צוות האתר

05. Молоко животного, чей корм содержит хамец

Крупнейшие законоучители поздних поколений искали ответ на вопрос, каков закон в отношении молока, полученного от скота, чей корм содержит хамец. Разумеется, в самом молоке нет квасного, потому что животное его переварило, отчего форма квасного настолько изменилась, что оно больше не считается таковым. Тем не менее, животное способно давать молоко благодаря квасному, которым оно питается; значит, молоко возникло силой квасного, и возможно, что в Песах пользоваться этим молоком нельзя, поскольку запрещено извлекать из квасного какую-либо пользу.

Что касается молока, выдоенного до того, как запрет на квасное вступил в силу, то в отношении него существует общепризнанный практический закон, согласно которому оно кошерно на Песах. Ведь до Песаха нет запрета извлекать пользу из квасного, и подобно тому, как до начала праздника можно продать квасное и на вырученные деньги купить мацу, чтобы есть ее в Песах, так разрешено и скормить корове до начала праздника квасное, и благодаря этому корму у нее будет молоко, которое мы сможем пить в Песах.

Полемика законоучителей касается животных, принадлежащих неевреям. Эти животные едят квасное и после того, как вступает в силу запрет. Некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе наименее строгого толкования закона и считают, что поскольку скотине, принадлежащей нееврею, не запрещено есть квасное в Песах, не считается, что ее молоко возникло в результате нарушения запрета. Кроме того, возникновению у нее молока способствовало не только квасное, но и весь остальной корм, который она ела, а также физиологические процессы, происходящие в ее организме. И поскольку хамец был лишь одним из множества факторов, ее молоко не запрещено. Другие авторитеты толкуют закон более строго и говорят, что если съеденный животным хамец участвовал в образовании молока, то в Песах пить это молоко запрещено. Есть также мнение, что, если с тех пор как скотина ела хамец прошло двадцать четыре часа, ее молоко кошерно на Песах.

Если же скотина принадлежит еврею и ее накормили квасным в нарушение запрета, то в Песах от ее молока следует воздержаться, – во-первых, потому, что хозяину скотины запрещено извлекать пользу из квасного, а во-вторых, потому, что не следует оказывать содействие евреям, нарушающим заповеди Торы. То же самое касается мяса и яиц^[6].

В концерне «Тнува» (а возможно, и в некоторых других израильских компаниях) строго следят за тем, чтобы в Песах молоко поступало только из коровников, имеющих сертификат кошерности на Песах. Там коровам дают корм, абсолютно лишенный квасного. Таким образом, нет необходимости покупать все молочные продукты до начала праздника, поскольку продукты, изготовленные в праздник, тоже кошерны на Песах без всякого сомнения^[7].

04. Общие правила наблюдения за кошерностью пасхальной пищи

В связи с законами кашрута на Песах возникает принципиальный вопрос: каков статус пищи, которая в течение всего года обычно не содержит хамец? Можно ли считать ее кошерной на Песах без всякого дополнительного наблюдения, или же следует опасаться, что в нее каким-то образом попал хамец, и поэтому ее запрещено есть в Песах без специального наблюдения?

Согласно подходу Шульхан арух, пока не возникнет реальное подозрение, что в пищу попал хамец или она впитала его вкус, так как ее варили в посуде, в которой в тот же день готовили хамец, нет необходимости опасаться, что эта пища содержит хамец.

Рама же пишет в отношении некоторых видов пищи, что, согласно ашкеназскому обычаю, изначально (лехатхила) в Песах нужно следовать более строгому толкованию закона и воздерживаться от них, если они не подверглись специальному наблюдению, призванному удостовериться, что они кошерны на Песах. Это объясняется тем, что в течение всего года хамец находится везде, и мы не следим за тем, чтобы он не попадал в пищу. Поэтому возникает опасение, что он мог случайно попасть в любой продукт и в любое блюдо; к тому же, мы можем невзначай воспользоваться посудой, впитавшей вкус квасного.

На практике, в наши дни все организации, выдающие сертификаты кошерности, склоняются к более строгому толкованию закона, соответствующему подходу Рама. Они не выдадут сертификат кошерности на Песах, если при изготовлении продукта производители не следили за тем, чтобы туда не попал хамец. Вполне возможно, что сегодня это необходимо даже согласно подходу Шульхан арух, потому что продукты, изготовленные промышленным способом, состоят из множества компонентов, и возникает опасение, что некоторые из этих компонентов не кошерны на Песах. Поэтому в Песах следует воздерживаться от продуктов питания, изготовленных на предприятии, не имеющем сертификата кошерности на Песах.

Тем не менее, в случаях, когда не возникает никакого сомнения, практические постановления согласно подходам Шульхан арух и Рама будут нередко отличаться друг от друга. И хотя практический закон в своей основе соответствует мнению Шульхан арух, в наши дни существует тенденция придерживаться более строгого толкования, чтобы продукты были кошерны на Песах согласно всем мнениям. Так и нужно поступать в случаях, когда более строгому толкованию можно следовать, не прилагая особых усилий. Но если это приводит к существенным убыткам, то в подобных случаях желательно поддерживать тех, кто поступает согласно подходу Шульхан арух^[5].

03. Общие правила кашрута на Песах; сефардский и ашкеназский обычаи

Существует два основных подхода к вопросу кашрута на Песах. Согласно мнению большинства авторитетов, законы, связанные с запретом квасного в Песах, тождественны всем другим законам в отношении запрещенной пищи, с единственной разницей: любая запрещенная пища, смешавшаяся с разрешенной, аннулируется, если ее доля в смеси не превышает одной шестидесятой (батель бе-шишим), тогда как на квасное в Песах это правило не распространяется. Все остальные законы, связанные с запрещенной пищей, которая смешалась с разрешенной, относятся и к квасному, поэтому в любом случае, когда, согласно Ѓалахе, нет оснований опасаться, что пасхальная пища впитала вкус квасного, она кошерна на Песах. Кроме того, если один законоучитель толкует закон более строго, а подавляющее большинство придерживается менее строгого толкования, то практический закон соответствует мнению большинства.

Тем не менее, в ашкеназских общинах было распространено крайне строгое толкование закона во всем, что касается запрета на квасное в Песах. Даже когда один-единственный законоучитель толкует закон, относящийся к этому запрету, строже, чем все остальные, его мнение нередко учитывается. И даже в случаях, когда по законам Ѓалахи нет оснований опасаться нарушения запрета, в отношении запрета на квасное в Песах авторитеты все равно часто выражают опасение. И хотя даже согласно ашкеназскому обычаю опасения и запреты не безграничны, и авторитеты избегают установления излишних запретов, – все же общая тенденция, без всякого сомнения, состоит во множестве опасений и очень строгом толковании закона. Это служит логическим продолжением постановления мудрецов, запретивших в Песах квасное даже в самых ничтожных количествах (бе-машеѓу). И подобно тому, как одна-единственная крошка квасного делает запрещенной всю пищу, в которую она попала, – так и мнение одного-единственного авторитета должно быть учтено.

В этом заключается суть различия между подходом Шульхан арух, следующего общепринятым принципам Ѓалахи, и подходом Рама, который изначально (лехатхила) учитывает мнение авторитетов, придерживающихся более строгого толкования закона. И все же, в случаях крайней необходимости Рама также следует подходу Шульхан арух и придерживается менее строгого толкования, потому что практический закон по сути своей всегда соответствует мнению большинства авторитетов^[3].

Как правило, в сефардских общинах принят обычай Шульхан арух, а в ашкеназских – обычай Рама. Однако некоторые сефардские раввины тоже склонялись к более строгому толкованию закона, и их постановления были приняты в части сефардских общин^[4].

02. Не бывает заквашивания после выпечки; закон в отношении «моченой мацы» (маца шруя)

После того как маца полностью испеклась, мука утратила способность к заквашиванию, и даже если мацу замочить в воде на долгое время, она не заквасится. Признаком того, что маца пропеклась полностью, является затвердевшая поверхность, а если сломать испеченную мацу, из нее не будут тянуться нити непропеченного теста. Поэтому в Песах разрешено крошить мацу в суп, а если старый или больной человек не могут есть во время Пасхального седера сухую мацу, то им разрешено размочить ее в воде, чтобы она стала мягкой (см. Шульхан арух, 461, 4; и см. ниже, гл. 16, п. 29). Подобно тому, если размолоть испеченную мацу, то полученную муку разрешено смешивать с водой, и нет опасения, что смесь заквасится, поскольку хорошо пропеченное тесто не может закваситься вторично (см. Шульхан арух, 463, 3). Таким образом, в Песах можно испечь пирог из пяти видов злаков или приготовить любое другое блюдо, используя мацовую муку (например, кнейдлах или фаршированную рыбу).

Однако некоторые авторитеты придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона и говорят, что в Песах не следует замачивать мацу в воде из опасения, что в тесте, из которого сделана маца, осталось немного непропеченной муки, и если замочить мацу в воде, эта мука заквасится. Кроме того, они опасаются, что после выпечки к маце могло прилипнуть немного муки, которая также может закваситься, если маца намокнет. Что же касается мацовой муки, то в связи с ней приводится еще один довод в пользу более строгого толкования закона: невежды могут добавить в пасхальные блюда обычную муку вместо мацовой и таким образом нарушить запрет на квасное в Песах. Обычая не есть в Песах «моченую мацу» придерживались хасиды, ученики Бааль-Шем-Това.

Однако на практике почти все авторитеты согласны, что нет необходимости следовать в этом вопросе более строгому толкованию закона, так как тесто для мацы, как правило, замешивают очень тщательно, и в маце не остается незамешанной и непропеченной муки. Такого обычая придерживаются сефарды, а также ашкеназы, не принадлежащие к хасидским общинам. Но и среди выходцев из хасидских семей в наши дни некоторые отказываются от хасидского обычая, поскольку сегодня принято выпекать тонкую мацу, поэтому больше нет опасения, что в маце может остаться непропеченная мука. Также не нужно опасаться, что к испеченной маце прилипла мука, потому что при выпечке мацы строго следят за тем, чтобы мука стояла далеко от мацы, извлекаемой из печи. А в Мишна брура (458, 4) сказано, что хотя, по сути закона, нет нужды учитывать упомянутые опасения и в Песах разрешено есть «моченую мацу», все же не следует относиться пренебрежительно к тем праведным людям, которые соблюдают обычай, соответствующий более строгому толкованию закона^[2].

01. «Обогащенная маца» (маца ашира) – изделия из теста, замешанного на фруктовом соке или другой жидкости, имеющей вкус

Квасное, запрещенное в Песах Торой, состоит из муки и воды. Если же тесто было замешано на фруктовом соке, оно не считается квасным, даже если его оставили бродить целый день. Это объясняется тем, что брожение такого теста отличается от брожения запрещенного Торой квасного. К категории, к которой принадлежит фруктовый сок, относятся также: вино, жидкий мед, молоко, масло и яйца. Фруктовый сок – это любой сок, выжатый из фруктов, например, яблочный или клубничный. И поскольку жидкости, относящиеся к данной категории, лишены способности к заквашиванию, в Песах разрешено замешивать на них тесто, печь его и употреблять в пищу. Однако с помощью получившегося таким образом продукта невозможно исполнить заповедь мацы в первую ночь Песаха, так как Тора называет мацу «хлебом бедности», а маца, замешанная на фруктовом соке, называется «обогащенной», потому что она имеет дополнительный вкус, помимо вкуса муки и воды.

Если же фруктовый сок смешался даже с небольшим количеством воды, то тесто, замешанное на такой жидкости, может закваситься. Более того, многие авторитеты считают, что тесто, замешанное на фруктовом соке с водой, заквашивается быстрее. Поэтому, для того чтобы избежать опасения, что тесто заквасилось, мудрецы запретили в Песах замешивать тесто на фруктовом соке, смешанном с водой (см. Шульхан арух, 462, 1-3).

Согласно ашкеназскому обычаю, в Песах запрещено есть изделия из теста, замешанного на муке и фруктовом соке, поскольку существует опасение, что в сок попала вода и тесто заквасилось. Кроме того, принято учитывать мнение Раши, который не согласен с большинством ранних законоучителей и считает, что даже чистый фруктовый сок, без примеси воды, способен заквасить тесто таким образом, что это будет нарушением запрета мудрецов (дерабанан). И хотя по сути закона можно было бы последовать менее строгому толкованию, соответствующему мнению подавляющего большинства авторитетов, тем не менее, ашкеназский обычай опирается на более строгое толкование, и этот порядок не следует менять. И только ради нужд больного или старика, которым это необходимо, допускается придерживаться менее строгого толкования закона (см. Рама, 462, 4). В наши дни многие сефардские авторитеты тоже следуют более строгому толкованию, поскольку выяснилось, что на предприятиях, где производятся изделия из теста, замешанного на фруктовом соке, в сок обычно добавляют воду и другие вещества, и возникает серьезное опасение, что «обогащенная маца» заквасилась и есть ее в Песах запрещено (так считает, например, рав Мордехай Элияѓу)^[1].

06. Закон об употреблении в пищу смеси, содержащей квасное; разрешено ли держать дома в Песах такую смесь

Закон Торы в отношении смеси, содержащей хамец, очень сложен. О нем полемизируют танаи^[7] и амораи^[8], а также ранние и поздние законоучители. Приведем здесь его краткое изложение. Тора постановила, что тот, кто съедает в Песах квасное объемом не менее ке-зайта, подвергается наказанию карет («истребление души»). А если ке-зайт квасного смешался с другой пищей, в результате чего образовалась смесь, в которой на объем в три-четыре яйца (так называемый прас) приходится ке-зайт квасного, и человек съел прас этой смеси (за отрезок времени, который называется ахилат прас и составляет, по мнениям авторитетов, от 2 до 9 мин – ред.), то, по мнению Рамбана и других ранних законоучителей, он должен понести наказание карет, а по мнению Рифа и Рамбама, ему полагаются только малкот (удары плетью). А рабейну Там считает, что если человек съел всего лишь ке-зайт этой смеси, он все равно должен понести наказание согласно закону Торы, как говорит Рош в комментарии к трактату Хулин, 7, 31.

