Жемчужины Ѓалахи

Языки

Жемчужины Ѓалахи » צוות האתר » Страница 15

צוות האתר

01. Правила, связанные с запретом пользоваться результатами работы, выполненной в субботу

Тора запрещает нам выполнять созидательную работу (мелаха) в субботу. Мудрецы добавили «ограду» вокруг этой заповеди Торы, запретив извлекать выгоду из результатов работы, выполненной в субботу. Это объясняется тем, что в субботу не подобает извлекать выгоду из ее нарушения. И не имеет значения, была ли запрещенная работа выполнена по ошибке или преднамеренно – так или иначе, любому еврею запрещено пользоваться ее результатами в течение всей субботы. А некоторые авторитеты считают, что если запрещенная работа была выполнена по ошибке, то пользоваться ее результатами разрешено, и есть люди, которые полагаются на это мнение в случае крайней необходимости (как объясняется в следующем пункте).

На исходе же субботы любому еврею разрешается пользоваться результатами этой работы, за исключением того еврея, который выполнил ее в субботу преднамеренно, – ему запрещено пользоваться ее результатами когда бы то ни было (см. Шульхан арух, 318, 1; как объясняется ниже, в п. 7).

А если запрещенную работу выполнил маленький ребенок, и если он сделал это ради взрослого человека, то результатами этой работы запрещено пользоваться как в течение всей этой субботы, так и на исходе субботы, пока не пройдет время, необходимое для выполнения этой работы. Если же ребенок выполнил запрещенную работу для себя самого, то взрослому разрешается пользоваться ее результатами даже в саму эту субботу (см. выше, гл. 24, п. 4).

А если запрещенную работу выполнил нееврей ради нужд еврея, то ее результатами запрещено пользоваться, пока суббота не окончится, и с момента ее окончания не пройдет столько времени, сколько необходимо для выполнения этой работы. Это объясняется тем, что еврей не должен пользоваться результатами запрещенной работы, выполненной в субботу, и извлекать выгоду из чего-либо, что совершил в субботу нееврей (см. выше, гл. 25, п. 1, прим. 2). Но если нееврей выполнил эту работу для самого себя, то еврею разрешается в субботу пользоваться ее результатами (см. выше, гл. 25, п. 2). В некоторых случаях разрешено намеком попросить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу. Законы, связанные с этим, объяснялись выше (в гл. 25, п. 3). А ради исполнения заповеди или для того, чтобы предотвратить сильный дискомфорт или ущерб, законоучители разрешают просить нееврея в субботу выполнить работу, запрещенную постановлением мудрецов (см. гл. 25, п. 4).

09. Деловое партнерство, акции, банк

Если еврей и нееврей являются деловыми партнерами, имеющими общее предприятие или магазин, то им следует перед заключением договора о партнерстве условиться между собой, что в субботу их общее дело будет переходить под ответственность нееврея, и все доходы от этого дня будут принадлежать ему, а доходы от одного из будних дней будут полностью принадлежать еврею, тогда как все остальные дни они разделят между собой поровну. Все это верно при условии, что они в самом деле ведут учет ежедневных доходов, согласно которому можно вычислить долю нееврея и еврея. Если же доходы от каждого дня имеют более или менее одинаковый объем, или если вообще невозможно подсчитать ежедневный доход, то партнеры могут разделить все доходы поровну между собой, исходя из предположения, что доходы от каждого дня равноценны, и тогда получается, что каждый из партнеров получает доход и от того дня, когда дело полностью переходит под его ответственность (см. Шульхан арух, 245, 1; Шульхан арух ѓа-рав, 5; Мишна брура, 5-6; Игрот Моше, Орах хаим, 2, 65)^[13].

Разумеется, все это верно лишь тогда, когда не возникает опасения, что сторонние наблюдатели могут подумать, будто нееврей работает у еврея в субботу в качестве наемного рабочего, и им известно, что еврей и нееврей являются партнерами, или же что для работы такого рода, как правило, нанимают издольщиков^[14].

Разрешено покупать акции компании, которой управляют неевреи, и которая работает в том числе и по субботам, потому что неевреи в этой компании работают в субботу ради своей собственной выгоды, а еврей при этом получает попутную выгоду (см. Шульхан арух, 245, 4). Даже если существует вероятность, что в этой компании работают по субботам евреи в нарушение субботних законов, тот, кто покупает акции, не несет за это ответственность, поскольку еврей, работающий в субботу, все равно не соблюдает субботние законы, и покупка акций не способствует прямым образом тому, что он нарушает субботу (см. выше, прим. 10). Но если директорами компании являются евреи, или если основную работу в ней выполняют евреи, нарушая законы субботы, то человек, покупающий акции этой компании, способствует нарушению субботы, и потому акции такой компании покупать запрещено^[15].

Если банк, который принадлежит евреям, имеет клиентов-неевреев, то его владельцы могут договориться с неевреями-владельцами другого банка, что их банк будет выполнять по субботам все операции, необходимые для неевреев-клиентов первого банка. В таком случае не будет считаться, что второй банк работает в субботу ради евреев, ведь поскольку он имеет доход от каждой выполненной операции, он работает ради своей собственной выгоды^[16].

[13]. Если же в самом начале партнерства не было поставлено условие, что еврей будет работать самостоятельно в один из будних дней, а нееврей – в субботу, то когда они будут делить доходы, еврею нельзя говорить нееврею: возьми себе доходы за субботу, а я возьму доходы от одного из будних дней, поскольку в противном случае получится, что нееврей работал в субботу по поручению еврея, так как благодаря этому еврей получил в полном объеме доходы одного из будних дней. Если же они хотят разделить доходы между собой поровну, не отмечая, что еврей работал за нееврея в один из будних дней, то, по мнению Рамбама и Шульхан арух (245, 1), это запрещено, а по мнению Роша, разрешено, и такого же мнения придерживается Рама в случае, когда это необходимо, чтобы предотвратить значительный ущерб.

Все вышесказанное касается партнерства, по условиям которого оба партнера не работают вместе одновременно, и поэтому если нееврей работает в субботу, получая дополнительные доходы сверх того, что партнеры делят между собой поровну, то получается, что он работает как бы по поручению еврея. Но если партнеры работают вместе, и нееврей хочет работать в субботу один, то еврею разрешено делить с ним доходы, поскольку в таком случае нееврей рассматривается как издольщик – ведь поскольку он работает за свою половину доходов, не считается, что он работает по поручению еврея (см. Рама, 245, 1; Мишна брура, 9-11).

Если в субботу товарооборот магазина вдвое больше, чем в обычный день, то партнерам следует изначально договориться, что доходы от субботы будут принадлежать нееврею, а еврей будет вместо этого брать себе доходы от двух других дней.

[14]. Если невозможно предать широкой огласке, что нееврей является издольщиком или выполняет подрядную работу, то, согласно тому, что пишет рав Моше Шик (Орах хаим, 97), если нееврей будет иметь даже малую долю в общем деле как издольщик или на условиях подряда, то уже нет опасения, что будет нарушен запрет марит аин. Так написано от имени рава Йосефа-Шалома Эльяшива в Орхот шабат (23, прим. 376). Однако в Орхот шабат в том же самом месте сказано, что это правило действует лишь в случае, если ради успешного функционирования дела нет необходимости в том, чтобы нееврей работал в субботу. Но, как мы уже говорили в прим. 11, многие авторитеты не согласны с этим, и в случае необходимости можно положиться на их мнение. Если же человеку грозит большой убыток, то, по мнениям всех авторитетов, разрешается придерживаться менее строгого толкования закона, как объясняется в прим. 9.

[15]. См. Минхат Ицхак (3, 1 и 3, 31, 2). А в Ялкут Йосеф (ч. 2, стр. 130) сказано, что разрешается, следуя менее строгому толкованию закона, покупать акции компании, которая принадлежит евреям и работает по субботам, при условии, что акции будут куплены уже после того, как они уже вошли в продажу. Ведь эта компания все равно работает в субботу, и, купив ее акции, человек не способствует продолжению ее работы. Но запрещено покупать первые выпущенные акции; несмотря на то, что и без этого компания продолжит работать в субботу, человек, купивший такие акции, способствует нарушению субботы. Здесь заканчивается изложение слов Ялкут Йосеф. А по моему скромному мнению, представляется, что и в отношении акций, уже бывших в продаже, следует придерживаться более строгого толкования закона, поскольку владельцы акций в некоторой степени имеют долю в доходах компании, и если компания принадлежит евреям, то владелец акций участвует в нарушении субботы. Но так или иначе, в случае крайней необходимости можно привести в качестве дополнительного довода мнение тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования закона.

Если человек дал указание продать или купить для него акции, когда они достигнут определенного курса, то нет запрета, чтобы нееврей сделал это для него в субботу, ведь поскольку акции могли достичь этого курса в любой день, еврей не требовал, чтобы для него работали именно в субботу, и брокеры-неевреи работают в субботу не ради него, а ради процентов, которые они сами зарабатывают.

[16]. Нет запрета получать ежедневный процент от вклада, данного банку взаем (согласно ѓалахическому разрешению на ведение дел, называемому ѓетер иска) за деньги, лежащие в банке. И хотя при этом человек получает проценты и за субботу, это не расценивается как денежное вознаграждение, полученное в субботу, поскольку в банке дни отсчитываются с полудня, и проценты, начисляемые за субботу, включаются в проценты, начисляемые в часы до начала субботу и после ее окончания (и см. выше, гл. 22, п. 14, прим. 11). Если еврей подписывает согласие на прямое платежное поручение (ѓораат кева) согласно нееврейской дате в банке, которым владеют неевреи, и в тот или иной месяц дата платежа выпадает на субботу, то ему желательно сообщить банку, что точная дата платежа не имеет для него значения, и он согласен, чтобы платеж был произведен в пятницу или в воскресенье, и тогда, если платеж все-таки будет произведен в субботу, это будет продиктовано соображениями самого банка, а не интересами еврея.

08. Нееврей, нанятый на подрядную работу

Вышесказанное (в п. 6) – что запрещено нанимать работников-нееврев, чтобы они работали в субботу – относится именно к наемным рабочим; если же речь идет о подрядной работе, это не запрещено. Согласно условиям подряда, работник обязуется выполнить ту или иную работу в определенное время за установленную заранее сумму денег. В таком случае не имеет значения, в какие именно дни он работает, – если он закончит работу в условленный срок, то получит всю установленную сумму. И поскольку нееврей имеет возможность выполнить всю работу, даже не работая в субботу, то если он и будет работать в субботу, это не является нарушением запрета, несмотря на то, что еврей извлекает из этого выгоду, поскольку таким образом нееврей завершает работу в более ранние сроки. Ведь нееврей работал для самого себя, чтобы закончить свою работу поскорее.

Например, еврей может договориться с неевреем, что тот сошьет ему одежду или обувь за условленную сумму денег, и если нееврей станет работать в субботу, это не будет нарушением запрета. Но еврею запрещено просить нееврея в пятницу, накануне субботы, чтобы тот сшил ему одежду или обувь до окончания субботы – ведь поскольку нееврею придется работать в субботу, чтобы успеть закончить работу вовремя, считается, что еврей попросил нееврея работать в субботу.

На основе вышеописанного принципа, еврей может накануне субботы оставить свой автомобиль в авторемонтной мастерской, принадлежащей нееврею, хотя и знает, что нееврей, возможно, будет чинить автомобиль в субботу. Ведь поскольку нееврей выполняет подрядную работу за принятую в таких случаях сумму денег, и еврей не просил его работать именно в субботу, не считается, что в таком случае нееврей работает для еврея. Даже если на исходе субботы нееврей сообщит еврею, что закончил чинить его автомобиль, еврей может забрать автомобиль из мастерской и пользоваться им. Но запрещено договариваться с владельцем мастерской, что работа будет завершена к такому сроку, который обяжет его работать в субботу, потому что в таком случае считается, что нееврей будет работать ради еврея в субботу (см. Шульхан арух, 244, 1; Мишна брура, 2)^[11].

Разрешение поручать нееврею подрядную работу, даже если он будет выполнять ее в субботу, действует только в случае, когда со стороны не видно, что работа выполняется для еврея. Если же очевидно, что нееврей выполняет работу для еврея, – например, если нееврей работает в доме еврея, – то запрещено давать нееврею работать в субботу, так как это будет нарушением запрета марит аин. Поэтому наши мудрецы говорят: если еврей нанимает подрядчика-нееврея, чтобы тот построил ему дом, то он не должен соглашаться, чтобы подрядчик работал в субботу, поскольку в противном случае сторонние наблюдатели могут заподозрить владельца дома в том, что он, в нарушение закона, нанял нееврейского работника для работы в субботу (см. Шульхан арух, 244, 1). А в наши дни, когда дома чаще всего строят на договорной основе, на первый взгляд, можно следовать менее строгому толкованию закона, поскольку сторонние наблюдатели подумают, что рабочие-неевреи наняты подрядчиком-неевреем, и нет опасения, что будет нарушен запрет марит аин. Однако на практике принято следовать более строгому толкованию, согласно мнению тех авторитетов, которые считают, что даже в таком случае сторонние наблюдатели могут заподозрить владельца дома в том, что дом ему строят наемные рабочие (так считает, например, Ран). Кроме того, возникает опасение, что евреи, которым известно, что их дома строятся в субботу, станут приходить на стройплощадку, чтобы проследить за ходом работ, и тем самым нарушат субботу. Но в случае крайней необходимости, когда существует опасение, что если нееврейские рабочие не будут работать в субботу, все строительство пропадет впустую, разрешается придерживаться менее строгого толкования закона согласно постановлению ѓалахического авторитета^[12].

[11]. Таково мнение Маген Авраѓам (307, 4); Турей заѓав (3), Шульхан арух ѓа-рав (252, 4), Мишна брура (247, 4; 252, 15); Орхот шабат (23, 173). Однако по мнению Бейт Йосеф (307, 3), пока еврей не попросил нееврея открытым текстом работать в субботу, нееврею разрешено выполнять подрядную работу, даже если он будет обязан работать в субботу, чтобы закончить ее вовремя. Так пишут Минхат коѓен (1, 4), Бейт Йеѓуда (1, 44), Рав пеалим (2, 43), Яхаве даат (3, 17). В случае необходимости – например, если еврею очень нужен его автомобиль в воскресенье – можно положиться на мнение этих авторитетов.

Если невозможно установить заранее цену, которую нужно будет заплатить за работу, – например, если еврей оставляет автомобиль в авторемонтной мастерской, и неизвестно, в какой именно починке нуждается автомобиль, – то в случае, если стороны договариваются о цене, общепринятой в таких случаях, или если они решили, что достигнут договоренности относительно цены, то поскольку нееврей знает, что получит справедливую плату, считается, что он выполняет подрядную работу. Но если он не уверен, что получит плату, принятую в таких случаях, хотя и не сомневается в том, что получит по крайней мере какую-то сумму, то считается, что он работает ради еврея, и тогда запрещено, чтобы он работал в субботу (см. Шульхан арух, 247, 2; Биур Ѓалаха, 252, 2, со слов им кацац). Даже если нееврей предложил выполнить работу бесплатно, все равно считается, что он выполняет подрядную работу, так как рассчитывает на какое-либо вознаграждение. А если еврей попросил выполнить работу бесплатно, и нееврей согласился, то, по мнению Шульхан арух (247, 4), это тоже считается подрядной работой, и разрешено, чтобы при этом нееврей работал в субботу, а по мнению Рама, в таком случае желательно придерживаться более строгого толкования закона.

[12]. По мнению Рамбама, Роша, Рамбана и других авторитетов, если нееврей получил от еврея подрядную работу, то ему можно работать по субботам, и только если в данном месте принято, что подобные работы чаще всего выполняются наемными рабочими, это запрещено, так как является нарушением запрета марит аин, чтобы люди не подумали, что наемные рабочие трудятся ради еврея в субботу (см. Шульхан арух, 243, 1, и Биур Ѓалаха, со слова ше-кен). А по мнению Рана и его последователей, даже если в данном месте принято сдавать нееврею поле на обработку согласно договоренности, все равно запрещено, чтобы нееврей работал в субботу. Ведь поскольку нееврей, работающий по договоренности, не получает в качестве вознаграждения часть урожая, как это происходит в случае, если речь идет об издольщике, его статус похож на статус наемного поденного рабочего, и существует опасение, что в конце концов и наемным поденным рабочим тоже по ошибке разрешат работать в субботу. По мнению Рана, в субботу запрещено и строить дом согласно условиям подряда. И хотя некоторые ранние законоучители придерживаются того же мнения, что и Ран, практический закон соответствует менее строгому толкованию. И такое постановление выносят Шульхан арух и Рама, 244, 1. Таково же мнение Нода бе-Йеѓуда и рабби Акивы Эйгера (кроме того, некоторые ранние законоучители считают, что даже там, где чаще всего принято пользоваться труом наемных работников, разрешается сдавать нееврею поле на условиях подряда, поскольку сторонние наблюдатели подумают, что он издольщик. А рабейну Там считает, что работнику-нееврею, выполняющему подрядную работу, разрешено работать в субботу даже в доме у еврея). И хотя на практике принято учитывать мнение Рана и не полагаться на менее строгое толкование закона относительно строительства дома в субботу на условиях подряда, в случае крайней необходимости по указанию раввина разрешается придерживаться менее строгого толкования; и см. написанное в Мишна брура (244, 13) в связи со строительством синагоги в месте, где существует опасение, что если работы не будут продолжаться в субботу, все строительство остановится. Подобным же образом, в случае необходимости авторитеты, следуя менее строгому толкованию закона, разрешают, чтобы подрядчики-неевреи продолжали по субботам строительство еврейских домов в Иудее и Самарии, когда существует опасение, что строительство будет прекращено. И см. Биур Ѓалаха (244, 1, со слов о ликцор) и Игрот Моше (Орах хаим, 3, 35). В Ялкут Йосеф (244, 1) написано, что если еврей договорился с подрядчиком-неевреем, что тот за несколько дней уберет строительный мусор, и подрядчик пришел в субботу, чтобы выполнить эту работу, не нужно ему препятствовать, ведь поскольку подобные работы как правило являются подрядными, нет опасения, что это будет нарушением запрета марит аин.

07. Запрет марит аин [8] и содействие нарушению субботы

Все вышесказанное – что еврею разрешается сдавать магазин или предприятие в аренду нееврею или делать нееврея издольщиком – касается ситуации, когда нет опасения, что при этом будет нарушен запрет марит аин. Но если общеизвестно, что эти предприятия принадлежат еврею, и люди, увидев, что они открыты по субботам, могут подумать, что еврей нанял рабочих, дабы те работали на него в субботу, – то в таком случае еврею запрещено сдавать принадлежащие ему предприятия в аренду нееврею или делать его издольщиком.

Именно это имели в виду наши мудрецы, когда сказали, что еврею запрещено сдавать в аренду нееврею принадлежащую ему баню или делать нееврея издольщиком. Дело в том, что бани обслуживали работники, нанимаемые на один день, и если кто-то видел, что баня, принадлежащая еврею, работает в субботу, то он подозревал владельца бани в том, что тот нарушил субботу, наняв работников, и возникало опасение, что ѓалахическая «ограда», окружающая субботу, будет нарушена, и другие евреи также станут нанимать нееврейских работников в субботу. Но если было общеизвестно, что еврей сдает свою баню в аренду нееврею, то это разрешалось. Подобным же образом, если в каком-либо месте было принято делать нееврея издольщиком, это тоже было разрешено (см. Шульхан арух, 243, 1-2)^[9].

Тот же самый закон действует и в отношении магазина: если общеизвестно, что он принадлежит еврею, то запрещено сдавать его в аренду нееврею, чтобы тот открывал его в субботу, так как это является нарушением запрета марит аин. Но если будет общеизвестно, что магазин был сдан в аренду нееврею, то магазин можно открывать в субботу.

Даже когда существует опасение, что евреи, нарушающие субботу, придут делать покупки в этот магазин, нет запрета сдавать магазин в аренду нееврею, поскольку евреи, нарушающие субботу, могут купить то, что им нужно, и в других магазинах, и поэтому не считается, что еврей, которому принадлежит этот магазин, оказывает им содействие в совершении греха. Но если большинство покупателей, которые придут в этот магазин в субботу, будут евреями, из-за чего ѓалахическая «ограда», окружающая субботу, будет нарушена, то в таком случае запрещено сдавать магазин в аренду нееврею, если тот станет открывать его по субботам (см. Циц Элиэзер, 13, 39)^[10].

[8]. Марит аин (букв. «видение глазом») – ѓалахический принцип, согласно которому нам запрещены любые действия, которые сами по себе не являются нарушением какого-либо запрета, однако сторонним наблюдателям может показаться, что, совершая их, мы нарушаем закон Ѓалахи (прим. пер.).

[9]. Мудрецы спорят с этим мнением и говорят, что если работа выполняется за границами субботнего предела (тхум шабат), то нет опасения, что будет нарушен запрет марит аин (см. Шульхан арух, 244, 1). Следует также знать, что крупные предприятия, которые понесут большой убыток, если не будут работать по субботам, можно сдавать нееврею в качестве издольщика, даже если известно, что этими предприятиями владеет еврей. И даже разрешается приобретать подобные предприятия, изначально имея такое намерение (см. Шульхан арух, 244, 6). Можно придерживаться менее строгого толкования закона даже тогда, когда это необходимо, чтобы не упустить крупный доход (см. Игрот Моше, Орах хаим, 4, 53). Кроме того, разрешается сдать предприятие в аренду нееврею на все субботы года (см. Рама, там же); при этом желательно сдать его за несколько часов до начала субботы, чтобы арендная плата за субботу стала частью арендной платы за будние часы (см. Биур Ѓалаха, там же, со слова де-бемаком, и Мишна брура, 243, 16). Можно также добавить, что в отношении крупных предприятий существует меньшая вероятность, что будет нарушен запрет марит аин, потому что широко известно, как именно ведутся в них дела. На первый взгляд, марит аин является запретом, наложенным на уже существующий запрет мудрецов: ведь запрет просить нееврея выполнить запрещенную работу – это постановление мудрецов, почему же тогда в случае, если еврей не просит нееврея выполнить работу, это все равно запрещено из опасения, что будет нарушен запрет марит аин? Однако При мегадим (см. Мишбецот заѓав, 244, 1) объясняет, что запрет просить нееврея выполнить работу основан на стихе Торы, и потому в этом отношении принято придерживаться более строгого толкования закона.

[10]. На основе этого некоторые авторитеты разрешают давать работу нееврею, имеющему еврейских рабочих, которые, возможно, будут выполнять эту работу в субботу. Это объясняется тем, что они и без того нарушали бы субботу, и потому это не является нарушением запрета Торы (Ваикра, 19:14): «Пред слепым не клади преткновения» (здесь подразумевается запрет вынуждать человека совершить грех – пер.). Если бы человек давал им работу в саму субботу, то считалось бы, что он содействует совершению греха, но если он предоставляет им работу перед началом субботы, то тем самым он не нарушает запрет содействия греху. На основе того же принципа Маѓаршам (2, 184) разрешает сдавать квартиру в аренду евреям, которые нарушают субботу. Но если большинство покупателей магазина – евреи, которые будут нарушать субботние запреты, то это запрещено, как пишет Циц Элиэзер (13, 39). И представляется, что следует придерживаться более строгого толкования закона в ситуации, когда в результате этого ѓалахическая «ограда», окружающая субботу, будет нарушена.

