецы не постановили, что существует обязанность отдавать их левитам и бедным, – поскольку она относится к обязанностям в отношении имущества, на которые распространяется правило: «Тот, кто претендует на право собственности, должен его доказать». И пока левит или бедняк не докажут, что от этих плодов действительно не отделили десятину, их не нужно будет им отдавать. Но от плодов маасер ришон нужно отделить трумат маасер и отдать ее коѓену, потому что трумат маасер обладает святостью, и простым евреям (исраэлитам) есть ее запрещено. То же самое касается и плодов маасер шени: поскольку они наделены святостью, их нужно отделить и съесть в Иерусалиме в условиях ритуальной чистоты. При этом во время отделения трумот и маасрот от плодов, имеющих статус дмай, и при выкупе маасер шени, отделенного от этих плодов, не произносят благословения, в соответствии с известным правилом: «При сомнении, связанном с произнесением благословений, следует придерживаться менее строгого толкования закона» (см. Рамбам, Законы десятины, 9, 1-4). Кроме того, при выкупе маасер шени, отделенного от плодов, имеющих статус дмай, не нужно прибавлять пятую часть (см. Рамбам, Законы маасер шени, 5, 4).

В наши дни, если возникает сомнение, отделили ли от плодов трумот и маасрот, это сомнение относится также и к трума гдола, потому что люди, несведущие в законах Ѓалахи, не отделяют и ее тоже. Поэтому от таких плодов нужно отделить без благословения все виды трумот и маасрот. Однако, как говорилось выше, то, что относится к имущественным обязанностям, то есть маасер ришон и маасер шени, не нужно отдавать левиту и бедняку. Плоды трумот, обладающие святостью, – поскольку в отношении них возникает сомнение, следует завернуть во что-нибудь и положить в мусорное ведро, а плоды маасер шени – выкупить мелкой монетой достоинством в одну пруту.

В любом случае, когда у человека возникает сомнение, к урожаю какого года относятся плоды – того года, когда нужно отделять маасер шени, или того года, когда нужно отделять маасер ани, – он должен отделить и то и другое, сказав: «Если от этих плодов необходимо отделить маасер ани, то пусть это будет маасер ани; а если от этих плодов необходимо отделить маасер шени, то пусть это будет маасер шени». Плоды маасер шени он должен выкупить монетой достоинством в одну пруту, а плоды маасер ани – отдать бедняку. А тот, кто хочет придерживаться в этом вопросе менее строгого толкования закона, может отделить только маасер шени^[18].

[18]. В Мишне (Махширин, 2, 11) объясняется: если плоды урожая того года, когда нужно отделять маасер шени, смешались с плодами урожая того года, когда нужно отделять маасер ани, то нужно следовать принципу большинства, а если они «смешались в равном соотношении, то необходимо придерживаться более строгого толкования закона». По мнению многих авторитетов, здесь имеется в виду, что нужно отделить оба вида маасрот. Это значит, что человек должен отделить маасер шени и выкупить его деньгами, с которыми он отправится в Иерусалим, а выкупленные плоды отдать бедняку (так пишут рабби Шимшон из Санса, Раавад, Рош, рабби Овадья из Бертиноро, Виленский Гаон). А по мнению Рамбама (Маасер шени, 1, 11), имеется в виду, что он должен отделить маасер шени, ведь эта обязанность более строга, так как плоды маасер шени обладают святостью. И так пишет Шульхан арух (331, 128). Однако поскольку большинство авторитетов считает, что нужно отделить оба вида маасера, таков общепринятый обычай, и именно так нужно поступать. Тем не менее, поскольку поздние законоучители постановили, что в наши дни обязанность отделения трумот и маасрот – это постановление мудрецов, тот, кто хочет, следуя менее строгому толкованию закона, отделить только маасер шени, вправе так поступить, так как ему есть на чье мнение положиться.

צוות האתר

Параграфы в главе

О проекте

Что мы изучаем?

Полезное

Программы обучения

Меню

Книги:

Языки