Если же на прас образовавшейся смеси приходится менее ке-зайта квасного, и человек съел такой объем этой смеси, в котором содержится ке-зайт квасного, то, по мнению Маор и Ѓа-Итур, ему полагаются удары плетью (малкот); Тур считает, что независимо от того, сколько именно смеси съел человек, если у нее есть вкус квасного, то он нарушил запрет Торы, однако ему не полагается наказание; а Рамбам говорит, что он нарушил лишь постановление мудрецов (по мнению Рамбама и Шульхан арух, 453, 2, если речь идет о смеси пшеницы и риса, и в ней чувствуется вкус квасного, то человек нарушил запрет Торы, даже если съел всего ке-зайт этой смеси).

Если хамец смешался с таким же видом пищи, однако та не заквасилась – например, если заквасившаяся мука смешалась с незаквасившейся, – то поскольку они имеют одинаковый вкус, заквасившаяся мука аннулируется согласно заповеди Торы, при условии, что в образовавшейся смеси незаквасившейся муки больше; и тем не менее, есть эту смесь в Песах запрещено согласно постановлению мудрецов (см. Шульхан арух, 447, 1).

Что касается запрета оставлять дома в Песах смесь, содержащую квасное: если ке-зайт квасного смешался с другой пищей и его доля в образовавшейся смеси составляет более одной шестидесятой, то человек, которому она принадлежит, нарушает два запрета: «да не будет видно» (баль йираэ) и «не должна находиться» (баль йимаце). Если же доля квасного в смеси не превышает одной шестидесятой, то квасное, содержащееся в смеси, аннулируется согласно заповеди Торы, и человек, которому принадлежит эта смесь, не нарушает запретов Торы. А если квасное смешалось с тем же видом пищи, однако та не заквасилась – например, если заквасившаяся мука смешалась с незаквасившейся, – и они обладают одинаковым вкусом, и при этом кошерной муки в смеси больше, то, согласно заповеди Торы, заквасившаяся мука, содержащаяся в смеси, аннулируется, и человек, которому принадлежит смесь, также не нарушает запретов Торы. И хотя в обоих случаях владелец смеси, оставив ее у себя дома в Песах, не нарушает запретов Торы, тем не менее, согласно постановлению мудрецов, смесь надо уничтожить, чтобы ее по ошибке не употребили в пищу в течение праздника^[9].

05. Если смесь содержит хамец с испорченным вкусом (таам ли-фгам)

Известное ѓалахическое правило гласит: если какой-либо компонент, добавленный в смесь, снижает ее качество («портит» ее), он не делает ее запрещенной. Например, если в кастрюлю с вареной пищей попало некошерное мясо и его объем не превышает одной шестидесятой от общего объема смеси, то вкус некошерного мяса аннулируется, и смесь разрешено есть. Если же доля некошерного мяса в смеси составляет более одной шестидесятой, то поскольку его вкус ощущается в смеси, есть эту смесь запрещено. Но если некошерное мясо имеет испорченный вкус, то поскольку, попав в смесь, оно причинило лишь ущерб, и если при этом разрешенной пищи в смеси больше, чем запрещенной, смесь разрешено есть (см. Шульхан арух, Йоре деа, 103).

Возникает вопрос, каков закон в отношении смеси, содержащей квасное, в Песах. Есть такое мнение (его придерживаются Рашбам и Рашба): поскольку мудрецы постановили, исходя из особой строгости запрета на квасное, что даже ничтожная доля квасного делает запрещенной всю смесь, из этого следует, что запрет не зависит от того, передается ли смеси вкус квасного. Значит, даже если квасное сообщает смеси испорченный вкус, смесь все равно запрещено употреблять в пищу.

Однако большинство ранних законоучителей (в том числе рабейну Там, рабейну Йона, Рош и Мордехай) считает, что в этом отношении на квасное распространяется тот же запрет, что и на другие виды запрещенной пищи. Особой строгостью отличается только закон о том, что в Песах квасное не аннулируется, даже если его доля в смеси не превышает одной шестидесятой (батель бе-шишим); но в других случаях, когда запрещенная пища, попавшая в смесь, не делает запрещенной всю смесь, это касается и квасного.

На практике Шульхан арух постановил, что в данном вопросе нужно придерживаться менее строгого толкования закона, а Рама пишет, что в ашкеназских общинах всегда было принято следовать более строгому толкованию, согласно которому даже ничтожная доля испорченного квасного делает запрещенной всю смесь (см. Шульхан арух, 447, 10).

Приведем пример, иллюстрирующий суть данной полемики. Если в кастрюле варилось некошерное мясо, то стенки кастрюли впитали вкус мяса, и если затем в этой же кастрюле сварят другую пищу, есть ее будет запрещено, потому что вкус некошерного мяса выделится из стенок кастрюли и впитается в пищу. Однако по прошествии двадцати четырех часов с тех пор, как в кастрюле сварили некошерное мясо, вкус этого мяса, впитавшийся в стенки кастрюли, испортится, и если в этой кастрюле сварят другую пищу, есть ее будет разрешено, потому что вкус некошерного мяса, впитавшийся в нее, уже испорчен.

Подобно тому, если в Песах по ошибке в «квасной» кастрюле сварят пасхальную пищу, то, по мнению Шульхан арух и большинства других авторитетов, поскольку с момента, когда в этой кастрюле варили квасную пищу, прошло более двадцати четырех часов, пасхальная пища, сваренная в ней по ошибке, будет кошерна на Песах. А по ашкеназскому обычаю принято следовать более строгому толкованию закона, согласно которому, даже если вкус квасного испорчен, смесь все равно запрещена. Поэтому пищу, сваренную в «квасной» кастрюле спустя двадцать четыре часа, нельзя будет есть в Песах, несмотря на то, что вкус квасного, впитавшегося в стенки кастрюли, уже испорчен^[6].

04. Практический закон

Рабби Йосеф Каро, автор Шульхан арух, постановил, что хамец в составе смеси, аннулированный до Песаха, не «пробуждается» вновь, и такую смесь можно есть в Песах. Это объясняется тем, что, согласно Торе, в Песах хамец тоже аннулируется, если его доля в смеси не превышает одну шестидесятую (батель бе-шишим), но мудрецы установили «ограду» вокруг запрета Торы и вынесли постановление, что в Песах хамец запрещен в любом количестве, даже самом ничтожном (бе-машеѓу). Таким образом, полемика о том, «пробуждается» ли хамец в Песах, – это полемика по поводу постановления мудрецов, и известно, что в случае сомнения, возникающего в связи с постановлением мудрецов, следуют менее строгому толкованию. Именно такого практического закона придерживаются многие представители сефардских общин (см. Шульхан арух, 447, 4).

Однако Рама постановил, на основе решения Трумат ѓа-дешен (1, 114), что если хамец в составе смеси, аннулированный до Песаха, был жидким, то практический закон соответствует менее строгому толкованию, согласно которому такой хамец не «пробуждается» вновь; а если хамец был сухим, то закон следует более строгому толкованию, по которому хамец «пробуждается». Например, если в какой-либо напиток попала капля пива, то поскольку она полностью смешалась с напитком и больше не существует отдельно от него, она аннулировалась и не «пробуждается» вновь, и пить этот напиток в Песах разрешено. Но если хамец был сухим, он «пробуждается» после наступления Песаха. Например, если в пищу попали хлебные крошки, то поскольку они не полностью смешались с пищей и все еще существуют отдельно от нее, они имеют некоторое самостоятельное значение, и потому с наступлением Песаха этот хамец «пробудится» вновь, сделав запрещенной всю смесь (см. Шульхан арух, 447, 4). И таков практический закон, которого придерживаются выходцы из ашкеназских и некоторых сефардских общин^[4].

Мука, поскольку ее помол очень тонок, считается смесью «жидкого» квасного. Ведь главное, что определяет, является ли квасное сухим или жидким, это вопрос, смешивается ли оно полностью с пищей, в которую попало. В смеси, куда попал жидкий хамец, он полностью смешивается с разрешенной пищей, а если хамец был сухим, то он остается как бы «сам по себе». Согласно этому принципу, нет необходимости извлекать из груды пшеницы заквасившиеся зерна, потому что, будучи смолоты в муку, они полностью смешаются с остальной мукой и не «пробудятся» после начала Песаха (см. Шульхан арух и Рама, 453, 3).

Некоторые авторитеты говорят, что в соответствии с этим принципом мацу желательно испечь до Песаха. В таком случае, если небольшая доля муки или теста (не превышающая одну шестидесятую от общего объема) заквасится при замесе, она смешается с остальным тестом и аннулируется до наступления праздника, а после этого больше не «пробудится», и мацу, испеченную из этого теста, будет разрешено есть в Песах. Случается, что при машинной выпечке мацы кусочки теста застревают между деталей агрегата, остаются там в течение такого времени, за которое они могут закваситься, а потом падают обратно в тесто. Но поскольку заквасившиеся крошки полностью смешиваются с остальным тестом, такое тесто считается смесью «жидкого» квасного, и если до начала Песаха эти крошки аннулировались, так как их доля в тесте не превышала одной шестидесятой от общего объема, то после наступления праздника они больше не «пробуждаются».

Все вышесказанное действительно только постфактум (бедиавад), тогда как изначально (лехатхила), чтобы исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), муку для мацы делают из зерен, по поводу которых не возникает опасения, что они заквасились, и тщательно следят, чтобы ни малейшая доля муки или теста не забродила (см. ниже, гл. 12, п. 5)^[5].

03. Если хамец в составе смеси был аннулирован до Песаха, не «пробуждается» ли он вновь после наступления праздника?

Крупнейшие законоучители раннего периода полемизируют по поводу одного из основных вопросов, связанных с запретом на квасное: если до Песаха доля квасного в смеси, составляющая менее одной шестидесятой общего объема, была аннулирована, не «пробуждается» ли это квасное вновь после наступления праздника; а поскольку в Песах квасное не аннулируется даже в случае, если его доля в смеси составляет одну тысячную, не делает ли оно запрещенной всю смесь? Или же, поскольку перед Песахом это квасное уже было аннулировано (батель бе-шишим), оно больше не «пробуждается»? Например, если до начала праздника крошка квасного попала в большую кастрюлю с мясом, очевидно, что ее присутствие можно проигнорировать, потому что это произошло до Песаха. Это мясо можно есть даже после полудня 14 нисана. Однако возникает вопрос, можно ли есть это мясо и после начала праздника.

Есть мнение, что хамец, аннулированный перед Песахом, поскольку его доля в смеси составляет менее одной шестидесятой, как бы перестал существовать, поэтому в Песах он не «пробуждается», и всю смесь разрешено употреблять в пищу (так считают Рош, автор Сефер мицвот гадоль, Тур и другие авторитеты). Но есть и противоположное мнение: хотя хамец, содержащийся в смеси, и был аннулирован перед Песахом, после начала праздника он «пробуждается» вновь, и вся смесь становится из-за него запрещенной (такого мнения придерживаются Рамбам и Рашба).

Ответ на этот вопрос важен, когда речь идет о законе применительно к выпечке мацы. Случается, что на зерна пшеницы попадают капли воды, и зерна заквашиваются. Очень трудно найти и извлечь их из целой груды пшеничных зерен, однако очевидно, что они составляют менее одной шестидесятой от общего объема зерен. Согласно мнению, что после наступления Песаха хамец «пробуждается» вновь, если все эти зерна смолоть в муку и испечь из нее мацу, такую мацу будет запрещено есть в Песах, потому что заквасившиеся зерна «пробудятся» и из-за этого вся смесь станет запрещенной. Исходя из этого, необходимо строго следить за тем, чтобы ни одно из зерен, предназначенных для муки, из которой будут печь мацу, не намокло. Но если опираться на мнение, согласно которому хамец в составе смеси, аннулированный до Песаха, больше не «пробуждается», такая маца кошерна для еды в Песах, и нет необходимости извлекать заквасившиеся зерна, потому что перед Песахом они аннулировались, так как их объем в смеси не превышает одну шестидесятую.

02. Можно ли извлечь пользу из смеси, содержащей ничтожную долю квасного?

Как мы уже говорили, запрет на квасное в Песах отличается особой строгостью. Если в пищу попала даже ничтожная доля квасного, всю смесь запрещено есть, как и извлекать из нее любую другую пользу. Однако, по мнению большинства авторитетов, если доля квасного в смеси составляет менее одной шестидесятой, то разрешается продать ее инородцу и таким образом выручить ее стоимость. Например, если килограмм квасного случайно смешался с тысячей килограмм другой пищи, то можно выкинуть один килограмм образовавшейся смеси, чтобы не получить пользу от добавки квасного к смеси, а остальное продать инородцу. Ведь запрет на использование смеси подразумевает, что не следует получать пользу от квасного, смешавшегося с разрешенной пищей, но если человек выкинул количество смеси, соответствующее количество попавшего в нее квасного, то он не извлек из квасного никакой пользы, поэтому ему разрешается продать смесь. Подобно тому, если в Песах в большую кастрюлю с вареной пищей попало одно заквасившееся пшеничное зерно, то пищу запрещено есть, но можно продать ее инородцу. А поскольку зерно никоим образом не увеличило стоимость пищи, нет необходимости выбрасывать что-либо из кастрюли. Так постановляет Шульхан арух (467, 10).