06. Наемный рабочий, издольщик и арендатор в поле и на промышленном предприятии

Еврею запрещено нанимать рабочих, чтобы они работали на него в субботу, поскольку все, что еврею нельзя делать в субботу самому, ему запрещено и просить нееврея сделать для него. Исходя из этого, еврею запрещено нанимать нееврея, чтобы в субботу тот работал на него в поле, на промышленном предприятии или в магазине. Но разрешается нанимать нееврея, чтобы тот помог еврею подавать на стол еду и мыть посуду, ведь поскольку эти действия разрешены в субботу, разрешено и просить нееврея выполнить их (и нет необходимости, чтобы вознаграждение, полученное неевреем за работу, выполненную в субботу, было частью вознаграждения за работу в будни; см. Теѓила ле-Давид, 243, 1; Шмират шабат ке-ѓилхата, 28, 63. И см. выше, гл. 22, п. 14).

Если же нееврей выполнил работу для еврея в субботу, то еврею запрещено пользоваться ее результатами в саму эту субботу, а также на ее исходе, пока не пройдет время, необходимое для выполнения этой работы разрешенным способом. А если работа, которую нееврей выполнил для еврея в субботу, была выставлена на всеобщее обозрение – например, если она была связана со строительством дома, – то, согласно постановлению мудрецов, еврею навсегда запрещено жить в этом доме, но он может продать его другому еврею (в случае же крайней необходимости можно следовать менее строгому толкованию закона, согласно которому еврею разрешается жить в доме, который нееврей построил для него в субботу. И см. Шульхан арух, 244, 3-4; 225, 14; Мишна брура, 244, 19-20; 325, 73).

Все это касается наемных рабочих; если же нееврей является издольщиком на поле, принадлежащем еврею, – то есть если нееврей полностью берет на себя ответственность за обработку этого поля и получает в качестве вознаграждения часть урожая, – то ему разрешается обрабатывать это поле в субботу, ведь поскольку он имеет долю в доходах с этого поля, считается, что он работает для себя самого.

Подобным же образом, еврею, владеющему предприятием или магазином, разрешено дать возможность нееврею работать там в субботу, при том, что этот нееврей будет получать в качестве вознаграждения проценты с доходов. И хотя еврей получает доход в результате того, что нееврей работает в субботу на его предприятии, но поскольку нееврей тоже имеет с этого доход, не считается, что он работает для еврея, и еврею разрешается получать проценты с дохода, образовавшегося благодаря тому, что нееврей работает в субботу^[7].

Еврею, имеющему поле, предприятие или магазин за пределами Земли Израиля, разрешается сдавать их в аренду нееврею за постоянную арендную плату, с тем, чтобы нееврей работал там и в субботу. Ведь поскольку еврей в любом случае получает причитающуюся ему арендную плату, нееврей работает в субботу только для самого себя. Это разрешено при условии, что еврей не станет сдавать магазин в аренду только по субботам, так как в противном случае получится, что он заинтересован в том, чтобы нееврей работал в субботу. Следует сдать магазин в аренду на неделю, месяц или год, и тогда арендная плата за субботу станет частью общей платы за весь период.

[7]. В респонсах Нода бе-Йеѓуда (1, 29) говорится, что это разрешено, даже если нееврей является наемным работником и получает небольшую прибавку к зарплате за каждую успешную сделку, потому что и в таком случае считается, что он работает для самого себя. Именно так следует поступать владельцам промышленных предприятий и компаний по телемаркетингу: они должны предоставлять своим работникам-неевреям небольшие бонусы за каждую успешную сделку, и тогда будет считаться, что неевреи работают ради самих себя. А Хатам софер (Орах хаим, 59) пишет, что предоставляемые при этом бонусы должны быть значительными, потому что в противном случае главные усилия работники-неевреи будут прилагать ради зарплаты, которую они получают от работодателя-еврея.

05. Разрешение просить нееврея выполнить запрещенную работу ради больного или ради человека, испытывающего сильный дискомфорт(включение кондиционера в субботу)

Запрет, установленный мудрецами, просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу, действует только в обычной ситуации, тогда как ради больного разрешается просить нееврея выполнить любую работу, даже запрещенную Торой. Это касается больного, чья болезнь не несет в себе опасности для жизни; если же человек болен опасной болезнью, то и еврей обязан нарушить субботу, чтобы спасти его, поскольку спасение жизни (пикуах нефеш) преобладает над субботними запретами (см. Шульхан арух, 325, 17). Законы, относящиеся к больному, будут подробно разъяснены ниже, в п.п. 27-28.

Ребенок, который остро нуждается в чем-либо, рассматривается с точки зрения Ѓалахи как неопасно больной, и в субботу разрешается просить нееврея выполнить ради него работу, даже запрещенную Торой. Исходя из этого, можно попросить нееврея сварить в субботу еду для ребенка, если ребенка нечем кормить. Подобным же образом, можно попросить нееврея включить свет в доме, где есть маленькие дети, которые очень боятся темноты (см. Рама, 276, 1 и Мишна брура, 6; Рама, 328, 17; выше, гл. 24, п. 6).

В холодных странах Европы существовала постоянная проблема отопления в доме в субботу. Дома отапливались печами, которые топили углем или дровами, и до утра печи, как правило, гасли. А поскольку при таком холоде, который царит в этих странах зимой, все люди считаются как бы «больными», авторитеты разрешили просить у неевреев приходить в еврейские дома каждую субботу утром и растапливать печь (см. Шульхан арух, 276, 5). Этих неевреев называли «субботними гоями» (шабес гой). Но в наши дни, когда мы имеем возможность включить перед началом субботы печки, которые работают на электричестве или на газе и не выключаются в субботу, разрешение постоянно прибегать к услугам «субботнего гоя» не действует. И только если печка случайно выключилась, а на улице очень холодно, можно попросить нееврея включить печку, даже если в доме нет маленьких детей. А если в доме есть дети, которые очень нуждаются в тепле, то даже в не очень холодную погоду можно попросить нееврея включить печку (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 23, 28 и прим. 87).

В субботу разрешено просить нееврея выполнить работу, запрещенную Торой, только ради нужд больного, но не ради человека, испытывающего сильный дискомфорт. Что же касается работы, запрещенной постановлением мудрецов, то нееврея можно попросить выполнить такую работу ради человека, который испытывает сильный дискомфорт. А некоторые авторитеты на основании этого утверждают, что в жаркий день можно попросить нееврея включить кондиционер. Это объясняется тем, что, по их мнению, включение кондиционера запрещено лишь постановлением мудрецов, а значит, ради исполнения заповеди субботнего наслаждения, дабы избежать сильного дискомфорта, можно попросить нееврея включить кондиционер. Но поскольку некоторые авторитеты считают, что включение кондиционера в субботу запрещено Торой (см. выше, гл. 17, п. 2), желательно попросить нееврея, чтобы он включил кондиционер иным способом, чем обычно (бе-шинуй), – например, нажимая на кнопки пульта чайной ложкой (и тогда получится, что речь идет о нарушении двойного запрета мудрецов – швут де-швут).

Если же после включения кондиционера в комнате стало слишком холодно, то можно попросить нееврея выключить кондиционер. При этом желательно сказать ему, что в помещении стало чересчур холодно, и это послужит намеком в повествовательной форме, из которого нееврей сам поймет, что нужно выключить кондиционер. А если он не поймет намека, то можно попросить его открытым текстом выключить кондиционер^[6].

[6]. В Иерусалимском Талмуде (трактат Санѓедрин, 10:5) и в Тосафот (к трактату Ктубот, 30а, со слова ѓа-коль) объясняется, что страдания, которые человек испытывает от зноя, тяжелее страданий, которые он испытывает от холода, однако зной, в отличие от холода, не приводит к болезням. И поэтому, если человек испытывает страдания от зноя, то мудрецы разрешают ему попросить нееврея нарушить запрет, установленный мудрецами, но не запрет Торы. И согласно мнению всех авторитетов, которые считают, что включение в субботу электроприборов, не имеющих спирали накаливания, является лишь нарушением запрета, установленного мудрецами, получается, что если еврей просит нееврея включить такой прибор, он нарушает двойной запрет мудрецов (швут де-швут), и это разрешено в ситуации, когда еврей испытывает сильный дискомфорт, а тем более, если это связано с заповедью субботнего наслаждения. Так написано в Шмират шабат ке-ѓилхата (13, 39). Однако согласно мнению тех авторитетов, которые считают, что включение любых электроприборов в субботу запрещено Торой (см. выше, гл. 17, п. 2), получается, что если еврей попросит нееврея в субботу включить кондиционер, то он нарушит один запрет мудрецов (швут), а потому желательно попросить его включить кондиционер иным способом, чем обычно (бе-шинуй), и тогда это будет швут де-швут по всем мнениям. Если же нееврею не удается включить кондиционер иным способом, чем обычно, то он может включить его, как обычно, поскольку когда речь идет о запрете, установленном мудрецами (а именно таков запрет просить нееврея выполнить запрещенную работу), можно положиться на мнение тех авторитетов, которые считают, что включение кондиционера в субботу запрещено лишь постановлением мудрецов. К этому можно добавить и мнение Ѓа-итур, который придерживается менее строгого толкования закона и разрешает ради исполнения заповеди просить нееврея выполнить даже работу, запрещенную Торой (как объясняется выше, в гл. 9, п. 11). Что же касается выключения кондиционера, то оно, согласно всем мнениям, запрещено лишь постановлением мудрецов, и потому разрешено просить об этом нееврея, так как это нарушение двойного запрета мудрецов (швут де-швут) ради исполнения заповеди субботнего наслаждения и для того чтобы избежать значительного дискомфорта. Именно на этом основании в Игрот Моше (Орах хаим, 3, 42) сказано, что в субботу можно попросить нееврея выключить кондиционер в синагоге, чтобы молящиеся не ушли из нее.

04. Ради исполнения заповеди или в случае крайней необходимости

Ради исполнения заповеди или в случае крайней необходимости, чтобы предотвратить сильный дискомфорт или убыток, мудрецы разрешают просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу постановлением мудрецов. Такой запрет называется швут де-швут (то есть запрет, состоящий из двух запретов, установленных мудрецами): 1) сама работа запрещена лишь постановлением мудрецов; 2) запрет просить нееврея выполнить эту работу тоже является постановлением мудрецов. Но нельзя просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу Торой, даже ради исполнения заповеди. Только ради исполнения заповеди заселения Земли Израиля или в крайнем случае ради исполнения заповеди, необходимой для множества людей, мудрецы разрешают просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу Торой. Подобным же образом, если еврею грозит очень большой убыток, то мудрецы разрешают просить нееврея выполнить работу, запрещенную Торой, поскольку опасаются, что если они не дадут такого разрешения, то еврей с отчаяния нарушит субботу, выполнив эту работу сам. Все эти законы объясняются подробно выше (см. гл. 9, п.п. 11-12; гл. 16, п. 5, прим. 1).

Приведем несколько примеров, иллюстрирующих это разрешение мудрецов. Разрешено просить нееврея снять с дерева шофар, необходимый для трубления в Рош ѓа-Шана, поскольку в субботу запрещено дотрагиваться до дерева согласно постановлению мудрецов (см. Шульхан арух, 307, 5; выше, гл. 19, п. 7). Подобным же образом, разрешено просить нееврея принести вино для кидуша, или принести в синагогу молитвенник, пронеся эти предметы по территории, имеющей статус кармелит, по которой в субботу запрещено переносить предметы согласно постановлению мудрецов (см. Мишна брура, 325, 60; выше, гл. 21, п. 3). Разрешается также просить нееврея пронести по территории, имеющей статус кармелит, блюда, составляющие основу трапезы, потому что с их помощью евреи исполняют заповедь субботнего наслаждения, но запрещено просить принести блюда, которые не являются основой трапезы (см. Мишна брура, 325, 62).

Подобным же образом, разрешается просить нееврея перенести предмет, имеющий статус мукце, чтобы предотвратить убыток. Например, в субботу можно попросить нееврея собрать деньги, рассыпавшиеся по земле, чтобы они не потерялись или их кто-нибудь не украл. Разрешается также попросить нееврея занести мешки с цементом в дом, чтобы они не намокли под дождем и цемент не испортился (см. Мишна брура, 307, 19 и 69).

Если в доме скрипит дверь и мешает людям спать, то можно попросить нееврея смазать ее петли маслом, поскольку запрет мазать маслом дверные петли в субботу является постановлением мудрецов, ведь дверью можно пользоваться и без этого. Подобным же образом, если в комнату залетели комары, которые не дают человеку заснуть, то можно попросить нееврея побрызгать на них специальным средством, убивающим комаров, ведь если человек убивает комаров не для того, чтобы воспользоваться ими, это запрещено только постановлением мудрецов (см. выше, гл. 20, п. 8).

Даже когда возникает сомнение, запрещено ли то или иное действие Торой или постановлением мудрецов, разрешается просить нееврея выполнить это действие ради исполнения заповеди или в случае крайней необходимости, ведь поскольку открытая просьба, обращенная к нееврею, запрещена только постановлением мудрецов, здесь применимо правило: «В случае сомнения, связанного с запретом, установленным мудрецами, следует придерживаться менее строгого толкования закона».

Если в субботу в синагоге или в доме учения погас свет, то можно попросить нееврея включить свет вновь иным способом, чем обычно (бе-шинуй), поскольку зажигание света иным способом, чем обычно, запрещено лишь постановлением мудрецов. Если же нееврей не может включить свет иным способом, чем обычно, то в случае крайней необходимости, ради исполнения заповеди, нужной для множества людей, можно попросить его включить свет обычным способом. А если есть такая возможность, то желательно угостить нееврея чем-нибудь в этом помещении, чтобы он включил свет для самого себя, ведь в таком случае включение света разрешено даже просто так, не ради исполнения заповеди.

03. Каким образом можно воспользоваться результатами работы, выполненной в субботу неевреем для еврея

Если в доме горел слабый свет, при котором можно с трудом устроить трапезу, убрать дом и помыть посуду, но невозможно читать книгу, и туда пришел нееврей и зажег дополнительный свет, то еврею разрешается при этом свете проводить трапезу, наводить порядок в доме и мыть посуду, но запрещено читать. Иными словами, еврею разрешено делать при более ярком свете все, что можно было делать и до того, как нееврей включил дополнительный свет, но запрещено делать то, что было невозможно делать при тусклом свете (см. Шульхан арух, 276, 4; Мишна брура, 32).

А если в комнате горел свет, но пришел нееврей и выключил его, чтобы свет не мешал еврею спать, то еврею разрешено спать в этой комнате, хотя нееврей и выключил свет специально для него, и если бы он этого не сделал, то еврей не смог бы заснуть. Это объясняется тем, что в данном случае еврей не пользуется чем-то ощутимым, что возникло в результате работы, выполненной неевреем, а извлекает пользу лишь из того, что свет погас.

И хотя еврею разрешено пользоваться более ярким светом, включенным неевреем, либо извлекать пользу из темноты, возникшей в результате того, что нееврей выключил свет, еврею запрещено просить нееврея включить или выключить свет. Запрещается просить его об этом даже намеком, содержащим повеление. Например, если в комнате слишком тусклый свет, нельзя сказать нееврею: «Сделай милость, в комнате мало света». Запрещено даже указывать рукой на свет, поскольку и это считается намеком, содержащим повеление (см. Хаей адам, 62, 2). Подобным же образом, если свет мешает еврею спать, то запрещено говорить нееврею: «Сделай то, что необходимо», либо: «Сделай милость, я не могу заснуть», либо указать на свет.

Но можно дать нееврею намек в повествовательной форме. Например, если еврей нуждается в более ярком свете, то он может сказать: «Мне трудно наводить порядок в доме или читать при столь слабом свете», или же: «Дом плохо освещен, потому что в нем горит только одна лампочка». Такой намек не содержит обращенную к нееврею прямую просьбу сделать что-либо для еврея, а лишь описывает ситуацию, и нееврей сам, желая помочь еврею, решает включить свет. Подобным же образом, если в комнате горит свет и мешает еврею спать, то еврей может сказать нееврею в повествовательной форме: «Мне трудно заснуть, когда горит свет», и нееврей сам поймет, что если он хочет помочь еврею, он может выключить свет.

То же самое касается и ситуации, когда в туалете закончилась нарезанная туалетная бумага. Еврей может сказать нееврею в повествовательной форме: «У меня закончилась туалетная бумага», и нееврей нарежет новую бумагу. При этом не считается, что еврей пользуется результатами работы, выполненной неевреем, ведь в случае крайней необходимости он мог бы воспользоваться ненарезанной бумагой. Но запрещено говорить нееврею в повелительной форме: «Сделай одолжение, у меня закончилась туалетная бумага». Подобным же образом, если обогреватель работает понапрасну, то можно сказать нееврею: «Жаль, что электричество расходуется впустую», и нееврей сам поймет намек и выключит обогреватель. Но запрещено намекать ему в повелительной форме: «Тот, кто выключит обогреватель, ничего не потеряет»^[4].

Подведем итог вышесказанному: в субботу еврей может обратиться за помощью к нееврею при условии, что не нарушит ни один из двух запретов, установленных мудрецами. Первый запрет: не следует прямо просить нееврея выполнить запрещенную работу, но можно намекнуть ему на это в повествовательной форме. Второй запрет: еврею не следует пользоваться результатами работы, выполненной неевреем, совершая действие, которое он не мог бы совершить, если бы нееврей не выполнил эту работу. Мудрецы разрешают еврею просить нееврея намеком в повествовательной форме включить дополнительный свет там, где уже горит тусклый свет, которого с трудом, но достаточно, либо же выключить свет или обогреватель, поскольку в таком случае еврей не пользуется ощутимыми результатами работы, выполненной неевреем^[5].

Все разрешения, которые мы упомянули до сих пор, действуют изначально (лехатхила), а если у еврея нет возможности их применить, то в случае крайней необходимости или ради исполнения заповеди мудрецы разрешают просить нееврея открытым текстом выполнить работу, запрещенную в субботу постановлением мудрецов (дерабанан), а порой и запрещенную Торой (деорайта), как объясняется в нижеследующих пунктах.

[4]. Если человеку грозит большой убыток – например, пожар, – то мудрецы разрешают сказать нееврею: «Тот, кто потушит, ничего не потеряет» (см. Шульхан арух, 334, 26). Это объясняется тем, что если при пожаре еврей скажет нееврею: «Жаль горящего дома», то эти слова не возымеют действия, поскольку нееврей, скорее всего, не станет тушить пожар бесплатно. Если же еврей намекнет нееврею, что за тушение пожара тот получит денежное вознаграждение, то нееврей приложит к этому все возможные усилия, и потому мудрецы разрешают намекнуть ему на это, хотя подобный намек побуждает нееврея к действию, и Ѓалаха рассматривает это как намек, содержащий повеление.

[5]. В случае, если еврей совершил грех и открытым текстом попросил нееврея включить для него дополнительный свет, не запрещено пользоваться включенным светом, поскольку, хотя еврей и нарушил запрет, в этом помещении и до этого горел свет (см. Мишна брура, 276, 20).

02. Разрешается пользоваться результатами работы, выполненной неевреем для самого себя

Вышеупомянутый запрет пользоваться результатами работы, выполненной в субботу неевреем, касается именно тех случаев, когда нееврей выполняет работу для еврея. Если же он выполнил работу для самого себя или для другого нееврея, то любой еврей может пользоваться результатами этой работы. Так, если в субботу нееврей зажег свет ради своих собственных нужд – например, если он хотел почитать книгу, – то любой еврей может пользоваться этим светом (см. Шульхан арух, 276, 2). Более того, даже если нееврей намеревался зажечь свет как для себя самого, так и для еврея, то еврею разрешено пользоваться этим светом, поскольку нееврей в любом случае должен был зажечь этот свет для самого себя (так считают Хаей адам и Арух ѓа-шульхан, 276, 8, и к тому же мнению склоняется Биур Ѓалаха, 276, 2, со слова ве-им; и закон не соответствует сказанному в Маген Авраѓам).

Исходя из этого, если в субботу в доме выключился свет, то еврею запрещено просить соседа-нееврея включить для него свет заново, но можно сделать так, чтобы нееврей включил свет для самого себя, и тогда еврей тоже сможет пользоваться этим светом. Следует поступить таким образом: еврей должен пригласить нееврея к себе домой, чтобы угостить его чем-нибудь, а когда нееврей придет и увидит, что в доме темно, он сам поймет, что нужно включить свет. И поскольку нееврей включил свет для самого себя, чтобы разглядеть угощение, которое ему подали, еврею тоже можно пользоваться этим светом (см. Арух ѓа-шульхан, 276, 9).

Подобным же образом, если у еврея есть слуга-нееврей, то в субботу можно послать его на кухню мыть посуду, чтобы, зайдя на кухню, он включил свет для самого себя, и тогда еврей тоже сможет пользоваться этим светом. Еврею даже разрешено попросить нееврея не выключать свет по окончании работы (см. Мишна брура, 276, 27; Шмират шабат ке-ѓилхата, 30, 57). Но если еврей вынужден идти в темноте, то ему запрещено звать с собой слугу-нееврея, чтобы тот зажег для себя фонарь, потому что очевидно, что нееврей делает это ради еврея (см. Шульхан арух, 276, 3).

Если в субботу нееврей вскипятил для себя воду, и после того как он ее использовал, в чайнике осталась горячая вода, то еврею запрещено пользоваться этой водой, поскольку не исключено, что нееврей специально добавил воды, чтобы хватило и еврею; или же, если нееврей увидит, что еврей пользуется оставшейся водой, то в последующие субботы он намеренно станет кипятить больше воды, чем нужно ему самому, чтобы осталось и еврею. Но если нееврей незнаком с евреем, то еврею разрешено пользоваться оставшейся горячей водой, так как нет опасения, что нееврей добавил воду специально для него или станет делать это в будущем (см. Шульхан арух, 325, 11; Мишна брура, 66). А если нееврей в субботу поймал рыбу, сорвал с дерева плоды или подоил корову ради своих собственных нужд, то даже если он незнаком с евреем, тому все равно запрещается есть эту пищу в субботу – ведь поскольку в момент наступления субботы она не была готова к употреблению, на нее распространяется запрет мукце (см. Шульхан арух, 325, 5)^[3].

[3]. Однако по окончании субботы еврей может тотчас же воспользоваться этой пищей, поскольку нееврей поймал эту рыбу, сорвал плоды или подоил корову для самого себя (см. Шульхан арух, 325, 5). Что же касается хлеба, испеченного неевреем в субботу, то некоторые авторитеты запрещают им пользоваться, так как на него распространяется запрет мукце, а также из опасения, что еврей попросит нееврея испечь хлеб в субботу. Другие авторитеты разрешают пользоваться таким хлебом, ведь поскольку можно полагать, что он был испечен для неевреев, он не является мукце. На мнение вторых авторитетов полагаются в случае крайней необходимости или ради исполнения заповеди (см. Шульхан арух, 325, 4).

См. выше, гл. 17, п. 9, где объясняется, каков закон в случае, если перед наступлением субботы забыли выключить лампочку в холодильнике: можно предложить нееврею взять для себя из холодильника какое-либо блюдо, хотя при открывании холодильника включится свет. Ведь в таком случае еврей не просит нееврея открытым текстом выполнить запрещенную работу. А потом можно попросить нееврея отключить лампочку, поскольку выключение запрещено только постановлением мудрецов, и это нарушение двойного запрета мудрецов (швут де-швут) ради исполнения заповеди, как объясняется ниже, в п. 5.

