Жемчужины Ѓалахи

צוות האתר

    01. Пропуск фрагментов амиды по ошибке  

    Мужи Великого собрания составили текст Шмоне эсре как единой молитвы, включающей в себя все главные просьбы, которые нам следует обращать к Всевышнему каждый день. Кроме того, они постановили, что благословения этой молитвы должны следовать именно в таком порядке, и в этом они основывались на стихах Торы (см. Вавилонский Талмуд, трактат Мегила, 17б). Поэтому тот, кто пропустил одно из благословений Шмоне эсре, не исполнил заповедь молитвы. И даже если он произнес все благословения, но при этом изменил установленный порядок, заповедь не считается исполненной (см. Шульхан арух, 119, 3).

    Подобно тому, если молящийся допустил в тексте благословения ошибку, затронувшую самую суть этого благословения, – не прочел его заключительную фразу или произнес слова, не имеющие отношения к этому благословению, например, произнес летом просьбу о дожде, – считается, что он вообще не произнес это благословение (см. Биур Ѓалаха, 119, 3). А если он забыл произнести вставку «Пусть поднимется и дойдет…» (Яале ве-яво) в праздник или новомесячье (рош ходеш), он должен прочитать всю амиду заново с этой вставкой.

    Все эти законы относятся в равной степени и к мужчинам, и к женщинам: в каждом случае, когда мужчина должен прочитать заново всю молитву или какое-либо из благословений, та же самая обязанность лежит и на женщине (как объясняется в следующем пункте). Даже когда женщина читает молитву, которая не является для нее обязательной, – например, если она обычно читает только молитву шахарит, а в этот день решила прочитать также минху и допустила в ней ошибку, – она должна произнести молитву заново без ошибки. То же самое относится и к случаю, если женщина, которая обычно читает шахарит и минху, в этот день решила прочесть также молитву арвит и допустила в ней ошибку, – она должна прочитать арвит заново без ошибки. Ведь если она уже начала молиться, ей нужно прочитать молитву согласно порядку, установленному мудрецами, а если она по ошибке изменила установленный порядок, то она должна исправить допущенную ошибку[1].

    [1]. И хотя некоторые авторитеты говорят, что женщина не обязана читать заново молитву, в которой допущена ошибка, если эта молитва не является для нее обязательной, тем не менее, подавляющее большинство авторитетов считает, что обязана, подобно тому как мужчина, допустивший ошибку в молитве арвит, должен прочесть ее заново, хотя, по сути закона, арвит – молитва добровольная, а не обязательная.

    14. Разрешено ли постоянно читать Шмоне эсре сидя

    Как мы уже говорили, согласно постановлению мудрецов молитву Шмоне эсре следует читать стоя. Только изредка, в случае необходимости, разрешено придерживаться менее строгого толкования закона и молиться сидя. Даже если мужчине, который каждое утро торопится на работу, трудно найти время для молитвы, ему все равно запрещено постоянно читать Шмоне эсре сидя, и только при крайней необходимости, когда у него нет никакого другого выхода, это разрешено.

    Возникает вопрос: разрешено ли женщине в случае крайней необходимости постоянно читать Шмоне эсре сидя? Бывает, что у женщины нет практически никакой возможности молиться стоя. Утром, как только она встает, ей нужно заниматься детьми: одевать их, готовить им еду и отправлять в ясли, детский сад или школу. После этого она торопится на работу, чтобы помочь содержать семью. На рабочем месте ей молиться не разрешается. Она может молиться только в общественном транспорте по пути на работу, сидя. Как же ей следует поступить?

    Можно сказать, что поскольку некоторые авторитеты считают, что женщина может исполнить обязанность, прочитав лишь короткую молитву, ей лучше ограничиться чтением утренних благословений и «Благословений Торы», но не читать сидя Шмоне эсре постоянно. Но можно придерживаться и другого мнения: что поскольку она находится в безвыходной ситуации, ей это разрешено. Кроме того, нельзя сказать, что она читает Шмоне эсре сидя постоянно, потому что по субботам, праздникам и во время отпуска она может молиться стоя.

    На практике, поскольку в пользу обоих мнений можно привести убедительные доводы, каждая женщина может решить сама, как ей поступить. Если она захочет ежедневно читать Шмоне эсре, то сможет делать это сидя, по пути на работу в общественном транспорте; а если захочет, то сможет ограничиться короткой молитвой. Если же она сомневается, ей следует обратиться с вопросом к раввину. А если в автобусе или поезде существуют особые места, на которых удобно стоять, то она может постоянно молиться стоя (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 17, прим. 15)[5].

    [5]. Мнения авторитетов по поводу обязанности женщин в отношении молитвы были приведены выше, в гл. 2, п.п. 1-5. Я обсуждал эту тему с несколькими раввинами. Рав Дов Лиор склонялся к мнению, что в вышеописанном случае женщине лучше последовать подходу Маген Авраѓама и ограничиться чтением утренних благословений и «Благословений Торы», а рав Рабинович говорил, что ей лучше читать всю молитву сидя.

    13. Если время молитвы застало женщину в пути

    Если женщина постоянно читает шахарит или минху, и время молитвы застало ее, когда она ведет машину, то ей запрещено читать за рулем молитву Шмоне эсре, потому что в таких условиях он не сможет как следует сосредоточиться; кроме того, возникает подозрение на опасность для жизни. Поэтому она должна остановить машину в безопасном месте и только после этого приступить к молитве.

    Но если машину ведет кто-то другой, и водитель или пассажиры торопятся, стремясь добраться до места назначения как можно скорее, то ей следует читать Шмоне эсре сидя. Ведь если водитель остановит машину, чтобы она могла прочесть молитву стоя, то она будет думать о том, как бы закончить молитву поскорее, и это помешает ей сосредоточиться. Поэтому лучше прочитать молитву сидя, ведь, как мы уже говорили (в п. 3), постфактум (бедиавад), если человек прочел Шмоне эсре сидя, заповедь все равно считается исполненной.

    Даже если женщина молится сидя, она должна плотно сдвинуть ноги (см. Мишна брура, 95, 2) и постараться повернуться лицом в сторону Иерусалима (там же, 94, 15), а в тех местах молитвы, где мудрецы постановили кланяться, ей следует немного распрямиться и поклониться, насколько это возможно (см. Шульхан арух, 94, 5; Арух ѓа-шульхан, 18).

    А если женщина едет в автобусе или в поезде, где есть больше места, то, если возможно, ей предпочтительно встать во время Шмоне эсре, если это не помешает ей сосредоточиться при чтении молитвы. Но если ей будет трудно сосредоточиться – либо потому, что автобус или поезд раскачиваются во время движения, либо же потому, что она стесняется других пассажиров, – то ей следует прочесть Шмоне эсре сидя, с плотно сдвинутыми ногами. А если она сможет, то ей нужно будет встать, чтобы поклониться, и сесть снова, а в конце молитвы встать и отступить на три шага назад[4].

    [4]. См. Шульхан арух, 94, 5. Если у молящегося есть выбор во время чтения Шмоне эсре: стоять с расставленными ногами или сидеть со сдвинутыми, лучше стоять. Также представляется, что лучше прочесть амиду стоя и повернувшись лицом в другую сторону, нежели сидя и повернувшись лицом к Иерусалиму (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 17, прим. 13).

    12. До какого момента следует стоять в отдалении

    Отступив на три шага назад, молящийся должен немного постоять, а не возвращаться сразу на прежнее место. О том, кто тут же возвращается на прежнее место, мудрецы говорят, что он подобен псу, который возвращается туда, где его стошнило (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 53а). Это объясняется тем, что если человек, отступив на три шага от Царя, тотчас же возвращается на прежнее место и стоит перед Царем в полном бездействии, – значит, он вообще не осознает, что во время молитвы стоял перед Царем, а отступив на три шага назад, попрощался с Ним. Поэтому такое поведение считается оскорбительным и предосудительным. А некоторые молящиеся только усугубляют свою ошибку тем, что, возвратившись на прежнее место, приподнимаются на носках, как во время кдуши. Это лишено всякого смысла.

    Правильный обычай таков: если женщина, прочитавшая амиду, хочет возвратиться на то место, где она стояла во время молитвы, то ей следует постоять примерно полминуты или минуту, а затем возвратиться на прежнее место. А в случае необходимости, если ей надо возвратиться на прежнее место сразу же, – например, если она мешает в проходе, – то перед этим она должна постоять несколько секунд, столько, сколько нужно, чтобы пройти расстояние в 4 ама (см. Мишна брура, 123, 11; Каф ѓа-хаим, 20). Если же она не хочет возвращаться на прежнее место, то может сразу после чтения отрывка «Да будут желанны Тебе» перейти к другим делам.

    Женщина, которая молится в миньяне, должна, отступив на три шага назад, стоять там, пока кантор не начнет читать кдушу, или хотя бы пока он не приступит к повторению амиды (см. Шульхан арух, 123, 2). По мнению большинства авторитетов, она не должна продолжать стоять со сдвинутыми ногами после того, как прочла фразу: «Устанавливающий мир в высях» (см. Мишна брура, 123, 6; Биур Ѓалаха и Шаар ѓа-циюн, там же). Но есть также мнение, что желательно стоять со сдвинутыми ногами, пока не настанет время возвратиться на прежнее место (см. Кицур Шульхан арух, 18, 13).

    11. Окончание молитвы амида и три шага назад в конце молитвы

    Стих: «Да будут желанны Тебе, Господь, Твердыня моя и Избавитель мой, речения уст моих и помыслы сердца моего!», который мы произносим после благословения мира (Биркат ѓа-шалом), завершает основную часть амиды. После этого читают отрывок «Бог мой, убереги язык мой от злословия». Как мы уже говорили, именно на этом этапе молитвы человек может добавить более длинные личные просьбы – сколько пожелает. Сказал рабби Акива, что когда он молился в одиночку, он посвящал очень много времени личным просьбам после молитвы амида (см. трактат Брахот, 31а).

    После личных просьб следует снова произнести «Да будут желанны Тебе» (Йеѓи рацон), а затем сделать три шага назад, чтобы «попрощаться» с молитвой амида, во время которой мы предстояли перед Всевышним. Сказали наши мудрецы, что если человек в конце молитвы амида не отступает на три шага назад и не произносит: «Устанавливающий мир в высях» (что является символическим актом «прощания» с молитвой), – то лучше бы он вовсе не молился (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йома, 53б). Ведь если он не «попрощался» с амидой, значит, он не понимает, что стоял в молитве перед Самим Царем царей, а это – оскорбление для молитвы.

    Закончив амиду, молящийся должен поклониться так, чтобы у него выступили позвонки (как объяснялось выше, в п. 5), и, не распрямляясь, отступить на три шага назад. После этого, все еще не распрямляясь, следует наклонить голову влево и произнести: «Устанавливающий мир в высях» (Осэ шалом би-мромав), затем наклонить голову вправо и произнести: «Он да ниспошлет мир нам» (Ѓу яасэ шалом алейну), затем поклониться вперед и произнести: «и всему Израилю, возгласим же: амен» (ве-аль коль Исраэль ве-имру амен), после чего выпрямиться. После этого, согласно распространенному обычаю, многие люди читают отрывок «Да будет воля Твоя», в котором говорится о построении Храма. Молитва амида соответствует ежедневной жертве тамид, и потому в конце нее мы просим Всевышнего отстроить Храм, чтобы мы снова могли приносить в нем ежедневную жертву (см. Шульхан арух и Рама, 123, 1).

    Отступая на три шага назад, следует начать с левой ноги, потому что она слабее. Тем самым человек как бы показывает, что расставание с молитвой ему в тягость. Длина каждого шага должна приблизительно равняться длине ступни, поэтому ноги нужно ставить носком к пятке. Точный порядок шагов должен быть таким: сначала нужно сделать маленький шаг назад левой ногой, поставив ее позади правой; затем – более широкий шаг правой ногой, поставив ее позади левой; а после этого – еще один маленький шаг левой ногой, поставив одну ногу рядом с другой. Так молящийся будет стоять со сдвинутыми ногами во время произнесения фразы: «Устанавливающий мир в высях».

    Каждый шаг должен быть не меньше длины ступни, потому что, по мнению некоторых авторитетов (например, Маген Авраѓама), шаг меньшей ширины вовсе не считается шагом. А если молящийся не может отступить назад из-за нехватки места, разрешается отойти в сторону; при этом ширина каждого шага должна составить приблизительно длину ступни («носок к пятке»; см. Арух ѓа-шульхан, 123, 5). А за неимением иного выхода, когда нет достаточно места ни для того, чтобы отступить назад, ни для того, чтобы отойти в сторону, можно положиться на мнение тех авторитетов, которые считают, что шаги могут быть и меньшей ширины. Но шагов в любом случае не должно быть менее трех, чтобы молящийся завершил предстояние перед Царем царей достойным образом (так пишет Баит хадаш; см. также Мишна брура, 123, 14). Запрещено также делать более трех шагов, так как это – проявление высокомерия (см. Шульхан арух, 123, 4; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 17, прим. 9). Не следует также делать слишком большие шаги, чтобы со стороны не казалось, что молящийся хочет отдалиться от Царя (см. Рама, 123, 3; Мишна брура, 16).

    10. Личные просьбы в молитве амида

    Мужи Великого собрания, наделенные глубокой мудростью и пророческим духом, составили молитву, которая включает в себя все стремления и идеалы народа Израиля. Каждое слово амиды написано с величайшей точностью, и все они вместе образуют совершенный текст, с помощью которого каждый еврей может излить душу перед Всевышним в самой возвышенной форме (см. выше, гл. 1, п. 6).

    Тем не менее, если человек захочет прибавить к тексту молитвы личные просьбы, он может сделать это во время чтения тринадцати средних благословений, но это недопустимо при чтении трех первых благословений, призванных восславить Всевышнего, и трех последних благословений, в которых мы благодарим Его. В первые и последние благословения запрещено добавлять личные просьбы, чтобы их общенародное значение не отошло на задний план (см. Шульхан арух, 112, 1 и 119, 1).

    Личные просьбы должны соответствовать теме благословения. Например, если кто-то из близких молящегося болен, он может попросить его выздоровления в благословении «Исцели нас»; если он нуждается в заработке, об этом можно попросить в благословении «Благослови этот год»; если он хочет, чтобы кто-то из близких ему людей репатриировался в Израиль, он может попросить об этом в благословении «собирающий изгнанников народа Твоего». Особый статус в этом смысле имеет благословение «внемлющий молитве», к которому можно прибавить любые просьбы. Ведь поскольку это благословение завершает череду просьб, оно подразумевает все просьбы, которые мы обращаем к Всевышнему в молитве амида. И если человек хочет прибавить личные просьбы, он должен сначала произнести установленный текст благословения, а затем, перед заключительной фразой, добавить свои просьбы.