Однако Рама (447, 1) придерживается более строгого толкования закона, в соответствии с мнением отдельных ранних законоучителей, которые считают, что поскольку из образовавшейся смеси запрещено извлекать пользу, ее нельзя продать инородцу и необходимо сжечь дотла. Такому обычаю следует ашкеназские евреи. Тем не менее, чтобы предотвратить очень большие убытки, даже по ашкеназскому обычаю можно положиться на мнение авторитетов, разрешающих продать образовавшуюся смесь инородцу (см. Мишна брура, 447, 3)^[3].

01. Даже ничтожная доля квасного в смеси (бе-машеѓу) делает запрещенной всю смесь

Обычно, если запрещенная пища смешалась с разрешенной, то она аннулируется, при условии, что ее доля в смеси не превышает одну шестидесятую (батель бе-шишим), и тогда образовавшаяся смесь разрешена для употребления в пищу. Это объясняется тем, что вкус запрещенной пищи может отразиться на вкусе всей смеси только в случае, если ее доля в смеси – более одной шестидесятой. А если запрещенной пищи меньше, то ее вкус не может изменить вкус смеси, поэтому смесь остается разрешенной. По закону Торы, если доля квасного в смеси не превышает одну шестидесятую, то такая доля не делает смесь запрещенной, однако мудрецы постановили, что в Песах любая, даже самая ничтожная доля квасного в смеси (даже одна тысячная или одна десятитысячная) делает запрещенной всю смесь.

Почему мудрецы установили такой строгий закон? Они заметили, что сама Тора относится к запрету на квасное в Песах строже, чем к другим запретам, связанным с пищей. Во-первых, тому, кто ест пищу, запрещенную Торой, как правило, положено наказание малкот (бичевание плетью), а тот, кто ест квасное в Песах, приговаривается к гораздо более суровому наказанию карет («истребление души»)^[1]. Во-вторых, все виды запрещенной пищи разрешено держать дома, тогда как в отношении квасного Тора не ограничилась запретом на употребление в пищу, но также заповедала, что его не должно быть видно и оно не должно находиться в наших домах во все дни Песаха. Поэтому мудрецы, продолжая эту логическую линию, возвели «ограду» вокруг заповеди Торы: если в дни Песаха в пищу попадет даже ничтожная доля квасного, вся пища станет запрещенной. Ее нельзя будет есть, и из нее будет запрещено извлекать любую другую пользу. Существует еще одно соображение, объясняющее особую строгость запрета на хамец в Песах: все остальные запреты, связанные с пищей, действуют в течение всего года, поэтому мы привыкли их соблюдать; что же касается запрета на хамец, то поскольку весь год мы едим квасную пищу, возникает опасение, что в Песах мы забудем об этом запрете, и потому мудрецы вынесли в связи с ним более строгие постановления, чтобы мы помнили о нем.

Закон о том, что любая, даже ничтожная доля квасного в смеси делает запрещенной всю смесь, вступает в силу с началом Песаха. А до наступления праздника на квасное распространяется тот же закон, что и на другую запрещенную пищу: он аннулируется, если его доля в смеси не превышает одной шестидесятой. И хотя запрет на квасное и заповедь его устранения вступают в силу в полдень 14 нисана, указанный закон начинает действовать лишь с наступлением Песаха – именно с этого момента тот, кто ест квасное, приговаривается свыше к наказанию карет («истребление души»), и именно тогда вступают в силу запреты Торы «да не будет видно» (баль йираэ) и «не должна находиться» (баль йимаце; см. Шульхан арух, 447, 2)^[2].

06. Закон в отношении проданного квасного после Песаха

По окончании Песаха желательно немного подождать, пока раввинат предположительно не выкупит обратно все проданное квасное. После этого еврею можно пользоваться проданным квасным, находящимся в его доме. В случае необходимости квасным можно воспользоваться сразу же по окончании праздника, при условии, что еврей готов, если понадобится, уплатить нееврею, купившему квасное, его полную стоимость. И желательно, чтобы бейт дин четко объяснил нееврею: если еврей возьмет себе часть проданного квасного, он будет обязан возместить нееврею его стоимость, если тот пожелает. Так не возникнет никакого сомнения, если еврей станет пользоваться проданным квасным сразу же на исходе Песаха.

Некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и говорят, что не следует пользоваться квасным, которое было продано, поскольку есть мнение, что продажа квасного противозаконна, а значит, проданное квасное имеет тот же статус, что и квасное, остававшееся в Песах во владении еврея: такое квасное нельзя есть, и запрещено извлекать из него любую другую пользу.

Однако на практике нет необходимости учитывать это мнение, так как запрет использовать хамец, остававшийся в Песах во владении еврея, – это постановление мудрецов, а когда возникает сомнение, связанное с постановлением мудрецов, следует придерживаться менее строгого толкования закона. Это тем более справедливо потому, что в данном случае сомнение выражают лишь немногие авторитеты, тогда как подавляющее большинство считает, что это разрешено. Некоторые выдающиеся законоучители после Песаха преднамеренно употребляли в пищу хамец, который был продан, чтобы показать, что продажа полностью соответствует требованиям Ѓалахи^[8].

При покупке продуктов после Песаха необходимо убедиться, что магазин имеет удостоверение о продаже квасного, чтобы не купить квасное, остававшееся в Песах во владении еврея. А если хозяин магазина не соблюдает заповеди, то в факте продажи нужно удостовериться с еще большей тщательностью, поскольку, если хозяин не понял смысла продажи и в Песах в его магазине продолжали продавать квасное, то, как считают отдельные авторитеты (например, Сде хемед и рабби Моше Шик), продажа недействительна, а значит, все квасное в этом магазине запрещено для еды и любого другого использования. В таком случае изначально (лехатхила) нужно последовать мнению тех авторитетов, которые придерживаются в этом вопросе более строгого толкования закона, и подождать, пока в магазин не поступят продукты, произведенные после Песаха. Но если выяснится, что хозяин магазина продал квасное согласно всем требованиям Ѓалахи и следил за тем, чтобы в Песах его не касались, то разрешено покупать в этом магазине квасное сразу после Песаха.

05. До какого времени можно продавать квасное; закон в отношении евреев, проживающих за пределами Земли Израиля

Продать квасное необходимо до вступления в силу запрета извлекать из него пользу. С началом шестого временного часа днем 14 нисана запрещается извлекать из квасного какую бы то ни было пользу, поэтому его нельзя продать и необходимо уничтожить. И для того, чтобы у людей до последнего дня была возможность продать хамец, раввинат совершает сделку 14 нисана, незадолго до вступления в силу указанного запрета.

Житель Америки, находящийся в Израиле, должен продать свой хамец именно в Израиле. Это объясняется тем, что если он продаст хамец в Америке, сделка будет заключена уже после того, как в Израиле вступит в силу запрет на хамец. Этот запрет действует там, где человек находится, а шестой временной час 14 нисана наступает в Израиле примерно на семь часов раньше, чем в Америке. Что же касается окончания Песаха, то в этом отношении, казалось бы, возникает проблема. Ведь еврей, живущий за пределами Земли Израиля, обязан соблюдать второй праздничный день, согласно обычаю диаспоры. Значит, запрет на хамец действует для него до исхода восьмого дня от начала Песаха, а в Израиле проданный хамец перекупают у нееврея на исходе седьмого дня. И все же, он может продать свой хамец в Израиле, поскольку, несмотря на то, что нееврей перепродает его хамец обратно, этот хамец на восьмой день Песаха все еще никому не принадлежит или является собственностью бейт дина, так как для этого еврея еще продолжается праздник по обычаю диаспоры, и поэтому он пока не заинтересован выкупить свой хамец обратно. И только по истечении восьмого дня хамец вновь станет его собственностью.

Если же члены его семьи остались в Америке и намереваются есть квасное после того, как в Израиле уже вступит в силу запрет, то он должен объявить, что его часть квасного никому не принадлежит, и тогда его близкие смогут продать квасное в Америке.

Житель Израиля, находящийся в Америке накануне Песаха, может, по сути закона, продать свой хамец в Америке, поскольку, согласно мнению большинства авторитетов, запрет действует там, где пребывает сам человек, а не там, где находится его хамец. Однако изначально (лехатхила) ему следует продать хамец в Израиле, чтобы исполнить заповедь согласно мнениям всех авторитетов, так как некоторые из них считают, что запрет действует там, где находится хамец. Из этого следует, что израильтянин должен продать свой хамец до того, как запрет вступит в силу в Израиле^[7].

04. Законы продажи квасного

Желательно, чтобы каждый еврей, намеревающийся продать свой хамец, внимательно прочел текст доверенности, под которой стоит его подпись, и осознал, что он назначает раввинат своим посланником по продаже квасного и что продажа является полноценной. Но даже если он не прочел доверенность и просто положился на раввина, сделка все равно имеет силу, поскольку если нееврей-покупатель захочет в Песах забрать свой хамец, раввин скажет продавшему его еврею, что хамец принадлежит нееврею, и еврей будет обязан отдать тому хамец. Из этого следует, что продажа действительна.

В бланке продажи квасного следует указать имя и адрес продавца; бланк нужно заполнять разборчивым почерком, чтобы нееврей-покупатель точно знал, как зовут продавца и где он живет. Тогда он сможет прийти и забрать свой хамец, как только захочет. Изначально (лехатхила) было бы желательно дать покупателю ключ от того места, где лежит хамец, чтобы он мог забрать его в любое время, однако на практике ограничиваются указанием в бланке номера телефона продавца, чтобы покупатель мог позвонить ему и договориться о том, что заберет хамец. Это самое главное, что должны знать все продающие хамец: что после заключения сделки он действительно принадлежит нееврею, и продавец обязан предоставить ему возможность войти в дом и забрать свой хамец (см. Мишна брура, 448, 12).

Изначально (лехатхила) в доверенности, которую евреи, продающие хамец, подписывают у раввина, следовало бы перечислить все виды продаваемой квасной пищи и указать их цену. Некоторые авторитеты говорят, что необходимо строго следить за соблюдением этого условия. Однако на практике исполнить это очень трудно, поэтому обычно пишут, что продается весь хамец, имеющийся в распоряжении данного еврея, по цене, принятой на рынке и назначенной оценщиком (см. Биур Ѓалаха, 448, 3, со слов би-двар муат).

На бланке продажи желательно написать, где именно будет лежать проданный хамец, – например «в верхнем кухонном шкафу слева» или «в комнате справа от входной двери, в коробке, на которой написано хамец». Можно указать несколько мест. Постфактум (бедиавад) продажа в силе и без этого, но необходимо собрать весь хамец в одном месте и обозначить его. Все, что сложено в специально выбранном для этого месте примерно за два часа до вступления в силу запрета извлекать пользу из квасного, предназначается на продажу. Изначально (лехатхила) следует сдать нееврею в аренду и то место, в котором лежит проданный хамец, чтобы он находился во владении покупателя. Это необходимо для того, чтобы сделка по продаже квасного была похожа на любую другую сделку, после заключения которой купленный предмет переходит во владение покупателя.

Можно продать хамец с помощью посланника, который укажет в бланке все необходимые данные и подпишет его вместо владельца квасного. Также разрешается продавать хамец по телефону, факсу или интернету. И хотя обычно продавец ставит свою подпись под бланком продажи и совершает процедуру киньян (букв. «приобретение»; процедура, завершающая передачу права владения каким-либо имуществом – ред.), в результате чего передает покупателю право собственности на хамец, – эта процедура не является обязательным условием для заключения сделки, потому что решающим в данном случае служит тот киньян, который совершает раввинат, продавая хамец нееврею, и этот киньян распространяется на всех евреев, изъявивших желание продать свой хамец через раввинат. Квасное на кухнях общественных организаций и учебных заведений должны продать директора этих заведений или их посланники^[5].

Нельзя продать хамец, впитавшийся в стенки посуды. Ведь было установлено множество законов, чтобы доказать, что продажа квасного не фиктивна, а если человек пишет, что он продает хамец, впитавшийся в посуду, то вся сделка выглядит как насмешка, поскольку такой хамец не обладает никакой ценностью, и во всем мире не найдется человека, который был бы заинтересован в такой покупке. То же самое касается и квасного, прилипшего к посуде, – в таком приобретении также никто не заинтересован. Поэтому в бланке продажи такие вещи лучше не писать^[6].

03. Для кого предназначается продажа квасного в наши дни

В последнем столетии были изобретены новые способы хранения продуктов, сроки их хранения значительно увеличились, поэтому у производителей и продавцов часто скапливаются огромные запасы квасной пищи. Таким образом, необходимость продажи квасного перед Песахом нееврею возникает вновь. Это нужно как для того, чтобы избежать убытков, так и для того, чтобы предотвратить потерю рынков сбыта сразу после Песаха. Ведь если все запасы квасного будут полностью исчерпаны перед Песахом, то по окончании праздника потребуется несколько дней или даже недель, чтобы наладить производство квасной пищи, и тем временем рынки сбыта будут потеряны. Но даже при отсутствии конкурентов это приведет к значительному неудобству для покупателей, которые в течение нескольких недель после Песаха не смогут купить готовую квасную пищу. Поэтому владельцы пищевых предприятий, торговых сетей и магазинов продают перед Песахом весь принадлежащий им хамец нееврею, а сразу по окончании праздника выкупают его обратно, и он снова поступает в продажу.

По сути закона, каждый еврей имеет право продать принадлежащий ему хамец нееврею в рамках организованной сделки, которую заключает раввинат. Можно продать даже очень маленькое количество квасного – например, немного супового порошка, в состав которого входит мука, или пачку макарон. Не имеет значения, сколько именно квасного продано: в любом случае, продав принадлежащее ему квасное, еврей больше не нарушает связанных с ним запретов.