01. Запрет просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу

Заповедь соблюдения субботы относится исключительно к евреям. В Торе (Шмот, 31:13) об этом сказано: «Ты же говори сынам Израилевым так: однако субботы Мои соблюдайте, ибо это – знамение между Мною и вами в роды ваши, чтобы знали, что Я Господь, освящающий вас». Более того, наши мудрецы сказали (Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 58б): «Инородец, соблюдающий субботу, повинен смерти». Это означает: если нееврей выдумал себе религию, содержащую обязанность соблюдения субботы, и в этот день воздерживается от работы, призванной совершенствовать мир, ему полагается смерть, посланная с Небес (см. комментарий Раши к упомянутому месту Талмуда, а также комментарий Рамбама к Млахим, 10:9).

И хотя в субботу нееврею разрешается выполнять работу (мелаха), мудрецы запрещают еврею просить в субботу нееврея выполнить для него работу. Это касается даже работы, запрещенной постановлением мудрецов. Данный запрет мудрецов основан на словах Торы (Шмот, 12:16): «Никакая работа не должна делаться в них». В Торе сказано не: «Никакую работу не должны вы делать в них», а именно: «Никакая работа не должна делаться в них». Это означает, что в субботу и праздники (йом тов) для евреев не должна выполняться никакая работа. Сказали об этом наши мудрецы (см. Мехильта, там же): «»Не должна делаться» – ни ты, ни товарищ твой, ни инородец не должны делать работу»^[1].

А если работа выполняется с помощью собственности, принадлежащей еврею, то запрещено просить нееврея выполнить эту работу даже ради его собственных нужд. Например, нельзя сказать нееврею: «Приготовь для себя мясо, которое мне принадлежит». Подобным же образом, запрещено говорить нееврею, который гостит в субботу в доме у еврея: «Включи для себя свет». Но если мясо принадлежит нееврею, то разрешается просить его приготовить это мясо для себя самого, ведь поскольку нееврей выполняет эту работу для своих собственных нужд, мудрецы не запретили просьбу такого рода (см. Шульхан арух, 307, 21; Мишна брура, 73).

Мудрецы также запретили получать выгоду от работы, которую нееврей выполнил в субботу для еврея. Например, если в доме у еврея погас свет, и сосед-нееврей пришел к нему и включил свет заново, то еврею запрещено пользоваться этим светом. Другим евреям это также запрещено, поскольку свет был включен в субботу для еврея (см. Шульхан арух, 276, 1). Если же речь идет о работе, для выполнения которой необходимо время, то ее результатами запрещено пользоваться и на исходе субботы, пока не пройдет время, необходимое для ее выполнения. Например, если в субботу нееврей поймал рыбу или сорвал с дерева плоды для еврея, то их запрещено есть на исходе субботы, пока не пройдет время, необходимое для того, чтобы поймать эту рыбу или сорвать эти плоды (см. Шульхан арух, 325, 5-6)^[2].

А если работа, которую нееврей выполнил для еврея в субботу, запрещена лишь постановлением мудрецов, то другим евреям, которым эта работа не предназначалась, разрешается пользоваться ее результатами даже в саму субботу. Однако тому еврею, ради которого эта работа была выполнена, запрещено пользоваться ее результатами, пока не закончится суббота и не пройдет время, необходимое для ее выполнения (см. Шульхан арух, 325, 8; Мишна брура, 41).

[1]. Сефер мицвот гадоль (Заповеди-запреты, п. 75) склоняется к такому мнению: в Мехильте подразумевается, что запрет просить нееврея выполнить работу, запрещенную в субботу, является заповедью-запретом Торы. Бейт Йосеф приводит это мнение в конце п. 244. Однако по мнению практически всех авторитетов, этот запрет является постановлением мудрецов, а стих Торы приводится лишь как подкрепление запрета. Так пишут Рамбам (6, 1), Рамбан (в комментарии к Шмот, 12:16), Шульхан арух ѓа-рав (243, 1) и Шаар ѓа-циюн (243, 7). Объясняя указанный запрет, Раши пишет (в комментарии к Вавилонскому Талмуду, трактату Шабат, 153а), что если в субботу нееврей выполняет запрещенную работу по просьбе еврея, то он становится посланником еврея для выполнения этой работы. А Рамбам (6, 1) пишет, что если еврей станет выполнять запрещенную работу с помощью нееврея, то он начнет относиться к субботе пренебрежительно, и в конце концов это приведет к тому, что он будет выполнять запрещенную работу сам. Так или иначе, указанный запрет мудрецов является продолжением заповеди Торы, согласно которой раб-нееврей тоже должен воздерживаться от работы, запрещенной в субботу, как объясняется выше, в гл. 9, п. 10.

Подобным же образом, в субботу еврею запрещено просить нееврея выполнить для него работу в будни (см. Мишна брура, 307, 9). Запрещено также просить нееврея перед наступлением субботы выполнить в субботу для еврея запрещенную работу. Но разрешается в субботу просить нееврея намеком выполнить для еврея запрещенную работу. Например, еврей может сказать нееврею: «Почему в прошлую субботу ты не погасил ненужный свет в доме?», и тогда нееврей поймет, что еврей хочет, чтобы в следующую субботу он погасил ненужный свет (см. Шульхан арух, 307, 2).

[2]. Запрет пользоваться результатами работы, которую нееврей выполнил в субботу для еврея, объясняется в Вавилонском Талмуде, в трактате Шабат, 122а; а запрет пользоваться результатами такой работы и на исходе субботы, пока не пройдет время, необходимое для выполнения этой работы, – в трактате Бейца, 24б. Смысл этого запрета заключается в следующем: по мнению Раши и Рана, он установлен для того, чтобы еврей не извлекал выгоду из работы, выполненной в субботу; а по мнению Тосафот и Рамбана – чтобы евре й не совершал грех, прося нееврея выполнить для него в субботу запрещенную работу (см. Мишна брура, 325, 29). А если работа выполняется публично, и все знают, что она предназначена для такого-то еврея, то этому еврею навсегда запрещено пользоваться результатами этой работы (см. Шульхан арух, 325, 14; Мишна брура, 73).

10. Велосипед, самокат, скейтборд

В субботу запрещено ездить на обычном двухколесном велосипеде, так как это «сугубо будничное занятие» (см. выше, гл. 22, п. 8). Даже если у него есть боковые (учебные) колеса, ездить на нем запрещено. Но маленьким детям разрешается ездить на трехколесном велосипеде, потому что трехколесные велосипеды предназначены специально для маленьких детей и существенно отличаются от обычных велосипедов, и поэтому езда на них не считается «сугубо будничным занятием» (см. выше, гл. 22, п. 8, прим. 5).

Некоторые авторитеты разрешают детям кататься в субботу на самокатах и скейтбордах, потому что, по их мнению, это подобно бегу, который в субботу разрешен. Другие авторитеты это запрещают, поскольку в субботу мудрецы разрешают именно обычный бег, а если ребенок использует приспособления с колесами, которые очень ускоряют его продвижение, это уже становится будничным занятием.

И хотя постфактум (бедиавад) тем, кто придерживается в этом менее строгого толкования закона, есть на чье мнение положиться, желательно все же следовать более строгому толкованию, потому что оно более убедительно: подобно тому как в еврейских общинах принято запрещать катание на велосипеде в субботу на основе запрета на «сугубо будничные занятия», поскольку это не соответствует особой субботней атмосфере покоя и отдыха, так не подобает в субботу кататься на самокатах и скейтбордах. Кроме того, если в субботу занятия детей будут ограничены, и они смогут играть только в самые простые игры, то благодаря этому большие дети привыкнут посвящать в субботу больше времени отдыху и изучению Торы.

09. Бег и игра в мяч

В субботу детям запрещено играть в футбол и волейбол, поскольку этим играм придается большое значение, у них есть свои законы и правила, и поэтому они запрещены, так как являются «сугубо будничным занятием». Кроме того, иногда с этим играми могут быть связаны дополнительные запреты: например, разравнивание площадки для игр, поездки, записи, купля-продажа. Запрещено также наблюдать, как другие люди играют в футбол или волейбол в субботу, так как и это является нарушением запрета на «сугубо будничные занятия». В эти игры запрещено играть даже в доме или в частном дворе, потому что на мячи, необходимые для этих игр, распространяется запрет мукце, а также потому, что это «сугубо будничное занятие». Запрещено также играть в теннис, поскольку это тоже взрослая игра, которой придается большое значение^[6].

Детям разрешается в субботу бегать, сколько их душе угодно, но запрещено проводить спортивные занятия (см. выше, гл. 22, п. 8).

Дети могут играть в мяч, предназначенный для маленьких детей, при условии, что эти игры проходят в доме или во дворе, выложенном плиткой. Но запрещено играть в мяч на земле или на траве, чтобы люди не начали разравнивать лунки. Разрешается также играть в непрофессиональный настольный теннис, поскольку в эту игру обычно играют дома. И не нужно опасаться, что, играя в мяч в субботу в младшем возрасте, они привыкнут к этому и будут играть и тогда, когда повзрослеют. Ведь разрешено играть именно в мяч, предназначенный для маленьких детей, и взрослые все равно не играют в такой мяч.

Если мяч застрял в ветках дерева, его запрещено снимать как палкой, так и руками, потому что нельзя трогать ничего, что лежит или висит на дереве, дабы человек по ошибке не сорвал ветку. Но если мяч упал сам по себе, то с ним можно играть (см. выше, гл. 19, п. 7; Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, п. 8).

[6]. Некоторые авторитеты объясняют запрет на игру в футбол и волейбол в субботу опасением, что при этом люди станут разравнивать землю, и это подобно написанному в Шульхан арух (338, 5) и Мишна брура (308, 158). Другие объясняют это опасением, что человек начнет приводить в порядок мяч или надувать его (так пишет, например, Кцот ѓа-шульхан). Так или иначе, все раввины согласны, что в субботу запрещено играть в футбол и волейбол. И представляется, что это основано главным образом на запрете на «сугубо будничные занятия», и именно с этим связан также запрет на езду на велосипеде в субботу. Мы не должны относиться к этим запретам с пренебрежением, поскольку они основаны на заповедях Торы, как объясняет Рамбан (в комментарии к стиху Ваикра, 23:24): что Тора запрещает любое усилие и напряжение, которые мешают человеку отдыхать в субботу, потому что в субботу нам заповедано покоиться от трудов и усилий. А вот как это объясняется в книге Йешаяѓу (58:13): «Если удержишь в субботу ногу свою, удержишься от выполнения дел твоих в святой день Мой, и назовешь субботу отрадой, святой день Господень – почитаемым, и почтишь ее, не ходя путями своими, не отыскивая дело себе и не говоря ни слова об этом, то наслаждаться будешь в Господе, и Я возведу тебя на высоты земли, и питать буду тебя наследием Яакова, отца твоего, потому что уста Господни сказали это». Вот что сказано об этом в Вавилонском Талмуде (трактат Шабат, 113а): «»И почтишь ее» – одежда, которую ты надеваешь в субботу, должна отличаться от твоей одежды в будни; «не ходя путями своими» – в субботу тебе следует ходить иначе, нежели в будни; «не отыскивая дело себе» – твои личные дела запрещены, а дела, связанные со святостью, разрешены; «и не говоря ни слова об этом» – твои слова, произносимые в субботу, должны отличаться от слов, произносимых в будни». А поскольку игре в футбол и волейбол придается большое значение, и они имеют четкие правила и законы, и занятия и даже заработки множества людей связаны с этими играми, они представляют собой «сугубо будничные занятия». Что же касается разрешения детям и подросткам бегать в свое удовольствие в субботу, то оно относится к обычному бегу, не в рамках определенной игры или спортивных тренировок. Нечто подобное этому писал наш учитель рав Кук в книге Орах мишпат, 152.

08. Дополнительные виды игр; игры во дворе

В субботу разрешается натягивать пружину заводных игрушек, чтобы они начали двигаться, при условии, что при этом не зажгутся лампочки, и игрушки не будут издавать звуков (см. выше, гл. 15, п. 8). Запрещено пользоваться любыми игрушками, имеющими электрическую батарейку (см. выше, гл. 17, п. 2).

Запрещено надувать воздушные шары, так как при этом возникает опасение, что человек может завязать шар. Но разрешено надувать такой шар, который не завязывается, а затыкается затычкой, при условии, что его уже надували хотя бы один раз накануне субботы (см. выше, гл. 15, п. 8).

В субботу детям запрещено играть в игрушечные музыкальные инструменты, такие как дудка, пианино, гитара, колокольчик, трещотка. На все подобные игрушки распространяется запрет мукце. Разрешается давать младенцу игрушки, которые издают звуки, когда их раскачивают или на них надавливают, но взрослому запрещено делать что-либо, чтобы извлечь из них звуки (см. Мишна брура, 338, 1 и Биур Ѓалаха, со слова аваль; Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, 2-3, прим. 10, и «Расширенные объяснения».

На песок распространяется запрет мукце, но если он был заранее приготовлен для детских игр, то он не является мукце (см. выше, гл. 23, п. 3). Разрешается играть с песком только при условии, что он тонкий и сухой, и из него невозможно лепить фигуры. Но если песок влажный, то поскольку его можно разгладить или проделать в нем ямки, им запрещено играть, так как это является нарушением запрета строительства (боне). И запрещено мочить песок, так как это является нарушением запрета замеса (лаш; см. выше, гл. 15, п. 2).

Запрещено играть на земле в стеклянные или другие шарики, так как при этом человек может разровнять лунки, чтобы шарики катились прямо. Подобным же образом, запрещено играть на земле в любую игру, для которой необходимо разравнивать землю, чтобы не случилось, что играющие станут разравнивать лунки. Даже если земля выложена плиткой, на ней все равно запрещено играть в такие игры, поскольку играющие могут перейти на землю, не выложенную плиткой, и начать разравнивать там лунки. Но разрешается играть на полу внутри дома, ведь поскольку в наше время полы во всех домах выложены плиткой, нет опасения, что играющие перейдут на голую землю (см. выше, гл. 15, п. 2).

В субботу разрешается играть абрикосовыми косточками, как принято у детей. Поскольку эти косточки изначально предназначались для игры, на них не распространяется запрет мукце, как на косточки других фруктов. Даже если косточки были извлечены из абрикосов в саму субботу, они не являются мукце, поскольку дети часто играют в такие косточки (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, прим. 33).

Разрешено качаться на качелях, но если они висят на дереве, даже только одним концом, то это запрещено. А если качели висят на перекладине, опирающейся на дерево, то качаться на них в субботу разрешается (см. выше, гл. 19, п. 7).

07. Игры, разрешенные и запрещенные в субботу

Нам заповедано приучать детей посвящать в субботу как можно больше времени изучению Торы. Поэтому желательно, чтобы они тратили меньше времени на игры, чтобы у них не появилась привычка тратить драгоценные субботние часы на будничные занятия. Чем ближе дети к возрасту бар-мицвы, тем больше следует приучать их тратить в субботу больше времени на изучение Торы и меньше – на игры. Желательно, чтобы родители сами обучали своих детей, тем самым исполняя заповедь: «И учите им сыновей своих, говоря о них» (Дварим, 11:19). В каждой общине следует проводить по субботам большое количество уроков Торы для детей. Вместе с тем, детям разрешается играть в субботу. Поэтому все нижеследующие законы касаются всех детей, не достигших возраста бар-мицвы. Что же касается взрослых, то по отношению к ним действует иной закон: во-первых, потому, что изначально (лехатхила) необходимо следовать мнению тех авторитетов, которые считают, что в субботу взрослым запрещено играть в любые игры (см. выше, гл. 22, п. 13); во-вторых, даже мнения авторитетов, полагающих, что взрослым разрешено играть в игры в субботу, расходятся в отношении некоторых игр: когда речь идет о детях, которые обязаны соблюдать субботу только согласно заповеди о том, что их необходимо приучать к исполнению заповедей, тогда эти авторитеты придерживаются менее строгого толкования закона, а в отношении взрослых, которые обязаны соблюдать субботу согласно заповеди Торы, – более строгого толкования. Ниже мы объясним, каков закон в отношении детей; в случаях же, когда взрослые должны придерживаться более строгого толкования даже по мнению тех авторитетов, которые считают, что взрослым разрешено играть в игры в субботу, мы отметим это особо.

В субботу разрешается играть в шахматы, шашки и всевозможные лото. Разрешено также играть в кубики и волчок. Но запрещено играть в такие игры, в которых победитель выигрывает что-либо значимое – например, деньги или еду. Запрещается также играть в игры, во время которых люди обычно что-то пишут (см. Шульхан арух, 338, 5 и 322, 6; Хаей адам, 38, 11).

Есть мнение, что в субботу нежелательно играть в «Монополию» и тому подобные игры, в которых используются вымышленные деньги или имущество, но если дети хотят придерживаться в этом менее строгого толкования закона, то они вправе так поступить (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, 33). Однако взрослым следует придерживаться в этом более строгого толкования.

В субботу запрещены любые игры, во время которых необходимо писать, или клеить, или вырезать, или плести. Однако детям разрешается собирать пазлы или складывать слова. И хотя взрослым следует придерживаться в этом более строгого толкования закона, дети могут полагаться на мнение авторитетов, допускающих менее строгое толкование, согласно которому это не является нарушением запрета письма (котев), поскольку все буквы и картинки уже существовали до наступления субботы, а в саму субботу их только складывают вместе непрочным образом (см. выше, гл. 18, п. 4).

Запрещено собирать из мелких деталей модели, которые требуют большой точности и сохраняются в течение длительного времени.

Детям разрешается играть в конструктор, собирая и разбирая всевозможные формы. Дети также могут делать бумажные самолетики, кораблики и тому подобное. Взрослым же следует придерживаться в этом более строгого толкования закона (см. выше, гл. 15, п. 7 и «Расширенные объяснения»).

В субботу мудрецы запрещают возводить временные шатры, но если изменить порядок возведения шатра, это разрешено. Исходя из этого, детям запрещено развешивать одеяло на стулья, чтобы сделать подобие шатра и спрятаться под ним. Но если они сначала натянут в воздухе одеяло, а затем подставят под него стулья, это разрешено. Подобным же образом, запрещено строить из частей конструктора дом или гараж объемом тефах на тефах^[5], но если сначала ребенок будет держать в воздухе крышу, а затем прикрепит к ней снизу стены, это разрешено (см. выше, гл. 15, п. 5).

Разрешено нанизывать игрушечные бусы, которые не сохранятся в течение долгого времени, при условии, что нитка будет завязана не узлом, а только «бантиком» (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, 22).

Запрещено сортировать несколько видов карточек или кубиков, перемешанных между собой, поскольку это является нарушением запрета отбора (борер). Но если человек хочет использовать для игры только один вид карточек, то разрешается извлечь карточки данного вида, поскольку это делается в процессе игры, а не как собственно работа, запрещенная в субботу (мелаха), – ведь игра начинается с раскладывания карточек или кубиков, из которых она состоит.

В субботу запрещено лепить из пластилина и полимерной глины (фимо), так как это является нарушением запрета размазывания (мемареах; см. Шульхан арух, 314, 11), а если человек лепит формы, обладающие смыслом, то это еще и нарушение запрета письма (котев; см. Хаей адам, Законы йом тов, 92, 3). На пластилин и полимерную глину распространяется запрет мукце.

[5]. Тефах («ладонь») – древняя мера длины, равная по разным мнениям приблизительно 8 или 9.6 см (прим. пер.).

06. Ребенок подобен больному

Мудрецы запрещают еврею просить в субботу нееврея выполнить для него запрещенную работу (мелаха). Но если речь идет о ребенке, который очень нуждается в чем-либо, то с точки зрения Ѓалахи он рассматривается как больной, и для него, как для больного, разрешено просить нееврея выполнить запрещенную работу. Например, если ребенка нечем кормить, и он голоден, то можно попросить нееврея сварить для него еду. А если крайне необходимо включить для него свет, то можно попросить нееврея сделать это (см. Рама, 276, 1; Мишна брура, 6; и см. ниже, гл. 28, п. 2). Как правило, необходимость придерживаться менее строгого толкования закона возникает, когда речь идет о младенцах, но и ради нужд ребенка более старшего возраста, если это крайне необходимо, можно делать все то же, что и ради нужд больного^[4].

Если в субботу ребенок, не достигший возраста бар-мицвы, чувствует недомогание, даже легкое, то ему можно дать лекарство. Запрет мудрецов принимать лекарства в субботу не распространяется как на действительно больных людей, так и на детей. Согласно этому правилу, в случае необходимости можно положить мазь на кожу младенца, при условии, что человек не станет ее размазывать. А если затем подгузник размажет наложенную мазь, это не является нарушением запрета, поскольку человек, положивший мазь, не имел намерения ее размазывать (см. ниже, гл. 28, п. 8).

[4]. Некоторые авторитеты говорят, что только двух-трехлетний ребенок имеет тот же статус, что и больной (см. Хазон Иш, 59, 3). Есть и другое мнение: что это касается детей вплоть до шестилетнего возраста (Циц Элиэзер, ч. 8, п. 15, 12, 7, на основе мнения Мор ве-кциа). Некоторые же авторитеты считают, что до девяти-десятилетнего возраста (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 37, 2), а другие – до тринадцати лет (Ор ле-Цион, ч. 2, 36, 4). И представляется, что все зависит от ситуации, как сказано в Мишна брура (276, 6), что если ребенок сильно в чем-то нуждается, то он имеет тот же статус, что и больной. И в самом деле, чем меньше ребенок, тем в больших вещах он нуждается. Подобное этому приводится в Нишмат Авраѓам (328, 57) и в Орхот шабат (20, прим. 162).

05. Что разрешено в случае крайней необходимости

Иногда, в случае крайней необходимости, разрешается попросить маленького ребенка совершить действие, которое является нарушением запрета, установленного мудрецами, но в любой ситуации запрещено просить его о чем-то, что было бы нарушением запрета Торы. Именно это подразумевает Тора, когда говорит, что нельзя просить детей о нарушении ее запретов. А с особой строгостью Тора упоминает именно субботние запреты: «А день седьмой – суббота – Господу, Богу твоему: не делай никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя» (Шмот, 10:20). Объясним, в каких ситуациях можно просить маленького ребенка нарушить запрет, установленный мудрецами.

По мнению Рашба и Рана, разрешено просить ребенка совершить действие, которое является нарушением постановления мудрецов, если он делает это ради своих собственных нужд. И хотя большинство ранних законоучителей (Рамбам, Тосафот, Шульхан арух, 343, 1) считает, что это запрещено, в случае крайней необходимости можно положиться на мнение тех авторитетов, которые это разрешают (рабби Акива Эйгер, Биур Ѓалаха, 343, 1, со слова ми-диврей). Исходя из этого, если в субботу кто-то по ошибке включил свет в детской, и ребенок не может из-за этого заснуть, то в случае, когда нет другого выхода, разрешается попросить самого ребенка выключить свет, так как это является нарушением запрета, установленного мудрецами. Лучше, чтобы это сделал ребенок, не достигший шестилетнего возраста; если же ему уже исполнилось шесть лет, то предпочтительно, чтобы он сделал это иным способом, чем обычно (бе-шинуй).

