04. Порядок исполнения заповеди Ѓакѓель

Перед началом церемонии коѓены обходили весь Иерусалим и трубили в серебряные трубы, созывая народ на Храмовую гору. В женском приделе Храма сооружали большое деревянное возвышение, царь восходил на него и садился. Возвышение было необходимо для того, что все присутствующие видели царя и слышали его голос (см. Рамбам, Законы праздников в Храме, 3, 4). А если царь хотел выразить особое почтение к Торе и читать ее стоя, это считалось самым лучшим исполнением заповеди (см. комментарий Тосафот к трактату Сота, 41а, со слова мицва)[3].

Чтобы исполнить заповедь наиболее великолепным образом во славу Торы и царя, свиток Торы передавали от одного человека к другому, пока он не доходил до царя. Вот в каком порядке это делали: ведущий общественную молитву (хазан) в синагоге на Храмовой горе брал свиток Торы и передавал его главе Великого Собрания, тот передавал свиток заместителю первосвященника, тот – первосвященнику, а тот – царю; царь же принимал свиток стоя (см. трактат Сота, 41а; Рамбам, Законы праздников в Храме, 3, 4).

До и после чтения Торы царь произносил благословения, которые произносят при любом чтении Торы. Затем он читал семь дополнительных благословений: 1) «Благоволи, Господь, Бог наш, к народу Твоему, Израилю»; 2) «Благодарим мы Тебя»; 3) «Ты избрал нас из всех народов… освящающий Израиль и время праздников», как во время молитвы. Таким образом, первые три благословения – это те же самые благословения, что мудрецы установили и в тексте молитвы; 4) царь произносил молитву о том, чтобы Храм стоял вечно, и завершал ее благословением: «Благословен Ты, Господь, пребывающий в Сионе»; 5) затем царь произносил молитву о том, чтобы царство Израиля сохранялось вечно, и завершал ее благословением: «Благословен Ты, Господь, избравший Израиль»; 6) затем царь произносил молитву о том, чтобы служение коѓенов было желанно Всевышнему, и завершал ее благословением: «Благословен Ты, Господь, освятивший коѓенов»; 7) а затем царь произносил свободную молитву, исходящую из самой глубины души, и завершал ее благословением: «Спаси, Господь, народ Твой, Израиль, ибо народ Твой нуждается в спасении. Благословен Ты, Господь, внемлющий молитве» (см. трактат Сота, 41а; Рамбам, Законы праздников в Храме, 3, 4).


[3]. В Гемаре (трактат Сота, 41а) говорится, что церемония Ѓакѓель проходила в женском приделе Храма, а в Тосефте (Сота, 7, 8) приводится также мнение рабби Элиэзера бен Яакова, согласно которому, церемонию устраивали на Храмовой горе. Рамбам (Законы праздников в Храме, 3, 4) тоже пишет, что церемония проходила в женском приделе. На первый взгляд, это вызывает недоумение, ведь женский придел был сравнительно небольшим, и весь народ туда бы не поместился. Рав Исраэль Ариэль (глава Института Храма в Иерусалиме – пер.) пишет в комментарии к праздничному молитвеннику, что в женском приделе могло одновременно находиться не более 10 тыс. человек. Из этого он делает вывод, что на самом деле на церемонии Ѓакѓель обычно присутствовало не так много людей, поэтому ее можно было проводить в женском приделе Храма. Но если на нее собирались больше 10 тыс. человек, то ее проводили на Храмовой горе, что соответствует мнению рабби Элиэзера бен Яакова. Здесь заканчивается изложение слов рава Ариэля.

Возникает еще один вопрос: как все присутствующие на церемонии могли услышать голос царя? Наверное, в женском приделе это было возможно благодаря хорошей акустике. Но если церемония имела более крупные масштабы и проходила на Храмовой горе, то все присутствующие, разумеется, не могли слышать голос царя во время всего продолжительного чтения. Как представляется, такое требование к церемонии и не предъявлялось. Ведь на церемонии Ѓакѓель обязан присутствовать и человек со слабым слухом, если он не совсем глух. Даже если он не слышит чтение, он все равно должен стоять там вместе с другими евреями и представлять себе, будто в этот момент он получает Тору из уст Всевышнего. Такой вывод можно сделать на основании сказанного в Лехем мишне (Законы праздников в Храме, 3, 6). Исходя из этого, можно сказать, что практический закон соответствует мнению мудрецов, считающих, что церемония Ѓакѓель всегда проводилась в женском приделе Храма, что соответствует и словам Рамбама. Значит, внутрь заходили только 10 тыс. человек, а остальные стояли вокруг, на территории Храмовой горы, и хотя они не слышали царя, они все равно исполняли заповедь должным образом (однако, согласно сказанному в комментарии Тосафот к трактату Хагига, 3а, со слова аф, заповедь Ѓакѓель заключается именно в том, чтобы каждый из присутствующих услышал чтение Торы, но это требует дополнительного изучения, чтобы ответить на вопрос, как, в таком случае, весь народ Израиля мог исполнить эту заповедь. Так или иначе, в будущем весь народ сможет исполнить заповедь Ѓакѓель с помощью микрофонов. И см. «Жемчужины Ѓалахи», Благословения, гл. 12, п. 9, прим. 8).