צוות האתר

06. Благословение после трапезы (Биркат ѓа-мазон)

Согласно постановлению мудрецов, в йом тов, холь ѓа-моэд и новомесячье (рош ходеш) в Биркат ѓа-мазон необходимо упомянуть святость дня, ведь трапезы в дни, обладающие святостью, отличаются от будничных трапез, так как являются заповедью. Мудрецы постановили, что святость дня следует упоминать в праздничной вставке Яале ве-яво («Пусть поднимется и взойдет»), в которой мы просим Всевышнего, чтобы Он вспомнил о нас во благо в этот святой день, спас от врагов и послал нам Избавление. Помимо этого мы упоминаем святость дня также в благословении Боне Йерушалаим («отстраивающий Иерусалим»), потому что и в нем мы просим Всевышнего о милости (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Брахот, 49а; Шабат, 24а, и комментарий Тосафот, там же).

И поскольку за трапезой в йом тов мы обязаны есть хлеб, тот, кто забыл произнести в «Благословении после трапезы» вставку Яале ве-яво, не исполнил заповеди и должен прочесть «Благословение после трапезы» заново. Таков практический обычай во всех ашкеназских и в некоторых сефардских общинах (см. Шульхан арух, 188, 6). А в других сефардских общинах принят иной обычай: поскольку некоторые авторитеты считают, что есть хлеб во время праздничной трапезы необязательно, тот, кто забыл произнести вставку Яале ве-яво, не должен читать заново Биркат ѓа-мазон. И только если это произошло во время вечерней трапезы первого дня Песаха или Суккота, необходимо прочесть Биркат ѓа-мазон заново, так как во время этих трапез по мнениям всех авторитетов существует обязанность есть мацу или хлеб^[5].

Если йом тов выпадает на субботу, а также в субботу холь ѓа-моэд, в Биркат ѓа-мазон сначала произносят субботнюю вставку Рце («Благосклонен будь к нам»), поскольку суббота наступает чаще и находится на более высоком уровне святости, а затем – праздничную вставку Яале ве-яво (см. Шульхан арух, 188, 5; Мишна брура, 13). Если человек по ошибке начал читать Яале ве-яво, не прочитав сначала Рце, то он должен закончить Яале ве-яво, а затем прочесть Рце, поскольку заповедь можно исполнить, прочитав эти вставки в любом порядке^[6]

Тот, кто приступил к трапезе до захода солнца и закончил ее после времени появления звезд, должен произнести в Биркат ѓа-мазон праздничную вставку Яале ве-яво. Ведь поскольку он начал трапезу еще до исхода праздника, уже тогда он был обязан упомянуть в Биркат ѓа-мазон святость праздника (см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 4, п. 7, прим. 6; там же, п. 8).

05. Кидуш и трапезы

Вечером и в субботу, и в йом тов нам заповедано произнести кидуш над бокалом вина. Кидуш необходимо сделать там, где будет проходить трапеза. Ведь мудрецы постановили, что святость дня следует упоминать во время молитвы и во время трапезы, так как эта святость проявляется через нашу душу и тело. Текст кидуша совпадает с текстом благословения, которое мудрецы вставили в праздничную молитву. Кидуш, как и благословение, завершается словами: «Благословен Ты, Господь, освящающий Израиль и время праздников!» (см. выше, п. 3). Сначала произносят благословение на вино, а после этого – благословение кидуша^[4].

После благословения, говорящего о святости дня, мы произносим благословение времени ше-ѓехеяну, в котором благодарим Всевышнего за то, что Он «даровал нам жизнь, поддерживал нас и позволил нам дожить до этого времени». Тот, кто забыл произнести во время кидуша благословение ше-ѓехеяну, должен произнести его, как только вспомнит об этом. Это можно сделать до самого конца праздника (включая дни холь ѓа-моэд), и нет необходимости произносить благословение над бокалом вина (см. Мишна брура, 473, 1).

Седьмой день Песаха – единственный праздник, в который во время кидуша не произносят благословение ше-ѓехеяну, поскольку он не является самостоятельным праздником, и поэтому благословение, произнесенное в первый день Песаха, распространяется и на него. Что же касается Шмини Ацерет, то в него произносят ше-ѓехеяну, так как это – отдельный праздник (см. трактат Рош ѓа-Шана, 4б).

В первый день Суккота во время кидуша произносят дополнительное благословение: «…заповедавший нам пребывать в сукке», так как в момент произнесения кидуша мы начинаем исполнять заповедь пребывания в сукке.

Мудрецы постановили, что в субботу и йом тов кидуш над бокалом вина нужно делать и днем, – в знак почтения к этим святым дням. А поскольку накануне, во время вечернего кидуша, мы уже упоминали святость субботы или праздника, днем мы произносим благословение только над вином, а перед этим читаем стих Писания, имеющий отношение к данному празднику. Дневной кидуш называется по-арамейски кидуша раба («великий кидуш»). Это эвфемизм, так как наиболее важным является вечерний кидуш, в котором упоминается святость субботы или праздника (см. Мишна брура, 289, 3). Остальные законы, связанные с кидушем, объясняются в «Жемчужинах Ѓалахи», Шабат, гл. 6.

Как мы уже говорили (в гл. 1, п. 7), в йом тов нам заповедано устраивать две праздничные трапезы – вечером и днем. Во время каждой из трапез нужно есть хлеб. Праздничные трапезы должны быть более торжественные и обильные, нежели субботние, так как в праздник мы исполняем дополнительную заповедь – заповедь радости. При этом дневная трапеза считается более значимой, чем вечерняя.

04. Молитва в йом тов, выпавший на субботу

Когда йом тов выпадает на субботу, то в молитве мы читаем праздничное благословение, в которое добавляются субботние вставки. Каждый раз, когда речь идет о субботе и празднике, сначала упоминают субботу, поскольку она находится на более высоком уровне святости и наступает чаще. В конце благословения говорят: «…освящающий субботу, Израиль и времена праздников». Субботу упоминают раньше, чем народ Израиля, потому что Израиль освящает праздники, но не субботу, ведь ее святость непреходяща и существует с шести дней Творения – еще до того, как в мире раскрылся народ Израиля (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 17а; выше, гл. 1, п. 3). Казалось бы, в йом тов, выпавший на субботу, следует произносить два благословения: одно в честь субботы, а другое – в честь праздника. Однако поскольку и суббота, и праздники раскрывают святость, заложенную во времени, в молитве они соединяются вместе. И можно сказать, что благодаря святости субботы, постоянной и непреходящей, в мире раскрывается святость народа Израиля и праздников, поэтому два этих вида святости упоминаются вместе^[3].

03. Праздничная молитва – амида

Как в субботу, так и в праздники молитва амида содержит семь благословений. Первые три и последние три благословения совпадают с соответствующими благословениями будничной амиды, а вместо тринадцати средних благословений мы читаем одно особое благословение, в котором говорится о святости праздника: о том, что Всевышний избрал нас из всех народов, освятил нас заповедями Своими и приблизил к служению Ему, и даровал нам праздники для радости и веселья, в память об Исходе из Египта. Далее упоминается название праздника. Затем мы просим Всевышнего (в праздничной вставке Яале ве-яво, «Да поднимется и взойдет»), чтобы Он вспомнил о нас во благо в этот святой день, спас от врагов и послал нам Избавление. В конце благословения мы произносим отрывок «И вознеси нас», в котором просим Всевышнего, чтобы Он вознес нас ввысь силой праздничной святости, освятил нас Своими заповедями, даровал нас удел в Торе и очистил сердца наши ради истинного служения Ему, и мы удостоились отметить праздники в радости и веселье. Благословение завершается словами: «Благословен Ты, Господь, освящающий Израиль и время праздников!».

По сути закона, в субботу и йом тов во время молитвы амида можно было бы произнести все те же самые благословения, что и в будни, и добавить еще одно особое благословение в честь субботы или праздника. Однако мудрецы, в знак почтения к субботе и праздникам, не хотели утруждать молящихся слишком длинной молитвой, которая содержит все будничные благословения (см. трактат Брахот, 21а). К тому же, в субботу или праздник не подобает просить Всевышнего о наших будничных нуждах, поскольку это может напомнить нам о повседневных заботах и огорчить нас (такое объяснение приводят Мидраш Танхума, Раши и Рамбам). Поэтому мудрецы постановили, что в дни, наделенные святостью, вместо тринадцати средних благословений амиды следует читать только одно особое благословение. Но если молящийся ошибся и начал читать будничные благословения, однако во время чтения одного из них вспомнил, что сегодня праздник, то он должен закончить благословение и только после этого возвратиться к праздничной молитве. Ведь поскольку, по сути закона, он мог бы произнести в праздничной амиде все благословения, читаемые в будни, если он уже начал читать какое-либо из этих благословений, он должен завершить его (см. Шульхан арух, 268, 2; Мишна брура, 3. По поводу молитвы мусаф см. ниже, п. 9)^[2].

Если молящийся забыл упомянуть в четвертом благословении праздничной амиды название праздника, или упомянул название другого праздника, или вместо праздничного благословения произнес субботнее, – то он не исполнил обязанность молитвы, поэтому он должен возвратиться к началу благословения и произнести его заново правильным образом. А если он уже закончил читать амиду (даже если еще не отступил на три шага назад), то ему следует прочесть всю амиду сначала (см. Мишна брура, 487, 11). Но тот, кто читал молитву по молитвеннику и знает, какой сегодня праздник, не должен опасаться ошибки, даже если не помнит, упомянул ли он в молитве название праздника (см. Каф ѓа-хаим, 487, 30).

По субботам и праздникам принято читать молитву с особым напевом. Существуют специальные напевы для субботы и для каждого из праздников (см. Мате Эфраим, 625, 40).

С эпохи ранних законоучителей по субботам и праздникам принято добавлять в «Хвалебные гимны» (Псукей де-зимра) перед утренней молитвой особые праздничные фрагменты, после которых читают молитву Нишмат коль хай («Душа всего живущего»).

02. Зажигание праздничных свечей

Мудрецы постановили, что перед началом субботы или йом това следует зажигать свечи. Праздничные свечи выражают наше почтение к празднику и умножают радость во время вечерней трапезы. А поскольку это заповедь, над свечами нужно произнести благословение: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам зажигать свечу йом това». Если йом тов выпадает на субботу, говорят: «…заповедавший нам зажигать свечу субботы и йом това» (см. Шульхан арух, 263, 5; 514, 11; Мишна брура, 48)^[1].

Как в честь субботы, так и в честь йом това принято зажигать не менее двух свечей – за мужа и за жену. А если женщина хочет зажечь больше свечей, то она вправе так поступить. Тем не менее, в благословении упоминается свеча в единственном числе, поскольку заповедь исполняется посредством зажигания одной свечи.

Лучше всего зажигать свечи перед заходом солнца – во время начала праздника, указанное в календарях. Так получается, что женщины принимают праздник, когда зажигают свечи. Однако некоторые зажигают свечи вечером, перед трапезой, и если женщина хочет следовать этому обычаю, она вправе это сделать. При этом строго запрещено зажигать новый огонь, и следует перенести огонь от уже горящего огня (см. ниже, гл. 5, п.п. 1 и 3). Во второй день Рош ѓа-Шана, а также во второй йом тов, который празднуется за пределами Земли Израиля, время зажигания свечей наступает после исхода первого дня (то есть после времени появления звезд), чтобы не получилось, что люди делают приготовления ко второму дню праздника в его первый день (см. ниже, гл. 9, п. 5. Также см. ниже, п. 12, где объясняется закон в случае, если йом тов выпадает на исход субботы).

В канун субботы представительницы ашкеназских и большинства сефардских общин сначала зажигают свечи, а затем произносят благословение, чтобы не выполнять созидательную работу (мелаха), то есть не зажигать огонь, после произнесения благословения, в котором упоминается суббота (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 4, п. 4). Что же касается йом това, то поскольку в него разрешено зажигать свечи (перенося огонь от уже горящего огня), по всем обычаям следует сначала произнести благословение и только после этого зажечь праздничные свечи (см. Мишна брура, 263, 27). Необходимо строго проследить за тем, чтобы после зажигания свечей не гасить спичку, а положить ее так, чтобы она погасла сама.

Согласно постановлению мудрецов, в честь каждого йом това нужно произнести благословение ше-ѓехеяну («Благословен Ты, Господь, Бог наш, Властитель мира, даровавший нам жизнь, поддерживавший нас и позволивший нам дожить до этого времени!»). Произнося это благословение, мы благодарим Всевышнего за то, что он позволил нам дожить до святого праздника. Благословение ше-ѓехеяну лучше всего произнести во время праздничного кидуша, поскольку во время кидуша мы упоминаем святость праздника. Но многие женщины произносят ше-ѓехеяну во время зажигания свечей, чтобы приурочить это к исполнению особой заповеди праздника, предназначенной специально для них. Женщина, которая хочет поступить подобным образом, вправе это сделать (см. Шеэлат Яавец, 1, 107; Мишна брура, 263, 23).

Если женщина собирается зажечь свечи после наступления праздника – например, если она всегда придерживается такого обычая, или во второй день Рош ѓа-Шана, или в йом тов, который пришелся на исход субботы, – то желательно приготовить эти свечи заранее, еще в будни. Если же свечи не были приготовлены в канун праздника, то в сам праздник разрешено втолкнуть их в узкие отверстия подсвечников, и хотя от этого воск или парафин, из которого сделаны свечи, немного срезается по бокам, это не является нарушением запрета мехатех (разрезание), так как это совершается непреднамеренно. Также разрешено удалить из подсвечников с помощью ножа прилипшие остатки воска или парафина, которые мешают вставить в отверстие подсвечников новые свечи. Подобно этому, разрешено убирать металлические подставки из-под чайных свечей, прилипшие к стеклянным подсвечникам. Кроме того, разрешено вставлять фитили в пробковые основания, плавающие на поверхности масла (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 13, 24, 49-50, и прим. 151 от имени рава Шломо-Залмана Ойербаха). Но, согласно постановлению мудрецов, запрещено нагревать восковую или парафиновую свечу, чтобы расплавить ее основание и приклеить к подсвечнику, потому что от этого воск может размазаться, и это будет нарушением запрета мемахек (разглаживание). Также запрещено отрезать или отпиливать конец свечи, чтобы ее было удобнее вставлять в подсвечник, поскольку это является нарушением запрета мехатех (см. Шмират шабат ке-ѓилхата, 13, 48; «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 18, п. 6, и гл. 15, п. 10).

В отношении всех остальных законов нет никакого различия между субботой и праздником. Законы зажигания свечей подробно объясняются в «Жемчужинах Ѓалахи», Шабат, гл. 4.

01. Подготовка к празднику

Точно так же, как существует заповедь чтить субботу и наслаждаться ею, существует и заповедь чтить праздники и наслаждаться ими (см. выше, гл. 1, п.п. 7-8).

Поэтому все, что, согласно указанию мудрецов, нужно делать ради приготовления к субботе, следует делать и ради приготовления к празднику (йом тов). К этому относится и заповедь стирать перед праздником одежду (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 2, п. 4; ниже, гл. 11, п. 11). Кроме того, существует заповедь искупаться в теплой воде в канун праздника. А если человеку нужно перед праздником постричься, побриться или постричь ногти, это также является заповедью (см. там же, Шабат, гл. 2, п. 5; ниже, гл. 11, п.п. 9-10). Уборка и мытье дома в канун праздника – тоже заповедь. Каждому человеку заповедано принять участие в предпраздничных приготовлениях, и так испокон веков поступали величайшие мудрецы и раввины (см. там же, Шабат, гл. 2, п.п. 5-6).