В случае крайней необходимости можно попросить ребенка совершить действие, которое является нарушением запрета мудрецов, даже если сам ребенок не получает от этого никакой выгоды. Как мы уже говорили (в гл. 9, п. 11), мудрецы разрешают нарушать двойные запреты, ими установленные (швут де-швут), ради исполнения заповеди или в случае крайней необходимости. И поскольку обязанность ребенка соблюдать субботу является постановлением мудрецов, если ребенок нарушает какой-либо из субботних запретов, установленных мудрецами, получается, что он нарушает заповедь швут де-швут. В подобных случаях допустимо придерживаться менее строгого толкования закона лишь изредка, чтобы не возникло опасение, что ребенок приучится пренебрегать соблюдением субботы (см. Мордехай, Турей заѓав, 346, 6; Шульхан арух ѓа-рав, 343, 6; Левият хен, 124)^[3].

Если в субботу погас свет в таком месте, где он необходим, и если там есть маленький ребенок, которому еще не исполнилось года, и он не понимает, что родители хотят, чтобы он включил свет, и когда ребенка приближают к выключателю, он начинает играть с ним, не осознавая, что тем самым он помогает или вредит кому-либо, то в случае необходимости его можно приблизить к выключателю, а как только он включит свет, отдалить его оттуда. Ведь поскольку такой маленький ребенок не понимает смысла таких действий как включение и выключение света, он не нарушает никакого запрета, и считается, что он делает это «мимоходом» (см. комментарий Рашба к трактату Йевамот, 114а; Арух ѓа-шульхан, 24, 7-8).

[3]. В любом случае, когда разрешается просить ребенка совершить действие, которое является нарушением запрета, установленного мудрецами, желательно, чтобы это не был ребенок того человека, которому необходима данная работа. Ведь в предыдущем примечании мы говорили: Тора заповедала нам не использовать своих сыновей и дочерей для выполнения работы, запрещенной в субботу. Таким образом, если при этом сам ребенок нарушает двойной запрет, установленный мудрецами (швут де-швут), то для его родителей это запрет одиночный (швут). Если же один из родителей вынужден попросить об этом своего ребенка, то в некоторой степени предпочтительно, чтобы ребенка попросила мать, а не отец, потому что заповедь приучать своих детей к исполнению заповедей возложена в большей степени на отца, чем на мать. См. Биур Ѓалаха, 266, 5, где это приводится от имени При мегадим.

04. Запрет просить маленького ребенка включить или выключить свет в субботу

Если в субботу свет в доме выключился, и ребенок хочет снова включить его для удобства родителей, то они обязаны остановить его. Ведь, как мы уже говорили, на родителей возложена обязанность приучать своих детей к исполнению заповедей, в том числе, и останавливать его, когда он хочет нарушить какой-либо запрет. Даже если ребенку еще не исполнилось три года – в этом возрасте детей начинают приучать к тому, что необходимо воздерживаться от нарушения запретов, – но когда речь идет о законах субботы, закон в этом отношении более строг. Если ребенок понимает, что родители получат от этого пользу, то он выполняет работу, запрещенную в субботу, ради них, и родители обязаны остановить его. Об этом сказано (Шмот, 20:10): «А день седьмой – суббота – Господу, Богу твоему: не делай никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя». Из этого следует, что в субботу нельзя выполнять запрещенную работу с помощью маленьких детей. То же самое касается ситуации, когда свет выключился в доме соседей, и ребенок хочет включить свет для них: соседи тоже обязаны остановить его, так как и для них ребенку нельзя выполнять запрещенную работу.

Подобным же образом, если в субботу начался пожар, и ребенок хочет потушить его – при этом не имеет значения, в чьем именно доме начался пожар: в доме родителей ребенка или других людей, – то необходимо остановить ребенка и запретить ему тушить пожар. Ведь поскольку ребенок понимает, что взрослые хотели бы потушить пожар, он делает это ради них, и они обязаны воспрепятствовать этому (см. трактат Шабат, 121а; Шульхан арух, 334, 25; Мишна брура, 66). И тем более запрещено давать ребенку конкретное указание зажечь свет или потушить пожар, ведь, как мы уже говорили, взрослому запрещено толкать ребенка на нарушение запретов (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 114а)^[2].

И само собой разумеется, что если ребенок по ошибке выключил свет в субботу, запрещено ругать его за это, чтобы он не подумал, что должен исправить свой поступок и включить свет заново. Ведь даже если он сам, без того чтобы его ругали, захочет вновь включить свет, его необходимо остановить.

Если ребенок по ошибке совершил работу, запрещенную в субботу – например, включил свет, – и сделал это для взрослого, то этим светом запрещено пользоваться в субботу, а если ради своих собственных нужд, то разрешено (см. Биур Ѓалаха, 325, 10, со слов эйно йеѓуди).

[2]. Если взрослый велел ребенку выполнить работу, запрещенную в субботу, или нарушить любой другой запрет Торы, то он нарушил заповедь-запрет Торы, так как Тора запрещает толкать детей на нарушение запретов. А если он велел ребенку нарушить постановление мудрецов, то тем самым он сам нарушил заповедь, установленную мудрецами (см. трактат Йевамот, 114а; Шульхан арух, 343, 1). Что же касается субботних запретов, то по отношению к ним закон еще более строг: даже если взрослый не дал ребенку конкретное указание нарушить какой-либо из субботних запретов, но ребенок сделал это ради взрослого, и тот не остановил его, то если это его отец, он нарушил запрет Торы, а если другой человек – он нарушил постановление мудрецов (см. Шаар ѓа-циюн, 334, 54). Исходя из этого, в случае, когда разрешено попросить ребенка совершить действие, которое является нарушением запрета, установленного мудрецами, как объясняется в следующем параграфе, лучше обратиться с такой просьбой не к своему ребенку, а к чужому.

03. На ком лежит обязанность приучать ребенка к исполнению заповедей и останавливать его в случае нарушения запретов

Некоторые авторитеты говорят, что обязанность приучать ребенка к исполнению заповедей лежит в одинаковой степени и на отце, и на матери (так считает, например, Трумат ѓа-дешен). Однако по мнению большинства авторитетов, обязанность приучать своих детей к исполнению заповедей лежит только на отце. Это означает, что именно отец должен останавливать их, когда они нарушают какой-либо запрет, и требовать от них исполнения заповедей. Эта обязанность является прямым следствием обязанности обучать детей Торе, которая также лежит на отце. Разумеется, и на мать возложена общая заповедь приучать детей к жизни по Торе и к исполнению заповедей, так как заповедь любви и приверженности правде обязывает каждую мать воспитывать своих детей в духе святой Торы и ее заповедей, но ответственность за то, чтобы приучить детей исполнять конкретные заповеди в соответствии с требованиями Ѓалахи лежит именно на отце (так пишут рабейну Йона, Маѓарам, Ѓагаѓот Маймунийот). А если у ребенка нет отца, способного приучить его к исполнению заповедей – например, если отец умер или ушел из дома, – то обязанность приучить детей к строгому исполнению законов Ѓалахи ложится на мать (см. Элия раба, 640, 4; Каф ѓа-хаим, 343, 9).

Исходя из этого, если ребенок, достигший возраста шести-семи лет, когда его начинают приучать к тщательному исполнению заповедей, увлекся игрой и не хочет отвлечься, чтобы послушать кидуш или ѓавдалу, либо прочитать «Благословение после трапезы», то отец обязан убедить его сделать это, чтобы приучить к исполнению указанных заповедей. Что же касается матери, то она может порой закрыть глаза на такое поведение ребенка, чтобы сохранить дома мирную атмосферу. Если же отец умер или ушел из дома, то мать должна занять его место, строго следя за тем, чтобы дети приучались к исполнению заповедей^[1].

Если родители не выполняют возложенную на них обязанность приучать своего ребенка к исполнению заповедей и не останавливают его, когда он нарушает какой-либо запрет Торы, то бейт-дин (раввинский суд) или представители общины, несущие ответственность за воспитание детей, обязаны выразить отцу ребенка упрек. Но если родители недостаточно строго следят за тем, чтобы их дети исполняли постановления мудрецов, то нет необходимости упрекать отца ребенка.

Законоучители разошлись во мнениях относительно того, как должен поступить человек, который видит, как чужой ребенок, достигший возраста шести-семи лет, нарушает какой-либо из запретов Торы – например, выполняет работу, запрещенную в субботу, или ест некошерную пищу. Есть мнение, что обязанность приучать ребенка к исполнению заповедей возложена только на его отца, но не на других людей, и те не обязаны останавливать ребенка, когда он нарушает запрет Торы (так пишут Рамбам и Шульхан арух, 343, 1). Другие авторитеты считают, что все евреи обязаны следить за тем, чтобы дети, достигшие возраста, когда их начинают приучать к исполнению заповедей, не нарушали законы Торы (так считают, например, Тосафот, Рош и Рама). Некоторые поздние законоучители вынесли в связи с этим практическое решение, согласно которому, если взрослый видит, как ребенок нарушает запрет Торы – например, зажигает свет или отстирывает свою одежду в субботу, либо ест некошерную пищу, – то он должен остановить ребенка. Но если взрослый видит, что ребенок нарушает указание мудрецов – например, ест мясо птицы вместе с молочной пищей или играет в субботу с предметами, на которые распространяется запрет мукце, – то он не должен делать ребенку замечание (см. Хаей адам, Мишна брура, 343, 7). Но представляется, что если ребенок нарушает запрет, установленный мудрецами, вновь и вновь, то все-таки следует сделать замечание его родителям.

Если же ребенок хочет причинить ущерб человеку или чьей-либо собственности, взрослый обязан остановить его, чтобы предотвратить ущерб. Ведь Тора заповедала нам возвратить человеку вещь, которую он потерял, как сказано (Дварим, 22:2): «…и тогда возвратишь это ему». Из этого следует, что мы тем более обязаны предотвратить ущерб, который грозит собственности ближнего. Кроме того, в Торе (Ваикра, 19:16) написано: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего», и объясняют наши мудрецы (Сифра), что к этой заповеди относится и забота о собственности ближнего.

Необходимо подчеркнуть, что заповедь воспитания следует исполнять таким образом, чтобы ребенок мог принять ее всем сердцем, поэтому нельзя заставлять шести-семилетнего ребенка исполнять сразу все заповеди и читать все молитвы полностью. Для того и предназначены детские годы, чтобы ребенок привык к исполнению заповедей и молитвам, пока он не достигнет возраста бар-мицвы, в котором будет способен исполнять заповеди во всей полноте.

[1]. Все авторитеты согласны, что на матери тоже лежит обязанность воспитывать своих детей в духе Тору и заповедей, и эта обязанность является часть заповеди: «И люби ближнего твоего, как самого себя» (Ваикра, 19:18). Ребенок тоже должен удостоиться приникновения ко Всевышнему и Его Торе. Мать обязана делать это и согласно заповеди: «Ты увещевай ближнего твоего» (там же, ст. 17), ведь сказали наши мудрецы (трактат Шабат, 54б): «Каждый, кому следовало отвратить своих домашних от совершения греха, но он не сделал этого, будет наказан за грех, который совершили его домашние». Что же касается обязанности обучать детей Торе, то она лежит на отце, а если он не хочет, то бейт-дин должен обязать его заплатить за обучение его детей Торе и заповедям (см. Шульхан арух, Йоре деа, 245, 4). А если у отца нет денег, он обязан продать одежду или собирать подаяние, чтобы обучить своих детей Торе; мать же не обязана так поступать. А поскольку отец обязан обучать своих детей Торе, он также обязан следить за тем, чтобы они тщательно соблюдали заповеди согласно всем требованиям Ѓалахи. Таким образом, на отца возложена обязанность позаботиться о том, чтобы его дети строго соблюдали конкретные заповеди, а на матери лежит общая обязанность пробудить в детях любовь к Торе. Именно это подразумевает стих (Мишлей, 1:8): «Слушай, сын мой, наставление отца твоего и не отказывайся от учения матери твоей». На основе этого Виленский Гаон писал (в комментарии к Мишлей, 20:20): «Отец обучает сына исполнению заповедей, а мать направляет его на путь заповедей, путь прямой» (и см. также Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 17а). Но если отца нет, то его место должна занять мать, согласно заповеди: «И люби ближнего твоего, как самого себя», заповеди цдаки (оказания милости ближнему) и заповеди: «Ты увещевай ближнего твоего» (см. Элия раба, 640, 4; Каф ѓа-хаим, 343, 9). Кроме того, в некоторых семьях матери проще строго следить за тем, чтобы дети исполняли заповеди, нежели отцу, и тогда обязанность обучения детей практическому исполнению конкретных законов ложится на мать.

02. Исполнение заповедей-запретов (ло таасе)

Существует заповедь приучать ребенка к тому, чтобы воздерживаться от нарушения запретов, с того возраста, когда он начинает понимать, что можно, а чего нельзя. Иными словами, недостаточно, чтобы ребенок понимал, что он должен остановиться, когда ему говорят: «Нельзя!», – он должен осознавать, что то или иное действие является запрещенным в любых обстоятельствах. Большинство детей начинает понимать такие вещи примерно в трехлетнем возрасте, и с этой поры необходимо останавливать ребенка, если он нарушает какой-либо запрет: например, ест некошерную пищу, либо смешивает мясное и молочное, либо зажигает свет в субботу (см. Мишна брура, 343, 3). А когда ребенок достигнет возраста, в котором его начинают обучать Торе, то есть шести-семи лет, следует начать объяснять ему подробнее правила и принципы запретов Торы, чтобы он научился выполнять их согласно требованиям Ѓалахи.

До того как ребенок достиг трехлетнего возраста, нет заповеди приучать его воздерживаться от нарушения запретов. Исходя из этого, если ребенок нашел где-то некошерную пищу и хочет ее съесть, нет необходимости препятствовать ему в этом. А если он хочет включить или выключить свет в субботу, или если этот ребенок – коѓен, и он заходит туда, где коѓенам находиться запрещено, не нужно ему мешать, так как он не понимает смысла запретов.

Все сказанное относится к ситуации, когда ребенок нарушает запреты по собственной инициативе. Но если его толкает на это взрослый, то даже если речь идет о новорожденном младенце, взрослый нарушает тем самым заповедь Торы. Ведь Тора запрещает нам толкать маленьких детей на нарушение запретов – например, запрещено кормить их пищей, которая является запрещенной согласно заповеди Торы, или осквернять малолетнего коѓена (см. Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 114а; Мишна брура, 343, 4). Взрослым также запрещено кормить маленьких детей пищей, которая является некошерной согласно постановлению мудрецов (см. Шульхан арух, 343, 1).

Но не запрещено давать маленькому ребенку предметы, с помощью которых он, вероятно, нарушит тот или иной запрет: например, нет запрета давать ему лист бумаги в субботу, хотя существует вероятность, что он разорвет эту бумагу и сотрет буквы, напечатанные на ней. Дело в том, что когда взрослый дает ребенку лист бумаги, это нельзя рассматривать как указание ее разорвать. Но если взрослый кладет ребенку в руку некошерную пищу, то это расценивается так, будто он кормит ребенка этой пищей, поскольку детей кормят именно таким способом (см. Маген Авраѓам, Мишна брура, 340, 14).

Субботние законы предусматривают еще один запрет: использовать маленьких детей для выполнения работ, запрещенных в субботу. Об этом сказано (Шмот, 20:10): «А день седьмой – суббота – Господу, Богу твоему: не делай никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя». Таким образом, если в субботу ребенок зажигает свет, поскольку думает, что таково желание родителей, а родители знают об этом, но не останавливают его, то помимо того, что они нарушили постановление мудрецов приучать ребенка к исполнению заповедей, они также преступили запрет Торы использовать своего ребенка для выполнения работы, запрещенной в субботу. А если ребенок зажег свет для другого еврея, и тот видел это, но не остановил его, этот еврей нарушил постановление мудрецов (см. Шаар ѓа-циюн, 334, 54).

И хотя, как мы уже говорили, взрослому запрещается кормить маленького ребенка некошерной пищей, но если ребенок голоден или хочет пить перед кидушем или ѓавдалой, либо во время поста, то разрешено покормить и напоить его, даже если он уже достиг возраста, в котором его начинают приучать к исполнению заповедей. Это объясняется тем, что указанный запрет касается только пищи, некошерной по своей сути, а если пища кошерна, и только время является неподходящим для еды, то ребенка, который голоден или испытывает жажду, можно покормить и напоить (см. Мишна брура, 269, 1; выше, гл. 6, п. 9).

01. Заповедь приучать детей к жизни по Торе

Тора заповедала нам воспитывать детей в духе заповедей. Об этом сказано (Дварим, 11:19): «И учите им сыновей своих». Главная цель этого – приучить детей соблюдать и исполнять все слова Торы, как сказано (там же, 5:1): «Слушай, Израиль, уставы и законы, которые я изрекаю во слух ваш сегодня; а вы изучите их и старайтесь исполнять их». Вот почему сказали наши мудрецы, что детей нужно не только обучать Торе, но и приучать к практическому исполнению заповедей – как же можно говорить с детьми о заповедях, не приучая исполнять их? Получается, что заповедь Торы заключается в том, чтобы обучать детей Торе и исполнению заповедей в целом, а прививать детям навыки практического исполнения каждой конкретной заповеди нам велят мудрецы.

С какого времени следует приучать маленького ребенка к исполнению заповедей-предписаний (мицвот асе)? С того момента как ребенок способен понять общую суть конкретной заповеди и исполнить ее согласно законам Ѓалахи, в соответствии с уровнем сложности каждой заповеди. Например, к заповеди цицит ребенка приучают с того времени, как он способен надеть цицит, взять в руки две передние и две задние кисти отдельно и произнести соответствующее благословение. Что же касается тфилин, то поскольку ради исполнения этой заповеди человек обязан уметь заботиться о гигиене собственного тела и не отвлекаться на посторонние дела и мысли, к ней ребенка приучают уже перед бар-мицвой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 42а; Мишна брура, 343, 3).

Некоторые авторитеты говорят, что детей начинают приучать к исполнению заповедей с возраста шести-семи лет. Это можно объяснить тем, что в возрасте шести-семи лет дети приступают к серьезному изучению Торы, и, само собой, с этого возраста дети могут начинать исполнять большинство заповедей согласно законам Ѓалахи. Вот почему в этом возрасте от детей начинают требовать серьезного и вдумчивого исполнения таких заповедей как молитва и благословения, однако к основам исполнения этих заповедей, как и к изучению Торы, их начинают приучать уже с трех лет (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава батра, 21а; трактат Сукка, 42а; Шульхан арух, Йоре деа, 245, 5).

То же самое касается и таких заповедей как кидуш и ѓавдала: уже с трехлетнего возраста детей приучать слушать кидуш и ѓавдалу. А с того момента как ребенок начинает осознавать суть заповеди соблюдения субботы и способен исполнить эти заповеди должным образом, следует строго следить за тем, чтобы он слушал кидуш и ѓавдалу очень внимательно. Если же во время исполнения этих заповедей ребенок отсутствовал, то он должен произнести кидуш или ѓавдалу самостоятельно.

15. Если человек взял в руки мукце разрешенным способом или по ошибке; закон в отношении детей

Как мы уже говорили (в п. 7), в субботу разрешается перемещать «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» (кли ше-мелахто ле-исур), чтобы воспользоваться им в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или ради места, в котором он лежит (ле-цорех мекомо). Например, разрешается брать в руки молоток, чтобы колоть им орехи. А когда человек закончил пользоваться таким инструментом, он не обязан просто выпускать его из рук, а может возвратить его на место. Разрешается также брать в руки подобный инструмент, чтобы освободить место, в котором он лежит: например, если на столе, за которым устраивают трапезу, лежат ножницы, то их можно убрать, чтобы освободить стол, и нет необходимости выпускать их из рук недалеко от стола, чтобы они упали на пол, а можно донести их до нужного места, потому что человек взял их в руки разрешенным способом.

То же самое можно сказать и о ситуации, когда человек ел фрукты, и у него в руках остались косточки или кожура, имеющие статус «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо): он не обязан просто выпускать их из рук, ведь поскольку они оказались у него в руках разрешенным образом, их можно отнести в любое место, куда он захочет.

Но если человек уже положил куда-либо предмет, который имеет статус мукце и оказался у него в руках разрешенным образом, то на этот предмет вновь распространяется запрет перемещения. Поэтому его запрещено перемещать, даже если он лежит в неподходящем для него месте (см. Шульхан арух, 308, 3; Мишна брура, 506, 29). Подобным же образом, если человек по ошибке взял в руки мукце запрещенным образом, то он должен просто выпустить этот предмет из рук (см. Мишна брура, 308, 13).

Изначально (лехатхила), когда человек перемещает предмет, который имеет статус мукце и оказался у него в руках разрешенным образом, он не должен перекладывать этот предмет из одной руки в другую, поскольку некоторые авторитеты считают, что как только человек переложил такой предмет из одной руки в другую, он словно положил его на место, и запрещено перемещать его вновь. Постфактум (бедиавад), если человек переложил этот предмет из одной руки в другую, ему разрешено продолжить путь до того места, куда он хочет его положить^[15].

Разрешается держать за руку маленького ребенка (не достигшего возраста, когда его начинают приучать к исполнению заповедей), который держит в другой руке предмет, имеющий статус мукце, и вести его. Если взрослый не берет ребенка на руки, то не считается, что он несет мукце. Но запрещено брать на руки ребенка, который держит в руках мукце, – сначала нужно вытряхнуть мукце из руки ребенка, и только потом можно взять его на руки. И разрешается трясти руку ребенка, так как это «косвенное перемещение мукце ради того, что разрешено в субботу» – то есть для того, чтобы взять ребенка на руки. А если ребенок сильно плачет и не успокаивается, пока его не возьмут на руки вместе с предметом мукце, который он держит, то его разрешается взять на руки. Ведь мы уже говорили (в гл. 24, п. 6), что мудрецы разрешают нарушать установленные ими субботние запреты ради больного ребенка, а маленький ребенок, который очень сильно плачет, может ослабеть от плача и стать подобным больному. Но если ребенок держит ценную вещь, то его запрещено брать на руки, поскольку в таком случае возникает опасение, что если эта вещь упадет, то взрослый может поднять ее (см. трактат Шабат, 141б; Шульхан арух, 309, 1)^[16].

[15]. Вот некоторые из авторитетов, запрещающих переносить мукце после того, как человек переложил его из одной руки в другую: Тосефет Шабат (начало п. 308), Бен Иш Хай (шана шния, Микец, 3), Каф ѓа-хаим (308, 27). А вот некоторые из тех, кто это разрешает: При мегадим (Мишбецот заѓав, 446, 2), Торат шабат (308, 4), к тому же мнению склоняется и Шмират шабат ке-ѓилхата (20, прим. 27).

По мнению Маген Авраѓам (308, 7), если человек по ошибке взял в руки «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу», то он может отнести и положить его, куда захочет. А по мнению большинства авторитетов, по отношению к «инструменту, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» действует тот же закон, что и по отношению ко всем другим видам мукце, и потому этот предмет следует немедленно положить там, где человек находится (см. Виленский Гаон, 266, 12; Мишна брура, 13; Шмират шабат ке-ѓилхата, 22, 34).

[16]. Некоторые авторитеты говорят, что вести за руку ребенка, который держит в другой руке ценный предмет, имеющий статус мукце, тоже запрещено; другие считают, что если при этом человек не берет ребенка на руки, это разрешено (так считает, например, Рамбан). В случае крайней необходимости разрешается следовать менее строгому толкованию закона (см. Биур Ѓалаха, 309, 1).