    По мнению многих авторитетов, если человек добавляет к молитве личные просьбы, это не только не возбраняется, но и всячески поощряется. Ведь личные просьбы, которые человек излагает своими словами, исходят из самой глубины души и пробуждают стремление приблизиться к Всевышнему. Но желательно воздержаться от слишком большого числа личных просьб, даже в благословении «внемлющий молитве», потому что постоянный текст молитвы говорит о нуждах всего народа, и если человек излагает во время молитвы слишком много личных просьб, характер молитвы изменяется. Если же сердце человека склонно к глубокой личной молитве, ее лучше произнести в самом конце амиды, после первого из двух отрывков, начинающихся словами «Да будут желанны Тебе» (Йеѓи рацон). Все, что человек произносит после этого, уже не относится к основной части амиды, установленной мудрецами, но является дополнением к ней, так как считается, что пока молящийся не сделал три шага назад, он все еще стоит в молитве перед Творцом Благословенным (см. Шульхан арух, Орах хаим, 119, 2; Мишна брура, 119, 12).

    Личные просьбы нужно излагать ясно и понятно. Например, если человек молится о чьем-либо выздоровлении, он должен упомянуть больного по имени, а изначально (лехатхила) желательно назвать также имя его отца или матери. Но если больной находится рядом, нет необходимости называть его имя, потому что и так ясно, о ком говорится в молитве (см. Мишна брура, 119, 2).

    09. Порядок благословений в молитве Шмоне эсре

    Молитва Шмоне эсре делится на три части: славословия, просьбы и благодарения. Произнося три первых благословения, мы уподобляемся рабу, славящему своего господина; при чтении средних благословений – рабу, который обращается к господину с просьбами; а при чтении трех последних благословений – рабу, который получил от господина награду и уходит восвояси (см. трактат Брахот, 34а).

    Мы видим это на примере Моше, который начал свою молитву со славословий, а затем перешел к просьбам (см. трактат Брахот, 32а; и см. ниже, гл. 15, п. 3). Если человек не предварит славословия просьбам, его молитва станет похожа на языческий культ, который стремится магическим образом обратить высшие силы на благо человека. Мы же хотим служить Всевышнему и приблизиться к Нему с помощью молитвы, а наши просьбы о благе и изобилии предназначены для того, чтобы мы могли раскрыть Его присутствие в мире. Поэтому, прежде всего, мы должны напомнить себе, перед Кем мы стоим в молитве. Это Бог великий, могущественный и вызывающий трепет, дарующий жизнь и оживляющий мертвых, Бог Святой. Осознав это, мы можем с чистым сердцем обращаться к Нему с просьбами за весь народ Израиля и лично за себя (см. молитвенник Олат Раайя, ч. 1, стр. 14).

    И действительно, тринадцать средних благословений-просьб выражают сокровенные чаяния всего еврейского народа и не касаются личных желаний и потребностей отдельного еврея. Главное предназначение этих просьб – раскрыть Божественное присутствие в мире. На основе этого становится ясно, что и личные просьбы о здоровье и благополучии направлены на то, чтобы мы могли принять участие в исправлении мира. Мы просим Всевышнего о тринадцати видах блага: мудрость, раскаяние, искупление грехов, Избавление, исцеление, материальное благополучие, собирание рассеянных по миру евреев, восстановление суда по законам Торы, уничтожение ненавистников, благословение праведников, построение Иерусалима, возрождение царства дома Давида, и последняя просьба – чтобы наша молитва была принята Небесами благосклонно.

    Мы завершаем молитву Шмоне эсре тремя благословениями общего характера, главным из которых является благодарственное благословение – в нем мы благодарим Всевышнего за дарованную нам жизнь и за благо, которое Он ниспосылает нам каждую секунду. Кроме этого, мы произносим еще два благословения: в первом из них мы просим Всевышнего возобновить храмовое служение, а в последнем молим Его о мире, ведь мир – это та сила, которая объединяет все благословения.

    Здесь следует отметить, что молитва Шмоне эсре («Восемнадцать благословений») на самом деле состоит из девятнадцати благословений. Когда мужи Великого собрания составили текст этой молитвы, в нее входили восемнадцать благословений, но позднее, когда в народе Израиля умножились предатели и доносчики, после возникновения христианства, призывавшего к ненависти и неприятию еврейской веры, мудрецы добавили еще одно благословение, в котором говорится о спасении народа от доносчиков и вероотступников[3].

    [3]. Название «Восемнадцать благословений» сохранилось потому, что оно укоренилось в народе. Мой учитель и наставник, рав Цви-Йеѓуда Кук, благословенна память праведника, объяснял в связи с этим, что восемнадцать первоначальных благословений несут в себе основной смысл молитвы, так как каждое из них имеет самостоятельную ценность, выражающуюся в восхвалении Всевышнего или в благодарности за благо, ниспосылаемое нам, и только добавочное благословение говорит об уничтожении злодеев. И поскольку речь идет о временной необходимости, которая исчезнет вместе с исчезновением злодеев, молитву продолжали называть «Восемнадцать благословений».

    08. Кавана

    Во время молитвы необходима кавана – то есть сосредоточенность и соответствующий душевный настрой. Необходимо вникать в смысл произносимых слов, запрещено отвлекаться на посторонние предметы. А если в голову человеку приходят мысли, не имеющие отношения к молитве, он должен прогнать их и вновь сосредоточиться на словах молитвы. Даже если ему не удается сосредоточиться на каждом слове, нужно постараться вникнуть хотя бы в заключительную фразу каждого благословения. А если и это слишком трудно для молящегося, то ему следует приложить усилия к тому, чтобы сосредоточиться по крайней мере на благословениях Авот («Праотцы») и Модим («Благодарим»), в начале и в конце которых положено кланяться. И самое главное – сосредоточиться на благословении Авот, с которого начинается амида (см. Шульхан арух, 101, 1 и Мишна брура, 1-3).

    Если же молящийся уже прочел амиду, но не смог сосредоточиться на благословении Авот, то, по сути закона, он должен был бы прочесть амиду заново, поскольку кавана при чтении благословения Авот является непременным условием исполнения заповеди амиды. Но поскольку каждое последующее поколение менее благочестиво, чем предыдущее, и способность сосредоточиться во время молитвы слабеет от поколения к поколению, поэтому авторитеты последних поколений постановили, что в таком случае не нужно читать амиду заново, так как существует опасение, что и во второй раз молящийся не сможет сосредоточиться во время благословения Авот, и тогда повторение амиды будет напрасным (см. Рама, 101, 1; Каф ѓа-хаим, 4). Но если женщина знает, что не сможет сосредоточиться даже на благословении Авот, ей лучше вообще не начинать амиду, а исполнить обязанность молитвы, прочитав только утренние благословения[2].

    А если молящийся, дочитывая благословение Авот, заметил, что читал его без должной сосредоточенности, то, пока он не произнес Божественное Имя в заключительной фразе благословения, он может прочесть его заново со слов «Бог Авраѓама» (Элокей Авраѓам), на этот раз сосредоточившись на смысле произносимых слов (так пишет Мишна брура, 101, 4 от имени Хаей адам). Но если он уже произнес Божественное Имя, то хотя бы заключительные слова благословения он должен произнести сосредоточенно; и желательно, чтобы после этого он прочел благословение Авот еще раз про себя, поскольку, по мнению Рамбама, чтение про себя приравнивается к чтению вслух. Но если он уже приступил ко второму благословению и произнес слова: «Ты – Господь, Твое могущество вечно» (Ата гибор), то ему следует продолжать молитву по порядку, при этом стараясь сосредоточиться на последующих благословениях, в особенности на благословении Модим, поскольку некоторые авторитеты говорят, что если человек произнес с необходимой сосредоточенностью благословение Модим, это служит исправлением недостатка каваны при чтении благословения Авот.

    [2]. Мужчине, который уверен, что не сможет сосредоточиться на благословении Авот, тоже не следует читать амиду, как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва, гл. 17, прим. 5. И это тем более относится к женщинам, которые бедиавад могут исполнить обязанность молитвы, прочитав только утренние благословения, как объяснялось выше, в гл. 2, п.п. 4-5. См. также «Молитва», гл. 17, прим. 6. Поздние законоучители объясняют, что на практике, даже если молящийся произнес всю амиду без должной сосредоточенности, он все равно выполнил свою обязанность, потому что его изначальное намерение состояло именно в том, чтобы исполнить заповедь молитвы. И так написано в Шиболей ѓа-лекет (17) от имени ранних законоучителей. А в Каф ѓа-хаим (101, 4) сказано от имени Хесед ла-алафим, что если человек произносит благословения без каваны, они все равно не считаются напрасными. Иными словами, в описанной ситуации заповедь молитвы исполнена, но без должной каваны. По словам мудрецов, для того, чтобы исправить этот недостаток, человек должен повторить молитву. Доказательством мнения поздних законоучителей служит тот факт, что если человек вспомнил посреди амиды, что не сосредоточился во время произнесения первого благословения, он не должен сразу же читать его заново, в отличие, например, от того, кто по ошибке упомянул дождь летом, – в таком случае молящийся должен сразу же произнести благословение заново. На основе этого становится понятно, почему современные авторитеты говорят, что читать заново первое благословение не нужно.

    Если же человек обычно читает первое благословение сосредоточенно, и только один раз прочел его без каваны, но уверен, что во второй раз прочтет его с каваной, – то он вправе прочесть благословение снова с должной сосредоточенностью. При этом желательно поставить условие, что если он, согласно принятому обычаю, не обязан это делать, то эта молитва будет иметь статус добровольной (тфилат недава).

    07. Чтение амиды на других языках

    По сути закона, амиду можно читать в переводе на любой язык (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сота, 32а), но самым лучшим исполнением заповеди считается чтение этой молитвы на иврите – языке, на котором эту молитву составили мужи Великого собрания, на святом языке, с помощью которого был сотворен мир.

    Однако в соответствии с подходом Рифа, только если женщина молится в миньяне, ей разрешено читать амиду на другом языке, поскольку там пребывает Шхина, и поэтому молитва на любом языке будет принята Небесами благосклонно. Но если она молится на другом языке в одиночку, ее молитва не будет принята. Так или иначе, большинство авторитетов придерживается мнения Роша, согласно которому и в одиночку разрешается читать амиду на любом языке, за исключением арамейского. И таков практический закон (см. Шульхан арух, 101, 4, согласно правилу, что если в  Шульхан арух приводятся два мнения, не приписываемых конкретному авторитету, то закон соответствует второму из них; см. также Мишна брура, 18).

    Молитва на иврите имеет еще одно преимущество: даже если молящийся не знает иврита, он все равно исполняет заповедь, если понимает смысл всего лишь первого стиха Шма Исраэль и первого благословения амиды. А если человек молится на любом другом языке, то заповедь ему засчитывается, только если он понимает этот язык (см. Мишна брура, 101, 14 и 124, 2).

    На практике тот, кто не знает иврита, волен решить сам, на каком языке будет молиться. С одной стороны, молитва на знакомом ему языке имеет определенное преимущество, поскольку ему будет легче сосредоточиться; с другой стороны, если он прочтет молитву на иврите, ему зачтется, что он молился на святом языке (см. Биур Ѓалаха, 101, 4; Каф ѓа-хаим, 16).

    Разрешение молиться на других языках действует, только когда у человека нет другого выхода, потому что он не знает иврита. Но запрещено назначать постоянный миньян, в котором молитва проходит на другом языке. Именно в этом заключалась одна из ошибок реформистского движения, чьи последователи перевели молитву на немецкий, и это привело к тому, что их дети и внуки забыли иврит, что, в свою очередь, послужило мощным толчком к отходу от иудаизма и к ассимиляции (см. Хатам софер, Орах хаим, 84, 86; Мишна брура, 101, 13).

    06. Амида – молитва, читаемая шепотом

    Многие законы молитвы выводятся из того, что сказано в Танахе о молитве Ханы, жены Эльканы и матери пророка Шмуэля. Она молила Господа послать ей сына, ее молитва была услышана, и у нее родился сын Шмуэль, величайший из пророков Израиля после Моше рабейну. Вот что сказано в книге Шмуэль 1 (1:13) о ее молитве: «Хана же говорила в сердце своем: только губы ее шевелились, голоса же ее не было слышно». Объясняют мудрецы: «»Говорила в сердце своем» – из этого следует, что молящийся должен настроиться на молитву в сердце своем; «только губы ее шевелились» – из этого следует, что молящийся должен произносить слова молитвы, шевеля губами; «голоса же ее не было слышно» – из этого следует, что запрещено читать молитву громко» (Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 31а).

    Молитва амида призвана помочь человеку выразить перед Господом глубинные чаяния его души, поэтому не подобает читать ее громко, ведь для молящегося это интимное переживание. С другой стороны, обязанность чтения амиды невозможно исполнить, произнеся ее слова лишь мысленно. Это объясняется тем, что любое благое намерение необходимо облечь в практическую форму, свойственную этому миру, чтобы оно могло осуществиться, привнеся в мир исправление. Поэтому даже столь интимная заповедь как молитва должна получить физическое выражение. Мы достигаем этого, шевеля губами при произнесении слов молитвы.

    Что же касается вопроса, как именно нужно читать амиду, то в этом отношении существует несколько разных обычаев. По мнению большинства ѓалахических законоучителей и некоторых каббалистических авторитетов, необходимо, чтобы сам молящийся слышал свой голос; при этом люди, стоящие рядом, слышать его голос не должны (см. Шульхан арух, 101, 2; Мишна брура, 5-6). Большинство же каббалистических авторитетов считает, что молитва амида – это настолько личное, внутреннее переживание, что даже сам молящийся не должен слышать собственного голоса, а только шевелить губами, произнося слова молитвы (см. Каф ѓа-хаим, 101, 8). Каждый человек должен следовать в этом традиции своих отцов либо же читать амиду таким образом, при котором ему легче сосредоточиться.

    Постфактум (бедиавад), даже если молящийся прочел амиду вслух, заповедь все равно считается исполненной. Поэтому, если женщине трудно сосредоточиться на словах молитвы, когда она произносит их шепотом, и рядом с ней нет других молящихся, которым она может помешать, ей разрешено читать амиду вслух (см. Шульхан арух, 101, 2). Но и в этом случае запрещено произносить слова молитвы слишком громко, иначе молящийся может уподобиться лжепророкам, считающим, что их бог туг на ухо, и нужно кричать, чтобы он их услышал (см. трактат Брахот, 24б).

    В некоторых общинах принято в Рош ѓа-Шана и Йом Кипур читать амиду немного громче, чем обычно. И нет опасения, что это может кому-то помешать, потому что в эти дни все читают амиду по молитвеннику (см. Шульхан арух, 101, 3). Но даже в таких местах тот, кто читает амиду шепотом, исполняет заповедь более великолепным образом.