Для того чтобы исполнить заповедь праздничной радости и наслаждения, для праздника нужно купить или приготовить вкусные блюда и лучшие напитки, в соответствии с финансовыми возможностями каждого человека (см. выше, гл. 1, п. 12). В канун праздника запрещено устраивать торжественную и обильную трапезу. У этого запрета есть три причины: 1) чтобы не приравнивать будничную трапезу к праздничной; 2) чтобы перед вечерней праздничной трапезой не пропал аппетит; 3) чтобы хлопоты, связанные с приготовлением трапезы в канун праздника, не помешали готовиться к самому празднику. Но в течение всего кануна праздника можно устраивать обычные будничные трапезы. Однако мудрецы говорят, что изначально (лехатхила) за три часа до начала праздника следует воздерживаться от обычных трапез или еды с хлебом (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 2, п. 7).

В канун праздника, начиная со времени чтения послеполуденной молитвы (минха), запрещено выполнять созидательную работу (мелаха), а тот, кто все-таки занимается такой работой, не увидит от нее благословения. Этот запрет вступает в силу со времени «малой минхи», то есть за два с половиной временных часа до захода солнца. Законы, связанные с этим, объясняются подробно в «Жемчужинах Ѓалахи», Шабат, гл. 2, п. 8.

Как перед субботой, так и перед праздником существует заповедь «прибавлять от будничного к святому». Праздник, как и субботу, следует принять не в момент захода солнца, а немного раньше, а завершить – некоторое время спустя после появления на небосклоне трех звезд средней величины (см. трактат Рош ѓа-Шана, 9а). Для того чтобы принять праздник, надо сказать об этом вслух, например, произнести фразу: «Я принимаю на себя святость праздника», или зажечь праздничные свечи (см. Мишна брура, 261, 21; «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 3, п.п. 1-3).

17. Заповедь навещать в праздник своего раввина – наставника в изучении Торы

«Человек обязан навещать своего наставника в изучении Торы» (Вавилонский Талмуд, трактаты Рош ѓа-Шана, 16б, и Сукка, 27б). Смысл этой заповеди состоит в том, чтобы выразить почтение к наставнику и заняться с ним изучением Торы, что поможет ученику еще больше сблизиться с ним и впитать в душу его духовное влияние. Эта заповедь в чем-то схожа с заповедью восхождения в Храм, ведь говорят наши мудрецы: «Всякий, кто навещает своего наставника, словно приветствует саму Шхину (Божественное присутствие)» (Иерусалимский Талмуд, трактат Эрувин, 5, 1). Больше всего для исполнения этой заповеди подходят святые дни праздников, когда все люди воздерживаются от работы и отдыхают. Так было принято в народе Израиля испокон веков. Мы приходим к этому выводу на основании слов мужа шунамитянки, приведенных в книге Млахим 2 (4:23). Увидев, что жена собирается к пророку Элише, он сказал ей: «Почему ты едешь к нему? Сегодня не [начало нового] месяца и не суббота». Из этого следует, что навещать пророка или наставника в изучении Торы было принято в дни, наделенные святостью (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 5, п. 15).

Исполнение заповеди навещать наставника заключается главным образом в том, чтобы услышать из его уст слова Торы. Эта традиция восходит к нашему учителю Моше. Говорят наши мудрецы (см. трактат Мегила, 32а): Моше постановил, что «Израилю надлежит задавать вопросы и изучать законы, связанные с праздниками: в Песах изучать его законы, в Ацерет (Шавуот – пер.) – законы этого дня, и так в каждый праздник – законы этого праздника». И еще говорят мудрецы (Ялкут Шимони, разд. Ваякѓель, 408): «Созови себе большие общины и учи их принародно законам праздников, чтобы будущие поколения брали с тебя пример и собирали общину по субботам и праздникам в домах учения, говорили пред Израилем слова Торы, учили его законам разрешенного и запрещенного, – дабы великое Имя Мое славилось пред сынами Моими». Все члены общины очень старались не пропускать эти проповеди, и так они исполняли заповедь самым великолепным образом. Но даже если человек после молитвы просто говорит раввину Хаг самеах («С праздником!»), он исполняет заповедь постфактум (бедиавад). А некоторые люди, стремясь исполнить заповедь наилучшим образом, приходят к раввину домой, чтобы услышать от него слова Торы, нравственные наставления и рассказы о жизни праведников. Если желающих посетить раввина много, то они могут прийти к нему небольшими группами, чтобы не тревожить раввина понапрасну и не отвлекать его от изучения Торы и исполнения заповеди праздничной радости вместе со своими близкими.

Ранние законоучители объясняют, что частота исполнения заповеди навещать наставника зависит от расстояния. Тот, кто живет недалеко от своего наставника, должен навещать его каждую субботу; тот, кто живет дальше, должен исполнять эту заповедь раз в месяц, в новомесячье (рош ходеш); а тот, кто живет далеко, должен навещать наставника три раза в год, в каждый из «праздников восхождения» (на основе слов рабейну Хананэля и Ритва; см. Биур Ѓалаха, 301, 4, со слова леѓакбиль). Последнее верно при условии, что вечером в праздник человек вернется домой, чтобы ночевать в кругу семьи, поскольку заповедь праздничной радости нужно исполнять вместе с семьей. Но если, ради того чтобы навестить наставника, человеку придется ночевать вне дома, то он освобожден от исполнения этой заповеди (см. трактат Сукка, 27б). Тем не менее, есть люди, которые придерживаются в этом вопросе менее строгого толкования закона, и некоторые авторитеты находят этому оправдание. Так или иначе, если отъезд мужа огорчает жену, то даже авторитеты, толкующие этот закон менее строго, говорят, что в таком случае мужу уезжать запрещено. А по мнению большинства авторитетов, мужу не следует уезжать из дома на праздник, даже если жена на это согласна^[11].

16. Восхождение в Иерусалим в наши дни

С тех пор как Храм был разрушен, заповедь восхождения в Иерусалим в праздники утратила силу, так как она неразрывно связана с принесением жертв. Тем не менее, в народе Израиля испокон веков был распространен обычай восходить в Иерусалим в «праздники восхождения». Так, в Вавилонском Талмуде рассказывается, что даже после разрушения Храма многие мужчины и женщины продолжали приходить в Иерусалим в дни праздников (см. трактат Недарим, 23а; Шир ѓа-ширим раба, 4, 2; Коѓелет раба, 11, 1). В эпоху гаонов некоторые евреи тоже продолжали приходить в Иерусалим в праздники. Например, мудрецы рассказывают, что в Суккот рав Ѓай Гаон восходил из Вавилона в Иерусалим. В эпоху ранних и поздних законоучителей тоже были евреи, которые хранили древнюю традицию восходить в Иерусалим в три «праздника восхождения» (см. Кафтор ва-перах, 86; респонсы рава Йосефа из Трани, 1, 134).

Некоторые ѓалахические авторитеты (в том числе Хатам Софер) пишут, что хотя в наши дни это не является обязанностью, тот, кто восходит в Иерусалим и посещает окрестности Храмовой горы, тем самым исполняет заповедь, поскольку дух святости не оставил эти места.

Во времена Храма существовала еще одна заповедь: перед восхождением в Храм следовало окунуться в микве, чтобы очиститься от скверны (см. трактат Рош ѓа-Шана, 16б). Ведь лишь в состоянии ритуальной чистоты можно было входить в Храм и есть мясо жертвенных животных. Но сегодня, когда Храм разрушен, и мы не имеем возможности приносить заповеданные нам жертвы, и кроме того, у нас нет пепла красной коровы, который необходим для того, чтобы очиститься от нечистоты мертвого тела, – обязанность окунаться в микве перед праздником утратила силу. И хотя некоторые авторитеты считают, что и сегодня мы обязаны окунаться в микве в канун «праздников восхождения», – согласно мнению большинства авторитетов, в наши дни эта обязанность не имеет силы, и окунание в микве перед наступлением праздника является лишь благочестивым обычаем. А тот, кому трудно окунуться в микве, может исполнить этот обычай, искупавшись в 9 кавах воды. Для этого человеку нужно стоять под душем, пока на него не выльются сплошным потоком 9 кавов, то есть приблизительно 11 литров воды. При этом он должен проследить за тем, чтобы вода омыла все его тело^[10].

15. Заповедь восхождения в Иерусалим в эпоху существования Храма

Во времена Храма была в силе заповедь восходить в Иерусалим в три «праздника восхождения». В Торе (Шмот, 34:23) об этом сказано: «Три раза в году должен являться всякий мужчина твой пред лицо Владыки Господа, Бога Израиля». Поэтому «праздники восхождения» называются в Торе регалим (רגלים), от слова «нога» (רגל, регель), – ведь паломники восходили в Храм пешком. Об этом говорится (там же, 23:14): «Три праздника (шалош регалим) празднуй Мне в году». А тот, кто был не в состоянии подняться пешком на Храмовую гору, – например, человек старый, больной или хромой, – был освобожден от этой заповеди, так как не мог исполнить ее полноценным образом. От заповеди восхождения в Храм были освобождены также необрезанные евреи или те, кто осквернился ритуальной нечистотой (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хагига, 4а-б; комментарий Рамбама к этому трактату, 2а).

Это заповедь относится только к мужчинам, но не к женщинам, поскольку ее исполнение ограниченно временными рамками, а, как известно, женщины освобождены от заповедей этого типа. Поэтому в случае необходимости женщины могли остаться дома, чтобы ухаживать за маленькими детьми, а также за больными или стариками. Но если женщина имела такую возможность и восходила в Храм, тем самым она исполняла заповедь, и потому на практике многие женщины исполняли заповедь восхождения. Если ребенок в состоянии взойти пешком на Храмовую гору, то на его отца возложена заповедь привести его с собой в Храм.

Поскольку в праздники все мужчины были обязаны взойти в Иерусалим, возникала опасность, что враги нападут на опустевшие города и селения. Поэтому Тора обещала: в награду за то, что народ Израиля неразрывно связан с Храмом, он унаследует Землю Израиля, не боясь нападений врага. Вот что об этом сказано (Шмот, 34:24): «Ибо Я прогоню народы от лица твоего и расширю пределы твои, и никто не пожелает земли твоей, когда пойдешь являться пред лицо Господа, Бога твоего, три раза в году».

Заповедь восхождения в Храм состоит, в свою очередь, из трех самостоятельных заповедей: показаться пред лицо Господа, принести праздничную жертву (хагига) и радоваться празднику (как объясняется в трактате Хагига, 6б). 1) Заповедь показаться пред лицо Господа заключается в том, что человек обязан посетить храмовый двор (азара) и принести праздничную жертву всесожжения (олат реийя), все мясо которой сжигается на жертвеннике. А тот, кто посетил Храм, но не принес жертву, не только упустил возможность исполнить заповедь-предписание Торы, но и нарушил заповедь-запрет, ведь сказано (Шмот, 34:20): «Да не являются пред лицо Мое с пустыми руками». 2) Жертва хагига – это мирная праздничная жертва, во время принесения которой тук жертвенного животного воскуряют на жертвеннике, меньшую часть мяса жертвы отдают коѓенам, а большую часть едят в святости владелец жертвы, его близкие и гости. 3) Заповедь радости заключается в принесении дополнительных праздничных мирных жертв – в таком количестве, чтобы их мяса хватило для всех желающих. Чем больше домочадцев и гостей собрались на празднество, тем больше дополнительных жертв нужно принести. А тот, кто в любом случае был обязан принести в жертву десятину (маасер) скота, либо добровольные жертвы, либо жертвы, о которых он дал клятву, исполняет заповедь праздничной радости, когда ест мясо этих жертв (см. Рамбам, Законы празднества в Храме, 1, 1; 2, 8-10).

Вот что пишет в связи с этим Рамбам (там же, 2, 14): «Принося в Храме праздничные мирные жертвы (шальмей хагига) и мирные жертвы в честь радости праздника (шальмей симха), человек не должен есть их мясо один – он, и сыновья его, и жена его, – и при этом думать, что исполняет заповедь во всей полноте. Нет, он обязан также угостить мясом бедных и обездоленных, чтобы доставить им радость, ибо сказано (Дварим, 16:14): «И веселись в праздник твой (…) и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих». Имеется в виду, что их надо кормить и поить согласно доходам человека. А о том, кто ел мясо жертв, но не радовал им других людей, сказано (Ѓошеа, 9:4): «Не будут они возливать вино Господу, и не угодны будут Ему жертвы их, которые им – как хлеб скорбящих: все, которые едят его, оскверняются, ибо хлеб их – для них самих, в дом Господень она (жертва их) не войдет». А к левитам эта заповедь относится более, нежели ко всем другим, ибо нет у них надела или земельного участка, и не получают они подношения в виде мяса».

Хотя в йом тов в Храме не приносят личные жертвы, однако праздничные жертвы всесожжения (олат реийя) и мирные жертвы (шальмей хагига и шальмей симха) приносят, потому что их заповедано приносить в первый день праздника. Но в субботу это запрещено. Если эти жертвы не были принесены в первый день праздника, то заповедь требует восполнить это до окончания праздника: в Песах – до седьмого дня в Суккот – до исхода Шмини Ацерет, а в Шавуот – до исхода шестого дня после праздника. Если же человек не принес эти жертвы до истечения указанного срока, то он упустил возможность исполнить заповедь (см. Рамбам, Законы празднества в Храме, 4-8).

14. Праздничное настроение и запрет скорбеть и огорчаться

В течение всего праздничного дня нам заповедано пребывать в хорошем настроении. На первый взгляд, исполнить эту заповедь не так уж трудно, ведь каждый человек по своей природе стремится к радости. Однако на самом деле заповедь эта не так проста, поскольку человека постоянно одолевают тревоги и заботы, омрачая ему радость. Тем не менее, в праздник на нас возложена такая заповедь, и мы обязаны вознестись над будничными заботами, преодолеть гнев и раздражение и радоваться Всевышнему. А для этого необходимо помнить, что Он избрал нас из всех народов и даровал нам Тору, освятил нас заповедями Своими и привел нас в землю благодатную, чтобы мы удостоились в ней благополучной и гармоничной жизни, полной смысла и святости. Благодаря этому весь мир духовно возвысится, в него снизойдет Божественное благословение, и Тора укажет нам путь, по которому мы должны идти вплоть до полного Избавления. Мысли об этом помогут нам осознать великую миссию, возложенную на каждого из нас. Мы вспомним обо всем добре, которого удостоились в жизни, и станем еще сильнее верить в то, что все страдания и бедствия, которые наш народ пережил в изгнании, ниспосланы нам во благо, чтобы укрепить нас и помочь нам духовно вознестись и исполнить свое предназначение в мире. Так мы сможем в течение всего дня сохранить праздничное настроение. А истинная, гармоничная радость всегда связана и с душой, и с телом, поэтому заповедь праздничной радости распространяется и на телесные, и на духовные наслаждения. К первым относятся праздничные трапезы и нарядная одежда, а ко вторым – изучение Торы и праздничные молитвы.

Кроме того, в праздник каждый человек обязан избегать всего, что может его огорчить или обеспокоить, а также сдерживать свой гнев и раздражение. Некоторые люди не умеют радоваться, находясь в кругу семьи. Оказавшись среди близких, они всегда находят повод для ссоры, вспоминают старые обиды и огорчают присутствующих резкими словами. Все это происходит потому, что они не осознают величия и святости праздника. Они соблюдают заповеди любого праздника просто по привычке, не вкладывая в это особого духовного смысла. Поэтому, как мы уже говорили (в п. 11), они должны вдуматься и ощутить глубокий смысл и святость праздника, и мысли об этом помогут им возвыситься и достичь истинной радости. И тогда они перестанут критиковать близких и станут остерегаться слов, которые могут нанести им обиду. Напротив, они постараются вести себя приятно и обходительно со своими близкими и со всеми, кто встретится им на пути, и благодаря этому они смогут ощутить радость сами и доставить ее другим, отчего благословение праздника продолжится для них и далее, в наступившие после праздника будни.