14. Разрешение перемещать мукце косвенным образом или с помощью какой-либо части тела

Запрет перемещения предметов, имеющих статус мукце, касается главным образом ситуации, когда человек берет запрещенный предмет руками, как в будние дни; чем больше способ перемещения запрещенного предмета отличается от обычного, тем менее строг закон по отношению к нему. Существует две степени отличия способа перемещения запрещенных предметов от обычного: 1) косвенное перемещение; 2) с помощью какой-либо иной части тела человека, кроме ладоней. Косвенно запрещенные предметы можно перемещать только ради того, что разрешено в субботу, а с помощью какой-либо иной части тела это можно делать даже ради сохранности «отстраненного предмета» (мукце) или ради разрешенного предмета, ставшего основанием для запрещенного. Приступим к объяснению сказанного.

Косвенное перемещение производится руками, но не прямым, а косвенным образом. Например, человек берет фрукты, засыпанные соломой или пылью, так, что при этом солома или пыль обязательно сдвинутся с места. И поскольку он сдвинул их косвенно – то есть взяв в руки фрукты, которые были покрыты ими, и сделал это ради цели, разрешенной в субботу – для того, чтобы съесть фрукты, он не нарушил запрет (см. трактат Шабат, 123а; Шульхан арух, 311, 8-9). Подобным же образом, если человек хочет взять книгу, на которой лежит ручка – при условии, что ручку просто забыли там, и она не стала «основанием для запрещенного предмета» (см. выше, п. 5), – то он может взять в руки книгу и в результате этого уронить ручку. То же самое касается и ситуации, когда человек случайно оставил на подушке монеты, и эта подушка необходима ему для сна: он может поднять подушку и таким способом стряхнуть с нее монеты. Подобным же образом, если человек забыл камень на крышке бочки и хочет взять вина из этой бочки, то он может наклонить бочку, чтобы камень упал. А если эта бочка тесно прижата к другим, и наклонить ее невозможно, или если от наклона бочки разобьется сосуд, стоящий рядом с ней, то разрешается поднять бочку вместе с камнем, лежащим на ней, и отнести ее в такое место, где можно будет стряхнуть с нее камень, не нанося ущерба (см. трактат Шабат, 142б; Шульхан арух, 309, 4).

Разрешается также взять в руки метлу и отодвинуть с ее помощью листья, имеющие статус мукце, или подмести пыль. Ведь поскольку человек делает это косвенным образом (не руками, а метлой) ради цели, разрешенной в субботу (чтобы двор был чистым), это разрешено. Разрешается также отодвинуть ножом кожуру или шелуху с той части стола, которой человек хочет воспользоваться (см. Турей заѓав, 308, 18; Мишна брура, 115)^[14].

Но если человек хочет передвинуть предмет, имеющий статус мукце, ради него самого, то есть для его сохранности, то это запрещено делать даже косвенным образом. Например, если на стуле лежат деньги, и человек опасается, что их украдут, то запрещено наклонять стул, чтобы спрятать деньги.

Но разрешается перемещать эти деньги с помощью какой-либо иной части тела человека, кроме ладоней. Ведь запрет на перемещение в субботу предметов, имеющих статус мукце, касается их перемещения обычным способом, то есть руками, однако не запрещено перемещать их иными частями тела: ногой, локтем, с помощью дыхания или любой другой частью тела, кроме ладоней (см. Шульхан арух, 311, 8; Рама, 308, 3). Исходя из этого, если на земле лежат деньги, их можно отодвинуть ногой, чтобы спрятать. Подобным же образом, если на земле стоит предмет, который может сломаться, если на него наступят, то его можно отодвинуть ногой, чтобы на него никто не наступил. То же самое касается и ящика, ставшего «основанием для запрещенного предмета»: если в нем лежит что-то необходимое человеку в субботу, то разрешено открыть его с помощью какой-либо части тела, кроме ладоней, и взять оттуда необходимый предмет. Разрешается также сидеть на камнях или бревнах, несмотря на то, что при этом человек раскачивает их (см. Мишна брура, 308, 82). Разрешается также опираться на автомобиль, при условии, что тем самым человек не приводит в действие сигнализацию.

[14]. Однако некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и говорят: поскольку человек берет метлу специально для того, чтобы отмести листья или пыль, это считается прямым, а не косвенным действием (см. Шульхан арух ѓа-рав, 308, 60; Хаей адам, 67; Нишмат адам, 6; Хазон Иш, 47, 14). Но поскольку запрет мукце является постановлением мудрецов, практический закон соответствует менее строгому толкованию, и так написано в Шмират шабат ке-ѓилхата, 22, 37-38. Авторитеты приводят также дополнительные доводы в пользу разрешения подметать в субботу: либо согласно правилу о «горшке с нечистотами», либо потому, что пыль лишена всякой значимости. И см. «Расширенные объяснения».

Мнения поздних законоучителей разделились в вопросе, разрешается ли передвигать косвенным образом предмет, имеющий статус мукце, чтобы воспользоваться самим этим предметом ради цели, разрешенной в субботу: например, переносить с места на место поднос, на котором стоит горящий светильник, чтобы воспользоваться светом от светильника – при условии, что на подносе лежит еще какой-нибудь предмет, не имеющий статус мукце и более значимый, нежели светильник, потому что в таком случае поднос не становится «основой для запрещенного предмета», как объясняется выше, в п. 6. Бейт Меир (276, 3) и При мегадим (Мишбецот заѓав, 308, 18) говорят, что в этом вопросе разрешается придерживаться менее строгого толкования закона, а Шульхан арух ѓа-рав (276, 10) следует более строгому толкованию, ведь поскольку человек переносит поднос главным образом для того, чтобы воспользоваться горящим светильником, считается, что он переносит мукце косвенным образом ради цели, запрещенной в субботу. И написано в Шмират шабат ке-ѓилхата (20, прим. 194), что если человек хочет придерживаться в этом менее строгого толкования закона, ему есть на чье мнение положиться.

Разрешается передвигать мукце чуть-чуть ради цели, разрешенной в субботу: например, можно передвинуть решетку кондиционера, регулирующую направление воздуха, или стрелки часов, имеющих статус «мукце по причине ценности предмета» (мукце ме-хамат хесрон кис), как объясняется в Шмират шабат ке-ѓилхата, 28, 26, прим. 55. И закон не соответствует тому, что сказано в Орхот шабат (19, прим. 466), который это запрещает.

13. Сломанные инструменты и сношенная одежда

Как мы уже говорили (в п. 3), любой предмет, который не годится для использования в субботу, имеет статус «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо). Но следует выяснить, на каком этапе разрешенный предмет становится непригодным к использованию и приобретает статус мукце. Согласно общему принципу, на статус предмета влияют два решающих фактора: 1) его состояние; 2) мнение человека о нем. Объясним сказанное.

Если перед наступлением субботы человек выкинул в мусор пригодные к использованию инструменты или одежду, то они не стали мукце. Несмотря на то, что он продолжает оставаться владельцем этих вещей и считает, что они не годятся для использования, его личное мнение является второстепенным по сравнению с общепринятым. Но если перед наступлением субботы человек выкинул сломанные инструменты или сношенную одежду, то они получают статус мукце. Несмотря на то, что некоторые люди посчитали бы эти вещи еще пригодными к использованию, тот факт, что они пришли в негодность, и их владелец выбросил их в мусор, придает им статус мукце (см. Шульхан арух, 308, 12; Мишна брура, 51; Рама, 308, 7). Но если человек выкинул их в субботу, они не стали мукце – ведь поскольку перед началом субботы они не были мукце, потому что ими еще можно было хоть немного пользоваться, в субботу их статус не понижается (см. Мишна брура, 308, 32).

Если в субботу предмет сломался или разбился, он не становится мукце, если им или его частями еще можно пользоваться. Если же его частями пользоваться никак нельзя, то они получают статус мукце. Но если существует опасность, что обитатели дома могут пораниться осколками, то их можно собрать руками. А если предмет разбился накануне субботы, и его владелец выкинул осколки в мусор, хотя ими еще можно было пользоваться, они все равно стали мукце (см. Шульхан арух, 308, 6-7 и 11; Мишна брура, 48; Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 42).

Если от предмета отломилась какая-либо деталь – неважно, в саму субботу или до ее наступления, – и ее можно приделать обратно, то хотя ее никак невозможно использовать в субботу, она не является мукце. Разрешается перемещать как сам этот предмет, так и отломившуюся от него деталь, поскольку она все еще считается его частью. Исходя из этого, если в субботу рассыпалась нитка бус, она не становится мукце, так как человек намеревается нанизать бусины обратно на нитку (при условии, что нет опасения, что он станет завязывать нитку в субботу). Подобным же образом, если в субботу у человека выпал вставной зуб или коронка, они не становятся мукце, поскольку человек намеревается вставить их обратно. То же самое касается и оторвавшейся пуговицы: она не является мукце, потому что человек намеревается пришить ее обратно. И хотя новая пуговица – это мукце, так как в субботу ею никак нельзя воспользоваться, однако в данном случае, когда пуговица уже была частью одежды, она не имеет статус мукце^[12].

Что же касается предметов, которые до начала субботы были прикреплены к земле, а в субботу сломались, то они приобретают статус мукце, потому что предметы, прикрепленные к земле, не предназначены для перемещения. Исходя из этого, в субботу запрещено перемещать сломанную дверь от дома (см. трактат Шабат, 122б; Шульхан арух, 308, 8-10; Мишна брура, 35)^[13].

Использованная одноразовая посуда не является мукце, если она пригодна для дальнейшего использования. Но если ее выбросили в грязный мусорный бак, то она стала мукце. Подобным же образом, если она запачкана так сильно, что пользоваться ею больше невозможно, то она становится мукце, даже не будучи выброшена в мусор. Но если грязная одноразовая посуда лежит в таком месте, где причиняет людям неудобство, то ее разрешено вынести согласно закону о «горшке, наполненном нечистотами» (как объяснялось в предыдущем пункте. И см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 42).

Если бумага, которой вытирали руки, брошена в специально отведенный для этого бак, и обычно ею пользуются еще раз для вытирания жидкостей, то она не является мукце. Но если ее бросили в грязный мусорный бак, и больше ею пользоваться не собираются, то она становится мукце.

[12]. Таков практический закон, приведенный в Шмират шабат ке-ѓилхата, 15, 72. Однако после этого там написано, что желательно придерживаться более строгого толкования закона и не переносить с места на места оторвавшуюся пуговицу, поскольку некоторые ранние законоучители (Меири и рабби Йонатан из Люнеля) считают, что разрешение переносить в субботу с места на место крышки горшков основано на том, что этими крышками можно накрывать горшки, а не потому, что они сами считаются пригодной к использованию посудой. А значит, пуговица, которая не пригодна ни для чего, является мукце.

Следует также добавить: когда существует опасение, что человек захочет в субботу прикрепить отломавшуюся часть постоянным способом, тем самым нарушив запрет строительства (боне), мудрецы запрещают переносить эту часть с места на место. Например, если у скамьи отвалилась ножка, эту скамью запрещено передвигать в субботу, чтобы опереть о другую скамью, потому что в таком случае человек может захотеть починить сломанную скамью. Но если починить скамью сложно, или если сломанной скамьей уже пользовались в таком виде до наступления субботы, то нет опасения, что человек забудет о субботнем запрете и захочет починить скамью в субботу, и тогда скамью разрешено передвигать, как объясняют Шульхан арух (313, 8), Рама (308, 16), и как говорится выше, в гл. 15, п. 6.

[13]. Сломавшаяся ручка двери, или крана, или сиденье унитаза не являются мукце, если ими еще можно пользоваться разрешенным способом, то есть прикрепив их обратно непрочно и временно, и если нет опасения, что их прикрепят прочно. Такими предметами разрешается пользоваться в субботу, как объясняется выше, в гл. 15, п. 3.

Если у небольшого шкафа (объемом не более 40 сеа и размером ама на аму на три амы; ама равняется 45.6 см) сломалась дверца, то он не является мукце, потому что впоследствии дверцу прикрепят обратно (см. Рама, 314, 1; Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 45 и прим. 164). Но если объем шкафа более 40 сеа, то сломанная дверь рассматривается с точки зрения Ѓалахи как дверь дома. А в Орхот шабат (19, прим. 236) написано: представляется, что если этот шкаф время от времени передвигают, как биму в синагоге, на которую кладут свиток Торы, то в отношении законов мукце такой шкаф расценивается как «инструмент».

12. Разрешено убирать предмет, вызывающий отвращение – «горшок с нечистотами»

Хотя предметы, вызывающие у человека крайнее отвращение – такие как «горшок с нечистотами», дохлая мышь, пищевые отходы – имеют статус «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо), мудрецы разрешили убирать их, чтобы не унижать человеческое достоинство. При этом мудрецы не хотели создавать дополнительные трудности, обязывая людей выносить подобные предметы иным способом, чем обычно (бе-шинуй), или же косвенным образом, а разрешили брать их для этого в руки обычным образом. Это верно при условии, что подобные предметы находятся в таком месте, где они мешают человеку; если же они не мешают, то их запрещено перемещать, согласно запрету мукце (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 36б; трактат Шабат, 121б; Шульхан арух, 308, 34).

Решающими факторами при этом являются степень отвращения, которое вызывает данный предмет, и его местоположение. Внутри дома даже грязные кастрюли с остатками пищи, стаканы с недопитым вином или закоптелый масляный светильник уподобляются с точки зрения Ѓалахи «горшку, наполненному нечистотами», если они причиняют человеку сильный дискомфорт, и их разрешается выносить из дома. Тот же самый закон распространяется и на двор, недалеко от того места, где сидят люди. Но если подобный предмет расположен далеко от того места, где сидят люди, то убирать его запрещено. А если на улице или во дворе, где ходят люди, валяются испражнения, то поскольку они вызывают крайнее отвращение, их разрешено убрать, даже если они лежат далеко от места, где сидят люди. Но если это происходит на заднем дворе, по которому люди почти не ходят, то убирать испражнения запрещено. А если там лежит дохлое животное, распространяющее отталкивающий запах, который причиняет людям значительное неудобство, то даже если люди не ходят по тому месту, где лежит это животное, его разрешается убрать оттуда (см. Мишна брура, 308, 131; Биур Ѓалаха, 308, 4, со слова кли; Рама, 279, 2; Мишна брура, 5).

Разрешено убрать руками со стола шелуху от семечек, хотя она и является мукце, и выбросить ее в мусор. Это можно делать даже в два этапа: например, сначала сдвинуть шелуху на край стола, а затем выбросить ее в мусорное ведро (по мнению некоторых законоучителей, именно на этом принципе основано и разрешение подметать в субботу пол; см. прим. 14).

Когда человек щелкает семечки, он может руками вынимать изо рта шелуху и бросать ее в мусор, хотя она и является мукце, но не следует оставлять ее в руке (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 26). Подобным же образом, разрешается убирать грязь, скопившуюся на решетке, закрывающей сливное отверстие в раковине.

Если мусорное ведро, имеющее статус мукце, как и мусор, находящийся в нем, переполнено, и это причиняет человеку дискомфорт, то разрешается вынести ведро из дома и выбросить его содержимое в мусорный контейнер, стоящий на улице (при условии, что в данном месте имеется эрув). А после этого разрешается возвратить ведро домой (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 22, 48)^[11].

[11]. Не следует преднамеренно превращать предмет в такой, который вызывает отвращение, чтобы его можно было вынести, но если так случилось, то постфактум (бедиавад) его разрешается выносить. А в случае крайней необходимости или для того, чтобы предотвратить ущерб, разрешается преднамеренно превращать предмет в вызывающий отвращение, чтобы его можно было вынести (см. Шульхан арух, 308, 36-37). Исходя из этого, если с крыши течет грязная вода, непригодная для того, чтобы использовать ее при мытье, или если из кондиционера течет чистая вода (которая имеет статус мукце, поскольку является побочным продуктом действия, разрешенного в субботу), то запрещено подставлять емкость, чтобы собрать эту воду, поскольку таким образом человек превращает емкость из разрешенной для использования в субботу в запрещенную, ведь нельзя переносить с места на место емкость, содержащую то, что имеет статус мукце. И хотя если грязная вода, налитая в емкость, причиняет человеку дискомфорт, ее разрешено выливать согласно правилу о «горшке с нечистотами», но, как мы уже говорили, не следует преднамеренно превращать предмет в вызывающий отвращение (см. Рамбам; Шульхан арух, 338, 8; Маген Авраѓам, 12). Однако в случае крайней необходимости, для того чтобы избавиться от грязи или предотвратить ущерб, можно положиться на мнение тех авторитетов, которые считают, что разрешается подставить емкость, чтобы собрать воду, потому что таким образом емкость не превращается в предмет, вызывающий отвращение, подобно «горшку с нечистотами», ведь грязная вода все равно продолжает течь, и потому емкость не превращается из разрешенной в запрещенную, так как воду, накопившуюся в ней, можно вылить, поскольку она вызывает отвращение. Исходя из этого, разрешается выливать грязную воду из емкости, прежде чем та переполнится, чтобы не запачкать пол (см. Тур, 338; Турей заѓав, 4; Хаей адам; Биур Ѓалаха, 338, 8, со слова асур).

11. Запрет превращать предмет из разрешенного в запрещенный в субботу

Запрещено превращать предмет из разрешенного в запрещенный в субботу, то есть делать что-либо, что не позволит использовать разрешенный предмет по назначению, потому что таким образом человек как бы «разрушает» (сотер) его в субботу. Исходя из этого, если в субботу из светильника капает масло, то запрещено подставлять под него блюдце – ведь поскольку масло имеет статус мукце, будет запрещено передвигать блюдце, которое человек подставил, чтобы собрать масло. А значит, он превратил блюдце из разрешенного к использованию в субботу в запрещенное. Поэтому если человек не хочет, чтобы масло запачкало дом, он должен поставить блюдце под светильник до начала субботы. Подобным же образом, в субботу запрещено класть какую-либо посуду под курицу, чтобы она снесла туда яйцо, ведь поскольку яйцо, снесенное в субботу, имеет статус мукце, будет запрещено перемещать посуду, в которой лежит такое яйцо, и получится, что человек превратил эту посуду из разрешенной для использования в субботу в запрещенную (см. трактат Шабат, 42б; Шульхан арух, 310, 6 и 265, 3).

И все же можно подложить блюдце под светильник или посуду под курицу разрешенным способом: для этого нужно сначала положить в посуду другой, более значимый предмет, который разрешено перемещать в субботу, и тогда можно будет перемещать посуду, в которой лежит этот разрешенный предмет (см. Мишна брура, 265, 6).

Если человек опасается, что с горящей свечи будут падать искры, он может подложить под свечу блюдце, чтобы искры падали туда. Это объясняется тем, что искры не являются чем-то осязаемым, и как только свеча погаснет, блюдце можно будет переставлять с места на место, и не считается, что таким образом человек превратит разрешенный предмет в запрещенный. Но нельзя наливать в блюдце воду, поскольку это ускоряет процесс гашения искр (см. трактат Шабат, 47б; Шульхан арух, 265, 4).

В субботу запрещено мочить подушки и одеяла, поскольку это делает их непригодными к использованию, и таким образом человек превращает их из разрешенных к использованию в субботу в запрещенные (см. Шульхан арух, 305, 19). Подобным же образом, запрещено пачкать одежду таким образом, чтобы ее было невозможно надеть, не постирав. А если на пол пролился сок, то запрещено вытирать его одеждой, потому что из-за этого одежда перестает быть пригодной к носке. Но можно вытереть пол тряпкой, потому что она предназначена именно для этого. Разрешается также, чтобы множество людей вытирали руки одним и тем же полотенцем, пока оно не станет таким мокрым, что больше им будет невозможно вытираться. При этом не считается, что эти люди превратили полотенце из разрешенного к применению в субботу в запрещенное, поскольку они использовали его по прямому назначению. Подобным же образом, в субботу разрешается класть в мусорное ведро пакет и бросать в него мусор, хотя при этом пакет станет мукце, как мусор, который в него бросают. Это не является нарушением запрета превращать пакет из разрешенного к применению в субботу в запрещенный, так как мусорный пакет предназначен специально для того, чтобы в него бросали мусор (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 22, 28 и Орхот Шломо, 19, 329).

В субботу можно поставить перевернутую миску перед клеткой с цыплятами, чтобы они могли с помощью этой миски забираться в клетку или выбираться из нее. Хотя животные имеют статус мукце, не считается, что таким образом человек превратил миску из разрешенной в запрещенную, потому что он может в любой момент забрать миску обратно. Но запрещено доставать миску из клетки, когда на ней стоит цыпленок (см. трактат Шабат, 128б; Шульхан арух, 308, 39).

10. Мукце в сумерки во время наступления субботы

Любой предмет, имевший статус мукце в сумерки во время наступления субботы, продолжает быть таковым в течение всей субботы, даже если причины, по которой этот предмет считался мукце, больше не существует. Исходя из этого, если человек положил деньги на стол, то стол получил статус мукце, так как стал «основанием для запрещенного предмета», и даже если в субботу деньги упали со стола, он все равно остается мукце, поскольку был таковым в сумерки (см. Шульхан арух, 310, 7; выше, п. 5). Подобным же образом, масляный светильник, зажженный перед наступлением субботы, запрещено переставлять даже после того, как он потух, и запрещено также пользоваться маслом, оставшимся в нем. Это объясняется тем, что поскольку светильник имел статус мукце до начала субботы, он остается таковым всю субботу (см. Шульхан арух, 279, 1; Мишна брура, 1). Исходя из того же принципа, если дорогостоящий предмет, имевший статус «мукце по причине ценности» (мукце ме-хамат хесрон кис), сломался или разбился в субботу, то его части остаются мукце, даже если они пригодны для использования, поскольку сам предмет имел статус мукце в сумерки перед наступлением субботы (см. Мишна брура, 308, 35 на основе сказанного в Маген Авраѓам, 308, 19).

Предмет может иметь статус мукце, только если в отношении него выполняются два условия: 1) в сумерки во время наступления субботы он был запрещен для использования в субботу; 2) человек «отстранил» его в своем сознании от использования в субботу. В Талмуде приводится известный пример с инжиром и виноградом, оставленными сушиться на заднем дворе (называемом мукце). Пока они не высохли окончательно, они не годятся в пищу из-за брожения, происходящего в них; кроме того, человек сознательно «отстранил» их. По этим двум причинам они имеют статус мукце. Поэтому даже если в субботу процесс их высушивания завершился, и они стали пригодны в пищу, они все равно остаются мукце всю субботу, поскольку были таковыми в сумерки во время ее наступления. Но если было соблюдено только одно из двух названных условий, то предметы не становятся мукце на всю субботу. Например, если человек положил пшеничные зерна на землю, намереваясь их посеять, то поскольку на деле они были пригодны в пищу, хотя человек и «отстранил» их в своем сознании, они не приобрели статус мукце, и в субботу разрешается брать их с земли и есть (см. Шульхан арух, 310, 2).

Подобным же образом, если человек знает заранее, что предмет, который в сумерки во время наступления субботы был запрещен к использованию, в течение самой субботы станет пригоден к использованию, то данный предмет не является мукце, поскольку человек не «отстранил» его в своем сознании. В пример этому можно привести кастрюлю с пищей, которая варится на субботней плате в сумерки во время наступления субботы. Хотя в сумерки пища еще не готова, и есть ее нельзя, но поскольку человек знает, что позднее пища будет готова и пригодна к употреблению, он не «отстраняет» ее в своем сознании. То же самое можно сказать и о ситуации, когда человек вешает мокрую одежду на веревку: даже если в сумерки эту одежду надевать еще нельзя, потому что она мокрая, но если погодные условия таковы, что в течение субботы она обязательно высохнет, то человек не «отстраняет» эту одежду в своем сознании, и ее можно перемещать после того, как она высохнет (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 22, 11)^[10].