    При чтении всех других фрагментов молитвенной службы – например, Шма Исраэль с сопутствующими благословениями или Псукей де-зимра, которые не являются столь глубокими и личными, как амида, – молящийся должен, по мнению всех авторитетов, слышать свой собственный голос. Постфактум (бедиавад), если человек только шевелил губами, но не слышал собственного голоса, заповедь ему засчитывается, а если он произнес слова мысленно, не шевеля губами, то не засчитывается.

    05. Поклоны во время амиды

    Согласно постановлению мудрецов, во время молитвы амида следует сделать пять поклонов: в начале и в конце благословения «Праотцы» (Авот), в начале и в конце благословения «Благодарим» (Модим), а также в конце амиды, когда молящийся отступает на три шага назад. Мудрецы постановили кланяться при произнесении этих благословений потому, что они являются наиболее важными, поэтому их следует читать с наибольшей сосредоточенностью (см. Шульхан арух, 101, 1; Мишна брура, 3). А если молящийся кланяется в начале или в конце других благословений, нужно объяснить ему, что этого делать не следует, чтобы не изменять постановления, вынесенного мудрецами, и не казаться гордецом, который считает, что он праведнее других. Но разрешено кланяться в середине благословений (см. Шульхан арух, 113, 1; Мишна брура, 2; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 17, прим. 3).

    Следует поклониться на словах: «Благословен Ты» и выпрямиться при произнесении Божественного Имени А-донай. А во время благословения Модим кланяются, когда произносят слова: «Благодарим мы Тебя», и выпрямляются также при произнесении Божественного Имени А-донай (см. Шульхан арух, 113, 7; Мишна брура, 12. О поклоне в конце молитвы см. ниже, п. 11).

    Кланяться следует так низко, чтобы выступили все позвонки. Для этого нужно наклонить голову, пока она не окажется на уровне между сердцем и талией, но не следует склонять голову до пояса, потому что это выглядит как признак высокомерия. Склоняться нужно быстро, чтобы выразить стремление склониться перед Всевышним, а распрямляться медленно, как бы нехотя (см. Шульхан арух, 113, 6). А если молящийся стар или болен, и ему трудно склониться так низко, то он может склонить голову так, как ему не составляет труда (см. там же, 5).

    В отношении того, как именно нужно кланяться, существует два обычая. По ашкеназскому обычаю, на слове Барух («Благословен») нужно согнуть колени, а на слове Ата («Ты») – склониться, пока не выступят позвонки. А во время чтения благословения Модим, в начале которого не произносят слово Барух, нужно склониться сразу, не сгибая перед этим колени (см. Мишна брура, 113, 13; Кицур Шульхан арух, 18, 1).

    У сефардов же принят обычай Аризаля, согласно которому поклон состоит из двух этапов: сначала нужно согнуть тело (не сгибая коленей), а затем склонить голову, а при выпрямлении сначала выпрямить тело, а затем поднять голову (см. Каф ѓа-хаим, 113, 21).

    04. Положение тела и рук при чтении амиды

    Молящийся должен немного наклонить голову, опустив глаза, что является признаком скромности. Он должен представлять себе, будто стоит в Храме, а сердце устремить к Всевышнему (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 105б; Шульхан арух, 95, 2).

    Каббалисты считают, что крайне похвально молиться с закрытыми глазами. Но и тот, кто смотрит в молитвенник, исполняет заповедь амиды изначально (лехатхила). Многие поздние законоучители советуют смотреть во время амиды в молитвенник, так как это помогает сосредоточиться на словах молитвы (см. Мишна брура, 95, 5; Каф ѓа-хаим, 9-10; а также Биур Ѓалаха, где приводятся слова Маамар Мордехай).

    Что же касается положения рук, то Рамбам (в «Законах молитвы», 5, 4) пишет, что следует скрестить руки на груди, правая рука над левой. Эта поза напоминает позу раба, склонившегося перед господином в страхе и трепете. Так написано и в Шульхан арух (95, 3) и в Каванот Аризаля (см. Каф ѓа-хаим, 95, 12). Однако многие законоучители считают, что все зависит от обычая, принятого в данном месте. При Рамбаме действительно было принято стоять перед царями и вельможами в такой позе, а в других местах существовали иные обычаи. Например, в христианских странах было принято при этом складывать руки на груди, а в мусульманских – убирать их за спину. Это был намек на то, что раб как бы лишен рук, если господин не даст добро на то или иное действие (так пишет Маѓари Абуѓав, чье мнение приводится в Бейт Йосеф, а также Мишна брура, 95, 6). Исходя из этого, в наши дни при чтении амиды можно принять позу, о которой пишет Рамбам, а можно просто опустить руки вдоль тела или положить их на подставку для молитвенника (стендер). Все эти позы выражают почтение к Небесам. Но не следует класть руки в карманы или упирать их в бока, потому что в такой позе не принято стоять перед уважаемыми людьми.

    Согласно распространенному обычаю, при чтении амиды принято раскачиваться. Рама (Орах хаим, 48; см. также Мишна брура, 95, 7) пишет, что так следует поступать изначально (лехатхила), поскольку это выражает волнение и трепет, которые должен испытывать молящийся. Кроме того, благодаря этому он задействует все свое тело в молитвенном служении, что соответствует сказанному в стихе (Теѓилим, 35:10): «Все кости мои скажут: Господи, кто подобен Тебе?». В отличие от этого, автор Шней лухот ѓа-брит писал, что во время амиды раскачиваться не следует, – напротив, если молящийся стоит неподвижно, это помогает ему сосредоточиться. Кроме того, по его мнению, раскачивание во время молитвы является знаком неуважения к ней. Если человек станет в присутствии царя раскачиваться всем телом, царь тут же прогонит его с глаз долой, а значит, и во время молитвы не подобает так себя вести. Раскачиваться желательно, когда человек изучает Тору или произносит гимны и славословия, а во время амиды, когда мы предстаем перед Царем царей, нам следует углубиться в себя, и при этом не подобает раскачиваться, а только шевелить губами (см. Шней лухот ѓа-брит, трактат Тамид, Нер мицва). И поскольку каждый из этих обычаев опирается на авторитетные мнения, человек волен выбрать тот из них, который больше помогает ему сосредоточиться. А если человек привык раскачиваться, согласно распространенному обычаю, то ему будет особенно трудно сосредоточиться на словах молитвы, если он перестанет это делать (так пишут Маген Авраѓам; Мишна брура, 48, 5; см. также Каф ѓа-хаим, 48, 7-9).

    03. Во время амиды следует стоять, плотно сдвинув ноги

    Молитву Шмоне эсре следует читать стоя. Эта поза показывает, что человек всем своим существом, душой и телом, исполнен готовности приступить к молитве амида. Кроме того, в этой позе выражается трепет человека, предстающего перед Царем царей. Поэтому во время амиды запрещено опираться или облокачиваться на что-либо, иначе не будет видно, что человек исполнен страха и трепета. В случае крайней необходимости – например, если человек очень слаб и вынужден на что-то опереться, – нужно постараться опереться совсем чуть-чуть, так, чтобы даже если опору вдруг уберут, он все равно удержался бы на ногах. В таком случае считается, что человек молится стоя, даже если его поза не выражает страха и трепета (см. Шульхан арух, 94, 8; Мишна брура, 22).

    Ноги следует сдвинуть так плотно, чтобы казалось, что это одна нога. Раздвинутые ноги символизируют материальное начало человека, как бы намекая на то, что человек гонится за наслаждениями этого мира. Поэтому священники, восходя на храмовый жертвенник, ставили ноги носком к пятке. Аналогичным образом, во время молитвы амида мы плотно сдвигаем ноги. Кроме того, такая поза также выражает, что мы подчиняем Всевышнему всю нашу практическую силу, сосредоточенную в ногах, и показываем, что в данный момент у нас есть только одно желание – стоять перед Ним в молитве. Мудрецы выводят этот закон из сказанного в Писании (Йехезкель, 1:7) про ангелов: «И ноги их – ноги прямые». Это означает, что ноги ангелов сдвинуты так плотно, что кажется, будто у них только одна нога (см. Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 10б; Иерусалимский Талмуд, 1:1; Маѓараль, Нетив ѓа-авода, 6).

    Ступни должны быть сдвинуты по всей длине, так, чтобы они были похожи, насколько это возможно, на одну ступню. Неправильно сдвигать только пятки (так пишут Шульхан арух, 95, 1 и ученики рабейну Йоны). Однако постфактум (бедиавад), если человек прочел амиду с раздвинутыми ногами, заповедь все равно считается исполненной (см. Мишна брура, 1; Каф ѓа-хаим, 2). А если человеку трудно слишком плотно сдвинуть ноги, он должен сдвинуть их настолько, насколько это возможно.

    Если человек болен и не может стоять, он должен читать амиду сидя. А если он не может даже сидеть, ему разрешено читать амиду лежа. (см. Мишна брура, 94, 27: Каф ѓа-хаим, 34).

    Даже если человек вынужден молиться сидя или лежа, он все равно должен постараться сдвинуть ноги как можно плотнее, а также сгибать тело в тех местах молитвы, где по закону положено кланяться. Если молящийся сидит в инвалидном кресле, то по окончании молитвы он должен отъехать немного назад, примерно на расстояние трех шагов, которые принято делать в конце амиды (согласно написанному у Рама, 94, 5).

    02. Молитва в сторону Иерусалима

    Во время произнесения различных благословений и молитв не имеет значения, в какую сторону обращено лицо молящегося. Но когда он предстает перед Владыкой мира в молитве амида, он должен обратиться лицом к Иерусалиму – городу, избранному Всевышним для того, чтобы осенить его Своим присутствием.

    Тот, кто находится за пределами Земли Израиля, должен обратиться в ее сторону. При этом сердце его должно быть устремлено к Иерусалиму, Храмовой горе и месту, где находилась Святая Святых. Тот, кто находится в Земле Израиля, должен повернуться в сторону Иерусалима, и сердце его должно быть устремлено к Храмовой горе и месту Святая Святых. А тот, кто находится в Иерусалиме, должен встать лицом в сторону Храмовой горы, и сердце его должно быть устремлено к месту Святая Святых (см. трактат Брахот, 30а; Шульхан арух, 94, 1).

    Таким образом, если женщина молится у Западной стены Храмовой горы в Иерусалиме (т.н. «Стены Плача»), на женской половине, то во время молитвы амида она должна повернуться немного влево, лицом к тому месту, где был расположен Храм.

    В синагогах принято располагать ковчег со свитками Торы в той стороне зала, которая обращена к Иерусалиму, чтобы во время молитвы прихожане стояли лицом и к ковчегу. Однако заповедь состоит главным образом в том, чтобы молящийся обращался именно к Иерусалиму, поэтому если ковчег со свитками Торы по ошибке или за неимением иного решения расположили на другой стороне зала, то во время амиды молящиеся все равно должны встать лицом к Иерусалиму (см. Мишна брура, 94, 9). Женщина, которая молится в женском приделе синагоги, тоже должна повернуться не в сторону ковчега, а в сторону Иерусалима.

    Если молящийся не знает, в каком направлении расположен Иерусалим, он может встать лицом в любую сторону, устремив свое сердце к Всевышнему (см. Шульхан арух, 94, 3). Даже если впоследствии выяснится, что он ошибся, он не должен читать амиду заново, встав лицом к Иерусалиму[1].

    [1]. Если женщина по ошибке начала читать амиду, повернувшись лицом в другую сторону, а не в сторону Иерусалима, то, согласно сказанному в Мишна брура (94, 10), ей не следует менять направление, так как во время чтения амиды запрещено передвигаться с места на место. И только если она находится в синагоге и ей стыдно при мысли, что подумают о ней другие молящиеся, и это мешает ей сосредоточиться, то она может посреди амиды повернуться в правильную сторону (и см. Каф ѓа-хаим, 94, 7).

    01. Три шага вперед перед началом молитвы амида  

    Во время молитвы амида мы предстаем перед святым Царем царей, благословен Он. Этим она отличается от всех других молитв и благословений: хотя их тоже следует читать, сосредоточившись и настроившись на серьезный лад, они все-таки не находятся на той же ступени, что предстояние перед Самим Царем. Поэтому мудрецы установили в отношении молитвы амида особые законы.

    Для того чтобы выразить наше стремление приблизиться к Богу и предстать перед Ним в молитве, перед началом амиды принято делать три шага вперед (см. Рама, 95, 1). Их необходимо сделать до произнесения стиха: «Господь, раствори уста мои» (А-донай сфатай тифтах), который считается частью амиды, и поэтому уже перед его произнесением следует встать на то место, где человек будет читать молитву.

    Когда женщина идет молиться в синагогу или направляется к тому месту в доме, где она обычно молится, она уже проходит три шага по направлению к месту молитвы, поэтому ей не нужно делать еще три шага перед самой молитвой (так пишет Элия раба). Но есть также мнение, что даже если человек уже прошел какое-то расстояние на пути к месту молитву, и прошло некоторое время с момента прихода на место молитвы до ее начала, ему все равно следует перед амидой отступить на три шага назад, а потом сделать три шага вперед (так пишут, например, Бен Иш Хай, гл. Бешалах, 3 и Каф ѓа-хаим, 95, 7). Лучше всего отступить на три шага назад, немного подождать, а потом сделать три шага вперед, чтобы со стороны не казалось, что человек просто возвращается на прежнее место (таков обычай Маѓариля, см. Мишна брура, 95, 3).

    11. Запрет произносить слова святости при виде обнаженного тела

    Запрещено произносить слова святости при виде обнаженного тела. В Торе (Дварим, 23:15) об этом сказано: «Ибо Господь, Бог твой, ходит среди стана твоего, чтобы избавлять тебя и предавать тебе врагов твоих; пусть же будет стан твой свят, чтобы не увидел Он у тебя чего-либо срамного и не отступил от тебя». Если мужчина видит мужчину, а женщина – женщину, то запрещено произносить слова святости только при виде самых интимных частей тела. Если обнаженная женщина сидит на стуле или на полу, ее интимные места скрыты, поэтому другой женщине разрешено молиться или произносить слова святости рядом с ней (см. Мишна брура, 75, 8).

    С точки зрения законов скромности, женщине не следует ходить или сидеть в обнаженном виде (см. выше, гл. 4, п. 2). Однако в случае необходимости это разрешено, и тогда другой женщине не запрещено произносить рядом с ней слова святости.

    Когда же мужчина видит женщину, в этом случае актуальны слова наших мудрецов (Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 24б): «Срам женщины – если она обнажается хотя бы на тефах». Имеется в виду, что всякую часть тела, которую женщины обычно покрывают одеждой, запрещено обнажать, а если эта часть тела обнажена, то при виде ее мужчине запрещено произносить слова святости (подробности этого закона объясняются в Шульхан арух, Орах хаим, 75, а также в «Жемчужинах Ѓалахи», ч. 2, и в Ликутим, «Законы, связанные с семьей», 6, 3-6).