И поскольку Тора заповедала нам в йом тов и в холь ѓа-моэд пребывать в радости, в эти дни нельзя делать что-то, что может огорчить человека. Это относится и к печали, связанной с исполнением заповеди. Поэтому в праздник запрещены покаянные посты; также запрещено произносить надгробное слово или оплакивать умершего (см. Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 27а; Шульхан арух, 547, 1-2). Но если умерший был человеком, глубоко знающим Тору (талмид хахам), то на его похоронах произносят надгробное слово до того, как тело опустят в могилу, поскольку почтение к Торе преобладает над радостью праздника (см. трактат Моэд катан, 27б; Шульхан арух, Йоре деа, 401, 1; ниже, гл. 11, п. 5, и «Расширенные объяснения», там же).

Кроме того, в праздник запрещено справлять траур. Если у кого-то накануне праздника умер близкий родственник, то с началом праздника этот человек прекращает траур. Даже если он справлял траур всего одно мгновение, траур прекращается с наступлением праздника (см. Моэд катан, 14б; Шульхан арух, 548, 7). Если же близкий родственник умер в дни праздника, то семидневный траур (шива) начинают справлять лишь по окончании праздника, а во время него нужно всеми силами постараться не плакать и не скорбеть, а заниматься исполнением заповедей этого праздника (см. Шульхан арух, 548, 1). Если это произошло в Суккот, то глубокая печаль, которую человек испытывает, не освобождает его от исполнения заповеди сукки. Он должен преодолеть скорбь и находиться в сукке (см. Вавилонский Талмуд, трактат Сукка, 25а; Шульхан арух, 640, 5). И все же, несмотря на то что он не справляет в праздник семидневный траур, друзья и родственники приходят, чтобы утешить его (см. Шульхан арух, 548, 6).

13. Пение, танцы и прогулки

К заповеди радости относится все, что радует человека в праздник, в том числе пение, танцы и прогулки. Чем усердней человек будет славить Всевышнего в праздник и петь Ему хвалебные гимны и славословия, тем большего благословения он удостоится в награду за это. Величайшие мудрецы Израиля составили особые песнопения, предназначенные для того, чтобы славить и благодарить Всевышнего в праздники. Говорят наши мудрецы, что у Навота Изреэльского был прекрасный голос, и в праздники он пешком восходил в Иерусалимский Храм, и весь Израиль собирался, чтобы послушать его пение. Но однажды в праздник он остался дома, чтобы охранять свой виноградник, и за этот грех он получил наказание: его схватили царские стражники, а злодеи дали против него ложное свидетельство, будто он восставал против царской власти, и в конце концов он погиб (см. Псикта рабати, 25).

В праздники широко распространен обычай устраивать танцы (как правило, в синагоге). Он основан на словах Торы (Дварим, 16:15): «Семь дней празднуй (תחוג, тахог) Господу, Богу твоему, на месте, которое изберет Господь». Слово тахог означает также «води хороводы», поэтому мудрецы постановили, что во время «празднества черпания воды» (симхат бейт ѓа-шоэва) в Храме в праздник Суккот следует выражать радость посредством танцев (см. комментарий Ѓаамек давар к этому стиху; При цадик, Суккот, 17).

Если короткая прогулка доставит человеку радость, то в праздник она тоже является заповедью. Поэтому в праздник мудрецы разрешили носить на руках маленьких детей, которые не могут идти самостоятельно (см. трактат Бейца, 12а; Тосафот, со слов со слов ѓахи гарас, от имени рабейну Тама; Рама, 415, 1).

Однако в отличие от трапез, нарядной одежды и изучения Торы, которые в праздник являются обязанностью, все остальные виды радости добровольны. Если что-то радует человека, то в праздник это для него заповедь, а если не радует, то он не обязан это делать. Кроме того, человек вправе предпочесть для себя определенные виды радости, избрав то, что радует его больше всего: воспевать Всевышнего в кругу семьи или друзей, танцевать на «празднестве черпания воды» в Суккот, ходить на прогулки или предаваться любым другим занятиям, которые разрешены в йом тов и приносят ему радость, но при этом не представляют собой пустую трату времени. Тем не менее, нужно следить за тем, чтобы все эти занятия не отнимали время, предназначенное для изучения Торы, ведь нельзя забывать, что нам заповедано посвятить половину праздничного дня изучению Торы и молитве. А если изучение Торы радует человека больше всего, то, после того как он исполнит заповедь радости во время трапез, он должен посвятить изучению Торы более половины дня^[9].

12. Денежные расходы в честь праздника

Хотя наши мудрецы говорят, что человек должен сокращать свои расходы, чтобы копить деньги на черный день или на старость, а также для того, чтобы иметь возможность помочь своим детям приобрести профессию и создать семью, – тем не менее, на расходах в честь праздника экономить не следует. К празднику нужно покупать то, что человек может себе позволить согласно своему финансовому положению (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хулин, 84а; Бейт Йосеф, 529, 1). Случается, что человек весь год приобретает предметы роскоши, которые не являются для него необходимыми, но когда дело доходит до затрат на исполнение той или иной заповеди, он вспоминает, что должен быть экономным. На самом же деле все наоборот: следует экономить на предметах роскоши, но не скупиться на затраты, связанные с исполнением заповеди. При этом человек не должен беспокоиться о том, что в будущем у него могут оказаться непредвиденные расходы, и тогда он пожалеет, что потратил слишком много денег на субботу, праздники или исполнение других заповедей. Ведь сказали наши мудрецы (в трактате Бейца, 16а), что пропитание определено человеку на год вперед, от Рош ѓа-Шана до Рош ѓа-Шана, – помимо средств, необходимых на субботу и праздники, а также на обучение его детей Торе. Поэтому, если человек потратит на исполнение этих заповедей меньше денег, то свыше ему сократят количество средств, предусмотренных в начале года, а если больше – то количество этих средств умножат. Таким образом, если он потратит на исполнение заповедей столько, сколько может себе позволить, но при этом в будни будет бережлив, это не нанесет ему никакого ущерба, и он сможет достойно существовать и откладывать деньги на черный день и на другие нужды.

Тому, кто испытывает временные денежные затруднения, желательно взять ссуду в банке, чтобы отметить праздник подобающим образом. Он не должен беспокоиться, что случится что-то неожиданное и он будет не в состоянии возвратить ссуду, ведь в Талмуде (трактат Бейца, 15б) говорится: «Сказал Святой, благословен Он, Израилю: сыны Мои, берите деньги в долг под Мою ответственность и освящайте этот день, осененный святостью, и уповайте на Меня, и Я возвращу ваши долги». Но это верно при условии, что человек не полагается на чудо, а имеет стабильный источник дохода или сбережения, которые он может использовать в случае необходимости. Именно о таком человеке наши мудрецы сказали, что ему не нужно беспокоиться, сможет ли он вернуть ссуду, ведь если он будет вести себя ответственно, работать и не тратить деньги попусту, то Всевышний поможет ему отдать долг. Но если человек не знает, как он сможет вернуть долг, то ему не следует брать ссуду ради праздника, чтобы не превратиться в нечестивца, который берет деньги в долг и не возвращает. Он также не должен просить для этого подаяние; в праздник ему следует есть простые блюда, согласно словам рабби Акивы: «Преврати свою субботу в будни, только не обращайся за подаянием к людям» (трактат Псахим, 112а). И в награду за то, что этот человек не протянул руку за подаянием, он удостоится богатства (см. Мишна, трактат Пеа, 8:9). Но бедняк, который и без того был вынужден обращаться за милостыней на различные нужды, может брать ее и ради праздника (см. Мишна брура, 242, 1).

Некоторые люди ошибочно полагают, что для того чтобы исполнить заповедь праздничной радости, они должны купить самую дорогую одежду и самые роскошные яства, доступные только богатым людям, – даже если такие расходы им не по карману. Однако это неверно – заповедь требует от каждого человека потратить на нужды праздника столько денег, сколько он в состоянии. Иными словами, если человек имеет средний уровень дохода, то он должен купить вино, мясо и другие праздничные блюда, какие обычно покупают люди его достатка. Ведь радость праздника во время трапезы заключается в том, чтобы трапеза содержала вино и была более обильной, чем в будни, а не в том, чтобы соревноваться с богатыми людьми (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 2, п. 3, и «Расширенные объяснения», там и здесь).

Поэтому, когда человек, имеющий средний достаток, покупает в честь праздника новую одежду или украшение, заповедь не требует от него приобретать вещи, соответствующие уровню доходов состоятельных людей. Ведь заповедь радости заключается главным образом в том, что в праздник мы наслаждаемся вкусными блюдами и нарядной одеждой, которые не позволяем себе в будни, а не в том, чтобы женщина выглядела так роскошно, словно она жена миллионера. А если женщина думает, что радость ей может доставить только такой наряд, который будет роскошней и дороже нарядов всех ее подруг, то она никогда не достигнет подлинной радости, потому что ее всегда будет омрачать зависть и желание купить еще более дорогую одежду.

Главное, чтобы человек был доволен тем, что у него есть, сокращал будничные траты и не скупился на расходы, связанные с исполнением заповедей, – в соответствии с уровнем его доходов. Только благодаря этому он удостоится истинного благословения. Именно об этом говорят наши мудрецы (Мишна, трактат Авот, 4, 1): «Кто богат? Тот, кто доволен своей участью, ибо сказано (Теѓилим, 128:2): «Когда ешь ты от плодов труда рук твоих, счастлив ты и благо тебе». Счастлив ты – в этом мире, благо тебе – в Мире грядущем».

11. Радоваться и радовать других

Согласно заповеди праздничной радости, каждый человек должен позаботиться о том, чтобы радость ощутил не только он сам, но и все его близкие; кроме того, в праздник он должен приобщить к своей радости людей одиноких и обездоленных. Это не только признак особого благочестия – этого требует заповедь Торы, ведь сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой – ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя, и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих» (также см. ст. 11)^[8]. А вот что пишет по этому поводу Рамбам (Законы йом това, 6, 18): «Когда человек ест и пьет (в праздник), он обязан также накормить и напоить пришельца, сироту и вдову, а вместе с ними – всех прочих несчастных и обездоленных. А тот, кто запирает двери дома своего и угощается в одиночестве, вместе с женой и детьми, но не кормит и не поит бедных и скорбных духом, не исполняет заповедь радости, а просто набивает брюхо. О таких людях сказано (Ѓошеа, 9:4): «Не будут они возливать вино Господу, и не угодны будут Ему жертвы их, которые им – как хлеб скорбящих: все, которые едят его, оскверняются, ибо хлеб их – для них самих, в дом Господень она (жертва их) не войдет». Такая радость – стыд и позор, ведь сказано (Малахи, 2:3): «Вот проклинаю у вас семя и раскидаю помет на лица ваши, помет праздничных жертв ваших, и он понесет вас к себе (презренны будете)»» (то же самое написано в Магид мишне, там же, и в Сефер ѓа-мицвот, Заповеди-предписания, 54).

Вдумавшись в это, мы обнаружим, что заповедь радости состоит из двух частей. Первая ее часть заключается в том, что в праздник человек должен радоваться вместе со своими близкими, о чем сказано: «И радуйся в праздник твой – ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и рабыня твоя…». Слово «ты» в этом стихе подразумевает обоих супругов, ведь муж и жена считаются единым целым. В тех местах Торы, где суть этой заповеди излагается кратко, упоминается только жена человека. Например, в Дварим, 14:26, сказано: «И ешь там пред Господом, Богом твоим, и радуйся ты и дом твой». «Дом твой – это жена твоя», – объясняют наши мудрецы. Эти слова учат нас, что в праздник на человека возложена заповедь прежде всего доставить радость своей жене. А жена, в свою очередь, должна первым долгом доставить радость мужу. И действительно, заповедь праздничной радости мужчина исполняет главным образом во время трапезы, которую, как правило, ему готовит жена, а для женщины основное исполнение этой заповеди заключается в радости от нового наряда или украшения, которые покупает ей муж. А на мужа и жену вместе возлагается обязанность вовлечь в праздничную радость всех своих домочадцев, ведь иначе эту заповедь исполнить невозможно. Поэтому в народе Израиля принято всегда проводить праздники в кругу семьи. Каждый член семьи должен следить за тем, чтобы не нарушать праздничную атмосферу, царящую в доме, особенно во время трапез, избегать высказываний, которые могут быть неприятны или обидны кому-то из присутствующих, стараться доставить радость своим близким теплыми дружескими словами. И тогда праздничная радость будет истинной и полной (см. ниже, п. 17, прим. 13, где объясняется, можно ли уезжать из дома в канун праздника, чтобы провести праздник у ребе).

В наше время некоторые евреи оказались под влиянием светской культуры, отрицающей святость праздников и важность традиционных семейных ценностей. Для таких людей празднование в кругу семьи превращается в тягостное и мучительное времяпрепровождение, полное напряжения, ссор и конфликтов. Чем глубже они проникнутся мыслью о святости еврейских праздников и о величайшем значении семейных ценностей, тем проще им будет воздерживаться от обидных замечаний по отношению к близким, и тем больше они захотят делать им комплименты и радовать их. И благодаря этому они смогут ощутить истинную радость праздника и удостоятся семейного мира и спокойствия.

Вторая часть заповеди требует от нас в праздник доставить радость бедным или одиноким людям, знакомым или живущим по соседству. Об этом в продолжении вышеприведенного стиха говорится: «И радуйся в праздник твой (…) и левит, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих». Раньше сироты и вдовы были, как правило, бедными, поскольку лишились кормильца; а пришелец (то есть прозелит), оставивший свою семью и родину, может страдать от одиночества. Заповедь радовать в праздник бедных исполняют в основном с помощью пожертвований (цдаки), а заповедь радовать одиноких людей, ощущающих в сердце печаль, мы исполняем, приглашая их к себе домой на праздничную трапезу.

Нужно обратить внимание и на то, что Тора заповедала радовать в праздник также левитов и коѓенов. А поскольку на них была возложена миссия учить народ Торе – и детей, и взрослых, – из этого следует, что в наши дни в праздник нам заповедано радовать людей, умудренных в Торе (талмидей хахамим), а также своих наставников в изучении Торы.

10. Заповедь праздничной радости для женщин

Радость праздника является заповедью не только для мужчин, но и для женщин, несмотря на то, что это заповедь-предписание, исполнение которой ограничено временными рамками, и, как известно, женщины обычно освобождены от подобных заповедей. О заповеди праздничной радости сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой, ты, и сын твой, и дочь твоя…». Кроме того, как мы знаем, каждый человек обязан в праздник есть вместе со своей женой мясо мирной жертвы (шламим), купленной на деньги выкупа плодов, отделенных как «вторая десятина» (маасер шени). Об этом сказано (там же, 14:26): «И ешь там пред Господом, Богом твоим, и радуйся ты и дом твой». «Дом твой – это жена твоя», – объясняют наши мудрецы (Вавилонский Талмуд, трактат Йевамот, 62б). И хотя женщины освобождены от обязанности восхождения в Храм и принесения там праздничных жертв, заповедь праздничной радости они должны исполнять наравне с мужчинами, поэтому женщины, восходившие в Храм, исполняли заповедь радости, когда ели мясо мирных жертв (см. Рамбам, Законы праздников в Храме, 1, 1), а женщины, которые в Храм не восходили, должны были исполнять заповедь праздничной радости посредством других вещей, которые доставляли им радость (см. Шаагат арье, 66).

После разрушения Храма заповедь радости женщины исполняют, покупая в честь праздника новую одежду или украшение. Ведь это радует женщин больше, чем трапеза. И хотя в новой одежде они ходят не весь праздничный день с утра до вечера, она создает у них радостное настроение в течение всего праздника, поэтому с ее помощью они исполняют первую часть заповеди радости (как объяснялось выше, в п. 8).

Помимо первой части заповеди радости, существует еще одна заповедь Торы: в праздник каждая женщина должна надевать свою самую нарядную одежду и самые великолепные украшения, поскольку это радует ее. Кроме того, ей следует есть мясо и пить вино за трапезой, что является исполнением второй части заповеди праздничной радости. Но если вино и мясо не доставляют женщине радости, она не должна пить и есть через силу. Во время трапезы ей следует выбирать те блюда, которые радуют ее больше всего.