Однако некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и не полагаются изначально (лехатхила) на продажу квасного, потому что это похоже на обман, ведь квасное остается в доме у еврея, и нееврей, скорее всего, не придет, чтобы его забрать, а после Песаха еврей может сразу же употребить это квасное в пищу. Поэтому, согласно мнению этих авторитетов, разрешено продавать квасное нееврею только для того, чтобы предотвратить значительные убытки. Если же убыток незначителен, то квасное продавать не следует, чтобы избежать ситуации, в которой, возможно, будут нарушены запреты.

На практике, в наши дни желательно, чтобы все евреи участвовали в продаже квасного, совершаемой раввинатом, потому что в отношении многих продуктов, а также лекарств, обладающих приятным вкусом, возникает сомнение, не содержится ли в них определенная доля квасного. Подобное сомнение не служит достаточным основанием для того, чтобы уничтожить эти продукты или лекарства, но и оставить их в доме тоже нельзя, поскольку не исключено, что в них содержится квасное. Поэтому лучше всего продать их и таким образом избежать сомнения^[3].

Что же касается пищи, которая является квасной без всякого сомнения, то, согласно общепринятому обычаю, ее не стоит продавать, если ее немного. Не рекомендуется использовать разрешение продавать квасное нееврею ради того, чтобы избежать незначительных убытков. Если же речь идет о больших убытках, то квасное разрешается продать даже изначально (лехатхила). И каждый человек должен решить, что для него считается незначительным убытком, а что – значительным. Более того, даже если человек захочет продать свой хамец, чтобы предотвратить незначительный убыток, он вправе это сделать, так как, по сути закона, продажа квасного правомерна, и можно всецело положиться на то, что многочисленные раввины, заключающие сделки по продаже квасного, совершают это в соответствии с самыми строгими требованиями Ѓалахи^[4].

Но поскольку проданный хамец остается в доме у еврея, возникает опасение, что кто-нибудь по ошибке съест его в Песах. Поэтому необходимо поставить вокруг него ограждение высотой не менее 10 ладоней (тфахим; 80 см) или положить его в шкаф, запереть шкаф и спрятать ключ. Можно также заклеить дверцы шкафа клейкой лентой, на которой желательно написать: «Проданный хамец», и тогда шкаф не откроют случайно в дни Песаха (см. Шульхан арух, 440, 2).

02. Как распространился обычай продавать квасное

Около четырехсот лет назад многие европейские евреи стали зарабатывать на жизнь производством и продажей крепких спиртных напитков. Христианская знать отдала евреям на откуп питейный промысел, за что взимала с них арендную плату и проценты с доходов. Спиртные напитки, изготовляемые из пшеницы и ячменя, расцениваются с точки зрения Ѓалахи как хамец в чистом виде (хамец гамур). Поэтому ежегодно накануне Песаха евреи, стремясь предотвратить огромные убытки, были вынуждены продавать все напитки неевреям, а после Песаха выкупали их обратно, чтобы продолжать торговлю.

Со временем раввины стали замечать, что порой такие сделки заключаются не в соответствии с законом Ѓалахи, что порождало серьезные проблемы. Ведь если продажа квасного не отвечает всем требованиям еврейского закона, значит, квасное остается собственностью еврея, и в Песах тот ежесекундно нарушает запреты Торы «да не будет видно» (баль йираэ) и «не должна находиться» (баль йимаце). После Песаха также запрещено использовать это квасное, его необходимо полностью уничтожить. Поэтому раввины стали руководить продажей квасного перед Песахом, чтобы убедиться, что сделки заключаются в соответствии с законом Ѓалахи. И благодаря тому, что вопрос продажи квасного был упорядочен, с каждым годом все больше евреев стали продавать принадлежащее им квасное неевреям, чтобы предотвратить убытки. Так обычай продажи квасного широко распространился во всех еврейских общинах.

И все же, некоторые ѓалахические авторитеты выступали против продажи квасного неевреям, поскольку это не истинная продажа, а всего лишь фикция – ведь очевидно, что после Песаха хамец возвратится к своему владельцу-еврею. Кроме того, при заключении подобных сделок стороны не платили налог государству, как во всех других случаях купли-продажи. Кроме того, при заключении обычной сделки покупатель платит продавцу полную стоимость товара и забирает товар с собой, а при продаже квасного накануне Песаха нееврей не уплачивает еврею полную стоимость спиртных напитков и не уносит их с собой^[1].

Тем не менее, практически все авторитеты согласны, что на продажу квасного следует полагаться, поскольку она имеет юридическую силу, как всякая другая сделка, и нееврей имеет полное право отказаться от перепродажи квасного еврею после Песаха. Значит, эта продажа является полноценной и ее нельзя рассматривать как фиктивную. И все же, для того чтобы со стороны не казалось, что это обман, при заключении сделки с неевреем необходимо соблюсти все требования Ѓалахи. А поскольку существует несколько мнений по поводу того, как именно должна совершаться купля-продажа между евреем и неевреем по Ѓалахе, при заключении сделки о продаже квасного строго следят за тем, чтобы этот акт был совершен согласно всем мнениям. Тогда не будет никакого сомнения в том, что сделка действительна. Кроме того, сделка обязательно должна соответствовать законам государства (см. Мишна брура, 448, 17, 19 и Биур Ѓалаха, там же).

Что же касается оплаты, то при заключении сделки пишут купчую на сумму, равную истинной стоимости продаваемого квасного, и нееврей платит задаток, как принято у торговцев, а остаток суммы записывается ему в виде долга. Однако этот долг не препятствует окончательному заключению сделки. А после Песаха покупатель-нееврей имеет право сделать выбор: если он захочет оставить купленный хамец у себя, он должен будет уплатить продавцу всю оставшуюся сумму, а если предпочтет перепродать хамец бывшему владельцу-еврею, тот возвратит ему задаток и простит предпасхальный долг в обмен на то, что хамец возвратится к нему. А то, что при заключении этой сделки не платят налог государству, можно объяснить так: царю или правительству очевидно, что подобные сделки заключаются не в деловых интересах, а из религиозных соображений, поэтому они готовы отказаться от налога.

Для того чтобы еще больше уподобить продажу квасного любой другой сделке, при которой покупатель уносит покупку в свои владения, авторитеты постановили, что еврей, продающий принадлежащий ему хамец нееврею, должен продать тому и землю, на которой лежит этот хамец. Таким образом, хамец будет «перенесен» во владения покупателя (см. Мишна брура, 448, 12). А в Эрец-Исраэль, где запрещено продавать землю инородцам, следует сдать ее в аренду. Некоторые авторитеты считают, что и за пределами Эрец-Исраэль также предпочтительней сдать землю в аренду нееврею, а не продать ее^[2].

01. Продажа квасного нееврею – способ сохранить квасное, избежав его уничтожения

Каждый еврей обязан уничтожить квасное, находящееся в его владении, до полудня 14 нисана. Для того чтобы не уничтожать большое количество продуктов, евреи накануне Песаха всегда тщательно планировали покупку и приготовление пищи, чтобы до наступления праздника доесть все квасное. Они отставляли немного квасной пищи только для того, чтобы сжечь ее и тем самым исполнить наиболее великолепным образом (ле-меѓадрин) заповедь уничтожения квасного.

Однако случалось, что расчеты были ошибочными, и в канун Песаха во владении еврея оставалось очень много квасной пищи. Если еврей не считался с убытками, он мог сжечь эту пищу или подарить ее достойному того нееврею. Если же он не хотел уничтожать оставшийся хамец, поскольку убытки, связанные с этим, были ему не по карману, он мог продать его нееврею до начала Песаха. Ведь пока не вступил в силу запрет на извлечение любой пользы из квасного, еврею разрешено продавать принадлежащее ему квасное, выручив за него полную стоимость. Указанный запрет вступает в силу 14 нисана с началом шестого временного часа, а до этого времени разрешается продавать квасное.

Это было особенно важно для торговцев, продающих квасную пищу. Перед Песахом у них оставалось много товара, который они должны были продать неевреям, чтобы избежать убытков. Но если невозможно найти нееврея, который действительно заинтересован купить весь товар, то, согласно постановлению мудрецов, разрешается сказать нееврею: «Даже если тебе не нужно столько квасной пищи, купи ее у меня за полную стоимость, а после Песаха, если захочешь, я выкуплю ее обратно» (см. Тосефта к трактату Псахим, 2, 7).

06. Квасное, найденное после вступления в силу пасхального запрета на квасное

Тот, кто после полудня 14 нисана нашел в своем владении квасное, обязан его немедленно уничтожить. А если он забыл аннулировать квасное, ему принадлежащее, то обязанность уничтожения найденного квасного является заповедью Торы. Изначально (лехатхила) заповедь состоит в том, чтобы сжечь это квасное, но если человек хочет, он может уничтожить его любым другим способом: например, раскрошить и пустить по ветру или немного размять, бросить в унитаз и спустить воду. Но если он выбросит найденное квасное на общественную территорию, это не будет считаться уничтожением.

До наступления шестого временного часа днем 14 нисана человек может объявить свой хамец никому не принадлежащим и таким образом избавиться от обязанности его уничтожить, однако с началом шестого временного часа хамец становится запрещенным для любого использования, поэтому уже невозможно освободиться от него и от запретов, с ним связанных, пока он не будет полностью уничтожен.

Если человек сделает найденный хамец несъедобным даже для собаки, полив его каким-либо веществом, которое его совершенно испортит, все равно нельзя будет считать, что этот хамец уничтожен. Это можно сделать лишь до того, как вступил в силу запрет на хамец. В таком случае этот хамец больше не будет считаться съедобным, и запрет не будет на него распространяться. Но если в тот момент, когда запрет вступил в силу, этот хамец был годен в пищу, то его необходимо полностью уничтожить, и недостаточно испортить его до такой степени, чтобы он стал несъедобным даже для собаки. Поэтому тот, кто находит в своем владении квасное после вступления в силу запрета, обязан сжечь его, или раскрошить и пустить по ветру, или немного размять, бросить в унитаз и спустить воду. Лишь таким образом можно добиться его полного исчезновения. Но лучше всего исполнить эту заповедь путем сжигания найденного квасного. И даже после сжигания запрещено пользоваться образовавшимся пеплом^[5].

Если же квасное было найдено в праздничный день (йом тов) или в пасхальную субботу, то его запрещено сжигать, а также переносить с места на место, чтобы выкинуть в унитаз, поскольку на это квасное распространяется запрет мукце. Поэтому его следует прикрыть какой-нибудь посудой, чтобы его по ошибке не съели, а как только кончится праздник или суббота, сжечь. А если человек, нашедший у себя квасное, забыл совершить битуль хамец накануне Песаха, то в каждое мгновение, пока квасное находится у него, он нарушает запреты Торы «да не будет видно» и «не должна находиться». Для того чтобы избежать их нарушения, разрешено, по мнению многих авторитетов, взять найденное квасное, немного размять его и бросить в унитаз. Это объясняется тем, что авторитеты разрешают нарушить запрет мукце, который является постановлением мудрецов, чтобы избежать нарушения запретов Торы. Но даже в таком случае некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и считают, что запрет мукце нарушать не следует, поэтому человек должен подождать до исхода субботы и только после этого уничтожить найденное квасное (см. Мишна брура, 446, 6).

Следует ли при этом произносить благословение? Хотя уничтожение квасного, которое человек нашел у себя в Песах, – это заповедь, перед ее исполнением не произносят благословение, поскольку благословение, которое человек произнес перед проверкой дома на наличие квасного (бдикат хамец), распространяется и на уничтожение всякого квасного, находящегося в его владении. Но если в Песах человек замесил тесто, и оно заквасилось, то он должен произнести благословение перед тем, как его уничтожить, потому что это тесто не находилось в его владении накануне Песаха, когда он совершал бдикат хамец и уничтожал квасное, а значит, произнесенное им благословение не распространяется на это тесто (см. Мишна брура, 435, 5).

05. Квасное, выброшенное в мусорный контейнер

Утром 14 нисана возникает вопрос, как быть с квасным, выброшенным в уличный мусорный контейнер. Должно ли и оно подвергнуться уничтожению?

Если мусорный контейнер принадлежит еврею или расположен в его частном дворе, тот обязан, согласно постановлению мудрецов, уничтожить находящееся там квасное, прежде чем вступит в силу пасхальный запрет на квасное. Можно полить это квасное раствором гипохлорита натрия («Экономика») или другим веществом, сделав его полностью непригодным в пищу, даже собаке.

Если же мусорный контейнер принадлежит муниципалитету и расположен на общественной территории, то человек не обязан уничтожать квасное, которое он выбросил в этот контейнер до вступления в силу запрета на квасное. Муниципалитет тоже не обязан уничтожать квасное, выброшенное в контейнер, потому что он не заинтересован в том, чтобы стать владельцем этого квасного, а должен просто отвезти его на свалку^[4].

04. Обычай сжигать квасное, чтобы исполнить заповедь его уничтожения

Как мы уже упоминали, мудрецы постановили, что, помимо аннулирования квасного (битуль хамец), необходимо уничтожить все квасное, оставшееся после завтрака утром 14 нисана, а также найденное во время проверки дома (бдикат хамец), включая и десять кусочков квасного, которые принято раскладывать по дому перед проверкой. По сути закона, квасное можно уничтожить разными способами: например, раскрошить его и пустить крошки по ветру или бросить их в море либо в реку (см. Шульхан арух, 445, 1). Можно также, прежде чем запрет на квасное вступит в силу, полить его раствором гипохлорита натрия («Экономика») или другим веществом, сделав совершенно непригодным в пищу, даже собаке, и тогда оно вообще перестанет считаться съедобным, и его не нужно будет уничтожать (см. Шульхан арух, 442, 9). Кроме того, можно, прежде чем запрет на квасное вступит в силу, положить его в таком месте, где оно станет доступно всем и каждому (см. Мишна брура, 445, 18). Можно бросить квасное в унитаз и спустить воду, тем самым устранив его из дома.