    И хотя девочек нужно воспитывать в духе скромности с того возраста, когда их начинают приучать к исполнению заповедей, запрет произносить слова святости при виде частей тела, которые принято покрывать одеждой, вступает в силу только тогда, когда девочка начинает взрослеть (см. Ликутим, там же, 6, 7).

    То же самое касается и растущих на голове волос, о которых наши мудрецы сказали: «Волосы женщины – срам» (трактат Брахот, 24а). Они имели в виду замужних женщин – если замужняя женщина не покрыла волосы, то в ее присутствии мужчине запрещено произносить слова святости (законы покрытия волос объясняются в «Жемчужинах Ѓалахи», там же, и в Ликутим, там же, 6, 14-19).

    Если мужчине нужно прочесть молитву, произнести благословения или заняться изучением Торы, но перед ним стоит женщина, чье тело не прикрыто в тех местах, которые обычно принято прикрывать одеждой, то изначально (лехатхила) он должен отвернуться, чтобы ее не видеть. Если же он не может отвернуться, то ему следует смотреть в молитвенник или закрыть глаза, и тогда он сможет произносить слова святости (см. Шульхан арух, 75, 6; Мишна брура, 75, п.п. 1 и 29).

    В отношении же волос некоторые поздние законоучители писали, что поскольку в наши дни многие замужние женщины, к сожалению, не покрывают волос, непокрытые волосы больше не вызывают нескромных мыслей, и постфактум (бедиавад) в присутствии такой женщины разрешается произносить слова святости. Это относится именно к волосам, так как закон в отношении них менее строг, нежели закон в отношении других частей тела, которые принято покрывать одеждой, – ведь согласно Ѓалахе, незамужние женщины не обязаны покрывать волосы; что же касается других частей тела, то в их отношении недопустимо толковать закон менее строго, и только когда у человека нет иного выхода, он может закрыть глаза или смотреть в молитвенник, чтобы не видеть обнаженных частей тела (см. Арух ѓа-шульхан, 75, 7; Бен Иш Хай, гл. Бо, 12; Игрот Моше, ч. 1, 44; и см. «Жемчужины Ѓалахи», там же, и Ликутим, 6, 16).

    Подобно тому, запрещено произносить слова святости в присутствии поющей женщины (см. Шульхан арух, 75, 3). Что же касается женского пения, транслируемого по радио, то, по мнению некоторых поздних законоучителей, при звуках такого пения не запрещено произносить слова святости (см. «Жемчужины Ѓалахи», там же; Ликутим, 6, 11).

    10. Дополнительные законы

    Если женщина сидит или стоит напротив туалета, дверь которого закрыта, и она не ощущает неприятного запаха, то в таком месте разрешено молиться и произносить слова святости. Но если дверь туалета открыта, то запрещено молиться лицом к двери. Если же она стоит к двери задом или боком, и из туалета не исходит неприятного запаха, то молиться и произносить слова святости разрешено (см. Шульхан арух, 83, 1; Мишна брура, 83, 5).

    Порой случается, что канализационный люк, расположенный рядом с домом или синагогой, распространяет неприятный запах, который ощущается внутри помещения. В таком случае продолжать молитву запрещено. Иногда проблему можно решить, закрыв окна, обращенные в сторону этого канализационного люка; если же в помещении все еще остался неприятный запах, то можно побрызгать там освежителем воздуха. Раньше, для того чтобы избавиться от неприятного запаха, в помещении сжигали какую-нибудь ткань (см. Каф ѓа-хаим, 79, 20).

    Законы, связанные с запахом, зависят от привычек, свойственным жителям этого места. Например, раньше зловонные канализационные воды и помои текли по канавам, расположенным по сторонам улиц, и воздух в городах, несомненно, изобиловал неприятными запахами. Тем не менее, люди молились в синагогах и домах, стоящих рядом со сточными канавами. Но поскольку все были привычны к подобным запахам, привычный запах не считался зловонием. И только когда каналы переполнялись, или летом, когда из-за жары зловоние усиливалось, молящиеся начинали обращать на него внимание (см. Мишна брура, 79, 5). А в наши дни сточные воды текут по канализационным трубам, воздух в населенных пунктах чист, и мы более чувствительны к неприятным запахам, поэтому везде, где ощущается зловоние согласно современным меркам, запрещено молиться.

    Подобно тому, в поселках, где имеются коровники, запах, распространяющийся от них и достигающий домов и синагог, не считается неприятным. В городе же подобный запах может считаться зловонием, и там будет запрещено молиться, пока запах не исчезнет. И представляется, что люди, которые гостят в поселках, имеющих коровник, должны вести себя согласно местному обычаю.

    Если человек молится на улице, он должен проследить за тем, чтобы не стоять рядом с мусорными баками, издающими неприятный запах. Но даже когда мусорные баки не издают неприятного запаха, все равно нежелательно читать молитву, если они расположены перед лицом человека. В таком случае следует удалиться от них на расстояние хотя бы в 4 ама.

    09. Закон в отношении младенца  

    Испражнения младенцев менее зловонны, поэтому к ним применяется другой закон. С возраста же, когда ребенок способен съесть ке-заит хлеба или других мучных изделий за время ахилат прас (6-7 минут), от его испражнений следует отдаляться во время молитвы, как от испражнений взрослого (см. Шульхан арух, 81, 1). А некоторые законоучители пишут, что этот закон вступает в силу, когда ребенку исполняется год. Все это касается случаев, когда у человека нет другого выхода; однако изначально (лехатхила) желательно отдаляться во время молитвы даже от испражнений восьмидневного младенца (см. Мишна брура, 81, 3; Каф ѓа-хаим, 1, 6).

    Когда человек молится там, где есть ребенок, которому уже исполнился год, и который испражняется в подгузник, то перед началом молитвы следует убедиться, что подгузник не издает неприятного запаха. Если нет неприятного запаха, около ребенка можно молиться, даже если он справил естественные нужды в подгузник, поскольку его испражнения прикрыты подгузником и одеждой, и если человек не ощущает неприятного запаха, ему разрешено произносить слова святости[2].

    А если, когда женщина читает амиду, ребенок испачкал подгузник и приблизился к ней, и от него исходит неприятный запах, то ей запрещено продолжать молитву. Если там есть другой человек, который может заняться ребенком, то она должна знаками попросить его унести ребенка, чтобы она могла продолжать молиться. Если же такого человека поблизости нет, но ребенка можно посадить в кроватку или манеж, чтобы он поиграл там, пока женщина не закончит амиду, то ей следует поступить таким образом. Но если это невозможно, потому что ребенок плачет и женщина должна быть рядом с ним, то поскольку ей все равно запрещено продолжать молитву, она должна поменять ему подгузник, а после этого совершить омовение рук. Затем она должна постараться как можно скорее возобновить молитву, поскольку, если сделанный ею перерыв будет короче, чем время, за которое она обычно читает всю амиду, она сможет продолжать молитву с того места, на котором остановилась. Если же перерыв длился дольше, чем, по ее оценке, у нее занимает чтение амиды с начала до конца, то ей следует прочитать всю молитву заново (см. Шульхан арух, 104, 5).

    А если ребенок в подгузнике, издающем неприятный запах, приблизился к ней, когда она произносит благословение, то если благословение короткое, она должна отойти от ребенка и закончить его. Если же она читает Биркат ѓа-мазон («Благословение после трапезы»), что занимает больше времени, и у нее нет возможности отдалиться от ребенка или посадить его в манеж, пока она не закончит все четыре благословения Биркат ѓа-мазон, потому что ребенок плачет и его нужно взять на руки, то поскольку ей все равно запрещено продолжать чтение благословений, если она ощущает неприятный запах, исходящий от ребенка, она должна поменять ребенку подгузник, совершить омовение рук, а затем возвратиться к началу благословения, на котором она остановилась (см. Шульхан арух, Орах хаим, 65, 1; Биур Ѓалаха, 183, 6, со слова афилу).

    [2]. Авторитеты расходятся во мнениях по поводу нечистот, находящихся в другом владении или покрытых чем-либо. Общепризнанным является мнение, что везде, куда доносится зловоние, запрещено произносить слова святости. Вопрос заключается в том, существует ли необходимость в дополнение к этому отдалиться на расстояние в 4 ама от того места, где ощущается зловоние. Одни авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона, другие – менее строгого, но большинство склоняется к менее строгому толкованию (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 10). Тот же самый закон относится и к испражнениям младенца, покрытым подгузником и одеждой: если от них все равно исходит запах, то везде, куда он доносится, запрещено произносить слова святости, однако авторитеты спорят, нужно ли отдаляться от места, где ощущается этот запах, на расстояние в 4 ама. Если же запаха испражнений не чувствуется, то от них отдаляться не нужно, и по отношению к ним действует тот же закон, что и по отношению к «покрытым испражнениям» (см. Шульхан арух, 79, 1-2). Следовательно, если от ребенка не исходит неприятный запах, то нет необходимости проверять, чистый ли у него подгузник. И таков общепринятый обычай. И см. Маген Авраѓам, 81, 1, где он придерживается наиболее строгого толкования закона и пишет, что молиться рядом с младенцем запрещено в любом случае. Однако большинство авторитетов не принимает это мнение, как объясняется в Шульхан арух ѓа-рав, 76, 6, и в Каф ѓа-хаим, 81, 7.

    Рав Шломо-Залман Ойербах (в Ѓалихот Шломо, Молитва, 20, 4-5) пишет, что молиться рядом с младенцем разрешено, и нет необходимости проверять перед этим, чистый ли у него подгузник. Однако при этом он добавляет сформулированный им закон: если известно, что у младенца грязный подгузник, то на подгузник распространяется тот же закон, что и на сами испражнения, – даже если он не издает зловония, от него все равно нужно отдалиться на 4 ама, и не следует молиться, если он находится перед глазами даже на расстоянии большем, чем 4 ама. И только если подгузник находится у младенца под одеждой, испражнения, содержащиеся в нем, считаются покрытыми, и если они не издают запаха, то рядом с младенцем разрешено произносить слова святости. А если младенец намочил подгузник, и его моча не издает неприятного запаха, то рядом с ним можно произносить слова святости, даже если поверх подгузника на нем нет никакой одежды. Кроме того, рав Ойербах пишет (там же), что разрешено приносить младенца в синагогу, если на нем надет подгузник, а сверху – одежда, и не нужно опасаться, что, если он испачкает подгузник, с ним нельзя будет оставаться в синагоге.

    08. Каков закон постфактум (бедиавад)

    Если человек прочел Шма Исраэль или помолился в пределах 4 ама от места, где находятся испражнения, то он не исполнил заповедь и должен повторить молитву заново. Даже если он не знал, что там лежат испражнения, но существовала вероятность, что они могут там оказаться, а человек не проверил со всей тщательностью, достаточно ли чисто то место, где он собирается молиться, он не исполнил заповедь молитвы. Если же было трудно предположить, что в этом месте окажутся испражнения, то он исполнил заповедь бедиавад (см. Шульхан арух, 76, 8; Мишна брура, 76, 31 и 81, 13).

    Законоучители расходятся во мнениях по поводу благословений, произносимых перед чтением Шма Исраэль, и всех других благословений, если человек произносит их в пределах 4 ама от места, где лежат испражнения. Есть мнение, что поскольку человек нарушил при этом запрет Торы, он не исполнил заповедь и должен произнести благословения снова (см. Мишна брура, 185, 7 и Биур Ѓалаха, там же). Другие авторитеты говорят, что более строгого толкования закона необходимо придерживаться только в отношении Шма Исраэль и молитвы амида; что же касается остальных благословений, то, даже если человек произнес их в месте, где есть испражнения, постфактум (бедиавад) заповедь все равно считается исполненной (см. Хаей адам, 3, 33; Кицур шульхан арух, 5, 10; Каф ѓа-хаим, 76, 37 и 185, 14). А поскольку речь идет о полемике законоучителей, не нужно произносить благословение заново, согласно правилу: «В случае сомнения, связанного с произнесением благословений, следует придерживаться менее строгого толкования закона», чтобы благословение не оказалось напрасным. Но желательно произнести благословение мысленно, так как некоторые авторитеты (например, Рамбам) говорят, что обязанность благословения можно исполнить, даже если человек произнес его мысленно. С другой стороны, по поводу благословения, произнесенного мысленно, не может возникнуть опасения, что оно напрасное.

    07. В месте молитвы не должно быть испражнений или неприятного запаха

    Запрещено произносить вслух или про себя слова святости там, где находятся испражнения или другие предметы, издающие зловоние. В Торе (Дварим, 23:14-15) об этом сказано: «Кроме оружия твоего должна быть у тебя лопатка; и когда будешь садиться снаружи, покопай ею и опять закрой испражнение твое. Ибо Господь, Бог твой, ходит среди стана твоего, чтобы избавлять тебя и предавать тебе врагов твоих; пусть же будет стан твой свят, чтобы не увидел Он у тебя чего-либо срамного и не отступил от тебя». Этот закон имеет множество деталей; здесь мы упомянем лишь некоторые из них.

    Все, что расположено в радиусе 4 ама (2 м) от человека, считается его «станом». Поэтому если на этой территории есть испражнения, «стан» этого человека не считается святым, и ему запрещено там молиться. А если испражнения находятся прямо перед ним, то ему запрещено молиться, пока он их видит. Если зловоние, издаваемое испражнениями, распространяется и дальше, то от места, где зловоние еще ощущается, следует отойти на расстояние в 4 ама. Даже если человек лишен чувства обоняния, он все равно должен отойти от места, где ощущается зловоние, подобно другим людям, которые его чувствуют (см. Шульхан арух, 79, 1).

    Этот закон касается не только человеческих испражнений, но и всего, что издает зловоние, неприятное людям. Поэтому для того чтобы иметь возможность произносить слова святости, нужно отойти подальше не только от человеческих испражнений, но и от падали, а также от зловонных испражнений животных (см. Мишна брура, 79, 23). Что же касается рвоты, то если она издает неприятный запах, на нее распространяется тот же закон, что и на испражнения, а если она не имеет запаха, то, по мнению некоторых авторитетов, допустимо придерживаться менее строгого толкования закона и не уподоблять ее испражнениям (см. Мишна брура, 76, 20; Ишей Исраэль, 51, 12).

    Если зловоние распространяется на территорию другого владения – например, если неприятный запах из туалета чувствуется в комнате, – то везде, где оно ощущается, запрещено произносить слова святости. А некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и говорят, что даже если неприятный запах распространяется из другого владения, от того места, где зловоние все еще ощущается, следует отдалиться на расстояние в 4 ама. Изначально (лехатхила) нужно учитывать это мнение (см. Мишна брура, 79, 17; Каф ѓа-хаим, 1; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 10).