Раньше было принято, чтобы новую одежду или украшение в честь праздника жене покупал муж. Этот обычай объясняется тем, что в большинстве семей только муж ведал денежными делами и покупками. Кроме того, в те времена не было такого разнообразия одежды и украшений, как сегодня, и любая новая одежда или украшение радовали женщину, и радость ее увеличивалась еще и оттого, что эти предметы – подарок мужа. Но в наши дни, когда украшений и одежды в магазинах – великое множество, и выбрать подходящие предметы довольно сложно, во многих семьях принято, чтобы покупку совершала сама женщина, согласно бюджету, выделенному на это с согласия обоих супругов, и в соответствии с уровнем их дохода (как объясняется ниже, в. п. 12). А муж, чтобы принять участие в исполнении заповеди, должен поощрять жену в совершении этой покупки, и тогда будет считаться, что купленные предметы – его подарок жене, что еще больше увеличит ее радость. Некоторые люди, рассуждая ошибочно, тратят сотни шекелей на покупку великолепного этрога, соответствующего мельчайшим нюансам ѓалахического закона, но жалеют денег на праздничный наряд жене. Они забывают, что покупка жене новой одежды или украшения в честь праздника – заповедь Торы, а приобретение великолепного этрога, цена которого в десять раз превышает цену обычного кошерного этрога, – всего лишь «украшение заповеди», которое самостоятельной заповедью никак не является.

Незамужняя женщина или вдова должна исполнить все части заповеди праздничной радости сама: купить себе в честь праздника наряд или украшение, устроить торжественную трапезу, принять участие в мероприятиях, которые доставляют ей радость, и сторониться всего, что может причинить ей огорчение (см. Шаагат арье, 66).

09. Заповедь есть мясо и пить вино на праздничной трапезе

Во времена Храма радость праздника выражалась главным образом в принесении там праздничных жертв. Об этом сказано (Дварим, 16:11): «И радуйся пред Господом, Богом твоим (…) на месте, которое изберет Господь, Бог твой, для водворения там имени Своего», а также (там же, 27:7): «И режь жертвы мирные, и ешь там, и радуйся пред Господом, Богом твоим» (как объясняется ниже, в п. 15).

После разрушения Храма мужчины исполняют заповедь радости в праздник, когда пью вино на праздничной трапезе (см. трактат Псахим, 109а; Шульхан арух, 529, 1). Эту заповедь можно исполнить и с помощью любого другого алкогольного напитка, так как все подобные напитки пробуждают у человека радость. Но вино все же предпочтительней, потому что оно считается наиболее ценным из напитков. А тот, кто выпил вместо вина виноградного сока, не исполнил заповедь, поскольку виноградный сок не содержит алкоголя, а потому не вызывает у человека радости. Для того чтобы исполнить заповедь праздничной радости, нужно выпить столько вина, сколько необходимо, чтобы немного рассеять концентрацию внимания; в таком состоянии раввинам запрещено преподавать Ѓалаху (см. Маген Авраѓам, 99, 1). Некоторые выдающиеся мудрецы имели обыкновение пить на праздничной трапезе много вина, поэтому они не проводили уроки Ѓалахи до утра следующего дня (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бейца, 4а; трактат Критот, 13б; Сифтей коѓен, Йоре деа, 242, 19). Как полагают мудрецы, для того чтобы достичь такого состояния, нужно выпить по крайней мере чуть больше четверти лога (ревиит, 75 мл) вина, а большинству людей для этого нужно выпить гораздо больше четверти лога.

Однако не следует пить слишком много вина, чтобы не опьянеть, поскольку пьянство не приносит людям радость и превращает застолье в беспутный кутеж, отрывая человека от реальности. Нам же заповедано достичь в праздник такой радости, которая поможет нам лучше понять духовный и нравственный смысл нашего существования, которое мы наполняем святостью благодаря тому, что исполняем заповеди Торы.

Хотя заповедь радости в праздник мы исполняем главным образом тогда, когда пьем вино во время праздничной трапезы, нам также заповедано есть в этот день мясо (говядину, баранину и т.п.), поскольку и это доставляет человеку удовольствие и радость. Таким образом, пить вино во время праздничной трапезы – это обязательная заповедь, а есть мясо – добровольная (см. Шульхан арух, 529, 1; Шульхан арух ѓа-рав, 7; Мишна брура, 11). Но если человек больше любит мясо птицы, или если у него нет возможности достать кошерную говядину или баранину, то блюда из птицы тоже считаются заповедью, так как и они радуют человека и соответствуют торжественной праздничной атмосфере (см. Хават Яир, конец п. 178).

Заповедь радости следует исполнять главным образом во время дневной трапезы; в ѓалахических источниках мы находим, что вообще все заповеди праздника нужно исполнять в основном днем, а не вечером. Но и во время вечерней трапезы нам заповедано есть больше вкусных блюд, чем в субботу, но нет заповеди пить вино, как на дневной трапезе.

Женщины тоже обязаны устроить в праздник две трапезы, отмеченные торжественной и радостной атмосферой, но при этом они не обязаны пить вино. Однако если женщина чувствует радость от вина, то, выпив вина во время праздничной трапезы, она исполняет заповедь. Если мужчина не ощущает радости от вина или мяса, он не должен пить или есть через силу. В канун праздника ему следует купить или приготовить себе такие блюда, которые радуют его больше всего (см. Шаагат арье, 65)^[7].

08. Заповедь радости в праздник

Радость в йом тов – это заповедь-предписание Торы, о чем сказано (Дварим, 16:14): «И радуйся в праздник твой». Как мы уже говорили, субботы и праздники называются в Торе «священным собранием», и нам заповедано освящать их с помощью обильных трапез и нарядной одежды (см. Мидраш Сафра к недельному разделу Эмор, 12, 4). А заповедь радости дополняет заповедь освящения праздника, раскрывая в ней еще один аспект: в праздник мы должны есть мяса и пить вина больше, чем в субботу (как объясняется в следующем пункте). Кроме того, заповедь радости требует от нас надевать в праздник более нарядную одежду, нежели в субботу. Достаточно, чтобы субботняя одежда была чистой и красивой, тогда как в йом тов мы должны надевать нашу самую нарядную одежду. А если человеку нужно купить себе нарядную одежду, то лучше всего сделать это в честь праздника (см. Шульхан арух, 529, 1; Маген Авраѓам, 4; Мишна брура, 12).

Заповедь праздничной радости включает в себя четыре составляющих. 1) Основной элемент этой заповеди состоит в том, что в праздник мы должны сделать что-то особенное, что доставляет нам большую радость, и благодаря этому чувство радости распространится на весь праздник. А поскольку мужчины и женщины отличаются друг от друга по характеру, для мужчин главным выражением радости является праздничная трапеза, включающая мясо и вино (как объясняется в следующем пункте), а для женщин – покупка перед праздником новой одежды или украшения; при этом, чтобы исполнить заповедь, достаточно купить один предмет одежды (см. ниже, п. 10). А для того чтобы доставить радость детям, нужно купить им сладостей, так как это доставляет им наибольшую радость. 2) Праздники, как и суббота, называются в Торе «священным собранием», так как нам заповедано освящать их с помощью торжественных трапез и нарядной одежды. А поскольку в праздники, помимо этого, существует также заповедь радости, мужчины и женщины должны исполнять ее, устраивая в праздник более великолепные и обильные трапезы и надевая самую нарядную одежду. Кроме того, заповедь радости мы исполняем посредством изучения Торы, так как оно тоже вызывает у человека радость (см. выше, п. 5). 3) Все, что радует человека, – песни, танцы, прогулки, – также относится к заповеди праздничной радости (см. ниже, п. 13). 4) В праздник нам заповедано пребывать в хорошем и мирном настроении. В течение всего праздника следует отдаляться от всего, что может причинить душевную боль. В том числе запрещено предаваться скорби, произносить траурные речи и поститься (см. ниже, п. 14)^[6].

Радость должна быть связана именно с праздником, а не с чем-то другим, из-за чего человек может забыть о радости праздника. Поэтому в йом тов запрещено играть свадьбы, о чем наши мудрецы говорят (Вавилонский Талмуд, трактат Моэд катан, 8б): «»И радуйся празднику твоему» – а не жене твоей». Ведь в день свадьбы жених ощущает величайшую радость оттого, что вступил в брак с любимой женщиной, – настолько, что может забыть о радости праздника. Но разрешено сыграть свадьбу в канун праздника, а праздничную трапезу, во время которой произносят семь свадебных благословений, устроить вечером, когда наступит праздник, поскольку в таком случае радость праздника считается главной, а свадебная радость не затмевает ее, но лишь усиливает (см. Шульхан арух, 546, 1-3; ниже, гл. 10, п. 4).

Хотя заповедь Торы: «И радуйся в праздник твой» подразумевает три «праздника восхождения», она относится и к Рош ѓа-Шана, поскольку все праздники, имеющие статус йом тов, равнозначны друг другу. Однако в «праздники восхождения» радость больше, потому что в эти дни нам заповедано взойти в Храм и принести там праздничные мирные жертвы (см. Мишна брура, 597, 1).

07. Праздничные трапезы – «священное собрание»

В йом тов нам заповедано устроить две праздничные трапезы, вечером и днем. Это – одно из основных выражений праздничной радости. О каждом из праздников, перечисленных в Торе, сказано, что это «священное собрание». Говорят наши мудрецы: «А чем ты освящаешь праздники? Яствами, напитками и чистой одеждой» (Мидраш Сифра к разделу Эмор, 12, 4). В этом праздники равнозначны субботе – они, как и суббота, называются «священным собранием». Рамбам пишет (Законы йом това, 6, 16): «Подобно тому как нам заповедано чтить субботу и наслаждаться ею, нам также заповедано чтить праздники и наслаждаться ими, о чем сказано: «…и назовешь субботу отрадой, святой день Господень – почитаемым» (Йешаяѓу, 58:13). И все праздники названы в Торе «священным собранием»» (см. Шульхан арух, 529, 1).

Мудрецы постановили, что в субботу следует устраивать три трапезы. В этом постановлении они основывались на намеках, которые можно увидеть в стихах Торы (см. трактат Шабат, 117б); оно отвечает особому смыслу, заложенному в субботе. А в йом тов нам заповедано устроить только две трапезы – вечером и днем (как пишут Рош и Тур). Ведь человек ежедневно нуждается по крайней мере в двух трапезах, а в праздник эти трапезы должны проходить в радостной и торжественной атмосфере (см. Шульхан арух, 529, 1; Биркей Йосеф, 3; Мишна брура, 13; Каф ѓа-хаим, 24).

За каждой из этих трапез нам заповедано есть хлеб (см. ниже, гл. 2, п. 5). При этом следует произносить благословение над двумя целыми хлебами, а затем преломлять их. Это объясняется тем, что в то время, когда сыны Израиля блуждали по пустыне, в праздники, как и в субботу, с неба не падала манна, но в канун субботы и праздников выпадала двойная порция (см. Шульхан арух, 529, 1; «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 7, п. 3)^[5].

Несмотря на то, что святость субботы выше святости праздников, в праздники мы должны устраивать даже более обильные трапезы и надевать еще более нарядную одежду, нежели в субботу, поскольку мы исполняем заповедь Торы: «И радуйся в праздник твой», как объясняется в следующем пункте.

06. В какое время изучают Тору и устраивают трапезы

По поводу духовного предназначения праздников в Торе приводятся два стиха, которые, на первый взгляд, противоречат друг другу. В одном стихе сказано, что праздники предназначены Всевышнему: «…праздник Господу, Богу твоему» (Дварим, 16:8), а во втором – что они предназначаются для нас самих: «…празднование да будет вам» (Бемидбар, 29:35). По мнению рабби Йеѓошуа, Тора имеет в виду, что мы должны разделить праздничный день надвое: «Половину Всевышнему, половину – вам», иными словами: «Половину времени следует посвятить еде и питью, а другую половину – изучению Торы в бейт мидраше». А рабби Элиэзер считает, что человек имеет право выбора, кому посвятить весь праздник: Всевышнему, изучая Тору в бейт мидраше, или самому себе, проводя весь день за праздничными трапезами (см. Вавилонский Талмуд, трактаты Псахим, 68б, и Бейца, 15б). Но даже если человек предпочитает провести весь день в бейт мидраше, он, согласно подходу рабби Элиэзера, все равно должен что-нибудь поесть, чтобы праздник не превратился для него в пост. С другой стороны, тот, кто предпочел провести весь день за праздничным столом, все равно обязан посвятить некоторое время – как вечером, так и днем, – молитве и изучению Торы, а также произнести слова Торы во время трапезы (так пишут рабейну Перец, рабби Аѓарон ѓа-Леви, Шней лухот ѓа-брит). Следует добавить, что если человек предпочтет посвятить весь день праздничным трапезам, он должен делать это во имя Небес, то есть радоваться и веселиться в честь святости праздника, а также радовать бедняков и одиноких людей, приглашенных к его столу (см. При цадик, Праздник Шавуот, 5; ниже, гл. 11).

Практический закон соответствует мнению рабби Йеѓошуа и гласит, что праздничный день следует разделить на две половины, одну из которых посвятить изучению Торы в бейт мидраше, а вторую – еде и питью (см. Шульхан арух, 529, 1). При этом, как считают некоторые авторитеты, необходимо строго следить за тем, чтобы часть праздничного дня, посвященная Всевышнему, была ни в коем случае не меньше той части, которую человек посвящает самому себе. Так, рабби Хаим бен Атар пишет: если человек посвящает изучению Торы и молитве менее половины праздничного дня, то тем самым он как бы «грабит» Всевышнего (см. комментарий Ришон ле-Цион к трактату Бейца, 15б). А по мнению других авторитетов (например, При мегадим), не нужно точно подсчитывать часы; достаточно посвятить изучению Торы и молитве примерно половину дня. Но, как представляется, поскольку, если человек не подсчитывает часы с точностью, он в итоге не посвящает изучению Торы достаточно времени, необходимо точно рассчитать часы и посвятить Всевышнему ровно половину. И думается, что семь часов, которые человек ежесуточно тратит на сон, в расчет не принимаются. Таким образом, от двадцати пяти часов праздника остаются восемнадцать часов, девять из которых нужно посвятить Всевышнему. Большую часть этого времени следует изучать Тору в бейт мидраше, ибо в Талмуде (трактат Псахим, 68б) сказано: «…а другую половину – изучению Торы в бейт мидраше», но и время молитвы относится к той части праздника, которая посвящена Всевышнему, – при условии, что молитва не длится слишком долго из-за обилия сопровождающих ее напевов, иначе нельзя сказать, что время молитвы тоже посвящается Всевышнему (так пишут Ям шель Шломо и Маген Авраѓам). Следовательно, из девяти часов примерно три уходят на молитву, а изучению Торы необходимо посвятить около шести часов.

Заповедь изучения Торы в праздник распространяется и на женщин, поэтому испокон веков принято, что они тоже приходят на субботние и праздничные проповеди. И хотя женщины не обязаны посвящать изучению Торы половину праздничного дня, если женщина так поступает, она достойна за это благословения^[4].