Однако в святом народе Израиля испокон веков принято, чтобы исполнить заповедь устранения квасного самым великолепным образом (ле-меѓадрин), сжигать его. Это самый лучший способ уничтожения квасного; к тому же, некоторые авторитеты считают, что квасное можно уничтожить только путем сожжения.

А тот, кто хочет исполнить эту заповедь наилучшим образом (ле-меѓадрин), должен аннулировать хамец после сожжения. Ведь если совершить аннулирование до сожжения, то хамец уже не будет считаться собственностью его владельца, и тот не сможет исполнить заповедь посредством аннулированного. Нужно проследить за тем, чтобы после сожжения квасного осталось время для того, чтобы его аннулировать, ведь это можно сделать только до истечения пятого временного часа (как объяснялось выше, в гл. 3, п. 6). После того, как был сожжен кусочек квасного объемом не менее ке-зайта, заповедь считается исполненной и можно произнести формулу аннулирования квасного.

Некоторые люди, стремясь исполнить заповедь с особой строгостью, следят за тем, чтобы, если при сожжении используется керосин, лить его не на квасное, а на дрова, дабы квасное было уничтожено огнем, а не ядовитой жидкостью, которая сделала бы его непригодным в пищу даже собаке еще до сожжения^[3].

03. Законы аннулирования квасного

По мнению большинства ранних законоучителей, по сути закона нет необходимости произносить формулировку аннулирования квасного вслух; достаточно аннулировать его мысленно, то есть человек должен внутренне согласиться с тем, что квасное, принадлежащее ему, аннулировано и лишено всякой значимости, подобно праху земному. Однако изначально (лехатхила) следует аннулировать квасное вслух, потому что аннулирование, совершенное таким образом, будет ясным и однозначным. Кроме того, некоторые ранние законоучители считают, что аннулирование необходимо совершать именно вслух (см. Шульхан арух ѓа-рав, 434, 7). По всем мнениям, нет необходимости произносить формулу аннулирования так, чтобы ее услышали другие люди; достаточно, чтобы человек просто произнес ее вслух, даже если он один. Однако некоторые люди, стремясь исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), произносят эту формулу в присутствии своих домочадцев, чтобы напомнить им об этой заповеди^[1].

Аннулировать квасное нужно совершенно искренне, то есть человек должен внутренне согласиться с тем, что принадлежащее ему квасное навеки аннулировано, и он не станет пользоваться им даже после Песаха. Если же он намеревается использовать это квасное по окончании праздника, аннулирование ему не засчитывается, поэтому в Песах он нарушит запреты «да не будет видно» (баль йираэ) и «не должна находиться» (баль йимаце). Даже если он оставит свое квасное там, где оно будет доступно всем и каждому, он не должен думать о том, что после Песаха заберет его, поскольку в противном случае аннулирование ему не зачтется (см. Мишна брура, 445, 18)^[2].

Как мы уже говорили (в гл. 3, п. 4), по закону Торы заповедь устранения квасного достаточно исполнить лишь посредством его аннулирования. Даже если во владении еврея останется в Песах квасное, стоимость которого очень велика, он мог бы просто его аннулировать, чтобы в Песах не нарушить запреты «да не будет видно» и «не должна находиться», при условии, что он бы мысленно согласился с тем, что аннулирование является безоговорочным, и он больше никогда не будет пользоваться этим квасным. Однако мудрецы опасались, что аннулирование будет не совсем искренним, и потому постановили, что хамец необходимо убрать из дома. Но если человек забыл устранить свой хамец и вспомнил об этом накануне Песаха, находясь вдали от дома, то постфактум (бедиавад) он может ограничиться лишь аннулированием, а как только окажется дома, он должен будет сжечь оставшийся там хамец. Даже если он возвратится домой после Песаха, он обязан уничтожить находящийся там хамец, иначе будет ясно, что его аннулирование не было искренним (см. Шульхан арух, 448, 5; Мишна брура, 25).

По сути закона, аннулировать квасное можно через посланника, однако изначально (лехатхила) желательно, чтобы это сделал сам его владелец, поскольку некоторые авторитеты полагают, что только владелец квасного может его аннулировать (см. Шульхан арух, 434, 4; Мишна брура, 15).

02. Смысл аннулирования квасного

Как мы уже говорили, формула аннулирования квасного была написана по-арамейски, потому что в тот период большинство простых евреев понимали только арамейский язык. Однако само собой разумеется, что эту формулу можно произнести на иврите или на любом другом языке. Если же человек произнес ее по-арамейски, но не понял хотя бы ее общего смысла, который состоит в аннулировании квасного, и подумал, что это молитва, читаемая накануне Песаха, – то аннулирование квасного ему не засчиталось (см. Мишна брура, 434, 9).

Мудрецы приводят два толкования смысла битуль хамец. Раши и Рамбан говорят, что человек обладает способностью аннулировать квасное, и в этом выражается особый закон Торы по отношению к квасному. Согласно Торе, в Песах квасное утрачивает всякую значимость, так как запрещено извлекать из него любую пользу. Поэтому с точки зрения закона Торы оно подобно праху земному, лишенному всякой значимости. Однако в одном аспекте квасное все-таки сохраняет значимость: если в Песах в доме у еврея осталось квасное, он нарушает запреты «да не будет видно» и «не должна находиться». Если же до вступления в силу этих запретов квасное было аннулировано, это означает, что намерение человека пришло в соответствие с законом Торы, поэтому даже если во владении еврея останется квасное, запреты Торы не будут нарушены.

Тосафот объясняют: после аннулирования квасное становится никому не принадлежащим, а ведь мудрецы говорят: «»Да не будет видно у тебя квасного» – именно твое квасное не должно быть видно, но не квасное, никому не принадлежащее». Таким образом, очевидно, что если человек отказался от владения квасным, он больше не нарушит посредством него запреты «да не будет видно» и «не должна находиться». Получается, что, согласно первому объяснению, аннулирование применяется к самому квасному, а согласно второму объяснению, оно относится к человеку, который тем самым отстраняется от квасного.

В формулировке аннулирования квасного по ашкеназскому молитвенному канону (нусах ашкеназ) учитываются оба вышеприведенных объяснения, поэтому в ней говорится: «да будут аннулированы» и «станут никому не принадлежащими». А в формулировке по сефардскому канону (нусах сфарад) упоминается только аннулирование, которое очевидным образом подразумевает и то, что аннулированный хамец становится никому не принадлежащим (см. выше, п. 1).

01. Битуль хамец вечером и днем 14 нисана

Как мы уже говорили (в гл. 3, п. 4), мы устраняем квасное, находящееся в наших домах, двумя путями: духовным и практическим, то есть мыслью и действием. Этот процесс состоит из четырех этапов: проверка дома на наличие квасного (бдикат хамец) и аннулирование квасного (битуль хамец) вечером 14 нисана, уничтожение квасного и его вторичное аннулирование на следующий день, утром 14 нисана. После того, как в предыдущей главе мы изучили законы бдикат хамец, обратимся к законам битуль хамец.

Сразу по окончании проверки (бдикат хамец) мы уничтожаем квасное мысленно, то есть аннулируем его. Для того чтобы облегчить нам эту задачу, мудрецы составили специальную формулировку по-арамейски. Она была составлена в период, когда многие простые евреи понимали только арамейский язык. Вот как звучит эта формулировка в переводе на русский (согласно ашкеназскому молитвенному канону): «Весь хамец и вся закваска, находящиеся в моем владении, которые я не видел и не уничтожил, – да будут аннулированы и станут никому не принадлежащими, как прах земной». (По сефардскому канону упоминают только хамец, потому что к нему относится и закваска. Также упоминают только аннулирование, потому что оно подразумевает и то, что хамец станет никому не принадлежащим.)

После практического уничтожения квасного утром 14 нисана (законы уничтожения квасного объясняются ниже, в п. 3) мы вновь аннулируем его. И хотя мы уже сделали это накануне вечером, после бдикат хамец, это касалось только того квасного, о существовании которого нам неизвестно и который не был найден во время проверки. Однако вечером невозможно аннулировать хамец, предназначенный для ужина и завтрака 14 нисана, поскольку мы придаем ему значение. Невозможно также аннулировать хамец, найденный во время вечерней проверки, так как мы намереваемся сжечь его на следующее утро. Более того, если вечером мы аннулируем хамец, который собираемся после этого съесть, будет ясно, что наше аннулирование неискреннее, а значит, не имеет никакого смысла. Поэтому вечером мы аннулируем только тот хамец, который не нашли во время проверки, но не тот, который мы оставили, чтобы съесть или сжечь. И может случиться, что часть его ускользнет от нашего внимания, и мы забудем о нем. Поэтому для того, чтобы мы случайно не нарушили запреты «да не будет видно» (баль йираэ) и «не должна находиться» (баль йимаце), мы должны вновь его аннулировать. При этом вторичное аннулирование необходимо завершить до истечения пятого временного часа, поскольку с началом шестого часа вступает в силу запрет извлекать из квасного какую бы то ни было пользу, и аннулировать его уже невозможно (см. Шульхан арух, Орах хаим, 434, 2).

Формула утреннего аннулирования немного отличается от формулы вечернего, поскольку вечером мы аннулируем только тот хамец, который не был найден нами во время проверки, а днем – любой хамец. Приведем здесь дневную формулу в переводе на русский язык: «Весь хамец и вся закваска, находящиеся в моем владении, которые я видел и которые я не видел, которые я уничтожил и которые я не уничтожил, – да будут аннулированы и станут никому не принадлежащими, как прах земной».

14. Хамец в недоступном для проверки месте; нужно ли проверять чулан

Хамец, засыпанный слоем камней или земли, толщина которого составляет менее трех локтей (тфахим; ок. 24 см), не считается уничтоженным, потому что собака может унюхать и откопать его. Поэтому перед Песахом этот хамец необходимо извлечь из-под завала и уничтожить.

Если же слой завала, под которым находится хамец, толще трех локтей, то считается, что этот хамец уничтожен, и тот, в чьем владении он находится, не нарушит из-за него запретов «да не будет видно» и «не должна находиться». Поэтому такой хамец не нужно извлекать из-под завала и уничтожать, однако его необходимо аннулировать, потому что в Песах завал могут расчистить, и окажется, что хамец больше не покрыт слоем камней или земли толщиной более трех локтей. И тогда его владелец нарушит запреты «да не будет видно» и «не должна находиться»^[11].

Подобно тому, если хамец упал в колодец, расположенный во дворе, принадлежащем еврею, но этим колодцем никто не пользуется, то нет надобности доставать оттуда хамец и уничтожать его; достаточно его аннулировать.

Следовательно, если хамец застрял за шкафом, прислоненным или прикрепленным к стене, и извлечь его можно, только отвинтив шкаф от стены или вынув из него все содержимое и отодвинув его от стены, нет необходимости доставать оттуда хамец, достаточно его просто аннулировать (см. Шульхан арух ѓа-рав, 433, 19). Если же хамец лежит в таком месте, откуда его можно извлечь, но это сопряжено с определенными трудностями, то его можно полить раствором гипохлорита натрия («Экономика») или мыльным раствором, сделав полностью непригодным в пищу, даже собаке, и тогда его не надо будет доставать, чтобы уничтожить.

В чулане, куда складывают ненужные вещи, или на складе с различными товарами, если их не намереваются разбирать в Песах, не нужно искать хамец, который, предположительно, может оказаться там на полу; достаточно его аннулировать. Но если вещи кладут в чулан или на склад в течение тридцати дней до наступления Песаха, когда уже действует обязанность готовиться к празднику, то прежде всего необходимо проверить, нет ли на полу квасного. Если же это сделано не было, то вечером 14 нисана следует произвести там тщательную проверку (см. Шульхан арух, 436, 1). А если отодвинуть все вещи, находящиеся там, слишком трудно, то можно продать или сдать чулан в аренду нееврею, что избавит его владельца от обязанности совершать там бдикат хамец.

13. Синагога, общежитие, ешива

Вечером 14 нисана необходимо сделать бдикат хамец также в синагогах и ешивах, поскольку иногда там едят квасное. Даже если в синагоге есть не принято, туда все равно часто приходят маленькие дети с квасной пищей (см. Шульхан арух, 433, 10). Что же касается благословения перед проверкой, то возникает сомнение, следует ли его произносить, поэтому желательно, чтобы человек, делающий бдикат хамец в синагоге, сначала проверил свой дом, произнеся там благословение и при этом подразумевая также и проверку в синагоге^[9].

Юношей или девушек, проживающих в платном общежитии, Ѓалаха рассматривает как арендаторов собственной квартиры, поэтому если у них в комнате останется квасное объемом не менее ке-зайта, они нарушат запреты «да не будет видно» и «не должна находиться». Следовательно, перед Песахом они обязаны сделать у себя в комнате бдикат хамец. Если они остаются в общежитии на Песах, то бдикат хамец необходимо сделать вечером 14 нисана, произнеся благословение. А если они уезжают из общежития за несколько дней до праздника, то проверку следует сделать без благословения в последний вечер перед отъездом^[10].

Что же касается всех других комнат и залов ешивы, то ее дирекция должна позаботиться о том, чтобы перед Песахом в них сделали бдикат хамец или чтобы их продали нееврею, что избавит владельцев от обязанности их проверять.