    06. Молитва на открытом пространстве

    Молитву амида не следует читать на открытом пространстве. Того, кто так поступает, наши мудрецы называют «наглецом» (см. трактат Брахот, 34б). Это объясняется тем, что на открытом пространстве мысли человека «разбегаются», тогда как в закрытом помещении человек проникается трепетом перед Царем царей, и сердце его сокрушается о совершенных грехах (см. Шульхан арух, 90, 5). Кроме того, существует опасение, что если человек будет молиться на открытом пространстве, рядом пройдут люди и помешают ему сосредоточиться. Но если человек находится в пути, он может молиться на открытом пространстве, хотя желательно читать молитву там, где есть деревья (см. Мишна брура, 90, 11). Также предпочтительнее молиться у стены, нежели на совершенно открытом пространстве (см. Эшель Авраѓам ребе из Бучача, 90, 5). Еще лучше молиться во дворе, обнесенном стеной, поскольку самое главное – это стены, а не потолок (см. Мишна брура, 90, 12).

    Исходя из этого, на площади перед Западной Стеной у подножья Храмовой горы в Иерусалиме разрешено молиться изначально (лехатхила), так как эта площадь обнесена стенами с трех сторон. Более того, святость этого места усиливает у молящихся чувство любви к Господу и трепета перед Ним, благодаря чему им проще сосредоточиться на молитве и настроиться на нужный лад. На этом основывался и наш праотец Ицхак, когда читал послеполуденную молитву минха на горе Мория, которая в те времена представляла собой открытое поле. В Торе (Берешит, 24:63) об этом сказано: «Ицхак вышел гулять в поле» (см. также трактат Брахот, 26б; Мидраш Теѓилим, 81).

    Запрещено молиться, стоя перед зданием синагоги, ведь если человек повернется лицом к Иерусалиму, он встанет спиной к синагоге, а если повернется лицом к синагоге, то окажется стоящим спиной к Иерусалиму. Но разрешается читать молитву позади здания синагоги, повернувшись лицом к синагоге и к Иерусалиму. Можно молиться и сбоку от здания синагоги, повернувшись лицом к Иерусалиму (см. Шульхан арух, 90, 7).

    05. Не следует молиться рядом со своим раввином и наставником

    Человеку не следует читать молитву амида в непосредственной близости от своего раввина и наставника, так как со стороны может показаться, будто он приравнивает себя к нему. И, разумеется, запрещено молиться, стоя перед наставником, потому что со стороны это будет выглядеть так, словно человек возносится перед ним. Но не следует стоять во время молитвы и за спиной наставника, поскольку если наставник завершит молитву раньше, чем ученик, он будет сожалеть, что не может отступить на три шага назад, как того требует Ѓалаха по окончании молитвы амида; к тому же, со стороны может показаться, что ученик кланяется учителю (см. Шульхан арух, 90, 24; Мишна брура, 74).

    Разрешено молиться, отойдя от наставника по крайней мере на расстояние в 4 ама (около 2 м). А если человек стоит за спиной своего наставника, то он должен отдалиться от него на 4 ама и еще на дополнительное расстояние, равное ширине трех шагов (около 60 см), чтобы даже если он будет читать молитву амида долго, его наставник мог отступить на три шага назад.

    Кто считается ближайшим раввином и наставником? Тот, от кого человек получил большую часть своих знаний во всех областях Торы. Тот же самый закон распространяется и на величайших раввинов поколения.

    Этот статус относится также к раввину города или поселка (см. Арух ѓа-шульхан, Йоре деа, 242, 29; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 8). Кроме того, есть мнение, что в период, когда человек учится главным образом у какого-то одного раввина, тот тоже считается его ближайшим учителем и наставником, даже если основную часть своих знаний Торы человек получил не от него (см. респонсы Диврей Малкиэль, 2, 74).

    Что же касается жены раввина (рабанит), то запрет молиться рядом с ней действует в одном из двух случаев: 1) если ее муж – известный раввин или один из крупнейших раввинов поколения, и она оказывает мужу широкое содействие в его деятельности; 2) если она сама воспитала множество учениц, и те могут с уверенностью сказать, что большую часть своих знаний Торы они получили от нее; в таком случае ученицы должны относиться к ней как к своей ближайшей наставнице.

    Но есть и мнение, что все это относится только к ситуации, когда ученица сама захотела встать во время молитвы рядом со своей наставницей. Если же старосты синагоги распределили места таким образом, что ученица случайно оказалась рядом с ней, или если это единственное свободное место, оставшееся в женском приделе синагоги, то ученица может там молиться, и это не расценивается как дерзость с ее стороны. В случае необходимости можно положиться на это мнение (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 9). И разумеется, если рабанит сама предложила ученице молиться рядом с ней или не имеет ничего против, то в этом нет никакого запрета и это не считается дерзостью.

    04. Не следует молиться на возвышении

    Стоя в молитве перед Святым, благословен Он, человек должен помнить, что вся его жизнь полностью зависит от Божественной милости. Поэтому человек должен представать перед Ним в скромности. Наши мудрецы сказали об этом (трактат Брахот, 10б): «Человеку не следует вставать во время молитвы ни на стул, ни на табуретку, ни на какое-либо иное возвышение, поскольку пред Господом не может быть возвышения. Об этом сказано (Теѓилим, 130:1): «Из глубин я воззвал к Тебе, Господи»». В Вавилонском Талмуде (трактат Таанит, 23б) рассказывается, что рабби Йона был известен как праведник, чьи молитвы всегда благосклонно принимаются на Небесах. Когда его попросили помолиться о дожде, он спустился в долину, чтобы исполнить сказанное: «Из глубин я воззвал к Тебе, Господи», и молился там, пока его молитва не была услышана, и не пошел дождь. Именно по этой причине в некоторых синагогах принято располагать место для кантора немного ниже уровня, на котором стоят все остальные молящиеся, и потому кантора называют «нисходящий перед ковчегом».

    Общий принцип таков: мудрецы запрещают вставать во время молитвы на предмет, который возвышается над полом на 3 тфахим (24 см) и более. Однако на практике молящиеся не встают даже на более низкое возвышение. У этого есть две причины: 1) даже если человек стоит на табуретке или камне, высота которых составляет всего лишь 1 тефах, он опасается, что может потерять равновесие, и это мешает ему сосредоточиться во время молитвы должным образом; 2) если он стоит на ровном полу на подушке, одеяле или чем-то ином, это вызывает у него ощущение величия, а так не подобает молиться Всевышнему. Но стоя на ковре или циновке, расстеленных на полу, как это делается обычно, разрешено молиться даже изначально (лехатхила). Подобно этому, если человек молится, стоя на неровной поверхности, он не должен следить за тем, чтобы не встать на возвышенное место, если оно не возвышается над остальной поверхностью более чем на 3 тфахим (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 4).

    Больной или старый человек, которому трудно встать с кровати, может молиться, оставаясь на ней, хотя она возвышается над землей.

    Если возвышение является самостоятельной единицей – например, если его площадь превышает 4 на 4 ама (примерно 2 на 2 м), – то на нем можно молиться, так как оно не измеряется в отношении остальной поверхности, а является отдельным местом. Даже если возвышение имеет площадь меньшую, чем 4 на 4 ама, но обнесено перегородкой, оно считается самостоятельной единицей, и на нем можно стоять во время молитвы.

    03. Между молящимся и стеной не должно быть посторонних предметов  

    Тот, кто хочет исполнить заповедь молитвы с особой тщательностью, должен проследить за тем, чтобы когда он читает личную молитву амида, между ним и стеной синагоги не было никаких предметов, которые могли бы отвлечь его от молитвы. А если у стены стоит какая-либо мебель – например, шкаф, – то она не считается препятствием, и разрешено изначально (лехатхила) молиться напротив нее (см. Шульхан арух, 90, 21; Мишна брура, 63, 65).

    Мебель, специально предназначенная для молитвы, – например, столы или стендеры (особые подставки для молитвенников – пер.), – не считается препятствием. Если женщина хочет положить молитвенник на стол, в таком случае стол тоже не считается препятствием. Но если она не пользуется столом во время молитвы, то, дабы исполнить заповедь молитвы наилучшим образом, нужно, чтобы между ней и стеной стола не было (см. Мишна брура, 90, 66; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 6).

    Если между женщиной, читающей молитву, и стеной, стоит другая женщина, которая тоже молится, она не считается препятствием, а если она занимается другими делами, то считается (см. Шульхан арух, Орах хаим, 90, 22; рав Кук, Тув Раайя, Брахот, 5б).

    Не подобает молиться, стоя перед картинами, чтобы они не отвлекали женщину от слов молитвы (см. Шульхан арух, 90, 23). Но если картина висит выше человеческого роста, то молиться рядом с ней разрешено, поскольку нет опасения, что женщина станет рассматривать ее во время молитвы (см. Маген Авраѓам, 90, 37; Мишна брура, 71).

    Запрещено молиться, стоя перед зеркалом, поскольку со стороны кажется, будто женщина, читающая молитву, кланяется собственному отражению. Даже если она закроет глаза, ей все равно запрещено читать молитву перед зеркалом (см. Мишна брура, 71). Изначально (лехатхила) в вечерние часы не следует молиться у окна, в котором женщина отражается, ведь если она станет рассматривать свое отражение, это может отвлечь ее от молитвы. Но если она закроет глаза или будет смотреть в молитвенник, то ей разрешено молиться вечером у окна, поскольку в окне она отражается не так четко, как в зеркале, и со стороны не кажется, будто она кланяется собственному отражению (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 3, прим. 7).

    02. Установление места для молитвы

    Существует заповедь назначить для молитвы особое место. Так поступал наш праотец Авраѓам, о котором в Торе (Берешит, 19:27) сказано: «И встал Авраѓам рано утром к месту, где он стоял перед Господом». Это означает, что у Авраѓама было постоянное место, где он стоял в молитве перед Всевышним. Это особенно важно, когда человек читает молитву амида (как пишет Бен Иш Хай, гл. Микец, 4).

    Установление постоянного места для молитвы показывает, что связь человека со Всевышним абсолютна: все прочие предметы и явления в мире могут измениться, связь же со Всевышним – это самое постоянное и устойчивое, что есть в жизни человека, поэтому подобает, чтобы она осуществлялась каждый раз на том же самом месте. Сказали наши мудрецы: каждому, кто назначает постоянное место для молитвы, Бог Авраѓама приходит на помощь, и этот человек побеждает своих врагов (см. трактат Брахот, 6б и 7б; Маѓараль, Нетив ѓа-авода, гл. 4).

    Мужчина исполняет эту заповедь, выбрав постоянное место для молитвы в синагоге (см. Шульхан арух, 90, 19). А женщина должна назначить постоянное место для молитвы у себя дома и стараться всегда молиться именно там. Если в доме много людей, место для молитвы должно быть расположено таким образом, чтобы женщина могла молиться в уединении и ей никто не мешал (см. Шульхан арух, Орах хаим, 90, 20).

    Молиться нужно в комнате с окном, и изначально (лехатхила) желательно, чтобы окно выходило в сторону Иерусалима. А если женщине будет трудно сосредоточиться на словах молитвы, она сможет вознести глаза к Небесам (см. Шульхан арух, 90, 4; Мишна брура, 90, 8). Но не следует молиться у окна, через которое видна улица, чтобы происходящее на улице не отвлекло женщину от молитвы.

    Если нет возможности молиться в комнате с окном, то для молитвы следует выбрать ярко освещенное помещение, так как некоторые авторитеты объясняют: требование молиться в комнате с окном продиктовано, главным образом, тем соображением, что свет успокаивает молящегося и помогает ему сосредоточиться (так считают, например, ученики рабейну Йоны). Поэтому яркое освещение может в некоторой степени служить заменой окну.

    01. Место молитвы

    Мудрецы постановили, что мужчины должны молиться в синагоге в миньяне, однако на женщин это постановление не распространяется. И хотя нет никакого сомнения в том, что молитва в синагоге в миньяне обладает особым достоинством, потому что общину из десяти евреев осеняет Шхина (Божественное присутствие), а синагога – это место, освященное для молитвы, к тому же, если женщина будет молиться вместе с миньяном, она сможет отвечать амен во время чтения кадиша и повторения кантором молитвы амида, а также примет участие в чтении кдуши и отрывка Модим («Благодарим мы Тебя») и услышит благословение коѓенами общины (Биркат коѓаним), – тем не менее, мудрецы не постановили, что женщины должны молиться в синагоге в миньяне, чтобы не возник конфликт между обязанностью молитвы в миньяне и заботой о семье, так как ценность последней выше (см. выше, гл. 3, п. 2). Тем не менее, как мы уже говорили, обязанность молитвы возлагается также и на женщин, поскольку и они должны просить для себя милости у Всевышнего[1]. Что же касается постановления о молитве в миньяне, то оно не относится к самой сути молитвы, представляющей собой просьбу о милости, а является отдельным требованием, для исполнения которого нужно дополнительное время, и к женщинам это требование не относится (см. выше, гл. 3, п.п. 8-9, в которых говорится о принципиальном различии между мужской и женской молитвой).

    И все же, по субботам и праздникам, когда у женщин больше свободного времени, многие из них приходят молиться в синагогу. Кроме того, некоторые женщины – как правило, пожилые, – не слишком обремененные домашними заботами, приходят в синагогу каждый день, чтобы исполнить заповедь молитвы самым великолепным образом (ле-меѓадрин). Ниже мы объясним подробней, в чем состоит особое достоинство молитвы в синагоге в миньяне (см. гл. 20, п.п. 1-2, и гл. 22, п. 7).

    [1]. Это объяснение соответствует мнению Рамбана, как говорилось выше, в гл. 2, п. 2, прим. 1. Рамбан, как и большинство других авторитетов, считает, что мудрецы обязали женщин читать утреннюю и послеполуденную молитвы (шахарит и минху), хотя это заповедь, исполнение которой ограничено временными рамками, поскольку женщины тоже должны просить Всевышнего о милости. А согласно подходу Рамбама (в соответствии с общепринятым толкованием), заповедь Торы о молитве не ограничена временными рамками и заключается в том, что каждый еврей должен читать ежедневно одну молитву. Эта заповедь Торы обязывает как мужчин, так и женщин, а после того, как мудрецы вынесли постановление о постоянном времени для каждой из трех ежедневных молитв, женщины тоже обязаны молиться во время шахарит или минхи, как объяснялось выше, в гл. 2, п. 3, прим. 2.