05. Заповедь изучения Торы в праздник

В субботу и праздники существует заповедь умножать изучение Торы. Вот что говорят об этом наши мудрецы (Иерусалимский Талмуд, трактат Шабат, 15, 3): «Субботы и праздники даны Израилю лишь для того, чтобы изучать слова Торы». В основе этого закона лежат три принципа. Первый из них – заповедь изучения Торы, о которой мудрецы говорят, что она равноценна всем остальным заповедям Торы, вместе взятым (см. Мишна, трактат Пеа, 1, 1; Рамбам, Законы изучения Торы, 3, 3-9). Эту заповедь обязан исполнять каждый еврей, достигший религиозного совершеннолетия (бар мицвы). Об этом сказано (Дварим, 5:1): «…а вы изучите их и храните, дабы исполнять их». Заповедь гласит, что Тору нужно изучать днем и ночью, о чем сказано (Йеѓошуа, 1:8): «Да не отходит эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью». Поэтому человек должен изучать Тору всю свою жизнь, и даже в день смерти ему не следует отстраняться от дома учения и от слов Торы (см. трактат Шабат, 83б). Ведь если человек прекращает учение, он забывает все, что выучил, и Тора предостерегает нас от этого (Дварим, 4:9): «Только берегись и весьма оберегай душу твою, чтобы не забыл ты того, что видели глаза твои, и чтобы не ушло это из сердца твоего во все дни жизни твоей» (см. Рамбам, Законы изучения Торы, 1, 3 и 10). А если человек имеет возможность изучать Тору, но не пользуется ею, то тем самым он порочит Божественное слово (см. трактат Санѓедрин, 99а). В будни, когда большинство людей поглощены повседневными заботами, они не могут посвящать много времени изучению Торы, и все равно есть обязанность выделять время для изучения Торы днем и вечером (см. Рамбам, там же, 1, 8 и 3, 13). А по субботам и праздникам, когда люди отдыхают от работы, заповедь изучения Торы действует в полную силу. Для того и были даны Израилю суббота и праздники, чтобы освободить его от работы, и он мог изучать Тору (см. Тана де-бей Элияѓу раба, 1).

Второй принцип заключается в том, что суббота и праздники – это дни святости, которые были даны народу Израиля для того, чтобы он восходил на более высокие уровни знания Торы. Свет этих святых дней озаряет все дни недели. Еженедельно суббота призвана освятить и возвысить шесть будних дней, а каждый из праздников озаряет своим особым светом все дни года. Вот почему наш учитель Моше постановил, что в каждый из праздников народ Израиля должен читать отрывки Торы, в которых идет речь об этом празднике, а также, что «Израилю надлежит задавать вопросы и изучать законы, связанные с праздниками: в Песах изучать его законы, в Ацерет (Шавуот – пер.) – законы этого дня, и так в каждый праздник – законы этого праздника» (Вавилонский Талмуд, трактат Мегила, 32б; см. также Шаар ѓа-циюн, 429, 5). Именно об этом сказал Святой, благословен Он, нашему учителю Моше: «Созови себе большие общины и учи их принародно законам праздников, чтобы будущие поколения брали с тебя пример и собирали общину по субботам и праздникам в домах учения, говорили пред Израилем слова Торы, учили его законам разрешенного и запрещенного, – дабы великое Имя Мое славилось пред сынами Моими» (Ялкут Шимони, Ваякѓель, 408). Этот обычай соблюдали еврейские мудрецы всех поколений: они произносили перед общиной проповеди, рассказывая своим слушателям о смысле и законах каждого праздника. Главная проповедь проходила в день праздника (обычно днем, после утренней молитвы), она называлась по-арамейски пирка (פרקא), и все члены общины старались ее не пропустить (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 5, п. 4, и «Расширенные объяснения», там же). Проповеди устраивались и вечером по субботам и праздникам; как представляется, они касались в основном Агады, а не Ѓалахи^[3] (так пишет Мордехай в комментарии к трактату Псахим, 611). Слушать эти проповеди приходили и женщины (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Сота, 1, 4).

Согласно третьему принципу, изучение Торы – это одно из выражений радости праздника, которая является заповедью. Ведь изучение Торы радует человека, о чем сказано (Теѓилим, 19:9): «Повеления Господа справедливы, радуют сердце». Поэтому Тору запрещено изучать в пост Девятого ава и в дни траура (см. Вавилонский Талмуд, трактат Таанит, 30а; Шаагат арье, 69).

Помимо того, что по субботам и праздникам нам заповедано умножать изучение Торы, во время трапезы тоже следует произносить слова Торы, чтобы тем самым соединить пищу с ее духовным корнем в высших мирах. Если же за столом не произносят слова Торы, то блюда, которые едят за трапезой, приравниваются к жертвоприношениям идолопоклонников, так как эта пища отделена от своего духовного начала (см. Мишна, трактат Авот, 3, 3; «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 13, п. 8). Это особенно важно во время праздничных трапез, ведь чем веселей и обильней трапеза, тем больше она открывает людские сердца и обостряет ощущения, и если атмосфера во время трапезы не будет духовно возвышенной благодаря произносимым за столом словам Торы и славословиям Всевышнему, то возникнет опасение, что присутствующие начнут вести себя легкомысленно и даже развязно. А мы знаем, что наши мудрецы осуждают тех, кто во время праздничной трапезы распевает грубые и непристойные песни; если же при этом они цитируют стихи из Песни Песней, то это – двойной срам: «Учат мудрецы: тот, кто читает нараспев стихи из Песни Песней во всеуслышание, на пиру, в неподобающее для этого время, – привлекает зло в мир. И тогда Тора надевает рубище, предстает перед Святым, благословен Он, и говорит Ему: «Властитель мира! Сыны Твои уподобляют меня скрипке, на которой играют шуты!». Отвечает Он: «Дочь Моя, в то время, что они едят и пьют, чем им еще заняться?». Говорит она: «Властитель мира! Если они – люди, умудренные в Писании, то пусть изучают Пятикнижие, Книги пророков и Писания; если они умудрены в Мишне, то пусть изучают Мишну, Ѓалаху и Агаду; если же они умудрены в Талмуде, то пусть в Песах изучают законы Песаха, в Ацерет – законы Ацерет, и в каждый из праздников – законы этого праздника» (Вавилонский Талмуд, трактат Санѓедрин, 101а).

04. Суббота и праздники в аспекте заповедей и наказаний

В отношении каждого из шести праздников, перечисленных в Торе и имеющих статус йом тов, существуют заповедь-предписание воздерживаться от созидательной работы (мелаха) и заповедь-запрет выполнять созидательную работу. Таким образом, двенадцать заповедей Торы касаются воздержания от созидательной работы в йом тов^[1], тогда как в субботу таких заповедей только две: заповедь-предписание воздерживаться в субботу от созидательной работы и заповедь-запрет выполнять созидательную работу в субботу (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 9, п. 1). Это объясняется тем, что все субботы имеют один и тот же смысл, а у каждого праздника – свой уникальный смысл, и потому эти заповеди относятся к каждому празднику в отдельности.

Общим для субботы и праздников является то, что на практике в субботу и в каждый из праздников действуют одна заповедь-предписание воздерживаться от созидательной работы и одна заповедь-запрет выполнять созидательную работу. Следовательно, тот, кто воздерживается в субботу или праздник от созидательной работы, исполняет заповедь-предписание Торы, а если он выполнил такую работу, то упустил возможность исполнить заповедь-предписание и нарушил заповедь-запрет. И поскольку в праздники, как и в субботу, созидательная работа запрещена, праздники называются в Торе словом шабатон, а иногда даже шабат (см. трактат Менахот, 65б).

Тем не менее, заповедь воздерживаться от созидательной работы в субботу является более строгой, нежели в праздники. В субботу запрещена любая созидательная работа (см. «Жемчужины Ѓалахи», Шабат, гл. 9, п.п. 1-2), а в йом тов разрешено выполнять домашнюю работу, необходимую для приготовления пищи на этот день, и запрещены другие виды созидательной работы. Общее правило таково: чем выше святость дня, тем больше мы должны полагаться в этот день на Божественное управление миром и тем строже воздерживаться от созидательной работы (см. ниже, гл. 3, п. 1 и гл. 10, п. 7).

Подобно этому, наказание за выполнение созидательной работы в субботу строже, чем за то же самое нарушение в йом тов. Если в субботу человек намеренно выполнил созидательную работу, и при этом были свидетели, которые предостерегали его от этого нарушения, но он все равно его совершил, – то по закону Торы ему полагается смертная казнь скила (побиение камнями). Если же свидетелей не было, то за преднамеренное выполнение созидательной работы в субботу его ждет наказание карет (истребление души)^[2]. А если человек совершил такую работу по ошибке, то он обязан принести в Храме искупительную жертву хатат (см. Рамбам, Законы субботы, 1, 1). Но в случае, если кто-то преднамеренно и при свидетелях совершил созидательную работу в йом тов, то ему причитается наказание малкот (сорок ударов плетью); если же это произошло по ошибке, он не должен приносить жертву хатат. Существует еще одно различие: тот, кто в субботу выполнил в один присест несколько видов запрещенной работы, должен принести за каждую из них отдельную жертву хатат; а если в йом тов человек преднамеренно выполнил несколько видов запрещенной работы на глазах у свидетелей, которые предостерегли его от этого один раз, то за все выполненные работы он понесет одно наказание малкот (см. Вавилонский Талмуд, трактат Макот, 21б; Рамбам, Законы йом това, 1, 3).

В субботу и в каждый из шести праздников существует особый порядок жертвоприношений, как объясняется в недельном разделе Пинхас (Бемидбар, гл. 28). Кроме того, в праздники мы исполняем особые заповеди, не относящиеся к субботе. В Песах нам заповедано есть мацу и запрещено есть квасное; во время Пасхального седера мы исполняем еще множество заповедей. В Рош ѓа-Шана заповедано трубить в шофар, в Суккот – пребывать в сукке и возносить лулав. В Шавуот (который также называется Ацерет) и в Шмини Ацерет нет особых заповедей, в эти дни нам следует исполнять только заповедь радости в праздник, поскольку слово ацерет означает праздничное собрание, во время которого подводится итог процессу, ему предшествовавшему. В Шавуот завершается период от Исхода из Египта до дарования Торы на горе Синай (см. ниже, гл. 13, п. 6), а в Шмини Ацерет мы подводим итог всем «праздникам восхождения» этого года и завершаем процесс покаяния и искупления грехов, который начался в Дни трепета.

03. Народ Израиля и время праздников

Святость субботы является постоянной и непреходящей с того самого момента, как Всевышний сотворил весь мир за шесть дней, а субботу – в седьмой день. В отличие от этого, святость праздников зависит от народа Израиля, что выражается в двух аспектах. Во-первых, особый смысл каждого праздника был раскрыт благодаря Израилю. В Песах Всевышний вывел сынов Израиля из Египта, в Шавуот даровал им Тору, а главная тема Суккота – Божественное провидение, которое непрестанно сопровождает Израиль. В Рош ѓа-Шана народ Израиля становится посланником всех творений, чтобы провозгласить от их имени, что Всевышний – Царь, и лишь Он правит миром.

Во-вторых, даты праздников устанавливаются в соответствии с тем, на какой день выпадает новомесячье (рош ходеш), то есть в какой день народ Израиля освящает новый месяц. В еврейском календаре месяцы соответствуют лунному циклу, однако сам факт появления на небосклоне серпа молодой луны еще не означает, что начался новый месяц. Его может освятить только бейт дин. Об этом сказано (Шмот, 12:2): «Месяц этот для вас…», и объясняют мудрецы: «Это свидетельство будет отдано вам» (трактат Рош ѓа-Шана, 22а). Приблизительно через триста лет после разрушения Второго Храма, когда мудрецы Земли Израиля во главе с наси (главой Санѓедрина) Ѓилелем вторым поняли, что из-за порабощения и бедствий, обрушившихся на еврейский народ, мудрецам последующих поколений будет трудно продолжать освящать месяцы, они рассчитали наперед месяцы и годы еврейского календаря и освятили их до конца всех поколений. Тем не менее, освящение месяцев по-прежнему зависит от евреев, живущих в Земле Израиля, поскольку благодаря тому, что они рассчитывают месяцы согласно установленному порядку, месяцы освящаются. Если же, не дай Бог, в Земле Израиля не было бы евреев, то календарь, рассчитанный последним бейт дином, стал бы недействительным, и мы не смогли бы устанавливать даты новомесячий и праздников. Однако Всевышний обещал нам, что это никогда не случится (см. Рамбам, Законы освящения месяцев, 5, 1-3; Сефер ѓа-мицвот, 153; «Жемчужины Ѓалахи», Малые праздники и памятные дни, гл. 1, п. 3, прим. 6).

Таким образом, мы видим, что святость праздников зависит от народа Израиля. Вот почему мудрецы внесли в текст молитвы и кидуша благословение: «Благословен Ты, Господь, освящающий Израиль и время праздников» (мекадеш Исраэль ве-ѓа-зманим). На первый взгляд, это вызывает недоумение: ведь, согласно известному правилу, одно благословение не может относиться к двум разным темам. Дело, однако, в том, что Израиль и время праздников неразрывно связаны друг с другом, ведь именно Израиль освящает время праздников (см. Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 49а). В отличие от этого, святость субботы является постоянной и непреходящей, и ее определяет только Всевышний, поэтому субботнее благословение звучит так: «Благословен Ты, Господь, освящающий субботу» (см. трактат Псахим, 117б). Вот почему, несмотря на то что суббота находится на более высоком уровне святости, нежели праздники, заповедь радости имеет большее значение именно в праздники, – ведь они в большей степени раскрывают ценность наших действий в этом мире.

И поскольку святость праздников зависит от народа Израиля, в праздники проявляется святость Израиля, которая распространяется на каждого еврея, а это, в свою очередь, раскрывает в мире единство Израиля. Так, Шавуот напоминает нам о том, что мы получили Тору от Всевышнего именно тогда, когда стояли плечом к плечу у подножия горы Синай (см. ниже, гл. 13, п. 6). Пасхальная жертва тоже указывает на единство и избранность Израиля (см. Маѓараль, Гвурот Ѓашем, 36-37). Четыре вида растений (арбаат ѓа-миним), с помощью которых мы исполняем заповедь лулава в Суккот, также символизируют единство между всеми представителями еврейского народа.

Поэтому, чтобы не создавать разграничений между евреями, приходящими в Храм в «праздники восхождения», мудрецы допустили поблажку в отношении людей, невежественных в Торе. Мудрецы постановили, что в течение года таким людям запрещено заходить в Храм, так как некоторые из них не соблюдали законы ритуальной чистоты; но в праздники следует полагаться на их слова, и если такой человек утверждает, что ритуально чист, то ему нужно верить, и его прикосновение не оскверняет мясо жертв и другую пищу. В этом постановлении мудрецы опираются на стих (Шофтим, 20:11): «И собрались все израильтяне в город, объединившись, как один человек, как товарищи» – когда все евреи собираются вместе, они становятся товарищами, и на слово каждого из них по поводу ритуальной чистоты можно положиться (см. Вавилонский Талмуд, трактат Хагига, 26а). И еще сказано (Теѓилим, 122:3): «Отстроенный Иерусалим – город, сплоченный воедино» – Иерусалим сплачивает евреев, и они становятся едины, как товарищи (см. Иерусалимский Талмуд, трактат Хагига, 3, 6).

02. Сельскохозяйственные сезоны и дни Небесного суда

Название каждого из трех «праздников восхождения» указывает на сельскохозяйственный сезон, на который он приходится. Об этом сказано (Шмот, 23:14-17): «Три раза празднуй Мне в году. Праздник мацы соблюдай (…) в назначенное время месяца весны, ибо в оном вышел ты из Египта (…) И праздник жатвы (Шавуот) первых плодов труда твоего, того, что засеял ты в поле; и праздник сбора плодов (Суккот) при исходе года, когда уберешь с поля плоды трудов своих. Три раза в год да является всякий возмужалый у тебя пред лик Властителя Господа». И еще сказано (там же, 34:18-22): «Праздник мацы соблюдай (…) в назначенное время месяца весны; ибо в месяце весны вышел ты из Египта (…) И праздник седмиц (Шавуот) совершай у себя при созревании жатвы пшеницы; и праздник сбора плодов (Суккот) при исходе года».

Песах, «праздник месяца весны», мы отмечаем весной, когда вся природа расцветает. Шавуот называется «праздником жатвы», потому что в это время завершается сбор урожая злаковых, основной пищи человека. Суккот называется «праздником сбора урожая»; в это время мы заканчиваем собирать и переносим в дома и амбары все плоды прошедшего года. Для человека эти времена – пора естественной радости. Весной мы радуемся буйному цветению природы после зимнего сна; летом, в период жатвы, – изобильному урожаю; осенью – яркому разнообразию плодов, наполняющих наши амбары. Тора заповедала нам освятить и возвысить эту естественную радость, исполняя заповеди праздников.