Тот, кто купил или снял дом перед Песахом, обязан сделать там бдикат хамец, даже если он еще туда не вселился. Ведь там могло остаться квасное, а поскольку дом уже принадлежит этому человеку, он нарушит запреты «да не будет видно» и «не должна находиться». Если же в его владении имеется еще один дом, в котором он исполняет заповедь бдикат хамец, то новый дом он может продать или сдать в аренду нееврею, и тогда он будет освобожден от обязанности его проверять (см. выше, гл. 4, п. 11).

12. Бдикат хамец после положенного срока; закон в отношении того, кто арендует комнату в гостинице

Мудрецы постановили, что бдикат хамец следует совершить вечером 14 нисана, но если человек не успел исполнить эту заповедь вовремя, он должен сделать это назавтра, то есть 14 нисана днем, произнеся при этом благословение. А если он не успел совершить проверку до Песаха, ему следует сделать это в сам Песах, также произнеся благословение. Даже если перед Песахом он аннулировал принадлежащее ему квасное, ему все равно следует сделать в Песах бдикат хамец, чтобы исполнить постановление мудрецов, а также, чтобы не случилось, что в Песах он найдет в доме квасное и по ошибке съест его, забыв о запрете. Во всех перечисленных случаях перед проверкой следует произнести благословение. А если Песах уже закончился, и человек спохватился, что не сделал бдикат хамец, он все равно должен сделать проверку, чтобы не нарушить запрет мудрецов употреблять в пищу квасное, принадлежавшее еврею в Песах. Но в этом случае благословение произносить не следует (см. Шульхан арух, 435, 1).

Если человек снимает комнату в гостинице, то считается, что он как будто бы арендует квартиру, поскольку он взял на себя платежное обязательство, и комната была полностью предоставлена в его распоряжение. Он получил ключ от комнаты, чтобы отпирать и запирать ее, и посторонние люди, как и работники гостиницы, имеют право заходить туда только с его разрешения. Поэтому на него возложена заповедь сделать в своей комнате бдикат хамец вечером 14 нисана, произнеся благословение. А по окончании проверки он должен аннулировать все квасное, которое, возможно, осталось в его владении, если не было найдено во время проверки. Если же человек прибыл в гостиницу после начала Песаха, ему следует выяснить, делали ли в ее комнатах бдикат хамец, и если выяснится, что в них сделали перед Песахом только обычную уборку, он сам должен совершить проверку, произнеся благословение.

Госпитализированный больной должен проверить вечером 14 нисана свою комнату и тумбочку, но при этом ему не следует произносить благословение, потому что комната не находится в его распоряжении, и его могут в любой момент перевести в другую комнату или подселить к нему других больных.

Владелец гостиницы обязан совершить бдикат хамец во всех ее комнатах, а если ему трудно сделать это самому, он может нанять посланника, который сделает проверку вместо него. Что же касается комнат, сданных в аренду неевреям или евреям, не делающим бдикат хамец, то в этом отношении возникает проблема. С одной стороны, эти жильцы арендуют комнаты, и невозможно заставить их сделать бдикат хамец, согласно еврейскому закону. С другой стороны, если такой жилец освободит комнату в один из дней Песаха, владельцу придется тут же сделать в освободившейся комнате бдикат хамец и уничтожить все квасное, оставленное жильцом, однако в тот момент у него может не оказаться на это времени. В данном случае можно предложить такой выход из положения: до наступления Песаха владелец гостиницы должен продать или сдать в аренду нееврею все комнаты своей гостиницы, и в дни праздника он будет играть роль посредника между неевреем, купившим гостиницу, и ее постояльцами.

11. Освобождает ли сдача дома в аренду нееврею от обязанности делать там бдикат хамец?

Бывает, что семья уезжает на весь Песах и не хочет заниматься уборкой дома и делать там бдикат хамец. Возникает вопрос: если члены семьи временно продадут или сдадут в аренду нееврею весь дом, избавит ли их это от обязанности делать бдикат хамец?

Авторитеты полемизируют об этом. Некоторые из них придерживаются менее строгого толкования закона, согласно которому, если на практике в канун Песаха дом не находится в распоряжении хозяина, будучи продан или сдан в аренду нееврею, то хозяин не обязан делать там проверку (так пишут Хок Яаков и Виленский Гаон на основе мнения Тура и Рама). Однако многие авторитеты следуют в этом вопросе более строгому толкованию закона, ведь поскольку хозяин жил в этом доме в течение тридцати дней до начала Песаха, на него уже возложена обязанность сделать там бдикат хамец, и только если он переедет в другой дом, где будет обязан сделать проверку, он освободится от обязанности делать ее в первом доме, проданном или сданном в аренду нееврею (так пишут Ави ѓа-эзри, Шульхан арух, 436, 3, Маген Авраѓам и гаон рабби Залман на основе мнения Тура и Рама). Кроме того, не следует избегать исполнения заповеди бдикат хамец.

На практике, для того чтобы исполнить заповедь согласно всем мнениям, следует продать или сдать в аренду нееврею весь дом, кроме одной комнаты, в которой нужно сделать бдикат хамец. И благодаря этой проверке, согласно всем мнениям, отпадает необходимость проверять комнаты, проданные или сданные в аренду нееврею.

В Земле Израиля запрещено продавать дома инородцам (см. Шульхан арух, Йоре деа, 151, 8), поэтому в купчей необходимо указать, что речь идет о сдаче в аренду. Кроме того, следует продать квасное, находящееся во всех сданных в аренду комнатах, и это освободит хозяина дома от обязанности делать там бдикат хамец^[8].

Сделку о сдаче в аренду желательно, если возможно, заключить до наступления вечера 14 нисана, поскольку есть мнение, что если вечером 14 нисана комнаты дома все еще останутся во владении хозяина, он будет обязан сделать там бдикат хамец (так считают Макор хаим и Хаей адам). Если же сдать дом в аренду до вечера 14 нисана слишком сложно, так как в большинстве раввинатов продажа (и сдача в аренду) квасного осуществляется утром 14 нисана, то можно положиться на мнение авторитетов, придерживающихся менее строгого толкования закона, согласно которому, если хозяин дома намерен сдать в аренду определенные комнаты, то больше нет опасения, что он нарушит в них запреты Торы «да не будет видно» и «не должна находиться», а значит, он не обязан делать там бдикат хамец (так пишут Биньян олам и Хатам Софер, и их слова приводятся в Мишна брура, 436, 32).

Что же касается посуды и плиты, то перед Песахом их следует очистить от налипшего квасного, видного глазу, иначе придется чистить их после праздника, чтобы не употреблять в пищу квасное, остававшееся в Песах во владении еврея. Не стоит продавать посуду нееврею, поскольку в противном случае после праздника нужно будет окунуть ее в микве, как любую посуду, купленную у нееврея (а продавать нееврею налипшее на посуду и впитавшееся в нее квасное – это странная идея, как будет объяснено ниже, в гл. 6, п. 4).

10. Если человек вынужден уехать перед Песахом

Если за тридцать или менее дней до начала Песаха (то есть начиная с Пурима и далее) человек отправляется в другой город или другую страну и намеревается возвратиться домой после праздника, то он обязан перед отъездом сделать у себя дома бдикат хамец. И хотя до начала праздника он, несомненно, аннулирует квасное, тем не менее, как мы уже писали, мудрецы постановили, что одного аннулирования недостаточно, и необходимо также проверить дом на наличие квасного. Эта обязанность вступает в силу за тридцать дней до начала Песаха, поэтому человек должен совершить бдикат хамец при свете свечи в последний вечер перед отъездом. При этом ему не следует произносить благословение, так как он совершает бдикат хамец раньше срока, установленного мудрецами (как объяснялось выше, в гл. 4, п. 3).

Если же он уезжает более чем за тридцать дней до начала Песаха, то есть перед Пуримом, то он не должен делать перед отъездом бдикат хамец. В таком случае ему следует в канун Песаха произнести формулу аннулирования квасного, подразумевая все квасное, ему принадлежащее, и таким образом он избежит нарушения запрета на квасное в Песах. А по возвращении домой после Песаха он должен уничтожить все квасное, что есть в доме.

Но если он намерен возвратиться домой накануне Песаха, то, согласно постановлению мудрецов, он обязан сделать перед отъездом бдикат хамец, даже если он уезжает в начале года. Это объясняется опасением, что из-за непредвиденных обстоятельств он не успеет вернуться домой к сроку и совершить бдикат хамец (см. Вавилонский Талмуд, трактат Псахим, 6а, на основе комментария Рамбама). А если он назначит вместо себя посланника, чтобы тот сделал бдикат хамец вместо него вечером 14 нисана, если он сам не успеет вернуться к этому времени, то он не обязан делать проверку перед отъездом. В наши дни, когда из любой точки мира можно позвонить по телефону, человек, имеющий родственника или друга, которого он мог бы попросить сделать бдикат хамец у себя дома, не должен проверять свой дом перед отъездом. Ведь даже если он не успеет вернуться домой к сроку, он сможет найти себе посланника (см. Шульхан арух, 436, 1-2; Мишна брура, 9; Шаар ѓа-циюн, 10).

Законоучители спорят, как следует поступить человеку, который должен был сделать бдикат хамец перед отъездом, но забыл об этом: обязан ли он возвращаться ради этого домой? Если возвратиться домой слишком сложно, и он не может найти посланника, который сделал бы бдикат хамец вместо него, то ему разрешено ограничиться лишь аннулированием квасного (см. Биур Ѓалаха, 436, 1, со слова закук). А после Песаха он должен будет сжечь или уничтожить каким-либо иным способом все квасное, аннулированное им накануне праздника. Ведь если он использует это квасное после Песаха, то будет очевидно, что аннулирование было неискренним. Тот же самый закон относится к каждому, кто аннулировал принадлежащее ему квасное, но не уничтожил его: после Песаха ему запрещено есть это квасное или извлекать из него любую другую пользу (см. Шульхан арух, 448, 5).

Но самым лучшим выходом из положения в случае, если человек уехал из дома и забыл сделать бдикат хамец, будет сдача дома в аренду нееврею и продажа ему всего находящегося там квасного.

09. Обычай прятать кусочки квасного; просьба к домочадцам помочь проверяющему

Широко распространен обычай прятать в доме кусочки квасного перед бдикат хамец, чтобы проверяющий их нашел. Как считают некоторые авторитеты, этот обычай предназначен для того, чтобы проверяющий нашел квасное во время проверки, иначе произнесенное им благословение может оказаться напрасным. Однако это неверно, ведь даже если он ничего не найдет, его благословение все равно не напрасно, поскольку цель проверки – убедиться, что в доме не осталось квасного, и если проверка проведена, значит, ее цель достигнута. Кроме того, благословение подразумевает не только бдикат хамец, но и весь процесс уничтожения квасного (биур хамец), который начинается с бдикат хамец и заканчивается уничтожением и аннулированием квасного. Вот почему в благословении мы говорим: «…заповедавший нам уничтожить хамец» и не упоминаем бдикат хамец. Поэтому, даже если во время проверки не будет найден хамец, на следующий день процесс его уничтожения все равно продолжится, а значит, произнесенное благословение не напрасно (см. Рама, 432, 2; Мишна брура, 13).

Однако не следует отменять этот обычай, прижившийся в народе Израиля. Святой Аризаль тоже следовал ему и прятал в доме перед бдикат хамец десять кусочков квасного. Некоторые авторитеты объясняли этот обычай тем, что после проверки у человека должно остаться немного квасного, и тогда он не забудет его аннулировать. Другие говорят, что поскольку проверяющий будет искать эти кусочки, он проведет проверку с особой тщательностью (см. Хок Яаков, 432, 14). Поэтому, если дом был старательно убран и помыт, и по сути закона там достаточно беглой проверки, следует положить кусочки квасного в таких местах, где их можно легко найти; а в недостаточно чистых местах их нужно спрятать более основательно. В любом случае, тому, кто прячет кусочки, желательно записать, куда он их положил, чтобы если проверяющий их не найдет, их можно было бы извлечь и уничтожить.

По окончании проверки следует произнести формулу аннулирования квасного, подразумевая то квасное, которое не было найдено и, возможно, осталось в доме (как будет объяснено ниже, в гл. 5, п. 1). А квасное, найденное во время проверки или припасенное для еды до завтрашнего дня, следует тщательно завернуть, чтобы крошки вновь не рассыпались по дому.

Если хозяину трудно проверить весь дом, он может попросить о помощи домочадцев. В таком случае они должны стоять возле него, когда он произносит благословение, и ответить амен, после чего разойтись по дому, чтобы совершить проверку в разных помещениях. А если хозяин дома вообще не может сделать бдикат хамец, он должен попросить другого члена семьи заменить его, и тот произнесет благословение (см. Шульхан арух, 432, 2; Мишна брура, 10).

08. Можно ли полагаться на предпасхальную уборку

В большинстве еврейских домов принято тщательно убирать дом перед Песахом. Любое помещение, которое тщательно вымыли, а потом следили, чтобы туда не попало квасное, не требует основательной проверки (см. Шульхан арух, 433, 1; Даат Тора, 433, 2).

Тем не менее, некоторые авторитеты придерживаются в этом более строгого толкования закона. По их мнению, уборка не имеет никакого значения, потому что мудрецы постановили вечером 14 нисана проверить весь дом, все дыры и щели. Другие авторитеты обосновывают более строгое толкование закона тем, что уборка не проводилась в темное время суток при свете свечи, ведь только так можно заметить квасное, забившееся в щели и дыры.