[10]. Кастрюля с еще не сварившейся пищей не является мукце, потому что человек не заинтересован в том, чтобы пища, содержащаяся в ней, варилась именно в сумерки во время наступления субботы. Он бы предпочел, чтобы пища была готова раньше. Что же касается светильника, то человек хочет, чтобы он горел именно в сумерки, чтобы в доме был свет. Поэтому человек «отстраняет» светильник в своем сознании, и тот приобретает статус мукце, который сохраняется в течение всей субботы (см. Шульхан арух, 279, 1). Если человек мысленно поставил условие, что после того как светильник погаснет, он станет пользоваться оставшимся в нем маслом, то оставшееся масло не будет иметь статус мукце, так как совершенно очевидно, что светильник погаснет (см. Шульхан арух, 279, 4). Однако по мнению Рама, поскольку масло в светильнике было запрещено к использованию в сумерки во время наступления субботы, оно остается мукце в течение всей субботы, и условие, которое мысленно поставил человек, ничего не меняет.

В Мишна брура (308, 63) сказано, что одежда, которая была мокрой в сумерки во время наступления субботы, остается мукце в течение всей субботы. Многие комментаторы объясняют: это верно лишь тогда, когда нет полной уверенности, что эта одежда высохнет в течение субботы. Если же можно с уверенностью сказать, что одежда высохнет, то она не сохраняет статус мукце. Другие авторитеты говорят: Мишна брура подразумевает, что такая одежда имеет статус мукце, поскольку существует опасение, что человек может ее отжать, чтобы она высохла поскорее. Как бы то ни было, практический закон таков: если человек знает наверняка, что в течение субботы одежда высохнет, то ее можно переносить с места на место в субботу. Так написано в Левият хен (37) и в Орхот шабат (19, прим. 563) от имени Хазон Иша. И см. «Расширенные объяснения».

Плоды, которые в сумерки во время наступления субботы еще росли на дереве, а в субботу упали на землю, остаются мукце в течение всей субботы, поскольку в сумерки они не были пригодны в пищу, и человек их мысленно «отстранил» – ведь если бы они были ему нужны, он сорвал бы их с дерева перед началом субботы (см. Шульхан арух, 322, 3; Мишна брура, 7). Кроме того, мудрецы запретили таки плоды, чтобы человек не сорвал их в субботу (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 3а; Мишна брура, 325, 22). Поэтому даже если известно, что нееврей намеревается сорвать их с дерева в субботу, то даже если они не являются мукце, они все равно запрещены для еврея, исходя из того, что мудрецы установили запрет на плоды, упавшие с дерева в субботу (см. Шаар ѓа-циюн, 26).

Но если скотина была еще жива в сумерки, а в субботу ее забили, чтобы приготовить мясо для опасно больного человека, то здоровый человек может есть сырое мясо этой скотины, и не имеет значения, что в сумерки во время наступления субботы оно имело статус мукце. Ведь не каждый человек умеет забивать скотину, и если человек ее не забил, это не означает, что он сознательно «отстранил» ее, как отстраняют плоды (см. Шульхан арух, 318, 2; Мишна брура, 8).

09. «Инструменты, с помощью которых выполняется разрешенная работа», пища и книги

«Инструменты и утварь, с помощью которых выполняется работа, разрешенная в субботу» – это столы, стулья, кровати, подушки, термос, часы, метла и т.п. Все подобные предметы разрешается перемещать, чтобы воспользоваться ими ради какой-либо цели, но запрещено делать это просто так, без всякой нужды. А в эпоху Нехемьи, когда многие из народа Израиля совершали грех нарушения субботы, мудрецы постановили, что запрещено перемещать любую домашнюю утварь. Когда же народ Израиля стал вновь строго соблюдать законы Ѓалахи, мудрецы вновь разрешили перемещать инструменты и утварь, с помощью которых выполняется работа, разрешенная в субботу, но запрет перемещать их без нужды так и остался в силе. Этот запрет нужен для того, чтобы человек следил в субботу за своими действиями и не перемещал предметы без нужды, что поможет ему воздержаться от нарушения субботних запретов. Кроме того, в субботу человек должен пребывать в состоянии внутреннего спокойствия, одним из признаков которого является то, что его руки тоже должны пребывать в покое и не заниматься никому не нужной перестановкой предметов.

Однако указанный запрет ни в коей мере не распространяется на пищу, книги, одежду и украшения, поскольку все эти предметы дают человеку наслаждение в субботу, и потому их можно перемещать, даже если в этом нет никакой нужды.

Мнения законоучителей разделились относительно предметов, которыми человек пользуется постоянно, – например, столовых приборов, тарелок и стаканов. Некоторые считают, что они принадлежат к категории предметов, на которые не распространяются никакие запреты; другие полагают, что закон по отношению к ним таков же, что и по отношению к любой утвари, с помощью которой выполняется работа, разрешенная в субботу, – их запрещено перемещать без нужды. А поскольку запрет мукце является постановлением мудрецов, по сути можно придерживаться менее строгого толкования закона, однако изначально (лехатхила), поскольку многие авторитеты склоняются к более строгому толкованию, желательно учитывать их мнение и воздерживаться от ненужной в субботу перестановки столовых приборов, тарелок и стаканов^[9].

[9]. В барайте (к трактату Шабат, 123б) объясняется, что в дни Нехемьи, когда многие евреи совершали грех нарушения субботы, мудрецы постановили, что вся домашняя утварь (кроме трех предметов) – мукце, а когда евреи стали вновь строго соблюдать законы Ѓалахи, тогда мудрецы постепенно, в три этапа, вновь разрешили переносить с места на место предметы. Рава объясняет, что «инструменты, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» мудрецы разрешили переносить только ле-цорех гуфо или ле-цорех мекомо, а «инструменты, с помощью которых выполняется разрешенная работа» можно переносить как ле-цорех гуфо или ле-цорех мекомо, так и заносить их с солнца в тень, чтобы им не был причинен ущерб. По мнению большинства ранних законоучителей, «инструменты, с помощью которых выполняется разрешенная работа» можно переносить с места на место только в случае необходимости – например, если их нужно занести с солнца в тень, – но запрещено делать это просто так, без нужды. И таково мнение Рана и Магид мейшарим, которое они выводят из слов Рамбама, и к тому же мнению склоняется Рашба, и такое постановление выносят Тур и Шульхан арух (308, 4). Однако по мнению рабби Аѓарона ѓа-Леви и Ритва, когда мудрецы разрешили переносить с солнца в тень «инструменты, с помощью которых выполняется разрешенная работа», они имели в виду, что это можно делать и просто так, без нужды. А поздние законоучители указывают придерживаться в этом вопросе более строгого толкования закона, согласно постановлению Шульхан аруха.

Что же касается пищи и книг, то мудрецы никогда не применяли по отношению к ним запрет мукце, и по всем мнениям их разрешается переносить с места на место даже просто так, без нужды. Тот же самый закон относится к одежде и украшениям, и так написано в Кцот ѓа-шульхан (105) и в Бадей ѓа-шульхан (7), и их слова приводятся в качестве практического закона в Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 83.

Мнения законоучителей разделились также в отношении посуды, которой человек постоянно пользуется за трапезой. По мнению Рамбама (25, 1-3), Шней лухот ѓа-брит, Хаей адам (66, 3), Бен Иш Хая (шана шния, разд. Микец, 1), согласно сказанному в Мишне (трактат Шабат, 123б), запрет мукце не распространялся только на три вида кухонной утвари, необходимой для субботней трапезы: «Особый нож для разрезания сушеного инжира, особая ложка для удаления грязи из котла и небольшой нож, который кладут на стол (чтобы резать хлеб, мясо и т.п.)». Все остальные виды посуды относятся к категории «инструментов, с помощью которых выполняется разрешенная работа», и их запрещено переносить с места на место без необходимости. А по мнению Тосафот (к трактату Шабат, 123б, со слова микцоа), Роша, Шильтей гиборим, Теѓила ле-Давид (308, 4), Хесед ле-алафим, Мишна брура (308, 23), эти три вида кухонной утвари, упомянутые в Мишне, являются лишь примерами посуды, которой люди часто пользуются во время трапезы; из этого следует, что на столовые приборы, тарелки и стаканы не распространяются никакие запреты мукце. А рав Овадья Йосеф говорил, что в этом вопросе следует придерживаться более строгого толкования закона, а также запрещал в субботу вертеть в руках предметы кухонной утвари, чтобы успокоить нервы (см. Ялкут Йосеф, ч. 2, стр. 452-457). А некоторые авторитеты, которые толкуют закон более строго, в этом указывают придерживаться менее строгого толкования, и такой вывод можно сделать на основе сказанного в Арух ѓа-шульхан (308, 15), и так сказано в Шмират шабат ке-ѓилхата (20, 83): «Разрешено брать в руки и передвигать подобные предметы просто потому, что человеку это доставляет удовольствие, даже если он делает это без какой-либо необходимости». Нечто подобное написано и в Орхот шабат (19, прим. 108) от имени Хазон Иша.

08. Инструменты, с помощью которых выполняется как запрещенная, так и разрешенная работа

Если имеется инструмент, с помощью которого выполняется как запрещенная, так и разрешенная работа, то закон выносится согласно тому, для чего данный инструмент используется в большей степени (так написано в При мегадим и в Мишна брура, 308, 10). Исходя из этого, перочинный нож, к которому прикреплены и ножницы, не является мукце, так как состоит главным образом из лезвий, которыми можно резать пищу в субботу, и запрещено только трогать ножницы. Подобным же образом, часы, в которые встроен калькулятор, не имеют статус мукце, поскольку его главное предназначение состоит в том, чтобы показывать время, и этой функцией можно пользоваться в субботу. В отличие от этого, мобильный телефон с часами запрещен к использованию в субботу, поскольку он используется в основном именно как телефон. Потому он имеет статус «инструмента, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу», и его нельзя перемещать ради его основного использования, но можно ради того, чтобы воспользоваться им в разрешенных целях (ле-цорех гуфо) – то есть для того, чтобы посмотреть, который час, но класть его в карман для этого запрещено. Его также разрешено перемещать для того, чтобы освободить место, в котором он находится (ле-цорех мекомо), либо если будильник, встроенный в него, зазвенел, и человек хочет отложить телефон подальше, чтобы он не мешал ему спать. Подобным же образом, кастрюля тоже является «инструментом, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу», потому что она предназначена главным образом для варки, но если она содержит пищу, то пища становится главной, а кастрюля – второстепенной, и ее разрешается перемещать. А когда вся пища, что была в кастрюле, закончилась, кастрюлю можно убрать со стола, даже если она не занимает место, необходимое для чего-либо иного, поскольку грязная кастрюля, стоящая на столе, вызывает отвращение, а, как мы уже говорили, если мукце представляет собой предмет, вызывающий отвращение, – к примеру, по словам мудрецов, «горшок с нечистотами», – то мудрецы разрешают унести его, взяв в руки (см. Мишна брура, 308, 20; Биур Ѓалаха, со слова кли; ниже, п. 12).

Духовка, даже если в ней хранятся противни или пироги, имеет статус «инструмента, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу», поскольку она предназначена главным образом для выпечки. Но разрешается открывать дверцу духовки, чтобы достать оттуда хранящуюся там пищу, так как это делается ле-цорех мекомо. А если человек хочет положить в духовку пищу для хранения, то для этого ему разрешено открыть дверцу духовки, а затем закрыть ее, потому что он делает это ле-цорех гуфо (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 79).

Тфилин имеют статус «инструмента, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу», так как в субботу и йом тов их запрещено накладывать (см. Шульхан арух, 31, 1). Поэтому их разрешено перемещать только ради того, чтобы воспользоваться ими в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или ради того, чтобы освободить место, в котором они лежат (ле-цорех мекомо). Как можно воспользоваться тфилин в субботу в разрешенных целях? Наложить их как чудодейственное средство, чтобы избавиться от опасности. А что такое в данном случае ле-цорех мекомо? Например, если тфилин лежат в одном пакете с талитом, и человек хочет достать их оттуда, чтобы взять с собой талит в синагогу в этом пакете (так написано в Турей заѓав и Маген Авраѓам). При крайней необходимости, когда тфилин может быть нанесен ущерб, их разрешается перемещать (см. Мишна брура, 31, 2 и Биур Ѓалаха).

Комнатные растения в горшках тоже относятся к категории «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу», так как в субботу запрещено сажать, поливать и срывать растения. Но разрешается переставлять комнатные растения ле-цорех гуфо – то есть для того, чтобы украсить стол, или ле-цорех мекомо – для того чтобы освободить место, на котором они стоят (см. выше, гл. 19, п. 10).

07. «Инструменты, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу»

«Инструменты, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» – это инструменты, приспособления и другие предметы, с помощью которых люди обычно выполняют работу, запрещенную в субботу (мелаха). Примером таких предметов могут служить молоток, ножницы, иглы, плоскогубцы, телефонная книга. Все перечисленные предметы имеют статус мукце, потому что предназначаются для выполнения работ, запрещенных в субботу. Но с другой стороны, поскольку этими предметами можно пользоваться для выполнения других действий, разрешенных в субботу, человек не отстраняет их полностью в своем сознании. Поэтому в отношении «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» мудрецы установили промежуточный закон: в целом такие предметы считаются мукце, и если подобный предмет лежит в таком месте, где он может испортиться или его могут украсть, его запрещено перекладывать на другое место; но разрешается перемещать его ради того, чтобы использовать в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или ради места, в котором он лежит (ле-цорех мекомо; см. Шульхан арух, 308, 3).

Перемещение предметов ради того, чтобы использовать их в разрешенных целях (ле-цорех гуфо): например, в субботу разрешается брать молоток, чтобы колоть им орехи; ножницы, чтобы открыть с их помощью пакет молока; иглу, чтобы с ее помощью вытащить занозу из тела; плоскогубцы, чтобы с их помощью открыть или закрыть кран, не имеющий ручки; телефонную книгу, чтобы найти в ней адрес друга. Но если можно добиться того же результата без использования «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу», то пользоваться ими не следует (см. Мишна брура, 308, 12).

Перемещение предметов ради места, в котором они лежат (ле-цорех мекомо): если «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» лежит в таком месте, которое нужно человеку, – например, на столе, на который необходимо поставить блюда или положить книги, или на кровати, которая необходима человеку, чтобы спать на ней, или на стуле, на который человек должен сесть, – то указанный предмет разрешается переложить в другое место. Подобным же образом, если инструмент лежит на полу, и проходящие там люди могут споткнуться об него, то разрешается убрать его оттуда. Или если, к примеру, раскрытая дверца стиральной машины мешает людям, проходящим мимо нее, то ее разрешено закрыть. Если «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» мешает открыть или закрыть окно, разрешается его убрать.

А раз человек уже взял в руки подобный инструмент, чтобы воспользоваться им в разрешенных целях или убрать с места, в котором тот лежал, то ему разрешается отнести этот инструмент в подходящее место (см. Шульхан арух, 308, 3 и ниже, п. 15)^[6].

Приведем еще примеры предметов, относящихся к категории «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу»: ручка для письма, карандаш, точилка для карандашей, кисточка для краски, писчая бумага, деловые счета, наждачная бумага, копировальная бумага, свечи, спички, гвозди, сигареты^[7].

Существует и другая категория «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу»: например, особый нож, применяемый в том или ином ремесле, или молоток, которым пользуются шлифовальщики алмазов, – поскольку люди строго следят за тем, чтобы не использовать подобные предметы в иных целях, кроме тех, для которых они предназначены изначально, они имеют статус «мукце по причине ценности предмета» (мукце ме-хамат хесрон кис), и закон по отношению к ним более строг – их запрещено перемещать даже для того, чтобы воспользоваться ими в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или чтобы освободить место, в котором они лежат (ле-цорех мекомо), как объясняется в п. 4.

Электроприборы: вентилятор, стиральная машина, холодильник и все прочие электроприборы, не имеющие спираль накаливания, относятся к категории «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу». Что же касается электроприборов, имеющих спираль накаливания или нагревательный элемент – таких как лампа, электрический обогреватель, радиатор, субботняя плата – то если они были включены в сумерки во время наступления субботы, они имеют статус «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо), и их запрещено перемещать в течение всей субботы даже для того, чтобы воспользоваться ими в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), либо для того, чтобы освободить место, в котором они находятся (ле-цорех мекомо); если же они выключены и не были включены в сумерки во время наступления субботы, они рассматриваются с точки зрения закона как «инструменты, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу», и их можно перемещать ле-цорех гуфо либо ле-цорех мекомо^[8].

[6]. Хотя «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» нельзя переносить с места на место, чтобы спасти его от порчи или кражи, но ради этого можно пойти на небольшую хитрость: перенести указанный инструмент либо для того, чтобы воспользоваться им в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), либо для того, чтобы освободить место, в котором он лежит (ле-цорех мекомо), а затем спрятать его в надежном месте, где ему не будет причинен ущерб (см. Мишна брура, 308, 16).

[7]. Предметы, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу, и которые при этом не являются инструментами – например, дрова, керосин, густое или твердое мыло, стиральный порошок, мазь для чистки обуви и т.п. – относятся к категории «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо), и их запрещено переносить даже для того, чтобы воспользоваться ими в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или чтобы освободить место, в котором они лежат (ле-цорех мекомо). См. Мишна брура, 308, 34; Орхот шабат, 19, 7).

[8]. С точки зрения Ѓалахи спираль накаливания, горевшая в сумерки во время наступления субботы, равноценна свече, на которую распространяется полный запрет мукце, как объясняется в Шульхан арух, 279, 1. Однако некоторые авторитеты полагают, что спираль накаливания отличается от пламени свечи, поскольку горящую свечу обычно не переносят с места на место, а электроприборы, имеющие спираль накаливания, переносят, поэтому они относятся к категории «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» (см. Хазон Иш, 41, 16; Игрот Моше, 3, 50). И все, же по мнению большинства авторитетов, спираль накаливания подобна пламени свечи, и весь электроприбор является второстепенным по отношению к спирали накаливания и служит ее основой, а потому на него распространяется полный запрет мукце (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 15*). И см. «Расширенные объяснения».

06. Продолжение

Если на подносе лежат различные предметы, на часть из которых распространяется запрет мукце, а на часть – не распространяется, и человек придает большее значение предметам, которые являются мукце, то весь поднос становится «основанием для запрещенного предмета». Если же для него важнее разрешенные предметы, лежащие на подносе, то поднос не является мукце (см. Шульхан арух, 310, 8). Например: на столе стоят субботние подсвечники и лежат халы. Если подсвечники керамические, то халы считаются важнее, и стол разрешается перемещать. Если же подсвечники серебряные, то они являются «мукце по причине ценности предмета» и имеют большую важность, нежели халы. В таком случае стол становится «основанием для запрещенного предмета», и его запрещено перемещать^[5].

Если человек положил предмет, имеющий статус мукце, на другой предмет, принадлежащий его товарищу, то предмет, ставший основанием для мукце, не становится мукце, так как человек не может придать предмету, ему не принадлежащему, статус запрещенного без ведома владельца. Но если он сделал это по поручению или по желанию владельца, то предмет, принадлежащий тому, становится «основанием для запрещенного предмета» (см. Рама, 309, 4; Мишна брура, 27).

Даже если предмет, служащий основанием, гораздо ценнее, чем сам запрещенный предмет, лежащий на нем, то первый предмет все равно получает статус мукце, поскольку он является основанием. Но если запрещенный предмет не имеет вовсе никакой ценности по сравнению с тем предметом, на котором он лежит, то предмет, служащий основанием, не становится мукце. Исходя из этого, если человек положил монету низкого достоинства на стол, или если он положил кости на тарелку, стол или тарелка не становятся «основанием для запрещенного предмета», потому что указанные запрещенные предметы не имеют никакой ценности по сравнению с ними. Подобным же образом, если главное предназначение предмета, ставшего основанием для запрещенного, заключается не в том, чтобы быть для него основанием, то он не становится мукце. Так, дверь шкафа или холодильника, к которой придвинуты ящики с предметами, имеющими статус мукце, не становится «основанием для запрещенного предмета», так как эта дверь предназначена главным образом для того, чтобы можно было открыть шкаф или холодильник, а не для того, чтобы служить основанием для предметов, которые лежат в ящиках, придвинутых к ней (см. Мишна брура, 310, 31 и 277, 7; Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 77).

Стол, ставший «основанием для запрещенного предмета», нельзя перемещать, но можно есть или учиться за ним, не передвигая его. Разрешается также раскладывать или складывать такой стол, при условии, что человек не станет двигать собственными руками ту часть стола, на которой лежит мукце. А если в столе имеются ящики, то ими можно пользоваться, если для этого не нужно перемещать сам стол (см. Теѓила ле-Давид, 310, 7; Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 61).

[5]. Тем не менее, некоторые авторитеты разрешают придерживаться менее строгого толкования закона, даже если подсвечники серебряные, поскольку считают, что подсвечники имеют лишь статус «инструментов, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» (так считает, например, рабби Акива Эйгер). Однако не следует полагаться на это мнение, так как серебряные подсвечники – это очень ценный предмет, имеющий статус «мукце по причине ценности предмета» (так считают Хазон Иш, 44, 13; Ялкут Йосеф, ч. 2, стр. 334; Пискей тшувот, 279, 1). И см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 61, и прим. 242.

Мнения авторитетов разделились и по поводу того, каков закон в отношении предмета, который служит основой для другого предмета, принадлежащего к категории «инструмента, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу». Одни авторитеты говорят, что такой предмет получает статус мукце, как и предмет, лежащий на нем, и его разрешается переносить либо ради того, чтобы использовать в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), либо ради места, в котором он лежит (ле-цорех мекомо; см. Теѓила ле-Давид, 308, 1); другие считают, что поскольку «инструмент, с помощью которого выполняется работа, запрещенная в субботу» не является мукце в любых условиях, он не придает статус мукце предмету, на котором лежит (так считает Йешуот Яаков, и см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 50). И, как известно, в отношении запретов, установленных мудрецами, можно придерживаться менее строгого толкования закона.

Если в ящик стола положили предметы, имеющие статус мукце и обладающие важностью, и если при этом ящик можно вынуть из стола, то стол рассматривается как основа для ящика и запрещенных предметов, лежащих там, и его запрещено переносить с места на место (это подобно карману, привязанному к одежде, как объясняется в предыдущем примечании). Если же ящик невозможно вынуть из стола, то он считается второстепенным по отношению к столу (подобно карману брюк), и запрещенные предметы, лежащие в ящике, не придают столу статус мукце, однако сам ящик получает это статус (см. Мишна брура, 310, 31).