Естественные природные процессы, происходящие в нашем, материальном мире, отражают процессы духовные, имеющие место в высших мирах. Песах – это время зарождения и обновления; вот почему именно в эти дни мы вышли из Египта и «родились» как народ. Шавуот – время созревания, когда всевозможные процессы достигают своего апогея; поэтому в Шавуот нам была дарована Тора на горе Синай (см. ниже, гл. 13, п.п. 1-4). Суккот – время подведения итогов, когда мы радуемся материальному благословению, которого удостоились свыше. В это время мы выражаем и радость оттого, что на нас снизошла Шхина (Божественное присутствие), оделив нас великим благом в различных сферах существования.

Таким образом, каждый праздник знаменует собой окончание какого-либо этапа, материального и духовного. В Песах заканчивается пробуждение природы от зимнего сна, а также завершается долгий период египетского рабства. В Шавуот достигает завершения первая стадия расцвета; это время жатвы и дарования Торы. В Суккот подходят к концу все этапы прошедшего года, и мы собираем урожай плодов, материальных и духовных, что выражает нашу неразрывную связь со Всевышним. И для того чтобы слить воедино естественные, природные процессы и процессы духовные, исходящие от Высшего источника святости, нам заповедано восходить в Храм в три эти «праздника восхождения», приносить праздничные жертвы всесожжения и мирные жертвы и радоваться перед Всевышним.

Дни праздников – это также дни Высшего суда. Сказали наши мудрецы в Мишне (трактат Рош ѓа-Шана, 16а), что мир судится в четыре этапа. В Песах выносится приговор об урожае злаковых, который вырастет до Шавуота. В Шавуот выносится приговор об урожае древесных плодов, которые будут расти в течение лета. В Суккот выносится приговор о воде, то есть о дождях, которые будут идти предстоящей зимой. А Рош ѓа-Шана – это день всеобщего суда, в который на Небесах судят все творения. Исполняя законы праздников, мы удостаиваемся доброго приговора. Заповеди каждого праздника помогают нам приблизиться к Всевышнему с радостью и благодарностью, а это привлекает благословение и к тому времени, которое последует после того или иного праздника.

01. Праздники еврейского календаря

Тора заповедала нам отмечать шесть праздников, каждый из которых имеет статус йом тов: 1) первый день Песаха; 2) седьмой день Песаха; 3) Шавуот; 4) Рош ѓа-Шана; 5) первый день Суккота; 6) Шмини Ацерет. Заповедь заключается в том, чтобы мы сделали эти дни святыми, воздерживаясь в них от созидательной работы (мелаха), изучая Тору, радуясь празднику и вознося благодарение Всевышнему за все добро, которое Он нам ниспослал. Так мы всегда будем помнить о Всевышнем, Боге нашем, Который избрал нас из всех народов и даровал нам Тору Свою, освятил нас заповедями Своими, приблизил нас к служению Ему и нарек нас великим Именем Своим. Все это поможет нам вознестись над повседневной действительностью и будничными занятиями, что, в свою очередь, будет способствовать исправлению качеств нашей души и духовному очищению сердца, и мы укрепимся в изучении Торы и исполнении заповедей и вспомним о великой миссии, возложенной на нас: внести духовное исправление в мир, раскрыв в нем царство Всевышнего.

Помимо того, что все праздники, упомянутые в Торе, имеют общие стороны, каждый из них обладает уникальным смыслом, который мы ежегодно постигаем заново. В первый день Песаха Всевышний вывел нас из Египта, из дома рабства, и даровал нам вечную свободу. Для того чтобы память об этом событии всегда жила в наших сердцах, в эту ночь нам заповедано есть мацу, горькую зелень (марор) и мясо пасхальной жертвы, а также рассказывать об Исходе из Египта. В седьмой день Песаха Всевышний рассек перед нами Чермное море и провел нас по нему, как по суше, а египтян, гнавшихся за нами, потопил в его водах.

В Шавуот Всевышний даровал нам Тору, с помощью которой мы исправляем мир, в благодарность за что нам заповедано в этот день принести в Храм два квасных хлеба. Это учит нас тому, что Тора исправляет наше дурное начало, йецер ѓа-ра (на которое намекает квасной хлеб, хамец), благодаря чему оно переходит на сторону святости (см. ниже, гл. 13, п. 7).

Первое тишрея – это день Сотворения мира, точнее, шестой день от начала Творения, когда был создан Адам, первый человек. Нам заповедано сделать первое тишрея «днем памяти», трубить в шофар и совершать покаяние. Существует еще один великий и святой день, Йом Кипур, однако поскольку его запреты являются более строгими, он не входит в число праздников, имеющих статус йом тов.

Первый день Суккота не знаменует собой какое-либо особенное событие. В этот день мы вспоминаем о том, что Всевышний сопровождал нас во время Исхода из Египта и скитаний по пустыне, и что Он раскинул над нами Облака Славы. Этот праздник мы отмечаем в период, когда заканчивается сбор урожая плодов. В это время мы подводим итог годичного цикла праздников и благодарим Всевышнего за плоды, материальные и духовные. А Суккот переходит в Шмини Ацерет – последнее, итоговое празднество года. В день Шмини Ацерет мы наиболее близки к Всевышнему, Богу нашему, поэтому он больше всего подходит для завершения годичного цикла чтения Торы и радости во славу нее.

05. Необходимо ли, чтобы «Дорожная молитва» произносилась после другого благословения?

Некоторые авторитеты задают вопрос: почему «Дорожная молитва» не начинается со слов: «Благословен Ты…» (Барух Ата)? Ведь существует правило: любое благословение, которое произносится отдельно, а не после другого благословения, должно начинаться словами Барух Ата; если же его произносят после другого благословения, то оно не должно начинаться этими словами. Так, второе и третье благословения Биркат ѓа-мазон не начинаются словами Барух Ата (см. трактат Брахот, 46а). Почему же, в таком случае, «Дорожная молитва», которую произносят отдельно, не начинается с Барух Ата?

На этом основании некоторые авторитеты (например, Маѓарам из Ротенбурга), придерживаясь более строгого толкования закона, говорят, что «Дорожную молитву» нужно всегда произносить после другого благословения. Изначально (лехатхила) желательно учитывать их мнение, поэтому, если человек должен произнести другое благословение, когда он вышел в путь, то «Дорожную молитву» лучше произнести сразу после него. Например, если он съел яблоко и должен произнести завершающее благословение борэ нефашот, то ему следует сначала произнести его, а потом «Дорожную молитву» (см. Шульхан арух, 110, 6; Шней лухот ѓа-брит к трактату Хулин, Нер мицва, 71; Маген Авраѓам и Мишна брура, 110, 28).

Но если нет необходимости произнести другое благословение, то «Дорожную молитву» следует прочесть и без этого. Ведь многие авторитеты считают, что «Дорожная молитва» имеет статус молитвы, а не обычного благословения, поэтому на нее не распространяются законы других благословений. А значит, она не должна начинаться словами Барух Ата или произноситься после другого благословения, и в ней также не упоминается царство Всевышнего, как мы обязаны делать в других благословениях (см. Тосафот к трактату Псахим, 104б; Мишна брура, 110, 28).

Однако некоторые авторитеты говорят, что «Дорожная молитва» имеет статус благословения, так как в ней содержится благословение «Внемлющий молитве» (Шомеа тфила) из молитвы амида. Ведь и «Дорожная молитва» заканчивается этим благословением. Однако она не начинается словами Барух Ата потому, что основное место этого благословения – в молитве амида, где оно следует за другими благословениями. Поэтому, даже когда его произносят отдельно, в «Дорожной молитве», мудрецы не изменяют его текст. В нем также не нужно упоминать царство Всевышнего, то есть говорить: «Бог наш, Царь мира» (Э-лоѓейну Мелех ѓа-олам), так как благословение, произносимое вслед за другим, опирается на упоминание Божественного царства в предыдущем благословении, и поскольку в первом благословении амиды оно упоминается, его не нужно упоминать в благословении «Внемлющий молитве» (см. комментарий учеников рабейну Йоны к трактату Брахот, 1а)^[5].

04. Чтение «Дорожной молитвы» во время короткого и опасного пути

Как мы уже говорили (в п. 2), поскольку путь обычно сопряжен с опасностью, мудрецы постановили произносить «Дорожную молитву», и в Вавилонском Талмуде (трактат Брахот, 30а) объясняется, что если путь короче одной парсы, в нем нет опасности, поэтому «Дорожную молитву» не произносят. Иными словами, эту молитву читают, только если путь не короче 3.648 км. Однако законоучители выдвигают на это возражение, ибо мудрецы Иерусалимского Талмуда (в трактате Брахот, 4, 4) утверждают, что опасность может подстерегать человека в любом пути, поэтому «Дорожную молитву» следует произносить, даже если путь короче одной парсы. И вот какой ответ дают на это возражение законоучители: обычный путь короче одной парсы не таит в себе опасности, поэтому во время него не читают «Дорожную молитву». Но в Иерусалимском Талмуде имеется в виду более опасный путь, поэтому, даже если он короче одной парсы, путник все равно должен произнести «Дорожную молитву» (так пишут ученики рабейну Йоны в комментарии к трактату Брахот, 20б; Турей заѓав, 110, 6). И таков практический закон: если путь считается опасным, то даже когда он короче одной парсы, во время него все равно нужно прочесть «Дорожную молитву» (см. Мишна брура, 110, 30).

Следовательно, когда те или иные дороги считаются опасными из-за нападений арабов, которые кидают в проезжающие машины камни, а порой бутылки с зажигательной смесью или даже стреляют, – «Дорожную молитву» нужно произносить, даже если путь короче одной парсы. И да будет Высшая воля на то, чтобы сгинули все враги и ненавистники Израиля, и наш народ жил на всей своей земле в спокойствии и безопасности.

03. Некоторые законы чтения «Дорожной молитвы»

Есть мнение, что «Дорожную молитву» нужно произносить сразу же, как только человек выходит из дома, еще находясь в городе. Однако большинство авторитетов считает, что хотя постфактум (бедиавад) заповедь считается исполненной, даже если «Дорожную молитву» читают в городе, – изначально (лехатхила) ее желательно прочесть сразу же при выезде из города, потому что в этот момент начинается путь, о котором говорится в молитве (так пишут Маген Авраѓам, Элия раба, При мегадим и Мишна брура, 110, 29).

Казалось бы, следует поступать именно так, как считает большинство авторитетов, и произносить «Дорожную молитву» после выезда из города. Однако поскольку в наши дни опасность дорожных аварий существует и в городе, и, как мы уже говорили в предыдущем пункте, желательно произносить «Дорожную молитву» без имени Всевышнего во время езды по городской территории, – если человек намеревается выехать за пределы города, будет правильным прочесть молитву с именем Всевышнего в начале поездки, еще находясь в городе. И поскольку «Дорожную молитву» лучше всего читать, пока машина стоит, наиболее подходящее для этого время – когда человек садится в машину перед поездкой^[4].

Если кто-то забыл прочесть «Дорожную молитву» в начале пути, и при этом до места его назначения осталось расстояние не менее парсы (чуть меньше 4 км), то ему следует прочесть молитву. А если ехать осталось менее парсы, то он должен прочесть «Дорожную молитву» без имени Всевышнего в конце (см. Шульхан арух, Орах хаим, 110, 7).

Если человек выезжает в путь несколько раз за день, то ему достаточно прочесть «Дорожную молитву» во время первой поездки, но при этом он должен иметь в виду все свои последующие поездки в течение этого дня. Однако если он заранее планировал только одну поездку, а затем решил выехать в путь еще раз, то он должен прочесть молитву еще раз. Если путь продолжается несколько дней, то каждое утро следует произносить «Дорожную молитву» (см. Шульхан арух, Орах хаим, 110, 5).

02. В каких случаях произносят «Дорожную молитву»

Согласно постановлению мудрецов, «Дорожную молитву» следует произносить, когда человек выходит в путь длиной более одной парсы (см. трактат Брахот, 30а). Парса – это 4 мили, а каждая миля равна 912 м. Таким образом, парса составляет почти 4 км (3648 м)^[2]. Если же путь короче, чем парса, то «Дорожную молитву» не произносят, ведь поскольку человек не слишком отдаляется от населенного пункта, путь не таит в себе особой опасности (так пишет Рош). При этом нет необходимости проводить точное измерение, каждый должен оценить длину своего пути на глаз. Ниже (в п. 4) объясняется, что если путь сопряжен с особой опасностью, то «Дорожную молитву» читают, даже если его длина составляет менее парсы.

Некоторые авторитеты считают, что такая мера как парса указывает, по сути, не на расстояние, а на время: если путь занимает более 72 минут (время, за которое среднестатистический человек проходит расстояние в одну парсу по немощеной дороге), то необходимо прочесть «Дорожную молитву». Если же путь занимает меньше этого времени, то поскольку путник находится в опасности недолго, «Дорожную молитву» не произносят.

Однако по мнению большинства авторитетов, мудрецы, прибегнув к понятию парса, подразумевали именно расстояние, которое путник должен преодолеть, чтобы на нем лежала обязанность прочесть «Дорожную молитву». Ведь чем длиннее путь, тем больше человек отдаляется от населенного пункта, и опасность возрастает. Время же не имеет значения в данном случае, ведь и в эпоху мудрецов всадники преодолевали расстояние в одну парсу меньше чем за 10 минут, и мудрецы не делают разграничения между всадниками и пешими путниками и говорят, что любой человек, преодолевающий расстояние в одну парсу, должен прочесть «Дорожную молитву». Поэтому и сегодня, когда мы передвигаемся на скоростных видах транспорта, мы измеряем не время, а длину пути, и если она превосходит одну парсу, то необходимо прочесть «Дорожную молитву». Это особенно важно в наши дни, когда дорожные аварии представляют собой один из основных факторов опасности для жизни людей (см. Мишна брура, 110, 30; и таково мнение подавляющего большинства авторитетов).

В отношении того, кто во время поездки остается в пределах города, возникает сомнение. С одной стороны, мудрецы постановили, что «Дорожную молитву» должен читать лишь тот, кто идет или едет по дорогам, пролегающим между населенными пунктами. Но с другой стороны, в наши дни городские территории значительно расширились, и многие люди ездят на далекие расстояния в черте города, и эти поездки сопряжены с опасностью не намного меньшей, чем междугородние, особенно когда машина едет по скоростной трассе. Как представляется, на практике, хотя это не является обязанностью, каждому, кто едет по городу на расстояние более одной парсы, желательно прочесть «Дорожную молитву» без упоминания имени Всевышнего в конце. То есть молитву следует завершить словами: «Благословен Ты, внимающий молитве!»^[3].

01. Смысл «Дорожной молитвы»

Мудрецы постановили: всякий, кто выходит в путь, должен произнести «Дорожную молитву» (см. трактат Брахот, 29б). В старину опасность в пути исходила от разбойников, диких зверей, стихийных бедствий. В наши дни главную опасность представляют транспортные аварии. В любом случае, «Дорожная молитва», составленная мудрецами, подходит для всех видов опасности, которая может подстерегать человека в пути.

Самое безопасное место для человека – это его естественная среда обитания, то есть его дом или город. А когда он выходит в путь и отдаляется от дома, от друзей и соседей, он становится подвержен всевозможным опасностям. Если на него нападут, то вокруг будет меньше людей, готовых прийти ему на помощь. Если он пострадает, то займет больше времени доставить его в больницу (см. Маѓараль, Натив гмилут хасадим, 5). Поэтому мудрецы постановили, что тот, кто вышел в путь, должен прочесть «Дорожную молитву». Ее текст составлен во множественном числе, и это неслучайно. С духовной точки зрения, именно отдаление от общины лежит в основе любой опасности, подстерегающей человека в пути, поэтому тот, кто выходит в путь, должен ощущать себя неотъемлемой частью общины, и благодаря этому его молитва будет принята на Небесах более благосклонно.