Однако принятый на практике обычай соответствует менее строгому толкованию закона. Во время бдикат хамец принято довольно бегло проверять все места, которые перед этим были тщательно убраны и вымыты. И действительно, если комнату тщательно помыли, а потом следили, чтобы туда не попало квасное, то она считается местом, где не бывает квасного, и по сути закона не нуждается в проверке. И хотя обязанность бдикат хамец не считается исполненной, если проверка проводилась не при свете свечи, тщательная уборка все же более эффективна для устранения квасного, нежели проверка. Например, для того чтобы помыть кухонный шкафчик, необходимо вынуть все его содержимое и затем тщательно протереть полки. После этого в нем не останется ни крошки квасного. Вероятность того, что в помытом шкафу осталось квасное, ниже, чем вероятность найти квасное в шкафу во время тщательной проверки вечером 14 нисана при свете свечи.

Так или иначе, даже если дом тщательно вымыт, все равно существует обязанность совершить бдикат хамец вечером 14 нисана, произнеся соответствующее благословение. Это объясняется двумя причинами: во-первых, необходимо проверить те места, где обитатели дома принимали пищу; во-вторых, возникает опасение, что какой-либо из шкафов, ящиков или уголков дома вымыть забыли. Поэтому во время бдикат хамец необходимо проверить весь дом, чтобы убедиться, что он тщательно помыт. А если проверяющий сам не участвовал в уборке, он должен попросить домочадцев, делавших уборку, стоять рядом с ним во время проверки, чтобы он спрашивал у них, тщательно ли помыто то или иное место. Можно также обозначить наклейками все тщательно вымытые места. Во всех них достаточно беглой проверки^[7].

Но даже при беглой проверке следует просмотреть все уголки помещения, плинтусы, щели между мебелью, открыть все шкафы и ящики, куда в течение года могло попасть квасное, чтобы убедиться, что их помыли и они остались чистыми. Такая проверка помещения должна занять несколько минут.

07. Нужно ли проверять книги

Некоторые поздние законоучители считают, что необходимо проверить все книги в доме, страницу за страницей, потому что там могут оказаться крошки квасного. При этом они следуют подходу, согласно которому проверка квасного предназначена для того, чтобы удалить из дома даже мелкие крошки квасного; исходя из этого, необходимо проверять и книги.

Однако по мнению авторитетов, считающих, что проверка квасного предназначена для того, чтобы найти кусочки квасного объемом не менее ке-зайта, совершенно очевидно, что нет надобности проверять книги настолько тщательно, так как нельзя себе представить, чтобы среди страниц книги лежали настолько большие куски квасного. Но даже авторитеты, которые придерживаются более строгого толкования закона и считают, что во время бдикат хамец следует искать даже маленькие крошки, в отношении книг толкуют закон менее строго, поскольку нет необходимости искать такие мельчайшие крошки, которые могут оказаться между страниц книги, ведь даже если человек найдет их в Песах, он вряд ли захочет их съесть.

Исходя из вышесказанного, не следует толковать закон настолько строго, чтобы проверять все страницы книг. Это излишняя строгость, которая может привести даже к отмене заповеди изучения Торы, и, согласно общепринятому обычаю, нет надобности проверять книги настолько тщательно.

Тем не менее, в Песах следует следить за тем, чтобы не класть на обеденный стол книги, за чистотой которых не следили в течение всего года. Ведь в этих книгах могут оказаться крошки квасного, которые смешаются с пасхальной пищей, а в Песах квасное не аннулируется ни в каких количествах, даже самых ничтожных. Но разрешено читать эти книги за другим столом. А если человек кладет их на обеденный стол не во время еды, то после этого он должен тщательно очистить стол, чтобы на нем не оказалось крошек квасного. А тот, кто в течение всего года следит, чтобы в книги не попало квасное, и всегда, когда он кладет книгу на обеденный стол, он смотрит за тем, чтобы в нее не попали крошки, – тот даже по мнению авторитетов, придерживающихся более строгого толкования закона, не должен проверять книги перед Песахом, так как считается, что они уже проверены^[6].

Закон в отношении книжного шкафа зависит от поведения, принятого в доме. Если там нет маленьких детей, а взрослые следят за тем, чтобы в шкаф не попала пища, то шкаф не требует проверки. Если же в доме есть дети, которые могли спрятать в книжном шкафу квасное, то необходимо проверить между книгами и за ними. А если шкаф недавно тщательно почистили, то в нем достаточно беглой проверки.

06. Нужно ли искать крошки объемом менее ке-зайта

Цель бдикат хамец – найти в доме кусочки квасного объемом в ке-зайт или более. Ведь запреты «да не будет видно» и «не должна находиться» считаются нарушенными, только если в каком-то одном месте в доме находится квасное объемом не менее ке-зайта. На квасное меньшего объема эти запреты не распространяются. Необходимо проверить в доме все места, куда обычно заносят квасное, а если в доме есть маленькие дети, то нужно проверить любое место, куда они могут дотянуться. Но нет надобности проверять высоко расположенные шкафы и полки.

И все же некоторые авторитеты придерживаются более строгого толкования закона и считают, что после бдикат хамец нигде не должно остаться ни крошки квасного, пригодного в пищу, ведь если в доме останется даже одна-единственная крошка, возникнет опасение, что в Песах кто-нибудь съест ее по ошибке и тем самым нарушит запрет Торы. И хотя тот, кто съел в Песах квасное объемом менее ке-зайта, не подлежит наказанию, тем не менее, запрет Торы на употребление в пищу квасного в Песах распространяется и на меньший объем. Согласно подходу указанных авторитетов, во время бдикат хамец необходимо очень тщательно проверить весь дом, обращая внимание на мелкие крошки, чтобы убедиться, что это не квасное. Такая проверка должна занять в доме стандартного размера не менее двух часов. Но и по мнению этих авторитетов, не нужно искать мельчайшие крошки, о которых не скажешь, что они съедобные, а также крошки, валяющиеся в грязи и непригодные в пищу. Например, нет надобности рассматривать щели между плитками пола, поскольку, даже если туда и попали крошки квасного, они стали настолько грязными и отталкивающими, что есть их невозможно.

На практике, тот, кто хочет следовать более строгому толкованию закона и искать даже мелкие крошки объемом менее ке-зайта, достоин благословения, однако практический закон соответствует мнению тех авторитетов, которые придерживаются менее строгого толкования. Это объясняется тем, что обязанность бдикат хамец – это постановление мудрецов, тогда как согласно Торе, тот, кто аннулировал квасное в сердце и помыслах, уже избежал нарушения запрета и не обязан проверять свой дом. Именно мудрецы обязали нас, помимо аннулирования квасного, совершать также бдикат хамец и после этого уничтожать все оставшееся квасное. А когда речь идет о полемике, связанной с постановлением мудрецов, практический закон устанавливается согласно менее строгому толкованию.

Вышесказанное касается проверки помещений дома, однако совершенно очевидно, что все места и поверхности, с которыми будет соприкасаться пасхальная пища, следует отмыть от квасного со всей тщательностью. Там не должно остаться ни единой крошки квасного, поскольку есть в Песах квасное запрещено даже в ничтожных количествах. Поэтому обеденный стол, столешницу и шкафы в кухне необходимо очистить перед Песахом особенно тщательно, чтобы там не осталось ни единой крошки квасного^[5].

05. Свеча и фонарь

Мудрецы постановили, что бдикат хамец нужно делать при свете свечи, потому что он хорошо освещает небольшие пространства, что позволяет совершить проверку с особой тщательностью. Именно поэтому, согласно постановлению мудрецов, бдикат хамец необходимо делать вечером, поскольку в темноте свет свечи особенно ярок и хорошо освещает все дыры и щели, тогда как днем он меркнет при солнечном свете (см. Вавилонский Талмуд, трактат Псахим, 8а).

Не следует совершать бдикат хамец при свете факела, то есть свечи, имеющей два или больше отдельных фитиля. Этому можно дать несколько объяснений. Главное из них заключается в том, что у факела очень сильное пламя, и оно может вызвать в доме пожар, поэтому во время бдикат хамец человек будет опасаться, как бы что-нибудь не сгорело, и не сможет сосредоточиться на проверке должным образом. Если же проверка была совершена по ошибке при свете факела, заповедь не считается исполненной. Также не следует совершать бдикат хамец при свете масляного светильника, так как человек будет опасаться, что масло прольется на мебель или одежду, и это помешает ему тщательно осмотреть все дыры и щели. Изначально (лехатхила) для бдикат хамец не следует использовать парафиновую свечу, чтобы проверяющий не опасался, что она закапает пол или мебель, что также не позволит ему проверить все дыры и щели с необходимой тщательностью. Поэтому для бдикат хамец принято использовать восковые свечи, которые почти не капают при горении (см. Шульхан арух и Мишна брура, 433, 2).

По сути закона, разрешено делать бдикат хамец при свете фонаря, поскольку он, как и свеча, хорошо освещает небольшие пространства, в чем и заключается смысл постановления мудрецов. Кроме того, фонарь обладает еще несколькими достоинствами: используя его, проверяющий не опасается, что какие-либо предметы домашнего обихода сгорят или запачкаются, а если фонарь качественный, то он освещает тесные пространства даже лучше, чем свеча. И хотя некоторые авторитеты, придерживаясь более строгого толкования закона, запрещают делать бдикат хамец при свете фонаря, поскольку мудрецы заключили из стихов Писания, что для этого необходимо использовать именно свечу (см. трактат Псахим, 7б), – тем не менее, фонарь тоже можно рассматривать как свечу, если сравнить нить накаливания с пламенем, а батарейку – с горючим веществом.

На практике, самый распространенный обычай – совершать бдикат хамец при свете восковой свечи, как указывали мудрецы. Но если человек хочет воспользоваться для этого фонарем, он вправе так поступить и при этом произнести благословение перед проверкой. А если проверяющий опасается, что свеча может вызвать пожар, то ему предпочтительней использовать для бдикат хамец фонарь.

04. Где именно необходимо сделать бдикат хамец

Любое принадлежащее еврею помещение, где может оказаться квасное объемом не менее ке-зайта, необходимо проверить. Таким образом, нужно сделать бдикат хамец в кухне и в гостиной, если там обычно проходят трапезы, а также в любом помещении (в комнате, кладовой, на балконе), куда иногда заносят квасное (см. Шульхан арух, 433, 3-4).

Платяные шкафы, которые обычно не открывают во время трапезы, проверять не нужно. Но если в доме есть маленькие дети, то необходимо проверить и платяные шкафы, поскольку дети могли открыть шкаф, держа в руках квасное, и даже спрятать квасное в шкафу. Но не нужно проверять шкафы, расположенные на такой высоте, что дети не могут до них дотянуться.

Необходимо проверить салон автомобиля, а также сумки, в которых носят еду, даже изредка. Поскольку взрослые обычно не кладут еду в карманы, они не должны их проверять, но следует проверить карманы маленьких детей. Одежда, которую постирали перед Песахом, предварительно проверив карманы, не нуждается в проверке вечером 14 нисана (см. ниже, п. 8). Если у человека нет дома, он не должен произносить благословение, прежде чем проверить свой автомобиль или карманы, потому что мудрецы постановили, что благословение обязан произносить только тот, кто делает бдикат хамец в своем доме (см. Каф ѓа-хаим, 433, 91).

Лестничная клетка в многоэтажном доме принадлежит всем жильцам на этаже, поэтому на всех них лежит обязанность сделать там бдикат хамец. Им следует назначить одного из жильцов, который исполнит эту обязанность. Открытые дворы проверять не нужно – даже если там есть квасное, его съедят животные или склюют птицы. Но если во дворе есть ниши или щели, где может оказаться квасное, их необходимо проверить, потому что животные, вполне возможно, не смогут извлечь квасное оттуда. Подобно тому, если известно, что вечером 14 нисана во дворе было квасное, двор нужно проверить, поскольку нельзя быть уверенными в том, что животные съедят его до полудня 14 нисана (см. Мишна брура, 433, 27, согласно мнению Макор хаим). Огражденный балкон, даже с выходом во двор, нуждается в проверке.

Места, открытые для всеобщего пользования, проверять не нужно. Даже если в них есть квасное, это не является нарушением запрета, поскольку такие места не принадлежат конкретному еврею. Ведь запрет на квасное касается владений, принадлежащих еврею, а не предназначенных для всеобщего пользования (см. Шульхан арух, 445, 3; Мишна брура, 18. Закон в отношении уличных мусорных баков будет объяснен ниже, гл. 5, п. 5).

03. Благословение перед бдикат хамец

Прежде чем приступить к бдикат хамец, следует произнести благословение: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь мира, освятивший нас заповедями Своими и заповедавший нам уничтожить хамец». И хотя на самом деле нам предстоит аннулировать и уничтожить (сжечь) хамец только на следующий день, – тем не менее, вечером 14 нисана следует произнести именно такое благословение, поскольку, совершая бдикат хамец, мы начинаем процесс устранения квасного из дома^[2].

Между благословением и началом проверки нельзя разговаривать. Если же человек заговорил в этот момент о чем-то, не имеющем отношения к проверке, то благословение, которое он произнес, оказалось напрасным, и ему нужно повторить его, прежде чем приступить к проверке. А если он уже начал бдикат хамец и заговорил о чем-то постороннем, то благословение остается в силе, поскольку оно уже распространилось на начало проверки. Тем не менее, изначально (лехатхила) во время бдикат хамец не следует разговаривать о посторонних вещах, чтобы все присутствующие могли сосредоточиться на исполнении заповеди (см. Шульхан арух, 432, 1; Мишна брура, 5-6).

Если человек владеет несколькими домами, то он обязан совершить бдикат хамец в каждом из них, а благословение произнести только перед проверкой первого дома. Даже если принадлежащие ему дома расположены далеко друг от друга, он не должен произносить благословение больше одного раза^[3].