05. «Основание для запрещенного предмета» – результат сознательного действия

Разрешенный предмет, на который положили запрещенный с намерением, чтобы он оставался там в субботу, также становится мукце, поскольку относится к категории «основания для запрещенного предмета». Например, если человек положил на стол деньги, то стол также становится мукце, хотя изначально таковым не являлся. Когда на стол положили деньги, он стал «основанием для запрещенного предмета». Иными словами, когда человек решил положить на этот стол деньги, он как бы дал мысленное согласие на то, что не станет пользоваться этим столом в субботу, и стол приобрел статус мукце, подобно деньгам, лежащим на нем. Даже если в субботу деньги упадут со стола, запрет мукце все равно будет распространяться на него в течение всей субботы, поскольку в момент наступления субботы (то есть в сумерки пятницы) стол имел статус мукце (см. Шульхан арух, 310, 7). Но если человек не намеревался оставить деньги на столе в течение всей субботы, а просто забыл их там, то стол не приобрел статус мукце, поскольку человек не принял решение превратить его в «основание для запрещенного предмета». Однако изначально (лехатхила) не следует перемещать стол, если на нем лежат предметы, имеющие статус мукце. Стол нужно сначала наклонить, чтобы деньги или другие запрещенные упали с него на пол, и лишь затем отнести его, куда нужно. В случае же, если запрещенные предметы, упав на пол, могут нанести человеку ущерб, – например, если таким запрещенным предметом является электронный прибор, который сломается, если упадет, или если запрещенным предметом, лежащим на столе, является камень, а на полу около стола стоит стеклянная ваза, которая может разбиться, если камень упадет на нее, – то разрешено переместить стол, даже когда на нем лежат запрещенные предметы, и наклонить его в таком месте, где эти предметы могут упасть с него, не причиняя ущерба (см. трактат Шабат, 142б; Шульхан арух, 309, 4 и 277, 3; ниже, п. 14).

Тот же самый закон касается и портативного компьютера, лежащего на книге; дорогих подсвечников, стоящих на подносе; дорогих ножей, лежащих в сумке; сырого картофеля, помещенного в кухонный ящик; коробки для сбора пожертвований (купат цдака), стоящей на биме в синагоге, – если все эти предметы были расположены так преднамеренно, то предметы, на которых они стоят, получают статус «основания для запрещенного предмета». Если же они были оставлены там по ошибке, то предметы, на которых они расположены, не становятся мукце.

Иногда человек хочет положить предметы, на которые распространяется запрет мукце, в шкаф, но поскольку там нет свободного места, запрещенные предметы кладут на одежду, лежащую в шкафу. Законоучители разошлись во мнениях, придает ли это одежде статус мукце. Одни говорят, что поскольку запрещенный предмет положили на одежду преднамеренно, эта одежда стала «основанием для запрещенного предмета» (так считает, например, Турей заѓав). Другие считают, что поскольку человек не имел в виду, что запрещенный предмет должен лежать именно на этой одежде, и так получилось случайно, одежда не приобретает статус «основания для запрещенного предмета» (так считает, например, Маген Авраѓам). На практике, в случае необходимости можно следовать менее строгому толкованию закона (см. Мишна брура, 309, 18)^[3].

Если в субботу человек нашел у себя в кармане деньги или другие предметы, на которые распространяется запрет мукце, то его одежда не становится от этого «основанием для запрещенного предмета», поскольку он, по всей вероятности, оставил там эти предметы непреднамеренно. Но следует постараться вытряхнуть запрещенные предметы из кармана, чтобы не ходить с ними в субботу. А если человек стесняется делать это в присутствии других людей или опасается, что запрещенные вещи из его кармана могут потеряться, то он может продолжать ходить с ними в кармане, пока не окажется в таком месте, где сможет вытряхнуть мукце из кармана, не стесняясь и не опасаясь ущерба^[4].

[3]. Если человек намеревался положить запрещенный предмет на разрешенный и оставить его там не на всю субботу, то, по мнению рабейну Тама, разрешенный предмет не приобретает статус «основы для запрещенного предмета», а по мнению Раши, приобретает. А Шульхан арух (309, 4) склоняется к более строгому толкованию закона. Однако в случае необходимости допустимо менее строгое толкование (см. Мишна брура, 21). Мнения законоучителей расходятся и в отношении того, каков статус разрешенного предмета, на который был положен запрещенный предмет в саму субботу. По мнению Тосафот, пока запрещенный предмет лежит на разрешенном, тот имеет статус мукце, а по мнению Ор заруа, не имеет. А Рашба и Ран считают: если человек собирается оставить там запрещенный предмет до окончания субботы, то предмет, на котором он лежит, считается мукце. А сказанное в Мишна брура (266, 26) соответствует менее строгому толкованию закона, и см. Биур Ѓалаха, 310, 7, со слова мита.

Предмет, который служит основанием, становится запрещенным, только если он необходим для запрещенного предмета, лежащего на нем. Если же запрещенный предмет необходим для разрешенного, то разрешенный предмет не приобретает статус мукце. Исходя из этого, если человек положил камень на крышку бочки, чтобы она не открывалась, или если он накрыл шерстяной тканью, на которую распространяется запрет мукце, кастрюлю, чтобы сохранить ее тепло, то бочка или кастрюля не приобретают статус мукце (см. Шульхан арух, 259, 1; Мишна брура, 9).

[4]. Если человек положил деньги в карман одежды преднамеренно, а затем захотел надеть эту одежду в субботу, и если карман пришит к одежде таким образом, что часть одежды служит основой кармана – как, например, у рубашки, – то одежда становится «основой для запрещенного предмета», и ее запрещено носить. Если же карман только прикреплен к одежде – как, например, брючный карман, – то одежда не становится основой для содержимого кармана, поскольку карман является второстепенным по отношению к самой одежде, и такую одежду разрешено носить, но необходимо при удобном случае вытряхнуть мукце из кармана, при условии, что человек не станет класть руку в карман и касаться кармана снаружи, чтобы вытряхнуть оттуда запрещенные предметы, так как на сам карман распространяется запрет мукце (см. Рама, 310, 7; Мишна брура, 29-30. И см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, прим. 275). Если же карман с деньгами привязан к одежде, то поскольку карман не пришит, он не является второстепенным по отношению к одежде, и тогда одежда получает статус «основы для запрещенного предмета».

04. «Мукце по причине ценности предмета»

Ценные предметы, которые не предназначаются для использования в субботу, и которые человек обычно не трогает просто так, а только если хочет использовать их по прямому назначению, поскольку опасается, что они могут сломаться или потеряться, относятся к категории «мукце по причине ценности предмета». Такими предметами являются, к примеру, особые ножи, которыми пользуются резники или шорники, и даже если человек захочет разрезать таким ножом пищу, это запрещено (см. трактат Шабат, 123б и 157а; Шульхан арух, 308, 1).

К категории «мукце по причине ценности предмета» относятся: музыкальные инструменты, ценные или сверхчувствительные предметы электроники и компьютерной техники, радио, магнитофоны, фотоаппараты, миксеры. Их запрещено перемещать даже для того, чтобы с их помощью совершить разрешенные в субботу действия – например, положить на раскрытую книгу, чтобы она не закрывалась. Тот же закон относится и к дорогой ткани, предназначенной для шитья, – в субботу в нее запрещено заворачиваться. Что же касается дорогих приборов, которыми обычно пользуются в субботу, то на них не распространяется запрет мукце. Такими приборами могут быть золотые часы, дорогие очки или лупа, необходимые для чтения.

К категории «мукце по причине ценности предмета» относятся также денежные купюры, важные деловые документы, удостоверение личности, кредитные карточки, марки, абонементы на проезд на общественном транспорте, пергамент для написания священных свитков, дорогая писчая бумага, которую не используют для других нужд (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 20, 20).

Подобным же образом, к категории «мукце по причине ценности предмета» относятся дорогие настенные часы или картины, которые человек, как правило, не сдвигает с места, чтобы не нанести им ущерб (см. Мишна брура, 308, 168). Тот же самый закон применяется и к большому шкафу, который стараются не сдвигать с места, чтобы он не сломался – такой шкаф тоже принадлежит к категории «мукце по причине ценности предмета» (см. Мишна брура, 308, 8). Запрет действует в ситуации, когда двигают весь шкаф, но разрешено открывать его дверцы или ящики, предназначенные для постоянного пользования.

Стаканы, тарелки или одежда, предназначенные на продажу, также относятся к категории «мукце по причине ценности предмета», поскольку торговец строго следит за тем, чтобы не пользоваться этими предметами самому. Если же торговцу это не так важно, то в таком случае товары, имеющиеся в его распоряжении, не являются мукце. Торговцы всевозможной пищей, как правило, не придают значения тому, чтобы не есть пищу, предназначенную на продажу, поэтому на пищу, находящуюся в магазинах или на складах, не распространяется запрет мукце (см. Бейт Йосеф и Рама, 308, 1; Мишна брура, 6-7; Шульхан арух, 310, 2 и Мишна брура, 4).

03. «Мукце по своей сути»

Любой предмет, не предназначенный ни для какого использования в субботу, относится к категории «мукце по своей сути». Это значит, что он является мукце по самой своей сути, так как его нельзя никак использовать в субботу. К этой категории относятся камни, животные, монеты, галька, земля, деревья, листья и всевозможный мусор, а также тело усопшего.

Предметы, относящиеся к данной категории, запрещено перемещать, даже если они нужны для совершения действия, разрешенного в субботу. Так, запрещено брать камень, чтобы подложить его под дверь или чтобы колоть с его помощью орехи. Если же человек хочет вывести камень из категории мукце, то он должен перед началом субботы мысленно предназначить его для постоянного использования в качестве держателя двери или приспособления для колки орехов, или же хотя бы один раз воспользоваться им для этих целей в будний день (см. Шульхан арух, 308, 20 и 22).

На песок тоже распространяется запрет мукце, и в субботу запрещено посыпать им нечистоты и всевозможный мусор. Но если песок был насыпан в определенном месте специально для этих нужд, то он не относится к категории мукце (см. Шульхан арух, 308, 38). Подобным же образом, запрет мукце не распространяется на песок, насыпанный в песочницу и предназначенный для детских игр (см. выше, гл. 15, п. 2).

Если пища запрещена к употреблению, и на исходе субботы человек намеревается сделать ее пригодной – к примеру, плоды, от которых не были отделены приношения и десятины (трумот и маасрот), или хлеб, от которого не была отделена хала, – то на нее распространяется запрет мукце (см. Рамбам, Законы субботы, 25, 19). Но некошерное мясо, которое еврей хочет отдать нееврею, не относится к категории мукце. То же самое относится и к некошерному мясу, которое человек намеревается скормить собаке (см. Шульхан арух, 324, 7).

На пищу, пригодную к употреблению в случае крайней необходимости, не распространяется запрет мукце. Но когда она вовсе непригодна к употреблению, если не пройдет тепловую обработку – например, мука, картофель, фасоль, сырые рыба или мясо, – то на нее распространяется запрет мукце. Этот запрет действует даже в случае, если пища пригодна для того, чтобы скормить ее животным, поскольку животных, как правило, не кормят пищей, предназначенной для человека.

В случае крайней необходимости, если морозильная камера сломалась, и мясо или рыба, лежащие в ней, могут испортиться, допустимо положиться на мнение авторитетов, считающих, что поскольку эти виды пищи пригодны для того, чтобы скормить их собаке, на них не распространяется запрет мукце, и их можно переложить в другую морозильную камеру^[2].

На животных распространяется запрет мукце, потому что их невозможно никак использовать в субботу. А в случае необходимости мудрецы разрешают держаться за животное и тянуть его по земле, чтобы накормить или защитить его, но запрещено брать животное на руки (см. выше, гл. 20, п. 3). А на домашних питомцев, которых всегда берут на руки, чтобы поиграть с ними, запрет мукце не распространяется (см. выше, гл. 20, п. 5).

Пищевые отходы, пригодные в пищу собакам или кошкам, не относятся к категории мукце. Даже если у самого человека нет собаки или кошки, такие отходы не являются мукце, потому что в городе водится множество собак и кошек, и этим отходам можно найти применение. Исходя из этого, куриные или мясные кости не являются мукце, потому что они пригодны в пищу собакам и кошкам. Что же касается пищевых отходов, непригодных в пищу человеку или животным, – например, ореховой скорлупы, шелухи от семечек, косточек от фруктов и рыбных костей, – то на них распространяется запрет мукце. Подобным же образом, любые пищевые отходы, пригодные в пищу таким животным, которые не водятся в данном месте, являются мукце (см. Шульхан арух, 308, 29. Косточки от абрикосов, с которыми играют дети и которые были извлечены в субботу, не являются мукце, и см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 16, прим. 33).

[2]. В Шульхан арух (308, 31-32) сказано, что на сырое мясо не распространяется запрет мукце, потому что некоторые люди едят его в сыром виде, тогда как сырая рыба – это мукце, поскольку в таком виде ее не едят. А по мнению Маген Авраѓам и его последователей, на мягкую сырую курятину не распространяется запрет мукце, а на жесткую, непригодную в пищу, распространяется. Турей заѓав (20) же считает, что если сырая рыба пригодна для того, чтобы скормить ее собаке, то она не относится к категории мукце, даже если на самом деле ее не дают собаке. И см. Мишна брура и Биур Ѓалаха, которые склоняются к тому же мнению, что и Шульхан арух. И представляется, что в наши дни, когда некоторые люди дают собакам мясо и рыбу, пригодные в пищу человеку, в случае крайней необходимости можно положиться на мнение Турей заѓав.

02. Общие принципы запрета мукце

Общий принцип запрета мукце таков: мудрецы запретили перемещать предметы, не предназначенные для использования в субботу. Эти предметы человек сознательно отстраняет от себя (см. ниже, п. 10). Существует несколько категорий мукце: 1) «мукце по своей сути» (мукце ме-хамат гуфо) – речь идет о предметах, которые не предназначены ни для какого использования в субботу: камни, деревья, песок, животные, а также виды пищи, не готовые к употреблению (как объясняется ниже, в п. 3); 2) «мукце по причине ценности предмета» (мукце ме-хамат хесрон кис) – речь идет о ценных предметах, которые человек обычно не трогает просто так, а только если хочет использовать их по прямому назначению, так как опасается, что они могут сломаться. А поскольку в субботу ими пользоваться нельзя, человек сознательно отстраняет их (см. ниже, п. 4); 3) «основание для запрещенного предмета» (басис ле-давар асур) – если человек кладет предмет, на который распространяется запрет мукце, на предмет, на который данный запрет не распространяется, то поскольку изначальное намерение человека состояло в том, что запрещенный предмет будет лежать именно так, он сознательно придал статус мукце и разрешенному предмету, на котором лежит запрещенный (см. ниже, п.п. 5-6); 4) «инструменты, с помощью которых выполняется работа, запрещенная в субботу» (келим ше-мелахтам ле-исур) – по отношению к этим предметам действует особый закон: с одной стороны, поскольку они предназначены для выполнения работы, запрещенной в субботу, человек сознательно отстраняет их; с другой стороны, иногда они используются для совершения действий, разрешенных в субботу. И потому такой предмет запрещено перемещать ради того, чтобы выполнить с его помощью запрещенную работу, но разрешается перемещать, чтобы воспользоваться им в разрешенных целях (ле-цорех гуфо), или ради места, в котором он лежит (ле-цорех мекомо; см. ниже, п.п. 7-9).

Если мукце представляет собой предмет, вызывающий отвращение, – например, по словам мудрецов, «горшок с нечистотами», – то мудрецы разрешают унести его, взяв в руки (см. ниже, п. 12).

Запрет заключается в перенесении предмета с места на место, если человек берет его в руки, но разрешается касаться запрещенных предметов, не перемещая их. Исходя из этого, в субботу разрешено покрывать скатертью компьютер, телефон и прочие предметы, на которые распространяется запрет мукце. Разрешается передвигать запрещенный предмет косвенным образом: если человеку нужно взять в руки какой-либо предмет или пищу, и он мимоходом передвигает запрещенный предмет, не касаясь его, он не нарушил запрет. Но этого делать нельзя, если необходимо передвинуть запрещенный предмет, чтобы сохранить его. В таком случае запрещено передвигать предмет любым движением руки, даже если человек делает это косвенным образом – например, с помощью метлы. Но разрешено передвигать запрещенный предмет путем подталкивания – например, ногой или локтем (см. ниже, п. 14).

Когда в действительности возникает сомнение, распространяется ли на тот или иной предмет запрет мукце, – например, если человек нашел под деревом плоды и не знает, когда именно они упали с дерева, до или после наступления субботы, – следует придерживаться более строгого толкования закона (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 24б; Шульхан арух, 325, 5). Но если в отношении какого-то конкретного предмета существует ѓалахический спор, является ли он мукце, то практический закон соответствует мнению тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования (см. Бейт Йосеф, 279, 4; Шаар ѓа-циюн, 309, 24).

01. Основа запрета мукце

Мудрецы запретили в субботу перемещать предметы, не предназначенные для пользования в этот день. Такие предметы называются мукце (от слова леѓакцот – «отложить», «отстранить»). В основе этого запрета лежат две главные причины: 1) это необходимо для того, чтобы сохранить особую атмосферу субботы как дня святости и покоя. Руки человека также должны отдыхать от усилий, направленных на перемещение предметов, не относящихся к субботе; 2) запрет мукце призван создать «ограду» вокруг субботних запретов, дабы человек по ошибке не выполнил работу, запрещенную в субботу (мелаха). Объясним сначала первую причину:

Помимо того что Тора запретила выполнять в субботу определенные виды работы, она также заповедала нам покоиться и отдыхать от трудов. Об этом сказано (Шмот, 23:12): «Шесть дней делай дела свои, а в день седьмой покойся, чтобы отдохнул вол твой и осел твой, и передохнул сын рабы твоей и пришелец». Сказано также (Шмот, 31:15): «Шесть дней пусть делается работа, в день же седьмой – суббота покоя, святыня Господу». Для того чтобы мы могли исполнить заповедь Торы, предписывающую нам отдыхать и покоиться в субботу, мудрецы вынесли несколько постановлений, призванных сохранить особую атмосферу субботы как дня святости и покоя. Одним из таких постановлений стал запрет перемещать предметы, относящиеся к категории мукце. Если бы в субботу разрешалось перемещать все предметы, которыми запрещено пользоваться, то люди всю субботу занимались бы уборкой дома и наведением порядка, что помешало бы им исполнять заповедь субботнего покоя и отдыха. Кроме того, пророки предупреждают нас свято хранить особую субботнюю атмосферу: в субботу мы должны ходить иначе, чем в будни, говорить иные речи, нежели в будни. Продолжая ту же логическую линию, мудрецы постановили, что в субботу руки человека не должны быть заняты перенесением различных предметов и инструментов, как в будни. Благодаря этому люди, которые не занимаются в течение недели физическим трудом, также ощущают субботнюю атмосферу. Таким образом, запрет мукце основан на словах Торы и пророков, а его детали и точные рамки установлены мудрецами (см. Арух ѓа-шульхан, 308, 4-5; выше, гл. 22, п. 1).

Вторая причина: как в отношении всех других заповедей Торы, так и здесь мудрецы установили «ограду», чтобы отдалить человека от греха. Запрет мукце – это «ограда», предназначенная для того, чтобы человек не нарушил субботний запрет перемещения предметов по общественному владению, а также чтобы не выполнил запрещенную работу (мелаха) с помощью этих предметов (см. Рамбам и Раавад, Законы субботы, 24, 12-13)^[1].

Благодаря запрету мукце создается соответствие между мыслью и действиями рук – любого предмета, который, согласно мысли человека, не подходит для использования в субботу, руки человека не касаются.

[1]. В Арух ѓа-шульхан (308, 4-5) написано, что евреи соблюдали запрет мукце еще со времен Моше рабейну. А в Талмуде (трактат Шабат, 30б) говорится, что во времена Давида и Шломо было принято соблюдать запрет мукце по отношению к предметам, которые не являются ни предметами бытового пользования, ни пищей человека или скота – например, камни, прутья, песок (мукце ме-хамат гуфо). В эпоху Нехемьи мудрецы увидели, что народ Израиля совершает грех нарушения субботы, и распространили запрет мукце на всю домашнюю утварь, кроме трех видов посуды, необходимых для субботней трапезы, которые были разрешены к использованию. Когда же евреи вновь стали строго соблюдать субботние законы, мудрецы отменили большинство запретов, связанных с домашней утварью, и только некоторые из них остались в силе (см. трактат Шабат, 123б; Шульхан арух ѓа-рав, 308, 17; ниже, п.п. 7-9). По мнению Раши и Шеильтот, запрет мукце является заповедью Торы, ведь Раба сказал (трактат Псахим, 47б; Бейца, 2б), что все необходимое для субботы следует приготовить перед началом субботы, и об этом сказано (Шмот, 16:5): «И вот, в день шестой, когда подготовят…», а то, что не подготовили, – мукце. Однако практически все ранние законоучители считают, что Раба позднее отказался от этих слов, и запрет мукце все же представляет собой постановление мудрецов. Таково мнение Тосафот, Рамбама, Рамбана, Рашба. А некоторые объясняют, что, по мнению Раши, только в отношении предмета мукце, который без всякого сомнения не подходит для использования в субботу, запрет является заповедью Торы, а все прочие виды мукце – это постановление мудрецов (см. Пней Йеѓошуа к трактату Бейца, 2б). А Хатам софер (Орах хаим, 79) утверждает: Раши имел в виду, что запрет мукце из Торы распространяется только на пищу, поскольку нам заповедано готовить пищу на субботу заранее; что же касается запрета мукце по отношению к прочим вещам, то он является постановлением мудрецов. Так или иначе, выше (в гл. 22, п. 1) мы уже приводили слова Рамбана, что основа всех законов, связанных с особой субботней атмосферой, лежит в Торе, а мудрецы только установили подробности этих законов. Тот же самый вывод можно сделать на основе того, что пишет Рамбам. И см. «Расширенные объяснения», там же.

19. Музыка и фильмы, транслируемые с помощью электронных приборов

Все без исключения авторитеты сходятся во мнении, что в субботу запрещено слушать радио и смотреть телевизор. Даже если человек включит радио или телевизор перед началом субботы, а в саму субботу не совершит никакой запрещенной работы (мелаха), это все равно запрещено. Это можно объяснить несколькими причинами: если на радиостанции работают евреи, то получаются, что они нарушают субботу, и запрещено получать удовольствие или извлекать выгоду из того, что другие евреи нарушают субботу. Но даже если все работники радиостанции или телестудии неевреи, все равно запрещено слушать передачи или смотреть программы в субботу – во-первых, потому, что это неуважение к субботе. Ведь мы уже говорили (см. гл. 2, п. 9), что, по мнению некоторых авторитетов, в канун субботы запрещено приводить в действие мельницу, если она продолжит работать и в субботу, поскольку это является неуважением к субботе. А если человек слушает в субботу радио или смотрит телевизор, это намного более серьезное нарушение, поскольку мельница издает звук, к которому никто специально не прислушивается, а когда в канун субботы включают радио или телевизор, это делается с намерением слушать или смотреть их в субботу, и совершенно очевидно, что в этом проявляется неуважение к субботе. Кроме того, слушать радио или смотреть телевизор – это сугубо будничное занятие. Подобно тому как пророки и мудрецы запретили в субботу многие типично будничные занятия, чтобы суббота не стала выглядеть как будни, так следует запретить в субботу слушать радио и смотреть телевизор. Помимо этого, существует опасение, что прибор может сломаться, и человек станет чинить его в субботу, либо изменит силу звука, либо подключит его иным образом, чем раньше (см. выше, гл. 17, п. 2). Все это относится к запрету играть на музыкальных инструментах в субботу, чтобы не случилось, что человек станет чинить неисправный инструмент. Исходя из всего этого, в субботу запрещено слушать радио и смотреть телевизор, даже если они включены до начала субботы.

По всем указанным причинам запрещено также приводить в действие магнитофон или видеомагнитофон с помощью субботнего реле времени (шаон шабат; см. Циц Элиэзер, 3, 16; Шмират шабат ке-ѓилхата, 42, 43).