Поскольку, читая «Дорожную молитву», мы уже обращаемся к Творцу с просьбой о том, чтобы наш путь был благополучным, мы также просим Его послать нам удачу на жизненном пути (см. трактат Брахот, 29б-30а). Приведем текст молитвы: «Да будет воля Твоя, Господь, Бог наш и Бог отцов наших, на то, чтобы Ты вел нас к миру, и направлял шаги наши к миру, и указывал нам путь к миру, и поддерживал нас к миру, и дал нам достичь нашей цели – к жизни, к радости и к миру. И избавь нас в этом пути от рук всякого врага, и от засады, и от разбойников, и от злых зверей, и от всех несчастий, которые порой приходят в этот мир. И пошли благословение всякому деянию рук наших. И надели нас приязнью, милостью и милосердием в Твоих глазах и в глазах всех, кто нас видит. И одари нас доброй милостью. И внемли голосу молитв наших, ибо Ты внемлешь молитве любых уст. Благословен Ты, Господь, внимающий молитве!». Разные каноны «Дорожной молитвы» немного отличаются друг от друга, и все они одинаково верны.

Поскольку в наши дни главную опасность в пути представляют дорожные аварии, некоторые авторитеты считают, что нужно упомянуть и эту опасность. Так, Раавиа (ч. 1, Благословения, 86) писал, что в «Дорожной молитве» можно упоминать любую опасность, специфическую для данного пути. Другие авторитеты говорят, что если человек хочет, он вправе так поступить. Согласно третьему мнению, слова «от всех несчастий, которые порой приходят в этот мир» подразумевают и дорожные аварии, поэтому нет необходимости изменять текст молитвы, установленный мудрецами. И каждый человек может поступить, как считает нужным^[1].

17. Плоды привитых деревьев

Некоторые авторитеты считают, что не следует произносить Ше-ѓехеяну над плодом, выросшем на дереве, к которому было привито плодовое дерево другого вида, поскольку такая прививка запрещена законом Ѓалахи (см. Ѓалахот ктанот, 1, 60). Другие авторитеты говорят, что хотя сама прививка была запрещена, плоды, выросшие на таком дереве, разрешено употреблять в пищу и использовать любым другим способом, поэтому над ними следует произносить Ше-ѓехеяну, точно так же, как над ними произносят борэ при ѓа-эц (см. Шеэлат Яавец, 1, 60).

На практике над каждым плодом нового урожая произносят Ше-ѓехеяну, не опасаясь, что этот плод, возможно, вырос на привитом дереве. Это объясняется, во-первых, тем, что таков общепринятый обычай, а при исполнении обычая не учитывают сомнение, связанное с произнесением благословения; а во-вторых, даже если известно, что плод вырос на привитом дереве, все равно возникает сомнение в том, что прививка была сделана запрещенным образом, ведь, может быть, это была прививка двух сортов одного вида, а это не запрещено. Кроме того, возможно, что прививку сделал нееврей, а по мнению некоторых авторитетов, в этом тоже нет запрета.

Также следует произносить Ше-ѓехеяну над плодом свити (помелит) – гибридом помело и грейпфрута, потому что он был получен путем гибридизации – оплодотворения пыльцой растения одного вида семяпочек растения другого вида, а не путем прививки веток деревьев, а гибридизация не запрещена Ѓалахой (см. «Жемчужины Ѓалахи», Кашрут, гл. 3, п. 5)^[14].

16. Два сорта одного и того же вида

Законоучители полемизируют по поводу плодов разных сортов одного и того же вида. Есть мнение, что одно благословение распространяется на все сорта (так пишут Шеэрей Кнесет ѓа-гдола и Биркей Йосеф). Согласно другому мнению, поскольку сорта одного вида могут значительно отличаться друг от друга, над плодом каждого сорта следует произнести отдельное благословение (так считают Сефер хасидим, Маѓариль и Шульхан арух, 225, 4).

На практике, некоторые сорта одного и того же вида так существенно отличаются друг от друга, что могут считаться плодами разных видов; с другой стороны, есть сорта, которые так похожи друг на друга, что только специалистам известны различия между ними. И очевидно, что над плодами разных сортов, похожими друг на друга, не следует произносить два отдельных благословения. Даже если различия вкуса и цвета между ними заметны, но незначительны, по причине сомнения не следует произносить над каждым из них отдельное благословение. Когда есть такая возможность, желательно произнести Ше-ѓехеяну над другим плодом, в отношении которого нет сомнения, что над ним нужно произнести это благословение, и при этом иметь в виду и те плоды, по поводу которых возникает такое сомнение.

Но когда речь идет о плодах разных сортов, значительно отличающихся друг от друга видом и вкусом, – тот, кто рад новому урожаю этих плодов, может произнести Ше-ѓехеяну над каждым из них в отдельности, так как они подобны плодам разных видов. Кроме того, даже если мы будем считать их плодами одного вида, – поскольку они созревают в разное время, авторитеты, считающие, что над плодами разных сортов одного вида не следует произносить отдельное благословение, согласятся, что в данном случае Ше-ѓехеяну нужно произнести над каждым из них^[13].

15. Какие виды плодов считаются плодами нового урожая

Если плоды созревают круглый год, а не в определенный сезон, или если их можно сохранить свежими в течение всего года, то над ними не произносят Ше-ѓехеяну. Даже если человек их давно не ел, он не должен произносить над ними Ше-ѓехеяну, так как это благословение произносят не в знак личной радости, а в честь нового урожая (см. Шульхан арух, 225, 6). Поэтому и в прошлом не произносили Ше-ѓехеяну над орехами, луком, чесноком, картофелем и свеклой, ведь эти плоды сохраняются свежими весь год.

Но существует множество видов плодов, над которыми раньше произносили Ше-ѓехеяну, потому что их можно было купить только в определенном сезоне, но в наши дни они продаются круглый год, поэтому над ними Ше-ѓехеяну не произносят. У этого есть три причины. Во-первых, в наши дни можно хранить многие плоды (например, яблоки или бананы) в холодильниках в течение всего года. Во-вторых, некоторые виды овощей (например, помидоры и огурцы) можно выращивать весь год в теплицах. В-третьих, экспорт позволяет продавать многие виды плодов круглый год. Например, груши, которые продаются в Израиле весь год, часть года являются экспортными.

Общее правило таково: Ше-ѓехеяну не произносят над любыми плодами, которые продаются круглый год в свежем виде или близком к свежему, даже если они созревают только в определенном сезоне. А если в какое-то время года эти плоды не продаются, то когда начнется их сезон и они снова появятся в продаже, над ними следует произнести Ше-ѓехеяну. Даже если такие плоды можно в случае крайней необходимости хранить в охлажденном виде или привозить из-за границы, а в специализированных магазинах их можно купить в течение всего года, – тем не менее, поскольку на практике в определенные месяцы они очень редки, а хранить их в охлажденном виде сложно, и от этого, как правило, их вкус немного изменяется, и когда они вновь поступают в продажу в свежем виде, все люди чувствуют, что это плоды нового урожая, над ними произносят Ше-ѓехеяну.

Перечислим большую часть плодов, над которыми обычно произносят Ше-ѓехеяну, в порядке их появления в продаже в течение года. Весной начинают созревать персики, мушмула (шесек), черешня, вишня, абрикосы, виноград, арбузы и дыни. Летом начинают созревать сливы, инжир, шелковица, личи, опунция (сабрес), авокадо, желтые финики, гранаты, манго, хурма и гуава. Перед Рош ѓа-Шана начинают созревать грейпфруты, мандарины, карамбола, айва, помело и киви. В октябре начинают созревать апельсины, фейхоа и клубника (в Израиле).

Также следует знать: над некоторыми плодами мы произносим сегодня Ше-ѓехеяну, но со временем они станут поступать в продажу круглый год – либо потому, что их научатся хранить в охлажденном виде, либо же потому, что их начнут экспортировать. И тогда над ними уже не нужно будет произносить Ше-ѓехеяну. Поэтому на вышеприведенный список нельзя полагаться с закрытыми глазами, и Ше-ѓехеяну следует произносить, только если известно, что те или иные плоды отсутствовали в продаже в определенный период.

14. Плоды нового урожая

Тот, кто видит плод нового урожая, должен произнести Ше-ѓехеяну, в знак благодарности Всевышнему за то, что Он обновляет Свой мир и дал нам этот плод в предназначенное для того время. Раньше, когда многие люди занимались земледелием, было принято произносить Ше-ѓехеяну при виде плодов нового урожая, потому что это вызывало большую радость. И в наши дни тот, кто испытывает от этого радость, может произнести благословение при виде плода. Однако сегодня, согласно общепринятому обычаю, Ше-ѓехеяну произносят, когда едят плоды нового урожая, так как большинство людей испытывают радость именно тогда, когда едят новые плоды (см. Шульхан арух, 225, 3).

Нам запрещено игнорировать то изобилие, которое Всевышний создал в мире. Вот что сказали об этом наши мудрецы: «Человеку придется держать ответ перед Высшим судом за всю пищу, которую он видел, но не попробовал». Ибо это выражает презрение к ценности Творения со всем изобилием созданных в нем плодов. А некоторые комментаторы объясняют эти слова так: ибо этот человек упустил возможность произнести благословение Ше-ѓехеяну над всеми новыми плодами (см. Ташбец катан, 320). В Иерусалимском Талмуде (в конце трактата Кидушин) рассказывается, что рабби Эльазар специально копил деньги и покупал плоды каждого вида хотя бы раз в год, чтобы попробовать их, преисполниться радости и произнести Ше-ѓехеяну (см. Мишна брура, 225, 19).

Таким образом, прежде чем съесть плод нового урожая, нужно произнести два благословения: Ше-ѓехеяну и борэ при ѓа-эц («сотворивший плоды дерева») или борэ при ѓа-адама («сотворивший плоды земли»). Одни авторитеты (Радбаз и Хида) говорят, что сначала следует произнести благословение над самим плодом, а другие – благословение Ше-ѓехеяну (см. Мишна брура, 225, 11). И каждый человек вправе решить сам, как ему поступить.

Нельзя произносить благословение над незрелым плодом; это можно сделать, только когда плод созрел и приобрел приятный вкус (см. Шульхан арух, 225, 7). Постфактум (бедиавад), если кто-то произнес Ше-ѓехеяну над плодом, пригодным для употребления в пищу в случае крайней необходимости, он не должен произносить благословение над плодами этого вида, когда они полностью созреют (см. Мишна брура, 225, 12). Тот, кто забыл произнести благословение, когда ел плод нового урожая в первый раз, упустил время обновления и не должен произносить Ше-ѓехеяну, когда будет есть плод этого вида во второй раз (см. Мишна брура, 225, 13). Но пока он ест плод в первый раз, он может произнести благословение^[12].

13. Благословение в честь рождения сына и дочери

В честь рождения сына произносят Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив, потому что эта радость – общая для отца и для матери (см. трактат Брахот, 59б; Шульхан арух, 223, 1). Даже когда отец не находится рядом со своей женой, которая родила сына, он должен, услышав эту добрую весть, произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив (см. Мишна брура, 223, 1).

А в честь рождения дочери родители, увидев ее впервые, должны произнести Ше-ѓехеяну (см. Мишна брура, 223, 2). Если же они не произнесли это благословение, когда увидели ее в первый раз, – все время, пока при виде нее они испытывают радость и волнение, они могут возблагодарить Всевышнего и произнести Ше-ѓехеяну^[11].

Если у супругов родился больной ребенок, то они не должны произносить благословение, так как не испытывают радости. Но если они рады его рождению, несмотря на болезнь, то им следует произнести благословение.

Дедушка и бабушка, которые, впервые увидев новорожденного внука или внучку, испытают большую радость, должны произнести Ше-ѓехеяну. Это относится также и к другим родственникам или близким друзьям – если они, впервые увидев новорожденного или новорожденную, будут очень рады, то могут произнести Ше-ѓехеяну. Это можно сделать, даже услышав весть о рождении, если она их очень обрадует, – даже если они не видят младенца. Но тот, кто произнес благословение, услышав о рождении ребенка, не должен делать это еще раз, когда его увидит (см. Биур Ѓалаха, 223, 1).

12. Благословение при встрече с другом, которого человек не видел 12 месяцев

Тот, кто не видел дорогого друга двенадцать месяцев и ничего не слышал о нем, и даже немного опасался, что его уже нет в живых, – при встрече с ним должен произнести благословение: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, оживляющий мертвых!» (Барух Ата А-донай Элоѓейну Мелех ѓа-олам мехайе ѓа-метим). См. трактат Брахот, 58б; Шульхан арух, 225, 1.

В связи с этим может возникнуть вопрос: ведь в момент встречи друг не воскрес из мертвых, почему же при виде него следует произнести такое благословение? Дело в том, что расставание на целый год существенным образом изменяет ощущение человека. В течение долгого времени он сосредотачивается на других вещах, и дружеское чувство постепенно забывается, скрываясь в тайниках его души. Скорбь по умершему тоже заканчивается через год, потому что этот срок притупляет чувства, и человек начинает о них забывать. И ему кажется, что, с позиции разума, который видит только явное, после целого года разлуки, когда все эмоции были направлены на другие дела и других друзей, практически невозможно оживить старую дружбу. Но это не соответствует истине, ведь хотя человек думает, что дружеские чувства забыты, в глубине души дружба продолжает существовать, и как только друзья встречаются, она оживает. В этом можно увидеть намек на воскрешение мертвых, поэтому при встрече с другом, о котором человек ничего не слышал двенадцать месяцев, он должен произнести благословение «Оживляющий мертвых». Оно указывает на великую силу внутренних, глубинных чувств, которые могут «воскреснуть» даже после долгого перерыва. Поэтому мы свято верим, что теплые чувства, обращенные к другому человеку, никогда не будут напрасными, любовь не исчезает после смерти, – в глубине души чувства останутся живы до скончания времен, когда все люди воскреснут и вновь встретятся с теми, кто дорог их сердцу (см. Олат Раайя, ч. 1, 380).

В наши дни это благословение почти не произносят, поскольку, благодаря современным средствам связи, люди имеют информацию о своих друзьях в течение года. Поэтому, когда друзья встретятся, они произнесут Ше-ѓехеяну.

11. Детали исполнения заповеди

Даже если человек получил от друга письмо в течение этих тридцати дней, ему следует произнести благословение при встрече с ним, но он не должен этого делать, если говорил с ним по телефону^[10].

Если человек встретил доброго друга, которого не видел тридцать дней, и произнес Ше-ѓехеяну, а после этого встретил еще одного доброго друга, которого не видел тридцать дней, – то он должен произнести благословение еще раз. То же самое касается третьего, четвертого друга и т.д. Всегда, когда речь идет о любимых друзья, которых он рад видеть, ему следует произнести благословение. А если он увидел нескольких друзей вместе, то одно благословение распространяется на них всех.

Когда устраивают встречу друзей или родственников, многие присутствующие встречаются там друг с другом после перерыва в тридцать дней. Но они сомневаются, следует ли произносить благословение, и кого именно иметь в виду. Поэтому будет правильно, если один из них, который испытывает несомненную радость, произнесет вслух Ше-ѓехеяну, имея в виду тех, кого он рад видеть. При этом он должен подразумевать всех присутствующих, а они должны ответить амен, намереваясь исполнить заповедь посредством произнесенного им благословения. Так все исполнят заповедь благодарения за встречу со всеми, кого они рады видеть в этот момент.

10. Произнесение Ше-ѓехеяну при встрече с другом

Мудрецы постановили: если человек встретил милого его сердцу друга после того, как не видел его тридцать дней, и ощущает при встрече с ним новую радость, он должен произнести Ше-ѓехеяну. Но если он видел этого друга в течение последних тридцати дней, то произносить благословение не следует, так как в этом нет аспекта новизны. Этот закон Ѓалахи учит нас важному принципу: дружба имеет огромную ценность, и встреча с добрым другом настолько важна, что в честь нее нужно произнести благословение.