    07. Пояс

    Мужчине запрещено произносить слова святости, если на нем нет пояса или ремня, разделяющего сердце и половые органы. Поэтому, если мужчина ходит в длинном восточном халате и без нижнего белья, он должен подпоясаться, когда хочет произнести какие-либо слова святости. Что же касается женщин, то поскольку их интимные органы расположены ниже, они не нуждаются в отделении от сердца. Следовательно, если на женщине надет только халат, ей все равно разрешено произносить слова святости.

    Перед молитвой мужчина должен препоясаться поясом или ремнем. Однако некоторые авторитеты говорят, что для того, чтобы разделить сердце и половые органы, достаточно даже резинки трусов и можно обойтись без ремня. Другое мнение гласит, что перед молитвой мужчине все равно необходимо препоясаться, чтобы подчеркнуть разделение между сердцем и половыми органами (см. Шульхан арух, 91, 2; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п. 3).

    Однако этот закон не относится к женщинам, у которых нет такой обязанности.

    06. Головной убор для женщин

    Женщины покрывают голову не для того, чтобы пробудить в себе трепет перед Небесами. Замужние женщины обязаны покрывать голову из соображений скромности, а незамужние девушки, у которых нет такой обязанности, ходят, в отличие от мужчин, с непокрытой головой. Как представляется, женщинам не нужно покрывать голову, потому что им, по природе своей, легче совершить духовное и нравственное исправление, совершенствуя качества характера. Возможно, такое качество как дерзость перед Небесами более присуще мужчинам, поэтому они должны покрывать голову, дабы унять дерзость и направить силы своей души на служение Всевышнему, тогда как женщины, которые от природы более скромны и застенчивы, в этом не нуждаются.

    И еще можно сказать, что поскольку у женщин вся одежда соответствует требованиям скромности согласно Ѓалахе, их внешний вид в большей степени свидетельствует о том, что они принимают на себя иго Небесного царства. Поэтому они не нуждаются в головном уборе, чтобы показать свое благочестие. С другой стороны, если женщина не будет соблюдать законы скромности, головной убор не решит проблему, потому что нескромный вид – это гораздо более серьезное нарушение. Если женщина не исполняет требования Ѓалахи, тем самым она как бы заявляет, что отказывается подчиняться Божественному слову.

    Тем не менее, некоторые авторитеты говорят, что при упоминании Имени Всевышнего и произнесении благословений даже незамужние девушки должны покрывать голову, потому что в этом нет никакой разницы между мужчинами и женщинами: и те, и другие обязаны покрывать голову при упоминании Божественного Имени (так пишут Иш мацлиах и Яскиль авди). Существует также мнение, что все женщины обязаны покрывать голову хотя бы во время чтения молитвы амида (см. Ябиа омер, ч. 6, 15). Однако на практике незамужние девушки, как правило, не соблюдают это предписание, и даже амиду они читают с непокрытой головой. Это объясняется тем, что мужчины, соблюдая обычай благочестия, ходят с покрытой головой весь день, чтобы пробудить в себе трепет перед Небесами, поэтому они обязаны покрывать голову и при упоминании Божественного Имени; а у незамужних девушек, которые не следуют этому обычаю, он не является выражением трепета перед Небесами, поэтому они не должны соблюдать его даже во время чтения молитвы и благословений.

    Так или иначе, нет никакого сомнения в том, что замужние женщины обязаны покрывать голову во время молитвы, поскольку иначе их одежда не будет соответствовать требованиям скромности, и если они станут читать молитву в таком виде, это будет знаком неуважения к ней. Ведь, как мы уже говорили, пред молитвой человек должен одеться соответствующим ей образом, как подобает тому, кто предстает перед Царем. И само собой разумеется, что одежда, в которой человек молится, должна отвечать ѓалахическим требованиям скромности. Поэтому даже если замужняя женщина, вопреки этим требованиям, ходит с непокрытой головой, она должна надевать головной убор хотя бы во время молитвы.

    Некоторые авторитеты говорят, что замужние женщины обязаны покрывать голову и тогда, когда упоминают Имя Всевышнего, даже если они одни дома и их никто не видит. Но есть и другое мнение: поскольку незамужние девушки не обязаны покрывать голову во время произнесения Божественного Имени, замужние женщины тоже освобождены от этого, потому что их обязанность покрывать голову продиктована исключительно соображениями скромности. И поскольку нет обязанности быть одетой прилично и скромно при произнесении благословений, в отношении замужней женщины действует тот же закон, что и в отношении незамужней девушки, и ей разрешено произносить благословения и читать Шма Исраэль перед отходом ко сну с непокрытой головой[8].

    [8]. По мнению Иш мацлиах (Орах хаим, 24-25) и Яскиль авди (ч. 7, стр. 289), незамужние девушки обязаны покрывать голову во время произнесения благословений. А в Ябиа омер (6, 15) это вопрос рассматривается очень подробно. Автор приходит к выводу: не следует осуждать незамужних девушек, которые произносят благословения с непокрытой головой, но во время молитвы им все-таки следует покрывать голову, согласно постановлению Рамбама. Что же касается замужних женщин, то они должны покрывать голову и во время произнесения благословений, как следует из слов Хесед ла-алафим (2, 8). Здесь заканчивается изложение слов Ябиа омер.

    Однако, согласно общепринятому обычаю, девушки молятся – как в синагоге, так и дома, – с непокрытой головой. Это можно объяснить так: Рамбам написал, что во время молитвы все должны покрывать голову в знак трепета перед Небесами, и разумеется, это необходимо при чтении молитвы амида. Однако для незамужних девушек головной убор не является знаком трепета перед Небесами, поэтому во время амиды они не покрывают голову. Циц Элиэзер (12, 13) тоже выступает в пользу обычая, согласно которому девушки не должны покрывать голову во время молитвы, и напоминает объяснение Хатам Софера: поскольку у нееврейских женщин принято покрывать голову в молитвенном доме, наш обычай должен отличаться.

    Но если замужняя женщина, которая обязана покрывать голову из соображений скромности, во время молитвы не будет одета согласно правилам скромности, которые она обязана соблюдать в присутствии посторонних людей, это будет, без всякого сомнения, считаться неуважением к молитве.

    Но когда она произносит благословения, а это не считается «предстоянием перед царем», то если она не обязана в этот момент покрывать голову из соображений скромности, поскольку она одна в комнате, нет необходимости также в том, чтобы она покрывала голову ради благословений. И хотя некоторые поздние авторитеты пишут, что замужние женщины обязаны покрывать голову, когда произносят благословения, даже если они находятся в полном одиночестве, – тем не менее, на практике многие замужние женщины читают Шма Исраэль и благословение «смежающий глаза мои дремой» (ѓа-мапиль) перед отходом ко сну, не надевая головного убора. И представляется, что этому можно дать объяснение, приведенное мной выше: закон, обязывающий покрывать голову при произнесении благословений, основан на обычае благочестия ходить весь день с покрытой головой. Головной убор пробуждает у человека чувство трепета перед Небесами, поэтому его нужно надевать в том числе и при упоминании Божественного Имени. Однако женщинам, поскольку у них не существует обычая покрывать голову для того, чтобы тем самым пробудить трепет перед Небесами, не нужно покрывать голову и во время произнесения благословений. Такой вывод можно сделать на основе слов Мишны в трактате Хала, 2, 3: «Женщина, будучи нагой, сидит и отделяет халу, [и ей разрешено произнести благословение на отделение халы, несмотря на наготу], поскольку она может сидя прикрыть ногой свое интимное место». В Мишне имеется в виду, что она может произнести благословение, и трудно предположить, что в рассматриваемом случае от нагой женщины требуется, чтобы на ней был головной убор. (На это можно возразить, что тогда был такой обычай [покрывать голову при произнесении благословения на отделение халы]). И я был свидетелем, что рав Шломо-Залман Ойербах вынес такое постановление. При этом он сказал, что обычай женщин покрывать голову при произнесении благословения после окунания в микве не означает, что так следует поступать при произнесении всех благословений. Следовательно, если женщина встает ночью, чтобы пойти в туалет, она не обязана покрывать голову, когда читает благословение ашер яцар. Подобно тому, если замужняя женщина ходит по дому с непокрытой головой (когда там нет посторонних), она не обязана покрывать голову, произнося благословения.

    05. Головной убор для мужчин

    Чтобы ответить на вопрос, обязаны ли женщины покрывать голову, когда они молятся или произносят благословения, нужно сначала выяснить, каков закон по этому поводу в отношении мужчин. В древности некоторые величайшие мудрецы придерживались обычая особо благочестивых людей, согласно которому запрещено проходить расстояние даже в 4 локтя (ама) с непокрытой головой. Так, рав Ѓуна, сын рабби Йеѓошуа, говорил, что он ни разу в жизни не прошел 4 локтя с непокрытой головой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Шабат, 118б). И еще он сказал: «Ведь над моей головой пребывает Шхина – как же я могу ходить с непокрытой головой?» (трактат Кидушин, 31а). В Талмуде также рассказывается (см. трактат Шабат, 156б): когда мать рава Нахмана бар Ицхака узнала, что, согласно звездам, ее сын может стать вором, она стала строго следить за тем, чтобы он не ходил с непокрытой головой, благодаря чему он вырос праведным человеком, свято соблюдающим заповеди Торы. Однажды, когда с его головы упал головной убор, дурное начало одолело его, и он воспылал страстью украсть финики, растущие на верхушке пальмы. И тогда рав Нахман понял, почему его мать всегда заставляла его покрывать голову. С течением времени этот обычай особо благочестивых людей распространился повсеместно, его принял весь народ, и он превратился в обязанность (см. Шульхан арух, Орах хаим, 2, 6).

    Есть мнение, что когда мужчина упоминает Имя Всевышнего и произносит благословения, он в любом случае обязан покрывать голову. Другие авторитеты считают, что такой обязанности не существует, однако, согласно общепринятому обычаю, мужчина должен ходить с покрытой головой весь день, в том числе и тогда, когда он упоминает Имя Всевышнего и произносит благословения. В Шульхан арух (Орах хаим, 91, 3 и 206, 3) приводится практический закон, соответствующий более строгому толкованию закона, согласно которому мужчина обязан покрывать голову при упоминании Имени Всевышнего и произнесении благословений[7].

    [7]. В трактате Софрим, 14, 15, говорится, что, согласно первому из приведенных мнений, разрешено упоминать Имя Всевышнего с непокрытой головой, а другие мудрецы говорят, что запрещено. Рабейну Йерухам и Ор заруа (ч. 2, 43) постановили, что запрещено произносить благословления без головного убора, и такое же постановление выносит Шульхан арух (91, 3 и 206, 3). Однако в Ор заруа написано, что во Франции раввины придерживались обычая произносить благословения без головного убора. А Рамбам («Законы молитвы», гл. 5, 1 и 5) считает, что во время молитвы головной убор необходим, а благословения можно произносить с непокрытой головой. При хадаш (91, 3) и Виленский Гаон (8, 6) также писали, что, по сути закона, во время произнесения благословений покрывать голову необязательно, поскольку из законов чтения утренних благословений (см. трактат Брахот, 60б) становится ясно, что все благословения до «венчающий Израиль славой» (отэр Исраэль) произносятся без головного убора. И так написано в Бейт Йосеф (Орах хаим, 46). Того же мнения придерживаются Рош, Рашба и другие ранние законоучители, которые объясняют, что утренние благословения, приводимые там Гемарой, соответствуют действиям, которые человек выполняет во время утреннего туалета, завершаемого надеванием головного убора. Маѓаршаль в респонсах, в ответе 72, также пишет, что, по сути закона, разрешено упоминать Имя Всевышнего с непокрытой головой. Однако на практике все мужчины придерживаются обычая, согласно которому голову следует покрывать во время произнесения любых слов святости, как постановил Шульхан арух. Более того, во всем народе принят обычай, запрещающий проходить расстояние в 4 локтя или больше того с непокрытой головой (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 3).

    04. Одежда, подобающая молитве

    Хотя изначально (лехатхила) перед молитвой следует надеть подобающую одежду, однако, если женщине слишком сложно переодеться перед молитвой, она может остаться в обычной одежде, если та достаточно прилична. Поэтому, если женщина занята домашней работой и уходом за детьми и у нее нет времени переодеться, ей разрешено молиться в обычной одежде или в красивом халате, в котором она ходит по дому. Любая одежда, в которой она не стесняется открыть входную дверь, считается для нее приличной.

    Не следует молиться в ночной рубашке или пижаме (см. Мишна брура, 91, 11). Однако это разрешено больному, поскольку принято, что больной остается в пижаме даже в присутствии уважаемых людей.

    Во время молитвы не следует оставаться в пальто, сапогах и перчатках, поскольку в таком виде не предстают перед уважаемыми людьми (см. Мишна брура, 91, 12). Но если на улице очень холодно, то разрешено молиться в пальто и перчатках, поскольку в таком случае это не считается неуважением к молитве. А там, где принято ходить в сапогах, можно оставаться в них и во время молитвы.

    В походе девушки и женщины могут молиться в походной одежде, при условии, что она скромная и отвечает требованиям Ѓалахи. И хотя дома эта одежда считалась бы не слишком приличной, в походе она выглядит подобающим образом, и даже если там оказался бы уважаемый человек, девушки не подумали бы, что им нужно переодеться. Поэтому в походе можно молиться в такой одежде, если она скромная[6].

    [6]. У мужчин иногда возникает вопрос, что важнее: переодеться в приличную, подобающую молитве одежду, или успеть помолиться в миньяне. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п.п. 4-5, где говорится, что если речь идет всего лишь о слишком простой одежде, то лучше остаться в ней и помолиться в миньяне, но если она недостойна приличного человека, то перед молитвой необходимо переодеться, и если из-за этого мужчина не успеет помолиться в миньяне, он должен прочитать молитву в одиночку. И см. предыдущее примечание, где объясняется, что для мужчин законы скромности менее строги, чем для женщин. Поэтому у мужчин иногда возникают промежуточные ситуации, когда, например, в походе они надевают шорты, но если до и после похода шорты не считаются для них приличной одеждой, то перед молитвой им следует переодеться. Что же касается женщин, то поскольку они обязаны всегда соблюдать правила скромности, законы в их отношении иные, так как любая скромная одежда подходит для молитвы.

    03. Какая одежда изначально (лехатхила) подобает молитве

    Молитва требует соответствующей подготовки. Человек должен исполниться трепета перед величием Всевышнего и радости от того, что он предстает в молитве перед Царем царей. Это должно выражаться, кроме прочего, и в его одежде, чтобы она подобала человеку, предстающему перед Царем.

    Закон в отношении молитвы амида отличается от закона в отношении всех других слов святости. Когда человек произносит все другие слова святости – например, благословения или Шма Исраэль, – достаточно того, чтобы его тело было покрыто одеждой (см. Шульхан арух, 74, 6). В отношении молитвы закон иной: поскольку во время молитвы человек предстает перед Благословенным Царем, он должен одеться подобающим образом (см. там же, 91, 1). Что же касается женщин, то если они одеты скромно, в соответствии с законами Ѓалахи, им разрешено читать молитву[5].