18. Хлопанье в ладоши и танец

Запрет игры на музыкальных инструментах в субботу включает в себя и запрет пританцовывать, хлопать в ладоши и бить ладонью по ляжке во время пения. Мудрецы запретили это из опасения, что, поступая подобным образом, человек может в конце концов начать играть на музыкальных инструментах, а найдя в них неполадку, и чинить их (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 36б). Но разрешено хлопать в ладоши иным способом, чем обычно – внешней стороной одной ладони по тыльной стороне другой, – поскольку это напоминает человеку, что сегодня суббота, и он не станет чинить музыкальные инструменты (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Бейца, 5, 2). Из этого следует, что спокойный танец, при котором человек не отрывается обеими ногами от земли, не считается таким танцем, который запрещен в субботу (см. Иерусалимский Талмуд, там же).

Упомянутый запрет действует только тогда, когда люди поют, потому что именно в это время возникает опасение, что они захотят играть на музыкальных инструментах. В другое же время человеку разрешено попрыгать в свое удовольствие; подобным же образом, разрешается хлопать в ладоши или стучать по столу, чтобы разбудить товарища.

Однако на практике многие люди пританцовывают, хлопают в ладоши и бьют по столу в такт субботним песням, и мнения законоучителей по этому вопросу разделились. По мнению многих из них, люди, которые так поступают, заблуждаются. Но мудрецы не протестуют против этого, ведь данный запрет не приводится в Торе открыто, поэтому лучше, чтобы люди поступали так по незнанию, нежели преднамеренно (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 30а). Но когда такая возможность существует, необходимо научить людей, что, согласно постановлению мудрецов, запрещено хлопать в ладоши и танцевать (Риф, Рамбам, Шульхан арух, 339, 3). Между тем, в праздник Симхат Тора, когда существует особая заповедь радоваться и веселиться в честь Торы, даже те, кто придерживается более строгого толкования закона, обычно танцуют и хлопают в ладоши (так пишет Маѓарик от имени рава Ѓая Гаона). Что же касается других празднеств, связанных с исполнением заповеди, то в их отношении авторитеты не позволяют придерживаться менее строгого толкования закона (см. Мишна брура, 339, 8).

Другие авторитеты придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона и считают, что указанный запрет продиктован лишь одним опасением – что это приведет к починке музыкальных инструментов, однако в наши дни, когда музыканты, как правило, не умеют чинить свои инструменты, данный запрет можно отменить, и разрешается танцевать и хлопать в ладоши (см. Тосафот к трактату Бейца, 30а, со слова тнан). Другие авторитеты не принимают этот довод, ведь любой музыкант умеет настраивать струны гитары или скрипки и натягивать кожу барабана, а эти действия считаются починкой музыкальных инструментов. Но и они следуют менее строгому толкованию закона, так как в те времена, когда мудрецы установили этот запрет, было принято во время танцев приносить музыкальные инструменты и играть на них, а в наши дни многие люди поют, танцуют и хлопают в ладоши, не играя при этом на музыкальных инструментах, а потому запрет можно отменить (см. Арух ѓа-шульхан, 339, 9).

А некоторые авторитеты говорят: с тех пор как в последние поколения великие хасидские лидеры показали нам, сколь велика важность пения и танцев, дабы пробудить душу еврея и помочь ей приникнуть в радости к Святому, благословен Он, танцы и хлопанье в ладоши стали непосредственно относиться к исполнению заповеди, и потому их следует разрешить в субботу, подобно тому как они разрешены в Симхат Тору (см. Двар Йеѓошуа, ч. 2, 42, 4).

Но представляется, что и согласно мнению тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования закона, в субботу не следует стучать по столу в такт пения, потому что это напоминает игру на барабане, которая, по всем мнениям, запрещена в субботу даже ради исполнения заповеди. Кроме того, в наши дни существует реальное опасение, что люди станут при этом играть на барабанах, потому что широко распространен обычай приносить с собой на празднества дарбуки и тому подобные ударные инструменты. Но когда люди поют во время субботней молитвы, кантору или другому человек разрешается стучать по биме; подобным же образом, это разрешено и тому, кто руководит пением субботних гимнов во время трапезы^[14].

[14]. В Симхат Тору широко распространен обычай хлопать в ладоши и танцевать. Этот обычай основан на мнении рава Ѓая Гаона, приведенному у Маѓарика и в Бейт Йосеф, 339, 3. Но это разрешение не распространяется на другие празднества, связанные с исполнением заповеди, и такого мнения придерживается Шульхан арух (339, 3); к нему же склоняется и Рама, утверждая, что при этом не следует упрекать людей, которые нарушают данный запрет, поскольку лучше, чтобы они делали это по незнанию, нежели преднамеренно. Однако Рама приводит в качестве «мнения отдельных авторитетов» соображение, выдвигаемое Тосафот, которые придерживаются в этом наименее строгого толкования закона, поскольку в наши дни нет опасения, что это приведет к починке музыкальных инструментов. А из сказанного в Ям шель Шломо (к трактату Бейца, 5, 6) следует, что по сути закона разрешается полагаться на мнение Тосафот, если это необходимо для исполнения заповеди, и эти слова приведены в Элия раба (339, 1) и в Мишна брура, 10 (и см. Шаар ѓа-циюн, 339, 6-7). Именно на основе этого мнения хасиды следуют менее строгому толкованию закона (см. Двар Йеѓошуа, ч. 2, 42, 4, и Минхат Эльазар, 1, 29). Сефарды тоже могут положиться на это мнение, когда это необходимо для исполнения заповеди (см. Ор ле-Цион, ч. 2, 43, 9, и «Расширенные объяснения»). Однако менее строгое толкование закона можно применить только к ситуации, когда люди танцуют и хлопают в ладоши, но не когда они стучат по какому-либо предмету. И так написано в Элия раба (339, 1) и в Мишна брура (339, 10). Этому можно дать очень простое объяснение: когда люди стучат по столу, это напоминает игру на барабане. Что же касается человека, который ведет пение во время молитвы, то по отношению к нему можно следовать менее строгому толкованию закона по двум причинам: 1) это более необходимо для исполнения заповеди, а как мы уже говорили, рав Ѓай Гаон и Маѓарик говорят, что во время Симхат Тора можно придерживаться менее строгого толкования закона (и см. Шаар ѓа-циюн, 339, 7); 2) поскольку молитва проходит в присутствии множества людей, нет опасения, что ведущий принесет музыкальные инструменты и станет их чинить. Возможно, это одна из причин, что в Симхат Тору авторитеты допускают менее строгое толкование закона. Это подобно тому, что когда в субботу два человека изучают Тору вместе, им разрешается читать при свете свечи, так как если один из них захочет поправить фитиль, второй напомнит ему, что сегодня суббота и делать это запрещено (см. трактат Шабат, 12б). То же самое можно сказать о ситуации, когда один человек ведет песнопения во время молитвы, а второй наблюдает за ним (см. Шульхан арух, 275, 3). Подобным же образом, в Шеарей даат (Йоре деа, 282) сказано, что в субботу разрешается надевать на свиток Торы чехол с прикрепленными к нему колокольчиками (что расходится с мнением Турей заѓав). На основе всего сказанного можно также заключить, что и за субботним столом допустимо придерживаться менее строгого толкования закона, если один человек руководит субботними песнопениями, а все остальные повторяют за ним. Но всем прочим не следует стучать по столу в такт мелодии. Кроме того, это не всегда можно считать необходимым для исполнения заповеди, поскольку нередко люди, стучащие по столу, только мешают петь субботние песнопения, нарушая такт мелодии.

17. Игра на музыкальных инструментах и извлечение всевозможных звуков

Мудрецы запретили играть на музыкальных инструментах в субботу и праздники (йом тов) из опасения, что в инструменте может возникнуть какая-либо неполадка, и человек устранит ее, тем самым нарушив запрет Торы (см. Рамбам, Законы субботы, 23, 4). Однако в Храме не действуют субботние запреты, установленные мудрецами (швут), поэтому в субботы и праздники во время принесения жертв в Храме играли на флейтах, арфах, скрипках, цимбалах и трубили в фанфары (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 11б).

Запрет игры на музыкальных инструментах в субботу распространяется и на трубление в шофар. Даже в Рош ѓа-Шана, после того как заповедь трубления была исполнена самым великолепным образом, трубить в шофар больше не следует. Но детям, не достигшим возраста бар-мицвы, в Рош ѓа-Шана разрешается трубить в шофар весь день, чтобы научиться этому (см. Рама, 596, 1; Мишна брура, 3-5).

В субботу разрешается издавать руками или инструментами звуки, не связанные с пением. Исходя из этого, разрешается хлопать в ладоши, чтобы разбудить человека, или стучать в дверь руками или с помощью какого-либо предмета, чтобы обитатели дома услышали стук и открыли дверь. Можно постучать ложкой по бутылке или стакану, чтобы привлечь внимание присутствующих и попросить тишины. Разрешается также щелкать пальцами, чтобы разбудить кого-либо или рассмешить младенца (см. Шульхан арух, 338, 1).

Законоучители расходятся во мнениях в вопросе, разрешено ли в субботу звонить в механический дверной звонок или стучать в дверь с помощью металлического кольца, прикрепленного к ней, если человек хочет, чтобы его услышали и открыли ему. Некоторые считают, что это запрещено, потому что извлечение звуков таким образом похоже на игру на музыкальных инструментах (так считает, например, Рама); другие разрешают это, поскольку при этом человек не имеет намерения издавать звуки, похожие на музыку (так пишет Шульхан арух, 338, 1). А если в будни люди обычно пользуются электрическим звонком, то в субботу разрешается звонить в механический звонок или стучать в дверь с помощью специального ручного приспособления (см. Мишна брура, 338, 7)^[13].

В субботу разрешено надевать на свиток Торы чехол, к которому пришиты колокольчики. Хотя колокольчики издают звон, но поскольку тем самым люди стремятся украсить свиток Торы и выразить почтение к нему ради исполнения заповеди, и человек, несущий свиток, не имеет намерения производить звуки, это не является нарушением запрета (практический закон в этом отношении соответствует мнениям Сифтей коѓен и Маген Авраѓам и не соответствует мнению Турей заѓав).

Некоторые законоучители запрещают открывать в субботу дверь, к которой прикреплен колокольчик, поскольку колокольчик считается музыкальным инструментом (так считают Турей заѓав и Элия раба). Другие это разрешают, потому что когда человек открывает такую дверь, он намеревается войти в дом, а не играть мелодию (так считает Маген Авраѓам). Но изначально (лехатхила) желательно снять колокольчик с двери перед наступлением субботы, но если это не было сделано, то разрешено открывать дверь (см. Мишна брура, 338, 6).

В субботу разрешено свистеть, поскольку свист расценивается как пение, разрешенное в субботу, а не как игра на музыкальных инструментах. Некоторые авторитеты говорят, что разрешается свистеть, даже заложив пальцы в рот (см. Арух ѓа-шульхан, 338, 7). Что касается игрушек, издающих звуки, то об этом см. ниже, гл. 24, п. 7).

[13]. В Вавилонском Талмуде (трактат Эрувин, 104а) приводится полемика между мудрецами. Ула бен Ишмаэль считает, что в субботу запрещено извлекать всевозможные звуки, даже если при этом человек не имеет намерения наигрывать какую-либо мелодию, а потому человеку запрещается стучать в дверь, чтобы обитатели дома его услышали. Рава же утверждает, что запрещено издавать звуки, только если человек намеревается наигрывать мелодию. А в Иерусалимском Талмуде (трактат Бейца, 5, 2) рассказывается о том, как субботней ночью рабби Илаа пришел домой и позвал своих домашних, чтобы те открыли ему дверь, но они его не услышали, и поскольку он следовал более строгому толкованию закона и не стучал в дверь в субботу, ему пришлось спать во дворе. Такое же постановление выносят рабейну Хананэль и Виленский Гаон. Но даже по их мнению разрешается стучать в дверь иным способом, чем обычно (см. Биур Ѓалаха, 338, 1, со слова аваль). Однако Риф и Рамбам (23, 4) выводят из сказанного в Вавилонском Талмуде, что практический закон менее строг и соответствует мнению Рава. К тому же выводу склоняется и Рош. Таково мнение практически всех авторитетов, и так написано в Шульхан арух (338, 1), Мишна брура (2-3), Шмират шабат ке-ѓилхата (28, 41). Что же касается приспособления, прикрепленного к двери для того, чтобы в нее было легче стучать, то в этом отношении Маѓариль придерживается более строгого толкования закона, поскольку такое приспособление предназначено специально для извлечения звука. А Бейт Йосеф объясняет: возможно, Маѓариль следует в этом более строгому толкованию закона из опасения, что при использовании этого приспособления человек захочет наиграть какую-нибудь мелодию. Рама (338, 1), как и Маѓариль, следует здесь более строгому толкованию закона, а в Биур Ѓалаха (338, 1, со слова ѓоиль) говорится, что таково и мнение Шульхан аруха. Однако в Левият хен (110) и Ор ле-цион (ч. 2, 39, 1) объясняется, что, по мнению Шульхан аруха, пользоваться в субботу специальным приспособлением для стука в дверь разрешено. А если это приспособление предназначено только для пользования в субботу, то даже по мнению Рама пользоваться им разрешено (см. Мишна брура, 338, 7; Шевет ѓа-Леви, 9, 76). Исходя из этого, в субботу разрешается звонить в механический дверной звонок, если в будни пользуются электрическим звонком (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 23, 55, прим. 159).

В субботу кантору запрещено пользоваться камертоном – инструментом, издающим равномерный звук, на основе чего певец находит высоту звука, с которого он начинает пение. На камертон тоже распространяется субботний запрет игры на музыкальных инструментах (см. Мишна брура, 338, 4). Однако некоторые авторитеты разрешают пользоваться камертоном в субботу, потому что он издает равномерный тихий звук, и это необходимо для исполнения заповеди, и все же в этом желательно придерживаться более строгого толкования закона, поскольку таково мнение практически всех авторитетов. Но если человек хочет положиться на менее строгое мнение, его нельзя в этом упрекать (см. Арух ѓа-шульхан, 338, 8).

16. В каких случаях разрешается готовить что-либо с субботы на будни

С субботы на будни запрещено готовить то, что требует трудоемкого процесса приготовления, но разрешается делать то, что требует небольших усилий, которые человек совершает обычно, даже если результатом этих действий он воспользуется в будни. Совершая подобные необременительные действия, человек не демонстрирует пренебрежения к субботе. Например, в первый день праздника Суккот, после того как человек исполнил заповедь четырех видов растений, разрешается ставить растения обратно в воду, хотя это делается для того, чтобы они не завяли и остались свежими на следующий день (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 42а; Шульхан арух, 654, 1). Когда человек читает книгу, по окончании чтения он может оставить в ней закладку, хотя делает это для того, чтобы в будни ему было легче найти нужную страницу. Тот, кто взял в синагогу молитвенник, может возвратить его обратно домой (при условии, что в данном населенном пункте имеется эрув), даже если не намеревается пользоваться им в эту субботу.

Разрешается также ставить оставшуюся от трапезы пищу в холодильник, как люди поступают обычно. Можно также залить водой грязную посуду, стоящую в раковине, как люди поступают обычно, чтобы остатки пищи не прилипли к посуде. Если человек выходит из дома перед окончанием субботы, он может взять с собой ключ или свитер, хотя они понадобятся ему уже после исхода субботы. Но ему не следует говорить вслух, что он берет с собой эти вещи, потому что они понадобятся ему после окончания субботы (см. Шульхан арух, 416, 2; Шмират шабат ке-ѓилхата, 28, 89).

В случае крайней необходимости, для того чтобы избежать чрезмерных хлопот, разрешается совершать необременительные действия ради будней, даже если обычно человек не совершает подобных действий. Однако при этом не должно быть заметно, что человек совершает эти действия ради будничных нужд, чтобы это не выглядело как неуважение к субботе. Например, если в субботу человек направляется куда-то, где будет сложно найти вино для обряда ѓавдалы, он может взять вино с собой, при условии, что сделает это, пока еще не стемнело, чтобы со стороны не было видно, что он берет с собой вино ради ѓавдалы, совершаемой на исходе субботы. А если часть этого вина будет выпита во время третьей субботней трапезы, то брать с собой вино разрешено даже изначально (лехатхила; см. Хаей адам, 153, 6; Мишна брура, 667, 5).

В случае крайней необходимости, для того чтобы избежать ущерба, мудрецы разрешили совершать определенные действия, даже если очевидно, что они предназначены для будничных нужд. Например, можно занести в дом посуду, стоящую на улице, чтобы дождь не нанес ей ущерб, или положить в морозильную камеру продукты, которые иначе могут испортиться (см. Шульхан арух, 308, 4; Мишна брура, 321, 21)^[12].

[12]. Согласно сказанному в Мишна брура (321, 7), в субботу запрещено заливать водой мясо, не прошедшее процесс обработки солью в течение трех дней после того как скотина была забита, чтобы это мясо оставалось пригодным к использованию. Этот запрет основан на том, что в субботу запрещено обрабатывать что-либо, чтобы предотвратить ущерб. И см. Мишна брура (321, 21), где сказано, что в случае крайней необходимости можно положиться на мнение Элия раба и Нода бе-Йеѓуда, которые это разрешают. И так написано в Шмират шабат ке-ѓилхата, 28, 91.

15. Приготовление с субботы на будни, приведение в порядок дома и стола

Суббота – это день святости и отдыха, и если в субботу человек готовит что-либо на будни, он тем самым выказывает неуважение к ней. Поэтому мудрецы запретили в субботу готовить что-либо для будней.

В субботу нельзя приводить в порядок постель, чтобы подготовить ее на вечер после исхода субботы, но можно делать это для того, чтобы в субботу комната имела убранный вид. Подобным же образом, после третьей субботней трапезы можно привести в порядок стол и поставить грязную посуду в раковину, если люди остаются за столом до окончания субботы. Но если стол необходимо убрать только для того, чтобы дом был в порядке после исхода субботы, – например, если до исхода субботы остались считанные минуты, либо если люди собираются покинуть комнату, в которой проходила трапеза, то стол убирать запрещено, поскольку в субботу не следует готовить что-либо на будни (см. Мишна брура, 302, 19).

Подобным же образом, посуду можно мыть только в том случае, если из нее намереваются есть снова в ту же субботу. Если в раковине есть много грязной посуды, но человеку нужен всего лишь один стакан, а чистых стаканов не осталось, то разрешается помыть все грязные стаканы, поскольку человек может воспользоваться любым из них. Точно так же, если человеку нужна только одна тарелка, но чистых тарелок не осталось совсем, он может помыть все тарелки, а затем воспользоваться одной из них. Но если человек совсем не намерен есть или пить из этой посуды, то мыть ее запрещено (см. трактат Шабат, 118а; Шульхан арух, 323, 6; Мишна брура, 323, 26).

Если всю неделю человек строго следит за тем, чтобы в раковине совсем не было грязной посуды, и когда в субботу раковина в течение многих часов переполнена грязной посудой, он воспринимает это как неуважение к субботе, то он может помыть посуду, даже если не намеревается воспользоваться ею до окончания субботы, чтобы в доме было чисто в честь субботы. Но запрещено мыть кастрюли – во-первых, потому, что на них распространяется запрет мукце, а во-вторых, потому, что для этого требуется приложить значительные усилия (см. Циц Элиэзер, 14, 37. Мы уже говорили в гл. 13, п.п. 4-5, каким образом в субботу можно помыть стол, на который пролилась вода или сок, а в гл. 15, п. 9, как можно помыть пол).

В субботу запрещено складывать талит для того, чтобы он не помялся, но разрешено сложить его, чтобы он не валялся неряшливо, что было бы знаком неуважения к нему (см. выше, гл. 13, п. 9).

Запрещено готовить в субботу даже такие вещи, которые необходимы для исполнения заповеди, – например, нельзя перематывать свиток Торы на страницу, которую будут читать в будни или в следующую субботу (см. Мишна брура, 667, 5). Если же это необходимо, то можно перемотать свиток на нужное для следующего чтения место и прочитать там несколько стихов, и тогда получится, что человек делает это и ради изучения Торы в эту субботу (см. Арух ѓа-шульхан, 667, 2). Подобным же образом, можно принести в синагогу свиток Торы, необходимый для исхода субботы, при условии, что в субботу человек прочтет по этому свитку несколько стихов.

В субботу разрешено готовиться к назначенным на будни экзаменам по предметам, связанным с Торой, поскольку само изучение подобных предметов является исполнением заповеди. Если же речь идет об экзаменах по светским предметам, то в субботу лучше воздержаться от подготовки к ним, так как субботний день следует посвящать изучению Торы, а также потому, что при этом человек стремится главным образом удачно сдать экзамен, а не обогатить себя новыми знаниями. В случае крайней необходимости в этом можно придерживаться менее строгого толкования закона, поскольку изучение точных наук также обладает самостоятельной ценностью. Но запрещено готовиться к экзамену по английскому или какому-либо иному языку, поскольку изучение языков ценности не имеет. Нельзя также готовиться к экзамену, если обычно для подготовки к нему необходимо писать, поскольку в субботу можно изучать светские науки, только если существует полная уверенность, что человек не станет при этом писать или стирать написанное.

В субботу человек не должен говорить: пойду посплю, чтобы на исходе субботы у меня были силы. Рассуждая таким образом, он выказывает пренебрежение к субботе, потому что готовится во время нее к будням. Но если он не скажет это вслух, а только подумает, это не будет нарушением запрета, поскольку сон в субботу – наслаждение (см. Сефер хасидим, Мишна брура, 290, 4. И см. выше, гл. 5, п. 3).

Когда праздник (йом тов) выпадает на исход субботы, запрещено готовить в субботу что-либо необходимое для праздника. Постфактум (бедиавад), если человек все же приготовил в субботу что-то необходимое для праздника, он может этим пользоваться.

Страница1 Страница2 Страница3 Страница4 Страница5

Параграфы в главе

Жемчужины Ѓалахи

Ешива «Хар Браха» и Институт «Хар Браха»
© Все права защищены, 5786 (תשפ»ו)

Подписка на «Алаху дня»

О проекте

Автор — Рав Элиэзер Меламед

Серия книг — Пниней Алаха

О сайте и доступность

Пожертвования для Пниней Алаха

Одобрения раввинов

Revivim

Что мы изучаем?

Отношения между людьми

Семья и брак

Народ и Земля Израиля

Отношения между человеком и Творцом

Шаббат и праздники

Полезное

Приложение для Android

Приложение для iPhone

Купить книги

Программы обучения

Ежедневная Алаха — Жемчужина дня

Подписывайтесь на нас

Условия использования | Политика конфиденциальности

Жемчужины Ѓалахи We use cookies to ensure the website functions properly and improve user experience. You can choose which types of cookies to enable.

Cookie Selection Essential (Required)
Analytics (Google Analytics)
Marketing/Advertising (Facebook/Ads)

Privacy Policy

Меню

Жемчужины Ѓалахи — Главная

Аудиофайлы «Жемчужины Галахи»

Рав Элиэзер Меламед

Yeshivat Har Bracha

Ревивим

Книжный магазин

Пожертвования

Языки

Facebook

Telegram

vk

О сайте

Книги:

Благословение еврейского дома

Дни трепета

Женская молитва

Малые праздники и памятные дни

Молитва

Народ и земля

Песах

Праздники еврейского календаря

Семья

Суккот

Шабат

Языки

Иврит | עברית — פניני הלכה

английский | English – Peninei Halakha

Французский | Français – Pniné Halakha

испанский | Español – Pninei Halajá