Однако многие люди не произносят Ше-ѓехеяну при встрече с друзьями. Дело в том, что мудрецы постановили произносить это благословение только при встрече с другом, который особо мил и дорог сердцу человека, и трудно решить, кто именно из друзей отвечает этому определению. Кроме того, сложно оценить, достаточно ли велика радость от встречи с другом, чтобы можно было произнести благословение.

Кроме того, некоторые поздние авторитеты выражают опасение, что если люди привыкнут произносить Ше-ѓехеяну при встрече с любимыми друзьями, то иногда друзья будут обижаться, видя, что при встрече с ними они этого не делают. И некоторые, чтобы предотвратить обиду, будут произносить благословение даже при встрече с людьми, при виде которых они не испытывают радости, и таким образом нарушат запрет произнесения напрасного благословения (браха ле-ватала). И будут также обманщики и льстецы, которые, завидев человека, от которого им что-то нужно, сразу подбегут к нему и произнесут Ше-ѓехеяну, чтобы показать, как «велика» их мнимая любовь.

Однако практический закон Ѓалахи гласит, что из-за таких опасений нельзя отменять постановление мудрецов. Поэтому нам следует укрепиться в исполнении заповеди произнесения этого благословения, выражающего священную ценность дружбы. Человек также не должен опасаться, что не сможет оценить, насколько ему дорог тот или иной друг, поскольку речь не идет о какой-то исключительной дружбе, которой удостаиваются лишь избранные. Мудрецы имели в виду, что каждый человек должен произносить благословение при встрече со своими близкими друзьями. У каждого обычного человека, не чересчур закрытого, есть любимые друзья, и если он будет рад встрече с одним из них по прошествии тридцати дней, в течение которых он не видел его, – ему следует произнести Ше-ѓехеяну^[9].

Кроме того, нужно знать, что встреча с близким другом не всегда вызывает радость. Иногда мысли человека слишком заняты заботами и тревогами, и его сердце не открыто для радости. А порой у него нет времени для долгой беседы с другом, а кратковременная встреча не доставляет ему радости. Поэтому на практике, если при встрече с другом человек не испытывает радости, он не должен произносить благословение.

Разумеется, это благословение относится и к встрече с родственниками, которых человек не видел тридцать дней. Если он рад их видеть, то должен произнести благословение. Например, если дед не видел внука тридцать дней и рад встрече с ним, то на него возложена заповедь произнести Ше-ѓехеяну. То же самое касается встречи брата с сестрой и т.п.

09. Книги по Торе, свиток Торы и синагога

Авторитеты расходятся во мнениях по поводу того, следует ли произносить благословение в честь покупки новых книг по Торе (сифрей кодеш). Хотя, если человек покупает или получает в подарок новые светские книги достойного и доброго содержания, и это вызывает у него радость, ему следует произнести Ше-ѓехеяну, – по поводу книг, предназначенных для исполнения заповеди изучения Торы, некоторые авторитеты считают, что в честь их приобретения не произносят благословение, потому что заповеди даны нам не для обычного удовольствия, а для того, чтобы мы приобщались к святости (см. Маген Авраѓам, 223, 5)^[8]. Но другие авторитеты (например, Радбаз и Моэд катан) говорят: действительно, в честь самого изучения Торы, хотя оно и радует человека, не произносят Ше-ѓехеяну, но в честь приобретения книг, которые являются собственностью человека и радуют его, следует произнести благословение. И представляется, что на практике, если человек очень любит эти книги, и мысль о том, что они станут частью его библиотеки, доставляет ему большую радость, то ему следует произнести благословение (см. Хаей адам, 62, 5; Мишна брура, 223, 13).

Авторитеты также спорят по поводу того, каков закон в отношении человека, нанявшего писца (софер стам), чтобы тот написал для него свиток Торы: должен ли он произнести Ше-ѓехеяну, когда писарь завершит работу, и свиток поместят в синагогу? Есть мнение, что он должен произнести Ше-ѓехеяну, согласно другому мнению, ему следует произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив, а согласно третьему мнению, он вообще не должен произносить благословение. На практике, владельцу свитка желательно купить себе новую одежду, и тогда по окончании работы писаря над свитком он сможет произнести Ше-ѓехеяну. А во время торжественной церемонии внесения свитка в синагогу он должен устроить праздничную трапезу, на которой будут подавать вино по крайней мере двух видов, и над вином второго вида он произнесет Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив, подразумевая также и свиток Торы (см. выше, гл. 7, п.п. 7-8).

Кроме того, авторитеты спорят, следует ли произносить благословение во время церемонии открытия новой синагоги. И в этом случае тоже нужно исполнить заповедь согласно всем мнениям, поэтому желательно, чтобы один из участников празднества купил себе новую одежду и произнес Ше-ѓехеяну в честь нее и в честь новой синагоги. Также нужно устроить трапезу и произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив над вином второго вида. Так или иначе, если никто из присутствующих не купил себе новую одежду, желательно, чтобы один из участников произнес благословение за всех. Этого обычая придерживаются в большинстве общин, и именно таково указание Ѓалахи (см. Мишна брура, 223, 11).

Некоторые мудрецы, завершив написание книги по Торе, произносили Ше-ѓехеяну, когда она выходила в свет. И хотя авторитеты полемизируют о том, как следует поступать в таком случае, если человек ощущает радость и хочет произнести благословение, он вправе так поступить (см. Мор у-кциа, 223; Циц Элиэзер, 14, 67).

08. Хорошие и плохие новости; получение почетного звания или академической степени

Тот, кто услышал добрую весть, которая несет благо ему и другим людям, должен произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если же эта весть несет благо только ему самому, то он произносит Ше-ѓехеяну. А тот, кто услышал плохую весть, должен произнести Даян ѓа-эмет (см. трактат Брахот, 54а; Шульхан арух, 222, 1-2).

Например, если партнеры по бизнесу инвестировали средства в какой-то проект и узнали, что он принес особенно большую прибыль, гораздо большей ожидаемой, – то каждый из них должен произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если же у человека нет партнера, то он произносит Ше-ѓехеяну. А если он узнал, что понес большие убытки, то ему следует произнести Даян ѓа-эмет (см. Ѓалахот ктанот, 1, 200).

Если кого-то оклеветали, подали на него в суд, и его приговорили к наказанию, он должен произнести Даян ѓа-эмет. А если человек должен был заработать большую сумму денег, но не получил ее по чьей-то вине, подал на виновного в суд и выиграл, – ему следует произнести Ше-ѓехеяну.

Кроме того, как мы уже говорили (в гл. 15, п. 9), если кто-то владеет полем вместе с товарищем, то в год засухи, когда они увидят, что пошли дожди, каждый из них должен произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если же человек является единственным владельцем поля, то он произносит Ше-ѓехеяну.

Аналогичным образом, если отец узнал, что его сын заработал особенно большую сумму денег, и отца это радует, – он должен произнести Ше-ѓехеяну. И хотя отец не получает ощутимого удовольствия от этих денег, мы говорили (в п. 3), что только благословение Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив зависит от этого, тогда как Ше-ѓехеяну произносят, услышав добрую весть, даже если человек не получает от нее ощутимого удовольствия. А если отец услышал, что его сын понес огромный убыток, и отца это огорчает, он должен произнести Даян ѓа-эмет. Даже если подобные события произошли с его другом или раввином, к которым он сердечно привязан, и если это радостные события, которые доставляют радость и ему самому, он должен произнести Ше-ѓехеяну, а если печальные – Даян ѓа-эмет (см. Маамар Мордехай, 222, 1).

Тот, кто слышит о смерти достойного человека, и эта весть вызывает у него печаль, должен произнести Даян ѓа-эмет. Однако, согласно общепринятому обычаю, это благословение произносят только при смерти одного из семи ближайших родственников, по которым справляют семидневный траур (шива). Так или иначе, если кто-то услышал о смерти достойного человека и, ощущая печаль, произнес благословение, он не совершил никакого нарушения. Это тем более справедливо, если умерший был человеком, обладавшим глубокими знаниями Торы (талмид хахам; см. Мишна брура, 223, 8).

Если кто-то узнал, что ему решили повысить зарплату более общепринятого уровня, или если он получил неожиданное повышение в должности, – он должен произнести Ше-ѓехеяну. Каждый, кто надеялся, что его назначат на какую-либо должность, и услышал, что его выбрали, произносит Ше-ѓехеяну. А если он забыл сделать это в тот момент, когда получил добрую весть, он может произнести благословение, пока она продолжает вызывать у него сильную радость. Если в честь его назначения собираются устроить вечеринку, то благословение лучше произнести во время нее, когда он испытывает наибольшую радость.

Если кого-то уволили, или ему сильно сократили зарплату, и это его сильно огорчает, он должен произнести Даян ѓа-эмет.

Если человек узнал, что он успешно сдал экзамен по вождению или получил высокий балл на важном экзамене, и он очень этому рад, то ему следует произнести Ше-ѓехеяну.

Если человек получил почетное звание, или его избрали раввином, или он окончил университет и получил академическую степень, – возникает сомнение, может ли он произнести Ше-ѓехеяну. Хотя это вызывает у него большую радость, она связана главным образом с тем почетом, который ему оказали, и, возможно, к ней примешивается гордыня, а она запрещена (см. Мор у-кциа, 223). Поэтому желательно купить для церемонии новую одежду, так как в честь нее можно произнести благословение Ше-ѓехеяну без всякого сомнения, и когда человек его произносит, он должен также иметь намерение возблагодарить Всевышнего за радостное событие.

07. Новая квартира

Если супруги купили квартиру, и она принадлежит им обоим, то каждый из них должен произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если же квартира принадлежит только одному из супругов и записана на его имя, благословение должен произнести он один. Но поскольку квартирой будут пользоваться оба супруга, следует произнести Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если несемейный человек купил себе квартиру, то он должен произнести Ше-ѓехеяну. Но если кто-то снимает квартиру или получил разрешение пожить в ней несколько лет, то поскольку квартира ему не принадлежит, он не должен произносить благословение (см. Шульхан арух, 223, 3; Биур Ѓалаха со слова בנה; Хатам софер, Орах хаим, 53).

Благословение нужно произнести при въезде в квартиру. А если в ней необходимо установить мезузу, то благословение желательно произнести при этом, потому что именно в этот момент квартира становится пригодной для использования (так пишет рабби Акива Эйгер, 223, 3). Если же кто-то забыл произнести благословение в этот момент, то он может это сделать, пока радость обновления квартиры продолжается^[7].

Даже если человек взял ипотеку и другие ссуды, чтобы приобрести квартиру, он должен возблагодарить Всевышнего и произнести благословение, если покупка радует его. Однако некоторые авторитеты считают, что поскольку у него есть долги за эту квартиру, он не может радоваться, и поэтому ему не подобает произносить благословение. Но практический смысл закона Ѓалахи заключается в том, что если человек рад покупке, он должен произнести благословение (см. Циц Элиэзер, 12, 19, на основании сказанного в трактате Брахот, 54а; Шульхан арух, 222, 4. А некоторые люди произносят Ше-ѓехеяну над плодом нового урожая или новой одеждой, при этом подразумевая и новую квартиру; см. Бен иш хай, Реэ, 6).

Даже если у человека уже есть одна квартира, и он купил еще одну и собирается в ней жить, он должен произнести благословение. Но если он зарабатывает на покупке и продаже квартир, то при покупке новой квартиры, предназначенной для продажи, он не должен произносить благословение.

Ше-ѓехеяну произносят и при расширении старой квартиры. Авторитеты расходятся во мнениях по поводу того, следует ли произносить благословение в честь ремонта квартиры. И поскольку в этом отношении возникает сомнение, Ше-ѓехеяну не произносят (см. Мишна брура, 223, 12). Если же ремонт призван усовершенствовать квартиру и изменить расположение стен более удобным образом, и это радует владельцев квартиры, то они должны произнести благословение.

Если в поселении построили общественное здание, предназначенное для блага всей общины, и оно принадлежит всем членам общины на условиях партнерства, – то во время церемонии открытия здания представитель общины должен встать и произнести благословение Ѓа-тов ве-ѓа-мейтив. Если же это школьное здание, принадлежащее Министерству образования или местному совету, то поскольку оно не принадлежит членам общины, они не могут произнести благословение в честь его строительства. Поэтому желательно, чтобы один из членов общины купил себе новую одежду и на церемонии открытия здания произнес Ше-ѓехеяну: в честь новой одежды и в честь строительства здания.

06. Время произнесения Ше-ѓехеяну

Благословение следует произнести в тот момент, когда радость становится ощутимой. Например, если кто-то узнаёт, что получил большую денежную прибыль, он должен произнести Ше-ѓехеяну в тот момент, когда услышал эту весть. Если же он сомневается в ее достоверности, то благословение нужно произнести, когда деньги перейдут в его распоряжение (см. ниже, п. 8).

То же самое касается и получения наследства: благословение нужно произнести после того, как деньги поступят на банковский счет наследника или квартира будет записана на его имя. Раньше было принято сразу после смерти завещателя произносить два благословения: Даян ѓа-эмет в знак скорби и Ше-ѓехеяну в честь получения наследства, потому что, по закону государства, наследство сразу же переходило в распоряжение наследника (см. трактат Брахот, 59б). И хотя он хотел бы, чтобы его отец был жив, тем не менее, поскольку невозможно не обратить внимания на пользу и радость от получения наследства, вместе с благословением Даян ѓа-эмет он должен был возблагодарить Всевышнего за наследство. Но в наши дни деньги кладутся на банковский счет, а дома регистрируются в соответствующих инстанциях, поэтому наследство переходит в распоряжение наследника не сразу, и радостное благословение Ше-ѓехеяну можно произнести по окончании дней траура.

Благословение в честь приобретения новой одежды можно произнести сразу после покупки, но многие откладывают это, пока не наденут ее в первый раз. А если во время покупки одежда еще не пригодна для использования, то благословение следует произнести, когда ее начнут носить, потому что именно тогда она вызывает радость (см. Шульхан арух, 223, 4; Мишна брура, 17; Каф ѓа-хаим, 30).

Тот же закон относится и к новой мебели: если во время покупки она еще не пригодна для использования, так как требует сборки, то благословение нужно произнести, когда ею начнут пользоваться. Если же в момент покупки она уже готова к использованию, то благословение можно произнести сразу же.

То же самое относится и к новой посуде, которую необходимо окунуть в микве. Сразу после покупки не следует произносить благословение, поскольку этой посудой еще нельзя пользоваться. Благословение нужно произнести, когда ею начнут пользоваться (так пишут рабби Акива Эйгер, 223, 3, и Мишна брура, 22, 1).

Если кто-то забыл произнести Ше-ѓехеяну, когда начал пользоваться новой мебелью, он может это сделать, пока обновление мебели в доме еще приносит ему радость. Тот, кто забыл произнести Ше-ѓехеяну, когда надел новую одежду в первый раз, упустил возможность произнести это благословение. Но если каждый раз, когда он надевает эту одежду, она все еще очень радует его, – например, если она особенно дорогая, – то он может произнести благословение^[5].

Поскольку одежда имеет огромное значение в жизни человека, мудрецы постановили, что тот, кто надел новую одежду, должен произнести два благословения: «Благословен… одевающий нагих», а затем Ше-ѓехеяну. Если же он надевает новую одежду утром, то благословение «одевающий нагих», которое он произносит при чтении утренних благословений, распространяется и на нее. При этом желательно, чтобы человек заранее имел такое четкое намерение (см. Шульхан арух, 223, 4; Мишна брура, 18. А некоторые люди не произносят «одевающий нагих» в честь покупки новой одежды, и так пишет Каф ѓа-хаим, 223, 32)^[6].