Если человек должен уехать из дома вечером 14 нисана и поэтому совершает бдикат хамец в один из вечеров накануне, то хотя сделанная им проверка соответствует требованиям Ѓалахи, он не должен произносить перед ней благословение, так как благословение следует произносить только перед проверкой, совершаемой вечером 14 нисана или после этого. Это объясняется тем, что проверка квасного, совершенная в срок, непосредственно предшествует уничтожению квасного днем 14 нисана. А тот, кто никак не мог совершить бдикат хамец вечером 14 нисана и совершил проверку назавтра днем или уже после наступления Песаха, должен произнести благословение, поскольку, если он найдет квасное, он тут же его уничтожит, поэтому в данном случае актуально благословение: «…заповедавший нам уничтожить хамец». Но, как мы уже говорили, при совершении бдикат хамец до 14 нисана произносить благословение не следует (см. Рама, 436, 1 и Биур Ѓалаха, там же; Мишна брура, 435, 5)^[4].

02. Занятия, запрещенные мудрецами до выполнения бдикат хамец

Дабы ничто не отвлекло внимание человека от исполнения заповеди бдикат хамец и он не забыл о ней, мудрецы запретили приступать к работе или садиться за трапезу за полчаса до наступления времени ее исполнения. Но в эти полчаса разрешено есть фрукты или выпечку, а также выполнять простую и кратковременную работу.

С наступлением же времени бдикат хамец не следует выполнять никакую работу, даже простую, и нужно воздержаться от любой пищи, даже от фруктов, чтобы исполнить заповедь вовремя (см. Биур Ѓалаха, 431).

После наступления времени бдикат хамец нельзя приступать даже к изучению Торы. А если человек сел за изучение Торы раньше, то, по мнению некоторых авторитетов (например, Бейт Йосеф), он может продолжать занятия. Так или иначе, многие авторитеты считают, что и в таком случае желательно прекратить учение во время появления звезд, чтобы исполнить заповедь бдикат хамец вовремя (см. Мишна брура, 431, 11; Каф ѓа-хаим, 23).

Постоянный урок Торы со множеством участников лучше не отменять, поскольку он не станет препятствием к исполнению заповеди бдикат хамец, ведь ее можно исполнить и после урока. Если же отменить урок, то множество людей лишится возможности заняться изучением Торы (см. Шульхан арух ѓа-рав, 431, 9). При этом желательно, чтобы по окончании урока его участники напомнили друг другу совершить бдикат хамец как можно скорее.

01. Время проверки – с наступлением вечера 14 нисана

Как мы уже говорили в главе о заповеди устранения квасного, еврей, во владении которого в Песах остался хамец, нарушает тем самым два запрета Торы: «Да не будет видно (баль йираэ) у тебя квасного и да не будет видно у тебя заквасы во всех пределах твоих» (Шмот, 13:7) и: «Семь дней закваска не должна находиться (баль йимаце) в домах ваших» (там же, 12:19). Для того чтобы избежать нарушения этих запретов, каждый еврей обязан перед Песахом устранить хамец из своих владений. И хотя согласно заповеди Торы для этого достаточно всего лишь аннулировать хамец, произнеся соответствующую формулу (битуль хамец), после чего считается, что хамец, находящийся во владениях еврея, все равно что пыль и больше не принадлежит хозяину этих владений, а значит, тот не нарушает запреты «да не будет видно» и «не должна находиться», – тем не менее, мудрецы постановили, что одного аннулирования недостаточно, и необходимо также устранить хамец из владений. У этого постановления есть две причины. Во-первых, мудрецы опасались, что некоторые люди будут произносить формулу аннулирования квасного без необходимого настроя, неискренне, в душе намереваясь использовать принадлежащее им квасное после Песаха. А поскольку они аннулируют квасное не от всего сердца, в Песах они нарушат запреты «да не будет видно» и «не должна находиться». Во-вторых, возникало опасение, что если после аннулирования квасного человек найдет у себя дома аппетитную выпечку, он забудет, что сейчас Песах, и съест ее. Поэтому мудрецы постановили, что помимо аннулирования квасного (битуль хамец) следует также проверить дом на его наличие (бдикат хамец), чтобы устранить все квасное из дома.

Казалось бы, самое подходящее время для бдикат хамец – 14 нисана днем, близко к полудню, ведь до полудня 14 нисана нам надлежит устранить квасное из наших владений. Однако мудрецы постановили, что бдикат хамец следует совершать накануне, с наступлением вечера 14 нисана. Дело в том, что днем 14 нисана все люди заняты подготовкой к празднику и могут забыть сделать бдикат хамец. Кроме того, для того чтобы тщательно проверить в доме все укромные места, лучше всего делать бдикат хамец при свете свечи, а днем ее свет не так ярок, поскольку меркнет при солнечном свете. Вот почему мудрецы постановили, что совершать бдикат хамец следует с наступлением вечера 14 нисана: ведь по вечерам люди обычно находятся дома, и проверку удобно проводить при свете свечи (см. Шульхан арух ѓа-рав, 431, 5).

Однако с наступлением вечера люди, как правило, идут в синагогу читать вечернюю молитву. Поэтому вечером 14 нисана следует сначала прочесть вечернюю молитву, ведь молитву мы читаем регулярно, и потому эту заповедь необходимо исполнить в первую очередь (согласно правилу, что чаще исполняемая заповедь предшествует заповеди, которую исполняют реже), а сразу после этого поспешить сделать бдикат хамец (см. Мишна брура, 431, 8). А тот, кто обычно молится в более позднем миньяне, должен сделать бдикат хамец, как только наступит время появления звезд, а затем отправиться на вечернюю молитву в обычное для него время.

Обязанность совершать бдикат хамец возлагается на хозяина дома, но если в этот вечер он вынужден задержаться и вернется домой слишком поздно, то желательно, чтобы он передал эту обязанность жене или кому-либо из взрослых домочадцев, и те совершили бдикат хамец вовремя, с наступлением вечера, вместо него. Не имеет значения, кто именно будет исполнять эту заповедь – мужчина или женщина; следует выбрать того домочадца, на которого хозяин дома может положиться, что он совершит бдикат хамец со всей строгостью и ответственностью (см. Арух ѓа-шульхан, 437, 7). Постфактум (бедиавад), если хозяин дома затрудняется найти себе замену, он должен совершить бдикат хамец самостоятельно по возвращении домой^[1].

07. Порядок устранения квасного

Как уже было сказано (в п. 4), мы устраняем квасное из наших домов посредством мысли и действия. Этот процесс состоит из четырех этапов: проверка дома на наличие квасного (бдикат хамец), аннулирование квасного (битуль хамец), его уничтожение и вторичное аннулирование. Объясним это подробнее. Исполнение заповеди устранения квасного (биур хамец) начинается с проверки дома на наличие квасного, совершаемой в вечер 14 нисана. Так мы убеждаемся, что нигде в доме не осталось квасного, кроме оставленного нами для еды и уничтожения. Сразу после проверки мы аннулируем квасное в первый раз, и это соответствует его мысленному устранению. На следующий день мы уничтожаем оставшееся у нас квасное – согласно распространенному обычаю, сжигаем его, – после чего аннулируем квасное во второй раз.

Можно избавиться от квасного еще двумя способами: продав его нееврею или объявив, что оно никому не принадлежит (ѓефкер). Ведь, как мы уже говорили, человек нарушает запреты «не должна находиться» и «да не будет видно», только если квасное принадлежит ему; и только квасное, нам принадлежащее, мы обязаны уничтожить. Поэтому если продать хамец нееврею или объявить, что он никому не принадлежит, то посредством него будет невозможно нарушить указанные запреты.

Таким образом, проверка дома на наличие квасного, а также устранение и аннулирование квасного – это целенаправленные действия, призванные полностью уничтожить квасное, а продажа его нееврею или объявление его ничьей собственностью предназначены для того, чтобы мы отказались от владения квасным и в результате этого не нарушили запреты, с ним связанные. В первом случае мы истребляем хамец, а во втором – просто избавляемся от него. Заповедь устранения квасного можно исполнить обоими способами.

Мы изучили основы этой заповеди, а в следующих главах рассмотрим подробно все этапы ее исполнения. Начнем с законов, связанных с проверкой дома на наличие квасного (бдикат хамец), – первым этапом устранения квасного, затем остановимся на законах аннулирования и уничтожения квасного, а в завершение проанализируем законы продажи квасного нееврею, актуальные для тех, кто хочет сохранить квасное, находящееся в их распоряжении, и освободиться от обязанности его уничтожить.

06. Когда вступает в силу запрет на употребление квасного в пищу и извлечение из него любой другой пользы

Заповедь устранения квасного необходимо исполнить до полудня 14 нисана. Каждый миг, в течение которого еврей задерживает исполнение этой заповеди после полудня, он упускает исполнение заповеди-предписания Торы об устранении квасного. С полудня 14 нисана в силу вступает также заповедь-запрет Торы употреблять квасное в пищу и извлекать из него любую другую пользу (см. Рамбам, «Законы, связанные с квасным и мацой», 1, 8; и см. выше, п. 1).

Чтобы отдалить людей от нарушения заповеди Торы, мудрецы постановили, что запрет извлекать пользу из квасного вступает в силу на час раньше (то есть за час до полудня), а запрет употреблять квасное в пищу – на два часа раньше, так как в пасмурный день, когда небо затянуто облаками, можно ошибиться в определении времени полудня самое большее на два часа.

Вот как рассчитывают нужное время: световой день делят на двенадцать равных частей, каждая из которых называется «временным часом». С началом пятого временного часа вступает в силу запрет мудрецов употреблять квасное в пищу, с началом шестого временного часа – запрет извлекать из него любую другую пользу, а с началом седьмого временного часа вступает в силу запрет Торы употреблять квасное в пищу и извлекать из него пользу.

Таким образом, в течение первых четырех временных часов 14 нисана разрешено есть квасное, а в течение пятого часа это запрещено согласно постановлению мудрецов, однако разрешается извлекать из него другую пользу – например, скормить его животному или продать нееврею. А с начала шестого временного часа это уже запрещено, согласно постановлению мудрецов. С того момента, как вступает в силу запрет извлекать из квасного пользу, больше не считается, что оно принадлежит своему бывшему владельцу, поэтому тот уже не имеет права продать его нееврею или аннулировать. С этих пор он может только сжечь квасное или уничтожить его другим способом: например, раскрошить и бросить в море или пустить по ветру (см. Шульхан арух, 443, 1).

Однако законоучители спорят, с какого момента следует отсчитывать временные часы. Маген Авраѓам считает, что с утренней зари (алот ѓа-шахар), то есть с появления на востоке первого бледного солнечного луча; а по мнению Виленского Гаона, с восхода солнца (ѓанец ѓа-хама), то есть с момента, когда на горизонте уже виден край солнечного диска. Разница между алот ѓа-шахар и ѓанец ѓа-хама составляет более часа, поэтому в календарях всегда приводятся два времени исполнения заповедей, зависящих от временных часов: более раннее время согласно подходу Маген Авраѓам и более позднее – согласно подходу Виленского Гаона. Это касается, например, времени утреннего чтения Шма Исраэль, которое истекает с окончанием третьего временного часа, или времени чтения утренней молитвы шахарит – до истечения четвертого временного часа (см. Жемчужины Ѓалахи, Молитва, гл. 11, п. 10, прим. 16).

На практике, поскольку указания о вступлении в силу запретов есть квасное и извлекать из него пользу, а также о времени продажи квасного и его аннулирования, – это постановления мудрецов, закон в данном случае соответствует мнению авторитетов, придерживающихся менее строгого толкования, согласно правилу: в случае сомнения, связанного с постановлениями мудрецов, следуют менее строгому толкованию закона. Тем не менее, изначально (лехатхила) желательно, когда это возможно, придерживаться в этом вопросе более строгого толкования (см. Мишна брура, 443, 8)^[10].

05. Суть заповеди устранения квасного

По поводу заповеди устранения квасного возникает вопрос, в чем именно состоит ее основная суть: в непосредственном уничтожении квасного или в том, чтобы в еврейских владениях не осталось квасного в Песах?

Согласно общепринятому мнению, которое разделяет большинство ранних законоучителей (Маѓарик, Рамбан и другие), главный смысл этой заповеди заключается в том, чтобы во владениях еврея не осталось квасного. Тот, в чьем распоряжении имеется квасное, обязан его уничтожить, а если у еврея совсем не осталось квасного, то он уже исполнил заповедь, избавившись от него.

Однако из слов некоторых ранних законоучителей (например, Рана и Тосафот) следует, что эту заповедь обязан исполнять лишь тот, кто имеет в своем распоряжении квасное. Он сможет исполнить ее, уничтожив свое квасное. Если же у еврея нет квасного, он освобожден от исполнения этой заповеди. Но даже те ранние законоучители, которые следуют этому подходу, нигде не пишут, что еврей обязан купить квасное, чтобы исполнить заповедь его устранения. Тем не менее, некоторые поздние законоучители указывают, что если у еврея нет квасного, то перед Песахом ему желательно, дабы исполнить заповедь самым великолепным образом (ле-меѓадрин), купить себе квасное и исполнить обязанность его устранения, согласно подходу авторитетов, считающих, что ради исполнения этой заповеди необходимо уничтожить квасное посредством реального действия.

На практике, святой народ Израиля всегда старается исполнить эту заповедь самым великолепным образом, в соответствии со всеми существующим подходами. Для этого все евреи следят за тем, чтобы 14 нисана, в канун Песаха, в их распоряжении имелось квасное. Более того, они стараются уничтожить хамец посредством сжигания, поскольку некоторые авторитеты считают, что эту заповедь лучше всего исполнить именно таким образом (и см. ниже, гл. 5, п. 4)^[9].