    Изначально (лехатхила) каждому человеку следует молиться в приличной одежде, чтобы не получилось, что уважение к людям у него преобладает над почтением перед Небесами. Как человеку важно одеться подобающим образом перед встречей с уважаемыми людьми, так (по крайней мере в той же степени, если не больше) ему должно быть важно одеться прилично и перед началом молитвы. И все же, если человек должен единственный раз в жизни предстать перед царем, то он наденет самую нарядную одежду, а если он предстает перед царем ежедневно, то надевает одежду, соответствующую его сану и обязанностям, но не самую нарядную и роскошную. Так и мы: поскольку мы предстаем перед Царем в молитве трижды в день, нам следует одеться подобающим образом, но не в самую нарядную одежду, которую мы надеваем по субботам, праздникам и на торжества, связанные с исполнением заповеди.

    [5]. В отношении мужчин возникает вопрос: что делать мужчине, оказавшемуся в ситуации, когда у него есть только нижнее белье, прикрывающее срамные места, и нет даже одеяла, чтобы покрыть остальное тело? Есть мнение, что поскольку у него нет другого выхода, он должен молиться в таком виде (см. Каф ѓа-хаим, 91, 3). Другие авторитеты считают, что он молиться не должен (см. Биур Ѓалаха, 91, 1). Подробнее этот закон объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п. 4 и прим. 6. Что же касается женщин, то совершенно очевидно, что они не могут молиться в таком виде, поскольку нагота для женщины более постыдна. К тому же, некоторые авторитеты говорят, что женщина может исполнить обязанность молитвы, прочитав только утренние благословения и «Благословения Торы». Но если у нее есть одеяло, то она может прикрыться им и прочитать молитву.

    Следует отметить, что законы в отношении мужчин более сложные, так как заповедь скромности для них не так строга, как для женщин. Поэтому случается, что мужчины ходят большую часть дня в неподобающей уважаемому человеку одежде – например, в шортах и майке, но на молитву им следует одеться подобающим образом, как говорится в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п.п. 4-5. Однако женщины обязаны всегда ходить в скромной одежде, поэтому женская одежда, которую можно носить целый день, подходит и для молитвы.

    02. Необходимость устранять любые помехи во время молитвы

    Во время молитвы амида запрещено держать в руках предмет, если существует опасение, что он может упасть. Это могут быть книга, полная миска, нож, монеты или какая-либо пища. Держать подобные предметы в руках во время молитвы запрещено, потому что мысли человека будут заняты тем, как бы они не упали, и это помешает ему сосредоточиться на молитве должным образом (см. Шульхан арух, 96, 1-2). От этого следует воздерживаться и при чтении других фрагментов молитвы. Изначально (лехатхила) во время молитвы амида не следует держать в руках вообще ничего, ведь если, читая молитву, человек держит в руках что-то ненужное, это выражает неуважение к молитве (см. Мишна брура, 96, 1, 5).

    Изначально (лехатхила) не следует читать молитву амида с рюкзаком за спиной, поскольку в таком виде не принято находиться перед уважаемыми людьми, и тем более это не подобает молитве. Но если человек находится в пути с рюкзаком за спиной, и ему неудобно снимать рюкзак, то он может молиться таким образом, при условии, что рюкзак небольшой, то есть его объем не превышает 4 кава[3] (около 5.5 кг). Если же объем рюкзака превышает 4 кава, то молиться с таким рюкзаком на спине не следует, потому что это может отвлечь человека от молитвы (см. Шульхан арух, 97, 4).

    А если человек держит кошелек или другую ценную вещь и боится выпустить их из рук, чтобы их не украли, и ему некого попросить подержать эти вещи, пока он прочтет молитву, и у него карманов, чтобы положить их туда, то постфактум (бедиавад) предпочтительно, чтобы он держал их в руках во время молитвы, поскольку так он будет меньше беспокоиться (см. Мишна брура, 96, 6; Каф ѓа-хаим, 7). Таков закон и в случае, когда человек несет на спине большой рюкзак и боится, как бы его не украли, если он его снимет. Поскольку у него нет иного выхода, он может молиться с рюкзаком на спине[4].

    Запрещено молиться, держа на руках маленького ребенка, потому что за ним необходимо следить, чтобы он не упал. Кроме того, ребенок отвлекает от молитвы. Даже если ребенок находится в слинге, все равно молиться таким образом считается неуважением к молитве. Но если нет другого выхода, и женщина уверена, что ребенок не помешает ей сосредоточиться на молитве, она может молиться с ребенком, сидящем в слинге. Но если она опасается, что ребенок не даст ей помолиться, то она не должна читать амиду, и ей следует исполнить обязанность молитвы, прочитав только утренние благословения и «Благословения Торы», поскольку их можно читать, держа на руках ребенка.

    [3]. Кав – мера объема, применявшаяся в период Мишны и Талмуда (прим. пер.).

    [4]. Человек, в распоряжении которого имеется автомат или другое оружие, изначально (лехатхила) не должен молиться с ним в руках и заходить с ним в синагогу, так как не подобает молиться о жизни и мире, держа в руках оружие. Но если ему необходимо иметь оружие при себе в целях безопасности, или если он должен следить за тем, чтобы автомат не украли, то он может молиться с автоматом в руках или ремне (см. Циц Элиэзер, 10, 8).

    01. Подготовка души

    Сказали наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, в трактате Брахот, 31а; см. также Шульхан арух, 93, 2): «Представая перед Господом в молитве, человек не должен ощущать в сердце печаль или равнодушие». Молитва возвышает человеческую душу, поэтому человек должен приступать к молитве с радостью от мысли, что ему предстоит возвыситься и приблизиться к Святому, благословен Он.

    И еще сказали мудрецы (там же): «Не следует человеку молиться в потехе…», так как потеха противоречит богобоязненности, а во время молитвы человек должен преисполниться трепета и смирения; «…и не следует разговаривать во время молитвы», поскольку беседа отвлекает человека от мыслей о его внутреннем мире, тогда как молитва должна исходить из самой глубины души; «…и не в легкомыслии, и не болтая о суетном», поскольку в основе молитвы лежит осознание способности человека изменять действительность с помощью произносимых им слов, а если он болтает о суетном, то тем самым показывает, что не ценит собственные слова (см. Олат Раая, ч. 1, стр. 29).

    Полный текст молитвы, который читают мужчины, включает, согласно постановлению мудрецов, радостные фрагменты, произносимые перед молитвой амида, чтобы молящийся мог сосредоточиться и настроиться на спокойный и возвышенный лад. Во время утренней и вечерней молитв перед амидой читают благословение ««Благословен Ты, Господь, освободивший Израиль!»» (Гааль Исраэль), а во время послеполуденной молитвы – отрывок «Счастливы» (Ашрей; см. Шульхан арух, 93, 2). Женщины не обязаны читать эти отрывки, но перед амидой они должны хотя бы повременить несколько секунд – столько, сколько нужно, чтобы пройти расстояние в четыре локтя[1], – дабы настроиться на молитву.

    Благочестивые люди древности исполняли заповедь подготовки к молитве самым великолепным образом: они настраивались на молитву целый час, чтобы проникнуться глубоким волнением и трепетом, прежде чем предстать перед Всевышним (см. трактат Брахот, 30б; Шульхан арух, 93, 1; Мишна брура, 1).

    Если женщина намерена положить монеты для цдаки в домашнюю кассу для пожертвований (купат цдака), то желательно сделать это перед молитвой (см. Шульхан арух, Орах хаим, 92, 10)[2]. Подобно тому, если она намеревается пожертвовать сумму денег на цдаку, то выписать чек или положить его в конверт лучше перед молитвой. Благодаря этому она приступит к молитве с чувством радости от исполнения заповеди. Кроме того, во время молитвы мы просим у Всевышнего милости и милосердия, а потому желательно, чтобы и мы сами проявили милосердие к бедным. А святой Аризаль говорил, что перед молитвой следует сосредоточиться на мыслях о заповеди «И люби ближнего, как самого себя», которая является величайшим принципом Торы. Ведь весь текст молитвы написан во множественном числе, потому что мы молимся не только за себя, но и за весь народ.

    [1]. Локоть (ивр. ама) – древняя мера длины, равная по разным мнениям от 43 до 57.6 см (прим. пер.).

    [2]. Поздние законоучители писали на основе слов Рамбама (см. Аѓават хесед, ч. 1, 1, 14), что если человек хочет пожертвовать на цдаку большую сумму, то лучше, чтобы он сделал множество более мелких пожертвований, чем одно крупное. Однако они имели в виду одноразовую помощь бедным, у которых не было денег даже на еду, и мелкое пожертвование позволяло им купить еду на ближайшую трапезу. Но сегодня нужды бедняков изменились, практически никто не голодает, а организации, предоставляющие помощь бедным, в том числе и горячие обеды, нуждаются в крупных денежных суммах. Поэтому, как представляется, в наше время не стоит разменивать пожертвование на небольшие суммы, так как это усложняет работу синагогальных старост, ведь наша главная цель – это помощь бедным. Следовательно, вместо того чтобы тысяча человек пожертвовали тысяче благотворительных организаций мелкие суммы, лучше, чтобы каждый из них отдал нескольким организациям всю сумму своего пожертвования, тем самым сэкономив огромные силы и средства, которые затрачиваются на сбор пожертвований, – даже несмотря на то, что из-за этого он не может давать цдаку каждый день перед молитвой. Тем не менее, у человека часто остаются мелкие монеты, которые и можно перед молитвой положить в кассу для сбора пожертвований.

    07. Закон в отношении ниды

    Женщина в состоянии ниды обязана читать все молитвы и благословения как обычно, и ей также разрешается изучать Тору, так как словам Торы нечистота не передается. Об этом сказано: «Ведь слово Мое подобно огню, – сказал Господь» (Ирмеяѓу, 23:29). Объясняют наши мудрецы: «Как огонь не принимает скверну, так и слова Торы не принимают скверну» (Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 22а).

    Однако некоторые женщины придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона: в дни ниды они не заходят в синагогу и не касаются свитка Торы. И хотя по сути закона это не запрещено, женщины сами наложили на себя этот запрет в знак уважения к дому молитвы. А согласно общепринятому обычаю, женщины заходят в синагогу в дни ниды, но не смотрят на буквы свитка Торы, когда его поднимают после чтения Торы[5].

    Попутно напомним, что по поводу посещения женщинами кладбища существует несколько обычаев. Есть мнение, что женщинам вообще не следует приходить на кладбище; другие авторитеты говорят, что женщина не должна приходить на кладбище во все дни ниды, пока не окунется в микве; третьи считают, что это запрещено только в дни самого кровотечения; четвертые придерживаются мнения, что это в любом случае разрешено. Некоторые женщины не ходят на кладбище в месяцы беременности, другие не соблюдают это ограничение. Каждая женщина должна придерживаться обычая, принятого в ее семье или в семье мужа. Но даже если женщина придерживается в этом вопросе более строгого толкования закона, в случае необходимости она может последовать менее строгому толкованию. Например, если женщина огорчится, что не может посетить могилу родителей в день окончания тридцатидневного траура или в годовщину их смерти, или если она опасается, что ее отсутствие вызовет отрицательную реакцию, либо же люди поймут, что она находится в состоянии ниды, – то ей разрешено прийти на кладбище. Но при этом она должна постараться не подходить к могилам, если это возможно.

    [5]. На основе сказанного в Бейт Йосеф и у Рама (Орах хаим, 88), а также в Циц Элиэзер (10, 8). А упомянутый мной обычай заходить в синагогу, но не смотреть на свиток Торы, когда его поднимают, приводится в качестве практического закона в Мишна брура, 88, 7. «В дни ниды» – имеется в виду, в дни кровотечения, но не в «семь чистых дней» (шива некиим), как объясняет Рама, там же. А некоторые авторитеты писали, что в дни менструального кровотечения женщина не должна произносить благословения, читать молитвы и заходить в синагогу. Так написано в Арух ѓа-шульхан (88, 2) и в Каф ѓа-хаим (11). Однако на практике, если кровь не издает неприятного запаха, это не запрещено. В Маасе рав (58) Виленский Гаон пишет, что в отношении менструальной крови не следует придерживаться столь же строгого толкования закона, как в отношении мочи, поскольку менструальное кровотечение приравнивается по статусу к любому другому виду кровотечения.

    06. Захмелевший и пьяный

    Во время молитвы сознание человека должно быть абсолютно ясным. В этом мы отличаемся от многих идолопоклонников, которые отправляют свои религиозные культы в состоянии экстаза, находясь под воздействием наркотиков и алкоголя. Мы же обращаемся к Всевышнему с полной сосредоточенностью и глубиной мысли. Именно поэтому Тора запретила коѓенам служить в Храме в нетрезвом состоянии (см. Ваикра, 10:8-11). Из этого наши мудрецы делают вывод, что захмелевшему или пьяному запрещено молиться.

    Захмелевший – это тот, кто находится под слабым влиянием алкоголя, и ему немного трудно сосредоточиться и направить свою мысль, хотя он все еще способен держать речь перед царем. Пьяный же – это тот, кто выпил так много, что уже не может как следует держать речь перед царем.

    Если пьяный по ошибке приступил к молитве амида, он должен немедленно прекратить ее, так как молитва пьяного противна Господу. Даже если он прочел молитву до конца, он все равно не исполнил заповедь молитвы. А если он протрезвел до окончания времени чтения молитвы, то должен прочитать молитву как следует с самого начала (см. Шульхан арух, 99, 1). Но если захмелевший прочел молитву, то постфактум (бедиавад) он исполнил заповедь, поскольку все-таки был способен держать речь перед царем. Подобно тому, если он приступил к молитве и вспомнил, что хмелен, ему следует закончить молитву (см. Элия раба, Каф ѓа-хаим, 99, 2)[4].

    Прочие благословения – такие как благословения при получении удовольствия (биркот неѓенин) или благословение после посещения туалета (ашер яцар) – захмелевший может произносить изначально (лехатхила), а пьяному лехатхила их произносить не следует. Но если пьяный может из-за этого упустить возможность произнести какие-либо благословения, то ему следует их произнести. Например, если он опьянел во время трапезы, ему следует прочитать «Благословение после трапезы» (Биркат ѓа-мазон). А если он посетил туалет, он должен после этого произнести благословение ашер яцар (см. Рама, 99, 1; Мишна брура, 11).

    Если же человек опьянел до такой степени, что не понимает, что происходит вокруг, то он подобен слабоумному и освобожден от исполнения всех заповедей. Даже если он произнес благословение, оно ему не засчитывается (см. Мишна брура, 99, 11).

    [4]. Хотя в отношении мужчин практический закон гласит, что поскольку с течением времени люди стали меньше сосредотачиваться во время молитвы, в наши дни нет необходимости следить за этим слишком строго, и даже если человек немного хмелен, ему можно молиться, особенно если он читает текст по молитвеннику, потому что в таком случае нет опасения, что он перепутает слова молитвы (см. Рама, 92, 3; Мишна брура, 99, 3 и 17; Каф ѓа-хаим, 22), – в отношении женщин в этом вопросе нельзя придерживаться менее строгого толкования закона. Ведь есть мнение, что женщины могут исполнить обязанность молитвы, прочитав за день только одну молитву амида, а некоторые авторитеты говорят, что для этого достаточно даже утренних благословений и «Благословений Торы». В таком случае, зачем женщине молиться в неподходящих для этого условиях? По поводу Шма Исраэль и сопутствующих благословений авторитеты тоже спорят, разрешено ли их читать захмелевшему или пьяному, как объясняется в «Жемчужинах Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п. 11. А поскольку женщина освобождена от чтения Шма Исраэль и сопутствующих благословений, она, разумеется, не должна их читать, если она захмелела или пьяна. Попутно следует напомнить, что пьянство крайне предосудительно, тем более женское, как объясняется в Вавилонском Талмуде, в трактате Ктубот, 65а. Поэтому в отношении женщин, склонных к этому пороку, следует придерживаться более строгого толкования закона.

    05. Если женщине необходимо справить естественную нужду перед произнесением прочих слов святости

    Человеку, который испытывает нужду и не может потерпеть семьдесят две минуты, запрещено не только приступать к молитве, но и произносить благословения, читать Шма Исраэль и учить Тору, поскольку не подобает произносить слова святости, пока тело человека несет в себе скверну. Это правило касается как мужчин, так и женщин. Но в этом отношении существует принципиальная разница между молитвой амида и всеми другими словами святости. Это объясняется тем, что во время молитвы мы как бы предстаем перед Самим Царем, и если человек произносит молитву неподобающим образом, он тем самым позорит Небеса, и его молитва противна Господу. Поэтому, если человек приступает к молитве в состоянии, когда он испытывает нужду и не может потерпеть семьдесят две минуты, его молитва недействительна. Этот принцип не распространяется на все прочие слова святости, поскольку не считается, что, произнося их, человек предстает перед самим Царем, и потому постфактум (бедиавад), если он, испытывая нужду и не будучи способен потерпеть семьдесят две минуты, произнес благословения или прочитал Шма Исраэль, то заповедь считается исполненной (см. Мишна брура, 92, 6; Биур Ѓалаха, со слов афилу бе-диврей Тора; Каф ѓа-хаим, 3).

    Если человек может потерпеть семьдесят две минуты, то, по мнению большинства поздних законоучителей, ему изначально (лехатхила) разрешено произносить благословения и изучать Тору, но некоторые говорят, что прежде ему лучше посетить туалет (см. Мишна брура, 92, 7). Так или иначе, если ему нужно напрячься, чтобы справить нужду, то нет никакого сомнения в том, что он может произносить слова святости, не посетив туалет.

    Если, приступая к изучению Торы, человек не чувствовал, что ему необходимо справить нужду, а во время учения почувствовал это и не может потерпеть семьдесят две минуты, то изначально (лехатхила) он должен пойти в туалет. Но если он не хочет прерывать учение, то, по мнению некоторых авторитетов, он может продолжить его, пока не завершит изучаемую тему (см. Биур Ѓалаха, 92, 2, со слова корэ), а по мнению других авторитетов, он все же должен немедленно оторваться от занятий и пойти в туалет (см. Каф ѓа-хаим, 3, 48).

    А если он преподает Тору, то ему следует закончить урок и только тогда пойти в туалет, так как уважение к человеческому достоинству преобладает над запретом «Не оскверняйте душ ваших», который является постановлением мудрецов (см. Мишна брура, 92, 7). Подобно тому, если во время урока ученик или ученица испытывают слабую нужду, но могут терпеть, то им желательно подождать перемены, а не выходить из класса посреди урока. И если из уважения к уроку Торы авторитеты позволяют придерживаться менее строгого толкования закона в том, что касается нарушения запрета «Не оскверняйте душ ваших», то тем более не следует выходить из класса или входить в него посреди урока, чтобы не мешать учителю.

    04. Если женщине необходимо справить естественную нужду во время молитвы

    Если перед началом молитвы женщина не чувствовала, что ей необходимо справить нужду, но во время молитвы у нее возникла сильная потребность в этом, то поскольку она начала молитву разрешенным образом, ей можно продолжать молитву, пока она способна терпеть.

    И даже если она чувствовала заранее, что ей нужно в туалет, но думала, что может потерпеть 72 минуты, – то хотя изначально (лехатхила) было бы желательно, чтобы она справила нужду до молитвы, однако, если она уже приступила к молитве и вдруг почувствовала, что не может терпеть 72 минуты, ей все равно разрешено закончить молитву, потому что она начала молиться, думая, что сможет потерпеть.

    Если же она больше не может терпеть, ей следует немедленно пойти в туалет. А если из-за этого перерыв в молитве затянется на такое время, за которое она обычно читает всю молитву амида с начала до конца, то она должна прочитать молитву сначала. Если же перерыв был короче, ей нужно продолжить молитву с того места, где она остановилась[3].

    [3]. Если женщине, читающей всю утреннюю молитву полностью, перед началом молитвы не нужно было в туалет, и вдруг она почувствовала, что не может терпеть 72 минуты, и все-таки ей не нужно сдерживаться изо всех сил, а если она пойдет в туалет, то должна будет немного напрячься, чтобы справить нужду, – то поскольку она начала молитву разрешенным образом и способна потерпеть какое-то время, она может завершить ту часть молитвы, на которой сейчас находится. Если потребность справить нужду возникла, когда она читает Псукей де-зимра, ей следует подождать до конца благословения Йиштабах, а затем пойти в туалет. А если это произошло во время чтения благословений, сопровождающих Шма Исраэль, то она должна пойти в туалет, закончив читать благословение или отрывок, на котором находится (см. Мишна брура, 92, 9; Биур Ѓалаха со слова яамид; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 11).

    Если же потребность справить нужду столь сильна, что женщина сдерживается изо всех сил, то она нарушает запрет «Не оскверняйте душ ваших» (см. Рама, 92, 2, на основе сказанного в Шульхан арух ѓа-рав, 3, 11). Если при этом она читает Псукей де-зимра или благословения Шма Исраэль, ей следует немедленно пойти в туалет, потому что запрет прерываться на этих местах не так строг. Но если она читает молитву амида, то поскольку прерывать амиду строго запрещено, а, приступая к амиде, она не чувствовала, что ей нужно в туалет, она должна закончить молитву. И только если она совсем не может терпеть, ей следует пойти в туалет, прервав амиду (см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 12).

    03. Если человеку необходимо справить естественную нужду перед молитвой

    Существует две степени необходимости справить естественную нужду: 1) когда человек не может потерпеть примерно семьдесят две минуты; 2) когда человеку очень нужно в туалет, но он может потерпеть более семидесяти двух минут. Рассмотрим подробней законы, связанные с каждой из них.

    Если человек приступил к молитве, ощущая потребность справить большую нужду, и не может потерпеть семьдесят две минуты, то его молитва противна Господу, и он не исполнил заповедь молитвы и должен прочесть молитву заново после посещения туалета. А если он прочел молитву, не будучи способен потерпеть семьдесят две минуты по малой нужде, то хотя и очевидно, что его молитва не соответствует требованиям Ѓалахи, поздние законоучители все же спорят, считается ли она противной Господу. И поскольку в данном случае возникает сомнение, человек не обязан читать молитву заново, но, если он захочет избежать сомнения, то ему желательно прочесть еще раз добровольную молитву (тфилат недава; см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п. 8, прим. 8).

    Если же он может потерпеть семьдесят две минуты и при этом читать молитву, то поскольку он испытывает не очень сильную нужду, его молитва не считается противной Господу. Так или иначе, изначально (лехатхила), даже если человек может потерпеть семьдесят две минуты, ему все равно не следует читать молитву в таком состоянии. Но если, пока он будет в туалете, он пропустит время молитвы, ему следует приступить к молитве немедленно, чтобы не упустить окончательно возможность исполнить заповедь молитвы (см. Шульхан арух, 92, 1; Мишна брура, 92, 5).

    Способность терпеть нужду индивидуальна для каждого человека. А если перед началом молитвы человек думал, что сможет вытерпеть семьдесят две минуты, но после молитвы понял, что ошибся и больше терпеть не может, то поскольку, когда он приступал к молитве, он думал, что может терпеть, его молитва не считается противной Господу (см. Биур Ѓалаха, 92, 1, со слов шиур парса)[2].

    [2]. Ранние законоучители расходятся во мнениях в отношении человека, который может потерпеть семьдесят две минуты: ученики рабейну Йоны, Рамбам и Рош считают, что и в таком состоянии человеку не следует приступать к молитве, и так постановляет Шульхан арух (92, 1). Но если человек ощущает совсем слабую нужду, то он может, если хочет, последовать менее строгому толкованию закона. В особенности это касается людей, которые постоянно ощущают слабую нужду. А если человек должен напрячься, чтобы справить нужду, то, по мнению некоторых авторитетов, он вообще не нарушает запрет: «Не оскверняйте душ ваших» (Ваикра, 11:43) и может приступать к молитве. Однако, как я написал выше, изначально (лехатхила), прежде чем приступить к молитве, человеку следует посетить туалет и проверить, не нужно ли ему справить нужду, как объясняется в Вавилонском Талмуде, в трактате Брахот, 15а, и в Шульхан арух, 2, 6. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 9.

    02. Подготовка тела к молитве амида

    Сказали наши мудрецы: «Если человеку необходимо справить естественную нужду, малую или большую, то ему не следует до этого приступать к молитве» (трактат Брахот, 23а). Это объясняется тем, что если человек вынужден терпеть, это отвлекает его от молитвы; кроме того, человеку не подобает представать в молитве перед Всевышним, если его тело осквернено содержащимися в нем испражнениями. Даже если человек сомневается, нужно ли ему в туалет, наши мудрецы говорят, что изначально (лехатхила), прежде чем приступить к молитве, человек обязан проверить, не нужно ли ему справить естественную нужду (см. трактат Брахот, 15а). Эти слова мудрецов основаны на стихе (Амос, 4:12): «Готовься к встрече Бога твоего»; кроме того, сказано (Коѓелет, 4:17): «Следи, как ступаешь, идя в дом Божий» – имеется в виду, что человек должен следить за тем, чтобы, приступая к молитве, он не испытывал потребности справить естественную нужду.

    Если у человека насморк, то ему следует высморкаться перед началом молитвы, чтобы не пришлось делать это во время молитвы. А если он чувствует, что ему необходимо откашляться, это тоже нужно сделать перед молитвой, чтобы во время молитвы это ему не мешало (см. Шульхан арух, 92, 3). Если же он вынужден высморкаться во время молитвы, то следует сделать это самым тактичным образом. Если человек зевает во время молитвы, следует прикрыть рот рукой. Во время молитвы человек должен строго следить за тем, чтобы не выказать неуважение к Небесам, поэтому в час молитвы запрещено все, что считается нетактичным по отношению к людям (см. Шульхан арух, 97, 1-2).

    01. Омовение рук

    Перед молитвой женщина должна очистить свое тело, поэтому прежде чем приступить к молитве, ей заповедано совершать омовение рук. Однако закон разграничивает ситуацию, когда женщина знает, что ее руки нечисты, и ситуацию, когда ей это неизвестно и она просто хочет их омыть.

    Если она знает, что ее руки нечисты, – например, если она была в туалете или касалась мест своего тела, которые обычно прикрыты одеждой и нечисты от выделившегося пота, – то она обязана омыть руки перед молитвой. Изначально (лехатхила) желательно омыть руки из сосуда, как перед трапезой, а постфактум (бедиавад), если она совершила омовение рук без сосуда, то исполнила заповедь подготовки к молитве, потому что главная цель омовения – очистить руки перед молитвой.

    Если же поблизости нет воды, то ей следует пройти расстояние до одной мили (960 м), чтобы совершить омовение рук перед молитвой. Но если воды нет и на таком расстоянии, или же вода есть, но из-за этого женщина пропустит время молитвы, то ей следует вместо омовения потереть руки о песок или о свою одежду, чтобы устранить с них нечистоту, и тогда она может молиться (см. Шульхан арух, 92, 4; Мишна брура, 92, 20; «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, п. 2, прим. 1)[1].

    [1]. Если человек находится в пути и знает, что на расстоянии четырех миль (около 4 км) от него есть вода, то ему следует направиться туда, омыть руки и лишь затем приступить к молитве. В Шульхан арух (92, 7) написано: «Нечистые места – это такие места на теле, которые обычно прикрыты одеждой, и на них выделяется пот; руки также оскверняются, если человек чесал голову». Имеется в виду, что человек чесал голову у самых корней волос; если же он только дотронулся до волос сверху, то ему не нужно омывать руки (см. Шульхан арух ѓа-рав и Мишна брура, 162, 58 и 164, 10). А если женщина знает, что ее волосы чистые, – например, если она их недавно помыла, – то, по мнению некоторых поздних законоучителей, она не должна совершать омовение рук, даже если касалась кожи у самых корней волос (так пишет Циц Элиэзер, ч. 7, 2, 14). На это мнение можно положиться, если женщина чувствует, что голова чистая после мытья. А если волосы покрыты, то пот скапливается на них быстрее. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 2.

    Поздние законоучители расходятся во мнениях по поводу того, должна ли женщина совершать омовение рук, если она касалась других мест своего тела, обычно прикрытых одеждой, но ее тело чистое и на нем нет пота. Ребе из Бучача в Эшель Авраѓам (4, 21) придерживается в этом вопросе более строгого толкования закона, а в Ябиа омер (5, 1, 4-5) приводятся постановления авторитетов в пользу менее строгого толкования.

    Прикосновение к выделениям из уха или носа считается прикосновением к нечистым местам тела, как пишет Рама, 92, 7. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Молитва, гл. 5, прим. 2.

    Что же касается изучения Торы и произнесения благословений, то если женщина касалась тех мест своего тела, которые обычно прикрыты одеждой, она может постфактум (бедиавад) потереть руки об одежду, после чего изучать Тору или произносить благословения, как объясняется в Шульхан арух, 4, 23, и в Мишна брура, 4, 61.

    Параграфы в главе

    Жемчужины Ѓалахи We use cookies to ensure the website functions properly and improve user experience. You can choose which types of cookies to enable.
    Cookie Selection


    Privacy Policy

    Книги: